Электронная библиотека » Джадсон Филипс » » онлайн чтение - страница 8


  • Текст добавлен: 6 апреля 2018, 11:21


Автор книги: Джадсон Филипс


Жанр: Классические детективы, Детективы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 8 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Шрифт:
- 100% +
Глава XVI

На углу Аллен-стрит и бульвара стоял светофор. Машина свернула направо на Аллен-стрит. Никто не проронил ни слова. Автомобиль Пола прочесывал первый квартал. Водитель, казалось, принюхивался к воздуху. Они миновали перекресток. В середине второго квартала они остановились.

Ли Коффи рассуждал вслух. Опустил голову, глаза блуждали, говорил, как заговорщик:

– Ее дом находится на этой стороне Аллен-стрит или за углом. Она обычно стоит у светофора на этой стороне Аллен-стрит. Если требовалось переходить через дорогу, она бы это делала на бульваре.

Мистер Гибсон на краешке сиденья серьезно кивал, но испытывал детское удовольствие, словно участвовал в игре.

– В первом квартале были двухквартирные дома по пять-шесть комнат в квартире, – сказал Ли. – А вот здесь частные владения, довольно старые и достаточно большие, чтобы сдавать жилье.

Он был прав: в этом старом квартале крыши доходили до верхушек деревьев, которые были высокими, что редко встретишь в новых растущих калифорнийских городках.

– Не думаю, что у нее много денег, – продолжал водитель. – Живет, скорее всего, одна. Была бы семья, имелась у кого-нибудь машина. – (Вполне справедливое замечание для Калифорнии.) – Родственники бы работали, и она не ездила с такой регулярностью на автобусе. Я понимаю моих пассажиров.

– Все так. Но как нам поступить, если вы даже не знаете ее имени? – поинтересовался Пол.

– Да, Ли, какие наши действия? – заволновалась Розмари.

– Будем звонить в двери по очереди в каждом квартале. Спрашивайте, не живет ли в доме молодая блондинка среднего роста. Медсестра. Почему я это говорю? Заметил на ней однажды белые чулки. Есть много разных профессий, требующих белой униформы, но ни одна женщина на свете не станет надевать белые чулки, если не обязана это делать. Если обнаружите ее или что-то о ней узнаете, крикните, подайте сигнал остальным. Спрашивайте, не проходила ли она в этом месте, и если да, то куда повернула. Только не сообщайте о цели расспросов. – Заметив, как вздрогнул Гибсон, он объяснил: – Иначе все слишком затянется. Договорились?

Предложения показались всем ясными и логичными. Все четверо высыпали из машины и разошлись. Розмари побежала обратно по тротуару, чтобы начать с границы квартала. Пол направился налево к концу квартала. Ли Коффи приступил к поискам с того места, где стоял. У него от возбуждения дрожали ноздри, и были на то причины, догадался Гибсон. Наверное, возникло ощущение, что дом блондинки находится в этом месте. Коффи решил двигаться налево, а Гибсон – направо, навстречу Розмари.

Хромая, он взошел на крыльцо дома и позвонил. Никто не открыл – судя по всему, там никого не было. Гибсон стоял на этих странных ступенях и продолжал звонить. Он был мистером Гибсоном с английского отделения или чокнутым, преступником, человеком в отчаянном положении, чьи друзья боролись за его судьбу. Разве он мог их подвести? Дать им понять, что они обречены? Полумертвый, полувозродившийся к жизни, он не был ни в чем уверен.

Только он собрался уйти и звонить в другую дверь, как услышал пронзительный свист, поднял голову и увидел, что Ли Коффи энергично жестикулирует своими длинными руками.

Гибсон обрадовался – он был доволен, что из всех четверых Ли Коффи первым напал на след. Одного этого было почти достаточно, чтобы вообразить, будто человек способен победить, противопоставив обстоятельствам ум и интуицию. Романтичная, наивная идея, но она ему понравилась.

Он направился к водителю автобуса. Туда же бежала Розмари и спешил Пол. Они собрались на сером крыльце опрятного серого дома, навевавшего мысли о Новой Англии. Рядом с перилами крыльца рос сиреневый куст – не частое растение на Западе. На пороге стояла миниатюрная девушка, на которую с высоты своего роста взирал Ли Коффи.

