Читать книгу "Понятие преступления"

И здесь прежде всего речь идет о таких видах преступления, отраженных в уголовном законе, которые в силу своей юридической природы являются созданием условий для совершения других преступлений. К таковым можно отнести некоторые умышленные деликты, например, бандитизм, создание преступного сообщества и т. д. Разумеется, может последовать возражение того рода, что данные посягательства направлены на самостоятельные объекты и потому причиняют вред реальным общественным отношениям. Однако при этом никто не пытается выделить причиняющее свойство этих преступлений, традиционно обосновывая подобное тем, что в усеченных диспозициях нет смысла говорить о причинении. А почему? Не потому ли, что сама по себе, например, организация банды не способна причинить материального (физического, имущественного) вреда. И не случайно в литературе особая опасность бандитизма связывается с совершением иных тяжких и особо тяжких преступлений, причиняющих, как правило, материальный вред.[774]774
  Курс советского уголовного права. М., 1970. Т. 4. С. 163; Курс советского уголовного права. Л., 1973. Т. 3. С. 233; Уголовное право. М., 1998. С. 379; и др.


[Закрыть] На наш взгляд, в подобных деликтах мы сталкиваемся с созданием условий, выраженным в приготовлении, и отраженным в Особенной части УК в качестве самостоятельного преступления в силу его повышенной общественной опасности. Подобная регламентация в законе является чисто условной; ничто не мешает законодателю ввести в определенные тяжкие или особо тяжкие (возможно, и не только) виды преступлений в качестве квалифицирующих признаков их совершение бандой или преступным сообществом с соответствующим увеличением санкций и естественным признанием организации банды или создание преступного сообщества приготовлением к таким преступлениям.

Отсюда и связь действий, свойственных анализируемым видам преступлений, с действиями, к которым лица готовятся, не является причинной, она обусловливающая, она – связь условия с причиной будущего результата. В то же время она – связь обусловливающе-опосредованная относительно результата, поскольку достижение последствия опосредуется действиями по причинению.

Тем не менее чаще всего в законе урегулированы виды преступления с неосторожным причинением вреда, в которых поведение лица не всегда причинно связано с результатом. «В самой общей форме особенность неосторожного причинения заключается в том, что деяние не направлено субъектом на причинение преступного результата, последний возникает вследствие отклонения действия, выхода его из-под контроля субъекта. Таким образом, результат во многом определен действием факторов, не зависящих от субъекта, не подвластных ему».[775]775
  Дагель П. С. Причинная связь в преступлениях, совершаемых по неосторожности // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1981. Вып. 34. С. 30.


[Закрыть] Обычно такое поведение связано с нарушением существующих правил, предписанных обязанностей по должности или профессии либо моральных обязанностей, прямо закрепленных (не закрепленных) в законе, и выражено в бездействии или действии (халатность, нарушение правил охраны труда, нарушение правил безопасности и т. д.). При этом само нарушение правил может быть осуществлено умышленно или неосторожно, а общественно опасный вред наступает только по неосторожности, хотя иногда оно выступает в качестве деликта поставления в опасность, т. е. без возникновения вреда (ч. 1 ст. 215, ч. 1 ст. 217, ч. 1 ст. 220 УК).

В теории уголовного права была предпринята попытка выделить этапы в развитии причинной связи при совершении неосторожных преступлений. «Первый этап начинается с момента нарушения правил, но события еще протекают нормально и реальной опасности не возникает. На данном этапе существует лишь абстрактная возможность причинения вреда. Второй этап возникает тогда, когда нарушение правил предосторожности в конкретных условиях ситуации приводит к возникновению реальной опасности причинения вреда, т. е. к возникновению аварийной ситуации. Однако техническое средство еще находится под контролем управляющего субъекта, и он может избежать причинения вреда путем принятия мер, требуемых обстановкой и правилами предосторожности. Третий этап начинается с выхода технического средства из-под контроля управляющего субъекта, когда он теряет возможность вмешаться в развитие событий. Дальнейшее зависит от ситуации. Четвертый этап охватывает реальное причинение преступных последствий, характер которых во многом определяется ситуацией».[776]776
  Там же. С. 31.


