Читать книгу "Замок Толор"

Глава 34. Соур

Ехать надо, вспомнил я, проводив глазами Силену, подхватил сумку и вышел на плац. Ребята уже собрались и ждали только команды. Лошади нервно ржали, солдаты регулярной армии, стоя в стороне, что-то обсуждали.

Мувот подбежал и доложил:

– Капитан, все готовы, наряд сдан.

– Кому?

– Вон, стоят, обсуждают, – он кивнул на местных. – Говорят, мы за один день вылизали казарму, которая полгода пустовала. Грязи действительно была целая куча, выгребали половину ночи.

Я ухмыльнулся:

– Чего ноешь-то? Думаешь, памятник тебе поставлю? Не по адресу, вон к нему обратись, – я кивнул на приближающегося Вирота.

– Да чего ему говорить-то? За своими, вон, уследить не может.

– Но-но, у меня три сотни оболтусов, а не три десятка ветеранов! – попытался защищаться капитан Пима.

– Это не повод разводить срач! – не дал я ему вывернуться.

Вирот вздохнул:

– Да чего с тобой спорить? Я ему тут придумываю, как спокойно проехать по дороге, а он ругается!

– И что, придумал?

– Угу! Даже уже организовал! Вон твой пропуск идет! – кивнул на див Мира с дамой, как раз направляющихся к нам.

Я хотел начать ругаться на «организатора», но воремя рассмотрел, что дама одета в костюм для охоты. И на специальной перчатке у нее сидела превосходная птица – настоящий сокол! Значит, проблем со скоростью передвижения возникнуть не должно.

– Это кто?

– Талиса див Пимобат, одна из бесчисленных кузин Силены, – улыбнулся Вирот. – Тошик считает, что она от него без ума.

– Это не так?

– Не знаю. Она однозначно без ума от охоты. Все время, что мы были в замке, они провели на охоте. Потому мы его и не могли нигде поймать.

– Понятно!

Див Мир выглядел как влюбленный юноша. Он так восторженно представил мне свою спутницу, что я невольно присмотрелся к ней. Дамочка была явно старше Тошика, причем намного. Морщины в уголках серых глаз, обветренное лицо и немного пугающий рваный шрам на скуле, все это явно не украшало Талису, но вкупе с поведением, движениями и соколом, создавало цельный образ женщины-охотницы. И образ этот, видимо, покорил молодого барона.

К тому же, после того как Талиса в ответ на мое приветствие хриплым голосом сказала:

– Тошик мне много рассказывал про вас, капитан, – я понял, что у парня было от чего сойти с ума.

Женщина была действительно интересная и необычная.

– Раз барон рассказывал о моих успехах, я с удовольствием расскажу вам о его, тем более что о себе он ничего не говорил, – улыбнулся я.

– Да, Тошик невероятно скромен! Ни мне, ни Рувору он так ничего и не рассказал о своих подвигах!

– А кто такой Рувор?

– Это главный лесничий, – он помогал на в охоте, – пояснил юноша. – Невероятно любопытный человек, кстати.

– Любопытство – не порок! К тому же ему невероятно скучно в своем лесу, вот и пристает ко всем, кого видит впервые! А ты поучаствовал в таком невероятном приключении!

Мда, подумал я, «приключение». Куча трупов с обеих сторон, дядю чуть не убили, у Тошика погибли все родные… Дамочка явно не отличалась излишней сентиментальностью.

Вирот, видя, что разговор затих, поспешил вмешаться:

– Ну что, все готовы? Где ваши лошади, Тошик?

– В конюшне. Вы выезжайте, Соур, мы догоним быстро.

– Хорошо! – я повернулся к солдатам и рявкнул: – Становись! Экипировку надеть! О готовности доложить!

Парни взгромоздили седельные сумки на коней и начали докладывать. Я окинул их взглядом. Три десятка лучших бойцов, которыми я когда-либо командовал. А ведь совсем недавно, до прихода в Толор Танделы, я так не думал. Но вначале кровавая баня ночного штурма, тяжелейшие тренировки, яркий пример командиров, и бои уже после приезда Дарона превратили этих парней из обыкновенных охранников замковых стен в боевых ветеранов. С любым из них я был готов пойти и в разведку, и на штурм стен. Но тут недоставало еще одного десятка – Пуха. Потому я так торопился объединиться.

