Читать книгу "Посейдон и Русалка"

Глава пятнадцатая

Алиса, вернувшись в отель, прямо сходу завалилась на кровать. Она хотела расслабиться после столь активного отдыха, под лучами палящего солнца. Её первые впечатления были настолько неординарными, что она не могла не думать о телефонном разговоре со своим спутником по поезду. Девушка достала телефон и, набрав номер подружки, сказала:

– Привет Жануля, угадай, откуда я сейчас тебе звоню!?

– Ну, догадываюсь – из Сочи!

– Слушай, а твой «Робинзон» очень даже и ничего, – сказала Алиса.– Мне показалось, что он еще в поиске.

– Еще бы! Я же сама хотела, но ты ведь мне подружка, строго настрого запретила даже прикасаться к нему.

– Это милая, для пользы дела, а не для того, чтобы вы мне тут любовь —морковь развели и на моей карьере поставили жирную точку.

– А тебе как там отдыхается подружка? – спросила Жанка, стараясь узнать подробности.

– Я сегодня первый день, как попала на пляж. Народу столько, что до самого горизонта одни головы из воды торчат.

– Как водичка, – спросила Жанна.

– Вода чудесная, только соленая очень. Хотя скажу честно, я еще не плавала. Заходила по колено. Сегодня с «Посейдоном» фоталась. Ходит тут один такой по пляжу, а вместе с ним фотограф армянин. Ну, Посейдон, такой, что ого– го– го, брутальный!

– Мачо? – спросила подружка.

– Не то слово! Что– то типа Антонио Бандераса. Так меня сегодня прижал за здесь, что у меня моментально в животе бабочки запорхали.

– Ну, так хватай «Посейдона», а мне морячок достанется! Ты ведь себе уже нашла.– сказала Жанка, стараясь изъять у подруги объект оперативной разработки.

– Твой «Робинзон» Жануля, ни куда от тебя не денется. Покуролесит месяц – два и вернется назад к тебе домой. Я его не держу. Самое главное чтобы он поставленную задачу выполнил.

– Ха, так значит, я поняла тебя Алиска – ты влюбилась в этого Нептуна, – спросила Жанна.

– Ну, пока еще не влюбилась. И вообще– то он не Нептун, а Посейдон, – ответила Алиса.

– Разницы особой не вижу! А если нет разницы, то зачем тебе Робинзон, если есть Посейдон, – спросила Жанна. Он мне тоже тут написал сообщение через Интернет. Пишет, что снял номер в гостинице и наслаждается красотами моря.

– Как он может снять номер, если его паспорт и деньги у меня, – сказала Алиса.

– Как у тебя?

– Как, как – каком кверху! В тот день когда мы приехали он встретился со своей «пассией» с которой он по интернету мурлыкалки разводил. За десять дней до его отъезда в Сочи мы по своему каналу подобрали девушку из оперативного отдела сочинского УВД. Ну и двое наших ребят изъяли у него и деньги и документы, чтобы вписать его в схему операции. По плану он должен был пойти в полицию и написать заявление. Он же идиот, в полицию не пошел. Исчез твой «Робинзон» из поля моего зрения, – сказала Алиса.

– Так ты старая лиса, его одного и без документов отпустила? А если он заблудится!? А если он сейчас голодает!?

– Не боись. Он мужик и с голоду не умрет. Наймется на какое—нибудь судно и будет рыбу ловить. У него же есть опыт выживать без денег, секса и пищи.

– Ну, ты даешь Алиска! Кто его без документов возьмет?

Алиса задумалась и, выдержав паузу, сказала:

– Он мне звонил. Приглашал, между прочим на свидание. Вот я ему и скажу, что надо обратиться в полицию с заявлением.

– И ты пойдешь на свидание? – спросила Жанна, включая программу ревности.

– Я же его куратор. Я по долгу службы должна идти, – сказала Алиса.– Я с ним встречаюсь как Штирлиц с профессором Плейшнером.

