Текст книги "Спасти дракона"
![](/books_files/covers/thumbs_240/spasti-drakona-89999.jpg)
Автор книги: Илона Волынская
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 12 (всего у книги 35 страниц)
– Ой, я таких конеящеров у приграничников видела! – возрадовалась Ирка, поглядывая на украшенную яшмовыми накладками шипастую дубинку.
– Ничего ты не видела! – оскорбилась Дина. – У пограничников – рабочие тяжеловозы, а у меня – элитные породы! – Дина ласково провела пальцем по темно-зеленой чешуе. Создание в стойле переступило когтистыми лапами и требовательно ткнулось змеиной головой ей в ладонь. Дина почесала украшающий эту голову извилистый рог. – Знакомься: мушхуш, он же ирийский единорог! Разводится только на змеевых конюшнях, любой разъезжающий на мушхушах – в том числе твои приграничники! – осенен крылом, и лишних вопросов ему задавать не станут.
Темно-зеленый мушхуш потянулся к Ирке. Та робко коснулась рога и… Ай! Отдернула руку. На пальце красовался длинный порез. Мушхуш по-змеиному ухмыльнулся.
– А настоящие единороги у вас есть? – посасывая порезанный палец, пробубнила она.
– Настоящие единороги есть у вас! – удивилась Дина.
– Нету!
– Ваши единороги, сами разбирайтесь, куда вы их дели! – отрезала Дина. – И с котом твоим тоже!
– Мурр! – И на ограду стойла вымахнул здоровенный угольно-черный кот. Ирка отпрянула, невольно выпуская когти, – опять этот явился! Мало получил? Кот совершенно невозмутимо, лапу за лапой, прошелся по воротцам стойла, шлепнул потянувшегося к нему мушхуша по морде, сорвал с головы белоснежный берет с темным камнем, низко раскланялся перед Иркой и знакомым голосом произнес: – Приветствую прекрасную деву! Разрешите представиться – ваш охранник, советник и управляющий! Если эта змеица дала тебе что ценное, лучше хранить у меня – ты все равно цен не знаешь! – интимным шепотом сообщил он Ирке.
– Ты! – охнула Ирка. – Пестрые коты, попав в гости к змеицам, и впрямь становятся черными?
– С помощью краски! – Дина протянула Ирке флакончик.
– Я никогда не стыдился цвета своей шкуры, – с достоинством сообщил Иркин кот. – Пусть стыдно будет тем, у кого гладкая шкура, но запятнанная честь!
– Как пафосно! – фыркнула Дина. – В воду не лезь и вылизывайся меньше. Вывести, надраить чешую, собрать припасы! – скомандовала она. Солома в конюшне… нет, в «мушхушне» вскипела, и появившиеся невесть откуда мелкие пестрые змейки стремительно взлетели по деревянным опорам. Стойла распахнулись, и три изящных мушхуша один за другим направились во двор.
Глава 20. Дождь в дорогу
– Дина, спасибо, я даже не знаю, как тебя благодарить! И за кота, и за помощь, и за все! – заторопилась Ирка. – А почему этих… лошадей три?
– Быть может, вельможная ведьма-хозяйка соблаговолит избавить меня и от другого своего слуги? – церемонно вопросила Великая Хала.
– Какого еще… Я никого… – запротестовала Ирка, но Дина непреклонным жестом указала на двор. Двор замка-пещеры больше всего напоминал ущелье. Узкий, неровный, со всех сторон окруженный скальными стенами. Разве что настоящее ущелье не бывает аккуратно вымощено булыжником и там не шныряют ящерицы с корзинами в лапах, змей с подносами на головах, мушхуши с человеческими мальчишками и крупными котятами в седлах… Посреди мощеного двора торчал каменный столб, а к столбу был прикован человек. И человека этого Ирка сразу узнала!
– Ты ж сказала, парней нет! – нервно кутаясь в покрывало, охнула она.
– Где? – Дина встрепенулась и принялась оглядывать двор.
