Текст книги "На дорожках неведомых"

Сзади всех, взяв под руку Соловья – разбойника, шла прикрыв лицо вуалью вторая дочь князя Василина, которая должна была стать изюминкой в этой истории. В те торжественные минуты, когда на кону стояла жизнь, Емеля не решился гневить князя. Знакомство с дочерью могло обернуться бурным всплеском княжеских эмоций и торжеством палача.

Скоморохи, завидев, что все гости собрались за столом, грянули в жалейки и дуды, затянув венчальную, которую тут же подхватил квартет гусляров и балалаечников. Весь трапезный зал в те минуты наполнился волшебными звуками музыки, которая, отражаясь от высоких сводов, лилась сверху благодатной волной, располагая гостей к душевному общению.

Князь Владимир, сидел во главе стола (по правую сторону от будущего зятя). Он поднял золотой кубок с зеленым вином и торжественно произнес:

– Сие зелено вино за молодых желаю испить! Пусть любовь и лад в семье укроет их лебяжьим крылом от невзгод и всех мирских печалей! Пусть радость и счастье прольются на них золотым дождем! Да поможет вам Господь, дорогие мои Феофан и Марьяна!

Гости, бояре и прочий люд, приближенный к княжескому двору, поднялись в полный рост, чокнулись бокалами и, откушав вина, приступили к трапезе.

Выждав момент, когда государь отведал третью чарку вина, Емеля поднялся из – за стола и торжественно произнес:

– Пришло время, одарить государя и княжну Марьяну бесценным подарком, что в краях далеких мной был добыт в честных баталиях.

Муромец встал из – за стола и, взяв ковчег со смертью Кощея, поставил перед князем.

– Что это, Илюша?! – спросил государь и, скинув парчу. – Что это? – вновь спросил государь, заинтригованный таинством неведомой шкатулки.

Емеля открыл крышку и достал из ковчега хрустальную шкатулку.

Князь, уставившись на неё, совсем забыл о трапезе. Бояре утихли и в княжеской трапезной повисла гробовая тишина. Они удивленно переглянулись между собой, видя, как государь замер от удивления перед открытой крышкой неведомой им шкатулки.

Буквально через минуту князь вскрикнул….

Глава двадцать девятая

Смерть Кощея

Кощей почувствовал, что в его груди что – то щелкнуло. Неведомая ранее боль, пронзила сердце.

– Пора мне в тридесятое царство, – сказал он наложнице. – Меня ждет князь Московии Владимир. Пора обсудить возможность присоединения Персии к княжеству.

– А как же я господин, – спросила Маймуна, пряча кинжал за спиной.

– Я вскоре вернусь. У меня есть желание остаться в этих краях, ибо в моем княжестве достаточно прохладно, – сказал Кощей. – По – моему велению, по – моему хотению, отправь меня, к Бабе Яге.

В этот миг когда Кощей произнес последнюю фразу Маймуна со всей силы ударила кинжалом царевны Фатимы Кощея в спину. Острый булатный клинок вошел ему в спину по самую рукоятку, но было поздно. Кощей, закруженный вихрем волшебства, исчез, вместе с кинжалом, так и не заметив, что в его теле появился инородный предмет.

Очутившись средь леса тридевятого царства, он увидел на лесной поляне избушку на курьих ножках. Из её трубы валил дым, и на всю округу пахло ржаной брагой.

– Эй, ты, избушка, а ну – ка повернись ко мне передом, а к лесу задом!

Избушка, заскрипев, повернулась, исполняя пожелание гостя, и в это время на крыльцо из хаты выскочила баба Яга.

– Чаго, добр…..А ваше бессмертие пожаловало! А я думала, вам уже пришел конец, – сказала она интригуя Кощея.

– Ты старая говори да не заговаривайся. Какой конец?!

– Так Емельку, богатыри русские освободили. Шапку —невидимку отняли и к тебе в замок подались за твоей смертушкой. Чай твои вояки дорогу в лесу до твоих хором протоптали, хоть асфальтом закатывай. Где это тебя носило три дни к ряду?