Наконец, все доложились, и я скомандовал:

– По коням! – и вскочил на своего жеребца. – За мной!

И заложив крутой разворот, шагом направил коня к воротам.

Нас вышло провожать всего несколько человек, и Силены среди них не было. Я съехал в сторону, внимательно следя за ребятами, проезжающими мимо меня. Провожали в основном женщины и девушки. Вот Мувот послал воздушный поцелуй молодке, стоящей чуть в стороне. Вот полноватая дамочка в белом чепце подскочила к Ланожу и сунула ему какой-то сверток. Тот ловко подхватил его и быстро сунул в сумку, наклонился, что-то шепнул и вложил что-то в ее ладонь. Вот женщина с ватагой ребятишек махнула платком Хонору, а тот смушенно улыбнулся и помахал в ответ. Были и другие, за всеми не углядишь.

Пусть и ненадолго, но это прощание нас задержало, и див Мир с Талисой нас догнали практически сразу же за внешними стенами замка. Тошик сказал:

– Вирот просил передать, чтобы мы сильно не гнали и перед Толором дождались их!

Я покачал головой:

– Смысл тогда ехать быстрее их, если все равно дожидаться?

– Не знаю! Я просто передал его слова. – Барон посмотрел вперед и обернулся к Талисе. – Смотри, лиса!

– Где? – встрепетнулась женщина и пришпорила лошадь.

Двое охотников умчались вперед, а я понемногу обогнал отряд и пристроился во главе. Дорога обещала быть долгой.

* * *

Тошик и Талиса гоняли лошадей по окрестным холмам относительно недолго, всего пару часов. После того как солнце забралось в зенит, эта парочка вернулась к моей колонне и, поравнявшись со мной, поехала спокойно.

Женщина пересадила коршуна с руки на специальное место на седле впереди себя и «принялась» за меня.

– Ну, Соур, рассказывайте!

– Про что? – растерялся я.

– Как это про что? Про подвиги Тошика, конечно!

– А-а-а, – улыбнулся я. – Ну, тут есть о чем рассказывать! Барон – на редкость хороший наездник с великолепной боевой выучкой. Когда мы возвращались в Пим, он спас жизнь и мне, и герцогу, постоянно был в гуще схватки, и при этом не получил ни одной раны! Я не присутствовал во время их безумного нападения ночью на отряд, минимум вдвое превосходящий их численностью, но Олок рассказывал, что Тошик убил не меньше пяти противников, в том числе и предводителя!

– Ого! – дама удивленно посмотрела на покрасневшего барона. – Я… Вы обманули меня, Тошик! Если Соур говорит правду, что вы – герой, а не просто попутчик дяди, не участвовавший в сражениях!

– Я не сделал ничего героического, миледи! Капитан не видел, что творят на лошадях граф Олок и герцог, поэтому и приводит меня в пример. Я – рядовой участник сражений и, действительно, попал в отряд герцога случайно.

– Нет, ну надо же, наглец! Случайно убил пятерых? Случайно спас жизнь герцогу?

Тошик вздохнул и отвернул коня в сторону. Парень, возможно, все осмыслил и понял, что подвигами семью не вернуть, и потому ему было обидно за свою кровожадность по отношению к в общем-то таким же жертвам заговора, как и мы. И неподдельное восхищение Талисы ему не понравилось. Охотница хотела повернуть лошадь вслед за ним, но я попросил:

– Дайте ему побыть одному, прошу вас.

– В чем дело? – резко спросила она, требовательно глядя на меня.

– Накануне выезда из Толора в Пим барон потерял всех родственников. Причем узнал о том, что их убили, по страшной посылке… Ему прислали их головы.

Женщина, у которой округлились глаза уже после того, как я сказал про потерю роственников, услышав последнюю фразу, и вовсе в ужасе закрыла глаза руками:

– Боги, какая же я дура! Пойду, утешу его!