– Вот! Что он тут делает? – Ирка изумленно уставилась на подавальщика из трактира. Скажи ей кто-нибудь, что этот заморыш может выглядеть даже хуже, чем раньше, она б и не поверила! Поношенная рубашка свисала драными лохмотьями. Туго обтянутые кожей ребра выпирали сквозь дыры, а на ребрах всеми цветами радуги переливались синяки. Парень медленно поднял голову – неопрятные лохмы сползли с лица… каждый глаз симметрично украшен синяком. Лоб и подбородок в ссадинах, будто его возили лицом по земле. Его били долго и жестоко.
Парень поднял голову, окинул взглядом двух закутанных в вышитые шелковые покрывала красоток – золотоволосую и чернявую. При виде Ирки в его пустых глазах мелькнула искра жизни.
– Я… Не сумел помочь. Они меня не послушали. Прости, – прошептал он разбитыми в кровь губами и снова уронил голову на грудь.
– Ирка, ну какой же это парень? – тоном «разве можно так пугать» упрекнула ее Дина, разглядывая подавальщика, как экспонат в музее. – Этот… скажем так, возмутитель спокойствия. Говорил речи против царствующих змеев и побуждал к бунту. Предлагал жителям Баранцовки меня свергнуть, – насмешливо фыркнула Дина и еще ехиднее добавила: – Чтобы тебя спасти!
Ирка замерла с открытым ртом – ситуация плохо умещалась у нее в голове! – и наконец выдавила:
– Сперва он сдал нас тем котам…
– Я не хотел! – Парень дернулся, сковывающие его запястья железные кольца глухо брякнули.
– Нехотя сдал, что, конечно, в корне меняет дело, – уточнила Ирка.
– А потом пытался подбить добрых баранцовских обывателей на штурм моей пещеры! – заключила Дина.
– Она помогла мне. Мне никто никогда не помогал! – Парень вскинул голову и прямо и бесстрашно уставился в проблескивающие молниями глаза Дины. – Я должен был ее спасти! Только вам, гадам высокомерным, этого не понять!
– Поправь меня, если я ошибаюсь… – голос Дины сорвался на шипение. – Вот тебе никто не помогал. – Дина ткнула в грудь пленнику заострившимся когтем, из неглубокого разреза потекла кровь. – А потом ты вдруг решил, что кинешь клич – и баранцовцы отправятся убивать драконицу… ради прохожей девчонки и пестрого кота?
Парень смутился:
– Я им твои сокровища обещал… Думал, согласятся.
– А они тебе всыпали и приволокли сюда, – безжалостно закончила Дина.
– Трусы! – беспомощно дергаясь в оковах, прохрипел парень. – Они не мужчины, они змеевы рабы!
– Что ж ты сам не вышел против злобной драконицы, мужчина? Не спас прекрасную деву из застенков? – приближая нежно-розовые губы к его покрытому синяками лицу, искушающе прошептала Дина. Ее теплое дыхание прошлось по его щеке, всколыхнуло грязные волосы, тонкий пальчик дотронулся до разбитых губ. Парень шарахнулся, гремя цепями, будто змеица его укусила.
– Я бы… не смог. – отворачиваясь, выдавил он.
– Пфе! – Змеица повернулась на каблуках. – Мои служанки с ледника сметану с молоком бочонками выносят, хотя ледник у меня охраняется лучше, чем сокровищница! А ты одну тощую девчонку вытащить побоялся? Человечек!
– Называть нас человечками так же неприлично, как вас – гадинами, – напомнила Ирка.
– Это смотря кого, – не согласилась Дина. – У меня индивидуальный подход. В общем, так, Ирка. Забирай, и чтоб духу его здесь не было!
– Мне Айта искать, зачем мне эта обуза? – возмутилась Ирка. – Оставь его здесь, пусть его приведут в порядок…
– Нет! – гремя оковами завопил парень.
– Ну да, тебя ж вроде в Змеевой Пещере держали… – в растерянности припомнила Ирка слова шинкаря… и в досаде куснула себя за язык. А если Дина решит вернуть парня в ту пещеру? Ну и что, нашла о ком беспокоиться! Нет, этот ненормальный действительно пытался призвать стригущих баранца мужиков ее спасать? Псих!
– Странно. В Змиевых Пещерах, бывает, девиц насильно держат, а ты, кажется, парень? Или нет? – окидывая подавальщика откровенно издевательским взглядом, протянула Дина.
