Текст книги "Развод и другие радости"

Срочные новости. Влад

В иные времена завибрировавший в кармане телефон никак не помешал бы Владу исполнить то, что он намеревался. К тому же Снежана уже обняла его ногой за пояс и, споро расстегнув рубашку, гладила по груди нетерпеливо и жадно.

Однако сейчас на кону стояло кое-что побольше, чем просто недовольство отца, как раньше. На нем было завязано слишком много важных вещей. Поэтому на звонок Снегова – а это был он – пришлось ответить, отодвинув разгоряченную Снежану в сторону.

– Так, Гришин, ты сейчас где? Скинь мне адрес срочно, я пришлю курьера, – без вступления и приветствий начал Снегов. Он вообще не любил терять время даром.

– Что случилось? – насторожился Влад. – Я… дома. Ну, будем считать, что дома. Куда подъехать?

– Никуда не надо ехать, сейчас тебя найдет мой человек. У нас проблема. Я пришел подать заявку на фестиваль, но оказалось, что крайний срок уже прошел.

– В смысле?! – Влад выпрямился и снова отпихнул назойливую Снежану. Тревога плеснула ядовитой волной, враз смыв дурную похоть. Ерунда может и подождать.

– Вот так вот. Я не туда посмотрел. Надо было не дату фестиваля, а дату регистрации смотреть. Мой косяк.

– Хренасе. Теперь что будем делать?

Настя ему голову оторвет. И Марк оторвет. И Денис. Ладно, с этими можно справиться и даже Прапора успокоить, а вот Хель… Обиднее всего стало за спор с Хель. В кои-то веки что-то решил сделать как следует – и продолбался. Причем даже не по своей вине.

– Теперь будем пахать. Я уже договорился, что заявку все-таки примут. Подниму вам оплату в три раза, но доделать ролик мы должны за остаток недели, до полуночи воскресенья. Документы нужно подписать прямо сейчас, ты же у нас ответственный за рекламную кампанию.

– Понял! – Влад убрал телефон от уха и отстучал сообщение с адресом. Резко выдохнул, справляясь с выплеском адреналина. – Снегов, ты даешь! Мы успеем?

– Мы успеем, – твердо сказал тот. – Других вариантов нет. Никита и Марк уже подняты по тревоге, все, кто может, переходят в круглосуточный режим работы.

– Да бл…ин-н-н-н… – Влад отключил телефон и подавил порыв загнуть конструкцию покрепче.

Снегов, конечно, молодец. Если бы так облажался сам Влад, ему бы это припоминали всю оставшуюся жизнь. А серьезному человеку можно, он же не папин сыночек и мамина корзиночка, бессмысленный отросток крепкого дерева.

– Снеж, сходи проветрись, у тебя только что слюна изо рта не капает, – скривился он, глядя на соседку по квартире, которая пыталась принять сексуальную позу в проеме двери. – Ты о чем-нибудь другом думать можешь вообще?

– Ну ты и козел, Владик! – не выдержала она.

– Да хоть горшком назови… – Влад посмотрел на телефон, прикидывая, что он еще может сделать, но в голову ничего не приходило. Хотелось позвонить Хель, спросить, как она отнеслась к новым срокам. Может, предложить посидеть с Леей, пока ее мама работает?

Уф, ну уж нет. До такой степени самоотречения Влад еще не дошел.

Но тело, под завязку накачанное стрессом и тревогой, требовало сделать хоть что-то.

Может, зря он отказывается от щедрости Снежаны? Сейчас бы ее по-быстрому, пока курьер не приехал…

Не бегать же идти вокруг дома, чтобы стравить пар.

– Опять налажал где-то?

Снежана не собиралась уходить с кухни. По-прежнему стояла в дверях, только позу сменила: скрестила руки на груди, постукивая каблучком изящной шлепки с цветочками по полу.

– Заткнись и денься куда-нибудь, – посоветовал Влад.

Отношения у них уже вряд ли зададутся. Доделают проект – и можно будет наконец съехать. Или прямо сейчас перебраться на четыре дня в гостиницу?

