Текст книги "Хроники Азура. Белая королева"
![](/books_files/covers/thumbs_240/hroniki-azura-belaya-koroleva-217528.jpg)
Автор книги: Бернхард Хеннен
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Вестермарк, южнее Волчьих болот, раннее утро, 12-й день месяца Урожая, 18-й год до второго восхождения Сасмиры на престол
– Мы не успеем! – Гамрат фон Хатцфельд в ярости ударил кулаком по столу. – Ей следовало отступить дальше на восток!
На мгновение в огромном белом шатре воцарилась тишина. Никто не осмеливался перечить Великому магистру ордена Черного Орла.
– Нельзя поручать командование всяким девкам, у которых еще молоко на губах не обсохло! – возмущался он.
– Но ее избрали, Великий магистр, – заметил юный рыцарь, которого прислала Занета.
– Ты Ярослав фон Наклоу, верно?
Юноша кивнул.
– Твой отец был храбрецом. Однажды мне довелось сражаться вместе с ним… – Гамрат раздраженно мотнул головой. – Но все эти глупости… Как можно учить женщин сражаться?! Да еще и даровать им титул рыцаря?! – Он шлепнул ладонью по карте. – Ей следовало отступить.
– При всем уважении, Великий магистр… Она не могла этого сделать. У нее три сотни тяжелых фургонов. – Ярослав указал на карту. – Здесь, на востоке, густые леса. Дорог и вовсе нет. А Железная орда продвинулась быстрее, чем мы ожидали. И вашим рыцарям потребовалось больше времени на сборы.
– Естественно! Это же не за один день делается. Мы собрали лучших людей из крепостей ордена в пределах семисот миль отсюда. И много рыцарей империи. Цвет нашего рыцарства, а им приходится рубить лес и строить плоты! И мы лишимся этих людей, если не одержим победу над проклятой ордой на Гайсе.
Ярослав вновь склонился над картой и указал на точку у реки.
– Эта карта не очень точна. Я предполагаю, что Занета построит укрепление вот тут. Это лучшее место.
Гамрат посмотрел на юношу. У него только пушок над губой пробивался, но мальчишка казался сильным. И в его голубых глазах читалось… Он был воином. Непримиримым. Ему хватило решимости возразить самому Великому магистру ордена. Из этого паренька получился бы отличный комтур ордена. В силе воли этим вольным рыцарям Вестермарка не откажешь! Они не подчинялись правилам, не признавали дисциплины, эти сорвиголовы и бунтари… Люди, чьи семьи сохранили верность императору и после его смерти. Как и орден. Почти…
При мысли о том судьбоносном совете комтуров двадцать два года назад Гамрат до сих пор ощущал, как в нем поднимается ярость. Рыцарей ордена в народе часто называли рыцарями императора. И эти рыцари императора ничегошеньки не предприняли, чтобы отомстить за смерть императора Орелиана и его семьи. Тогдашний Великий магистр принял решение не вмешиваться, чтобы в империи не вспыхнула гражданская война. Сам Гамрат всегда считал это решение малодушным и предательским. Но тогда он был всего лишь комтуром и вынужден был повиноваться. С тех пор орден Черного Орла прервал все контакты с князьями. Но этого было недостаточно. Нужно было повесить этих гнусных убийц на стенах их собственных замков!
Несколько месяцев назад, в тот день, когда до Гамрата дошли вести о поражении князей под Креенфельдом, он выпил целый кувшин красного камаринского вина в память о покойном императоре. Над большинством убийц императорской семьи на том поле боя свершилось мщение.
– Эта рыцарь… Занета… Как долго она сможет удерживать тот холм?
– Сложно сказать. – Ярослав посмотрел на комтуров.
Все они были опытными воинами. И каждому из них уже доводилось сражаться с ордами хана.
– Нет, не сложно, – вмешался Марио Канали.
