Текст книги "Горбуны2.Сны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gorbuny2sny-277208.jpg)
Автор книги: Инга Полякова
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)
В аэропорты было четыре разных Спенсермэна, один из которых был хирург, разрезавший ту «кошку». Остальные Спенсермэны уже уехали под разными документами. Чтобы сделать фотографии на мой фотоаппарат Спенсермэны переодевали накладное левое ухо и пояс, передавали сушки с сахарной пудрой, фотограф-полицейский всегда выбирал хороший для Спенсермэнов ракурс. Они естественно все были на одно лицо и абсолютно одинаково одеты. Сейчас уши и пояса были трендом камуфляжа. А Спенсермэны были в тренде…
В Америке у комиссара началось отравление – жидкий азот нельзя нюхать. Ему перед черной дырой в Америку дед пшикнул что-то в лицо. – Вот идиот! – говорили о нем Спенсермэны и смеялись. – Азот нельзя хранить в кабинете! Он думает, это просто камень! – Комиссар был сильно отравлен, лечил носоглотку и легкие, ему предстояло теперь длительное лечение по санаториям. Этот комиссар стал перебежчиком. Но кусок печени с ДНК Нади он сохранил в своем кабинете в Америке в специальной закрытой колбе. Комнату в общежитии, где лежала Надя, специально оборудовали Спенсермэны, и там нельзя было отравиться…
Для старичка-наркодилера и его сына Саши, у которого была короткая левая рука, сделали идентичного Наде клона Катю. Но Саша поклялась до конца дней мстить Спенсермэнам за смерть Нади… Их дети могли бы вырасти и возглавить наркокартели – поэтому Спенсермэны ее и убили… До смерти Надя заморозила свои яйцеклетки на всякий случай. Саша собирался из этих яйцеклеток потом рожать себе детей, и в 2010 году у него из яйцеклеток Нади было двое детей – сын и дочь…
Дань
Спенсермэны приехали собирать в Россию дань. В этот раз Спенсермэны приехали убивать – президент подписал отмену поставок рабов в Казахстан, и требовалось вернуть гармонию, сохранить баланс… Дань работорговцам Казахстана закончилась, собирать дань приехали Спенсермэны. Они обокрали национальные богатства – крупный желтый топаз, а русским из-за этого закрыли месторождение топазов. Спенсермэны приехали наказывать и карать, убили восьмое чудо света, «кошку» Надю…
Спенсермэны развлекались, как могли. Нас спустили до муравьев… Одна девушка, дочка генерала, делала видео переговоров Спенсермэнов со своими поставщиками. Ее поймал Дэвид Спенсермэн, шагнул в свое поместье в Америке и бросил ее в подвал к червям, поедающим людскую плоть. Ей вкололи паралитик, и черви стали есть ее живьем… От ее криков содрогалось поместье… Потом ею Спенсермэны хотели накормить свою лягушку в поместье…
Тогда к Арине пригласили сутенера и стали давать ей вещества, ведущие к проституции, возбуждающие… Сутенер стал ее «разрабатывать», заниматься с ней сексом под забвением… Когда Арина согласилась стать проституткой и выпила из черной чаши проституции, Земля вдруг остановилась, перестала вращаться – в Краснодаре солнце светило круглые сутки… Так прошло три дня – все разбирались, в чем причина… Это был день, когда Земля остановилась… Все стали гадать, Земля остановилась из-за Арины, или из-за той девушки, которую черви ели живьем в поместье Спенсермэнов… Арине опять дали забвение, а девушку освободили… И тут Земля завертелась вновь… Спенсермэны вес переживали, имеет ли это значение, если мы это переживали в муравьях, но хранители ответили, что имеет…
Отец этой девушки много убивал, жестоко пытал, и его наказали смертью дочери. Эту девушку потом убили в охоте, на нее охотились Спенсермэны, но убили пулей, без кощунства…
Спенсермэны линчевали своих свидетелей. Блондинку Сашу-«маус» затащили в комнату за волосы – она была «человеком бегущим», летела нервная система, сейчас она давала показания против Спенсермэнов и всей этой компании. До этого она ходила с линзой-фотоаппаратом на глазе, делала фотографии Спенсермэнов, проявляла их со своим парнем, оборотнем в погонах. И пошла к судье с фотографиями всех Спенсермэнов…
Саша была из потомственных проституток… Никакой перспективы. Ее убили где-то на окраине, в канаве перерезали горло… И еще два года за нее жил клон, два разных клона, один – приставленный полицейскими, другой Спенсермэнами, опровергать данные показания Саши Янченко и Яси. У кого-то из ее клонов была раковая опухоль…
Спенсермэны несколько раз приставляли пистолет к моей голове, давали опухоль, а потом противоядие. Келвин-трансвестит получала таблетку и меняла себе тело, становилась девушкой, наряжалась, красилась, дорого одевалась, ходила с сумками от Армани.
