Текст книги "Элла покинула здание!"

Глава 31

– Бонс… – произнес Марьян, выглянув в приемную, и запнулся – девушки за столом не оказалось.

Белянский прислушался, но из подсобки не доносилось ни звука. Нахмурившись, старший следователь глянул на настенные часы и раздраженно пробормотал:

– Ну да, конец рабочего дня.

Выйдя в приемную, рейян без всякой необходимости осмотрел стол помощницы, подспудно надеясь обнаружить там что-то интересное, но перед уходом Бонс все убрала, оставив лишь толстенный том подробной классификации демонов и прижатую этим талмудом фотокарточку какого-то невзрачного юноши с испуганными глазами в форменном кителе жандармской академии.

Вздохнув и пролистав классификацию, Марьян вернулся к себе и с раздражением осмотрел кабинет. У старшего следователя всегда были дела, требовавшие его внимания. Как бы Белянскому ни хотелось, приходилось заниматься не только расследованиями, но и целым ворохом бумажек по менее важным делам управления. Ежедневно ему на стол ложились отчеты о случаях магических убийств и ранений при помощи магии, доклады выездов всех подчиненных, заявления и просьбы. Часть этих дел он мог бы спокойно переложить на плечи Бонс, но бумаги требовали его подписи, а Марьян ненавидел что-либо подписывать вслепую.

– Ладно, – пробормотал он. – Конец рабочего дня.

Полдня он настраивал себя на разговор с Эллой Бонс, но теперь тот вынужденно переносился на утро. Марьян поморщился и открыл портал в собственный дом.

– Добрый вечер, – глянув на Тумана, сказал рейян и не спеша прошел в гостиную. Пес проводил его задумчивым взглядом и раскатисто гавкнул. – Не начинай, – взмолился Марьян. – Я потратился и поставил звукопоглощающие артефакты, но это не значит, что теперь ты можешь гавкать, когда вздумается.

Туман тяжеловесно прошел вслед за хозяином в гостиную и сел так, чтобы Белянский его видел.

– Что? – раздраженно спросил старший следователь, падая на диван. – Что ты хочешь мне сказать?

Туман раскрыл пасть и, высунув язык, шумно задышал, глядя на хозяина. Марьян пару секунд смотрел на это, а потом со стоном растер лицо ладонями и взъерошил волосы на затылке.

– Хракс…

Вставать не хотелось, но он все-таки поднялся и открыл еще один портал, выведший его в тихий Лиловый переулок.

– Трижды хракс, – проворчал себе под нос Белянский, подходя к нужному дому и заходя в здание. – Кажется, я об этом пожалею.

Он немного постоял перед дверью секретарши, впервые в жизни испытывая нерешительность, а потом со вздохом нажал кнопку дверного звонка. Несколько секунд ничего не происходило. Марьян слышал лишь стук собственного сердца, раздававшийся в ушах. Ничего не произошло и минуту спустя. Рейян нахмурился и отступил от двери, убеждаясь, что не ошибся адресом.

– Где ее носит? – хмуро спросил он и отправился вниз, чтобы взглянуть на окна квартиры с улицы.

В сгущавшихся сумерках окна квартиры Эллы Бонс темнели черными провалами. Марьян постоял несколько секунд, пытаясь найти разумное объяснение.

– Время еще не позднее, и ей вовсе не обязательно сразу идти домой после работы.

Это прозвучало неубедительно, и Белянский сам не поверил своим словам. Интуиция ему подсказывала, что Бонс не просто отсутствует дома, а куда-то отправилась.

– И куда? – спросил себя старший следователь.

На ум пришло только одно место, а талмуд классификации навел Марьяна на нехорошее подозрение, что он прав в своих догадках.

– Что она задумала? – прошипел рейян, открывая следующий портал, и мысленно выругался, приметив что-то розовое, мелькнувшее в сгустившихся сумерках приближающейся ночи.

Продолжая мысленно ругаться, Белянский дошел до узкой щели между домами, где приметил секретаршу, и строго спросил:

– Бонс, что ты тут делаешь?

Девушка издала возмущенный возглас и бесцеремонно втянула старшего следователя в темноту.

– Бонс… – начал было рейян, но помощница прихлопнула его рот ладонью и велела:

– Не мешайте, шеф, иначе я все пропущу.

– Что пропустишь?

– Я жду, когда владелец книжной лавки отправится домой, – объяснила Элла Бонс. – Он живет не здесь, а в паре кварталов отсюда, так что не помешает.