– Не надо, прошу вас, дайте парню прийти в себя! – попытался остановить ее я.

– Много ты знаешь, как долго можно приходить в себя? – гневно воскликнула она. – Я потеряла семью в детстве и не позволю никому переживать такую потерю в одиночестве!

Я проводил глазами ее лошадь, устремившуюся вслед за Тошиком, и улыбнулся.

– Да-а-а, капитан… – протянул сзади Хонор.

– Чего?

– Бабы в Пиме хорошие, говорю!

Я рассмеялся вслед за остальными солдатами:

– То-то я смотрю, тебе вчера всего одной хватило!

– Ы-ы-ы, – раздался ржач вокруг него и посыпались реплики.

– Да он испугался, что и у второй такая же ватага будет!

– Да не, просто они ему, походу, с мамкой не дали перепихнуться!

– Ясное дело, когда? Один в сиську мамке вцепился, другой будущему папке на шею лезет, тут не пообжимаешься!

– Да не, она наверняка его заставляла всю ночь очередного пацаненка запиливать! Тут не до поисков очередной жертвы, от этой бы отбиться!

Хонор хохотал вместе с нами и только отмахивался, мол да ну вас, балаболы.

Кто-то, видя, что этого не пронять, принялся за другую жертву:

– Ланож, а тебя-то как угораздило с бабусей связаться?

От дикого ржача кое-кто чуть не сполз с коня, а солдат стойко ответил:

– Она сказала, что откормит меня, худой больно! А потом нагло воспользовалась моей беспомощностью и безотказностью!!!

– Ы-ы-ы!!! О-о-о!!! – каким чудом никто не рухнул, я не знаю.

Сам я держался на честном слове и еще долго ржал просто так, то периодически вспоминая перлы, то над теми, кто начинал внезапно хихикать или хохотать.

И даже то, что я был, похоже, единственным, кому ничего не обломилось, меня ни капли не удручало. От Пима у меня остались самые светлые воспоминания. А еще – радужные надежды и ясная цель.

* * *

К Толору мы подъехали перед самым закатом. Я облегченно выдохнул: и без Танделы флаг графа, реявший над донжоном, было отлично видно. Пришпорив коня, я понесся вперед, и по мере приближения к замку стал замечать неприятные детали: поднятый мост через ров и закрытые ворота, торчащие в разных местах на стенах часовых, числом явно больше пяти, а ведь у Пуха должно быть минимум две смены.

Насторожился и див Мир, сорвавшийся в галоп следом за мной:

– Многовато солдат на стенах, Соур!

– Вижу! Проведем разведку!

– Перестреляют!

– Посмотрим!

Между тем на стенах засуетились, и на воротной сдвоенной башне появилась делегация из нескольких человек. Видимо, командиры. Какого-либо флага они с собой не несли, потому я осадил коня на грани возможного поражения стрелами и прокричал:

– Талиса див Фогож приветствует Олока див Толора устами ее герольдов и просит разрешения переночевать в замке!

После короткого совещания местный герольд ответил:

– Нет здесь означенного тобой Олока, он объявлен вне закона!

– Почему тогда его стяг над замком? И кто вы?

– Это не ваше дело! Переночевать можно в деревне, там есть постоялый двор!

Я внимательно наблюдал за донжоном, возвышающимся даже над воротными башнями. Мне показалось, или там что-то мелькнуло? Не показалось – тут же раздался вопль раненого, и на стенах снова засуетились.

– Пух заперся в башне с уцелевшими солдатами, видимо, – невозмутимо заметил див Мир.

– Мы ему так и советовали сделать, – ответил я и проорал: – Я передам ваши слова госпоже, с кем я имел честь говорить?

– Не важно! Проваливайте – увижу еще рядом с замком – разговаривать не буду!

Со стен донесся еще один вопль раненого, а мы развернули лошадей и помчались к отряду. Тошик спросил:

– Дождемся Вирота?

Я помолчал, раздумывая, что ответить аристократу, и наконец придумал.

– Да. Талисе здесь находиться опасно, надо отправить ее к Вироту с письмом. А мы переждем ночь в деревне, как эти и посоветовали.