Комтур Мевена был отпрыском влиятельной купеческой семьи из Цилии. После того как верховный священник сжег Арбору, семья Марио покинула остров и перебралась в империю. Марио предпочитал мечу цифры. Он доказал свою ценность для ордена, проложив новые маршруты поставок и продав излишки возделываемых земель ордена, что принесло огромную прибыль. Кроме того, его решения привели к небывалому взлету морской торговли.
– Мы находимся здесь, – Марио постучал тонким смуглым пальцем по карте. – Собственно, до укрепления Занеты всего десять миль, но это десять миль болот. Тяжелой коннице туда не добраться вскачь, ее можно переправить только на плотах, которые сейчас строятся. – Его палец описал дугу вокруг болот. – Топи тянутся далеко на восток. Если мы решим скакать по дороге, придется сделать крюк в сотню миль. И если мы не хотим скакать в бой на загнанных лошадях, на этот путь должно уйти не меньше трех дней. А лучше четыре. И я уверен, что генерал Юй выставит на этом пути разъезды. Мы не застанем их врасплох, если нападем с этой стороны.
Марио потянулся. Среди рыцарей в шатре он был самым низкорослым – и при этом весьма самоуверенным. Канали прекрасно осознавал, что для ордена он незаменим. Гамрату подобное самодовольство было не по душе.
– Я предлагаю смириться с тем, что мы их потеряем. Нам не добраться до Занеты вовремя. А если не удастся объединить с ней силы, нам не победить. У врага огромное численное преимущество. Мы просто сыграем ему на руку, если не отступим.
– Я отправлюсь ей на подмогу! – упрямо заявил Ярослав. – Я не брошу Занету и ее рыцарей в беде! – Юноша с вызовом уставился на всех остальных. – Занета рассчитывала на вас, не послушав совета своего дяди.
– Мы не можем рисковать орденом из-за ее ошибки, – отрезал комтур Мевена.
– Сколько ей удастся удерживать укрепление? – снова спросил Гамрат.
– Быть может, день… – ответил юный рыцарь. – Если генерал Юй действительно ведет тридцатитысячное войско, у него десятикратное численное преимущество.
– Цифры говорят сами за себя, брат Гамрат, – снова вмешался Марио Канали.
– Отправьте со мной хотя бы легкую конницу, Великий магистр, – взмолился Ярослав. – Простых солдат и сариантов. С ними я успею добраться до укрепления Занеты!
– И вы все погибнете там! – возмутился Марио. – Чудесный рыцарский жест!
– Занета не сдастся. Она будет сражаться до последнего человека! – Ярослав обвел взглядом собравшихся рыцарей. Он ждал ответа, но все молчали. Наконец мужчина кивнул. – Знаете, господа, я никогда не думал, что именно нам, тем самым рыцарям, на которых вы, представители древнейших родов, смотрели свысока, придется доказывать Вестермарку, что значит слово «рыцарь»!
– Посадите его под стражу! – крикнул Гамрат одному из караульных, стоявших перед шатром.
– Вы не имеете права…
Несколько братьев ордена, войдя в шатер, схватили Ярослава под руки.
– Нам предстоит принять непростое решение. Нельзя допустить, чтобы в такое время кто-то сеял смуту в лагере.
Рыцаря увели.
– Это непростое решение основывается на цифрах, – с видимым облегчением сказал Марио. – У нас нет другого выбора.
– Что ж, значит, думайте о цифрах! – напустился Гамрат на комтуров. – А я в этом шатре уже дышать не могу!
– Но нам еще нужно обсудить пути к отступлению в сторону Капау, – возразил один из присутствующих.
– Уверен, у нашего владыки цифр и на этот вопрос найдется ответ! – прошипел Великий магистр, выходя из шатра.
Но и снаружи, невзирая на ранний час, царила удушающая жара. Над лагерем, растянувшимся на три мили вдоль болот, темными тучами роились комары. Если бы ордену предстояло сражаться здесь зимой, проклятые болота не стали бы для войска преградой. Уже в месяц Ледяного Тумана болото замерзло бы настолько, что по нему смогли бы проехать даже тяжело груженные телеги. Железная орда обычно воевала зимой. Нападение генерала Юя летом застало всех врасплох.