Одна из сумок Симоны была сшита из кожи ее подруги Авы, кожу снимал и сумку шил ее брат, а та девушка пропала без вести… Ее родители все глаза выплакали…
– Так моя подруга будет всегда со мной! – Симона нежно похлопала по боку своей сумки телесного цвета…
На одной стороне сумки был даже глаз этой девушки. На другой была родинка на ее плече, по которой Симона узнавала подругу. Но глаз пришлось убрать, это было слишком. А сумку Симона-Келвин собиралась хранить всю жизнь в память о подруге. Брат в сарае хранил кожу Авы, вдруг еще что-нибудь придется поменять или сумка износится…
Спенсермэны приедут еще через пять лет и будут миловать и одаривать всех – и полицейских, и судей…
«Груздь» Келвин-Джош или Эдам2
Келвин из первой книги был относительно чистенький, из «зайчиков», не беспощадных «кроликов» Когда-то он должен был возглавить клан Спенсермэнов, оракл семьи им это подтвердил, и он единственный не промелькнул на фотографиях Арины Симоненко из лагеря и того лета. Леша-наркодилер, гермофродит передал Арине совместную фотку, где был полицейский клон Спенсермэнов, сделанный с этого Келвина за исключением одной черты, и этой чертой у него были щеки. Спенсермэны хотели помнить одного щекастого миллионера из будущего, который потом отдаст им все доказательства. «Хорошо принадлежать к какому-нибудь большому клану», – думал Келвин-«зайчик», покидая Россию раньше срока, двадцать девятого июня.
Келвин-Джош будет поднимать восстания против продажных полицейских в будущем. Такие полицейские могут нанести намного больше вреда, чем пользы. Разрешают убивать важных свидетелей, при каждой операции складывают себе взятку в карман. Уничтожают заявления важных свидетелей. Оборотни в погонах, которые ради денег предают своих. И преступники им ближе, чем полицейские.
Этот Келвин поднимет восстание против полицейских. И скажет, что больше никогда не будет сотрудничать с полицией… – И если меня убьют в перестрелке, то ладно, пусть убивают… – А потом он воскреснет из могилы и возглавит Спенсермэнов…
Еще Брежнев дал официальное разрешение на контрабанду калашниковых за границу для восстановления баланса, чтобы и у противников были такие дальнестрелы. Какая благотворительность в пользу контрабандистов! «Что-то они нам свои огнестелы не привозят и на блюдечке с голубой каемочкой не поставляют», – думали все.
Наши преступники не любили Никиту Кривогора, отца Маши-гидры, контрабандиста калашниковых, он был новеньким и не спонсировал их операции. У единственной дочери Владимира Нагорбова Ариадны была внешность типа «доярки». И только Келвин Спенсермэн-старший знал, какой это хороший тип внешности, отец типа «медведя», а дочь типа «доярки». И только с Владимиром Келвин-дед обменялся контактами и собирался в дальнейшем вести дела.
Владимир был правильного типа оружейных контрабандистов, он был «медведем». Именно за его контактами в 2003 году приехал Келвин в Россию…
Именно за этим приехал Келвин Спенсермэн летом 2003 года, за контактами Владимира, друга-контрабандиста будущего, постоянного и неизменного партнера. Друга по жизни и по контрабанде… Но главное – искать правонарушения Эдама, подписывать на всех уровнях и потом официально, после всех разрешений скидывать на Эдама все свои преступления по контрабанде ружей за последние двадцать лет, и на Элен… Как и говорил ему его оракл…
А мы в компании американцев все время пытались разобраться, что правда, а что нет.