– Вечно ты как говно в проруби. Сам ничего толкового не умеешь и других за собой тащишь. – Снежана, кажется, решила высказать наболевшее. – Помню, как ты мне пел сладкие песни, что все с твоей аферой на мази, что все продумал, осталось буквально подстраховаться с отцом. Очень убедительно. Но оказалось, что только болтать и умеешь.

– Вечер откровений… – Влад прикинул, где ближайшая приличная гостиница рядом со студией и домом Хель. Выходило, что ездить дальше, чем отсюда. Ладно, придумает что-нибудь еще.

– Вот отец твой – он был мужик!

– Ага, мужик. На твои прелести не повелся, зато завел себе толстушку Соню. – Влад поморщился, вспоминая новоиспеченную мачеху. С того памятного дня, когда его выводили под конвоем из офиса, он ее больше не видел. И не стремился, честно говоря. Выбор отца он так и не понял.

– Ты никогда его не поймешь, потому что он мужик, а ты – нет! Настоящий мужик выбирает себе женщину, не оглядываясь на окружающих. Такую, какая самому нравится. И дальше остается рядом с ней, кто бы вокруг ни терся!

– Вот уж от кого проповедей не ожидал, – ухмыльнулся Влад. – На тебе самой пробы негде ставить.

– На всех хороших мужиков не хватит, – с горечью сказала Снежана. – Одни козлы вроде тебя остаются.

Она развернулась и ушла в спальню.

Влад заставил себя сесть за стол, подтащил поближе миску с салатом. Попробовал ложку и выплюнул. Фу, мерзость. Пиццу заказать, что ли?

Как его достало, что его вечно сравнивают с отцом…

Теперь, оказывается, даже женщин он неправильно любит. Если вспомнить, что отец в свои тридцать два творил, то Владу до такого уровня еще гудеть и гудеть. Нет, раз Юлиан Владимирович к старости остепенился, то и Владимиру Юлиановичу надо срочно брать пример.

А Хель отцу понравилась бы…

Скандал. Ольга

Четыре дня!

Для рекламы это не так уж много – если, конечно, все готово и нам уже прислали шоты, я все быстро внесла в планировщик и раскидала задачи по людям.

Если. Если при этом у нас нет дедлайна по другим проектам. Если бы я успела найти няню – вообще никаких проблем.

Но перенос сроков, что сваливается внезапно, когда ты уже уложила ребенка спать, пьешь мятный чай и не спеша планируешь завтрашний день… это немножко катастрофа.

Оставлять Лею непонятно с кем, не проследив за няней хотя бы несколько часов, я не была готова. Этих нескольких часов у меня просто не было. Даже чтобы забрать ее из детского сада, мне потребовалось сбежать с очередного срочного созвона.

– Вот тебе листочки, вот фломастеры, рисуй сколько угодно. – И я нырнула в комп. Девять вечера, но почти весь офис остался на работе. Потому что невозможно сорвать сроки по другим проектам, но и рекламу Снегова надо кровь из носу доделать за четыре дня. Уже три с хвостиком.

– Ма-а-а-а-ам, хочу планшет! – заголосила Лея.

Разумеется, планшет мы с собой не взяли, потому что с утра собирались в режиме терминатора: я сказала дочери, что если она еще раз пискнет, то будет лишена мультиков до конца года. С абстрактным мышлением у нее все еще не очень, поэтому для нее это прозвучало как «навсегда».

– Прости, моя хорошая, сегодня только фломастеры. Если захочешь есть, говори!

Сегодня Влад притащил мне три чашки кофе – с утра, в обед и вот сейчас, когда стало ясно, что спать до понедельника мы будем только тогда, когда срубит прямо за монитором. Где-то там он до сих пор шлялся, отвлекая Дениса и Марка от дел, они тоже засучили рукава, крякнули, что давненько не брали в руки шашек, и сели работать как все. Увы, Гришин не особо мог помочь в нашем деле, у него вообще ноль навыков. Пусть бы хоть не мешал!

