Читать книгу "Тролль"

10

Слушай, я думал, что ты умнее… Но ты разочаровал меня. Так легко повёлся на эту разводку с хакером! Наверное, ещё и план грандиозный в голове нарисовал? Как убьёшь меня или покалечишь… А? Колись?!

Хотел бы я видеть твоё лицо, когда тебя постиг облом! Надо же – мой заклятый враг умер раньше, чем я того желал!.. Ха-ха-ха! :)

Не умер, как видишь. Я вполне себе жив, к твоему счастью или же (что скорее) сожалению. Уж во всяком случае живее того парня, в гости к которому ты вчера наведывался. Вот его уже точно с нами нет. Сиганул с крыши – и даже мокрого пятна не осталось!..

И знаешь, кто его довёл?

Ты. Он один из той группы, по которой ты работал. Так что можешь считать, что ещё один труп на твоей совести. Ну и на моей, конечно. Но мне плевать. Тебе ведь тоже?.. :) :) :)

Надеюсь, ты меня поймёшь. Надо же было как-то показать тебе, что рыпаться бесполезно. Ты на крючке. И я тебя не отпущу. Ты мой. Целиком. Полностью.

Мы должны вместе закончить начатое нами дело. Потроллить этот мир напоследок, поиграть на его нервах. Так что даже не думай смываться. Ты мне нужен. А я нужен тебе.

Неужели ты представляешь себе жизнь без меня???

Этот подлец, Аноним, он же Хитрый Лис, жив-живёхонек, и вот такое глумливое письмо он прислал мне сегодня утром. Правда, меня уже успели посетить догадки, что в истории с адресом что-то нечисто…

И теперь мой враг спешит официально заверить меня, что всё это его рук дело.

Как ты это провернул? – спрашиваю я, хотя прекрасно знаю ответ.

Он не заставляет себя ждать:

Всё проще простого. Blue_Whale – твой хакер – это и есть я.

Я наблюдал за тем, как ты бестолково мечешься по форумам в поисках взломщика, ничего не мешало мне выдать себя за одного из них. Проверить у тебя всё равно не получилось бы. Зато я преподал тебе хороший урок!

Выходит, всё это правда. И вчера я побывал в гостях у очередной своей жертвы…

Правда, этого парня я довёл не по собственному желанию, а по заданию Анонима, но какая теперь разница? Ещё одна смерть, к которой я причастен…

Уверен, шантажист с удовольствием использует этот факт против меня. Сам-то он останется в тени, тут сомнений нет. Сволочь!

Будь ты проклят!

Кому помогут мои проклятья? Никому. Я и сам прекрасно знаю.

Интернет должен был вывести нас в мир, связать с ним доброй дружеской связью. Но вместо этого он привёл мир к нам и сделал нас уязвимыми перед ним. Мы сами впустили волка к себе в дом. Так было с моими жертвами, так стало и со мной.

Blue_Whale – Синий Кит, он же Хитрый Лис – у Анонима тысячи масок, кажется, он повсюду: он захватил Сеть, он поглотит мир.

Я вспоминаю кладбище. ТЫ ТОЖЕ УМРЁШЬ – было написано там.

Да брось ты! Ты ведь сам по натуре охотник. :) :) :) Просто представь себя на моём месте – неужели ты упустил бы такую возможность? Вышел бы из игры, даже не попробовав сыграть?.. А?..

Холодная правота Анонима обжигает меня. Он как будто проник ко мне под кожу, усердно поковырялся в моих внутренностях. Ему известно обо мне буквально всё, и он прекрасно чувствует меня.

Конечно, имея его возможности, я бы не преминул воспользоваться своим шансом…

Чёрт! Мы так боимся темноты, призраков и чудовищ, скрывающихся во мраке. Какая ерунда!.. Бояться надо людей. И самих себя. Кто знает, в какие бездны ужаса могут повергнуть нас наши собственные грехи?

Что мне теперь делать? И имеет ли вообще смысл делать хоть что-то? Если того не желает Аноним?..

Что дальше?