Гамрат печально посмотрел на уже изготовленные плоты. На каждом виднелись маскировочные борта из камыша. При перемещении по болотам их было бы почти невозможно заметить. Если бы у ордена был еще один-единственный день! Всего лишь один-единственный день! Но сейчас плотов хватало всего на половину его тяжелой конницы. И это не говоря уже о солдатах…
Из ближайших лесов к берегу все еще свозили древесину для плотов. Рыцари, ополчение и мастера-плотники работали плечом к плечу, позабыв о сословных различиях.
«Быть может, я старею?» – подумал Гамрат. Когда цифры успели подменить собой идеалы рыцарства? Вступая в орден Черного Орла, он считал, что рыцарская честь превыше всего. В те годы он последовал бы за Ярославом, не раздумывая ни секунды. Его не остановило бы понимание того, что им не победить. Но если сейчас он допустит ошибку, это нанесет удар по ордену. Удар, после которого орден может и не восстановиться. Так что же он, Великий магистр ордена Черного Орла, выберет? Отправить бóльшую часть рыцарей ордена на верную смерть? Или отречься от рыцарской чести?
Вестермарк, южнее Черного Леса, Час Дракона, 12-й день месяца Урожая, 18-й год до второго восхождения Сасмиры на престол
«Они сами виноваты», – подумал Сян. Он был в ярости. Он предложил им возможность выжить! И возможность восстановить правление императорского рода, как они мечтали! А они выбрали смерть.
Ну что ж, пусть вначале помогут ему избавиться от трех военачальников Железной орды, которым он не доверяет. Сян уже выяснил, что к этому моменту Бао Ли успел поговорить со всеми его военачальниками. И эти трое первыми были готовы выступить против генерала Юя.
Он искоса посмотрел на Анга Миня. И когда Анг уже решит отказаться от шелковых одежд придворного и этой глупейшей прически? Анг тоже на стороне хана…
– Что теперь, генерал?
– Уру, Габбару и Чани выпадет честь произвести первую атаку на укрепление. Приведи их ко мне в юрту, да побыстрее.
Анг Минь подхлестнул коня и помчался вперед. Можно ли доверять этому напыщенному придворному? К тому же, возможно, Бао Ли успел подкупить одного из караульных… Лекарю достаточно лишь пронести с собой нож… И почему он только не убил вчера придворного лекаря хана? Из-за печати? За такую глупую и сентиментальную верность хану ему вскоре придется дорого заплатить…
Подскакав к юрте, Сян спешился и, не обращая внимания на ожидавших его у шатра воинов, вошел внутрь. Нужно было подавить эту ярость. У него еще остались дела.
Он сел в позе лотоса за низенький столик. Черную лакированную столешницу украшали инкрустации из перламутра и розового кварца: вишня в цвету роняет первые лепестки.
Сян пододвинул к себе свиток. Он работал над текстом до предрассветных сумерек, с горечью осознавая, что не наделен талантом поэта. Его призвание – воевать. Его жизнь всегда полнилась сражениями, в ней было место лишь для ужасов, царивших на поле боя. Так как же ему отыскать слова любви?
Его взгляд упал на первую строку письма. Удалось ли ему высказать все?
«Прощай, моя императрица…»
Письмена на свитке казались несуразными, как и слова, прозвучавшие в тишине шатра.
На Сяна нахлынули воспоминания об их первой ночи. Их любовь родилась на поле боя.
– Генерал? – В юрту заглянул Анг Минь. – Уру, Габбар и Чани ожидают твоих приказов.
Сяну потребовалось время, чтобы вернуться к реальности. Кажется, Анг улыбнулся? Неужели его заместитель смеется над ним? Быть может, Ангу уже не терпится взять на себя командование войском?
– Позови их! – Сяна бросило в жар.
Почему ему так жарко? Все дело в том, что сотворил с ним Бао Ли? В том, что он больше не мужчина? Быть может, Ангу об этом известно? И именно поэтому он улыбается?