– Ага, вы еще явочную квартиру снимите, – стала заводиться Жанна.– Устройте там слет клуба любителей криминальной полиции.

– Надо будет, снимем, – ответила Алиса и, отключившись от телефонной линии, замерла, обдумывая план дальнейших действий.

Жанка была права. «Странник» без денег и документов мог сорвать всю продуманную схему. Нужно было срочно продумывать, как вернуть ему его документы. Операция с подставной подружкой Вахо Сочинского могла сорваться в любой момент даже при банальной проверке документов сотрудниками постовой службы.

В момент раздумий зазвонил телефон. Алиса взглянула на номер и, улыбнувшись, сказала:

– Алло, пап! Здравствуй!

– Здравствуй дочка! Как работа, не упарилась на пляже загорать за деньги налогоплательщика?

– Я сегодня первый день была, поэтому истратить много не смогла.

– Как там поживает наш сеньор «Странник»!? – спросил отец, и это означало, что он просит доложить по плану операции «Посейдон».

– Внедряемся, – ответила Алиса.– Завтра вечером состоится встреча с агентом, где будет намечен дальнейший план действий.

– Алиска, папа хочет гордиться тобой, а не стоять в очередь на передачу продуктов питания в следственный изолятор. Лучше стать матерью моего внука, чем наблюдать за свободой только по телевизору, спрятанного в железный ящик.

– Ты, преувеличиваешь папа! Как только агент «Странник» обозначит круг его новых знакомств, я сразу же доложу руководству.

– Обращайся к начальнику криминальной полиции полковнику Полозову. Он в курсе проводимой операции и поэтому если будет нужно, то поможет кадрами.

– Я все сделаю, как ты говоришь. Спасибо папуля, я тебя лю…

– И я тебя лю… – ответил отец, и Алиса отключила телефон.

Время двигалось к назначенному сеансу связи и Алиса, скинув с себя белье, вошла в душевую кабину. Освежив свое тело под струями воды, она понежилась под горячим дождиком и, накинув на себя махровый халат, вышла на балкон. Вид вечернего города завораживал. Не смотря на девятый час вечера, было еще светло как днем. Солнце медленно ползло по горизонту, чтобы к десяти часам перевалить за край земли и спрятаться там до утра.

Достав телефон, Алиса набрала номер «Странника».

– Алло, это вы Шурик, – спросила она, полагая, что кроме меня еще кого– то можно услышать.

– Да это я, – ответил я, сразу узнав голос своей спутницы.

– Вы не забыли? – спросила она.

– Что завтра в девять мы встречаемся около бога морей Нептуна?

– Ну, да, – тихо и робко ответила девушка, удивившись моей прозорливости. – Ну, тогда Саша, до встречи, – сказала Алиса, и я еще не успев насладиться ее певучим голосом, услышал гудки.

На волне впечатлений от разговора с моей спутницей в голове, мгновенно стали вырисовываться всевозможные яркие картинки нашего первого свидания. Именно от первого свидания зависела вся наша дальнейшая судьба. Я представил:

Вариант – 1).

Я такой красивый стою в сандалетах на Ривьере около статуи Нептуна. Я держу в руках алую розу, завернутую в целлофановую пленку, и насвистываю себе под нос пятую симфонию Шестаковича.

– «Здравствуй», – говорит мне Алиса, и целует меня нежно в щечку.– Это мне? – спрашивает она, глядя на алый цветок.

– Да, это вам Алиса.

– «Ну, тогда идемте Шурик, в ресторан! Там посидим», – говорит мне студентка.– «Пообщаемся». Я хлопаю по карманам и вспоминаю, что все мои бабки тю– тю на Воркутю!

– Нет – так не пойдет, – говорю я сам себе и начал проигрывать роль влюбленного снова. Я представил:

Вариант– 2).

Я стою возле монумента Нептуна. Одна нога небрежно оперлась на гранитное основание, а в руке я держу три белых хризантемы.

