Электронная библиотека » Алена Салбер » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Волна открытий"


  • Текст добавлен: 17 декабря 2014, 02:50


Автор книги: Алена Салбер


Жанр: Остросюжетные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Волна открытий
Современный приключенческий детектив
Алена Салбер

© Алена Салбер, 2014

© Рита Воденина, иллюстрации, 2014


Редактор Наталья Витько


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

В семь утра Антон Александрович Остафьев, директор компании «Бионик Фуд», был уже на ногах. В кабинете руководителя их подмосковного комбината шло экстренное совещание. Все руководство завода, начальник службы безопасности и, конечно же, сам Остафьев собрались в такую рань из-за чрезвычайного происшествия, случившегося на предприятии.

Долгая ноябрьская ночь только подходила к концу, и до рассвета было еще далеко. Яркий электрический свет, освещавший комнату, усиливал и без того глубокие тени на встревоженных лицах присутствовавших мужчин. Лишенные последних часов сладкого утреннего сна, они то и дело подливали кофе из высокого кофейника и, отчаянно стараясь не зевать, внимали нерадостным новостям.

Олег Иванович Бойко, много лет возглавляющий службу безопасности «Бионик Фуд», докладывал, что в минувшую ночь была совершена очередная, пятая по счету, попытка неизвестных злоумышленников проникнуть на территорию подмосковного комбината. Ранее его сотрудникам удавалось предотвратить подобные случаи в московской лаборатории предприятия. Сейчас, как и раньше, охрана обнаружила непрошеных гостей почти сразу, но поймать их не удалось. Более того, в этот раз при попытке задержания пострадали трое сотрудников службы безопасности. Преступники были вооружены травматическими пистолетами и расстреляли охрану практически в упор.

Антон Александрович стоял у черного окна, стекла которого бесстрастно отражали все происходящее в комнате, и ничем не выдавал тревоги. Однако, услышав о жертвах, он не выдержал и устроил грандиозный разнос. Остафьев понимал, что неправ. Понимал, что служба безопасности делает все возможное, чтобы защитить его бизнес и раскрыть причину навязчивого интереса таинственных визитеров к заводу и лаборатории. Понимал, что он должен винить не руководителей комбината, а себя самого, потому что именно он до сих пор не сумел узнать, кто объявил ему эту нечестную войну (а в том, что речь идет именно о войне, сомневаться уже не приходилось). Он все понимал, но не мог остановиться. Поток резких слов продолжал изливаться на головы подчиненных, а те только диву давались. Никогда раньше, даже в очень трудные времена, Антон Александрович не терял самообладания. Но и его выдержка имела предел.

Тяжелая работа во главе крупной корпорации не прошла для Антона Остафьева бесследно – он казался старше своих тридцати двух лет. Остафьев был довольно полным человеком, немного выше среднего роста, со светлыми волосами и почти круглым лицом. За эту форму лица подчиненные по-доброму называли его «луноликим». Серые неяркие глаза Антона Александровича прятались за очками в легкой металлической оправе, но если бы кто-нибудь посмотрел в них внимательно, то наверняка бы заметил бойкий темперамент, наблюдательность и прозорливость.

Многие подозревали, что в складках его пиджака спрятан моторчик Карлсона, потому что трудно было объяснить чем-то другим необычную подвижность этого грузного на первый взгляд человека. Люди часто видели, как Антон Александрович скачет по ступенькам офисных лестниц или бодро шагает, перемещаясь из кабинета в кабинет, решая множество вопросов и на ходу угощаясь конфетами и шоколадом. Он был падок на сладости, и эта слабость тоже нравилась сотрудникам, – она делала его еще более похожим на героя Астрид Линдгрен.

Приветливый, в меру ироничный и уверенный в себе, Антон Остафьев легко вступал в контакт с новыми людьми, находил с ними общий язык и завоевывал симпатию.

Все неприятности с «Бионик Фуд» Остафьев воспринимал как свои личные. Это была семейная компания, которую он создал вместе с отцом. Антон тогда только-только закончил Бизнес-школу Оксфордского университета и рвался применить полученные знания на практике. Его отец, Александр Иванович Остафьев, бывший партийный функционер, а позже успешный бизнесмен, имел деньги и связи, которые позволили их семейной компании добиться первых успехов. Третьим совладельцем предприятия был международный инвестиционный фонд. Остафьевы пригласили иностранцев в бизнес, когда потребовались дополнительные средства для расширения производства в регионах.