– В Персиях я на Красных морях тело свое под солнцем в любовных утехах тешил.

– Ага, видно и с бабами ихними блудом промышлял, – спросила Яга. —Парфюмом заморским от тебя пахнет ваше бессмертие как от французской лавки.

– Черт, черт, черт! Где теперь мне Емельку то искать?

– Зайди в хату ваше бессмертие, укажу тебе путь и подскажу, где искать Емельку и как туды добраться.

Кощей вошел в хату. Он сдул пыль, сел на лавку и замер в ожидании чуда.

– Чуф, чуф, чуф, а вот и блюдо волшебное, и яблочко наливное, – сказала Яга, разложив на столе свои прибамбасы. – Ты беги, беги по кругу, сквозь пургу, сквозь зной, сквозь вьюгу. Нам Емельку покажи, про Емельку расскажи!

Яблочко закрутилось и побежало по тарелочке. Через несколько секунд на дне блюда, словно в телевизоре, показалось лицо Емели. Он сидел за столом рядом с князем Владимиром и, улыбаясь, пил вино.

– Во, видал! В хоромах ён княжеских! Вино с князем Владимиром откушивает, ирод!

– А как же я, – завопил Кощей, —Это же я должон на Марьяне жениться!

– Я тебя старый сморчок предупреждала, что с Емельки глаз нельзя спускать. Ён в державный розыск объявлен! Пока ты с персидскими девами блудом тешился он вместо тебя к князю Владимиру под твоим именем и подобрался. А как женится на Марьяне, так сразу станет ему законным зятем. А тебя Кощеюшка за Емелю примут и лишат головы.

– Бессмертен я, – завопил Кощей и схватился за сердце.

С каждой минутой его самочувствие становилось все хуже и хуже. Не выдержав, он крутанул колечко и исчез.

– Ну, лети касатик, – сказала Яга в след. – Видно мы больше с тобой Кошенька не свидимся. – Да кинжал из спины вытащи, а то он тебе мешать будет в первую брачную ночь.

Кощей даже не почувствовал, как его ударили по голове. На какое – то мгновение яркая вспышка ослепила его бессмертие, и он куда – то провалился. Уже через секунду, благодаря своей мудреной генетике, он пришел в себя. Он хотел было кинуться в драку, но стражник Спиридон, успел связать его и даже заткнуть ему рот куском тряпки.

Вытащив княжеский указ о задержании державного преступника, стрелец Спиридон сравнил его с портретом Емели. Обнажив, острый как бритва палаш, он арестовал Кощея, приняв его за Емелю и поволок к дежурному воеводе в стражницкую.

– Я, братцы, Емелю поймал – державного преступника! – орал стрелец, стараясь привлечь внимание.

– Муромец разберется, – сказал дежурный воевода.

– Эй, какой на хрен Муромец? Ведите меня прямо к государю, я желаю премию получить во сто золотых.

– Будет тебе премия на дыбе! – сказал стражник, и пнул Спиридона сапогом в бок.

– Ну, зятек, ну порадовал, – сказал князь, рассмотрев хрустальную шкатулку.

– Это же надо, какую мы змею тут в нашем царствии имеем, – сказал государь и, взяв Емелю за щеки, по – отцовски облобызал его прямо в губы.

Бояре и прочие гости, увидев такой княжеский жест, одобрительно загомонили во весь голос, выкрикивая:

– Достоин, достоин милости княжеской….

Тут Емеля понял, что пришел тот час, когда можно раскрывать карты. Он, подняв хрустальное яйцо со смертью Кощея, хотел было молвить слово, как в трапезную вбежал запарившийся воевода. Пав на колени перед государем, он поцеловал его сапог, и сказал:

– Не вели казнить, государь, вели мне слово молвить!

Емеля так и застыл с ковчегом в руках, ожидая, когда воевода произведет доклад.