На ней был синий хлопчатобумажный халат. Волосы сбились, словно она только что оторвала голову от подушки. Лицо с широко расставленными глазами сужалось к подбородку. Привлекательное лицо и без заурядной смазливости. Кожа превосходная, гладкая. Серьезный рот, прозрачные серые глаза. Единственной, в понимании Этель, присущей блондинкам чертой был цвет ее волос.

– Вот она! – В этот момент Ли Коффи показался Маленьким Медвежонком из «Историй Хеллоуина».

– В чем дело? – спросила девушка. По уверенному голосу можно было судить, что ее не так легко удивить. Для такой миниатюрной особы она была очень сильной.

– Мы приехали не для того, чтобы вас в чем-то обвинить, – пробормотал водитель. – Нам надо знать, мэм, не находили ли вы сегодня в автобусе бутылочку с оливковым маслом? И не принесли ли ее домой?

– Нет, – ответила блондинка.

– Вы видели в автобусе этого человека… моего мужа? – Розмари показала на Гибсона.

– Нет. – Взгляд блондинки переходил с одного лица на другое. – Что-то случилось? Вот вас я помню. – Она перевела взгляд на Ли Коффи. – Вы водитель. – Ее глаза были ясными и спокойными.

– Да, мэм. – Гибсон ждал, что он скажет, что она – его блонди, но его соломенные ресницы были скромно опущены.

Девушка наморщила лоб.

– Может быть, кто-нибудь из вас объяснит мне, что произошло?

За дело взялась Розмари, но не дошла и до половины рассказа, как блондинка жестом пригласила всех в дом. Словно такой серьезный предмет можно было обсуждать лишь внутри, где не помешает ветер и не разнесет их слова по округе.

Они расселись в гостиной на жестком диване и стульях. Розмари продолжила разговор.

Маленькая светловолосая женщина слушала сосредоточенно, ничем не выражая тревоги.

– В конце концов Ли… мистер Коффи вспомнил вас, и мы приехали, – закончила Розмари. – Надеялись, что бутылочка у вас. Или вы что-то заметили.

– Я бы ее не взяла, если бы даже увидела. В голову бы не пришло. – Безукоризненные руки блондинки без единого кольца лежали на коленях. – Ни бутылка, ни зеленый бумажный пакет мне на глаза не попадались. – Этой маленькой женщине пропавший яд смертельной опасностью не грозил.

Поиски зашли в тупик. Провалились. Чуда не произошло: они смогли найти блондинку водителя автобуса, но не пузырек с отравой. Яда здесь не было.

Гибсон смущенно поежился, он решил, что сам должен выступить в роли чудотворца.

– Скажите нам ваше имя, – попросил он. Гибсон хотел, чтобы Ли Коффи узнал, как зовут его блондинку.

Она ответила, что ее зовут Вирджинией Северсон. Имя означало невинность, чистоту и очень ей подходило. Она выглядела по-девичьи опрятной, спокойной и по-скандинавски сдержанной. Розмари назвала ей имена всех присутствующих. И снова благопристойный ритуал знакомства словно успокоил Пола Таунсенда. Он старался быть неотразимым.

Однако все это было только отсрочкой. Строгая, серая, безукоризненно чистая гостиная казалась душной, воздух спертым.

– Я сидела в передней части автобуса, – заметила мисс Северсон. – Ваше место было где-то позади меня. – Ее серьезные глаза изучали мистера Гибсона. – Прошу меня простить. – Она повернулась к Ли Коффи. – Как вы догадались, где меня найти?

– Однажды заметил, что вы нюхали грозди сирени.

– Вы тоже с востока, что обратили внимание на сирень?

– В другой раз я расскажу вам, каким образом обратил внимание на сирень, – тихо ответил водитель автобуса.

Блондинка опустила ресницы.

– Жаль, что ничем не могу вам помочь, – пробормотала она.

– Послушайте, если все это время полиция передавала по радио предупреждения, может быть, стоит им позвонить и узнать, не откликнулся ли кто-нибудь? – спохватился Пол. – Вы разрешите?

– Да, да, позвоните. – Розмари сидела, сцепив руки.

Вирджиния Северсон пошла проводить Пола к телефону. Мистер Гибсон опустился на стул, надежда таяла. Все плоды достались Ли Коффи, а яд, по-прежнему угрожая людям смертью, не нашелся.

Девушка вернулась, кусая губы.