Тот уставился в ответ с такой же откровенной ненавистью. Дина лишь жестко усмехнулась:
– Разве что зелья на тебе испытывали…
– На человеке? – возмутилась Ирка.
– А на ком? – искренне удивилась Дина. – Зелья для людей на людях и испытывают, не на котах же! У них совсем другая физиология. Впрочем, это все неважно. Если я оставлю его здесь, то только в виде обугленной тушки! Он виновен в оскорблении и подстрекательстве, есть свидетели. Я могу явить снисхождение и отпустить пьяного слугу для получения должной кары из рук хозяйки. – Дина поглядела на Ирку многозначительно. – Например, порки – хотя бы вот этой штукой, – она кивнула на шипастую дубинку для мушхуша у Ирки в руках. – Или могу поджарить его разрядом, и дело с концом! – молнии заиграли на пальцах Дины.
– Ты же не хочешь это делать! – беспомощно пробормотала Ирка.
– Не самая приятная часть моих обязанностей, но я такое уже делала и сделаю еще, – равнодушно объявила Дина.
Нет уж, хватит обугленных трупов, дома насмотрелась. Один до сих пор на заброшенной стройке так и лежит – из-за нее, между прочим! Ирка вздохнула. Змеи! Гадами были, гадами остались, а Дина среди них первая!
– И что я тебе сделала плохого?
– Айта увела – из-за тебя он меня чуть не убил, – злорадно напомнила Дина. В руках ее оказался такой же, как на коте, белый с черным камнем берет, и она нахлобучила его на немытые волосы подавальщика. В сочетании с драной рубахой, следами побоев и цепями щегольской берет смотрелся жутковато. – Забираешь? – уточнила Дина, полюбовавшись на дело своих рук, и в ответ на Иркин обреченный кивок объявила: – Ну и напрасно, лучше бы сжечь. С другой стороны, благородная девица с черным котом и слугой – совсем не то же самое, что крестьянка с пестрым котом. Не нравится мне, что вас в Баранце видели… а еще больше не нравится та драка в Мертвом лесу. Там наверняка осталась твоя кровь, а Прикованный, был бы он дурак… вот как этот, – она кивнула на все еще прикованного к столбу подавальщика, – не был бы таким опасным врагом!
Ирка помрачнела: в Мертвом лесу не только кровь, там еще ее вещи остались!
– Будет война, Ирка, скоро будет война. – тоскливо прошептала Дина, и вокруг нее заплясали молнии. – Верни Айта, Ирка! – страстно выдохнула она. – Великий Водный яростен, как огонь, хитер и изворотлив, как воздух, и надежен, почти как земля! Ирий сможет устоять без остальных Великих… но еще и без Айта мы не выстоим! – Дина отпрянула мгновенным гибким движением, словно и не было ее рядом. Отрывисто бросила: – Эй, заберите этого и накормите, а то его из седла сдует, – она небрежно махнула в сторону подавальщика. Вооруженные ящеры, похожие на некрупных динозавров, шагнули к нему.
– Если вы не станете его караулить слишком тщательно и он сбежит, я буду только благодарна, – тихо буркнула Ирка.
– Иди спать, – устало сказала Дина. – День был тяжелый, а завтра рано выезжать. Не бойся, тебя никто не выследит. Я тебя прикрою… – Она повернулась и пошла прочь. Оглянулась через плечо, сверкнула улыбкой и крикнула: – А насчет порки я серьезно! Натерпишься ты еще с этим червяком безмозглым!
Дождь, проливной дождь, стена воды лупила по голове и плечам. Река Молочная бурлила под стегающими ее плетьми воды, молочно-звездный свет дрожал и рассыпался. Рассвета не было видно за сплошной завесой туч. Только замок-пещера на берегу искрил, как корабль инопланетян или сломанная трансформаторная будка: то озарялся сине-зеленым потусторонним светом, то окутывался ломаными электрическими дугами, как новогодняя елка – гирляндами. С островерхих башен-утесов в темное, сплошь обложенное тучами грозовое небо били извилистые разряды. А среди туч и потоков дождя с громовым хохотом носилась серебристая драконица. Гроза разрасталась, заливая Ирий водой и сотрясая воздух электрическими разрядами. Дина уничтожала Иркины следы – на земле, на воде и в воздухе.