– Не нагрянут ночью?

– Выставим караул. Там нормальный частокол, незамеченными не подберутся. Да и деревенские помогут, наверное. Все-таки свои.

Тошик кивнул. А я уже обдумывал письмо, которое напишу, и как спровадить его вместе с Талисой. Ведь для того, что я задумал, чужие глаза были не нужны.

Деревня высыпала нам навстречу чуть ли не целиком. Четверо солдат были отсюда, их родственники облепили их со слезами радости на глазах. Были родственники и у погибших, они отходили в сторону, кто со скорбным выражением, кто завывая во весь голос. Ко мне подошел старейшина и спросил:

– Замок захватили, вы в курсе? Больше сотни солдат пришло буквально сразу же после того, как граф уехал. Он жив? Что с нами будет?

– Граф жив! А замок отобьем, видели, стяг графа все еще над замком? Донжон в наших руках, ударим с двух сторон и раздавим захватчиков!

Старейшина кивнул и не особо уверенно протянул:

– Конечно, раздавите… Только вот маловато вас, я смотрю.

– Сколько есть! Пусть мало, зато орлы, каких поискать! Плюс еще сотня регулярной армии на подходе! Справимся!

– Ну, если с сотней, то, конечно, справитесь! – повеселел он. – Где вас поселить-то? Вашу хату спалили давным-давно!

– Ты нам хату побольше рядом с воротами выдели!

– Хорошо, пойдем, покажу.

Старейшина хотел поселить нас в одной хате, и в принципе, это можно было устроить, но давка была невообразимая.

– Не, батя, – наконец, решился я. – Давай еще одну хату. Тут не то что переночевать, тут сесть негде.

Пока семья в следущем доме собирала пожитки, подскочил див Мир:

– Соур, ты что, хочешь Талису одну отправить обратно?

О, подумал я, рыбка клюнула, и кивнул на разэкипированных солдат:

– Ребятам надо отдохнуть – завтра в бой! А она быстро до Вирота доскачет, и всё. Мувот, писаря сюда мне давай! Быстро! – я махнул Тошику. – Сейчас отправим, только письмо напишу.

Тошик возмутился:

– Соур, она женщина! Как можно отправить ее без охраны?

– Она же охотница, ей не впервой!

– Ну и что, что охотница? Она тут ни разу не была! Вдруг собьется с дороги?

Я притворно вздохнул:

– Ну не могу я с ней отправить солдат! Они мне завтра нужны! Хочешь, кого-нибудь из деревни отправим?

– Да толку с них?

– Ну, я не знаю! Сам вон езжай, раз так волнуешься. Все равно до завтра драки не будет, а ты с Виротом подъедешь.

– Точно! – просиял Тошик, только и ждавший, видимо, этих слов. – Так и сделаем! Письмо написал?

– Погоди, еще даже не начинал! Напишу, позову, ты пока готовься иди! Так и поедешь в ночь, в доспехах?

– Ага. Вдруг нападет кто?

– Ну, смотри сам! Я бы снял. Дама все-таки рядом. Мало ли что. Вдруг приступ любви накроет? А ты в доспехе! Неудобно!

– Да ну тебя! – покраснел барон и вышел на улицу.

Примчался писарь:

– Звали, кэп?

– Садись, рисуй свои каракули!

– Обижаете, капитан! – довольно осклабился он, разворачивая лист и макая в чернильницу стило. – Диктуйте!

– Вирот, Толор захватили в тот же день, как мы уехали в Пим. Пух отступил в донжон и еще держится. Направляю к тебе с этим письмом Тошика и Талису, а сам, с бойцами, ночью перейду в донжон. Постарайся как можно быстрее добраться до Толора и сделайте вид, что будете его штурмовать. Я атакую изутри, открою ворота и сниму лучников на стенах.

Я чуть подумал, как выразить важность того, что написано, и продолжил:

– Большими буквами допиши: ПРОШУ ТЕБЯ, ПОСПЕШИ. Соур.

Я посмотрел на результат и поморщился:

– «Соур» не надо было большими, писарь.

– Сейчас зачеркну! – солдат сделал движение, но я оттолкнул руку.

