Читать книгу "99 мир"

Глава 27. Постоянная величина

Весь путь до дворца Лука старался коснуться матери и даже взял ее за руку, но та, вздрогнув, освободилась и отсела подальше. И ее можно было понять. Не зная, где сын и что с Корой, она не находила себе места, и нелепые ухаживания жирного доктора казались ей неуместными. Да и слова о том, что с Лукой все в порядке, ее явно не убедили. Это император хорошо почувствовал, можно сказать, увидел в глазах. От матери исходило недоверие, и даже то, что он ее вылечил, ничего не изменило.

Когда Лука только вошел в хижину, она даже не понимала, что происходит и какой сейчас день. Похоже, она совсем не помнила последних нескольких суток. В ее горячечном разуме события слились, наслаиваясь друг на друга: Кора в тюрьме за кражу яблока, несколько суток на ногах за стиркой белья, чудесное выздоровление Луки, обвинение в нападении на Карима, суд над сыном, пропажа Коры и…

Мучимая лихорадкой, не имея сил подняться, она утоляла жажду той водой, что скапливалась по углам лачуги, натекая с улицы. В бреду женщина постоянно с кем-то говорила: то с ним, вернее, с Лукой, то с дочкой, то с заказчиками, то с господином судьей. Имя трактирщика Неманьи тоже было упомянуто не раз – мать уговаривала его пощадить сына.

Император, терзаемый жалостью и болью, интуитивно обнял пышущую жаром женщину и отчаянно захотел, чтобы та исцелилась. И в то же мгновение тончайшие – тоньше нити – щупы срастили два тела, передав метаморфизму всю информацию по объекту «Приска Децисиму». Инфекция уже проникла в мозговую ткань и пожирала все органы – вылечить это было невозможно. Только вычистить организм, поглотить все старые органы и заново их создать. На время операции необходимо было сохранить память объекта и обеспечить питание, в том числе кислородом. Несложная задача, но требующая времени и резервов энергии Колеса.

Несколько часов сын лежал, прижавшись к матери, и терпеливо ждал ее излечения. Очнувшись, она увидела себя в обнимку с каким-то жирным отвратительным мужиком и громко заорала. На крик прибежал человек Ленца, и вместе им кое-как удалось убедить Приску, что они не грабители и насильники. Еще сложнее было уговорить женщину поехать с ними во дворец.

– Встреча с императором? – подозрительно прищурилась Приска. – Это еще зачем?

Нужные слова нашел сам Лука, сказав, что у Коры проблемы, и только вмешательство императора может ее спасти.

В дороге, чувствуя недоверие матери, Лука это принял и запер эмоции внутри – мама жива, здорова и в безопасности. Осталось вытащить сестру, и как можно скорее. Если Ленц не справится, он лично ворвется в дом целителя-кровососа и сотрет в порошок и его самого, и всех остальных, кто попробует помешать.

У дворцового медицинского блока имелся собственный подъезд. Именно туда императора с матерью Луки подвез человек Ленца. В приемной никого не было, и Маджуро спокойно прошел внутрь незамеченным, если не считать клюющих носом стражей. Там он очистился от грязи, переоделся и уже вместе с матерью направился в свои покои.

– Давайте познакомимся заново, Приска, – сказал он, когда они остались одни. – На самом деле я не доктор. Меня зовут Маджуро Четвертый. Я император.

Мать Луки всегда была остра на язык, и видно было, что уже хочет сказать что-то вроде «ну, тогда я – Пресвятая мать», но что-то ее остановило. Женщина однозначно находилась во дворце, встреченные ими в коридорах придворные замирали в поклонах. И слова «ваше величество», произнесенные в адрес ее спутника, вряд ли относились к доктору. Завороженная осознанием происходящего, Приска не нашлась, что ответить.

– Чувствуйте себя как дома, – просто сказал император. – Вас накормят. Потом, если захотите отдохнуть, дальняя спальня полностью в вашем распоряжении. Я пока отлучусь по государственным делам.