– Ненавижу дождь, – обтирая залитое водой лицо, проклацал зубами подавальщик из шинка.
– Кто ж любит! – профырчал мокрый кот, печально отряхивая капли с усов.
– Не нойте, – оборвала их Ирка. – Что встали – ходу! До вечера мы должны быть в Симуране. – И она дернула поводья мушхуша.
* * *
Крупный, размером с теленка, волк неторопливо трусил вдоль дороги. Клацанье когтей мушхушей заставило его свернуть – волк вовсе не хотел привлекать к себе внимание. Он прилег в придорожных кустах, пропуская мимо себя троицу верхом: впереди скакала молоденькая девушка – лицо ее пряталось в тени низко надвинутого капюшона, за ней следовали мокрый и взъерошенный черный кот и изрядно похожий на пугало парень. Волк привычно потянул носом… и досадливо чихнул, разбрызгивая дождевую воду. Какой запах в такую погоду? Троица проскакала мимо, волк выбрался из кустов и снова потрусил вдоль дороги. Из пасти его свисало что-то… если хорошенько присмотреться, под слоем грязи можно было разглядеть недавно еще щегольской девичий сапожок с металлическим каблуком. Но присматриваться было некому, залитая дождем дорога была абсолютно пуста.
Танька и Богдан
Глава 21. Личное и волшебное
Богдан глядел в окошко Иркиной кухни. В этом году впервые на бабкиных драгоценных грядках ничего не высаживалось по весне, но деревья в саду все равно цвели белоснежной кипенью, и распускалась сирень на кустах, и пахло… ах как пахло! Лепестки яблони осыпали белоснежной фатой Танькины волосы, когда та бежала по дорожке к дому, и Богдан ее в этот момент… просто ненавидел! И ранние тюльпаны, которые еще полчаса назад любовно срезал у себя в саду, он перед самым Иркиным домом выкинул! Оставил возле соседского забора. Ну забыл он, забыл, что с Танькой больше не разговаривает. Никогда! А тюльпаны были такие красивые… бледно-розовые… нежные… Танька от таких просто млеет.
Хлопнула входная дверь:
– Всем привет! Представляете, у Иркиной соседки Лады наконец-то появился нормальный поклонник. – фальшиво-веселым голосом провозгласила Танька. – У ее забора та-акой букет тюльпанов лежит. Даже завидно!
Возившийся у плиты Ментовский Вовкулака демонстративно хмыкнул и выразительно покосился на Богдана. Неужели видел, как тот от букета избавлялся? Чувствуя, как у него алеют уши, Богдан уткнулся в учебник математики. А что, между первомайскими и девятомайскими выходными – несколько школьных дней, задание делать надо! Еще бы заставить себя его прочесть…
– Завтра надо позвонить Иркиной классной, – косясь на Богдана, вздохнула Танька. – Скажу, что Ирка с бабкой на все майские уехали к маме в Германию, – решила она. – Неожиданно. Та билеты им купила, и они сорвались. А что, многие уезжают. – Что будет, если Ирка не вернется и после девятого мая с примыкающими к нему выходными, Танька не хотела даже думать.
Богдан ухом не повел – продолжал копаться в учебнике математики.
– Ты пришла обсудить этот важный вопрос? – Вовкулака перевернул на сковородке шкворчащие отбивные.
– Нет, я… сад полить! – снова косясь на Богдана, выпалила Танька.
– Ну да… и вот он тоже жаждет сад полить, своего ему мало, – указывая на Богдана лопаткой для отбивных, меланхолично согласился Ментовский Вовкулака. – А что я обещал зайти и полить, вы оба, конечно, забыли. Оказывается, забывчивость – инфекционное заболевание! Ирка забыла предупредить, что в Ирий собралась, ты – что за серокожим в одиночку охотишься…
– Вы безусловно обладаете лучшим дедуктивным мышлением среди волков и лучшим нюхом среди милиционеров, но пожалуйста – догадались и молчите, а то еще при Оксане Тарасовне или богатырях про Ирку ляпнете! – окрысилась Танька. – Вот из-за всех вас я и пошла одна! Да серокожий и не вылез бы, если бы засек вашу засаду! А он бы ее засек, и не надо тут презрительные мины корчить! Мы на военном заводе на него засаду устраивали – и что? Айта заманили в ловушку, а Ирку чуть не убили! Я должна была с ним поговорить! Он наш единственный источник информации.