– «Здравствуй Шурик»! – говорит мне Алиса, и целует меня нежно в щеку.

– «Привет детка, – это тебе»! – говорю я, и протягиваю ей цветы. Она берет букет и, поднеся цветы к носу, начинает втягивать в себя воздух, будто насос. Через мгновение она начинает чихать и покрываться красными пятнами.

– «Дура, я забыла! У меня же на хризантемы аллергия!», – говорит мне девушка. Слезы, сопли хлещут из глаз и носа, и она начинает плакать.

– «Может, сходим в ресторан», – говорю я, выбрав удачный момент, зная, что она в таком виде никуда не пойдет.

– «Какой на хрен ресторан Саша? Ты что совсем спятил!? Видишь, у меня аллергия… Мне теперь поможет только супрастин или скорая помощь, – отвечает мне Алиса. Мы, взявшись под ручку, идем в первую попавшую дежурную аптеку или приемное отделение больницы.

– «Нет! Так не пойдет», – сказал я сам себе, и принялся думать, как же произвести на нее неизгладимое впечатление, чтобы сразить девушку «наповал».

Вариант– 3).

– Значит так! Я стою возле изваяния бога морей «Нептуна», держа в руках две порции мороженного. Ко мне подходит Алиса и целует меня в щечку.

– Шурик, привет, я так по тебе соскучилась, – говорит она и начинает меня целовать.

Я держу мороженное, а моя рука берет её нежно за талию. В это время она целует меня в засос. Мимо нас проходит крутой мужик. Мороженное, растаяв, падает на его ботинок.

– Ну, ты что крендель, – не видишь!? – говорит он. – Я что тебе урна, сейчас языком слизывать будешь, – говорит он и начинает засучивать рукава.

– А ты че, самый крутой перец на всем побережье Черного моря!? – говорю я, и, выставив вперед кулаки, готовлюсь отразить нападение. Тут я вижу, как к этому челу подходят еще двое (это телохранители) и прикрывают своего босса. Я бью одного в челюсть, другого в пах, третьего в печень. Всего три удара и Алиса моя. Я её мачо! Я ее герой! Мы идем в ресторан и, она в знак благодарности платит за этот чудный вечер.

На этом месте глаза мои сомкнулись, и я покатился под откос, все глубже и глубже погружаясь в пучину сна.

Проснувшись утром, я не мог вспомнить, что мне снилось. Я напрягал свой мозг, но было тщетно. Все картинки кружившиеся всю ночь в моей голове куда– то пропали не оставив никаких признаков своего присутствия. Единственное, что я помнил, это то, что сегодня в девять часов вечера у монумента герою греческого эпоса «Нептуну» должно состояться мое первое свидание с Алисой. После недолгого сеанса восстановления файлов я пришел к выводу, что вариант с мороженным будет гораздо безопасней и менее затратен, что было важно для меня.

– «Попрошу денег у Левона», – твердо решил я, – «Я же вчера столько бабок для него срубил – мама не горюй»! – пришла мне мысль, и я не стал больше придумывать других вариантов.

Положиться на доброту армянина, было не совсем здравой идеей. Я чувствовал, что он будет уходить от моей просьбы любыми путями. И в конечном итоге откажет мне в авансе, найдя самую банальную причину.

– А, ара привет! – сказал Левон, открыв двери трейлера.– Как спалось? Что снилось?

Он вошел в вагончик, и, усевшись на топчан, глубоко вздохнул.

– Ты ара, как вчера мне сказал про шкуру леопарда, я ночь не спал – все думал, думал и думал. Ты прав – нужен новый брэнд! Уже с утра я пошел в мастерскую по пошиву игрушек и заказал для тебя новый костюм. Пришлось вложить в дело все бабки, – сказал Левон, как бы предупреждая меня, что ни аванса, ни получки сегодня не будет.