– Ларис, у тебя когда досчитается? – дернула я свою новую подружку.

– Еще час, – отозвалась та, не отрывая глаз от телефона.

– Артур?

– Доделаю к полуночи! – отчитался наш дизайнер. Он единственный из парней сидел без наушников, остальных пришлось опрашивать в мессенджерах.

В такие дни я дико жалею, что не курю: выйти на балкон подышать имеют легитимный повод только люди с сигаретами. Хорошим тоном даже обедать считается, держа одной рукой сэндвич, а другой продолжая дергать мышку.

– Лея!.. – В следующий раз я оторвалась уже ближе к полуночи. Дочь прикорнула на диване, так и зажав в руке розовый фломастер. Я вынула его, подпихнула ей под голову подушку и накрыла пледом. Иногда приходится жертвовать званием хорошей матери ради звания хорошего проект-менеджера. И наоборот. К сожалению, сегодня первый вариант.

Чувство вины вгрызлось когтями в сердце. Если бы мама сейчас позвонила, я бы сдалась и попросила ее приехать. К счастью, в Новосибирске была уже глухая ночь, не пришлось признаваться, что я не справляюсь.

Кто-то приглушил свет в студии, и я была ему благодарна, пусть хоть Лея выспится, раз уж нам пока не суждено.

– Так! Ребята! Послушали меня! – Марк вышел из кабинета и похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. – Кто хочет спать, у кого есть домашние дела – прямо сейчас ставите на паузу все, что можно поставить, и отправляетесь домой. Но в восемь утра жду всех без опозданий!

– Я тоже? – наивно спросила я.

– Ты в первую очередь, – строго ответил он. За его спиной, в открытой двери начальственного кабинета, я заметила Влада, о чем-то спорящего с Денисом. Надеюсь, он не пойдет нас сегодня провожать, ибо все запасы моей вежливой доброжелательности истрачены на ближайший месяц.

Я пошла собирать с народа все, что они успели доделать. Спящую Лею придется тащить домой на руках.

Но вот чего я не ожидала в этот момент, так это почувствовать на заднице чью-то наглую руку! В первую секунду я хотела высказать Владу все, что думаю о том, что именно он подписал нас на этот проект и мог хотя бы не отвлекать. Развернувшись, попала в мужские объятия – и это был не Влад!

Это был Артур, который тут же облапал меня еще более уверенно, оттаскивая за колонну, которая скрывала нас от остального офиса. И тут же потянулся за поцелуем. Я настолько охренела, что на несколько секунд лишилась голоса. Только отпихивала его от себя рефлекторными движениями.

– Ты долбанулся совсем?! – прохрипела я, когда мой мозг наконец уложил все впечатления в нужные коробочки и включил режим тревоги. – Ты что творишь?! Артур!

– Ну ты же сама сказала, что мечтаешь попробовать меня на вкус… – пробормотал он, не прекращая попытки.

– Я сказала?! – охренела я еще больше. – Артур, да хватит!

– Ну перестань, всем все равно, иди ко мне… – Глаза у него были какие-то совершенно шальные, как будто он накурился или смертельно пьян. Я даже принюхалась. Но в следующую секунду пора было предпринимать какие-то более активные действия, потому что рука Артура нырнула мне под рубашку и противной холодной рыбиной коснулась живота.

В голове мелькнула неуместная мысль о том, что надо проверить батареи, что-то у нас и правда холодно. И только потом я заорала:

– Грабли убрал, урод!

Заорала так, что все в офисе обернулись на нас, проснулась и захныкала Лея, а из кабинета начальства вылетели Денис и Влад.

– Что происходит? – поинтересовался Денис.

А Влад интересоваться не стал. Как-то очень быстро он и сам разобрался – что.

Никто даже ахнуть не успел, все случилось в два коротких мгновения.

Миг – и его ладонь ложится мне на талию, четким движением отодвигая в сторону как-то слишком самоуверенно, по-хозяйски.