– Понимаете, я медицинская сестра, и все это меня глубоко волнует.

– Каждый человек имеет свои резоны, – мягко заметил водитель автобуса. – Проще всего сказать, что он чокнутый. Не надо никаких усилий.

Взгляд Вирджинии Северсон стал внезапно встревоженным. Она наклонила голову набок и посмотрела на него.

– Сейчас вопрос не в том, каковы его резоны. Где-то гуляет бутылка с ядом без этикетки. Это пугает, мистер Коффи. Меня учили аккуратно обращаться с лекарствами.

– Ее надо найти. Мы обязательно должны это сделать. – Глаза водителя призывно горели.

– Конечно, найдете. Я тоже. – Она, казалось, откликнулась на призыв. – Дайте подумать. – Девушка села, закутав свои красивые ножки в длинные полы синего халата.

Вернулся Таунсенд и в ответ на немой вопрос Розмари сказал:

– Ничего. – Он был расстроен и подавлен. – Ни единого слова. Половина четвертого. Где же это снадобье?

– Где-то бродит, – вздохнула Розмари. – Неизвестно где.

Гибсон старался напрячь воображение и представить бутылку в зеленом пакете. Только где?

– Рози, – проговорил Пол, – все очень скверно. У нас, наверное, ничего не получится.

– Все получится, только не шумите, – благоговейно произнес Ли Коффи. – Вирджиния думает.

Медсестра улыбнулась. У нее была милая улыбка, и лицо шофера автобуса потеплело.

– Ли… – Голос Розмари сорвался. – Мисс… Вирджиния… сейчас не время…

– Ничего и не происходит, – быстро отозвался Коффи.

Гибсон все прекрасно понял, а Пол Таунсенд – нет. Его высокая фигура маячила в арочном проходе, а на лице появилось выражение: «это вы все о чем?». Вирджиния, как показалось Гибсону, тоже все поняла, потому что ее глаза опять закрылись. Она была согласна.

Как замечательно быстро, подумал Гибсон, может осуществиться связь. Ли Коффи сказал девушке, что давно ее заметил, она ему понравилась, нравится и теперь и он многого от нее ждет. Она ответила, что… не обиделась. Даже рада его доброму мнению о себе. Она уже поняла, что он – интересный мужчина. Но они не поддались очарованию, желая прежде всего помочь мне. Водитель автобуса. Эта блондинка. У Гибсона внезапно защипало в глазах.

Все молчали, пока маленькая медсестра не заговорила спокойным, невозмутимым голосом:

– Я знаю человека, который ехал вместе со мной в автобусе. Это может как-то помочь?

– Конечно! – Розмари вскочила на ноги. – Да, да! Отлично!

– Вот видите? – с гордостью заявил Ли Коффи.

– Там была миссис Ботрайт, – сообщила блондинка, тоже поднимаясь. – Я сейчас вспомнила, как удивилась: им что, не хватает их трех-четырех машин? Села в автобус с кучей пакетов! Она человек обеспеченный, во всяком случае, ее муж. Живет на холме в большом доме. Не сомневаюсь, это была она. Как-то встретила ее в штаб-квартире Красного Креста.

– Уолтер Ботрайт! – Ли Коффи выскочил в коридор и вернулся с телефонной книгой.

– Боюсь, ее номер туда не занесен, – сказала Вирджиния. – Я точно это знаю.

– И мы не можем его узнать? – спросил водитель автобуса.

– Не можем.

– Вы знаете ее дом.

– Да. Но не знаю его номер.

– Поедемте туда! – воскликнула Розмари. Пол Таунсенд чуть не застонал, а Ли Коффи неотрывно смотрел на блондинку.

– Едем! – ответила та. Она уже была у простой, окрашенной в белый цвет двери в дальней стене гостиной. – Не ждите меня! Я вас догоню!

Ли Коффи улыбнулся, посмотрел на часы и ухватил мистера Гибсона за руку.

– Ну как вам блондинка? Вы меня не осуждаете? – Он чуть не на руках вынес Гибсона с крыльца мимо куста сирени.

– Она очаровательна, – ответил ошеломленный мистер Гибсон. – Вы поступили правильно.

– И все ради денег, – едко заметила Розмари, словно цитируя чужие слова. – Из-за материальной выгоды. – Гибсон посмотрел на жену, которая держала его за другую руку. Ее голубые глаза светились.