Как будто ты не знаешь. Ты у него на крючке, он будет крутить тобой, как пожелает…

Всё зависит от тебя…

Мой мозг работает на пределе, мысль мечется, словно пойманная птица в силках. Но никакого выхода не предвидится. Его просто нет. И всё-таки…

Чистосердечное признание смягчает вину – внезапно в голове всплывает это расхожее выражение. И тут же по спине бегут мурашки. Страх сковывает меня ледяной хваткой, но отчаяние сильнее страха.

Конечно, ещё одно чужое самоубийство на моей совести – это серьёзно. Но за этим преступлением стоит Аноним, а я в данном случае оказался лишь орудием в его руках. Слабое оправдание, но всё же…

Марина… С ней дело обстоит несколько сложнее, однако хороший адвокат, думается мне, за щедрое вознаграждение сможет решить и этот вопрос с минимальным для меня ущербом.

В любом случае, сдавшись добровольно, я смогу покончить с шантажом. Единственное, что меня пока останавливает – моя сделка. Надо довести её до конца, а уже тогда можно идти с повинной.

Видимо, у меня остаётся только один вариант…

Я вынужден выложить все карты на стол. Аноним припёр меня к стене…

Я сдамся.

Звучит глупо. Это капитуляция. Полная и безоговорочная.

Никогда прежде я не допускал такого. Но теперь – особенный случай. Мне надоело плясать под чужую дудку. Мне вообще всё надоело. Этот бесконечный шантаж, эта игра в конец света…

Неужели нет никакой управы на того, кто возомнил себя богом?..

Пойдёшь в полицию и напишешь явку с повинной?

В этом вопросе мне видится насмешка. Аноним прекрасно понимает, что сломал меня, благодаря его стараниям матёрый волк превратился в забитую мышь.

Да.

Восстание тени против собственного хозяина. Отойди, ты загораживаешь мне свет!.. Какие ужасные шутки может выкинуть судьба!

Не глупи. Ты же знаешь, к чему это приведёт. Тебе нужны проблемы с законом? Сомневаюсь…

Ещё чуть-чуть и я расплачусь. Слёзы подступают, в горле комок. Я крепко увяз в этом болоте, и совсем скоро оно меня поглотит.

Последний глоток кислорода перед погружением в пучину. Это необратимо как смерть.

Мне надоело быть твоей куклой. Я сдаюсь. Эта игра зашла слишком далеко…

Уверен? Ты хочешь сдаться? Вот так бесславно? Поджать лапки и бросить всё?.. Спрятаться за щитом правосудия? Но ведь у правосудия в запасе есть ещё и карающий меч!..

Что я слышу? Охотник решил влезть в шкуру жертвы? Ха-ха-ха! Не смеши меня. Тебе никто не поверит.

Вот именно – меч. Мы все твари дрожащие и все право имеем. За преступлением следует наказание; но тот, кто казнит, и сам не безгрешен. Возмездие найдёт и его. Тварь пожрёт тварь!..

А ведь каких-то пару месяцев назад ты и представить себе не мог, что с тобой может такое произойти. Ты мнил себя ассасином, хладнокровно подстерегающим своих жертв в тёмных закоулках и наносящим смертельные удары. Ты пропитывал свои клинки ядом, умело расставлял капканы. И что? Теперь ты сам в ловушке.

Другого выхода у меня нет.

О чём ты вообще говоришь? Неужели можно так просто взять и сдаться? Плюнуть на всё, расписаться в собственном бессилии?.. Хотя…

Ты ведь и вправду не способен что-либо изменить…

Выход есть всегда. А наша игра только вошла в самую интересную фазу. Неужели тебе не хочется поглядеть, чем она закончится?

Он псих, и всё тут. О чём можно говорить с психом?

Ты думаешь, я тебя использую? Как бы не так. Ты делаешь то, что сделал бы и без меня, я лишь направляю тебя. Мы вместе троллим этот мир!

Ага, вместе. Почему бы тебе тогда не помастурбировать на железнодорожном мосту? Почему бы не сходить на кладбище и не посетить могилы своих жертв? А?

Или их так много, что придётся провести среди надгробий остаток дней?..

Мы можем покончить с этим ублюдочным миром! Посмеяться над ним и погрести под его же собственными обломками…

Хочешь ты того или нет, но ты уже многое сделал для достижения этой цели. Хаос растёт изо дня в день! Это трещина в фундаменте привычной для всех реальности…

Отповеди сумасшедшего. Что тут скажешь? Как бы то ни было, я по-прежнему в его руках.