Примчавшийся Керлиг запыхался и, глотая слоги, доложил, что вернулся Ленц. Маджуро оставил мать и отправился к целителям.

Придворные, повыползавшие из своих нор, с удивлением наблюдали, как целеустремленно и быстро передвигается их повелитель. Слухи, один другого чуднее, начали расползаться по дворцу, а оттуда и по всей столице. Что-то происходило, но пока никто не понимал, что именно. Император успел подумать об этом на пути в медблок и сделал в голове пометку: нужно было выяснить, что в государстве с информационной политикой и кто ею занимается. А еще хорошо бы разобраться, кто все эти люди и зачем они здесь нужны.

Добравшись до владений Ленца, император ворвался в кабинет главы имперских медиков:

– Где она?

Тот, деловито кивнув императору, сразу начал докладывать:

– Повелитель! Девочку удалось вытащить прямо с операционного стола Ядугары, к счастью, до начала процедуры перелива. Сейчас она, одурманенная препаратами, приходит в себя в отдельной палате.

– Я хочу посмотреть.

Ленц провел его в палату с Корой. Лука коснулся сестры и запросил статус.

Объект «Кора Децисиму». Статус жизнедеятельности: 38 %.

Обнаружены угнетающие нервную систему токсины!

Объект крайне истощен!

Мысленно Лука дал команду привести тело в порядок. Метаморфизм среагировал моментально:

Анализ вариантов противодействия…

Запуск агентов-нейтрализаторов произведен.

Насыщение энергетических резервов… Успешно.

Тут он подумал, что, когда сестра очнется, ей лучше увидеть первой маму, а не его. Короткий импульс его мысли отправил Кору в глубокий оздоровительный сон. Эта способность напрямую воздействовала на мозг, имитируя работу веществ, отвечающих за сон.

– Разрешите ее матери остаться здесь, Ленц, – сказал Маджуро. – Девочка проспит до следующего утра, ей надо восстановить силы.

– Будет исполнено, повелитель! Я и сам хотел предложить вам это.

Дальнейший разговор был не для чужих ушей. Маджуро вместе с Ленцем выдвинулись в императорские покои. Третьим стал Керлиг, но тот шел за ними в отдалении.

От блока медиков до той части дворца, где располагался сам император, было неблизко. Обойти предстояло практически весь дворец, а потом подняться на третий этаж.

И кругом на пути сновали люди. Так что очередное публичное появление императора, деловито передвигающегося на своих двоих, произвело фурор. От одной из групп праздношатающихся отделилась фигура разодетого как павлин мужчины. Мимоходом император заметил, что у придворного неестественно румяные щеки.

– Кто это, напомни, – спросил Маджуро у Ленца.

– Рейк Ли Венсиро, ваше величество, – шепнул тот. – Он из знатного рода, безземельный аристократ.

– Рейк?

– Рейк – это титул потомков соратников вашего великого предка Маджуро Первого… – пояснил Ленц.

– Ваше императорское величество! – учтиво поклонился подошедший рейк. – Добрый день!

– Рейк Венсиро, – хмуро кивнул император, не сбавляя шага.

Ли Венсиро оббежал массивную фигуру Маджуро и умоляюще сложил ладони:

– Но, повелитель! Уделите мне минуточку вашего драгоценного внимания! У меня прекрасные новости! И одна другой лучше!

Маджуро остановился. Ленц скрестил руки на груди, скептически хмыкнул и подавил смешок.

– Докладывай, – приказал император.

– Повелитель! Три самых прекрасных цветка Юга доставлены этим утром в столицу! Свежие, непорченые и пышущие желанием! И каждая из них жаждет сию же минуту…

– Дальше.

– Э… – Венсиро сбился с мысли, но тут же нашелся. – Чистейшие тассурийские… пряности, ваше величество! Десятикратный перегон, сильнейший концентрат!