– Стоять! Не надо. И так как курица лапой намалевал, еще и черкать собрался! – я шутливо погрозил кулаком.

– Да я написал чище, чем белошвейка строчку выводит! – возмутился парень.

– Молодец! – я подул на лист, чтобы чернила побыстрее высохли. – Запускай парней, пусть располагаются.

Писарь выскочил, схватил свои вещи и только после этого сообщил десятнику, что можно заходить. Естественно, в дом он вошел первым и выбрал лучшее место.

Когда чернила высохли, я свернул лист в трубку, завязал лентой, кивнув десятнику, мол, командуй, выскочил во двор в поисках Тошика.

Барон уже снял латы, но я не стал заострять на этом внимание. Все-таки парень молодой и горячий, а тут женщина рядом, лучше не начинать.

– Письмо Вироту. Отдай, как только увидишь его. И обязательно дождись, чтобы он прочитал!

– Хорошо! – Тошик кивнул и, взяв письмо, вскочил на коня. – Талиса!

Я придержал коня за узду:

– Обязательно дождись, чтобы прочел.

Он устало посмотрел на меня:

– Да понял я. Дождусь. И сам заодно послушаю.

Я улыбнулся и шлепнул его коня по шее:

– Быстрой дороги!

– Спасибо! – Он заложил круг по дороге, развернулся перед воротами, кивнул Талисе, и они выехали из ворот вдвоем.

Я еще некоторое время молча смотрел им вслед, после чего направился к первому дому и с порога рявкул:

– Десятники на совещание!

Глава 35. Соур

В общем-то собрание было не сильно и нужно, вначале я вообще планировал поднять людей ночью без объяснений, но передумал. Солдатам надо отдохнуть, но они должны знать, что ночью их ждет переход к Толору. А то мало ли кто захочет куда отлучиться, ищи их потом по деревне.

– Все уже слышали, что Толор захватили в тот же день, как мы ушли в Пим. Но Пух отступил в донжон и обороняет его. Когда мы были у замка, он был еще жив, я лично видел, как кто-то стрелял из башни по стенам, – начал я. – С провизией у них проблем нет, но все равно промедление смерти подобно – мало ли сколько их там осталось? Поэтому сегодня ночью мы пойдем им на помощь.

Мувот усмехнулся:

– Нас всего тридцать, капитан! Даже если мы и переберемся через стену, их будет не меньше, чем два к одному против нас! А еще надо к башне прорваться!

Я улыбнулся:

– Эта проблема решается просто! Мы на стены не полезем. Мы попадем прямо в башню. Через подземный ход.

– О-о-о, капитан, это совсем другое дело! – загалдели парни.

– Тихо! Сейчас все идут к своим десяткам и укладывают их отдыхать! Предупредите, что в полночь выдвигаемся на ночной штурм замка, чтобы все знали, что исчезать нельзя. Плюс если среди местных есть слухачи – они донесут, кому надо, и противники полезут на стены, что тоже неплохо. Спокойно пройдем в башню, и всё. Может, даже чуть изнутри постреляем. В общем, пока всем – спать! Хонор, охрана от твоего десятка! Выполняйте!

Ребята разошлись, а я встал, прошелся по комнате. Надо было думать, что делать с повязкой. Без второй руки смысла лезть в бой не было, а завтра пригодиться может любой боец. И пусть я должен больше руководить, чем биться, смысла хоронить руку не было.

Решившись, я тут же вышел во двор мимо укладывающихся ребят и подозвал уже заступившего в караул солдата:

– Ришах, помоги!

– Да, капитан?

– Сматывай повязку. Надо руку освободить!

– Выздоровели, кэп?

– Ага, – соврал я. – Хочу чуть перед ночью размяться.

Солдат опасливо оглянулся и тихонько спросил:

– На ночной штурм пойдем?

– Да, – ответил я. – Еще сотня Вирота подойдет, должны справиться.

– А! – с облегчением кивнул он. – Мы с ребятами уже собрались с родными прощаться навсегда… Тремя десятками много не навоюешь, даже во время ночного штурма.

Я улыбнулся тому, что парни даже не подумали о дезертирстве.