Мне действительно жаль, что ты этого не понимаешь. Возможно, я ошибся на твой счёт. И, тем не менее, я обязан сделать тебе это предложение. Дать шанс. В конце концов, ты его заслужил.

У меня складывается впечатление, что Хитрый Лис (Синий Кит?) общается сам с собой. Его бессвязные речи похожи на бормотание обитателя психбольницы.

Какой шанс?

Самая большая ошибка – поддерживать разговор с безумцем. Безумие, вышедшие за пределы одного отдельно взятого сознания, становится идеологией – бомбой замедленного действия.

Я сброшу маску. Раскрою своё инкогнито. Ты ведь этого хочешь? Правда? Хочешь добраться до меня?

Если бы он только знал, как я этого хочу! Но я должен быть осторожен. Это запросто может быть очередной ловушкой. Аноним на такое способен, я уже убедился.

Положим, я хочу этого. А, может, наоборот, желаю сдаться властям… Я ещё не определился…

Что ты предлагаешь?

Конечно, я не в том положении, чтобы диктовать свои условия, но… ведь это игра – от начала и до конца, почему бы тогда не поднять ставки? Мне-то терять нечего.

Ты не пойдёшь в полицию, а вместо этого выполнишь моё последнее задание. После этого мы встретимся, и ты сможешь сделать со мной всё, что пожелаешь.

Заманчивое предложение. Встреча с Анонимом – никогда в жизни я так не жаждал встречи с кем-либо. За такую возможность я готов продать душу дьяволу. И тут он предлагает мне это сам…

А если ты меня обманешь?

Уместный вопрос. Хотя я прекрасно знаю, что не обманет. Если шантажист предлагает мне встречу – значит, это часть его плана и, возможно, таким образом он собирается поставить точку в своей игре.

Брось эти глупости. У нас с тобой одна цель. Может, мы немного и расходимся в средствах её достижения, но в остальном – мы очень похожи. Как близнецы-братья.

Поэтому рано или поздно мы должны встретиться и вместе закончить начатое. Мне нет никакого смысла обманывать тебя!

И вдруг меня осеняет. Внезапно я всё осознаю. Это так просто, что в этом даже есть что-то нечеловеческое.

Что подразумевает под собой шантаж? Вынужденное следование чужой воле с целью укрыть какую-то неблаговидную правду о себе. Готовность пойти на уступки – лишь бы никто никогда не узнал о том, какое ты на самом деле ничтожество.

В этом плане лучший пример бесконечного тотального шантажа – само бытие. А лучший тролль – тот, кто придумал этот мир и его непреложные законы.

Мы готовы делать всё, что угодно, идти на поводу у чужих желаний и навязанных предрассудков, лишь бы только не смотреть правде в глаза: наша жизнь не принадлежит нам самим, и мы здесь абсолютно случайно – рано или поздно всех нас не станет. И не в наших силах это изменить.

Так что Аноним взялся лишь за то, что и без него давным-давно успешно проделывает бог или природа (кому как нравится, не стоит разводить из-за этого большой срач), только в планетарных масштабах. Его маленькая игра – точная копия той игры, что происходит изо дня в день и в которой участвует каждый из нас.

Нет смысла противиться этой игре. Надо просто принять её правила и довести игру до конца.

Хорошо. Что за последнее задание?

11

Это конец нашей цивилизации. Во всех смыслах. Человечество зашло в закономерный тупик, и всё, что будет происходить далее, окажется лишь жалкой пародией на то, что уже когда-то имело место.

Наша история пишется не за охраняемыми статными гвардейцами дверьми высоких кабинетов и не в блистательных залах дипломатических учреждений. Хотим мы того или нет, она создаётся на наших страницах в социальных сетях, на пестрящих ворованными картинками поверхностях имиджбордов и в запутанных тредах популярных онлайн-форумов. Ежедневно она пополняется тысячами фотографий и текстовых заметок, усердно загружаемых нами на никому не видимые сервера, тихо жужжащие в пыльном полумраке самых неприметных зданий наших городов; она ткётся из бесконечных перепостов и кросс-ссылок… подобно древним римлянам мы выказываем ей своё одобрение – поднятым вверх большим пальцем. Подобно древним римлянам мы будем вынуждены уступить истории. Уйти со сцены, когда она пожелает обратить нас в пыль.