Еще миг – и его кулак врезается в скулу Артура, отбрасывая того назад и впечатывая в этажерку с книгами.

Этажерка обрушивается, снося с подоконника горшки с цветами и лава-лампу, горячий воск расплескивается в разные стороны – Артур вопит, Влад рычит, а мне очень хочется завизжать, но я встречаю испуганный взгляд Леи и быстро закрываю себе рот ладонями.

Проблемы. Ольга

К счастью, никто не додумался меня удерживать. Пока мужчины разбирались между собой, я быстро одела Лею и утащила ее домой, утирая по пути злые нервные слезы, катящиеся градом. Было одновременно стыдно за то, что позволила так поступить с собой, обидно, что это вообще пришло Артуру в голову, и снова стыдно за этот мерзкий мордобой.

За меня даже в школе никто не дрался, и я была счастлива, считая, что эти разборки из-за девочек разрешают они сами. Чтобы казаться более востребованными. Мои поклонники были интеллигентные и такого себе не позволяли. Вот дожила до тридцати с лишним и получила ответочку от Вселенной. Нет, наверное, не все одноклассницы были счастливы, когда тупые бабуины шли за них стенка на стенку на заднем дворе школы.

Лея толком ничего не успела понять. Я наплела ей каких-то сказок про то, что нельзя разливать воду на пол, а когда разливаешь – нужно вытирать, вот Артур разлил чай и поскользнулся, совсем как ты, когда разлила недавно молоко… Занудное воспитание всегда нагоняло на дочь скуку, вот и сейчас она перестала слушать уже на третьей минуте и больше заинтересовалась тем, дадут ли ей завтра планшет.

– Если сейчас быстро ляжешь спать, то завтра сможешь играть хоть весь вечер!

Наивное дитя, еще не испорченное умением манипулировать, она пока не понимала, насколько далеко я зашла в своем стремлении отвлечь ее от произошедшего в студии. Иначе выторговала бы гораздо больше плюшек и послаблений.

Влад звонил несколько раз, но я не брала трубку. Не знала, что сказать, что ему ответить на его вопросы, боялась начать возмущаться или того хуже – плакать.

А наутро пожалела об этом. Потому что, придя на работу, выяснила, что Артур… уволился.

– Написал по собственному и взял больничный на две недели, – мрачно сообщил Марк, пригласив меня в начальственный кабинет. – В принципе, могло быть хуже.

– Куда уж хуже…

– Мог подать на нас в суд: пострадал-то он на работе. Но проблема не в этом.

– А в чем? – Я вздохнула и прикрыла глаза в надежде, что через секунду проснусь в каком-нибудь другом мире без этих проблем.

Без утреннего кофе от Влада и на вчерашней волне настроение у меня было далеко не радужным.

– В том, как мы будем доделывать этот проект без главного моушен-дизайнера, – вздохнул Денис, жестом приглашая меня посмотреть на экран. Он открыл там то, над чем работал Артур, и я ахнула.

Во всех областях бывают гении, у которых в черновиках – ад и преисподняя, зато на выходе – идеальная картинка. Хуже всего, когда они делают что-то по своим личным авторским методикам. Просто сесть и доделать их кусок работы невозможно. Дольше будешь распутывать.

Увы, Артур был из таких.

То, что я в этот момент хотела сказать в адрес Артура, Влада, Марка и Дениса заодно, а хлеще всего – в свой адрес, детям повторять нельзя. При начальстве так тоже лучше не выражаться.

– Так. Хорошо. – Я щелкнула костяшками пальцев, Марк поморщился. – Ты ему уже звонил?

– Звонил, конечно. Обещал двойную оплату, потом тройную, увольнение со всеми «золотыми парашютами» и все, что он захочет, включая право дать в морду лично мне, – вздохнул Денис. – Или Марку.

– Я был против, – сообщил Марк.

– Не важно, он все равно отказался. Слишком обижен на тебя.

– И на Гришина, конечно, – быстро добавил Марк, но я уже поняла, кто тут назначен крайним.

