Читать книгу "В поисках смерти"

Глава 23. Темное Венчание

Аваддон метался по зале, скрежеща зубами. Замок, приспособленный под его нужды, словно в противовес, берег тишину. Ни скрипов, ни шорохов… даже привычные завывания ветра под крышей смолкли, когда Падший черным облаком ворвался через дымоход. Прислуга, не дожидаясь приказа, разбежалась по комнатам, оставив мастера наедине с его верным помощником.

– Недостаточно! Мы делаем недостаточно! – крики демона взбудоражили пламя в камине. Оно ослепляюще вспыхнуло, будто кто-то невидимый щедро полил его бензином.

– Господин, нам удалось все, что вы задумывали. В сети только и разговоров, что о новом боге и его скором воцарении! Остальное ушло на второй план, напрочь выпало из медийного пространства. Только ваше священное имя у всех на устах. – не поднимая глаз, пробубнил Редвуд. – Каждая страна. Каждый город. Каждый отдельный дом… О вас узнали, буквально, все!

– И этого все равно недостаточно! – рыкнул Аваддон, метнув огненный сгусток в одну из колон. Пылающий шар взорвался от столкновения со столпом и последовавший всполох на миг убил полутьму. – Что мне за дело до людей?! Эти болваны и арбузу поклонятся, если придумать легенду покрасивше! Я жажду покорности ангелов! Эти крылатые твари должны трепетать предо мной на коленях…

– Хозяин, вы знаете, что это невозможно до тех пор, пока…

– Я прекрасно помню, почему это невозможно! – раскатом грома отозвался Падший. – Но какой смысл планировать дальнейшую участь мира, если, того и гляди, ему придет конец?! Проклятый Танатос полон решимости распахнуть врата!

– Их надежно охраняют ваши приспешники. Смерть и на пушечный выстрел к ним не подойдет… Хотите, мы вновь задействуем провидиц и они покажут нам, где он прячется?

– Нет. Лучше усиль наблюдение за вратами. – чуть спокойнее выдал Ангел Бездны. – Не для того я выжидал тысячи лет! Никто не должен мне помешать!

Несколько минут двое провели в тишине. Аваддон созерцал огонь в камине, в то время как Редвуд не сводил взгляда с поверхности стола. Он знал, что ярость способна внезапно охватить разум властелина, а с последствиями, как всегда, разбираться ему… Рональд также размышлял о предстоящем бракосочетании с Патришей Мюррей. Идея озвученная Аваддоном понравилась ему безоговорочно. Но что стояло за этой радостью? Искренняя симпатия или страх наказания? Что если Редвуд вовсе не желает быть частью мудреного ритуала по созданию нового сосуда для бессмертной души Аваддона?! Последняя идея вызвала нервное движение в районе желудка. Червь, призванный контролировать поведение, а теперь, стало быть, и мысли Рональда, недовольно извивался, напоминая о своем присутствии и о том дамокловом мече, что теперь незримо висел над головой.

– С другой стороны, – несмело начал Редвуд, – если устроить темное венчание раньше намеченного, мы с Патришей выполним свою роль и вы спокойно совершите переход.

– Хм, тоже верно. – неожиданно согласился Ангел Бездны. – Но на все это нужно время. Проклятое время! Может не хватить, буквально, пары дней… Вот так ирония, правда?!

– Почему бы нам не забрать хронометр у беспомощного старика?

– Создание, во власти которого находится важнейшее из мерил, не может быть слабым. Не верь глазам своим. Ничтожность Хроноса – всего лишь иллюзия. Ангел Времени уже не тот, что был… но его сила жива! – тяжело выдохнул Аваддон. – Да и потом, он должен сам отдать мне часики… Иначе не стать их новым владельцем.

– Тогда соблазните его! Пообещайте то, от чего он не сумеет отказаться! – уже вполне уверенно предложил Редвуд. – Со мной ведь это сработало…

– Ты был легкой добычей. – усмехнулся демон. – Словно голодный помойный пес, вгрызся в первую же кость, что я тебе кинул.