В юрту вошли три военачальника. Уру и Чани надели поверх кожаных нагрудников тяжелые кольчуги – трофеи с поля боя под Креенфельдом. Если они действительно замыслили предательство, то ничем этого не выказывали. Габбар же предпочел защитить свои тучные телеса чешуйчатым доспехом. Из-под доспеха выглядывал желтый наряд с зеленой вышивкой. Даже обувь у него была желтой. Вырядился, словно на прием в Передвижном Дворе.
– Соберите своих людей, мои верные соратники, – поприветствовал их Сян. – Вам выпала честь первыми штурмовать укрепление. За вашими подразделениями последует по тысяче лучников, чьи стрелы ослабят врага. Конница против этих фургонов бесполезна, потому вам придется наступать пешим порядком. Возьмите двуручные топоры, чтобы пробиться за укрепление.
– Что нам следует знать о противнике? – спросил Габбар. Из-за духоты в юрте на лбу у него уже выступили крупные капли пота.
– Они будут оказывать вам ожесточенное сопротивление. Бой будет нелегким. – Сян обвел трех воинов взглядом. – Не стану скрывать, вам придется тяжко. Но в награду вы получите все трофеи из фургонов. Каждый из ваших людей может набрать себе столько сокровищ, сколько сумеет унести.
Все трое улыбнулись. Обычно военную добычу справедливо распределяли между всеми воинами орды.
– Я надеюсь, что вы возьмете укрепление до полудня.
– Мы справимся раньше, – самоуверенно заявил Уру.
– Заставьте меня гордиться вами, мои военачальники. – Сян жестом позволил им удалиться.
Трое воинов ушли, но Анг Минь остался в шатре.
– Разве тебе не следовало сказать им, что их ждет, генерал?
– Они уже бывали в Вестермарке. И сражались с вольными рыцарями. Если они не подозревают, к каким военным хитростям прибегнет враг, то они недостойны оставаться военачальниками Железной орды. – Сяну не понравилось, что Минь поставил под сомнение его решение. Раньше заместитель такого себе не позволял. – Тебе же предстоит скакать на запад. Приведи мне верблюжий караван!
Вестермарк, южнее Черного Леса, утро, 12-й день месяца Урожая, 18-й год до второго восхождения Сасмиры на престол
Занета нагнулась, взяла горсть земли и растерла в ладонях. День будет жарким. И долгим. Она только что проверила, во всех ли повозках достаточно воды.
– Волнуешься? – Ее дядя Ян фон Таноу излучал спокойствие.
Сегодня он облачился в полный доспех. Ян был одним из самых хорошо экипированных воинов в ее небольшом войске: латные наручи и поножи, кольчуга и подогнанная точно по размеру кираса, на голове – шлем-хундсгугель, плотно прилегающий, с заостренным вытянутым забралом. Когда забрало было опущено, шлем немного напоминал псиную морду, поэтому его еще называли «собачьим капюшоном». Но сейчас забрало Яна было поднято. Лицо рыцаря раскраснелось от зноя – в этом многослойном доспехе он изнывал от жары.
Сама Занета носила бацинет, шлем без забрала. Ей не нравилось, что шлемы с забралом мешают обзору: что можно разглядеть в эти узкие прорези? Она командовала войском. Ей нужно было иметь полное представление о том, что происходит вокруг.
– Скорее бы уже все началось, – проворчала женщина. – Ненавижу ожидание.
Она выглянула в узкий проем между двумя фургонами, всматриваясь в лагерь Железной орды.
Все повозки стояли вплотную друг к другу, с поднятыми оглоблями. Между спицами колес вились тяжелые железные цепи, соединявшие повозки и не позволявшие вытащить фургон из заграждения.
С внутренней стороны укрепления на повозки вели широкие сходни, по которым легко было подняться внутрь.
Занета увидела, как перед лагерем орды выстроились три подразделения.