– Еще новости?

– Цирк уродов, повелитель! Владелец цирка собрал самых уродливых уродов со всех уголков Империи! У него даже мутанты есть! Бородатая женщина! Человек-свинья! Это феерично! Это…

– Это все? – перебил его Лука. Ему не терпелось поделиться с Ленцем своими идеями, прежде чем решить вопрос с мамой и Корой и провести совещание. Дел было громадье. К тому же его все еще ждала Кейриния, а тут этот павлин с дурацкими предложениями.

– Да, но… – Рейк скользнул недружелюбным взглядом по Ленцу, нервно облизнулся и закончил мысль: – Мой повелитель будет очень доволен!

– Уверен? Тогда жду через час в моем кабинете вместе со всеми своими «новостями». Но обойдитесь без фееричных уродов. Приходите с владельцем цирка.

Оставив Ли Венсиро в раздумьях, император с лекарем продолжили путь. Больше никто не предпринимал попыток к ним подойти.

– Рассказывай, – глянув на Ленца, сказал Маджуро. – Зачем ему это?

– Раньше круг ваших интересов был предельно ясен, повелитель. С одной стороны, долгая жизнь и здоровье – за это отвечает наша служба. Другая сторона полностью перечеркивала то, за что отвечал я. Развлечения. Вы всегда жаждали только одного – развеять скуку. Зрелые женщины и юные девушки, наркотические препараты и алкоголь, вкусная еда и экзотические блюда, спектакли, барды, певички и певцы, фокусники и прочие шарлатаны, гладиаторские бои и оргии… – Ленц вздохнул. – Каждый из придворных бился за ваше внимание и благосклонность. А его можно было получить, только удовлетворив вашу главную страсть. Кто-то нашел себя в поиске красивых девушек, организовав целую наблюдательную сеть по всей Империи, кто-то занялся поставкой…

– Не продолжай, Ленц, я понял. И этот Венсиро, стало быть, решил услужить мне сразу по трем направлениям?

– Уверен, что не он один. С какой целью вы пригласили его к себе через час?

Император криво усмехнулся:

– Ему нужно мое внимание. И он его получит. Разве что не тем способом, который использует. Кстати… Как это скажется на тебе?

– Они шепчутся, повелитель. Говорят о моем резко усилившемся влиянии и ломают головы, как им себя со мной вести. Никак не могут понять, минутная ли это ваша прихоть или вы действительно стали ко мне прислушиваться.

– Вы уверены в своих людях? Что у вас с охраной?

– Я об этом не успел подумать, повелитель. События развивались очень быстро.

– Нам обоим придется подумать, Ленц. К концу дня я хочу знать, на кого можно рассчитывать.

Они достигли дверей, ведущих в покои императора. Два вооруженных гвардейца лязгнули доспехами, приветствуя повелителя.

– Как там? – спросил Маджуро. – Никто не выходил?

– Никак нет, ваше императорское величество!

Император первым зашел в помпезную гостиную. Ленц шагнул следом, а, увидев мысленно похороненную им женщину здоровой и полной сил, понимающе перевел взгляд на императора и одними губами произнес: «Невероятно!»

После краткого объяснения женщина, услышавшая, что Кора во дворце, решила немедленно ее увидеть и никуда от нее не отходить. Маджуро кивнул, и Ленц крикнул Керлига, чтобы тот сопроводил Приску.

Оставшись одни, они вышли на террасу. Оба прилично проголодались и несколько минут сметали со стола выставленные фрукты и закуски.

– Хорошо. Как там Ядугара? – поинтересовался Маджуро, осушив графин искрящейся воды из источника – гордости южных баронов. – Расстроился?

– Не то слово! Сначала сопротивлялся, подозревал, что я пытаюсь отжать донора для себя. Пришлось вызвать стражу. Это сработало, но разозлило его еще больше. Он орал, брызгал слюной, грозился пожаловаться в гильдию. Кричал, что на завтрашнем награждении объявит о своем выходе из гильдии и расскажет всем о произволе императора.