От злости Рональд сжал челюсти, но тут же испытал страшную боль в животе, как от прободения язвы. Слизень в очередной раз напомнил, что любая скверная (или неодобрительная) мысль в сторону Аваддона может оказаться губительной.

– Хотя, все возможно. Мне стоило бы навестить старого приятеля, а там, кто знает… – Падший в конец остыл и теперь звучал скорее безразлично. – Направь еще с десяток лучших бойцов на охрану врат, а после – выпей рюмашку для храбрости… Сегодня ночью женишься!

Лжепророк оторопело кивнул и поднялся из-за стола. Ему по-прежнему было непросто свыкнуться с импульсивностью хозяина. «Но, если на то воля Аваддона, так тому и быть…» – рассудил Редвуд, утихомирив таким образом резь в желудке.

Патриша Мюррей и бровью не повела, услышав новости о скором бракосочетании. С тех пор как Редвуд похитил ее из номера в дешевом мотеле, куда Пат приехала свести счеты с жизнью, она все меньше заботилась о происходящем вокруг. Взгляд ее медленно угасал, как огарок восковой свечи. Речь стала монотонной, а движения сонными. Казалось, душа девушки покинула тело, оставив преследователям никчемную телесную оболочку. В то же время Рональд знал, это не так! Как человек в высшей степени образованный, он понимал, что его невольная компаньонша пребывает в депрессии. Слишком много горестей обрушилось на ее светлую голову… Что же, оно и к лучшему для самой Патриши! Аваддон не терпит возражений, а своевольной поборнице Христа он снес бы голову на раз-два, осмелься она перечить.

Очень скоро в комнату будущих молодоженов ворвалась толпа старух. Без каких-либо пояснений, они поочередно разглядывали Рональда и Патришу, то и дело обхватывая различные части их тел швейным сантиметром. Нетрудно было догадаться, что ведьмы снимали мерки. В кратчайшие сроки им предстояло пошить одеяния для темной церемонии.

Редвуд кинул невольный взгляд в сторону Мюррей. Та стояла повесив голову. Каштановые локоны укрывали ее плечи. Бледные руки соединялись в районе груди, прикрывая наготу. «Она, должно быть, не о такой свадьбе мечтала…» – подумал приспешник Аваддона и тут же напрягся, ожидая новую вспышку боли. Ничего. Судя по всему, слизень реагирует лишь на то, что касается их общего хозяина. На действия, слова и мысли, что противоречат суждениям Ангела Бездны.

Суета охватила замок. Волей темного господина каждый слуга вносил посильный вклад в организацию торжества. Все должно было начаться в полночь и завершиться с первыми лучами солнца. Несколько часов, что определят дальнейшую судьбу планеты… Пожалуй никто и никогда не пытался провести столь дерзкий ритуал скрещивания абсолютных противоположностей. Падший, точно алхимик, планировал искусно объединить свет и тьму, заполучив таким образом универсальное создание, что откроет ему путь к безграничной власти.

Ангел Бездны искал сосуд. Ему требовалось дитя, рожденное от союза светлой души и нечестивого духа. Взрастив это семя в определенной традиции, демон получит могущественное неуязвимое существо, что в равной степени возвысится и над ангелами и над демонами. Повелевать миром, направляя его руку или переместить сознание в тело магического андрогина? Аваддон не успел принять окончательное решение, но уже загорелся идеей устроить порочное торжество. Уже сегодня. Всего через несколько часов он совершит непоправимое. И горе тому, кто попытается нарушить эти планы…

Церемониальный зал, напоминавший заброшенную крипту, освещался так же, как и триста лет назад, двумя рядами пылающих факелов, закрепленных в стенах выше уровня человеческого роста. Дополнительное зарево обеспечили канделябры, в причудливом расположении которых угадывалась сложная геометрическая фигура. Как бы там ни было, сводчатое пространство, опиравшееся на две массивные колонны, пожирали тени. И это тоже было одним из условий Аваддона. Гости, которых он лишь на пару часов поднял из могил, яркий свет не жаловали, предпочитая уютный полумрак.