– Так… – Я отошла в сторону, прикусила губу и попыталась взять себя в руки. Этот кусок работы мы не успеем доделать, если начинать с нуля. Никак.

Судя по глазам Марка и Дениса, они пришли к тем же выводам.

– Я сейчас.

У меня появилось одно нехорошее подозрение.

Лариса с утра сидела в своем углу, не высовывая носа из-за компа, даже за кофе не сходила. И мне это совсем не нравилось.

В бешенстве я дошла до нее походкой каменного Командора, отпечатывая каждый шаг.

– Ларис… – нависла я над монитором. – Ты мне ничего про Артура не хочешь рассказать?

Она отдернула руки от клавиатуры и откатилась назад, но глаз не подняла.

– Лариса… – нежно позвала я, надеясь, что из моего рта не вырывается адское пламя.

– Я забыла… Забыла, Оль! Честное слово!

– Ты забыла удалить мой профиль, и Артур его увидел?

– Да… И…

– Что – и?

Она опустила голову и пробормотала совсем тихо, почти шепотом, но очень-очень виновато:

– Я с ним немного поболтала…

– ЧТО?!

Лариса забилась в угол испуганной мышкой. Как будто я ее бить собиралась. Неужели я так грозно выгляжу? Примерно так, как чувствую себя?

– Ну, я подумала, что он хороший парень, зря ты сразу отказываешься… Если наладить отношения, может, у вас и в реальности получилось бы…

– И что ты ему сказала?

– Я… немного увлеклась.

– Немного увлеклась… – медленно проговорила я, вспоминая, что вчера нес Артур. – Немного увлеклась – это сказала, что мечтаешь «попробовать его на вкус»? От моего имени?

– Да…

Интересно, у меня есть возможность увольнять сотрудников? Или пока не доросла?

Я еще секунд пять смотрела на Ларису. Но эта дура ничего не исправит, а 3D-моделлер нам пока пригодится, убивать нельзя. Да и я пригожусь Лее на свободе, а не в тюрьме.

Номер Артура у меня был. Но что я ему могу сказать? Предложить отдаться за то, что он вернется и доделает свой кусок работы? К такому жизнь меня не готовила.

– Артур! – Голос у меня был одновременно нежный и бодрый. Надо было балансировать между начальственным энтузиазмом и женской мягкостью. Лучше б в зоопарк пошла работать, с животными проще. – Я хочу попросить у тебя прощения за вчерашнее. К сожалению, случилось недоразумение, в котором никто не виноват…

– Настолько никто не виноват, что у меня нос сломан? – действительно слегка гнусаво, но ехидно поинтересовался Артур.

– Раз все случилось из-за меня, хочу лично принести тебе свои глубокие извинения… – продолжила я.

– Приезжай! – прервал меня Артур. – С шампанским и презервативами.

– Не настолько глубокие. – Я добавила в голос холодка. – Мы же профессионалы, Артур, давай поговорим по-деловому.

– По-деловому я уже написал заявление, взял больничный и намереваюсь идти писать заявление в полицию, – обрадовал он меня.

Не то чтобы я была против, чтобы Владу в полиции объяснили, в чем он не прав… Хотя нет, против. Пока он нам нужен – до конца проекта.

– Еще какие-нибудь варианты есть? – устало спросила я. Очень хотелось домой, в Новосибирск. Буду там тихонько фрилансить по ночам, растить Лею, ходить гулять вечерами. Подумаешь – денег мало. Зачем мне деньги, если нервы в этой вашей Москве скоро будут выжжены до пепла?

– Есть… – В голосе Артура было плохо скрытое торжество. – Пусть ваш Гришин лично приедет извиняться передо мной.

– С презервативами? – уточнила я.

Артур хрюкнул и, кажется, чуть не уронил телефон.

– Нет, с коньяком! – поспешно ответил он.

– Понятно.

Зоопарк, фриланс… или вообще устроюсь к Лейке в детский сад воспитательницей. Пусть лучше мне выносит мозг толпа пятилеток, чем взрослые и якобы разумные мужики.