– Мы уже по уши увязли в это дело. – Водитель автобуса испытывал неподдельное удовольствие.

– Мы найдем бутылку с ядом, – уверенно заявила Розмари.

Гибсону оставалось только надеяться.

Глава XVII

Его только что не внесли в машину, и Розмари поспешила за ним. По другую сторону от нее Коффи с выражением надежды на лице усадил Пола Таунсенда, сам скользнул за руль и повернул ключ. Мотор заработал. Открылась дверь дома, и по ступеням сбежала Вирджиния. Теперь на ней был коричневый джемпер поверх белой блузки и коричневые туфли-лодочки на босую ногу. Аккуратно уложенные светлые волосы сияли. Коффи улыбнулся и тронул машину, как только она устроилась рядом с ним. Не промедлил ни десятой доли секунды. Блондинка его не подвела.

– Какая быстрая перемена! – восторженно прокомментировал Пол.

Никто не обратил на него внимания. В такой момент лучше было бы не отпускать замечаний.

Пока выезжали из квартала, маленькая медсестра рассказала, где находится дом – цель их поездки. Ли пересек бульвар и повернул на север. Они двигались в сторону возвышающегося на северо-западе города холма, где газоны были шире, а забирающиеся вверх по склону дома больше. Девушка объяснила, что дом миссис Ботрайт расположен ближе к вершине, на короткой улице имеются всего три или четыре строения с обширными лужайками за стеной.

– Чем выше, тем реже дома, – высказался Пол.

Вирджиния повернулась к нему и профессиональным тоном задала вопрос:

– Против этого яда есть противоядие, мистер Таунсенд?

– Пол, – поправил он ее.

Девушка улыбнулась:

– Что нужно делать в случае, если…

– Боюсь, что противоядие мне неизвестно, – признался химик, подаваясь вперед. – Я, конечно, не врач. Все, что мне известно из нашей профессии, – какова опасность. И нас тоже учили осторожности.

– Каким образом он сумел завладеть ядом? – спросила Вирджиния.

Пол объяснил. И пока он говорил, Гибсон понял, что его знакомый рисуется и очень умело пытается очаровать эту симпатичную девчушку. От этого он почему-то почувствовал себя оскорбленным.

Гибсон посмотрел на Розмари – на его дорогую Розмари, она сидела между ним и Полом, сцепив руки. В ее решительности заключалась их сила; это она начала борьбу, воодушевив и сплотив отважных помощников.

– Вы настоящий боец, Розмари, – вслух проговорил он.

– Заячья душонка, – с горечью ответила она. – Всегда была такой. Мне надо было давным-давно начать бороться.

К ней повернулся Пол Таунсенд и накрыл ладонью ее напряженные руки.

– Ну, ну, Рози, относитесь ко всему проще. Иначе доведете себя. Волнения никому не помогали. Правда, Вирджиния?

Блондинка не ответила. Зато водитель автобуса сказал:

– Тревога ей полезна. Я прав, Розмари?

– Да, спасибо, – поблагодарила она с жалким выражением лица, от напряжения почти упав духом. Пол убрал руку. – Мне тревожно, потому что я пытаюсь представить, как обеспеченная женщина подбирает в общественном автобусе странный пакет. И мне кажется, что такого не может быть.

– Может, – возразила медсестра. – Скажем, по ошибке. Вместе с другими своими покупками. Я не видела, как она выходила, – сошла первой. Но кто знает? Допустим, в ее пакетах было съестное. Она все вместе свалила на кухне. У нее явно есть слуги. Повар ничего не подозревает и решает, что миссис Ботрайт вздумала купить оливковое масло.

– Такую маленькую бутылочку? – с жаром возразила Розмари. – Так мало? Сколько времени?

– Тридцать семь минут четвертого, – ответил Пол.

– Еще не так много. – Розмари безнадежно улыбнулась.

А Гибсон подумал, что очень много. Прошло вполне достаточно времени, чтобы кто-то успел таинственным образом умереть. И эту смерть пока не связали с причиной, которая могла ее вызвать. Что бы они ни говорили, не исключено, битва уже проиграна.

– У Ботрайтов дети в подростковом возрасте, – заметила Вирджиния. – Их не станут так рано кормить ужином.

– Оливковое масло. Для чего оно может понадобиться кухарке? – спросила Розмари.