[Закрыть]

Готов согласиться с предложенными этапами, тем более, что это носит чисто технический характер, не оспариваю и содержание их. Неприемлемым, на наш взгляд, является то, что автор выделяет этапы причинения, не разделяя в сущности причины и условия; говорит о множестве причин, опять-таки понимая под таковыми совокупность причин и условий.[777]777
  Там же. С. 31–32.


[Закрыть] А в итоге автор приходит с необходимостью к выводу, полностью нас устраивающему: вводит в четвертый этап причинение последствий, характер которых во многом определяется ситуацией; не поведением нарушителя, не нарушением установленных правил, а именно ситуацией в целом, что свидетельствует о не столь уж существенном вкладе нарушения в причинение.

Все-таки не этапы являются главной проблемой при этом, а четкое вычленение поведения-причины и поведения-условия, точнее, причинной и обусловливающе-опосредованной связей. Рассмотрим на конкретном примере. Самолюк П. В. осужден за нарушение правил охраны труда, заключавшееся в том, что он будучи начальником геологоразведочной поисковой партии направил в многодневный маршрут геологов Б. и Ю., не запросив предварительно метеосводку и не обеспечив их спальными мешками; в результате геологи сначала попали под дождь, а затем в снежный буран; Б. скончался от переохлаждения. Пленум Верховного Суда СССР удовлетворил протест Генерального Прокурора СССР о прекращении дела за отсутствием состава преступления, поскольку поведение Самолюка не находится в причинной связи с гибелью Б.[778]778
  Бюллетень Верховного Суда СССР. 1988. № 2. С. 24–25.


[Закрыть] Следует поддержать данное судебное решение, но дело здесь в том, что поведение Самолюка в принципе не может быть признано причиной смерти Б. ни при каких условиях, т. е. поиски причины или не причины в данной ситуации бессмысленны. Вышесказанное свидетельствует: причиной признается явление, имеющее в себе возможность появления следствия (закономерно развивающееся к следствию) и материальное содержание, которое следствию может быть передано и передается. Следствием же выступает общественно опасный результат, т. е. в приведенном случае гибель от переохлаждения Б. Таким образом, поведение должно было вызвать общественно опасный результат – смерть Б. Однако Самолюка обвиняют в не выполнении действий, которые должны были исключить общественно опасный результат, а это совсем другое дело. Очень похоже на то, что все анализируемые деликты – это деликты не предотвращения вреда. Поэтому-то остро и встает вопрос: может ли бездействие по не предотвращению вреда быть причиной данного вреда. Думается, ответ однозначен: не может. Во-первых, само понимание не предотвращения вреда связано с тем, что какая-то сила не предотвращает вред, возникающий вследствие воздействия другой силы. Во-вторых, закономерного развития от поведения по не предотвращению вреда к возникновению его нет (само по себе направление геологов на маршрут – нормальное производственное явление – не заключает в себе возможность будущего вреда, это, скорее, общественно полезное явление; само по себе отсутствие запроса о метеосводке также не способно привести к смерти по переохлаждению, к ней привел буран; отсутствие запроса явилось лишь условием наступления вреда; не предоставление геологам спальных мешков также само по себе не способно породить следствие, оно также выступает условием развития бурана в направлении смерти Б.). В-третьих, нет передачи материального содержания ни от необеспечения спальными мешками геологов, ни от отсутствия запроса о метеосводке к смерти Б., в данной ситуации материальное содержание бурана (принесенный им холод) перешло в материальное содержание следствия (смерть Б. от переохлаждения); указанные же факторы выступают лишь в качестве условия действия бурана. Надеемся, никто не решится утверждать, что между анализируемыми факторами и бураном имеется причинная связь (трудно вызвать буран отсутствием сведений о метеосводке или отсутствием спального мешка), в противном случае мы получили бы развитие причинности во времени и пространстве со множеством причинных связей. Отсюда следует, что причиной смерти Б. явился буран, а анализируемые факторы – условия развития бурана в направлении общественно опасного результата.