Я на какое– то мгновение был ошарашен, будто на меня обрушился ящик шурупов. В моем мозге не укладывалось – как мог армянин знать, что я буду у него просить деньги.

– Слушай Левон, ты можешь мне аванс выдать? – спросил я, набравшись смелости.

– Э, ара, какой аванс? Ты у меня только один день проработал, а уже хочешь бабки получать. Ты где такое ара, видел?

– Мне вчера вечером звонила студентка. Она назначила мне свидание возле скульптуры бога морей Нептуна. Я хотел ее в ресторан сводить. Хотел ей цветы купить.

– Я знаешь ара, может, тоже много чего хочу, а оно не получается. Мне бы фотоаппарат новый купить. А еще хочу студию поставить на пляже, чтобы людям радость была. А еще я мечтаю купить «Ягуар».

Меня, словно ударило током. «Ягуар» был моей хрустальной мечтой, и я не хотел, чтобы кто– то трогал ее своими руками.

– Левон, дай хоть рублей пятьсот, – я отработаю, – сказал я, видя, что армянина так просто не пробьешь. – Я же не собираюсь за твои деньги покупать себе «Ягуар».

– Э, ара, ты давай кушай! Тут Ануш, моя жена тебе бастурма немного собрал. Я тебе еще капучино купил, чтобы ты голодный совсем не был. Все для тебя дорогой Шурик! Ты только денег не проси – нет их – поэтому и не дам! Поработай неделя две, вот тогда дядя Левон, тебе весь зарплата выдаст! До самой последней копейки!

– А ты говорил, что я партнер, – обижено, сказал я, теряя интерес к работе.

– Ты ара, конечно партнер! Ты Смоктуновский пляжного театра! Ты Крамаров, морской стихии! Еще пару дней и на тебя как на Витаса весь город ходить будет! – стал говорить Левон, стараясь столь высокопарными эпитетами склонить меня к работе.

С доводами хитрого армянина можно было согласиться, но я был не из тех, кто отступает от намеченного пути. К своему удивлению я при своей настоящей бедности был сказочно богат. Кто мог поверить, что у меня, прибывающего сейчас в нищете спрятаны несметные богатства, до которых почти подать рукой.

– Слушай Левон, дай мне денег под залог ноутбука. Были бы документы, я бы его в ломбард заложил.

– В ломбард… – задумался армянин. —Я дам тебе денег, а если ты мне не отдашь, я заберу твой компьютер и сам сволоку его в ломбард.

– Договорились, – сказал я и в этот миг, камень, упав с моей груди, попал прямо на ногу. Я еще не знал, оставит ли Левон мне компьютер, где занесены координаты моего острова сокровищ. Без них я был беден. Включив мозг, я занес координаты в мобильный телефон и вздохнул с облегчением, убедился, что надежно спрятал свое богатство от посторонних глаз.

– Покажи ара, технику, чтобы я знал, что он не испорчен.

Я открыл монитор и включил ноутбук. Через несколько секунд экран засветился, и я вышел в Интернет.

– Вот смотри Левон, какое чудо японской электроники! Вот сейчас я войду на почту своей подружке Люсьены и отправлю ей письмо или можно даже фотографию.

Я набрал текст, и при помощи почтовой программы, нажал на кнопку «Отправить сообщение». Пришлось внепланово оповестил Люсьену о том, что жив здоров, и что у меня все хорошо.

– А это кто такая – Люсьена, – спросил Левон, вникая в секреты управления компьютером.

– Это моя подружка, – сказал я, не придав этому значения.

– Э, ара! Там подружка, тут подружка, – это совсем не серьезно! Тебе Шурик, надо жениться на одной, а не гулять с кучей баб, – сказал армянин, беспокоясь о моем моральном стержне.

– Люсьена, это просто друг. Она научила меня пользоваться этим агрегатом, и у меня с ней кроме платонических отношений ничего нет. Так что Левон, русо туристо облико морале! Ферштейн!?

– Иди работать форштевень! Вечером после работы поговорим на тему любви и морали.