Рональд Редвуд стоял при входе в залу, слушая свое гулко бьющееся сердце. Полыхание огней и огоньков напомнило о муках преисподней, которыми его в далеком детстве пугал проповедник. Знал ли тот старик, что ад разверзнется на земле много раньше положенного и малыш Ронни приложит к тому руку? Вероятно, нет. Мужчина просто выполнял свою работу. И делал это, судя по всему, довольно погано. Ему так и не удалось поселить в сердце впечатлительного малыша достаточное количество страха, способное удержать в роли доброго христианина… А может, это судьба?

Некая фигура внезапно поравнялась с Редвудом и застыла в послушном ожидании. Боязливо повернув голову, Рональд увидел волевой профиль лысого как яйцо мужчины. Крупный нос, острый прищур, контрастные линии бородки. Прежде чем жених успел догадаться, кто исполнит роль шафера, незнакомец развернулся и шепнул, протянув руку:

– Антон Лавей. Будем знакомы.

– Рональд Редвуд… – не сдерживая дрожь в голосе, произнес лжепророк и ответил на рукопожатие.

В тот же миг грянули трубы. Небольшой оркестр заиграл жуткую симфонию, под первые ноты которой к алтарю вышел он, Ангел Бездны, облаченный в белоснежные ткани. Таким его никто и никогда не видел, что уж там, даже представить не мог! Собравшимся понадобилась пара секунд, чтобы узнать в одеждах могильный саван. Богохульный смех, которым взорвался пресловутый римский император Калигула, разошелся по залу и довольный Аваддон, чуть заметно поклонившись, развел руками, приветствуя воскресших демонов разных эпох.

Лавей и Редвуд двинулись вперед не сговариваясь, точно по велению неведомой силы. Остановившись в положенном месте, они поклонились Аваддону и перевели взгляд на арку, из которой прибыли. Там уже зарождалось движение. Патриша Мюррей в черном платье, напоминавшем вдовье, шла под руку с великолепной блондинкой, чье выдающееся декольте привлекло внимание всей дьявольской своры. «Мы знаем главное достоинство Джейн, но с головой ей, согласись, намного лучше, чем без…» – зашептал Лавей, похотливо оглядев ту, что при жизни ходила у него в любовницах.

Жених и невеста оказались лицом к лицу. Выждав мгновение, Падший завел игривую речь, детали которой Рональд не мог (а может не хотел) разобрать. Его затуманенный взгляд плавно курсировал между рядов, то и дело спотыкаясь о знакомые лица. Алистер Кроули… Чарльз Мэнсон… Нерон. Словно в ужасном бредовом сне эти персонажи сидели напротив, сверкая серебром неживых глаз. Они ловили каждое слово, что бросал им Ангел Бездны, лишь изредка улыбаясь и кивая молодожену. «Это все какой-то бред… Мне нужно проснуться…» – заплетающимся языком произнес в мыслях Редвуд, но в ответ ему прозвучал торжественный голос пастора-перевертыша:

– А теперь жених может поцеловать невесту, скрепив данный союз навек!

Руки Рональда, не дождавшись команды от мозга, отбросили плотную вуаль с лица Патриши и властно притянули ее голову. Губы брачующихся слились в бесчувственном поцелуе. Свидетели церемонии разразились аплодисментами. Почему все свершилось так быстро? Когда Аваддон успел спросить обоих о готовности быть вместе в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии?! Нет, эта формальность была опущена… А может быть, рты подопытных кроликов дали согласие по воле демона, без осознанного дозволения самих владельцев тел?

Вполне реалистичная версия! Ведь именно сейчас Рональд чувствовал, как на его лице принудительно растягивается широченная улыбка, а из носа порционно выходит воздух – тело старательно имитирует смешки. Все то же самое творилось и с Патришей. Лишь глаза девушки могли выдать ее истинные впечатления. В беспомощном ужасе они метались из стороны в сторону, как у души, заключенной в хрупкую оболочку неизменно веселой фарфоровой куклы.

– Теперь мы проводим мужа и жену в спальню, где они проведут первую брачную ночь! – голосом безумного конферансье известил Аваддон. – А гостей торжества я попрошу не расходится! Сегодня вас ожидает кое-что особенное! Бал теней, организованный достопочтенным маркизом де Садом!