Вот здесь-то и возникает следующая проблема – криминальной значимости или не значимости условия, т. е. криминальной значимости обусловливающе-опосредованной связи. На наш взгляд, направления ее разрешения таковы.

1. Традиционно криминализация анализируемого поведения связывается с урегулированностью их уголовным законом. Но в данном случае речь идет лишь о формальном признаке, за пределами которого остается вопрос: какая обусловливающе-опосредованная связь отражена в Особенной части УК как криминально значимая, и, естественно, ответ на него. Нужно найти сущностные признаки криминализации ее.

2. В теории также, пожалуй, общепризнанно, что указанные деликты и, соответственно, обусловливающе-опосредованная связь становятся криминально значимыми при наличии обязанности и возможности действовать в социально обоснованном направлении, в направлении исполнения социально установленных правил. «Главным при решении вопроса об их правомерности должно явиться установление того, могло и было ли лицо обязанным предотвращать эти последствия».[779]779
  Гринберг М. С. Указ. соч. С. 132; и др.


[Закрыть] Вот здесь уже намечены сущностные критерии. Действительно, при наличии обязанности и возможности действовать в требуемом направлении возникает уголовная ответственность в анализируемых деликтах. Отсутствие одного из указанных факторов (либо обязанности, либо возможности) свидетельствует об отсутствии криминальной значимости условия. Так, согласно постановлению Пленума Верховного суда Киргизской ССР было признано необоснованным осуждение Масленникова В. П. за халатность, так как существенный вред государственным интересам был причинен по независящим от лица причинам, устранить которые оно не имело возможности.[780]780
  Бюллетень Верховного Суда СССР. 1989. № 6. С. 31–32.


[Закрыть] Однако они даже в совокупности еще не предрешают вопроса о криминальной значимости условия, поскольку не исключено настолько существенное противодействие иных условий, что обязанность и возможность действия данного лица будут полностью нивелированы иными привходящими факторами. Например, Пленум Верховного Суда СССР подтвердил решение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Азербайджанской ССР об оправдании Гайказяна по факту взрыва газопровода, поскольку ему вменялось отсутствие ремонта газопровода, когда он был обязан и мог действовать, тогда как взрыв газопровода произошел из-за некачественной сварки трубопровода при его монтаже, имеющем место до ремонта.[781]781
  Там же. № 2. С. 7–9.


[Закрыть] Поэтому сами по себе обязанность и возможность действовать еще не предрешают вопроса о криминальной значимости обусловливающе-опосредованной связи; нужно искать дополнительные критерии подобного.

3. Выше при анализе причин и условий была выдвинута в качестве признака необходимость их влияния на следствие; при этом необходимость характеризовала и причину, и условие. Отсюда следующим критерием криминальной значимости обусловливающе-опосредованной связи выступает необходимость ее для наступления общественно опасного результата. Однако в отличие от необходимой причинности необходимая обусловленность не заключается в закономерности развития от условия к следствию, что, естественно, усложняет установление последней. Как нам представляется, необходимая обусловленность возникает тогда, когда вменяемое условие (вменяемые условия) вне зависимости от других условий способно (способны) подтолкнуть причину, помочь в ее развитии в направлении общественно опасного результата. При этом другие условия могут быть как необходимыми, так и не необходимыми. Соответственно, представляется неоправданной позиция множественности причин как объединения причин и условий: «Для неосторожного причинения характерна самостоятельная роль многих факторов, участвующих в производстве результата, но лишь один из них является нарушением правил предосторожности. К таким факторам относятся те, которые характеризуют используемые средства (в частности, их неисправность), ситуацию (например, погода, состояние дороги, поведение других лиц, в том числе и потерпевшего)».[782]782
  Дагель П. С. Указ. соч. С. 32; и др.