– Для салата, – предположила медсестра. – Сдобрить начинку сэндвичей. Для каких-нибудь закусок.

– Не говорите так! – попросил Пол.

Гибсон ужаснулся. Не хватало только, чтобы отравился ребенок! Вслух он сказал:

– Вы все должны покинуть меня. Нечего со мной возиться. Я и так причинил вам кучу беспокойства.

– Никакого беспокойства, – перебила его Вирджиния, и он ей поверил.

И, удивляясь себе, улыбнулся:

– Я вам верю.

– Давайте успокоимся, – начал было Пол.

– Перестаньте повторять одно и то же, – попросила его Розмари. – Это все равно не поможет.

– Я же вам советовал, Рози, – упорствовал Таунсенд. – Надо было с ним поговорить. Все расставить по своим местам…

– Советовали. И были совершенно правы. – Розмари смотрела прямо перед собой. – Да, Пол. – Ее руки дрожали.

– Наверное, вы заметили что-то неладное? – участливо спросил ее Ли Коффи, еще не понимая, о чем идет речь. Он не владел фактами. – Человек не решается на такой шаг за один день.

«А я решился, – удивился себе мистер Гибсон. – За одну ночь».

– Вы болели, мистер Гибсон? – спросила медсестра. – Принимали болеутоляющие? Я заметила, что вы хромаете.

Гибсон смутился. У него заныло сердце – он не умер, по-прежнему был жив.

– Авария. Сломал пару костей, и все дела.

Розмари посмотрела на него. Он отвернулся.

– Я только поинтересовалась, – мягко объяснила Вирджиния. – Существуют болезни, которые вызывают депрессию. И некоторые лекарства тоже.

– У меня была депрессия, – произнес он. – Это именно то слово.

– Вам надо было обратиться к врачу, – посоветовала Вирджиния. – Медикам часто удается справиться с угнетенным состоянием больных.

– Что-то подкрутят, подвинтят, и все проходит? – с горечью усмехнулся Гибсон.

– Они знают, как взяться за дело. – Ответ прозвучал механически. Медсестра, казалось, оценивая его ответы, ставила диагноз.

– Вы увлекаетесь этими психосоматическими штучками? – неожиданно спросил водитель автобуса.

– А вы?

– Много лет назад я выбросил из головы кучу всяких никому не нужных различий. Или – или. Тело или разум. Материя или дух. Ха! Теперь получается, насколько я могу судить, о чем говорят всякие умники, что материя менее материальна, чем дух. Человеческое тело больше не цельно. Как и стул. Складывается из несметного количества частиц – атомов и их составляющих. И все это крутится и производит волны, ритмы и, насколько известно, даже само время. Слушайте больше всех балаболок!

Вирджиния весело рассмеялась.

А мистер Гибсон, наоборот, помрачнел. Проклятье, подумал он, а вслух добавил:

– Я, наверное, болел. Это правильное определение моего состояния.

– Видите, мы совсем ничего не знаем, – обрадовалась Вирджиния.

– Ничего не знаем, – подхватила Розмари.

– Человек начинает понимать, насколько необразован, когда приступает к изучению медицины или другой науки. – Медсестра думала, что ее слова доставляют Гибсону удовольствие.

– Где жизнь, там надежда. Вы это хотели сказать? – Пол решил, что уловил ее мысль.

Девушка нахмурилась. Ее миленький подбородок почти касался спинки переднего сиденья. Она повернулась назад, чтобы разговаривать с остальными.

– Я хотела сказать, что можно открыть чертовски много нового. Но мы мало знаем, как это сделать. Следите за моей мыслью, мистер Гибсон? Есть люди, которые постоянно ищут пути, как бы помочь другим. И они их находят. Я сама была свидетелем. Никому не ведомо, что нас ждет завтра утром. Вы должны были попросить о помощи.

– Я тоже, – произнесла Розмари.

Мистер Гибсон промолчал. Голова была занята обдумыванием странной вещи, которая с трудом сочеталась с принципом рока. И в этом была ее странность. Допустим, индивид впал в депрессию вследствие своей внутренней химической организации. Назовем ее механизмом. Но даже при этом он еще не обречен, если его друзья, открытые всему новому, найдут способы ему помочь. И в этом заключалась странность – слабина в мощной, зубатой пасти судьбы.