Нас уже не существует. Вместо нас – наши аккаунты – зыбкие островки в призрачном океане информации. Мы – придуманные люди, населяющие вымышленный мир. Кто из нас может с полной уверенностью утверждать, что он – не фейковая страница, созданная неведомым создателем в социальной сети под названием Универсум?

Никто. Лишённые каких бы то ни было привязок к реальности, мы легко стираемся с полотен времён. Раз – и любого из нас больше нет. Ни одна живая душа не заметит потери. Мы умираем, а нам продолжают приходить приглашения посетить онлайн-игру, нам шлют открытки и поздравления наши ненастоящие друзья. Ненастоящие друзья искусственных людей…

Мир искусственных людей рушится при первом же дуновении ветра. Он разлетается словно карточный дом. Анонимный разрушитель запускает волну из любой точки земного шара, и она сминает мир, превращает его в кучу пепла и праха. Это медиавирус, информационная болезнь, несущая смерть сквозь Сеть.

Всё проще простого. Нужна только идея.

Идея, озвученная одиночкой, – просто идея. Идея, обретшая себя в устах сотен и тысяч, – это вирус; она расползается по интернету, и тут мы уже имеем дело с эпидемией.

Распространители вируса – анонимусы и битарды – только и ждут сигнала. Они – благодатная почва для болезни. Ничтожества, чья личная история сводится к вороху путаных записей в любой более-менее известной социальной сети.

Заразив одного из них, мы запускаем алгоритм смерти – безотказную программу по уничтожению всего живого. Неделя-другая, и окружающая нас действительность напоминает место съёмок фильма в жанре зомби-апокалипсис.

Аноним всё рассчитал. Его игра идеальна, стоит признать. То, с какой ловкостью он её обставил, вызывает уважение.

У этого парня определённо не всё в порядке с башкой, но его безумие имеет свой шарм. Оно притягивает. Заставляет восхищаться.

Уничтожение мира комбинацией из нескольких нажатий кнопок – согласитесь, это гениально. Баллистические ракеты с ядерными боеголовками продолжают ржаветь в своих глубоких шахтах, стратегические бомбардировщики спят беспробудным сном в богом забытых ангарах, подводные лодки и целые армады кораблей в мгновение ока оказываются бесполезными грудами металла… а мир превращается в старый заколоченный дом с привидениями. Человечество вымирает подобно динозаврам.

До такого не додумался ни один политический маньяк прежних времён…

Не нужно взрывать торговые центры и крупные банки, нет смысла захватывать биржи и железнодорожные станции. Главное – нащупать болевые точки. И дело в шляпе.

Первая болевая точка – подростки. Прыщавые юнцы, вечно не понятые и не принятые взрослым миром, не желающим разговаривать с ними на равных. Ударь по подросткам – и ты уничтожишь будущее.

Вторая точка – одинокие. Девяносто девять процентов людей, населяющих нашу планету, одиноки. Даже те, кто внешне выглядят благополучными. Все эти счастливые отцы семейств, перемещающиеся по ночам от одного порносайта к другому… Ударь по одиноким – и ты уничтожишь настоящее.

Запустить механизм самоуничтожения проще простого: нужно лишь посеять сомнение в целесообразности человеческого существования и разумности окружающего мира – и поднявшая буря сама сметёт потерявшее ориентиры человечество. Идея уйдёт в массы, а массы незамедлительно перейдут к действию.

Появятся первые апологеты и фанатики, которые трансформируют идею в религию. Создадут тематические сообщества в социальных сетях, опубликуют серию видеокурсов на Youtube. Эти кружки по интересам станут первыми предвестниками грядущего Апокалипсиса.

Дальше прокатится волна немотивированных самоубийств. В соответствующих группах будут обсуждаться различные способы ухода из жизни, их недостатки и преимущества. В других группах подведут философское обоснование свершившимся и замышляемым суицидам, в третьих создадут тематический арт. Эпидемия начнёт разрастаться.