Новая волна рукоплесканий и присвистываний разнеслась по залу. Гости сладострастно переглянулись, выискивая себе партнера на грядущие несколько часов. Ангел Бездны довольно приобнял пару молодоженов и мигом позже все трое перенеслись в роскошный будуар, наполненный светом масляных ламп и ароматом экзотических благовоний. Взмахом костлявых рук Аваддон отправил новобрачных в постель и приказал им возлюбить друг друга, словно в последний раз. Тела Патриши и Рональда не посмели ослушаться и приступили к ласкам, не взирая на отвращение, что зародилось в сердцах у обоих.

– Вот и славно… молодцы! Старайтесь как следует! Вам оказана великая честь произвести на свет нового мессию. – зловеще улыбался Падший, растворяясь в воздухе.

Глава 24. Пер-Лашез

Дерзость незнакомки вынудила Смерть улыбнуться. Едва замедлив шаг, он бросил скупое: «Следуй за мной» и утонул в тени. Потрясенная сговорчивостью Темного, Кристина еще несколько секунд простояла без движения, не осмеливаясь ринуться вслед. Одной лишь фразой ему удалось обескуражить девушку, лишить заготовленные ею мольбы всякого смысла. Он согласился. Позволил заговорить с собой. Ангел подчинился воле человека. Крылья мельницы изменили направление ветра…

– Куда мы идем? – спросила Маркелова, в тайне не желая знать ответ.

– Туда, где меня сложнее засечь. – Морт оглянулся лишь на миг и двинулся еще быстрее, заставив спутницу сорваться на бег.

Сбившись в подсчетах светофоров и перекрестков, Кристина набралась решимости повторить вопрос, но этого не потребовалось. В очередной раз перебежав дорогу, Смерть остановился у высокой стены. Маркелова поймала себя на мысли, что ни одно из мест, в котором она хотела бы оказаться, даже в теории не может прятаться за столь могучим каменным щитом. Что находится там… по ту сторону валунов, поросших мхом и неизвестной копотью? Психиатрическая лечебница? Приют? Тюрьма?

– Это кладбище. – Морт оборвал цепочку спонтанных догадок. – Пер-Лашез. Довольно известное, к слову…

– Хочешь провести мне экскурсию? Поздновато для расширяющих кругозор прогулок.

– Так ты идешь? – огрызнулся Морт.

– Да. Но разве оно не закрыто?

– Моисей раздвинул воды Красного моря, когда это понадобилось… Уж со стеной я как-нибудь справлюсь.

Смерть коснулся камней ладонью. Какое-то время он изучал поверхность с закрытыми глазами и, казалось, вслушивался. Буто опытный медвежатник, подбирающий код к очередному сейфу, Морт не спешил с принятием решения. Когда же начало казаться, что он просто обезумел, его рука произвела плавное нажатие и огромная часть кладки двинулась вокруг своей оси, подобно турникету. С трудом поспевая за ангелом, Кристина вошла на территорию некрополя и тут же услышала как стена, совершив полный оборот, закрылась с глухим стуком.

– Идем. Нельзя стоять на месте. – негромко произнес Морт, ступив на узенькую тропинку, ведущую меж захоронений.

– Почему? Кто тебя преследует?

– Так ты хочешь потратить свою «минутку»? – усмехнулся Танатос, прыжком переместившись на гравийную дорожку.

– Нет… Я здесь, чтобы не позволить тебе совершить ошибку. И пускай это выглядит глупо, я обязана попытаться. – с грустной уверенностью ответила Кристина, зябко растирая предплечья.

– Да-да. Я уже предвкушаю пламенную речь. О невинным людях, о сострадании и благородстве, о большой, черт побери, ответственности. Будешь распинаться о высоких материях, но все это впустую. Я вижу твои истинные намерения. Дети и муж. Что же, не худшая из привязанностей, но не впечатляет. – проговорил на одном дыхании Смерть. – Я никому ничем не обязан. Я искупил грех, в котором даже не повинен. Настало время освободиться. И освободить всех вас…

– Красивая фраза, но не более. – неожиданно равнодушно произнесла Кристина. – Твой эгоизм приведет к гибели всего сущего. Говоришь о свободе? Тогда позволь и мне заметить, что свобода это возможность выбирать! Мы, люди, хотим иметь этот выбор.