– Они пойдут пешим строем, – раздраженно пробормотала она.
– Сян Юй не глупец, – отметил ее дядя. – Он знает, что конным это укрепление не взять.
– Вижу! – Занета обвела взглядом повозки. – Приготовить арбалеты! – громко приказала она. – Стрелять только по моему приказу. Всадники во внутреннем круге, приготовиться!
– Может, пора прекращать маскарад и убрать с повозок парусину?
Женщина посмотрела на дядю.
– Занета, они должны видеть, что это за повозки, – настаивал Ян.
Она и сама все понимала.
– Ткань защищает наших солдат от солнца. Мы перетащим ее на тыльную сторону повозок. – Бросив взгляд на лагерь противника, она увидела, что за пехотой, выделенной для этого боя, двинулись лучники. – Иди к конным. Ты поведешь кавалерию в атаку, когда я отдам приказ.
– Быть может, нам…
– На этот раз мне не нужен твой совет, дядя. – Сковывавшая ее тревога отступила. Ожидание завершилось. Занета махнула рукой солдатам, стоявшим наготове между двумя рядами повозок. – Принесите павезы. Нам нужно закрыть наших воинов щитами от этого проклятого града стрел. Если вы не задействованы внутри повозок и не причислены к контратакующему отряду, укройтесь под телегами второго ряда укрепления.
– Занета… – снова начал дядя.
– Ян фон Таноу, ты получил приказ! Заступай на пост!
Выругавшись, дядя опустил забрало шлема.
Ей было неловко вот так грубить Яну, но следовало продемонстрировать решительность перед остальными.
Занета направилась по деревянным сходням в боевую повозку.
– Еще никогда не видел, чтобы кто-то так говорил с победителем имперского турнира. – Стоявший неподалеку воин в потрепанном зеленом стеганом доспехе широко улыбнулся. Волосы у него уже начали редеть, а по левой щеке тянулся уродливый красный рубец. – Он, конечно, невысокий, но с мечом управляется лучше всех. Я бы не решился дерзить ему.
– Я командую этим войском, потому что могу решиться на то, чего опасаются другие, – ухмыльнулась Занета, входя внутрь фургона.
Тут пахло потом и соленой рыбой. В повозке было тесно: всего два шага в ширину и чуть больше восьми шагов в длину. Деревянные стенки снаружи закрывала вощеная ткань, и казалось, что это просто крытые парусиной купеческие повозки. В прочной деревянной стене, повернутой в сторону врага, зияли четыре треугольные бойницы, каждая с ладонь величиной.
Внутри стояло шестеро арбалетчиков. Еще шесть солдат ожидали снаружи – им предстояло перезаряжать арбалеты для стрелков. На деревянном полу лежали боевые косы и молотила. И три пики: острое трехгранное лезвие в полшага длиной крепилось на деревянной рукояти длиной в шаг. В полу повозки были проделаны равномерно расположенные отверстия, каждое с серебряную монету. На первый взгляд казалось, что это просто проломы в толстых дубовых досках, но на самом деле они предназначались для пик, на тот случай, если противник попытается проползти под повозкой.
– Подкрепитесь перед боем? – Один из арбалетчиков протянул ей плоскую деревянную тарелку с засоленной сельдью.
– Голод во мне просыпается уже после боя, – пожав плечами, ответила Занета. – До этого кусок в горло не лезет, зато потом аппетит просто зверский.
– Вот и у меня так же, – энергично кивнул солдат со шрамом на щеке. – Прямо как…
И тут протрубили к бою. Воздух наполнился криками из сотен глоток.
– Сдернуть парусину! – громовым голосом отдала приказ Занета.
Два воина в повозке потянули за ткань, обнажая деревянную стену с бойницами. Теперь Занета видела три отряда, выступивших на ее укрепление.
– Присоединитесь? – Солдат со шрамом протянул ей взведенный арбалет.
Занета отмахнулась.