Спустя несколько лет, когда предприятие встало на ноги и немного окрепло, Остафьев-старший переключился на другие бизнес-проекты, а фирма «Бионик Фуд» полностью перешла под управление его сына. В двадцать восемь лет Антон Остафьев стал директором крупнейшей в стране компании по производству молочных продуктов и вот уже несколько лет фактически единолично успешно управлял этим бизнесом.

Кроме заводов в разных районах страны, компания имела научно-исследовательскую лабораторию, которую все эти годы возглавлял Илья Непомнящий – талантливый ученый-биохимик, почти гений, открытия которого внесли немалую лепту в их общий успех.

Антон и Илья познакомились в Оксфорде, где будущий бизнесмен заканчивал обучение, а Илья, молодой аспирант Московского университета, проходил стажировку. После случайной встречи в одном из студенческих кампусов они быстро сдружились. Несмотря на различия в профессиональных интересах, в темпераменте, характере и в отношении к жизни, им было интересно друг с другом. Уже тогда Илья рассказал Остафьеву о своей находке: новой бактерии, которую ему удалось вывести в искусственных условиях, и об удивительном молочном напитке, который можно получать с ее помощью. Это открытие стало темой кандидатской диссертации молодого ученого, однако Непомнящему хотелось не только научного признания, он думал и о практической стороне вопроса. Впрочем, Илья понимал: чтобы добиться внедрения разработанной им технологии, нужно обладать совсем другим характером. Он не имел необходимой пробивной силы, а потому его идеям суждено навсегда остаться на бумаге.

Антон же всегда был человеком практичным, и абстрактные факты, пусть даже самые захватывающие, его мало интересовали.

– Что конкретно делает твоя бактерия, чем она так хороша? – спросил он Илью.

Непомнящий, захлебываясь от восторга и сыпля цифрами и фактами, стал рассказывать о результатах своих исследований. Из этого словесного потока Антон ухватил главное: изобретение друга позволяло создать абсолютно новый молочный продукт, по многим признакам напоминающий кефир, но не имеющий большинства его отрицательных свойств. Как и кефир, напиток Ильи позволял поддерживать необходимую микрофлору пищеварительной системы, повышать иммунитет, он оказывал тонизирующее воздействие на организм в целом. Но новый продукт обладал более мягким вкусом и не имел противопоказаний для людей с повышенной кислотностью желудка. Таким образом, при успешном внедрении технологии Непомнящего армия потребителей этого напитка оказалась бы огромной.

Вскоре после возвращения обоих в Москву молодая компания, созданная Антоном и его отцом, пригласила Илью Непомнящего возглавить лабораторию. Предприятие финансировало исследовательскую деятельность ученого и регулярно получало изобретения, которые успешно применялись в изготовлении новых видов продуктов и напитков. В основном это были кисломолочные продукты, питьевые йогурты и напитки, состоящие из смесей молока и соков. Продукция компании «Бионик Фуд» пользовалась большой популярностью, и во многих домах страны в холодильнике обязательно стояла упаковка чего-нибудь вкусного с логотипом предприятия Остафьева.

Этот союз бизнеса и науки успешно существовал уже много лет, принося немало пользы и удовольствия обеим сторонам. Благодаря заботам Антона, талантливый ученый мог полностью сосредоточиться на исследованиях. Творческой энергии Непомнящего хватало на все: кроме работы в «Бионик Фуд», он успевал заниматься фундаментальной наукой, регулярно публиковал статьи в международных журналах, читал лекции в крупнейших университетах мира и готовился к защите докторской диссертации. «Бионик Фуд», в свою очередь, имела неиссякаемый источник новых технологий. Идеи Ильи позволяли компании оставаться лидером в своем сегменте рынка, и столкнуть ее с этого места уже давно никому не удавалось.

Последние полгода Непомнящий занимался очень важной темой. В атмосфере строжайшей секретности лаборатория готовила технологию производства препарата, который открывал принципиально новые возможности для компании Остафьева. После завершения этой работы «Бионик Фуд» предстояло значительно расширить границы своего бизнеса.

