Текст книги "Песня Вуалей"

А потом мне действительно не дали заскучать. Про половину Берггаренов Тар, конечно, приврал – было их всего четверо, если считать Бьорна. Но к концу дня у меня сложилось впечатление, что друзья составили график дежурств, по которому со мной обязательно находились двое или трое близких людей. И я ощутила огромный прилив нежности к этим замечательным людям, самоотверженно развлекавшим меня и мужественно (явно сговорились заранее) не касавшимся темы Пира. Хотя его поступок, очевидно, шокировал и расстроил всех знакомых.

И еще одна мысль меня не то чтобы грызла, но, определенно, тревожила: невозможность увидеть Дагора. Даже не из-за беспокойства за его здоровье – Тахиру я в этом вопросе верила, – а просто от желания коснуться его руки, заглянуть в серьезные карие глаза и услышать тихий хриплый голос. Оказывается, всего за пару дней я настолько привыкла к присутствию Разрушителя – явному или незримому, – что без него было очень неуютно.

Удивительно, как мало прошло времени с того первого неожиданного поцелуя и насколько важен мне стал этот человек. Я знала его всего несколько дней, но ощущала настолько родным и близким, будто мы знакомы всю жизнь. Впрочем, почему – будто? Ведь познакомилась я с ним, пусть и заочно, уже очень давно. Да и считать отправной точкой моей привязанности тот поцелуй, наверное, глупо, все началось гораздо раньше, с магографии в газете. Или еще раньше?

А на следующий день я с удовлетворением обнаружила, что мыслили мы с Дагором синхронно. Потому что буквально через пять минут после того, как сиделка унесла поднос с грязной посудой, оставшейся после завтрака, дверь тихонько открылась, впуская живого Разрушителя. Выглядел он, к слову, ничуть не хуже, чем в моменты своего упорного недосыпания, а может, даже лучше.

– Здравствуй! – Я поприветствовала его радостной улыбкой, но тут же встревожилась: – Тебя Тахир не убьет за прогулки?

– Ругаться будет, – спокойно кивнул мужчина, присаживаясь на край моей кровати. – Как ты тут?

– Теперь – замечательно, – честно созналась я. – Наверное, к вечеру бы не выдержала и отправилась тебя искать. Укладывайся, – предложила я, отодвигаясь. Мужчина не стал спорить, и мы вскоре уютно устроились на узкой койке в горизонтальном положении, Разрушитель – головой на подушке, я – на его плече. – А ты как себя чувствуешь?

– Выспавшимся. До такой степени, что уже надоело, – насмешливо отозвался он. – Но, боюсь, если я еще раз заикнусь о необходимости моего в чем-то участия, меня просто привяжут к кровати.

– И правильно сделают, – проворчала я. – Хоть в принудительном порядке немного отдохнешь!

Дагор тихо засмеялся. Мы некоторое время уютно помолчали, и тишина эта уже привычно не тяготила, а казалась особенно теплой и уютной.

– Его Величество решительно настроен назначить тебя Владычицей, – в конце концов нарушил тишину мужчина.

– Меня уже все, кто мог, этим напугали. Отвертеться не получится, да? – уточнила я. – Не представляю, что я там буду делать.

– Ты справишься, – веско проговорил Разрушитель.

– Ты думаешь?

– Я знаю, – невозмутимо ответил он.

– Даже не верится, что эта история закончилась, а я осталась жива, – хмыкнула я после короткой паузы. – Ты уже знаешь, кто убил Тай-ай-Арселя?

– Надо думать, кто-то из Разрушителей, – слегка пожал плечами мужчина.

– В каком смысле? – опешила я и даже немного приподнялась, чтобы заглянуть ему в лицо.

– А, извини, я же не говорил, – он досадливо поморщился. – Тот покойник, который остался после твоей Безумной Пляски, не был Тай-ай-Арселем, это все была очень аккуратная подстава. Его Величество не стал поднимать шум, и настоящего дора Керца аккуратно устранили буквально вчера, пока мы здесь отдыхаем.

– Ничего не поняла. А зачем тогда пытались убить меня? Зачем эта история с завещанием и наследством, зачем меня выставили невестой Тай-ай-Арселя?!