– Не помешает чему? – возмутился Белянский.

– Он не помешает внимательно осмотреть лавку, – объяснила девушка, заправляя под кепку выбившиеся ярко-розовые локоны.

– Бонс, ты в курсе, что это противозаконно? – спросил Марьян и повернул голову – из укрытия лавка и правда отлично просматривалась.

– Да, но прежде чем ловить на живца, я хочу убедиться в собственной догадке, – пояснила девушка.

– Какой догадке? – спросил шеф.

– Все дело в этой лавке. Когда мы приходили сюда днем, то считали, что имеем дело с похитителем, который зачем-то украл всех этих людей.

– Но это не так? – догадался Белянский.

– Нет, – ответила девушка.

– И что же на самом деле произошло?

– Ну, шеф! – усмехнулась Элла Бонс. – Будет неинтересно, если я вам все расскажу.

Марьян едва не зашипел от злости, но помощницу было не пронять ни сердитым взглядом, ни недовольно сжатыми губами. Проигнорировав раздражение начальника, она лишь еще шире улыбнулась.

– Он уходит, – сообщил Белянский. – Но, Бонс, ты понимаешь, что собираешься вломиться в лавку без ордера?

– Вообще-то, – понизив голос до шепота, сказала девушка, – вы все еще здесь, так что вломиться собираемся мы.

– Мне совсем необязательно туда идти, – фыркнул Марьян.

– Но вы же не донесете на меня?

– Чтобы тебя уволили, а я остался без приличного кофе? – искренне вознегодовал рейян. – Вот еще!

– Тогда вы точно становитесь соучастником, – констатировала Элла Бонс.

– Ты невозможная зараза, – выдохнул Марьян и внезапно притянул девушку к себе, в помутнении рассудка накрыв ее губы своими.

Я едва не застонала от секундного разочарования. Ну как же так? Чем шефу не нравилось любое другое место? Почему именно сейчас и именно в закутке между домами, когда я целиком и полностью настроена на дело?

Но потом злость исчезла. Остался лишь искристый, как лимонад, восторг.

Стараясь не терять голову и контролировать себя, я осторожно обняла Марьяна и подтолкнула его к стене. Но он уперся, и я не стала сопротивляться, позволив ему сделать то, что рейян задумал. И через миг оказалась прижатой к стене. Мои ноги не доставали до брусчатки, и я сделала единственное, чего мне в эту секунду хотелось, – обхватила Белянского ногами, вынуждая его придержать меня под пятую точку.

«Превосходно! – вспыхнула в голове короткая мысль. – И как удачно, что на дело я пошла в брюках!»

– Шеф, – прервав поцелуй, позвала Элла.

Марьян недовольно замычал, тронул губами тонкую нежную кожу под подбородком и прикрыл глаза.

– М-м-м… А давайте перенесем на потом, а? – сдавленно произнесла помощница, и Белянский очнулся. Он отпустил девушку и молча на нее уставился.

– Бонс…

– Шеф, вы ведь уже знаете, что мне нравитесь, – напомнила Элла.

Марьян недовольно глянул на девушку. Ему хотелось ей напомнить, что заводить этот разговор должен был он.

– И не надо на меня так смотреть, – сказала Элла, немного отодвинувшись.

– Бонс, ты невыносима, – проворчал рейян.

– Знаю, – улыбнулась секретарша. – Так что?

– Что?

– Вы будете сопротивляться, как юная трепетная гимназистка, или внесем ясность во взаимоотношения?

Марьян глянул на девушку так, что ее наконец проняло, но она быстро взяла себя в руки и ответила невозмутимой лучезарной улыбкой.

– Между прочим, все в управлении уверены, что у нас и так роман, – заметил Белянский хмуро.

– Все, кроме вас, – поправила Элла.

– Бонс, я тебя уволю, – предупредил Марьян, но не смог произнести это достаточно решительно.

Девушка скептически на него посмотрела, а потом заявила:

– Хорошо. Увольняйте. Переведусь куда-нибудь, где меня будут ценить.

– Что? – тут же возмутился Белянский. – Куда это ты собралась?

– Вы же хотели меня уволить, – с усмешкой напомнила девушка.

Марьян недовольно взъерошил волосы и строго сказал:

– Все. Хватит. Никуда ты не уйдешь. И…

– И?.. – выжидательно протянула девушка.

– Откуда в тебе столько нахальства? – сокрушенно спросил Марьян.