Но все это было только в перспективе, а сейчас информацию о новом открытии Ильи и о планах компании держали в тайне. В полном объеме о проекте знали всего два человека: Остафьев и Непомнящий. Безусловно, к работе привлекались и другие сотрудники, но доступ к сведениям у всех был ограничен. Людям сообщалось только то, что им требовалось знать для выполнения конкретного задания. Понять, в каком направлении предстоит развиваться предприятию, по этим фрагментам информации не представлялось возможным. Лишь получив все факты и сложив их, как мозаику, в общую картину, непосвященный человек сумел бы угадать стратегию «Бионик Фуд». Никто не мог знать то, что знали Антон с Ильей, но утечка информации все же произошла.

Антон Александрович не понимал целей этих настойчивых попыток проникнуть на его предприятие. Происходящее смахивало на разведку боем, но что конкретно интересовало преступников? Об этом можно было узнать, только поймав и допросив их. На последнем совещании с руководством службы безопасности Остафьев потребовал, чтобы в следующий раз, если этот «следующий раз» случится, преступников схватили во что бы то ни стало. Он хотел знать своих врагов и их цели. Минувшей ночью охрана завода попыталась выполнить приказ директора, и это привело к плачевным последствиям: три человека угодили в больницу, а непрошеным визитерам опять удалось уйти.

Не получив ответа на главный вопрос, Остафьеву оставалось только гадать. Судя по тому, что взломщиков интересовал не офис фирмы, а лаборатория и подмосковное производство, куда новые технологии обычно попадают прежде всего, они собирались украсть именно последние разработки Ильи Непомнящего. И если это так, то что он должен предпринять? Допустим, документацию с описанием технологии еще можно спрятать. Но куда деть ученого? Отослать на одинокий остров в каком-нибудь теплом море, подальше от глаз завистников? Главное, что тревожные сигналы поступали и из других мест, по самым разным каналам. В последние два месяца над компанией сгущались тучи. Антон Александрович физически ощущал надвигающуюся беду, но до сих пор не знал ни ее источника, ни причины. И это выводило его из себя больше всего.

Когда совещание закончилось и руководство комбината разошлось, Остафьев еще долго сидел в задумчивости, уставившись на тоскливый пейзаж за окном. Уже светало, и в серости ноябрьского утра виднелись очертания деревьев и голые пахотные поля, подернутые грязно-белым инеем.

Антон Александрович выругал себя за вспышку гнева. Нужно было не кричать, а действовать. Только как уберечь компанию, если не знаешь, с какой стороны ожидать удара? Некоторые меры он уже предпринял, да и служба безопасности держалась настороже. Но этого было мало. Если причиной утечки стал один из сотрудников «Бионика», то следовало вычислить предателя и через него выйти на виновников всего этого безобразия.

Вместе с Остафьевым в кабинете остался Бойко. Прежде чем уехать, он собирался обсудить с директором план дальнейших действий своего подразделения.

– Итак, Олег Иваныч, давайте переходить к выводам, – начал Остафьев, оторвавшись от созерцания полей. – Что будем делать?

– Искать инсайдера, который сливает информацию о нас конкуренту, – будто прочитав его мысли, ответил Бойко. – То, что наши гости сунулись к нам именно сегодня ночью, – не случайно. На прошлой неделе я пустил слух, что в ночь с воскресенья на понедельник охраны на заводе будет вдвое меньше обычного. А до того, если помните, мы по секрету всему свету рассказали, что из лаборатории на завод поступила документация для производства опытных образцов. Как видите, дезинформация сработала. Кто-то из наших сотрудников сообщил эти сведения куда нужно, и к нам снова пришли гости.

– Как? Вы знали, что они придут?

– Ну, не знал. Но предполагал. Потому и усилил охрану. Кто же мог ожидать, что негодяи пустят в ход оружие? Только это их и спасло.

– Следовательно, теперь у нас есть убедительное доказательство того, что некто сливает секретную информацию на сторону. Как думаете его искать?

– Или ее. Не исключено, что это дама. Хотя женщин на руководящих постах у нас в компании немного, но секретари почти так же осведомлены о делах фирмы, как и их начальники. Я предлагаю взять под плотное наблюдение всех, имеющих доступ к секретной информации, и выборочно проверять низший состав. Необходимо проанализировать контакты, банковские счета, крупные покупки сотрудников – в общем, брать их всех в оборот по полной программе. Но на подобные меры мне, Антон Александрович, естественно, нужна ваша санкция.

– Охота на ведьм какая-то получается.