Её не смогут остановить ни погрязшие во лжи политики, ни лицемерные святоши. Потому что эта эпидемия самоуничтожения будет своего рода протестом и против них. Против их порочной власти, не способной порождать ничего кроме разрушения и убийств.

Чтобы начать эпидемию, достаточно породить идею. Всё остальное социальные сети и медиа сделают за тебя. Идея начнёт распространяться со скоростью урагана. И со свойственными урагану последствиями. Несколько начальных постов, поддержанных пользователями социальных сетей, – и мы имеем дело с глобальным вымиранием.

Мир очистится – говорит Аноним. И я претворяю его замысел в жизнь.

Вечером в пятницу наш офис живёт предвкушением грядущих выходных. Мысли его обитателей крутятся главным образом вокруг той заветной цифры на часах, когда можно будет выключить компьютер и с чистым сердцем направиться к выходу.

Понятное дело, что никто не говорит об этом вслух, но этим общим чувством буквально пропитан спёртый офисный воздух. Вполне естественно, что никакой серьёзной работы вечером в пятницу не ведётся, все отбывают оставшиеся до выходных часы, строя планы насчёт того, чем они займутся в ближайшие два дня.

Я стою возле копировального аппарата и множу листовки формата А4. На листовках небольшой текст, который уже несколько дней распространяется в социальных сетях подобно вирусу. Этот текст – ключ к грядущему Армагеддону.

Мои коллеги вяло шевелятся на своих местах. Разгребают почту или набирают итоговые отчёты. Всем плевать на то, чем я занимаюсь у копировального аппарата.

Автор этого текста, естественно, Аноним. Это его подпись значится внизу – небольшое изображение грустного кита (Blue_Whale?)

Я расклеиваю эти листовки в районе возле нашего бизнес-центра. Это послание для обитающих тут клерков, призыв присоединиться к движению самоуничтожения.

Эпидемия не делит людей на богатых и бедных, неудачников и успешных. Вирусу всё равно, кто находится по ту сторону компьютерного монитора или читает листовку, приклеенную к стене. Так работает один из главных лозунгов Анонима: СМЕРТИ ВСЁ РАВНО, КТО ТЫ…

Уже несколько дней я распространяю его призыв к самоуничтожению в социальных сетях, используя свои фейковые аккаунты, которые раньше так помогали мне в троллинге. Все эти дни я строчу на форумах, словно в бреду. Кажется, у меня действительно жар.

Насколько я понимаю, распространяемые мною слова Анонима находят отклик в душах тех, кому они предназначены. Несколько тысяч репостов за пару дней, множество «лайков» и как минимум с десяток сообществ, в которых этот текст цитируется подобно Библии. Кажется, все свихнулись и только и говорят о том, как поскорее уничтожить мир.

НАЧНИ С СЕБЯ… – ещё один лозунг Анонима.

Я не очень-то слежу за новостями, но и до меня доходят отголоски той паники, что поднялась после этих публикаций. Впечатлительные люди прыгают с крыш сотнями. Подростковые самоубийства свирепствуют словно чума. Респектабельных людей находят наглотавшимися выхлопных газов в своих гаражах…

Смерти действительно всё равно, кто ты. В мире тотального неравенства смерть воспринимается как нечто, способное объединить и примирить всех. Этим и пользуется Хитрый Лис.

Этот текст, кажется, содержит элементы нейролингвистического программирования или ещё чего такого, не знаю. Он воздействует покруче гипноза. Я и сам восхищен размахом того действа, невольным участником которого стал.

Не скрою, в какой-то мере меня восхищает и сам Аноним. Старые обиды, конечно, дают знать, но они – ничто в сравнении с возможностью наблюдать крушение мира и даже посильно в нём участвовать. Хитрый Лис перехитрил всех.

Я возвращаюсь на своё рабочее место с кипой листовок как раз в тот момент, когда у меня начинает звонить телефон.

Аккуратно кладу листовки на стол изображением вниз, затем снимаю трубку. Этой мой начальник, Игорь.

– Привет, – деловито говорит он в трубку. – Как успехи?

НАЧНИ УНИЧТОЖЕНИЕ МИРА С НЕГО (проносится в голове).

– Ничего, работаю…

Игорь противно смеётся.