– Награждении?

– Да, повелитель. Вы в нем участвуете.

– Отлично, – сказал Маджуро. – Как раз объявим о моем новом указе…

Ленц, услышав о бесплатной медицине для всех подданных, мягко говоря, ахнул.

– Это утопия! – прямо заявил он. – Такое никак невозможно. Абсолютно. Никто из гильдии на это не согласится! Вы роняете престиж профессии, делая лечение доступным каждому оборванцу!

– Гильдия может продолжать зарабатывать платным целительством, – успокоил соратника император. – Бесплатным лечением всех подданных Империи будет заниматься твоя служба, Ленц.

– Как?

– Сколько у тебя выпускников медицинского факультета?

– Вообще? Или ежегодно? – Ленц хмыкнул. – Идею я понял. Полсотни каждый год. Три четверти из них не состоят в гильдии и перебиваются случайными заработками. Еще часть вынуждена отдать десять лет жизни в «ученичестве» у целителей – за хлеб и крышу над головой, прежде чем, может быть, получит право на практику.

– Выделим одно из конфискованных у заговорщиков зданий под клинику. Наберешь лучших выпускников их тех, кто все еще не стал практикующим целителем. Поставишь всех на государственное обеспечение и достойное жалование. Выделишь отдельную статью на поощрение особенно успешных. Чтобы не заниматься самому хозяйством, найди хорошего управляющего…

– Керлиг, – перебил Ленц и смутился. – Простите, ваше величество!

– В рабочих вопросах и наедине это допустимо, – сказал император. – Обойдемся без лишних формальностей. Итак, пусть Керлиг. По затратной части проконсультируешься с Наутом – ему в клетке все равно делать нечего, пусть просчитает бюджет.

– Бюджет? Это главный вопрос, повелитель! Идея общественных клиник не нова, пусть даже и платных. Еще мой наставник предлагал создать нечто подобное – чтобы все целители разного профиля находились в одном месте, а не пытались охватить необъятное в лечении всего на свете. Но она не вызывала ни у кого интереса! А в первую очередь у самой гильдии целителей!

– Мы никак не пересекаемся с гильдией, – покачал головой Маджуро. – Они окучивают богатеев и аристократов. Мы займемся здоровьем обычных подданных. Начнем со столицы, набьем шишек и потом уже откроем имперские клиники в других городах.

– Это все звучит крайне привлекательно, повелитель… – Ленц пожевал губами. – Но откуда мы возьмем деньги? Казна пуста и не успевает наполняться…

От императора не ускользнуло, что Ленц сказал «мы». Он был вовлечен, воодушевлен, и это хорошо. До конца дня предстояло решить вопрос с его безопасностью – соответствующая задача уже была поставлена метаморфизму, и даже имелось готовое решение. Осталось подкопить энергии Колеса.

– Все деньги Империи – величина постоянная, – по-мальчишески заразительно улыбнулся Маджуро, и Ленц не удержался, улыбнулся в ответ. – Они только меняют карманы. Направим этот процесс в нужное нам русло.

Глава 28. Кнут и пряник

Расходящиеся слухи и подозрительно долго сидевший у повелителя глава имперских медиков Ленц привели к еще большему оживлению во дворце. У покоев императора скопилась любопытствующая толпа придворных, и гвардейцы их едва сдерживали, пока не прибыло подкрепление.

Капитану дворцовой стражи, срочно вызванному с невероятно занимательного допроса фавориток, пришлось лично заходить к императору и выяснять, что ему делать. Маджуро увлеченно обсуждал с Ленцем реформу здравоохранения, как он это назвал, и среагировал предельно деловито:

– Зевак прочь, кто по делу пусть встают в очередь. Как закончишь, зайди вместе с Керлигом, Гектор.