[Закрыть] В таком случае автор исходит из теории conditio sine qua non с ее равенством и равноответственностью всех условий, которые подвергались жесточайшей критике во все времена и о которых автор прямо не говорит, но вынужден будет исходить из них, поскольку никаких правил исключения условий из ранга криминально значимых не предлагает. Хочется думать, что сторонники такого подхода не готовы привлекать к уголовной ответственности и потерпевшего как один из факторов, включенных ими в причинение.

4. Похоже на то, что из всех необходимых условий нужно выделить криминально значимые. В этом плане представляется любопытным следующее уголовное дело: к уголовной ответственности за халатность был привлечен Раад – заместитель директора сланцехимического завода – за то, что он не обеспечил пропускной режим и охрану склада метанола и насосной станции, в результате чего метанол был похищен и при его распитии 26 жителей города получили отравление, 19 человек из них скончались. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР дело производством прекратила в связи с отсутствием состава преступления, мотивируя это тем, что завод сдан в эксплуатацию с незаконченным ограждением вокруг насосной станции и склада метанола, отсутствовали ворота, средства связи, сигнализация, не оборудованы места для обеспечения работы и отдыха военизированной охраны, т. е. из-за отсутствия «у должностного лица реальной возможности выполнить надлежащим образом возложенные на него обязанности».[783]783
  Бюллетень Верховного Суда СССР. 1987. № 4. С. 26–27.


[Закрыть] Похоже на то, что мотивация Судебной коллегии не выдерживает критики: Раад мог увеличить число охраны, взяв объекты под круглосуточное наблюдение, поставить временные пункты проживания и отдыха охранников и т. д., соответственно, мог выполнить свои обязанности, но он этого не сделал, поэтому были все формальные основания для привлечения его к уголовной ответственности. Однако дело было прекращено и, на наш взгляд, совершенно оправданно, поскольку влияние на следствие иных необходимых условий (принятие в эксплуатацию незавершенного строительства, противоправные действия других лиц по хищению метанола, действия самих потерпевших) было более существенным. Существенность необходимого условия – следующий критерий криминальной значимости обусловливающе-опосредованной связи. Вполне понятно, что существенность – оценочная категория, которая не может точно конкретизировать выбор криминально значимого необходимого условия, тем не менее при объективной оценке всех имеющихся необходимых условий всегда можно создать ранжированную лестницу степеней влияния их на причину и выбрать наиболее существенное.

5. С позиций уголовного права необходимым условием всегда выступает физическое вменяемое лицо, достигшее определенного уголовным законом возраста. Данный критерий также сужает круг необходимых криминально значимых условий, обеспечивая неравнозначность их для уголовного права.

6. И последнее. Необходимым условием признается только такое лицо, которое совершило предусмотренное уголовным законом преступление, что поможет нам исключить потерпевших из круга криминально значимых необходимых условий.

Установив изложенные критерии криминальной значимости обусловливающе-опосредованной связи, мы с довольно высокой степенью достоверности можем выделить данную связь и применять ее на практике наряду с причинной, что полностью исключит смешение причин и условий в их уголовно-правовом значении.

Из сказанного выше следует, что и причинная, и обусловливающе-опосредованная связи довольно часто базируются на множестве причин и условий. Множество причин всегда связано в уголовном праве с соучастием. Оно может носить форму либо параллельного воздействия, либо цепочки причинности. При параллельном воздействии множество причин приобретает следующий вид.