– Я буду паинькой, – заверила Элла, попытавшись изобразить скромность. – Так что там с «И…»?

– Бонс!

– Вы неотразимы, я неотразима, так чего время терять? – подсказала секретарша.

– Нет, – выдохнул Марьян. – Я тебя не уволю, а прикопаю где-нибудь!

Девушка фыркнула, всем видом давая понять, что эта затея Белянскому не удастся. Он вздохнул, стиснул зубы и на миг прикрыл глаза.

«Она славная, – сказала рейяну Алеська перед отъездом. – И тебе она нравится. Хмарь, ты подумай. Я не против. Она мне нравится!»

Вздохнув, Марьян дернул Эллу к себе, стащил с нее кепку и от души взлохматил волосы девушки. За что тут же получил удар носком ботинка в лодыжку.

– Бонс!

– Что? – невинно произнесла девушка, с невинным же видом приглаживая волосы и глядя, как шеф подскакивает на одной ноге.

– Ничего, – проворчал Белянский, потирая ногу. – Так что ты хотела выяснить?

Выглянув из закутка и осмотревшись, Элла быстро перебежала улицу и остановилась у двери книжной лавки, изучая замок. Марьян с сомнением на нее глянул, но пошел следом, то и дело посматривая по сторонам.

– Замок-то ты вскроешь, но что будешь делать с сигнализацией? – спросил он, глядя на непривычный наряд секретарши – черные узкие брюки, свитерок и тонкую курточку из крашеной черной холстины.

– Магической сигнализацией, – поправила его Элла. – Это несложно. Я уже имела дело с такой.

– Хочешь сказать, что уже вскрывала замки и обезвреживала сигнальные чары? – удивился старший следователь. – Чего еще я не знаю о своем секретаре?

Бонс фыркнула:

– Ничего противозаконного! Замки в пансионе для девушек. И вы же знаете, шеф, что на работу в магконтроль никогда не возьмут того, у кого есть пятно на репутации.

– Ты можешь звать меня по имени, – внезапно как для нее, так и для себя предложил рейян.

Бонс выпрямилась, окинула Белянского скептическим взглядом, а потом ответила:

– В голосе мало уверенности.

– Не ерничай, – велел старший следователь.

Элла усмехнулась и вновь склонилась над замком, орудуя металлическими палочками. Через миг замок с легким щелчком открылся, девушка с победной улыбкой чуть приоткрыла дверь и сунула в образовавшуюся щель ладонь, плотно прижимая пальцы к косяку с той стороны.

– А вот объясни, – попросил Марьян, – как это работает. У всех же по-разному?

– Мне нужен непосредственный контакт с артефактом или магическим контуром, – ответила секретарша. – Поэтому я могу трогать магические предметы – карандашом, например. И с ними ничего не будет. Также я не оборву чары, если они не активированы. Например, как в нагревательной плитке. Я могу ее брать и переносить, ни о чем не беспокоясь, но, чтобы активировать нагрев, мне необходимо сосредоточиться и проконтролировать себя. Иначе я просто оборву срабатывание контура, и все придется начать сначала – размыкать и смыкать половинки плитки заново.

Старший следователь кивнул, сделав про себя мысленную пометку.

– Я так и думал, – заметил он. – Мне не доводилось встречать других нейтралов, но я кое-что читал об этой особенности во время учебы.

– Вот как? – удивилась девушка, неторопливо приоткрывая дверь и прислушиваясь. – Нам о подобном не рассказывали.

– Я все же маг, а маги, работающие в магконтроле, должны хотя бы в общих чертах знать обо всех необычных проявлениях магии, – пояснил Белянский, входя вслед за помощницей в лавочку и внимательно осматриваясь по сторонам. – И что же ты хочешь найти здесь?

– Честно говоря, я и сама не знаю, что именно ищу, – призналась Бонс. – Но еще днем мне стало ясно, что эта книжная лавочка – самое странное место на всей этой улице. И в то же самое время ничего сверхособенного тут нет.

– Но…

– Но меня смутила моя собственная реакция, то, что меня сюда потянуло, – ответила девушка. – Вы помните данные, собранные по делу, шеф?

– Естественно, – отозвался начальник.

– Все пропавшие были обычными людьми, даже тот стажер, что пропал последним, – сказала Бонс. – Хоть у меня и нейтральность к магии, но я скорее обычный человек. И именно меня потянуло зайти в лавочку, не вас, ведь так?