Я набрала Влада.

Гудок. Еще гудок. Еще. «Абонент не отвечает».

Твою мать, Гришин! Если только ты не прыгнул с моста в реку – все остальное не причина не поднимать трубку!

«Абонент не отвечает».

Захотелось расколотить телефон о стену, но я поймала взгляд Марка, выходящего из кабинета, и, мило улыбнувшись, помахала ему. Мол, все под контролем.

Все под контролем.

«Абонент не отвечает».

– Денис! – Я снова заглянула к начальству. – Скажи, пожалуйста, у тебя есть адрес Гришина?

– У меня нет… – Он сам сидел за компом и тоже работал. Сейчас все работали. Кроме меня и Артура. – Но у Снегова должен быть.

Зашибись, я еще лично Шоколадному Королю не звонила. По дружбе. Человеком он казался неплохим, но все-таки не настолько, чтобы выслушивать просьбы рядовых работников. Хотя без Артура у нас не будет и фестивальной рекламы…

Взяв себя в руки, я все-таки написала Снегову, получила от него адрес и прыгнула в такси, попутно все еще набирая Влада. Но он как выключил с утра телефон, молодец такой, так и включать не собирался. Накосячил – и в кусты.

Хотя я накосячила больше. Надо было проследить, чтобы Лариса удалила мой профиль. Но кто ж знал, что этой дуре приспичит заниматься виртуальным сексом под моим именем? Сама бы зарегистрировалась и соблазняла кого угодно. Хоть прямо на работе, хоть в свободное время!

Такси пришлось остановить перед шлагбаумом – элитный дом, закрытая территория. Разумеется, где еще может жить мажор Влад? Хотя, учитывая, что он был руководителем крупного фармацевтического концерна, а отец его до сих пор остается владельцем, странно, что не особняк с флигелями и выездом для лимузинов. Разве такие мужчины снимают девушек в барах? Разве им не привозят дорогих проституток прямо на дом?

Еще больше меня удивило, что квартира была не на верхних этажах, где видны были панорамные окна пентхауса, а обычная, для простых смертных, в общем коридоре с тамбуром.

А вот блондинка с надутыми губами и в микроскопическом халатике, едва прикрывающем задницу, почему-то совершенно не удивила. Даже мысли не мелькнуло, что я ошиблась дверью. Потому что выглядела она ровно так, как я себе представляла обычных девиц таких типов, как Влад.

Ревность. Ольга

– Мне нужен Владимир Юлианович Гришин, – отчеканила я, стараясь не смотреть в декольте блондинки. Это было сложно даже мне. Представляю, как мужики мучаются. Или они не мучаются и пялятся, не стесняясь?

– Всем нужен, – выдохнула блондинка, поправляя идеально выпрямленную прядь волос, чтобы она рассыпалась шелковой волной по груди. – Но не все его достойны.

Не сдержавшись, я фыркнула. Да уж, Влад, если тебя интересуют такие девушки, вряд ли нам по пути.

– Я по работе.

– Мы немножко заняты… – мурлыкнула блондинка и прикусила пальчик.

Все, выбесила. За время поездки мой гнев успел утихнуть, но теперь разгорелся с новой силой.

– Ничего страшного, ненадолго отвлечетесь! – рявкнула я и отодвинула ее с дороги.

Она попыталась загородить мне путь, но Хельгой, а потом и Хель, меня назвали не только потому, что это скандинавская версия имени Ольга. В гневе я превращаюсь в валькирию, пожалуй, не стоит ждать момента, когда мутирую в богиню смерти.

Квартирка оказалась скромненькой – всего лишь двушка для великого и ужасного Влада Гришина, который, разумеется, обнаружился в спальне. Валялся в постели в одних трусах – странно, что не без!

– Ты! – Я встала в дверях, скрестив руки на груди. Что-то внутри – разумная моя часть – пыталось достучаться до мозга и напомнить, что в деловой иерархии я стою ниже него, и не важно, что там между нами было. Но ледяная ярость захлестывала и топила весь профессионализм вместе со здравым смыслом.