– Да брось, кого ты лечишь? Весь отдел только и ждёт того часа, когда можно будет безнаказанно слинять домой. Все ковыряют в носу или на худой конец раскладывают пасьянс. Будь моя воля, я бы вообще не оплачивал вам послеобеденное время в пятницу…

Будь твоя воля – думаю я – ты бы вообще заставил всех работать с утра до ночи за спасибо.

– Ну… – неуверенно тяну в ответ.

– Короче, – перебивает меня Игорь. – Деньги по твоей поставке ушли, так что ждём товар. Не подведи меня, приятель. Это очень большая сумма, и всё должно быть тип-топ…

Вот и истинная цель его звонка. Конечно, Игорь набрал меня не для того, чтобы посетовать на то, что никто не рвётся работать накануне выходных. Он желает уведомить меня о том, что моя сделка максимально близка к своей развязке. Ещё чуть-чуть, и я получу заслуженные лавры победителя. Ну а Игорь получит свою прибыль – его ведь это интересует. Игорь хочет убедиться, что у меня всё под контролем, что его деньги не потрачены впустую.

– Всё будет сделано в лучшем виде, – спешу уверить начальника.

– Очень надеюсь на это, – Игорь кладёт трубку, не прощаясь, в своей ублюдочной манере.

Ну что ж – это хорошая новость. Я обвожу взглядом офис: мои коллеги по-прежнему вяло имитируют трудовую деятельность. Скоро я уделаю их всех.

«Кому нужны твои победы, – где-то внутри меня раздаётся голос Анонима, – когда весь мир обречён?»

«Но ведь кто-то же должен спастись», – парирую я. Пусть уйдут неудачники и останутся лучшие. Миру нужны победители, а не унылые лузеры.

Где-то там хохочет Аноним.

И ты, конечно, не причисляешь себя к последним?..

Конечно, нет. Иначе Хитрый Лис не выбрал бы меня. Это я уже уяснил.

Набираю номер молчановского однокашника. Просто убедиться, что всё в порядке. Озабоченность Игоря в какой-то степени передалась и мне.

Никто не берёт трубку. Смотрю на часы: что ж, это вполне логично. Наверняка обитатели кроличьей норы давным-давно отправились навстречу безумию выходных.

Ладно, созвонимся в понедельник. Аккуратно убираю листовки в портфель. Я уверен в успехе. И пусть весь мир катится к чертям! Я с удовольствием понаблюдаю за этим со стороны.

Осталось только выполнить последнее задание. Листовки…

Снова звонит мой рабочий телефон. Неужели Игорь всё ещё не находит себе места из-за денег?

Молчанов. На сей раз это он. Мой приятель и спаситель напоминает мне, что сегодня пятница (как будто я сам этого не знаю). И за мною должок. Вот про это я, если честно, забыл. Я ведь зарекался поставить Молчанову пиво в честь удачной сделки…

Придётся выполнять обещание, в конце концов, эта сделка – его заслуга. Договариваемся с Молчановым встретиться через двадцать минут на выходе из бизнес-центра.

Кладу трубку, пытаюсь собраться с мыслями. Победа близка. Надеюсь, Аноним не обманул меня – и мне удастся встретиться с ним.

Хотя сейчас я и не уверен в том, что, как и прежде, хочу убить его. Таких троллей ещё надо поискать, я действительно восхищен Хитрым Лисом (он же – Синий Кит). Всё, что мне надо от него сейчас, – получить компрометирующие меня материалы. Покончить с шантажом. А дальше пусть творит что хочет. Возможно, я даже помогу ему…

По телу проходит лёгкий озноб. Похоже, я действительно начинаю заболевать. Под мышками некоторая болезненность – я запускаю туда руку, чувствую, как набухли лимфоузлы. Этого только не хватало…

Но отменять обещанный Молчанову поход в бар теперь уже поздно. В таком случае проще было сразу съехать и отказаться под благовидным предлогом. Ладно, посижу с часок, а потом отправлюсь домой. Листовки можно будет расклеить и завтра.