– Ну, молви воевода, что твою душу томит….

– О, государь всея Руси, мои стрельцы охальника и державного преступника Емелю арестовали и в темную бросили!

– Эка, как мне сегодня масть прет! Ну – ка, ведите смутьяна, хочу глянуть на него!

Тут Емелю затрясло еще больше. Он не понимал, кто это еще мог быть. Только Кощей был похож на Емелю, как две капли воды. Но Кощей исчез и по всей вероятности, что в неизвестные края. Догадки мучили Емелю, и его руки заметно дрожали. Он не знал, чего можно ожидать от государя, ведь, как было известно, он славился довольно крутым государевым нравом.

Двери в трапезную открылись. Стрельцы ввели задержанного, на голове, которого был одет льняной мешок, а руки связаны за спиной пеньковой веревкой. Сбив с ног, стрельцы поставили арестованного на колени перед князем и сняли мешок.

Князь, при виде смутьяна, подпрыгнул от радости и, потирая руки, сказал:

– Что, баламут, попался? На сей раз ты уже не минуешь казни, и с башкой точно расстанешься! – сказал государь, привстав с трона.

Марьяна, увидев Кощея, в мгновение ока потеряла дар речи. В его спине торчал кинжал самой царевны Фатимы.

Кощей прокричал:

– Я, ваше величество, Феофан Лукоморский!

– А это тогда кто? – спросил князь и, повернувшись к Емеле, указал на него перстом.

– Это, ваше величество, державный отступник, вор и смутьян Емелька собственной персоной, – сказал Кощей, еще лелея надежду на чудо.

– А поведай мне Феофан Лукоморский откуда в твоей спине точит клинок булатный, – сказал князь Владимир, и схватив его за рукоять, выдернул царский кинжал.

– Это все он, – завопил Кощей, прикидываясь раненым.

– И какую только хрень не придумают, лишь бы избежать плахи, – сказал князь Владимир и засмеялся. – А чем докажешь, что именно ты Феофан, а не смутьян и вероотступник Емеля?

Вслед за ним засмеялись бояре и купцы, находящиеся в княжеских хоромах.

В эту секунду Кощей понял, что его жизненный путь прекращает свой бег. Сейчас бы ему дотянуться до колечка, да загадать последнее желание, но веревки, добротно затянутые стрельцами, туго стягивали руки.

Емеля, увидев, что Кощей что – то замыслил, незаметно открыл ковчег и на ощупь обнаружил там маленький сундучок, в котором лежало заветное хрустальное яйцо, где хранилась смерть Кощея.

– А ты, кто таков будешь? – спросил государь Емелю

– Я, ваше княжеское величие Емеля, сын рыбацкий, – сказал Емеля, не выкручиваясь.

– Это правда, – спросил князь обращаясь к Илье Муромцу. – Это Емеля или Феофан Лукоморский?

– Не вели казнить, государь, вели слово молвить, – сказал Илья Муромец.

– Молви, князь правду желает слушать!

– Правду, так правду, ваше величество, – сказал Илья Муромец! Это перед вами стоит державный преступник Емеля, – показал он на Емелю. – Но согласно секретному плану тайной стражи княжества российского, под руководство воеводы державной охраны Добрыни Никитича, агент Емеля был внедрен мною в эту операцию с целью нейтрализации князя тьмы Кощея Бессмертного. Кощей давно вынашивает тайные планы по захвату власти в России матушке и смертоубийству вашего княжеского величия. Восемнадцать лет назад. Кощей Бессмертный вступив в преступный сговор с ведьмой по кличке Яга, решил сменить существующий строй в вашем княжестве. Для этой цели, используя шантаж, князь тьмы Кощей Бессмертный то бишь сей господин по имени Феофан Лукоморский, с помощью Змея Горыныча, похитил вашу дочь Екатерину. По стечению обстоятельств, Екатерина не попала в руки Кощея, а осталась жива и прибывает в здравии.