– Забавно, – проговорил он.

Никто его не спросил, что ему показалось забавным, а он не стал объяснять. Машина вкатила на улицу с трехрядным движением, и пассажиры притихли.

Первым нарушил тишину Пол:

– Мне надо было позвонить домой – выяснить, вернулась ли Джини. И в порядке ли мама.

– Уже, наверное, около четырех часов, – предположила Розмари. – Этель, вероятно, дома. – Она резко, почти заносчиво вскинула голову.

Этель! Гибсон был поражен. Что скажет Этель? Он представить не мог. Все, что происходило в тот день с одиннадцати часов, будет неподвластно ее пониманию.

– А я не думаю, что он был болен, – пробормотал водитель автобуса. – Видимо, испытал потрясение.

Вирджиния склонила голову и уважительно посмотрела на него.

– До самых основ, – продолжал Ли Коффи.

– Его же все любили, – возразила Розмари и, словно в отчаянной молитве, сложила ладони.

– Все о нем только и думали! – У Пола был такой вид, словно Гибсон его непростительно обидел.

– Все? – задумчиво переспросил водитель автобуса. – Значит, конфетки обещать не будем.

– Конфетки? – удивилась медсестра.

– У него было что-то еще на уме, а не только недостаток братской любви ближнего. А теперь смотрите, моя милая, – сказал он своей блондинке, – мы на Хатауэй-драйв. Где тот дом, который нам нужен?

– Белый, в колониальном стиле.

– Может быть, яд здесь? – предположила Розмари.

Мистер Гибсон был щепкой в подхватившем его потоке воды и вышел из машины вместе с остальными.


Они остановились за стеной в том месте, где подъездная аллея поворачивала и расширялась перед входом в дом с колоннами. Перед ними раскинулся идеально белый фасад, а изысканные складки изящных штор на окнах свидетельствовали о том, что порядок здесь поддерживают деньги и наемные руки.

Теперь компанию возглавила Вирджиния: позвонила, и ей открыла служанка.

– Миссис Ботрайт дома? Нам надо срочно ее увидеть. По очень важному делу. – Лаконичное, веское обращение медсестры произвело впечатление.

– Пожалуйста, проходите, – пригласила служанка, изо всех сил стараясь скрыть удивление. И оставила их стоять на восточном ковре в просторной прихожей. Слева располагалась огромная комната. С валика серо-желтого дивана свисали ботинки для верховой езды и болтались взад и вперед, поскольку вмещали в себя пару юных ножек. Девчушка лежала на спине и разговаривала. Рядом никого не было, следовательно, она общалась по телефону.

По широкой лестнице вприпрыжку спустился парень лет шестнадцати.

– Привет! – произнес он и юркнул направо, где находилась еще одна комната со множеством книг и пианино. Мальчишка схватил рожок, и сразу раздались заунывные звуки.

Затем явилась миссис Уолтер Ботрайт собственной персоной – выплыла из белой двери под лестницей. Это была полная женщина, ростом пять с половиной футов. Под бежевым с белыми кружевами платьем угадывалось крепкое, упругое тело. Короткие, светлые волосы изящно вились, свежее, цветущее лицо венчал тонкий нос. В голубых глазах (хотя и не таких ярких, как у Розмари) сквозил интерес.

– Ко мне? Ах, это вы, мисс Северсон. Здравствуйте.

Вирджиния попросила называть себя по имени, но на этом вступление закончилось.

– Я видела вас сегодня в автобусе, мэм…

– Прошу прощения… – Миссис Ботрайт произносила нужные слова, но во взгляде по-прежнему стояло выжидательное любопытство. – Если бы я вас заметила…

Медсестра, прервав ее, перешла сразу к делу:

– Вы по ошибке не взяли в салоне маленький бумажный зеленый пакет?

– Не думаю. – Не слишком обходительную торопливость гостьи она восприняла как необходимость, и выражение ее лица ничуть не изменилось. – Сейчас проверим. – Она повернулась и двинулась с неожиданным для ее комплекции изяществом. – Мона!

Моной оказалась служанка.

– Спросите Жеральдину, не приносила ли я сегодня маленький зеленый бумажный пакет.

– Слушаюсь, миссис Ботрайт.

– Что было в том пакете? – поинтересовалась хозяйка дома у гостей.

Вирджиния объяснила. Миссис Ботрайт поджала губы.