– Будет исполнено, повелитель! – Гектор треснул себя в грудь, ухмыляясь. – Разогнать этих праздношатающихся бездельников? С радостью!

Лука уже отвернулся, чтобы продолжить увлекательную беседу об имперской медицине и порекомендовать новые способы борьбы с неизлечимыми заболеваниями, кои он успешно нарыл в наследии Эска, но снова услышал лязганье металла.

– Простите, ваше императорское величество, – смущенно обратился Гектор. – Но кто такой Керлиг?

– Ленц? – Маджуро перевел взгляд на лекаря.

Тот лаконично объяснил капитану, что речь идет о новом главе первой имперской общедоступной клиники, а пока – его секретаре.

– Тот плут с хитрой рожей? – подивился капитан, почесал затылок и направился к выходу, приговаривая: – Чудны дела твои, Пресвятая мать! Да снизойдет твое благословение…

Сразу после капитана открылись двери императорской спальни, и появилась Кейриния – в образе столь фривольном, что Ленц, покраснев, отвел взгляд. Лука приказал себе не пялиться, хотя пялиться хотелось столь сильно, что было невмоготу. К счастью, девушка поняла все верно и не стала капризничать. Лишь бросила взгляд на опустошенный поднос с фруктами и поинтересовалась, не изволят ли мужчины съесть чего-нибудь посерьезнее. Мужчины изволили, и первая фаворитка занялась делом. Накормленный мужчина – щедрый мужчина. Это она знала не понаслышке.

Потом заявился гвардеец по имени Урцо. Он прямолинейно сообщил, что к императору настойчиво просится рейк Ли Венсиро (с группой юных девушек и еще какими-то «бродягами»), которому «назначено».

– Пусть ждут, – отмахнулся Маджуро, и эти два слова, озвученные Урцо снаружи, вызвали новую волну возбужденных перешептываний.

Вскоре у Луки скопилось достаточно энергии Колеса, чтобы осуществить задуманное для безопасности Ленца. Стопроцентной защиты лекарю это не давало, но позволяло относительно легко перенести любую смертельную рану или отравление. Оставалось проверить, как оно выйдет на деле.

– Принимается, – сказал император в ответ на очередное предложение Ленца и протянул ему ладонь. Тот ответил на рукопожатие. – На этом пока закончим, и так напланировали на годы вперед. Жду от тебя подробный пошаговый план по исполнению.

Он схватил лекаря за предплечье, как это было принято в Империи при скреплении сделки, и именно в этот момент, видимо, произошло повышение уровня способности метаморфизма. Хотя император не исключал, что это случилось раньше, ведь смог же он как-то внедрить нейтрализующие токсины агенты в Кору? В любом случае внимание на новое сообщение Колеса он обратил только сейчас.

Метаморфизм: +1.

Достигнут третий уровень способности!

Возможность управлять своим телом на начинающем уровне: генерация веществ с заданными свойствами по запросу.

Получена возможность использования и внедрения в другие биологические объекты программируемых наноагентов с заданными циклами репликации и функциональности. Доступно удаленное управление в диапазоне видимости объекта с внедренными наноагентами.

Количество единовременно подключенных объектов зависит от уровня влияния носителя и доступного объема энергии Колеса.

– Повелитель, с вами все в порядке? – обеспокоенно спросил Ленц, заметив, как Маджуро завис, глядя в одну точку.

– Да, – выдохнул Маджуро.

Осмысление своих новых возможностей и усваивание базовых нано– и биомедицинских технологий, основ молекулярной физики и системы единиц для образования наименований и обозначений десятичных дольных единиц заняло время.

Император откинулся в кресле, схватившись за голову, – единовременно полученный пласт знаний из наследия Эска’Онегута был сродни прыжку в колодец, полный ледяной воды. Дыхание перехватило, из сознания была временно вытеснена вся оперативная память, касающаяся текущего места, времени, а также последних событий и мыслей, и все ради того, чтобы объяснить юному страннику значение слова «нано».