– Хель?.. – Он одним текучим движением поднялся с кровати и оказался рядом со мной. – Что ты здесь де…

– Ты сейчас наденешь на себя штаны и позвонишь Артуру. А потом поедешь со мной и извинишься перед ним. Быстро!

– Владик, это кто такая?.. – В дверь просочилась блондинка, глядя на меня с острой неприязнью.

– Заткнись и скройся, – скомандовал Влад, и я не сразу поняла, что не мне. А мне: – Оль, ты чего злая такая? Куда звонить? Кто такой Артур?

В отличие от меня он с каждой секундой становился все спокойнее. Если застала я его врасплох, то сейчас он взял себя в руки и даже в одних трусах умудрялся выглядеть гораздо профессиональнее всклокоченной меня.

– Тот, кому ты вчера морду подправил! Без него мы проект не закончим! Так что либо ты перед ним извиняешься и проставляешься, либо сам будешь объяснять Снегову, почему из-за того, что у одного из руководителей чесались кулаки, мы ни на какой фестиваль не успели!

– Угу. Понял. Хель, выйди на минутку. Я оденусь.

– Что я там не видела? – фыркнула я.

– Где я прячу виски.

– Коньяк.

– Тем более.

Я развернулась и прошагала обратно в прихожую. В районе ванной маялась блондинка в халатике, прожигая меня полным неприязни взглядом. Отвернувшись от нее, я постукивала каблуком по звонкому паркету. Но Влад не стал задерживаться. Минуты через три он вышел из спальни в безупречно отглаженных брюках и рубашке – разумеется, белой. В руках он держал бутылку «Хеннеси».

– Ты на машине?

– На такси, – буркнула я, следуя за ним к лифту.

– Отпускай, на мне поедем.

– Я вообще-то на работу…

Влад потянулся нажать кнопку и обернулся через плечо, пригвождая меня взглядом темных глаз к стене. Он успел и одеколоном побрызгаться: свежий ментоловый запах заполнил крошечное пространство лифта. Только побриться не успел, но ему даже шла эта небрежная щетина, которая не ломала безупречный образ, а подчеркивала его.

– Без тебя я испугаюсь и потеряюсь, – насмешливо проговорил он, но глаза были слишком серьезными. – Не бросай меня, властная богиня Хель.

Однако у дома Артура он сказал:

– Оставайся здесь.

Включил музыку и, оставив машину заведенной, ушел в подъезд.

Провел он там минут десять, не больше, и вернулся с Артуром, следующим за ним с поникшей головой. Как бы мне ни хотелось узнать, что там произошло, расспрашивать Влада в его присутствии было бы неловко.

У офиса Артур быстро выскочил с заднего сиденья, пока я путалась в ремнях безопасности, и свинтил раньше, чем я успела его окликнуть. Ну и ладно. Надеюсь, что он в итоге все-таки уволится, что мне не придется каждый день вспоминать эту стыдную историю.

– Все, – сказала я Владу. – Спасибо за помощь. Можешь возвращаться к своей зазнобе и продолжать то, что я прервала.

– Постой. – Он перехватил мою руку, потянувшуюся к ручке двери. – Хельга… Оля.

– Что? – Я замерла, стараясь не вдыхать его запах. В машине было слишком тесно для нас двоих. Слишком… близко мы были. Особенно когда он вот так склонялся и смотрел мне в лицо.

– А поцеловать героя, который всех спас?..

– Иди ты! – фыркнула я. – Тебе и без меня есть с кем целоваться!

– Ты меня ревнуешь? – Пальцы Влада сплелись с моими, накрывая их теплом, я дернулась, но он удержал меня рядом, вглядываясь в лицо.

– Даже не думала! Мне на работу пора! – возмутилась я. Сердце почему-то забилось часто-часто, несмотря на злость. А может, благодаря ей.

– А жаль… – Дыхание Влада было теплым, а сам он был непозволительно близко. – Я бы хотел, чтобы ревновала.