– Я и в дверь сарая не попаду, даже если буду стоять прямо перед ней. Лучше вы займитесь стрельбой. – Она опустила ладонь на рукоять меча. – А я помогу, когда они подойдут на расстояние ближнего боя. Фехтовать меня учил дядя, и могу поспорить, в этой орде с ним никто не сравнится.
Она отошла от бойницы, и солдат со шрамом встал на ее место. Заложив арбалетный болт, он вскинул оружие на плечо и спокойно прицелился. Стрелы врага с треском впивались в толстую древесину стен боевой повозки.
Занета подхватила павезу и подняла над головой: этот широкий и длинный щит мог защитить от стрел и ее саму, и людей рядом.
– Открыть стрельбу! – приказала она.
Защелкали тетивы, и боевой клич врагов сменился криками умирающих.
Вестермарк, южнее Черного Леса, Час Дракона, 12-й день месяца Урожая, 18-й год до второго восхождения Сасмиры на престол
Габбар жадно ловил губами воздух. При подъеме на холм воины обогнали его. Военачальник выругался. Каргасы – народ наездников. Они несутся на врага, сидя на спине верного коня. А это проклятое пешее наступление – просто позор какой-то.
Арбалетные болты выкашивали первые ряды его воинов. Габбар был рад, что не оказался на их месте. Он не был трусом, но ценил жизнь.
– Может, помочь? – Тан Ю протянул ему руку.
Этот молодой парень был отличным воином! Мускулистый, необычно высокий для каргаса. И ко всему еще и красивый.
– Может, мне тебя пнуть, наглец? Я твой военачальник, и мне не нужно хвататься за чью-то руку! И клюка мне не нужна!
Пот заливал Габбару глаза. Проклятый холм! Воин переступил через стонущего раненого, стараясь не смотреть на несчастного: руки умирающего цеплялись за болт, вошедший в грудь до оперения.
Над головами свистели стрелы, стучали по прочной древесине боевых повозок. Проклятые бойницы в стенах не больше ладони, туда даже из ста стрел едва ли одна попадет! Эти стрелы не навредят противнику в повозке.
Отступление было бы мудрым решением. Нужно взять с собой что-то, чем они смогут поджечь эти проклятые повозки. И никакой добычи на холме нет! В повозках вовсе не сокровища, там засели проклятые арбалетчики!
Габбар посмотрел налево, в сторону Чани и его отряда. Те воины уже почти добрались до повозок. Если он сейчас отдаст приказ об отступлении, эти бесовы скотоложцы до скончания века будут насмехаться над ним за проявленную трусость!
– Вперед! – задыхаясь, выкрикнул он. – Мы первыми прорвем заграждение!
Тан Ю удивленно оглянулся на него. Топор, взятый из лагеря, юноша закрепил на спине.
– Нечего на меня таращиться, будто теленок несмышленый! Давай сюда руку и тяни меня на холм. Как предводитель отряда, я должен быть в первых рядах.
Вокруг слышались глухие удары – арбалетные болты пробивали кожаный доспех. Как этим проклятым ублюдкам удавалось так быстро перезаряжать оружие?
Габбар увидел впереди боевую повозку, раскрашенную в синий и красный цвета. Повозка рядом была желтого цвета, на стенке красовался черный орел с расправленными крыльями. Желтый цвет всегда приносил Габбару удачу.
– Туда! – приказал он Тану Ю. – Мы пойдем на прорыв у той повозки, желтой, как солнце!
– Почему именно у желтой? – переспросил высокий воин.
– Потому что так распорядилась судьба! Не задавай глупых вопросов. Твое дело – махать топором, мое дело – думать. – Габбар выхватил саблю. Ладони у него взмокли от пота. – Вперед, солдаты! Желтая повозка! На штурм!
Оставалось еще пять шагов.
Габбар опять посмотрел налево. Солдаты Чани уже сражались перед повозками. Они первыми напали на врага. С этим уже ничего не поделаешь. Ну ничего, зато он первым прорвется во вражеский лагерь!
– Вперед!!!