– Получается. Но другого пути сейчас нет. Мы обязаны остановить эти набеги.

Остафьев почувствовал, что не готов к таким решительным мерам. Прочесывать частой гребенкой всех, с кем он строил свою компанию, кто был ему верным товарищем столько лет?

Заметив сомнения шефа, Бойко добавил:

– Повторить фокус с дезинформацией не получится. Преступники ушли и теперь доложат, что охраны на комбинате было не меньше, а наоборот, больше, чем обычно. Противник поймет, что мы ищем предателя, и наш Иуда станет осторожничать. На более либеральные методы могут уйти месяцы. Такого количества времени у нас просто нет.

«Да, времени действительно нет», – согласился про себя Остафьев. Надежные люди из компетентных органов сообщали, что на «Бионик Фуд» уже заведено дело. Липовое, конечно, потому что за чистоту своей компании Антон Александрович готов был ответить головой. Но сути это не меняло: со дня на день следовало ждать новых гостей, которые уже на официальных основаниях перевернут в компании все вверх дном и смогут изъять любой документ, даже самый секретный.

– Хорошо, Олег Иваныч. Я даю санкцию на проведение такой проверки, – вздохнув, согласился Остафьев. – Но организуйте это так, чтобы никто, кроме вас, даже ваш заместитель, не знал, что на самом деле происходит. Необходимо сделать все максимально корректно и конфиденциально. Помните, что это уважаемые сотрудники, очень много сделавшие для «Бионика». Я не хочу терять доверие людей, с которыми работаю, из-за одной паршивой овцы.

Расставшись с Бойко, Антон Александрович поехал на Новокузнецкую, в московский офис «Бионик Фуд». По дороге он обдумывал свой собственный план защиты, о котором не знал даже глава службы безопасности. Все было готово для его воплощения, за исключением одной детали: он так и не нашел, кому поручить эту работу.

Остафьеву требовался человек, с одной стороны, абсолютно надежный, которому он без опасений мог доверить собственную безопасность и безопасность своего детища, а с другой – такой, о существовании которого не знал бы его противник. И здесь возникала загвоздка: все, кому Антон Александрович мог верить в должной мере, работали в «Бионике» и были на виду. Сотрудники Бойко периодически фиксировали слежку за самим Остафьевым и ключевыми людьми из его команды, поэтому никто из них не подходил на роль исполнителя. Ему нужен был кто-то еще, незаметный для врага.

Уже неделю Остафьев перебирал в уме имена знакомых, друзей, коллег – и все они по той или иной причине не подходили для его задания. Где же ему взять такого человека – надежного, но никому не известного?

Глава 2

Тем же утром Дина Кострова, работающая в «Бионик Фуд» секретарем приемной, хаотично металась по небольшой двухкомнатной квартире в Новых Черемушках. Для нее начинался типичный понедельник, когда все идет не так. Мало того что Дина проспала, не выспалась и выскочила из дома, не успев позавтракать. Вдобавок уже у подъезда она вспомнила, что машина ее с пятницы стоит с проколотым колесом, и потому ехать на работу ей предстояло в переполненном метро. Хуже утра не придумаешь!

Чтобы найти во всей этой понедельничной серости хоть что-то хорошее, она уговаривала себя, что без машины доедет на работу быстрее и уж точно не опоздает. А там забежит в кофейню, выпьет большую чашку кофе со свежими булочками, и жизнь наладится. Нужно только пережить эти полчаса дороги…

Уговоры помогли, но не очень. С завистью посмотрев на соседей, счищавших наледь со стекол своих авто, Дина поплелась к метро.

На станции было не протолкнуться. Отдохнувшие за выходные граждане раздражающе бодро спешили в свои организации и учреждения. «И откуда у них столько энергии?» – удивлялась Дина, которая все выходные активно отдыхала с друзьями за городом, а сейчас расплачивалась за легкомыслие. За прошедшие дни она так и не успела выспаться.

Чтобы чем-то занять себя в пути, Дина купила первый попавшийся иллюстрированный журнал о знаменитостях. В вагоне, примостившись на сиденье, она раскрыла его, но ненадолго. В тепле ее быстро разморило, глаза сами собой закрылись, и она задремала. И к ней тут же вернулся тот самый сон, что приснился под утро.