– Думаешь у меня он был?! – ухмыльнулся Смерть, сворачивая на центральную аллею. – Мне плевать на то, что вы, люди, хотите. Слишком долго я находился у вас во служении. Довольно. Еще вопросы, или оставишь меня, наконец, в покое?

– За что он покарал тебя? – невозмутимо бросила в спину Маркелова.

Морт резко остановился, но не обернулся. Кристина заметила, как сжались его кулаки, а голова едва уловимо затряслась. Такому простому вопросу удалось обрушить стену безразличия. Танатос пребывал в бешенстве и никто не знал, чем это грозило смертной.

– Миллионы раз я задавал себе этот вопрос и лишь однажды сыскал ответ. – прошипел Морт. – Тебе правда интересно?

– Я наблюдала за всем со стороны. Видела твои мучения и плакала вместе с тобой. Мне довелось пережить весь ужас того дня и в полной мере испытать гнев господень. Я все еще чувствую боль мальчишки, которым ты был однажды, но по-прежнему не знаю, в чем была его вина.

Морт, опустился на серую могильную плиту, под которой коротал вечность неизвестный, и потер глаза указательными пальцами. Тяжелый вздох сорвался с его губ:

– Не ищи объяснений. Тебе даже не представить, какой беспричинной бывает жестокость. Мой проступок заключался лишь в том, что я не ведал, к чему приведет стремление заслужить Его любовь. Так, именно так и появилась кровь на моих руках. Но тогда мы не знали смерти. Ее просто не существовало до того дня.

– Постой! – перебила Кристина. – Ты же не хочешь сказать, что тебя зовут…

– Каин. Меня зовут Каин. Не Морт, не Танатос, не Ангел Смерти и не Повелитель Тлена. Мое имя – Каин! – почти кричал юноша, словно ему впервые удалось в этом сознаться. – Я был земледельцем и совсем еще мальчишкой, когда это случилось. Бог возжелал даров и мы с братом дали ему то, что имели… Вернее, все что имели. Я – принес богатство сада. Целую корзину овощей, ягод и фруктов. Авель также поделился тем, что было в его владениях.

– Он поднес ягненка… – пролепетала Кристина.

– О нет. Не просто поднес. Он вспорол ему горло и кровью окропил почву. Тушка отправилась в жертвенный костер… То есть, в нежные объятия всемогущего и справедливого Бога.

– И тогда ты затаил обиду, верно?

– Глупости. Исковерканный миф, что ты прочитала в Библии, не расскажет правды о нашей истории.

– Что же случилось тогда? Как погиб Авель?

– Повторюсь, я всего лишь пытался заслужить его милость. Любым из доступных способов. Мне казалось, если я отдам Господу брата, единственного человека, помимо наших родителей, кого я знал и мог любить, Владыка прольет свою благодать и все получат то, о чем мечтали. Откуда мне было знать, что такая потеря необратима? Хотя, что это я! Разве есть что-то невозможное для того, кто создал Землю и тварей, ее населяющих?! Быть может он просто не хотел возрождать Авеля? Что если это изначально было его целью? – Каин бросал вопросы в темноту ночи, с корнями вырывая траву у своих ног. – А теперь скажи мне, ведьма, заслуживал я тех мучений, что понес в конечном итоге? Заслужил ли проклятий и бесконечности лет в неволе?!

– Нет… – выдохнула Кристина и опустилась на корточки.

– Спасибо. Я давно это понял, но не слышал подтверждения из чужих уст.

– Быть может, нам удастся что-то придумать? Отыскать компромис, в котором ты получишь долгожданную свободу, но не устроишь апокалипсис?

– Даже если твои сны не окажутся вещими… Только взгляни, какой эффект возымела пара тысяч несостоявшихся смертей! Мир сошел с ума. Верующие люди превращаются в воинствующих фанатиков. Атеисты оголтело ищут, к какой из сект примкнуть. В нескольких странах объявили военное положение! – усмехнулся Каин, глядя на выползающую из-за туч луну. – Месяц-другой и люди сами призовут Армагеддон. Начнут биться за ресурсы. Сильные станут гнобить слабых. Еще до того, как численность бессмертных достигнет критической отметки, врата ада разверзнутся без моего участия.