– Это серьезно. Делл! – позвала она.

Девчонка пружинисто поднялась с дивана и сказала в трубку:

– Подожди, Кристи. Что такое, ма?

– Освободи телефон. Он нам нужен. Скажи Тому, чтобы он тщательно проверил свою машину – нет ли в ней зеленого бумажного пакета с маленькой бутылкой.

– Хорошо, ма. Кристи, я тебе перезвоню. Пока!

– Сын встретил меня на остановке автобуса, – объяснила миссис Ботрайт, подплывая к телефону.

Делл, которой было лет восемнадцать, прошла мимо них танцующей походкой. Глаза любопытные и улыбающиеся.

Из белой двери появилась женщина в форме.

– Ничего, мэм. Зеленого бумажного пакета на кухне нет.

– Спасибо, Жеральдина, – поблагодарила хозяйка и сказала в трубку: – Будьте добры, полицию. – А затем обратилась к гостям: – Кто из вас мистер Гибсон?

У Гибсона появилось чувство, будто на него со всех сторон показывают пальцами. Он стоял, как во сне, не то чтобы жалкий, а виновато зачарованный.

– Полиция? – спросила миссис Ботрайт. – Яд в бутылке из-под оливкового масла еще не обнаружен? Нет? – Она положила трубку и, не тратя слов, объявила. – Еще нет. – А затем продолжила: – Да, вы ехали со мной в автобусе. Чем могу вам помочь?

Розмари разрывалась между разочарованием и надеждой.

– Возникла цепочка воспоминаний. Водитель автобуса запомнил Вирджинию, а она – запомнила вас.

– А я, – сказала миссис Ботрайт (которая еще ни разу не произнесла: «О боже!» или «Как ужасно!»), – запомнила Тео Марша. – Кивком, словно невидимым молотком председательствующего, она призвала гостей к порядку. – Но сначала давайте убедимся насчет машины.

– В машине ничего нет, ма, – сообщил вернувшийся Том. Он с любопытством посмотрел на людей, но вопросов задавать не стал.

– Кто?

– Марш?

– Где?

Миссис Ботрайт жестом призвала к молчанию.

– Единственный способ достать Тео Марша – поехать к нему. Телефона в студии у него нет. Когда он работает, то отгораживается от всех. – Заметив непонимание, она добавила: – Тео Марш – художник.

– Где его студия? – спросил Ли Коффи и добавил: – Мадам.

– Надо бы сообщить полиции. – Миссис Ботрайт нахмурилась.

– Давайте лучше поедем, – предложила Розмари. – Мы уже так далеко зашли. Все-таки лучше, чем ждать.

– Получится быстрее, – добавил водитель автобуса.

– И, пожалуй, разумнее, – кивнула хозяйка дома. – Тео Марш может закапризничать, затаиться и не пустить к себе полицейских. А меня он знает. – Все почувствовали, что никто не сумеет затаиться, если это идет вразрез с желанием миссис Ботрайт. – Теперь так! – Она легко повернулась на каблуках. – Оба «кадиллака» в автомастерской, их до шести часов не взять. Уолтеру пришлось воспользоваться машиной Делл. Похоже, нам ничего не остается, как ехать на твоей, Том.

Парень принял такой сконфуженный вид, словно мать предложила ему снять брюки и подарить первому попавшемуся бродяге.

– У нас есть машина, мадам, – сообщил хозяйке дома Ли Коффи, восторженно разглядывая ее из-под соломенных ресниц. – И еще полбака бензина.

– А водитель он превосходный, – добавила Вирджиния.

– Отлично, – кивнула миссис Ботрайт. – Мона, принесите мне, пожалуйста, мой светло-коричневый пиджак и сумку. – Она проворно повернулась. – Том, ты тем временем осмотри дом, нет ли где-нибудь бутылки из-под оливкового масла в зеленом бумажном пакете. Ни в коем случае не прикасайся к содержимому. Это яд! Жеральдина, накройте ужин в половине седьмого. Я могу опоздать. Делл (девушка к этому времени вернулась в комнату), позвони отцу, скажи, что меня вызвали из дома. Если не вернусь к семи, сообщи мистеру Костеру из Комитета по образованию, что меня безнадежно задержали. Еще позвони миссис Петерс, скажи, что до завтрашнего дня у меня не будет для нее списков. Извинись. – Она взяла пиджак из рук служанки, уже выполнившей ее поручение. Махнула своим гостям и выплыла из своего дома. Остальные пятеро последовали за ней.