Я смотрю на экран монитора. Где-то там, в электронных недрах интернет-реальности, сейчас размеренно тикает часовая бомба. Кто-то ставит «лайк» под понравившимся текстом, кто-то нажимает на кнопку «поделиться»…

Мы беззащитны перед этим миром, которому с такой лёгкостью изливаем душу. Мы доверились социальным сетям как своему лучшему другу, но этот друг оказался Иудиного племени. То, что должно было наделить нас неограниченной силой, на самом деле сделало нас ничтожествами…

Теперь мы пожинаем плоды собственного легкомыслия. Наши дети плетут интриги против нас, наши знакомые презирают нас, мы и сами не сильно верим в себя. Хитрый Лис с лёгкостью запускает свои лапы в сердце любого. Хитрый Лис наживается на боли. МЫ ВСЕ НАЖИВАЕМСЯ НА БОЛИ…

Я смотрю на Молчанова: вот кто выживет в этой эпидемии. Может, Молчанов и одинок, но ему плевать на это. Он самодостаточен. К тому же он не умеет пользоваться компьютером. А значит, шансов, что его поразит вирус самоуничтожения, не так уж и много.

Мы сидим в нашем баре на своём излюбленном месте. Сегодня никаких чужаков, желающих занять его, нет. И это хорошо. Потому что драться мне совсем не хочется.

Да и какой смысл в драке? Мир рухнет, и всех нас не станет. Победит Аноним. Тот, кого большинство никогда даже не увидит.

– За удачную сделку? – спрашивает меня Молчанов.

– Давай!

Мы стукаемся кружками, делаем по глотку лагера.

– Неважно выглядишь, – как бы между прочим замечает мой приятель.

– Я мало сплю, – отвечаю ему, и это, в общем-то, правда. Сплю я действительно мало. Работа на шантажиста забирает силы и сон. Плюс, кажется, ко всему я ещё и простудился.

– Решил свои проблемы с тем человеком… ну, который тебя или кого-то там допекал? – осторожно спрашивает Молчанов, видимо, таким образом осведомляясь о том, когда я верну ему пистолет.

– Ну, можно сказать и так, – я открываю свой портфель, лежащий на диванчике рядом, и достаю пистолет, завёрнутый в газету. – Держи.

Молчанов как ни в чём ни бывало разворачивает газету и убирает ствол за пазуху отточенным движением заправского героя кинобоевика. Наверное, насмотрелся фильмов про Джеймса Бонда.

– Надеюсь, обошлось без жертв? – равнодушно спрашивает он.

– Отделался лёгким испугом, – натянуто улыбаюсь я, не поясняя, о ком идёт речь. Но Молчанову достаточно и этого.

– Вот и хорошо, – мой приятель берёт свою кружку с пивом и делает большой глоток. Кажется, ему было бы всё равно, даже если бы я кого-то там пристрелил.

Где-то в глубине бара играет спокойная меланхоличная музыка. Музыка тоски и одиночества. Музыка грядущего Апокалипсиса.

– Пойду до сортира, – бросает Молчанов, стукнув кружкой о стол.

– Хорошо, – я откидываюсь на диванчике, сверяясь со своими чувствами. По всей видимости, у меня поднимается температура.

Мой товарищ удаляется по проходу, я провожаю его взглядом. Молчанову не грозит вирус самоуничтожения, эпидемия обойдёт его стороной. Он даже не узнает о ней. А если вдруг и узнает – наверное, просто криво усмехнётся. Вроде того: нашли из-за чего сходить с ума. Его презрение к миру таково, что он уже давно схоронил его где-то внутри себя, зачем в таком случае убивать труп?

Что касается меня, то мне тоже не жалко жертв эпидемии. Совсем. Ключевое слово здесь – жертва, и все они рождены для того, чтобы быть отданными на заклание. Расправится с ними Аноним, или я, или кто-то ещё, подобный нам, – не важно. Всегда найдётся тот, кто захочет позабавиться с неудачниками. Мир сам порождает троллей, мир и есть тролль.

Мы все одиноки, и мы все – одиночки. Разница между охотником и жертвой минимальна. Кажется, в этом и суть… Такова насмешка судьбы. Неудачники глумятся над неудачниками.

Делаю глоток пива, в это время возвращается Молчанов. В руках у него листок бумаги, он тянет его мне:

– Зацени, что я в туалете нашёл!