Кристина спешно поднялась и скрестила на груди руки.

– Что, если ты ошибаешься?! В эпоху интернета один трогательный ролик способен растопить сердца миллионов. Прости за этот пафос, но ты должен подарить человечеству шанс!

– Боюсь, это ничего не изменит. У вас есть враг пострашнее меня. Имя ему Аваддон. – Каин поднялся на ноги и мотнул головой. – Идем. За нами кто-то следит. Нужно оторваться.

– С чего ты взял?! – недоверчиво оглянулась Кристина и тут же заметила тень, скользнувшую за памятник. – Кажется, я видела кого-то!

– Тебе не кажется.

– Но… но кто это?

– Давай надеяться, что неупокоенные души.

Юноша устремился в дальний конец аллеи, но путь ему преградила фигура в черном. Отшатнувшись, Каин изменил маршрут, двинулся в направлении крематория. Там его поджидало еще двое неизвестных. Отрезав пути к отступлению, группа преследователей начала сужать кольцо. В руках Ангела Смерти блеснул нож. Он оскалился и закружился, готовясь принять бой.

– Медленно опусти оружие на землю и никто не пострадает. – мужчина с капюшоном, скрывавшим половину лица, произнес заученный текст и вознес арбалет. – Любая попытка сопротивления будет сурово пресечена.

Каин крутанул лезвие в ладони и в следующий миг рванул прочь, наступая на камни могильных плит и кованные оградки. Стрелы засвистели в прохладном ночном воздухе. Одной из них удалось поразить Смерть. Он тотчас рухнул, словно неуклюжий зверь, попавшийся на глаза охотнику. Кристина попыталась закричать, но сомкнутые страхом челюсти даже не дрогнули. Она потеряно металась, не сомневаясь в том, что следующая стрела достанется ей.

– Как поступим с ведьмой? – четко произнес один из мужчин.

– По ней не было особых указаний. Стреляй на поражение. – отозвался его напарник, судя по всему, лидер группы.

Оружие медленно поплыло вверх и спутница Смерти обреченно зажмурилась, выставив ладони.

– Постой! – спасительный приказ нарушил планы стрелка. – Она даже не попыталась дать отпор… Здесь что-то нечисто. Доставим ее в штаб, а там разберемся.

Недовольно выдохнув, безликий приземлил арбалет и достал наручники. Удостоверившись в его намерениях, девушка попыталась бежать, но пара ловких рук лишила ее такой возможности. Будто газель на которой повис кровожадный хищник, Кристина брыкалась, стараясь высвободиться. Осознав собственную беспомощность, она горько разрыдалась. Ее миссия провалена. В самом начале. «Какая же ты глупая и жалкая!» – мысленно упрекнула себя Маркелова, а в ответ услышала голос Клодетт:

– Милая, соберись! Сейчас все зависит только от тебя. Найди ключ, что высвободит твою силу и примени ее в нужный момент. Не дай им забрать Смерть…

– Но как?! Как мне противостоять троим здоровым мужикам?! – беззвучно протестовала Кристина. – Моя сила, если она вообще существует, не проявлялась два десятка лет! Я даже не знаю толком, в чем она заключается!

– Все потому что ты жила старательно слушая голос разума. Вели ему замолчать и внемли, тому что говорит сердце. Эмоции, которые ты подавляешь, способны породить верный импульс. Позволь себе… – слова Клодетт оборвались – что-то грубо нарушило сеанс телепатии.

Грубый захват подоспевшего мужчины поставил Кристину на колени и вывел руки за спину. Мышцы неприятно натянулись, а запястья обдало железным холодом. Обездвиженная девушка зажмурилась от боли, но не издала и звука. Она больше не плакала. Не могла позволить себе эту слабость после наставлений Клодетт. Впервые в жизни Маркелова ощутила странную отрезвляющую ярость. В отличие от обычной злости, что регулярно вспыхивала в голове, заставляя краснеть лицо, этот гнев огненным цветком распускался где-то внизу живота. Его пылающие лепестки разлетались по всему телу, наливая конечности кипящим свинцом.