– Утек твой источник – только его и видели! – Вовкулака усмехнулся.
– Как раз потому, что вы влезли! – возмутилась Танька. – Если бы ты сделал как я тебя просила! И серокожий бы не удрал, и Вику бы не украли, и этот вот, – она кивнула на Вовкулаку, – не догадался бы, что Ирка на самом деле в Ирии.
– Недооцениваете вы меня, девушка! Я еще после Лики подозревать начал. Кому нужна Лика, если есть Ирка? – меланхолично сообщил Вовкулака, но его никто не слушал. Танька и Богдан глядели друг на друга так яростно, будто взглядами испепелить хотели.
– Ты, значит, просила? – ледяным, как из морозильника, голосом повторил Богдан. – Госпожа главнокомандующая отдала распоряжения и отправилась брать штурмом потемкинский дворец!
– А ты на эти распоряжения просто-напросто наплевал! – ощетинилась Танька.
Богдан окинул Таньку взглядом высокомерного превосходства. Надо полагать, это означало: и дальше плевать буду, я лучше знаю, что делать! Всякое желание мириться с ним моментально пропало. И не было никакого желания, она же сказала – цветы полить пришла!
– Доволен теперь? Ирка ушла в Ирий… как в омут с головой, да! Она там одна – и ничего не знает! Ни плана, ни путей отступления, ни… – Танька задохнулась и безнадежно махнула рукой. – Единственные, кто может ей помочь, – это мы! Я! Потому что тебе, кажется, все равно!
– Ты кем себя вообще считаешь? – Богдан вскочил, учебник с грохотом полетел на пол. – Супершпионкой? Этой, как ее… Матой Хари? Решила, что заявишься к серокожему – и он тебе все выложит? Он бы тебя просто уволок! Сейчас бы тут ни Ирки не было… ни тебя! – В глазах Богдана на миг отразился такой мучительный страх, что Танька, уже открывшая рот для сокрушительной отповеди, замерла… и только жалобно пробормотала:
– Ты мне совсем не доверяешь. Я дура, по-твоему, не понимаю, что делаю?
– Да! – заорал Богдан так, что рюмки в кухонном буфете жалобно и тонко зазвенели. – Абсолютная! Если не понимаешь, что Ирка, конечно, мой лучший друг… Только есть одна девчонка, которая для меня еще важнее Ирки! И даже ради Ирки я не позволю… – Богдан не закончил.
– Что… за девчонка такая? – искусственным, как силиконовые губки красоток из «Космополитен» голосом, осведомилась Танька. И шагнула к Богдану поближе.
– Есть одна… – тоже делая шаг навстречу, буркнул он. – Ты ее не знаешь: думаешь, она очень умная, а она на самом деле совсем без мозгов. – Его рука, словно сама собой, словно он тут и ни при чем, протянулась к Таньке. Богдан обнял ее и привлек к себе.
Танька уперлась каблуками в пол… а потом глубоко вздохнула и ткнулась лбом ему в плечо:
– Наверное, я и правда дура. Ты вот меня обижаешь, а я не обижаюсь.
– Гхм-гхм! – громко откашлялся Вовкулака.
Двое у кухонных дверей вздрогнули… и смущенно отпрянули друг от друга.
– А вы могли бы и выйти! – щерясь, как настоящая ведьма, процедила Танька.
– Никак не мог! – ничуть не хуже Таньки оскалился Вовкулака. – Вы дверь заняли, а в окошко прыгать – извиняюсь, обойдетесь! И вообще, вы еще маленькие!
Танька разозлилась – это было видно. Обычно так сильно злиться умела только Ирка. Словно вместе с напичканным Силой колечком Ирка перекинула подруге и кусочек своего характера. А может, не в кольце дело, может, Таньку просто все достало? Она протянула руку – и крепко переплела пальцы с пальцами Богдана. Вовкулаке она в этот момент удивительно напомнила его маму, в те давние времена, когда молодая волчица-воительница водила стаю оборотней по берегам Днепра. Глаза Таньки сузились в длинные угрожающие щели, а из-под ресниц с треском начали вылетать сапфировые разряды.