– У него была сообщница, уроженка Нижнего мира и талантливый маг крови. Кажется, они хотели провернуть тот же фокус: твое место заняла бы она, а ты бы попала в тело этой женщины. Наверное, на тебя в этом новом теле хотели повесить смерть дора Керца. Насколько я успел выяснить, магия крови в некоторых случаях позволяет обрести полный контроль над действиями жертвы. Действуют чары недолго, но им бы хватило. Тогда и выбор момента – сразу после аудиенции – оправдан. Вряд ли император решил бы повторно заглядывать в тебя настолько глубоко. Так что в первый раз они явно собирались взять тебя живой.

– Странно они берут живой. Но почему именно меня? – риторически вопросила я и, поежившись, решительно тряхнула головой. – Впрочем, нет, Яростный с ними. Эта история закончилась, и я больше ничего не хочу о них знать. Ни о мотивах Пира, ни о роли Амар-ай-Шруса, ни о целях Тай-ай-Арселя. Хочется забыть их как страшный сон.

– Закончилась, – хмыкнул мужчина. – Не могу не одобрить такой подход. Во-первых, все я тебе рассказать не мог бы при всем желании, а во-вторых, тебе скоро будет совсем не до этого.

– Имеешь в виду сосватанную Его Величеством должность?

– И ее тоже, – загадочно откликнулся он.

– Тоже? – переспросила я. – А что еще?

– Я даже не знаю, как тебе об этом сказать, – иронично усмехнулся Дагор. – Как ты уже могла заметить, наш император – весьма энергичная и неординарная личность.

– И? – настороженно подбодрила я.

– И он решительно настроен отомстить за разломанный мост и за испорченный праздник Возложения Венца. Так что за организацию нашей с тобой свадьбы взялась лично Ее Величество.

– Свадьбы? Какой свадьбы?! – Я вновь приподнялась на локте, чтобы заглянуть Разрушителю в лицо.

– А я не говорил? – Он вопросительно вскинул брови. – Мне показалось, это вполне логичное решение, так что…

– Логичное решение – это спросить, согласна ли я! – возмущенно фыркнула я.

– А ты против? – уточнил мужчина, и при этом в его голосе отчетливо звучала ирония.

– Нет, но…

– В таком случае не вижу проблемы. – Разрушитель невозмутимо пожал свободным плечом. – Разрешение император подписал, возражений нет ни у тебя, ни у меня.

– Какое еще разрешение? И почему такие вопросы он решает лично? – вздохнула я в ответ и прикрыла глаза, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Ну, в самом деле, какая проблема? Подумаешь – свадьба!

Ох уж мне эта мужская категоричность!

– Обычно подобные вопросы решает кто-то из командиров-Разрушителей, а у меня такого нет.

– А почему ты вообще должен у кого-то спрашивать разрешения?

– Я же давал присягу. Это касается не только Разрушителей, а вообще всех офицеров. Ведь военного могут направить куда угодно, а человека с семьей – только туда, где эту семью можно без проблем разместить. Впрочем, отказы случаются крайне редко.

– Я всегда считала военных немного странными. А теперь ты убедил меня, что я их недооценивала: странностей там гораздо больше, чем немного, – растерянно покачав головой, резюмировала я. Ну и порядочки…

С другой стороны, я хоть и ворчала и даже сердилась на самоуправство мужчины, но – больше для порядка. Это действительно логично и неизбежно, и смысла оттягивать последний шаг нет. Всерьез же ругаться из-за формального вопроса и не менее формального согласия тем более глупо. Дагор не тянул на домашнего тирана и деспота, а тот факт, что он не сомневался в моем ответе, скорее радовал, чем огорчал. Значит, был уверен – и во мне, и в нас. Стоит ли менять это на глупые слова?

Дагор

Бездействие – весьма утомительное занятие, особенно когда за пределами твоего места «заточения» происходят важные события, в которых ты мог и должен был принимать непосредственное участие. Если бы не Кадир, который держал меня в курсе происходящего, я бы точно совершил большую глупость и попытался сбежать.

С другой стороны, я малодушно радовался и собственному отстранению от этого дела. Нет, вряд ли я провалил бы его или не справился, просто… Я помнил взгляд Пира во время ареста. Ненависть, отвращение и злость очень непривычно и противоестественно смотрелись на обаятельном лице мага. Это оказалось очень неприятно и неожиданно больно, – выяснить, что человек, которого я считал другом, оказался настоящим подонком.