– Верно, – согласился старший следователь, начав улавливать ход мыслей секретарши. – Это что-то, что влияет только на немагов. Или кто-то, кто выбирает только их. Но что или кто? Это не какие-то чары, очевидно, иначе бы мы это ощутили.

– А если это не совсем магия? – спросила девушка, дойдя до панно в дальней части книжной лавки. – Тут темно…

Белянский создал небольшой светящийся шарик и подвесил его в воздухе на уровне глаз. Света было достаточно, чтобы разглядеть панно, но с улицы этот маленький огонек вряд ли бы кто-то заметил.

– Не совсем магия? – переспросил Марьян. – Ты говоришь о потустороннем госте? Демон? Если бы это был демон, о нем бы давно узнали. Демоны не способны погасить возмущение от своего проникновения.

– Да, но есть такие виды, которые появляются очень и очень редко и обычно остаются незамеченными, – сказала секретарша и тронула пальцами темное пятнышко фигурки на панно.

Белянский задумался. Будь на месте Эллы Бонс любой другой человек, старший следователь напомнил бы, что редкие виды демонов на то и редкие, что встречаются очень нечасто, но перед ним была не просто помощница, а дочь своих родителей – знаменитых археологов, исследователей древних культур, в том числе и магического наследия прошлого.

Однажды, проводя вечер с Бонсами, Белянский умудрился не уснуть и даже изображал усиленное внимание целых три часа, пока родители Эллы, как два театральных актера с подмостков, читали лекцию по предмету, который знали лучше чем свои пять пальцев. Хоть Элла и виделась с родителями нечасто, но она, судя по шевелению губ в особенно патетических местах, прекрасно знала, чем занимались ее родственники.

– Я никогда не изучала демонов, – призналась девушка. – Для этого требовался материал для изучения, чтобы проверить, как моя нейтральность реагирует на этих созданий.

– И ты полезла вперед во время событий у отеля? – возмутился начальник. – Совсем рехнулась?

– Хорошо, – недовольно прошипела девушка, – в следующий раз я позволю роялю свалиться на вас, шеф. И потом не возмущайтесь. – Она выдержала театральную паузу. – Ах да, вы ведь уже не сможете возмущаться!

– Бонс, я тебя уволю, – тихо повторил Белянский и покачал головой. – Так что там с демонами?

– Родителям несколько раз доводилось при раскопках извлекать сосуды с запечатанными внутри демонами, – стала рассказывать девушка. – По штату каждой экспедиции положен опытный маг, способный установить содержимое любого сохранившегося цельного предмета или сосуда до вскрытия, хотя сосуды, в которых в древности обезвреживали демонов, имеют особенный вид – на них часто наносили специальные удерживающие знаки, по которым эти сосуды и распознают сейчас. В своих работах родители описывали несколько видов демонов, которых не пытались изгонять в потусторонний мир, а пробовали просто спрятать подальше в нашем.

– И если один из таких древних узников вырвется сейчас, то его никто не заметит, ведь возмущение, которое он спровоцировал, существует уже много лет, – подхватил старший следователь.

– А то и столетий, – согласилась девушка. – Родители описывали самых разных демонов, и среди них были не только те, которые чаще всего встречаются сейчас. Безумные неконтролируемые твари – не все обитатели параллельного мира. Есть и более разумные, более спокойные и более, если так можно выразиться, добрые. Но у демонов в любом случае все иначе, они не люди. И даже демонская доброта – вещь своеобразная.

– Считаешь, что здесь мы имеем дело с таким демоном? – спросил Белянский. – И что же это за демон? Ты нашла его в классификации?

Девушка прошла вдоль книжных полок и с опаской вытащила толстый том с четко пропечатанными золотыми буквами на корешке.

– Да, и это так называемый искажающий демон, – пробормотала она, не спеша открыть книгу.

– Уверена? – прищурился Марьян.

– Обитатели теневого мира не имеют отношения к этим исчезновениям, – с грустью ответила девушка. – Я вообще-то им не доверяю, но вряд ли они стали бы мне врать. Хуже всего то, что они даже о телах ничего не знают.

– Если это дело о демоне и тел не нашли даже крысы в сточных канавах, еще есть шанс вернуть всех пропавших, – сказал Белянский уверенно. – Опытные спецы смогут их вернуть, у них большой опыт. Даже из потустороннего мира вытаскивали, лишь бы демон был пойман здесь.