Они добрались до цели. Желтая повозка возвышалась почти на три шага – Габбар словно стоял перед нерушимой стеной. А лестниц у них не было. В досках торчали сотни стрел, и боевая повозка сейчас чем-то напоминала ежа. Габбар вспомнил восхитительное блюдо из ежей, запеченных в глине. Деликатес, которым ему уже так давно не доводилось лакомиться…
Он ударил саблей по стенке повозки. Тщетно – только тонкая царапина появилась на желтой краске.
– Топор, Тан Ю! Ударь топором.
Над повозкой что-то взлетело, и Габбар дернулся в сторону. Огромный камень размером с голову ударил в грудь одного из воинов, и тот пошатнулся.
Из бойницы ударила пика, но Габбар сумел парировать удар.
– Защищайте Тана Ю щитами! – приказал он. Арбалетный болт просвистел прямо у его щеки – словно ветром повеяло. – Защищайте Тана Ю!
Другие топоры тоже застучали по стенкам повозки. Во все стороны полетели щепки.
И тут над повозкой высунулась алебарда. На ее крюке висел небольшой закопченный котелок.
– Осторожно!
Кто-то из-за повозки ударил по донцу котелка древком копья. Котелок перевернулся, и прозрачная бурлящая жидкость вылилась на Тана Ю, который в этот самый момент как раз поднял голову.
Габбар бросился в сторону. Повеяло дымом, послышался кошмарный вопль. Тан Ю выронил топор. Лицо у него стало багровым, как плоть освежеванного кролика, а глаза побелели. Упав на колени, он истошно завопил.
Многие воины из его отряда бросились наутек вниз по холму.
– Оставайтесь на месте! Проклятые трусы… Вернитесь! Мы прорвемся первыми. Мы…
Камень попал Габбару в плечо, в глазах заплясали яркие пятна. Схватившись за спицу колеса, он попытался встать. Атака захлебывалась. Впереди ничком упал еще один воин. Окровавленное острие арбалетного болта торчало из его шлема на затылке.
Лучники орды тем временем направили стрелы на пространство за повозками. Габбар заглянул за спицы колеса. Днище повозки поднималось на полшага над сухой вытоптанной травой. Отсюда каргас видел ноги своих врагов: солдаты заряжали арбалеты прямо за повозкой. «Так вот почему они так быстро стреляют», – раздраженно подумал он.
Габбар поднялся на четвереньки. Глупо пытаться штурмовать боевую повозку, если под ней можно просто проползти.
– За мной, – приказал он оставшимся храбрецам, не желавшим отступать и продолжавшим рубить стенку повозки. – Мы проберемся снизу.
«Я окажусь внутри укрепления первым!» – восторженно подумал Габбар. Ему так этого хотелось… А солдаты, заряжавшие арбалеты, не заглядывали под повозку. Военачальник улыбнулся. Они его недооценили. Он двинулся вперед.
Чешуя доспеха чуть цеплялась за брусья днища. И вдруг что-то надавило Габбару на спину, прижало к земле.
Он попытался ползти быстрее. Что-то скрипнуло, царапая доспех. Воин удвоил усилия. Над ним часто посмеивались за старомодный чешуйчатый доспех, но сейчас Габбар внутренне ликовал.
Давление ослабело, и Габбар перекатился на бок. Только теперь он увидел, чем его атаковали: заостренное трехгранное лезвие ударило в пустоту, в место, где он только что находился. Эта проклятая пика попала бы ему в задницу, если бы он не увернулся!
Наверху в повозке кто-то возмущенно вскрикнул.
Габбар собрался с силами. Нужно было быстрее преодолеть это пространство под повозкой. Тогда его сабля соберет кровавую жатву среди ополчения…
Он снова пополз вперед, не сводя глаз с острия пики, опять высунувшегося из днища.
«Получилось!» – с облегчением подумал военачальник.
Выбравшись из-под повозки, Габбар поднял голову. И увидел огромный боевой молот, готовый обрушиться ему прямо в лицо.
А потом сгустилась тьма…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?