Наконец весь объем знаний был структурирован, разнесен по полочкам разума и готов к употреблению. За коротким описанием возможностей нового уровня метаморфизма крылись поистине невероятные перспективы.

Внедренные в тело лекаря сквозь кожу агенты метаморфизма, запрограммированные на репликацию и вмешательство в любые вредящие организму Ленца процессы, смогут спасти даже от удушения, насыщая кровь кислородом без участия легких. Разве что отрубленная голова или расчлененное тело отправят медика к Пресвятой матери. Или к Двурогому, тут уж как повезет на Пороге.

Задумавшись, Маджуро встал, облокотился о перила террасы и замер, очарованный зрелищем. Ленц тихонечко продолжал сидеть, искоса наблюдая за повелителем и боясь обнаружить себя даже вздохом.

Лука некоторое время глядел на солнце, клонящееся к горизонту, изучал скачущие блики на поверхности океана и думал, как же здорово впервые в жизни наблюдать настоящую красоту – закат солнца. Захватывало дух. Огромный огненный шар медленно опускался в море, и император стоял бы так и стоял, пока солнце полностью не растает в волнах, испуская еле видимый свет из глубин… Но дел было слишком много. И все важные!

Устроить маму и Кору, причем так, чтобы это не вылилось для них в проблемы, останется он императором или нет. И как себя с ними вести? Что он скажет о судьбе Луки? Как объяснит? А если признается, поверят ли ему родные?

Денежная и налоговая реформы, призванные поскорее решить вопрос с наполнением казны, требовали более глубокого обдумывания, чем мелькнувшая идея из наследия. В опыте из прежней жизни Эска апофеозом обирания подданных стал налог на воздух. Он и привел к преждевременной кончине того императора.

Плетущиеся вокруг заговоры – тема для создания отдельной стратегии, но они лишь следствие недовольства его правлением, а с причинами за день не разберешься.

Укрепление армии, государственная информационная политика, чистка придворных и окружение себя преданными людьми, чью преданность, однако, надо еще заслужить, привлечение на свою сторону северных баронов в грядущей битве с войском Рециния…

Крайне важна разведка, но, как он успел выяснить от Ленца, командующий императорской армией Хастиг отнюдь не лоялен. Так что на его разведданные можно не рассчитывать.

Ко всему, завтра награждение Ядугары в гильдии целителей, и что делать с гадом, тоже надо придумать.

И самое главное. Четвертый советник Кросс. Единственное звено, связующее с теми, кого его сосед по камере в городской тюрьме чернокожий кхар Терант назвал ракантами. Обрывки знаний о большом, недоступном ему мире, частично полученные от Теранта, частично – из памяти бывшего владельца тела.

Но прежде чем за все это браться, следовало убедиться еще кое в чем. Одну из новых возможностей император решил проверить как можно скорее.

Маджуро резко развернулся к лекарю, положил руку тому на плечо, едва заметно коснувшись пальцем оголенной шеи, и Ленц вздрогнул.

– Еще утром этого дня ты планировал меня убить. Сейчас же ты на моей стороне, – мягко молвил император. – Скажи, Ленц, в чем твои истинные мотивы? Ты меня боишься?

– Нет, повелитель, – мотнул головой целитель.

Всмотревшись в его глаза, Лука удовлетворенно хмыкнул. Их залило кровью. Ленц, почувствовав неладное, попытался проморгаться, а потом, сняв очки, схватился за глаза и застонал. Император отменил последнюю команду, решив впредь обходиться более щадящими методами.

Ленц, заливаясь слезами, утерся. Он мелко дрожал и не знал, чего еще ожидать от повелителя. Нервничая, он натянул очки.