А еще я радовался, что Лейла не задавала вопросов. Ограничившись личностью главного злодея, она, кажется, старалась забыть все это, выкинув из головы, и я был благодарен ей за это. Врать не хотелось, а рассказывать все – не хотелось еще сильнее. В этой истории вскрылось столько грязи, что даже опытным работникам сыска было здорово не по себе. Зачем эта информация и без того натерпевшейся за свою жизнь женщине?

Лейла была для них жертвенной овцой. Таким нехитрым образом парочка избавилась бы от длинного шлейфа собственных преступлений и в конце концов оказалась на троне. Шансов на это у них было много, в Закатном дворце нашлись документы, удостоверяющие личность магистра Шаль-ай-Грас и подтверждающие ее принадлежность к императорскому роду, причем – старшей ветви.

Чего Тай-ай-Арсель не мог предположить, так это поспешного отказа девушки от завещания. Мне кажется, так до конца своих дней он об этом и не узнал или просто не поверил. Насколько выяснил любопытный и дотошный Кадир, подавляющее большинство неблизких знакомых (пообщаться с которыми мне не хватило времени, да и желания тоже) считали Лейлу весьма холодной и расчетливой особой. Даже те, кто не конфликтовал с ней напрямую. И я мелочно порадовался, что мне так и не довелось познакомиться с этими масками, а посчастливилось узнать ее саму – упрямую, добрую, искреннюю и нежную.

Что касается технической стороны организации публичной смерти, мои предположения косвенно подтвердились, и даже удалось найти концы. Витраж был разбит одним из находившихся в зале слуг посредством амулета, и это, помимо подтверждения способностей Лейлы, послужило сигналом для отсутствовавшего на празднике хозяина дома. Закатный дворец сообщил ему о разрушении собственной части, и началась активная подготовка к смерти несчастного полукровки. Сценарий составили по наблюдениям за домом магистра Шаль-ай-Грас, а с перемещением тела вовсе не было никаких проблем: с этим легко справилась магия Закатного.

Как сообщил мне по секрету Его Величество лично, подобной способностью обладали все четыре дворца, но остальные подчинялись ему самому. И совсем уж по большому секрету поведал, что разработки методики подобных мгновенных перемещений ведутся уже очень давно, имеются определенные успехи. А дворцы являлись творением одного гениального мага, увы, скоропостижно скончавшегося и не оставившего записей, но секрет его уже близился к разгадке.

Относительно обстоятельств смерти оставался всего один вопрос: почему Тай-ай-Арсель не учел возможности вычисления сыскарями места смерти своего прототипа. Не так сложно определить, лежит тело там же, где совершено убийство, или было в какой-то момент перемещено. Понадеялся списать на иллюзию? Или просто ошибся? Поверить в последнее сложнее, но напрашивался именно этот вариант: просчитался, не учел. Как это часто случается даже с самыми продуманными преступлениями, засыпался на мелочи.

А настоящее место гибели несчастного полукровки нашли после окончательной смерти дора Керца. И еще несколько помещений, буквально пропахших кровью, смертью и болью, в которых хозяин проводил свой досуг. По-моему, даже сам император пожалел, что его родственник умер быстро и безболезненно – за те развлечения, следы которых обнаружили наши коллеги, он заслуживал очень долгой и мучительной смерти. Оставалось надеяться, что в мешке Караванщика этому выродку воздастся по заслугам.

Ему и всей остальной его компании. Особенно Пиру. Именно он, а не Амар-ай-Шрус оказался главным помощником Тай-ай-Арселя по части иллюзий: старый извращенец был слишком труслив и бесхребетен для такого масштаба и являлся объектом манипуляций собственного ученика. Именно Пирлан изображал хозяина на приеме, создавал личины для дора Керца и указанных им людей. Именно он украл копию контракта Лейлы из Дома Иллюзий, именно он сделал так, чтобы распоряжение Его Величества о снятии клятвы не дошло до Владык. И почему-то особенно противно было, что делал он это из примитивных меркантильных соображений: из жажды власти и денег, а дор Керц платил хорошо и обещал безраздельную власть над Домом Иллюзий. А еще им двигала зависть к более успешным своим коллегам: Пирлан не стал Владыкой не по собственному желанию, как утверждал он сам, а потому, что ему действительно никто этого не предлагал, тут Идар-ай-Аль не соврал. И Лейлу в качестве жертвенной овцы предложил именно он: слишком завидовал подлинной силе собственной ученицы. Он же убедил ее, что не так велик ее талант. Он же предложил Тай-ай-Арселю назначить цену, от которой женщина не сможет отказаться – достойный ее дара камень.