– Ты разматывай давай, а попрощаться с родными успеешь еще!

– Готово, кэп!

Рука затекла под тугой повязкой, но это быстро прошло. Я немного подвигал ей, работала нормально. Да, чуть ватная, но каких-то болей в плече я не испытывал.

Как следует размявшись, перешел к упражнениям с мечом и кинжалом. Некоторое время было тяжеловато – не хватало пластичности, но скоро это прошло, и я сам того не заметил, как на мой с бой с тенью прибежала смотреть половина местной детворы.

– Водички может, молодец? – поинтересовалась молодуха, стоявшая чуть поодаль. – А то раздухарился, как будто на войне!

Я взглянул на нее и расплылся в улыбке: настроение было прекрасное, ведь что еще нужно мужчине? Здоровое тело, оружие и прекрасная зрительница! И пусть со здоровым телом были небольшие проблемы, а зрительница была не слишком прекрасна, я был просто на седьмом небе от счастья. Я снова мог драться! А значит, все будет отлично!

* * *

Как я и думал, эйфория длилась недолго: прошло буквально несколько минут, как я провалялся в кровати, пытаясь выспаться перед бессонной ночью, и рука дала о себе знать. Она ныла, напоминая о вывихе. К тому же внезапно разболелась голова, видимо, последствия «знакомства» с Патриком.

Тем не менее Хонор, вошедший в мою импровизированную комнату, завешанную от прочих полотнами, разбудил меня посвежевшим и отдохнувшим.

– Полночь, капитан! Луна яркая, идеальное время для выступления!

Я глянул в окно и кивнул:

– Поднимай народ. Строимся за воротами в полной экипировке. Коней оставляем тут.

Хонор выскочил выполнять, а я потянулся. Рука ныла, но тише. Я позвал:

– Ланож, ты тут?

– Да, капитан!

– Дуй сюда, поможешь.

Он помог мне натянуть кольчугу нормально, вдев обе руки в рукава, после чего я почувствовал себя не впример уверенней.

Я отпустил Ланожа, надел поножи, шлем, затянул на кольчуге портупею и вышел. Большинство ребят уже строились за воротами. Меня увидел Хонор и подошел:

– Мы тоже?

– Конечно. Если все будет нормально – выспитесь в донжоне.

Десятник кивнул и вернулся за своим нарядом, а я вышел на небольшой пятачок перед воротами, где уже стояли построенные десятки.

– Проверить экипировку, – тут же скомандовал я, и солдаты закопошились.

Луна действительно светила ярко и ровно, что не могло не радовать. Прибежали люди Хонора, с ним самим, и встали в строй.

– Все в порядке, капитан, – доложился Мувот за всех.

– За мной! – скомандовал я и без лишних слов потрусил к месту входа в подземный ход.

* * *

Практически весь путь мы проделали по дороге, лишь ближе к замку свернули в лес на едва заметную тропку. Притопали в нужную низинку, разобрали под моим командованием кучу бурелома, «случайно» нанесенную давным-давно, и нам открылся искомый полуобвалившийся вход в подземный лаз.

– Давно не пользовались? – спросил Мувот.

– Последний раз я был тут года три назад. И то до выхода так и не дошли.

– Так значит, на штурм не пойдем? – спросил кто-то из солдат.

– Изнутри штурмовать будем! – улыбнулся я. – Как Вирот со своей сотней имперской подойдет.

– Понятно!

– Значит так, слушаем внимательно! Не говорить! Не греметь! Я первый, Мувот – замыкающий. За мной!

И я полез в тоннель. Состояние хода было более чем удовлетворительное, кроме обваленного входа, других проблем не было, и я со своим ростом проходил даже не пригибаясь. Я в который раз удивился прозорливости предков Олока: не зря они в свое время заказали на последние деньги этот подземный ход.

Я прошел второй небольшой поворот – значит, приближались к территории замка. Обернувшись, я приложил палец к губам. Ланож, идущий следом, обернулся, повторяя мое движение.

Я прислушался: тишина, – и двинулся вперед. Оставалось буквально сто метров.