Она видела море. Стояло утро, обещающее жаркий день, она расположилась в кресле на борту небольшой прогулочной яхты и чувствовала, как легкий ветер играет с волосами и щекочет кожу. Уже заметно припекало, и от яркого солнца приходилось щуриться. А вокруг нее до горизонта не было ничего, кроме синей глади воды…

Вагон тряхнуло, и Дина очнулась от райского наваждения. Эти манящие сны приходили к ней в последнее время все чаще. Они тревожили воспоминания, а что самое неприятное – порождали сомнения: правильно ли она тогда поступила?

«Надо взять себя в руки и не раскисать», – сказала себе Дина, непроизвольно сжав кулаки. Это все от лукавого. Ведь прежде чем решиться на тот безумный шаг, она все сто раз обдумала. Другой возможности изменить свою жизнь у нее тогда не было. Это она понимала отчетливо. Так откуда же сейчас взялась эта неуверенность? Почему ее стали одолевать воспоминания о прошлой жизни, много более легкой и спокойной, но не имевшей ни цели, ни смысла?

Чтобы отвлечься, Дина вновь открыла журнал и, разглядывая фотографии звезд, заставила себя не думать о том, что нельзя было уже изменить.

На предпоследней странице она обнаружила подборку фотографий с недавней презентации новой линии продуктов питания фирмы «Бионик Фуд». На одном из снимков картинно улыбались руководитель компании Антон Александрович Остафьев и его жена Анжелика.

Директор был одет в элегантный черный костюм, скрадывающий его природную полноту и одновременно визуально добавляющий ему несколько лишних лет. Жена Остафьева, напротив, казалась юной и очень красивой: длинные, темные, почти черные волосы, точеные черты лица, изящная фигура, которую подчеркивало облегающее бирюзовое платье. Только глаза, довольно колючие и холодные, странно контрастировали с почти ангельской внешностью Анжелики. Впрочем, наверное, это только показалось. В офисе «Бионик Фуд» супруга директора появлялась не часто, всегда проходила мимо стойки ресепшен, не останавливаясь, не говоря секретарям ни слова. Так что за пять месяцев работы в этой компании Дина ни разу не смогла ее хорошенько рассмотреть.

«Станция «Третьяковская», – сообщил громкоговоритель, и Дина выскочила из вагона. В центре людей оказалось еще больше. Пассажиры как муравьи сновали по платформе, направляясь кто на переход, кто к эскалатору на улицу. «Сколько же в нашем городе народу!» – думала она, пробираясь сквозь людские потоки. Дина уже предвкушала, что еще немного – и она убежит от окружающей ее толкотни, окажется в уютном офисе, приготовит себе вкусного кофе – и сможет наконец окончательно проснуться. «Скорее, в тихую гавань! – сказала себе Дина и удивилась: – Что это меня сегодня на морскую тему потянуло?»

Действительно, непонятно было, почему именно сегодня, спустя полгода после тяжелого развода с мужем, стали всплывать картины из ее прежней, казалось, такой уже далекой жизни.

Пять лет назад Дина закончила экономический факультет Института международных отношений. Она училась с большим интересом и даже жадностью – была активисткой студенческой организации и звездой курса. Устроить институтскую конференцию, пригласить на нее высокопоставленного чиновника, крупного бизнесмена или известного политика – ей удавалось почти невозможное. Дине нравилось ставить перед собой трудные задачи и выполнять их. Глядя на ее успехи, преподаватели, сокурсники и коллеги по студенческому объединению были уверены, что девушку ждут грандиозные перспективы и головокружительная карьера. Она и сама в это верила.

Дина получила диплом экономиста-международника и с ходу готовилась ринуться в бой, начать работать в крупной компании, ведущей дела на зарубежных рынках. На последнем курсе перспективная студентка получила несколько предложений от потенциальных работодателей, но перед принятием окончательного решения собралась съездить отдохнуть. По случаю окончания института отец подарил ей роскошное двухнедельное путешествие на Крит.

Там Дина познакомилась с руководителем испанского офиса огромной транснациональной корпорации, он отдыхал с семьей в том же отеле. Эта встреча стала для недавней выпускницы не только удачной возможностью попрактиковаться в испанском языке, который она изучала в институте. Случайный знакомый, оценив квалификацию Дины, пригласил ее пройти стажировку в своей компании. Работа в европейском офисе огромной корпорации дала бы ей полезный опыт, знакомства, а еще возможность пожить в другой стране, больше узнать, многое увидеть…

Уже через месяц Дина поселилась в Мадриде. Годом позже она перевелась в британский офис корпорации и еще столько же жила и работала в Лондоне. По окончании второго года стажировки она планировала вернуться в Москву. Но все сложилось иначе.