– Я вод границ оберегатель, и обитателей её! Не терплю я посягательств на водно– царствие моё! Рукой сжимаю я трезубец! Волную спящий океан, и не люблю, кто лезет в воду – забыв о том, что в стельку пьян! Ты подойди ко мне красотка, ты подходи

да не скупись! Ты – глянь на эту гладь морскую – смотри какая, живопись! Пришел друзья я к вам сегодня – Нептун великий – бог морей! Ты получи со мною фото, всего за пятьдесят рублей!

Как и все эти дни, пляж заполнялся по мере того как солнце ползло к зениту. Ближе к полудню народ освобождал насиженные належанные места, прячась в тени пальм и всевозможных навесов от губительных лучей, которые прожигали все насквозь. Моя кожа после года интенсивного загара в районе экватора уже не воспринимала ультрафиолет, как его воспринимают европейцы, поэтому работоспособность на благо многострадальной армянской семьи от времени суток не менялась. В действительности после нескольких дней моей новой работы, количество желающих прикоснуться к синтетической бороде бога морей заметно прибавилось, что сказалось на доходной составляющей моего босса.

– Ты ара, просто великолепен! Ты играешь как настоящий Николас Кейдж! Как Шварцнегер в образе Терминатора.

– Я Левон, стараюсь! Мне хочется заработать, чтобы скрасить одинокие вечера в компании приятной особы по имени Алиса.

– Э, ты опять ара, завел свою пластинку! Кто это такая Алиса, которая свела тебя с ума? Зачем тебе эта Алиса? Почему ты, такой красавчик, а полюбил такую Алису?

– Я же говорил тебе, что у меня с ней свидание возле скульптуры бога морей Нептуна.

– Ты ара, сам как бог морей Нептун! – сказал армянин и потупил свой взгляд. Я обернулся и увидел, как к павильону движутся двое. Издали было видно, что эта парочка явно появилась в наших местах неспроста. Левон нервно засуетился и промолвил без всякого настроения.

– Ну, вот ара, приперлись…

– Кто приперся? Где приперся!? – спросил я, наблюдая за двумя кавказцами, которые по ходу своего движения успевали пристать к нескольким девушкам.

– Кто – кто!? Крыша моя – рэкетиры мать их, – ответил Левон.– Это есть люди Вахо Сочинского. Раз в месяц они приходят и берут деньги якобы за мою охрану! А от кого меня охранять? Старый армянин Левон, никому не нужен!

– Привет Левон, – сказал один из кавказцев.

– Привет Алик, – ответил фотограф, протягивая нежданным гостям свою волосатую руку. – Привет Мусбек!

– У тебя сегодня будет удачный день! Видишь, мы пришли в гости, а ты не рад нашему приходу!

– Ваш приход каждый месяц лишает меня двухсот долларов, поэтому повода для великой радости у меня нет, – ответил Левон, протягивая деньги трясущимися руками.

– Я слышал Левон, твой новый Нептун играет, как настоящий Фрунзик Мкртчан!?

Он тебе эти деньги за один день отработает. Ты знаешь, через неделю у нашего Вахо день рождения – юбилей. Все фотографы побережья решили сделать ему подарок. А чем ты хуже? Денег с тебя брать не будем, а вот Нептуна твоего придется нанять на наш братский корпаративчик. Будет гостей Вахо Сочинского развлекать! Пусть пока у тебя роль учит!

В ту секунду меня как – будто ужалила оса. Я понял это мой шанс не только заработать на обратную дорогу, но и отомстить бандитам. Выйдя на Ваху, можно было решить вопрос с моими документами. Я был уверен, что братья кавказцы не выбросят мой паспорт мусорный бачок, а попробуют пристроить его к нужному делу. На паспорт можно и кредит получить и даже купить машину, но это была такая мелочь по сравнению с тем положением, в котором я находился. В голове мгновенно созрел план.