Уперевшись в стену, я облегченно выдохнул: пришли. Нащупал рычаг, и стенка скользнула в сторону, открывая коридор тюремного подземелья.

Я медленно вышел из хода и поманил за собой Ланожа. Никто нас не встречал. Что, впрочем, было неудивительно.

– Собирайтесь тут. Я проверю, кто в башне, – прошептал я выскользнувшему из темноты Хонору. – Не шумите.

Я снял портупею и отдал ее, вытащив только кинжал. Совсем безоружным идти не хотелось, терпеть болтающиеся при движениях железяки – тоже.

Осторожно двигаясь по коридору, я постепенно поднимался наверх, к входу в донжон. По идее, если все в порядке, он должен быть перекрыт – специальная плита над дверным проемом крепилась хитрой системой блоков, которую можно было нарушить одним ударом меча по веревке у входа. Вот и вход. Все, как я и думал: плита даже придавила кого-то на входе. Пол залит кровью. Я бесшумно двинулся выше. По идее, ребята должны были располагаться выше, первые два этажа были сплошными, без бойниц.

Второй этаж тоже был пуст, как я и ожидал, а вот на третьем, прямо у окна, перед которым мы обычно сидели с Олоком и Исолом, было пятно крови. Не сегодняшнее, но все же. И снова тишина. Я осторожно заглянул в остальные помещения на этаже. Никого. Но на столе, отставленном от окна чуть дальше, чем обычно – хлеб и вода в кувшине. А рядом с окном – тул со стрелами и запасной тетивой.

Видимо, защитников осталось так мало, что не хватало даже на все этажи. Я двинулся вверх по лестнице, и, наконец, увидел Пуха. Десятник внимательно вглядывался в темноту в амбразуре.

– Пух, это я, Соур! – шепотом позвал я.

Парень повернул ко мне лицо, и я вздрогнул: видимо, стрелой ему вырвало щеку и половину уха.

– О, кэп! Не пугайся, уже не болит! – он подмигнул мне. – Я тут запасы графа отполовинил! Чего вину пропадать!

Пух, с резвостью, никогда прежде мной у него не замечаемой, подскочил ко мне и протянул бутылку. Я автоматически принял ее и приложился. А десятник тем временем метнулся обратно к амбразуре, что-то высматривая. Моему появлению он совершенно не удивился! Я решил списать все это на последствия ранения и болевой шок.

– А где остальные, Пух? – поинтересовался я.

– Остальные? Там! – он ткнул вверх. – В лазарете.

Я облегченно вздохнул. Слава богам! Все в порядке.

А десятник каким-то виноватым голосом добавил:

– Я хорошо за ними ухаживаю!

У меня после этих слов кошки заскребли на душе, а Пух, что-то бормоча, повел меня наверх. Мы вошли в спальню графа, и я увидел ребят.

Они лежали кто на кровати, кто на полу, заботливо перевязанные. Но… мертвые. Большая часть погибла от колотых и резаных ран мечом. Я подошел к каждому, но ни одного живого среди парней не было. Я опасливо посмотрел на десятника, быстро и сноровисто меняющего повязку уже остывшему трупу, и с содроганием прислушался к его шепоту:

– Всё будет хорошо, Карас, успокойся. Всё пройдет. Ребята придут. Вон, капитан уже тут… – от меня не укрылся полный тоски взгляд, брошенный им в мою сторону и тяжелый вздох.

До меня, наконец, дошло: он просто не верит, что это я!

Я подскочил к Пуху, схватил его за грудки и яростно прошептал:

– Ты чего тут творишь, солдат? Совсем упился вином, что ли? Покойников перевязываешь!? Охренел?

– Соур, так ты все-таки настоящий!.. – прошептал он и… заплакал. – Всех… Всех убили в первый же день. Палес еще некоторое время жил, но не приходил в сознание… А я… Ждал вас…

И Пух уснул. Я опустил стокилограммового бойца на пол и встал было, чтобы идти за остальными, как он схватил меня за запястье и сжал:

– Как будет бой – разбуди!

– Отдыхай, Пух, – успокоил я его. – Тебя разбужу в первую очередь.