Отец Дины, известный тележурналист, работал в Лондоне и проводил там большую часть года. Он поддерживал обширные связи и во время пребывания дочери в Британии ввел ее в круг своих тамошних знакомых. На одном из приемов он представил Дину Глебу Ломидзе.

Глеб восхитил ее своим умом, жизненной мудростью и внутренней силой. Дина всегда ценила людей, которые сделали себя сами, без посторонней помощи, без пап, мам и спонсорских денег достигли вершин, недоступных многим другим. Ломидзе был именно таким.

Начало своей империи он положил еще в перестроечные годы, когда открыл свой первый кооператив. Постепенно развивая бизнес, Ломидзе торговал всем, что попадалось под руку: немного нефтью, немного металлами и компьютерами. «Владелец заводов, газет, пароходов», в середине девяностых он уже не только руководил крупнейшим холдингом в стране, но и приблизился к сферам государственной политики и частенько бывал в гостях у руководителей страны. К тому времени Ломидзе стал одним из самых богатых людей России.

Несколько лет назад, когда ему едва минуло сорок лет, Глеб неожиданно свернул все дела и переехал в Великобританию. Многие тогда недоумевали, пытаясь понять, почему, находясь на пике успеха, он ушел из бизнеса. Поговаривали о конфликте Ломидзе с кем-то из высших лиц государства, после которого ему недвусмысленно намекнули, что его влияние, усилившееся в последние годы, стало крайне нежелательным. И, якобы поняв намек, он решил не дожидаться, когда его постигнет участь тех, кто оказался не так проницателен или менее сговорчив.

Разные слухи тогда ходили по Москве. Но, так или иначе, Ломидзе сделал то, что сделал. Выгодно продав все свои предприятия в России, он отошел от дел.

Впрочем, в то, что Глеб Ломидзе действительно удалился на покой и больше не манипулирует политикой, мало кто верил. Пресса всеми силами пыталась раскопать связи Ломидзе с нынешней властью. Журналистам постоянно мерещилась его тень за спиной того или иного государственного деятеля, за тем или иным политическим событием. Но фактов, подтверждающих такие догадки, несмотря на все старания и уловки, никому получить не удавалось. Не находя ничего стоящего, журналисты провоцировали Ломидзе, задавая вопросы о степени его участия в управлении государством. В ответ он так же прямо отрицал какое-либо свое отношение к политическим или экономическим событиями в России. И из-за этой прямоты ему еще больше не верили.

А Глеб наслаждался «тихой жизнью пенсионера», как он сам ее называл, в которой не было ни стрессов, ни огромного груза ответственности, и чувствовал себя вполне счастливым. Во времена другой, «допенсионной» жизни он слыл человеком жестким: требовательным к партнерам и сотрудникам, беспощадным к конкурентам и врагам. Удалившись от дел, он превратился в добродушного, расслабленного и безмерно обаятельного мужчину, многое уже оставившего позади, но отдающего себе отчет, что впереди его ждет еще больше. Возраст Глеба был самый подходящий для того, чтобы начать все сначала. Для полного счастья ему не хватало только жены – красивой, умной, доброй и порядочной женщины, матери его будущих детей. Когда Ломидзе встретил Дину, то понял, что именно ее он искал на эту роль.

Она обладала приятной внешностью, но назвать ее красавицей, пожалуй, было нельзя. С первого взгляда люди не видели в ней ничего необыкновенного. Мягкие правильные черты лица, зеленые смешливые глаза, густые темно-русые волосы до плеч и ладная фигура – достоинства привлекательные, но не выдающиеся. Мало ли на свете симпатичных девушек? И только немного пообщавшись с Диной, почувствовав ее искристое очарование, увидев задорную улыбку, люди замечали, как она хороша. Она обладала той особенной тихой красотой, к которой нужно присмотреться.

В отличие от многих, Глеб Ломидзе понял Дину сразу. Он приложил все силы, чтобы завоевать эту девушку, и она, конечно же, не смогла устоять. Замужество в ее планы тогда не входило, но, получив предложение, Дина практически тут же согласилась. Глеб был окружен ореолом славного прошлого и загадочного настоящего – от таких мужчин и таких предложений не отказываются.