– Где, где моя дочь Катенька, – закричал князь Владимир. – Хочу видеть её немедля.

– Добрынюшка, покажи князю его дочь Василину, – сказал Илья Муромец.

Добрыня подвел Василину к князю Владимиру и снял с неё вуаль. Перед князем стояла его дочь Екатерина, которая один в один была похожа на Марьяну.

Громкий гул прокатился по княжеским палатам. Бояре одобрительно загудели, словно шмели на цветочном лугу.

Илья Муромец продолжил:

– Дочь вашу князь, нашел в лесу кузнец Данила из Слободы, и как настоящий гражданин вашего княжества, принял вашу дочь как свою. Через год после похищения мне удалось изловить Змея Горыныча, и выведать у него о коварствах злого Кощея. Тогда мы с Добрыней Никитичем и решили провести эту долгосрочную тайную операцию.

– А почему вы, не посоветовались с князем, – спросил Владимир.

– А потому, что ваше княжеское величие, в ваших покоях даже стены имеют уши, – сказал Муромец.

– А дальше, что было дальше, – спросил князь, сгорая от нетерпения.

– А дальше рыцарский турнир. Надо было как – то заманить Кощея Бессмертного в наши сети. Вот мы и отправились к Емеле с костюмом от Горыныча. Горыныч ваше княжеское величие гад, и по природе своей каждый год меняет свои «платья». Вот мы и принесли Емеле «пижнак» Змея Горыныча, с целью привлечения его к этой операции анонимно.

– А дальше что было, – спросил князь обнимая Василину.

– А дальше склонив Емелю к распитию меда, мы направили его в сторону проруби, где его поджидала царь щука или наш агент по имени Елена Премудрая. Она то и одарила по нашей просьбе Емелю волшебным кольцом. Емеля, почувствовав силу, поехал на печи на турнир где и был помещен в следственный изолятор временного содержания. Потом по вашему указу меня тоже поместили в темницу вместе с Емелей. Я убедился, что все идет по намеченному плану и Емеля готов исполнить долг родины. Вся операция ваше княжеское величие была под нашим с Добрыней Никитичем контролем от начала и до конца.

– Ха, так ты Феофан Лукоморский, есть Кощей Бессмертный.

Кощей оскалил зубы, и прищурив глаза, сказал:

– Кабы мне развязали руки, то я показал бы вам всем, кто есть Кощей Бессмертный.

– Стража, развяжите руки Кощею, – сказал князь Владимир. – Пусть нам покажет чудо.

Стрельцы бросились исполнять волю князя, и через несколько секунд Кощей, уже стоял перед князем в полный рост, потирая руки.

– По моему велению по моему хотению, хочу исчезнуть, – сказал Кощей, но кольцо не сработало. Бессмертный крутил его вокруг пальца, но никакого эффекта не было.

– Что Коша, не работает, – спросил Муромец. – И не будет работать. Пока тебя вязали, мои стрельцы колечко чудотворное подменили. Мы же знали, что Яга тебя направит прямиком в Кремль. Она же лет пять работает на нас штатным информатором.

Лик Емели мгновенно слетел с лица Кощея, обнажив все тысячелетние морщины. Кощей зашипел, словно гадюка:

– Стукачом что ли?

– Стукачом, стукачом! Да, не шипи ты, ваше бессмертие, уже ты никому не страшен! Нет в тебе прежней колдовской силы, а у нас есть. – Сказал Муромец. —Покажи Емеля, нашему гостю его смерть.

Емеля достал хрустальное яйцо с иголкой и показал князю Владимиру и боярам. Вновь гул прошелся по княжеским палатам, только князь тьмы Кощей остался непреклонен и все также уверен в своих силах.

– Нет там моей смерти, – сказал Кощей и захохотал, что есть силы. – Нет её! Бессмертен я! Гром и молния засверкали в царских палатах.

Емеля со всей силы бросил яйцо на мраморный пол. Яйцо разлетелось на куски, а Кощей стоял невредимый. Что – то было не так.