Им было невдомек, что я это ни кто иной, как бывшая жертва криминального беспредела, а каждая жертва мечтает о реванше. Грим и наряд скрывал мое истинное лицо, которое знали местные гангстеры, поэтому я чувствовал себя в безопасности точно так же, как чувствует себя охотник за белыми акулами сидя в клетке из титана.

– Ладно, Левон, мы пошли дальше, а ты не расслабляйся дорогой! Держи нос по ветру, а карман под денежной струей! – сказал Алик, и засмеялся.

Бандиты веселились, и, шурша песком, пошли вдоль пляжа к своей следующей жертве, которая была всего лишь через сто метров.

– Это кто? – спросил я фотографа.

– Это моя так называемая «крыша». Это Шура, моя бандитская крыша, – повторил он раздраженно.

– Черт бы их побрал! Я их мама не люблю! Я их папа не люблю! Я не люблю даже тот гвоздик, на котором висит портрет их дедушки…

– А ты им не плати, – сказал я, желая видеть его реакцию.

– Эй, ара – если бы у тебя было три дочери ты, совсем по– другому бы говорил. Эти шакалы на все способны! Они не посмотрят ни на детей, ни на женщин! Они если хотят получить деньги – они их получают.

– Такие вот Левон как они, ограбил меня средь бела дня! Где– то у них мои документы, – это факт.

– Раз у Вахо юбилей, я помогу тебе вернуть документы! Я лично знаю его! Я еще в школе фотографировал этого придурка на выпускном вечере, – сказал армянин и присел на порог павильона. Он глубоко вздохнул, вытащил носовой платок и вытер со лба накатившие капли пота.

Чувство какого– то облегчения подкатило ко мне, как первое чувство любви. Внутри что– то защекотало, и я на радостях услышанной новости, стал тут же входить в роль.

– Я вод границ оберегатель, и обитателей её! Не терплю я посягательств на водно– царствие моё! Рукой сжимаю я трезубец! Волную спящий океан, и не люблю, кто лезет в воду – забыв о том, что в стельку пьян! Ты подойди ко мне красотка, ты подходи

да не скупись! Ты – глянь на эту гладь морскую – смотри какая, живопись! Пришел друзья я к вам сегодня – Нептун великий – бог морей! Ты получи со мною фото, всего за пятьдесят рублей! – сказал я, с выражением подчеркивая свою боевую готовность.

– Эй, ара, иди девочкам рассказывай! А мне сейчас так погано, что жить не хочется.

– Да ладно Левон, перевернется и на нашей улице машина со сгущенным молоком, – сказал я, желая подбодрить бедного фотографа.

– Все шутишь? У меня от сгущенного молока диарея! Понимаешь ара? Я как выпью молока, так во мне сразу Везувий просыпается – понос, потом целый день идет, словно настоящая лава.

– Хорошо пусть на нашей улице тогда перевернется инкассаторская машина.

Услышав про инкассаторскую машину, армянин сначала улыбнулся, а потом и засмеялся. Глаза его заблестели и он сказал:

– Я как– то говорю своей Ануш: Я Ануш, люблю машину «Ягуар», а ты, какой машина любишь? Она мне отвечает: – Я, Левончик, люблю очень, инкассаторский машина. Это моя самая любимая машина! Ты, слышал Шура, её любимая машина инкассаторский!

– Да – женщины непредсказуемы. Зачем ей какой– то «Ягуар», если есть машина, в которой полно денег.

Пока мы мило общались, народ постепенно заполнил весь пляж. Легкий бриз с моря освежал, но не настолько, чтобы было комфортно.

– Ну что Левон, пришла пора! Вот наш триумф и наш народ, который ждет нас, чтобы отдать нам свои деньги, – сказал я, и, взяв в руки трезубец, зашлепал по горячему песку, высоко поднимая ласты. Армянин, видя мою гордую и царственную поступь, схватил фотоаппарат и посеменил следом за мной, высматривая потенциальных клиентов.