И все было бы ничего, если б супруги до свадьбы обсудили свои совместные планы. Новый образ жизни вполне устраивал Глеба, а карьерные амбиции жены казались ему чудачеством. Он даже не подумал, что она может захотеть работать, заниматься чем-то еще, кроме немногочисленных семейных дел. Глеб уже совершил все мыслимые и немыслимые подвиги на ниве бизнеса, достиг всех вершин, которых хотел достичь, и теперь ему нужен был только покой, неспешный ритм жизни, увлекательные поездки, яркие встречи, книги и внимание любимой жены.

Дина же мечтала о чем-то своем, может быть о маленьком, но собственном деле, где она могла бы применить свои способности, за которое стала бы себя уважать. Но Глеб ни о чем подобном и слышать не хотел. Каждый раз, поднимая эту тему, она получала такой фонтан негодования в ответ, что вскоре перестала об этом даже заикаться. Так на взлете карьеры Дине обрезали крылья и заперли дома.

Нельзя сказать, что ее существование было так уж невыносимо. Многие женщины отдали бы полжизни, чтобы вторую половину провести так, как Дина те несколько лет. Путешествия, интересные знакомства, светская жизнь, эпизодическое участие в некоммерческих проектах мужа – она не успевала скучать. Но все это было не то. Дину постоянно преследовало ощущение собственной никчемности. Ей казалось, что она зритель и наблюдает за проходящей мимо жизнью из ложи театра. А ей хотелось участвовать в этом спектакле и срывать аплодисменты.

Их брак продолжался уже три года, когда Дина вдруг осознала: сейчас или никогда. Или она немедленно откажется от этого вялотекущего бесцельного существования, или уже никогда ничего не сможет изменить и всю жизнь будет сожалеть об упущенном времени. Однажды она допустила ошибку, но еще могла ее исправить.

В последний раз Дина решительно поговорила с мужем о собственных планах и, получив очередной отказ, совершила невозможное – ушла от Глеба Ломидзе. Сама не веря тому, что делает, она вернулась в Москву.

Переезд дался ей с трудом. Голова шла кругом от резкой смены климата, образа жизни и социального статуса. Доходило до смешного. Дина с трудом вспоминала, чем мыть посуду и как включать стиральную машину – в последние годы она была полностью избавлена от подобных забот. Впрочем, все эти трудности Дина смогла бы пережить. Но когда за ней в Москву примчался разъяренный муж, изумленный непослушанием жены, вот тут ей стало по-настоящему плохо.

Глеб долго отказывался поверить, что она ушла от него в никуда, подозревая наличие соперника, ради которого коварная Дина отказалась от его любящих объятий. Немалых трудов ей стоило убедить Ломидзе, что она была ему верна и дело совершенно в другом. Услышав про это другое, муж рассвирепел еще больше. Он отказывался понимать причины ее дикой выходки и требовал, чтобы она перестала рушить их счастливую семейную жизнь ради глупого, немотивированного упрямства. Ежедневно охранники мужа встречали Дину около дома и настоятельно приглашали «проехать с ними к Глебу Вахтанговичу». А тот снова и снова просил, давил, пугал и умолял. И в какие-то моменты она была близка к тому, чтобы сдаться.

Она очень боялась оказаться вдруг ответственной за происходящее; сомневалась, сможет ли сама, без помощи посторонних, начать все сначала; ее мучило чувство вины, ведь она разрушала жизнь близкого человека. А еще Дина понимала, что Глеб ей этого не простит и вряд ли она когда-нибудь увидит его снова. Последнее обстоятельство огорчало ее больше всего, ведь она еще любила его и подозревала, что в той или иной мере чувство останется с нею навсегда.

Однако она выстояла. Месяц продолжался этот кошмар, пока наконец оскорбленный Ломидзе не согласился на развод. К тому времени Дина уже нашла работу, очень скромную, не соответствующую ни ее образованию, ни амбициям, но достаточную, чтобы содержать себя. Это был ее плацдарм, где она могла собраться с силами и снова научиться жить в мире обыкновенных людей.

Дина начала все сначала. А о прошлой жизни ей теперь напоминали только сны.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 2.9 Оценок: 7
Популярные книги за неделю


Рекомендации