Ощутив свою силу, Кощей подошел к княжескому трону и, глядя Владимиру в глаза сказал:

– Нет, у вас силы совладать со мной с самим князем тьмы! Вот захочу и сейчас я превращу вас.

– В забу, – сказал Соловей разбойник сквозь выбитые зубы и засмеялся.

– Да, в жабу, – повторил Кощей.

– В жабу, – спросила удивленно Василина. – Да в жабу, я тебя сама превращу!

Она подскочила к Емеле и, выхватив у него меч – кладенец, который ковала своей рукой, с пол оборота отрубила голову Кощею. Та, словно тыква покатилась по мраморному полу к ногам князя, повторяя:

– В забу, в забу, в забу…

Тело без головы немного постояло, и рухнув на пол, заискрилось, засверкало и тут же испустив фиолетовый дым, превратилось в горку пепла.

– Ну, вот как – то так, – сказала Василина. – И чары не подействовали. Прости Марьяна, тебя без жениха оставила.

– Свят! Свят! Свят, – запричитала Марьяна, обнимая Василину. – Слава Богу, ты сестра, меня избавила от этого супостата!

Бояре, видя такой исход зарукоплескал, словно это была не криминальная развязка, а театральная постановка великого режиссера.

– А как же теперь я, – спросила Марьяна князя Владимира. – Я ведь тоже замуж хочу. Мужика мне подайте!

Но в этот миг бояре и люд княжеский служивый закричал:

– Слава его величию святейшему князю Владимиру, слава! Слава победителю сил зла!

Сотни голосов подхватили радостные крики, и тут князь понял, что он, как настоящий победитель не только спас землю русскую от черных сил зла, но и спас весь свой народ, который никогда не забудет его великого подвига.

Князь вернулся на трон и, подняв руку, сказал:

– Своим царским величием повелеваю: Емельку, сына рыбачьего амнистировать ввиду наговора в деяниях коварных и наградить орденом «Андрея первозванного». Все прегрешения перед державой и лично мной, простить и одарить от щедрости княжеской наделом земельным в тысячу сот и тремя жеребцами арабских пород. Дать тысячу рублей золотом и три тысячи серебром. Ну, а ты что стоишь Катя, целуй же жениха, чай, достоин твоей руки за подвиги перед ратные, – обратился он к Василине-Катерине.

– Коли вы, папаня, сегодня добры безмерно, разрешите мне, дочери вашей, браком законным сочетаться, – сказала Марьяна.

– А с кем же, чай жаних твой в пепел спекся? – спросил государь, заинтригованный заявлением дочери.

– А я хочу, папаня, сочетаться с Ильей Муромцем уж больно он мне по сердцу пришелся, – сказала Марьяна и зарделась, как наливное яблочко. – Велик, добр и умен!

– Что скажешь Илья? – спросил государь Муромца.

– Так это… Мне, ваше величество, домой надо.

– А ты сейчас где? – спросил государь. – Здесь теперь твой дом. За операцию «Кощей», тебе даю ленту святого «Георгия» и жалую золотой крест первой степени.

Муромец даже не поверил своим ушам. Полцарства российского, золота аж шесть пудов, да целый табун породистых коней и прочей мелочи стали сильным аргументом, чтобы решиться на брак с царевной Марьяной.

– Я согласен, государь, – только вымолвил он.-Служу вашему княжескому величию, и люду россейскому православному.

По хоромам княжеским разнеслись радостные крики бояр и княжеских подданных:

– Достоин, достоин, достоин руки княжны Марьяны!

Марьяна виновато посмотрела на Емелю и Екатерину и, похлопав ресницами, сказала:

– Прости, Емелька! Прости меня Катерина! Лучше я с любым на Колыме, чем с нелюбым в хоромах княжеских!

Тут Емеля с облегчением выдохнул.

– Не вели казнить, вели миловать, государь!

– Что желаешь, Емелька? – спросил князь Владимир.