– Когда вы не справляетесь с Дикой Охотой – вы бросаете в бой нас! – ледяным, как воды Северного Ледовитого океана, тоном отчеканила она. – Вы не деретесь с чертями – это мы идем и ставим их на место. И вы не очень волнуетесь, вернемся ли мы из очередного боя живыми! Господа «взрослые», – это прозвучало ругательством, – когда они занимаются своими бизнесом или политикой, вообще не очень-то волнуются, уцелеют ли всякие «маленькие»! И никто почему-то не переживает по этому незначительному поводу. Зато стоит взяться за руки, – она посмотрела на их с Богданом сплетенные пальцы, – или еще что… – и стала заливаться краской. Но не позволила себе смутиться и жестко закончила: – Как сразу набегают, воспитатели и ревнители нравственности! Целующиеся подростки, значит, разврат? А мертвые – статистика?
– Ну ты из меня-то труса не делай! – отворачиваясь от ее гневного взгляда, глухо проворчал Вовкулака. – Я у вас за спинами не отсиживаюсь, с вами в бой иду!
– Вот и оценивайте нас не по годам, а по этим самым боям! – припечатала Танька и тоже отвернулась.
– Тань… Отпусти меня, а? – шепотом, точно тоже боялся нарваться, попросил Богдан. – А то ты мне сейчас руку оторвешь!
Танька поглядела вниз, на их сплетенные руки – и торопливо разжала пальцы.
«Волчина позорный, такой момент испортил!» – подумала она и, смущенно опустив ресницы, тихонько попросила:
– А можно мне мой букет обратно? Пока его соседка Лада в самом деле не прибрала?
Богдан поглядел на нее сверху вниз – во высоченный вымахал! – независимо сунул руки в карманы и… ушел за букетом.
– Будешь так парня пугать, он в следующий раз чего посущественней букета выкинет – колечко или там шубку, – нравоучительно выдал Вовкулака.
– Пусть сперва подарит! – строптиво фыркнула Танька и невольно коснулась Иркиного колечка на руке. Вовкулака проследил за ней взглядом и ухмыльнулся:
– Теперь хоть ясно, на что ты рассчитывала серокожего подманить, – на Иркину Силу!
– Вы же никому не расскажете, что Ирка в Ирии? – забеспокоилась Танька.
– Чтоб ее змеи нашли и на пепел пустили? Знал бы, что она собирается сбежать, все б сделал, но остановил, а теперь-то что? Только сидеть тихо, помалкивать и надеяться, что она сможет выбраться обратно. Мы-то ей точно ничем не поможем!
– Ну вы, может, и нет… А я, на самом деле, не совсем без мозгов, – ехидно косясь на вернувшегося Богдана, протянула Танька. – Я с серокожим целый танец разговаривала, прежде чем он удрал… из-за вас, а его тварь из зеркала на Вику накинулась!
Вернувшийся Богдан на мгновение призадумался – продолжать ссориться или не стоит? Сунул Таньке растрепанные тюльпаны и буркнул:
– Ну и до чего вы договорились? Он сдал тебе все планы Прикованного и пообещал вернуть Айта, перевязанного бантиком вокруг хвоста?
Танька поглядела на него возмущенно… отвернулась от вазочки на кухонном столе и мстительно засунула тюльпаны в простую банку:
– Во-первых, серокожий прекрасно себя чувствовал…
– Меня как-то мало волнует его самочувствие! – скривился Богдан.
– Напрасно! Подполянников я изгоняла заклятием, которое бьет по колдуну. Он после такого должен пластом лежать!
– Может, ты себя переоцениваешь? – поинтересовался Вовкулака.
– А может, мне ваши отбивные в лягушек превратить? В доказательство? – ласково поинтересовалась Танька.
– Но-но! – Вовкулака прикрыл сковородку собой. – Я не любитель французской кухни!