Ли Коффи устроился за рулем и посадил рядом с собой свою блондинку. Пол Таунсенд занял место справа от нее на переднем сиденье.

Миссис Ботрайт пропустила Розмари вперед на заднее и, обернувшись, крикнула сыну:

– Не позволяй Делл все время висеть на телефоне. Я могу позвонить.

– Черт возьми, ма! Попроси чего-нибудь полегче, – ответил Том.

Мать махнула рукой и забралась в машину. Последним на заднее сиденье плюхнулся мистер Гибсон.

– Куда едем? – уважительно спросил водитель автобуса.

– Выезжайте на бульвар и дальше до конца автобусной линии. Студия Тео Марша за городом. Ее не так-то просто найти, однако надеюсь, что не пропущу поворота. Если пропущу, спросим на перекрестке.

Машина уже двигалась.

– Не могу припомнить никого, кто бы выглядел как художник и сошел на конечной остановке, – сказал Ли Коффи. – У него наружность настоящего художника?

– Если он сошел раньше, нам все равно не узнать, куда он направился, – заметила миссис Ботрайт. – Так что нечего об этом рассуждать. Приедем – узнаем.

– Несомненно, – кивнул водитель. – Очень справедливая мысль.

– Эта его студия, такая по-деревенски непритязательная, – продолжала миссис Ботрайт. – Он самый настоящий художник. Вот только боюсь…

– Боитесь? – усталым голосом переспросила Розмари. Теперь, когда между ним и женой сидела миссис Ботрайт, Гибсон ее больше не видел.

– Тео Марш из тех людей, которые, если найдут в автобусе бутылку оливкового масла… Ведь оно импортное?

– Да, – подтвердил мистер Гибсон.

– Сочтут за дар богов. И он или его модель без колебаний добавят в какое-нибудь блюдо. Какая будет потеря! Прекрасный художник. Таких непозволительно терять!

– Сколько времени? – напряженно спросила Розмари.

– Всего четыре… одна минута пятого, – сообщил Пол. – Для ужина рано.

– Увы, Тео Марш ест, когда проголодается. Сомневаюсь, что его перекусы носят какие-либо названия.

– Это далеко? – жалобно спросила Розмари.

– Минут тридцать, – ответил Ли Коффи. – Мне ли не знать бульвара?

Машина набрала скорость и неслась по кривым улочкам.

– Так расскажите, что там с самоубийством? – сурово потребовала миссис Ботрайт.

Гибсон закрыл рукой глаза.

– Все началось с того момента, когда приехала Этель, – с жаром начала Розмари. – Не представляю, что она с ним сделала. Мне хватило того, что она сделала со мной.

– Вы его жена, милочка?

– Да! – У Розмари был такой вид, словно на этот титул претендует еще какая-то женщина.

– Водитель нашей машины тот же, что и автобуса. Так? – Миссис Ботрайт продолжала допрос, невзирая на взрывы эмоций. – А другой джентльмен?

– Я сосед, – ответил Пол. – Моя фамилия Таунсенд.

– И наш друг. – Розмари сказала это подчеркнуто любезно, словно изо всех сил старалась сохранить спокойствие и остаться в рамках приличий.

– Следовательно, мисс Северсон – пассажирка автобуса. Помните сказку о золотом гусе?

– Как же, отлично помню, – кивнул Ли Коффи. – Стоит вытащить из гуся золотое перо, прилипнешь и будешь вечно таскаться вместе со всеми другими. Это прекрасно, миссис Ботрайт.

– Но кто такая Этель? – Миссис Ботрайт твердо решила все для себя прояснить.

– Этель, – начала Розмари подчеркнуто ровным тоном, – сестра Кеннета. Добрая женщина, прекрасный человек, она приехала позаботиться о нас после того, как мы попали в аварию. – Ее голос взлетел. – Мне жаль, что я сорвалась. Не хватает сил быть все время благодарной. Да и время неподходящее. Мне теперь все равно. – От напряжения Розмари расплакалась. – Ужасное испытание. Время идет. Мне страшно подумать о художнике, который за городом, где нет никакой помощи.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 3 Оценок: 2
Популярные книги за неделю


Рекомендации