– Я милости вашей просить хочу! Благослови, великий князь, меня на брак с дочерью вашей и дочерью кузнеца Данилы Василиной. Уж больно мы любим друг друга, – сказал Емеля и, опустив глаза, стал дожидаться решения.

– Прошу, батюшка, великий князь, благословить меня на брак с Емелей. Люб он мне до глубины души, люб! От того желаю я прожить с ним в согласии долгие лета и детей наплодить внуков тебе, дабы держава наша полна людом была!

Князь приподнялся с трона и, подойдя к дочке своей, взял её за руку и соединил с рукой Емели.

– Благословляю тебя, раб божий Емеля, и тебя, раба божья Катерина, на брак кой не только мне, но господу нашему угоден!

В этот миг приближенные к князю вельможи, бояре и даже стрельцы из охраны, умиленные благодеянием государя, одобрительно захлопали в ладоши. Илья Муромец поднес икону Христа – спасителя государю. Тот наложил икону на голову Емели и, прочитав молитву, подал её для поцелуя. Емеля облобызал святой лик и как полагается православному христианину трижды перекрестился. То же самое сделала и Василина.

Следом за Емелей и Катериной князь благословил Илью Муромца на брак с Марьяной

В тот миг, когда вся процедура уже подходила к концу, вдруг один из витражей княжеских хором треснул, высыпавшись на пол разноцветным стеклом. В выбитом окне появилась огнедышащая голова Змея Горыныча. Народ, крестясь, в ужасе забился в угол трапезной, видя, как аспид реликтовый хочет проникнуть в помещение.

Князь, увидев змея, в страхе спрятался за трон, лишь выглядывая на несколько секунд, чтобы не быть замеченным символом царства российского.

Илья Муромец, обнажив меч – кладенец, уже хотел было кинуться в бой, как в этот миг Горыныч промолвил:

– Эй, ваше величество, прошу пардона! Тут одна кикимора Добрыню Никитича домогается. Ну, вся извелась девка, и мене покою не дает, лететь заставила! А я что ей чартер? Я – аспид, свободно парящий, ибо по вашему указу реликтовый!

Князь, поправив на голове, свалившуюся на уши корону, выполз из – за трона, и как ни в чем не бывало, уселся на свое царское место.

– Эй, Добрыня, поясни – ка государю, что тут происходит? – спросил князь, сквозь силу выдавливая из себя храбрость.

– Это, ваше величество, Змей Горыныч, привез деву лесную кикимору Адрианну с целью сочетания браком с Добрыней Никитичем.

– О, так у нас третья пара появилась! – обрадовался его величество. – Вот это свадьбу закатим! Неделю будет вся Россия святая гулять!

Кикимора, не дожидаясь приглашения, по шее Горыныча влезла в окно в княжеские хоромы и предстала перед державной элитой в своем эротическом наряде.

– Ну, где ты, мой пупсик?! Я что, зря сотни верст на шее этого динозавра пролетела?

Добрыня, смущенный появлением своей новой пассии, вышел из толпы и застенчиво приблизился к лесной деве.

– Не велите казнить, велите слово молвить, – сказал Добрыня, обращаясь государю. – Ваше величество, отпустите меня, Христа ради! Как богатырь я уже стар, да и жениться мне давно было пора, чтобы старость свою в семейном уюте провести.

– Ну, раз так, ступай Никитич с богом, да пусть благословит вас Господь! Спасибо тебе за службу ратную! Спасибо за преданность и мужество! Завтра придешь, пенсион получишь. А замок Кощея, как бесхозный, тебе отдаю на правах победителя и молодожена, – сказал государь и взволнованный такими событиями, вытер вышивным платочком накатившую на глаза слезу.

– Спасибо, ваше величество, – сказала кикимора и, сделав реверанс, тут же впилась губами в рот Добрыни так, что у него глаза вылезли из орбит.

Бояре и гости, от восторга проявления таких страстных чувств захлопали в ладоши, разделяя радость молодых.