О развлечениях любимого наставника Пир знал, а в некоторых даже участвовал. Знал, что этот выродок сделал с Лейлой, и молчал, прикидываясь ее другом. А потом решил скинуть на Амар-ай-Шруса решительно все и, прекрасно зная характер своего любовника (здесь Идар-ай-Аль тоже проявил потрясающую проницательность), пригрозил тому разоблачением, немного припугнул – и Иллюзионист залез в петлю.

А перед этим – организовал нападение на мой дом, чтобы устранить саму девушку как важного свидетеля и дополнительно подставить любимого наставника. В отличие от прочих фигурантов дела, Пир, будучи моим кровником, бывал в этом доме и имел представление о его защите.

Пирлан Мерт-ай-Таллер оказался тварью настолько редкостной, что сотворил невероятное: вывел из себя Кадира Хамай-ай-Шарама, что до сих пор считалось невозможным. Причем вывел настолько, что Разрушитель бросился на него с кулаками, напрочь забыв про магию. Оттащили его быстро, успел ударить только пару раз, но, по словам очевидцев, был готов забить фигуранта до смерти. Правда, коллега даже душу толком отвести не сумел: оказалось, подследственный от физической боли получал удовольствие.

Сложно сказать, как получилось то, что получилось. Пирлан пошел на такой примитивный обман с собственным гордым отказом от должности Владыки, кажется, просто потому, что сам верил в это утверждение. Но все остальное… почему продолжал выгораживать передо мной Лейлу, не продумав более тонкой линии поведения, как сделал Амар-ай-Шрус? Может, слишком вошел в роль доброго благородного учителя и решил играть ее до конца?

Кажется, заговорщики попросту не доверяли друг другу и пытались некоторые вещи провернуть в тайне от «коллег», ударяясь в самодеятельность, и это в конечном итоге привело к провалу. Пир не рассказал Дайрону, каким на самом деле характером обладает Лейла, хотя – знал. Тай-ай-Арсель не раскрывал Пирлану собственных секретов – тонкостей плана и истинного происхождения госпожи Шаль-ай-Грас, хотя выяснил это очень скоро, когда начал искать информацию о будущей жертве. Собственно, для сильного мага крови, каким являлась Ааруашш, оказалось нетрудно установить дальнее родство женщины с самим Дайроном, а дальше все было делом техники. Лейла оказалась идеально подходящим на эту роль кандидатом.

В общем, я был очень рад, что моя Иллюзионистка не пожелала разбираться в подоплеке событий, благоразумно утешившись известием об окончании этой долгой и грязной истории.

По результатам расследования высшую меру наказания получило больше полусотни человек, принимавших участие в делах покойного дора Керца, и еще столько же отправились на каторгу. По словам Кадира, Его Величество, прочитав конспективный отчет о проведенном расследовании, грязно выругался (что тоже было уникальным случаем), некоторое время молча сверлил взглядом пространство, а потом резко начал писать какое-то распоряжение. Впрочем, ничего ужасного в нем не было, а даже наоборот: император распорядился провести психическое освидетельствование всех сотрудников ИСА, участвовавших в расследовании, поощрить материальной премией и дополнительным отпуском, а кому это по результатам экспертизы окажется необходимым, обеспечить реабилитационное лечение. Я сомневался, что у кого-то из сотрудников в самом деле настолько сдадут нервы, – в конце концов, у нас работают много повидавшие люди неробкого десятка. Но было приятно получить очередное подтверждение давно известного факта: Его Величество умеет ценить людей и относится к ним бережно.

Впрочем, лично мне эта дополнительная неделя никакой погоды не сделала. Я не отдыхал уже несколько лет и без дополнительных поощрений вполне мог позволить себе воплощение одного простого и вполне понятного желания, посетившего меня вскорости после пробуждения. Мне очень хотелось взять в охапку Лейлу и увезти ее подальше от этого города минимум на пару месяцев. Либо на юг, в горы, либо – к морю, на север. В такую глушь и даль, где нас будет трудно отыскать даже по особому распоряжению Бирга Четвертого. Чтобы призраки прошлого окончательно оставили ее в покое.