– А серокожий вальс отплясывал – кстати, отлично танцует… Что это доказывает? – Танька поймала два вопросительных взгляда и раздраженно передернула плечами. – Что заклятие ударило по истинному колдуну! Серокожий проговорился, что все способности ему даны – наверняка его Повелителем, который и есть Прикованный! А еще Повелитель хочет явиться в наш мир!
– Вот только его нам и не хватает, – пробормотал Вовкулака. – Своими… повелителями можем поделиться.
– Зато змеи этого совершенно не хотят! – выпалила Танька. – Они с Прикованным головы друг другу морочат и собираются подставить друг друга. Прикованный боится Айта, поэтому помог вроде бы дружественным (хотя на самом деле нет) змеям его похитить…
– То есть среди змеев разброд и шатание? – Вовкулака нахмурился. – Настолько, что они со злейшим врагом связались?
– Одна группировка хочет отнять власть у другой! – авторитетно объявил Богдан. – Сперва с помощью Прикованного Айтову мамашу Табити скинуть и самим править, а потом уже разобраться с Прикованным. Если он, конечно, раньше не разберется с ними!
– Прям все как у людей! – меланхолично восхитился Ментовский Вовкулака.
– Вы самого интересного не знаете! – Танька устало улыбнулась. – Серокожий… а значит, и Прикованный тоже, абсолютно уверены, что Ирка должна… честно, вот обязана явиться к Прикованному… и провести его в наш мир!
Вовкулака и Богдан ошалело уставились на Таньку.
– С большим самомнением дядечка, – наконец выдавил Богдан. – А луну с неба он не хочет? Над кроватью повесить.
– Не знаю, чего конкретно он хочет – в смысле, зачем ему Ирка, – пояснила Танька. – Но змеи, даже те, которые с ним сговорились, этого опять же не хотят – недаром они уже несколько раз пытались Ирку убить!
Лицо Богдана стало испуганным и настороженным – кажется, он понял, почему Танька так сильно боится за Ирку.
– Ирка видела, что Айта огненный уволок, она знает, что змеям доверять нельзя! – неуверенно сказал он.
– Будем надеяться, они пока не знают, что Ирка в Ирии, – так же неуверенно согласился Вовкулака. – Зато кто этого точно не знает – Прикованный! – обрадовался он. – Он думает, Ирка здесь, поэтому ро́бленных с ее колечками разворовывает!
– И бабку с козой! – напомнил Богдан.
Танька поморщилась:
– Я почти уверена, что к исчезновению бабки он никакого отношения не имеет.
– Сам сказал? – ухмыльнулся Богдан.
– Сам НЕ сказал, – подчеркнула Танька. – Он говорил, что у него Иркина подружка – значит, Лика. Поверь, если бы бабка с козой тоже были у него – он говорил бы только о них!
Богдан невольно кивнул:
– Даже если так… Теперь у него две ро́бленные с Иркиными колечками. Остальных он тоже видел. И что подумал?
– Главное, что он будет делать. Он… – Танька задумалась, пытаясь подобрать слово, описывающее ту абсолютную, рабскую преданность своему Повелителю, которая сквозила в голосе серокожего. – Не самостоятельный. Делает что ему сказано, – наконец закруглилась она.
– Тогда запросит указаний, а пока будет продолжать выполнять старые, – решил Вовкулака.
– Ирку искать и ро́бленных разворовывать? – изумился Богдан. – А мы что тогда будем делать?
– Ну, раз Маринку не украли… К сожалению… – усмехнулась Танька. – Остальных надо выручать. Тем более меня оч-чень интересует, как он указаний из Ирия запросит.
– Вот если бы некоторые не корчили из себя героиню-одиночку, этот серокожий давно бы у меня показания давал, – проворчал Вовкулака.
– Может, мой план был не самый умный… – начала Танька.
– Ты гляди, признала!
– …но я все-таки не дура! И у меня всегда есть запасной. – Она потянулась за сумкой… и вытащила измазанный, похожий на старую тряпку бальный мешочек. Потянула завязки… стразы на гребне блеснули в солнечном луче. – Я теперь этого серокожего где угодно найду! – со зловещей улыбкой прошептала она. На зубьях гребня отчетливо виднелась запекшаяся черная кровь.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.