Похититель забросил Маркелову на плечо без усилий, одним движением. Он понес ее, словно мешок рухляди, место которому – в мусорном баке. Издевательски посвистывая, мужчина прошел не меньше тридцати метров, прежде чем свернул на большую асфальтированную дорогу. Кристина на секунду задрала голову и, убедившись в том, что никого нет поблизости, позволила свирепости поглотить разум. Ее голос, словно на контрасте, зазвучал спокойно:

– Мсье, наручники застегнуты слишком туго. Руки отнимаются. Прошу, я больше так не могу…

– Ну и ну! Ты говоришь по-французски?! – присвистнул охотник. – Ничего, потерпишь. Это меньшее из зол, что ожидает тебя за связь с дьяволом.

– Я не понимаю, о чем вы… как я вообще здесь оказалась?!

– Заткнись, или я тебе помогу!

Маркелова изобразила всхлипывания, а после – еле слышно зашептала: «Боже, будь милостив ко мне, грешнице. Ты создал меня, Господи, Ты и помилуй меня. Невозможно сосчитать мои грехи, но помилуй меня, Господи, и прости меня, грешницу!». Охотник замер. Молитва мытаря… Слова, которые ни одна приспешница Сатаны не осмелилась бы произнести. Кто же тогда она?! Хитрая колдунья или невинная жертва? До выяснения обстоятельств мужчина решил перестраховаться.

– Хорошо, я ослаблю браслеты. Только не вздумай чего выкинуть…

Опустив пленницу на землю, мужчина достал ключ и открыл наручник. В ту же секунду побелевшая кисть схватила его пальцы голодной рыбиной. Пожар осатанелости, разраставшийся в девушке, вспыхнул с небывалой силой, перебросившись, как по мосту, в новое тело. Алый пыл заставил мучителя повалиться на спину. Он часто дышал и хлопал ртом. Кристина выжгла все живое… Спалила бумажное оригами жизни в теле захватчика. Несколько раз дернув плечом, мужчина шумно выдохнул и перестал моргать.

Так и не сумев справиться с замком второго наручника, Маркелова кинулась обратно. Смерть представлял собой слишком ценный трофей. Его нельзя было уступить шайке вооруженных шакалов… Группа наемников тем временем трудилась над перемещением тела Каина. Они не заметили, как девушка схватила бесхозный арбалет и прокричала во все горло:

– Руки держим на виду! Только шелохнитесь и вам конец!

– Ты совершаешь ошибку… – бесстрашно оглянувшись, начал один из стрелков, но тут же оказался пробит насквозь шустрой стрелой с железным наконечником.

Кашлянув кровью, мужчина сделал шаг назад и упал замертво. Больше желающих перечить указаниям ведьмы не нашлось. Последний из мужчин развязал Каина. Бледный и медлительный, сын Адама хромал навстречу той, что его спасла. В глазах его читался испуганный интерес. Казалось, он не мог до конца поверить в происходящее.

Неспешно отступая, Кристина до последнего не сводила глаз со стрелка. Но тот стоял будто завороженный и даже не помышлял о погоне. Потеряв фигуру из виду, Маркелова бросила тяжелое оружие в кусты и, обняв рукой Смерти собственную шею, понеслась прочь. Мимо роскошных памятников и невзрачных мемориальных плит. Мимо букетов живых цветов и мерцающих пластиковых свечей, работающих от батареек. Мимо склепов. Мимо странных подобий саркофагов. Мимо колумбария и бесконечных рядов захоронений. Туда, куда ее манил зов сердца. Тот самый голос, который новоявленная чаровница не слышала много лет.

Дорога кончилась у приоткрытых врат, позади которых с ноги на ногу переминался водитель Клодетт. Приметив русскую, он, не дожидаясь мольбы о помощи, кинулся на выручку. Перехватив истекающего кровью ангела, Люк попросил открыть заднюю дверь, аккуратно расположил там ценный груз и ринулся к водительскому сидению. На пассажирском его ожидала Кристина. Она понемногу приходила в себя, силясь уложить в голове случившееся. Выходило плохо. Девушка шевелила онемевшими губами, повторяя что-то, словно в бреду. Мотор автомобиля взревел. Спустя полминуты троицы и след простыл.