Лейла

Опасения по поводу свадьбы оказались напрасными. Ее Величество в самом деле оказалась очень нелюдимой особой, не терпящей шумных мероприятий и огромных толп вокруг, так что все прошло мирно. Единственным, что несколько отравляло праздник, – было непонимание столь повышенного внимания императорской четы к моей скромной персоне. И обыкновенным любопытством или своеобразной монаршьей благодарностью за раскрытый заговор оправдать желание венценосных особ устроить свадьбу пары даже очень сильных магов никак не получалось. Даже после известия о том, что Дагор оказался едва ли не единственным за всю историю Разрушителем большой силы, вдруг в солидном возрасте возжелавшим завести семью.

Истинную причину мне так и не назвали, и я, чтобы не мучиться бессмысленными предположениями, решила для себя, что императрице просто скучно и хочется посмотреть на новых людей, далеких от дворца. И здесь типичная иллюзионистская способность убедить себя в чем угодно пришлась очень кстати.

А вскоре у меня появилось устойчивое подозрение, что Ее Величество просто желала «выгулять» праздничный наряд. Сторонясь шумных торжеств и балов, она тем не менее, как любая нормальная женщина, любила принарядиться. Такая вот нетипичная женская проблема: что надеть – есть, а вот куда в этом пойти…

В самом большом восторге от свершившегося торжества была Иффа. По-моему, она посчитала наш союз своей личной заслугой. И я не стала разочаровывать хорошего человека подлинной историей.

А еще на меня неожиданно смертельно обиделась Фарха за то, что Тахир стал моим кровником, а я ей об этом даже не рассказала. Простила она меня только тогда, когда перед ней извинился лично Хмер-ай-Моран, взяв вину на себя и сообщив, что он не любит афишировать свои знакомства. Восстановлению гармонии между нами поспособствовал и тот факт, что прекрасная Целительница на этом же самом мероприятии влюбилась буквально с первого взгляда. Нет, не в Морана – в напарника Дагора. А уж про Халима и говорить нечего: он на нашу красавицу смотрел как на сошедшую с небес Глеру.

Фрей при виде такой идиллии заметно помрачнел и расстроился. Парня было жалко, но он сам виноват в своих проблемах и упустил девушку своей мечты исключительно из-за собственной глупости. Зато получил очень наглядный урок. Я, вкратце обрисовав ситуацию, попросила Хара как самого рассудительного из кровников провести с нашим блудливым другом разъяснительную беседу. Оставалось надеяться, что мужчина охотнее прислушается к мужчине и сделает из ситуации правильные выводы.

Откладывать рабочие вопросы в долгий ящик Его Величество не стал, и предложение, от которого нельзя было отказаться, мне сделали буквально сразу после ухода совершившей брачный обряд жрицы. Загодя предупрежденная Дагором и собственным здравым смыслом, я не стала сопротивляться и покорно промямлила что-то про «огромную честь», пообещав «оправдать высочайшее доверие». Император смотрел на меня с ироничной насмешкой, но говорил вполне серьезно. Так что пара из нас с Дагором в итоге вышла эффектная и даже грозная: Владыка Разрушения и Владычица Иллюзий.

Дом Иллюзий Его Величество, как и обещал, здорово проредил. Не только ряды Владык, но и преподавателей. Так что из двенадцати человек во главе Дома осталось шестеро, и это считая меня. После собственной выписки из госпиталя я встречала Маарифа, он материл императора последними словами и выглядел не лучшим образом. Кажется, эта служба имела все шансы доконать бедолагу. И я малодушно радовалась, что мне перед вступлением в должность были пожалованы два месяца отдыха и реабилитации. Которые Дагор почему-то задался целью провести как можно дальше от Амариллики. Моего упрямого сопротивления хватило на несколько дней, после чего пришлось сдаться и согласиться авансом на все и сразу. Разрушитель оказался удивительно терпеливым, упрямым и настойчивым существом. А еще хитрым. Потому что когда ко всем остальным аргументам добавился не терпящий возражений «я желаю провести побольше времени вдвоем с любимой женщиной и без шанса появления очередных внезапных гостей», я сдалась.

И несмотря на все ужасы прошлого, в будущее я смотрела с надеждой и верой в лучшее. Потому что обещанное Тахиром чудо все-таки произошло. Потому что не существует в этом мире невозможных вещей, ведь сумела же я избавиться от своих страхов, а мой грозный Разрушитель – буквально вернуться из-за Безымянной Реки. И это не говоря о нашем спасении на Тайровом мосту!

Чудеса любят, когда в них верят. И если они вдруг решают свершиться, реальности остается лишь подстраиваться, внося новые исключения в непреложные законы мироздания.