– Люди не там, а здесь, – с печалью ответила Элла Бонс.

– Здесь? – удивился Марьян. – Где?

– Здесь, – повторила девушка и указала на панно.

Рейян недоверчиво уставился на рисунок, а после подошел ближе, чтобы рассмотреть его как следует.

– Откуда знаешь?

– Это лишь моя догадка, но… Я видела этого нашего стажера, Майлза, – сказала Бонс. – У него растрепанные русые волосы, как у человечка в темной одежде на панно.

Марьян выругался и присмотрелся к рисунку. Хоть прямых доказательств они пока не получили, это было хотя бы что-то на них похожее.

– Совпадений не бывает, – кивнул Белянский и взял книгу, которую его помощница так и не решилась раскрыть. – Что известно о данном демоне?

– Осторожен, умеет внушать, – принялась по памяти перечислять девушка. – Человек может даже не сознавать, что ему нашептывает демон. Так владелец лавки, вероятно, даже не знает о том, что именно он выпустил демона из сосуда, в который того когда-то заточили. Демон же нашел человека пригодным для своих замыслов и просто внушает ему определенное направление мыслей. У демона есть физическая оболочка, но та истончается, если демон не получает подпитку из своего мира или других источников. Если все так, то пропажа людей не случайна. Искажающий демон поймал их и запер в полупространстве, в которое превратил панно, и медленно высасывает жизненные соки, восстанавливая свою оболочку. Чем дольше он пробыл в заточении, тем дольше времени потратит на восстановление и тем больше жертв будет.

– И он не использует более питательных магов, чтобы не привлекать к себе внимание, – добавил рейян. – Да. Очень похоже, что так и есть, Бонс. Хорошая работа. Жаль только, что мы не сумеем натравить на этого демона специальный отряд боевых магов – им нужны более явные доказательства. И наши управленцы не будут копать это дело, не имея на руках хоть сколько-то весомых фактов. Но через магконтроль дело провести проще.

– Это ведь вы у нас шеф, – улыбнулась Элла Бонс. – И секретарь главного подпишет бумаги, если вы попросите. Все же пять человек. И из них один наш сотрудник. Думаю, людей еще можно спасти.

– Что известно по обезвреживанию данного типа демонов? – уточнил Белянский.

– Его нужно обязательно вынудить проявить себя, – не замедлила с ответом девушка. – В тот момент, когда демон активен, он распространяет легкое свечение, видимое и магами и людьми. Если поймать демона, не дав ему снова спрятаться, то можно попытаться освободить его жертв. Если же убить демона, то люди тоже погибнут – их вместе с демоном затянет в мир демонов.

– Значит, ловля на живца? – повертев книгу в руках, лишь для виду спросил Белянский – все и так было решено. – И кстати, Бонс, ты должна была еще в управлении мне обо всем этом рассказать, а не идти сюда в одиночку.

– Знаю, – ответила девушка. – Но сначала мне хотелось хоть немного разобраться в этом деле. Я ведь могла и ошибаться.

– А теперь точно знаешь, что не ошибаешься? – удивился старший следователь.

– Мне все еще хочется открыть эту книгу. – Девушка кивнула на томик, который держал Марьян. – До зуда в пальцах. Видимо, так это и срабатывает. Демон спрятался в книгах. Он не человек, не умеет мыслить, как мы, не знает языка, но он ощущает эмоциональный фон и способен создавать образы, которые как-то воздействуют на психику. Он отыскивает слабых и подбрасывает им то, чего им хочется. Стоит человеку раскрыть книгу, которая, как ему кажется, принесет немного радости, как демон опутывает свою жертву, как невидимый, но очень опасный паук.

– Ты боишься, – сообразил рейян, видя, как девушка смотрит на книгу. – Но демону еще не удавалось причинить тебе вреда.

– Я не могу знать наверняка, что это одинаково работает со всеми демонами, – призналась Элла. – Пока меня пугает уже то, что на мне сработали привлекающие чары демона.

– Пойдем, – сказал Белянский и, вернув книгу на полку, за руку повел помощницу прочь из лавки.

Он погасил светляк и внимательно проверил все предметы, которых они касались, прежде чем выглянуть на улицу и убедиться, что за ними никто не следит. Улочка спала. Элла закрыла за собой дверь и тщательно проверила замок, после чего двое незамеченными покинули одно из самых странных мест столицы, лишь через десяток кварталов продолжив обсуждать этот странный случай.