На схеме ясно виден механизм причинения, когда несколько соучастников, действуя одновременно, причиняют общественно опасный вред. В таких ситуациях речь всегда идет о соисполнительстве применительно к одному следствию. Здесь, как правило, особых проблем с определением причинности не возникает, за исключением тех случаев, когда не верно установлено следствие, имеется реально несколько следствий и необходимо найти причины каждого из них, т. е. в таких случаях нужно, скорее всего, исключать множественность причин, а не искать ее. Необходимые условия могут сопровождать как всю совокупность исполнительских действий, так и каждое исполнение в отдельности. И в том, и в другом случаях они могут быть криминально значимыми, т. е. обусловливающе-опосредованная связь может иметь более широкий или менее узкий характер. Несколько сложнее обстоит дело с последовательной множественностью причин, когда одно явление (причина) вызывает к жизни второе явление (следствие), которое как причина в свою очередь порождает третье явление (следствие) и т. д.

Подобное причинение имеет место в двух вариантах. 1. При объективно-субъективной причине деятельности лица с прямым умыслом, когда отдельные объективные и субъективные причины создают одну монолитную причину, с которой и связывают общественно опасный результат. Здесь множество причин поглощается их совокупностью, которая и выступает в качестве единой причины. 2. При соучастии в виде подстрекательства, когда подстрекатель путем убеждения или принуждения превращает законопослушного гражданина в преступника, создает преступника и его действие, а тот в свою очередь, исполняя преступление, причиняет общественно опасный вред. Иные соучастники такой способностью не обладают, их действия являются условиями действия уже готового преступника и потому причинами признаны быть не могут. Однако, устанавливая подстрекательские действия, необходимо помнить о том, что поступательная последовательность причинности при их наличии существует лишь при их прямом воздействии на будущего исполнителя, тогда как опосредованное воздействие на него через организатора (подстрекатель создает действия организатора) или через пособника (подстрекатель создает действия пособника) исключает последовательное причинение в силу прерывания поступательного причинения. Очень интересно данный вопрос отражен в УК Японии: «Лицо, которое путем подстрекательства побуждало другого к совершению преступления, приравнивается к исполнителю (ч. 1 ст. 61 УК). Лицо, которое подстрекает пособника, приравнивается к пособнику (ч. 2 ст. 62 УК) (курсив мой. – А. К.)». Представляется, что в указанном и выражена различная степень опасности причинной и обусловливающе-опосредованной связей. Здесь же возникает и еще одна проблема – широта изолирования уголовно-правового причинения, иными словами, как далеко в ретроспекцию может уйти уголовная ответственность при наличии подстрекателя, подстрекательства и т. д. Однако это скорее вопрос общественной опасности соучастия, нежели причинной связи.

Но как бы там ни было, и при параллельном, и при последовательном множестве причин криминально значимой является всегда их совокупность, что, впрочем, не исключает самостоятельного уголовно-правового значения каждой из причин (кроме целеполагаемого поведения одного лица, когда уголовно-правовое значение имеют всегда две причины – мотивация и собственно действие).

Несколько иную картину наблюдаем при множестве необходимых условий, которые, как правило, случайны по отношению друг к другу, могут друг другу противодействовать, взаимоисключать друг друга и уже в силу этого их совокупность как совокупность влияния на причину не имеет никакого значения. Именно поэтому мы и выделяем необходимые условия развития причины в одном направлении – в направлении причинения общественно опасного результата. Но даже и в случае однонаправленного совокупного воздействия необходимых условий на причину мы обязаны выделить существенное необходимое условие, отвечающее указанным выше критериям, отделить его от других необходимых условий, что также исключает уголовно-правовую значимость всей совокупности необходимых условий. Отсюда, на наш взгляд, множественность необходимых условий едва ли сама по себе криминально значима, соответственно, имеющееся довольно часто в уголовном праве место привлечения к уголовной ответственности сразу нескольких, например, должностных лиц за нарушение правил охраны труда (мастера, инженера по технике безопасности, главного инженера, директора предприятия) едва ли обоснованно, поскольку сразу разрушает критерий существенности необходимых условий.