Дверь особняка открылась задолго до того, как яркий свет фар рассек толщу ночного мрака. Клодетт, кутаясь в безразмерный свитер, длиной напоминающий халат, всматривалась в сторону поворота, ведущего на ее улицу. Через пару минут бронированный Мерседес нарушил покой мирно спящей коммуны. Скрип тормозов. Хлопки дверей. Будто слаженная бригада фельдшеров, Кристина и Люк переместили Каина в дом. Предусмотрительно оглядевшись, Клодетт погасила свет на крыльце и нажала кнопку, которой еще ни разу не касалась, опустив железные щиты на окнах, а также заблокировав парадную дверь и черный ход.

– Это действительно он? – завороженно произнесла хозяйка дома, наблюдая распластанного по полу юношу.

– Клодетт, молю! У нас мало времени! Он ранен и, похоже, умирает!

– Странно. Оружие людей не способно ранить ангела, если только…

– Это был орден. – уверенно выдал шофер, ослабив узел галстука. – С недавних пор на них работают могущественные чернокнижники.

– Боже мой, Люк, ты в этом уверен? – женщина опустилась на колени и коснулась бледного лица юноши.

– Абсолютно. К их ядам невозможно создать антидот. Вся надежда на ее силу. – скороговоркой произнес парень, обратив внимание на Кристину.

Маркелова моментально съежилась. От человека, которому, до недавних пор, не принадлежала его собственная жизнь, ждали слишком много. Клодетт прикрыла глаза и затихла. Очевидно, она искала решения, но все в конечном итоге, каждый вариант и каждая надежда сводились к гостье из далекой России. Нехотя взглянув на нее тяжелым безысходным взглядом, седовласая колдунья молвила:

– К сожалению, мальчишка прав. Когда умирает ангел, человек бессилен. Но в твоих жилах течет необычная кровь. Заново вдохнуть жизнь в это тело – задумка опасная, откровенно безумная… Но, если кому-то и дано с ней справиться, то только тебе!

– Хорошо. – робко отозвалась Кристина, в очередной раз осмотрев свои ладони, как инопланетное, плохо изученное оружие.

Клодетт и Люк сделали шаг назад. В их взорах читался животный страх. Очевидно, они не выдали и половины тех опасностей, о которых знали. Маркелова и сама прекрасно понимала риски, но сдаваться не собиралась. Она поможет Каину, чтобы он помог ей…

Приложив руки к обмякшему телу, Кристина сделала глубокий вдох и, отпустив чаяния, резко выдохнула. Стены дома повело, как от подземного толчка. Тяжелая люстра, увешанная хрустальными шариками, принялась раскачиваться. Свет погас. Ладони Маркеловой произвели ослепительное зарево, разряд живительного тока, что вынудил сердце Каина забиться, а глаза распахнуться в исступлении. Набрав полные легкие воздуха, юноша согнулся пополам и закричал. Параллельно тому раздался грохот. Мадам Лоран и ее помощник лишились сознания, грубо повалившись на пол.

Жизнь вернулась в тело Смерти. Осознав это, Кристина отвела кисти и легла на пол. Голова шла кругом и все плыло перед глазами. Словно от излишка алкоголя, подкатывала изнуряющая тошнота. Девушке потребовалось не меньше получаса, чтобы оторваться от холодного мрамора и трясущимися пальцами проверить пульс у Клодетт и Люка.

Мальчишка очнулся быстро, с первой же пощечиной, он помог переместить хозяйку дома в спальню. Клодетт упорно не приходила в себя. Ее болезненно-тонкие веки подрагивали не открываясь. Бледная и еще более морщинистая, чем с утра, она лежала неподвижно, делая редкие неглубокие вдохи. В то же время, ее сердце билось уверенно, как у молодой женщины, забывшейся беспробудным сном после тяжёлого рабочего дня.