– Ты, верно, забыл, что я более не просто человек, Ленц? Еще раз соврешь мне – ослепнешь. Остальным можешь лгать сколько угодно, если это будет на пользу делу, но мне не смей! Уяснил?

Ленц закивал так часто, что снова уронил очки. Лука перехватил их в полете и протянул единственному, кому мог доверять. Маленькая демонстрация не только силы, но и возможностей.

– В остальном будь спокоен, мой друг и соратник. Вместе мы осуществим задуманное и вернем Империи не только былое величие, но и благополучие ее граждан. А пока ты мне предан, ты под моей защитой. Я наложил божественную защиту: ты переживешь и клинок в шею, и прямой удар кинжалом в сердце. Яды тебе тоже не страшны…

– Спасибо, повелитель! – Ленц пал ниц и склонил голову. – Простите, что солгал! Я не смог сказать, что побаиваюсь вас, так как видел ваше отношение ко мне и не хотел обидеть! Но разве не должен подданный бояться гнева своего повелителя?

– Поднимись с колен. Нет постыдного в страхе, ибо ты живой человек, – выдал Лука, сам удивляясь своему красноречию и тому, откуда в его голове столько умных мыслей, но получилось так естественно, что он просто принял это как само собой разумеющееся. – Но и бояться не надо. Не на страхе я хочу строить новую Империю, но на доверии. Об одном тебя прошу, Ленц. Оставайся таким же преданным науке и медицине. Ценю тебя я за это, а не за показную преданность, как та, что демонстрирует Гектор, или раболепие. Разве мой великий предок Маджуро Первый возвысил своих соратников за это?

– Я вас понял, повелитель. Позволите кое-что проверить?

Лука кивнул. Ленц схватил со стола нож для фруктов и проткнул себе ладонь. Он вскрикнул, вытаскивая нож, а потом изумленно наблюдал, как кровь сворачивается, а рана затягивается. Стер образовавшуюся корочку крови и восхищенно воскликнул:

– Потрясающе! Воистину сила Пресвятой матери снизошла на вас, ваше императорское величество!

Одновременно с его восклицанием в покои неуверенно вплыла целая делегация – Кейриния со стариком Немом, возглавляющие вереницу слуг с блюдами, полными яств, и капитан Колот Гектор, зачем-то тянущий за собой за ухо Керлига.

– Что случилось, Гектор? – всплеснул руками Ленц. – За что ты его так?

– Пытался сбежать, шельмец.

– С чего, Керлиг? – еще более удивился лекарь.

– Да этот… – Секретарь кивнул в сторону капитана и получил от того подзатыльник. Ойкнув, он поправился: – Капитан Гектор и его люди уже полдворца на допросы вытянули. Никто не вернулся! Думал, что и меня… Того…

– Я все объясню, повелитель! – Капитан упал на одно колено.

– Не сомневаюсь, Гектор. – Маджуро втянул носом воздух и улыбнулся: – Давайте-ка все за стол. Капитан, Керлиг, Кейриния… Заодно обсудим дела. И пригласите рейка Ли Венсиро с его «новостями». А пока накрывают, дайте мне время побыть одному. Мне надо кое-что обдумать!

Старик Нем кинулся за рейком. Остальные, удивленно переглянувшись, начали осторожно устраиваться за столом. Кейриния ближе к императорскому креслу, с другой стороны Ленц и Гектор. Что касается Керлига, то он остался топтаться на месте, не понимая, ослышался он, когда император назвал его имя, пригласив за свой стол, или нет.

Лука же вышел на террасу, прикрыл за собой двери и долго смотрел, как огромный солнечный шар тонет в океане. «Какого Двурогого? – подумал он. – А вдруг повезет?»

Сама вселенная считала, что он все делает правильно. Он глянул на цифры в правом верхнем углу поля зрения, и они развернулись в строчку:

Очки Тсоуи: +1. Текущий баланс: 24.

Хватит на два оборота Колеса. Но сегодня он закрутит его лишь раз.