Я принимаю листок из его рук, хотя уже прекрасно знаю, что это такое. Послание Анонима. Призыв к самоуничтожению. По всей видимости, не один я распространяю эти агитки.

Делаю вид, что заинтересовался, пробегаю глазами по листовке. Усмехаюсь:

– Ничего себе!

– Ага. Кажется, кому-то заняться нечем.

Я ж говорил – Молчанова эпидемия не заденет.

– Люди сходят с ума, нельзя отнимать у них эту возможность!

– Ну да, – Молчанов смотрит куда-то мимо меня. Он далёк от всего этого, самоубийцы из социальных сетей – для него это, похоже, абсолютно параллельная реальность.

– Может, кто-то так шутит… – замечаю как бы невзначай.

– Может быть, – Молчанову это неинтересно. Листовка разожгла в нём огонь любопытства на какую-то секунду, но теперь этот огонь сошёл на нет, даже дыма не осталось.

– Как думаешь, – внезапно спрашиваю я Молчанова, – мы потерянное поколение?

Молчанов не торопится отвечать. Наверное, подобные вопросы никогда не приходили ему в голову. Мне даже становится неловко оттого, что я его задал.

– Да любое поколение – потерянное, – наконец, небрежно отмахивается Молчанов. – Перед всеми встают одни и те же вопросы. Все эти смыслы жизни и мироустройства… извечные «зачем» и «почему»… И все приходят к одному и тому же – какое же мы дерьмо. Бестолково мечемся во мгле и так же бестолково пропадаем в ней. Не получив, в сущности, никаких ответов…

В Молчанове умер философ. Он очень толково разъясняет. Кажется, для себя он уже давно всё решил, вопросы бытия его мало волнуют.

Он живёт в собственном мире, где всё предельно ясно и просто. Для таких людей нет жизни и смерти. Как отдельных категорий, по крайней мере. Они воспринимают и жизнь, и смерть как единый процесс, мало касающийся их. Пусть всё идёт своим чередом – считают они.

– Ну, наверное, ты прав, – остаётся только заметить мне.

Мир умрёт, но Молчанов этого, скорее всего, даже не заметит.

Я складываю принесённую Молчановым листовку вдвое, кладу её на край стола.

– Но кто-то ведь во всё это верит, – замечаю я.

– Это их проблемы, – резюмирует Молчанов.

Анониму было бы не прошибить Молчанова. Мне так кажется. Хотя я бы многое отдал за то, чтобы посмотреть на их схватку.

Для шантажа нужны эмоции, нужен нерв, больное место, за которое можно схватить человека, а у Молчанова, кажется, ничего такого нет. Эмоции в нём давным-давно атрофировались.

– А если бы мир завтра вдруг начал рушиться на части, тебе было бы его жалко? – спрашиваю Молчанова.

Тот усмехается:

– Можно подумать, тебе было бы жалко.

Это нечестно с его стороны – переводить стрелки на меня. Хотя я могу понять Молчанова. Он намекает на то, что ему глубоко плевать на мир, потому что мир не заслужил жалости ни от одного населяющего его человека.

Если всем остальным плевать на окружающую их действительность, – как бы спрашивает Молчанов, – то при чём здесь я? В Молчанове есть что-то от бога. Те же отчуждённость и безразличие.

– Выпьем за победу? – спрашивает Молчанов.

Я не вдаюсь в подробности, какую победу он имеет в виду. Возможно, это он о моей сделке. А может, у Молчанова на уме что-то ещё. Не важно.

– За победу! – вторю я ему и поднимаю свою кружку.

Звенит стекло, потом мы пьём пиво. Тихая пирушка на краю Вселенной, дружеские посиделки накануне Конца Времён.

Пожалуй, мне пора домой. Но тут неожиданно Молчанов показывает на свою почти пустую кружку:

– Повторим?

Я не могу ему отказать. Моя сделка – целиком и полностью заслуга Молчанова. Если мы только что пили за победу, то только потому, что Молчанов для этой самой победы сделал немало.

– Не вопрос, – отвечаю я. По всей видимости, поход домой пока что придётся отложить.

Я лезу в бумажник, достаю несколько мятых купюр, кладу их на стол перед Молчановым.