Клан Келвинов Спенсермэнов: «зайцы» и «кролики»
Эдам Хейсонд очень часто в Америке нарушал правила, и Келвинов Спенсермэнов отправили в 2003 году в России смотреть за ним, искать нарушения и потом наказывать. Эдам тогда бы не приехал в Россию за мелкой сошкой. Он приехал за крутыми автоматами.
Клан Спенсермэнов состоял из двух веток – «зайцев» и «кроликов». У Спенсермэнов своя иерархия, свои принятые и отверженные. И все родственники между собой. Наши Келвины были двоюродными братьями и сестрами. «Зайцы» и «кролики» перемешивались – если Спенсермэны проштрафивались, то их отправляли к «зайцам», а если наоборот, то к «кроликам». «Зайцы» в «кроликах» наращивали кровожадность, учились беспощадно убивать, а «кролики» наоборот отмаливались, уходили в монастыри, били себя плетьми. Потом их опять перемешивали…
Дед-Спенсермэн отказался от родного брата, старшего, и того прилюдно линчевали полицейские. Он сам отдал его полицейским. Он его обманул… Старший брат знал, что нельзя так много людей есть. Что кровожадность быстро наращивается.
Поместье Спенсермэнов находилось на западе Южной Каролины и занимало два гектара. Поместье было в пустыне… Здесь были несколько огромных и дорогих домов «кроликов» и необустроенные хижины «зайчиков». В поместье была своя гигантская лягушка, которую кормили Спенсермэны полицейскими, детьми полицейских, другими преступниками из противоборствующих кланов и прибегали к ее помощи, когда надо было пополнить казну – лягушка приносила им деньги. Это была одна из самых старых лягушек планеты Земля. На многих поместьях преступников жили такие лягушки, и этим можно было объяснить их богатство…
Поместье было недалеко от завода по производству оружия, который Спенсермэны периодически грабили, сотрудничали с сотрудниками завода, перехватывали поставки оружия, регулярно грабили вагоны с оружием на трассе неподалеку от своего дома.
В 2003 году в Россию приезжало две девушки Спенсермэн. Обе принудительных трансвестита, одну Симону сделали трансвеститом свои, но проституткой она не была, а другая Амелия начала принимать клиентов, и ее тоже решили на семейном совете сделать трансвеститом.
У Спенсермэнов было три Келвина. Имя Келвин еще надо было заслужить. Имя Келвин носил дедушка – старший из Спенсермэнов, молодая девушка Симона, принудительный трансвестит, тоже получившая после трансформации имя Келвин, недавно ставшая парнем, ей дали это имя под будущее, и молодой уже уехавший шестнадцатилетний Келвин, который когда-то возглавит их клан. У них даты рождения были разные. Келвин – это было имя их клана. Имя Келвин носил и главный в их клане сейчас…
– Но его на самом деле зовут Рональд, – немного с презрением фыркнула Симона. – Он носит имя Келвина, пока возглавляет клан. – Значит, клан сейчас возглавлял Рональд, и настоящее имя деда-Спенсермэна тоже было Рональд.
Через границу в клетке повезли зверя-собаку Спенсермэна, который уже представлял себя быком.
Одной из ошибок Спенсермэнов было решение всех родственников оставлять в клане, никого не отпускать. Поэтому в клане оказывались и отступники, и вырожденцы… Тех, кто хотел оставить мир преступный и жить другой жизнью, Спенсермэны просто кормили опухолями…
Клан Спенсермэнов ввел правила подсчета очков: за каждый выстрел или серьезный удар бойцу начисляли очки, и чем больше очков было у преступника, тем более высокий пост он мог занять в иерархии своей банды. И все теперь вспоминали время, когда не оценивался каждый выстрел… Попасть в копчик и отстрелить ноги считалось особенным шиком.
После правил семьи Спенсермэнов резко увеличилось количество инвалидов. Все стремились отстрелить позвоночник и заработать наибольшее количество очков. И чем моложе был подстреленный, ставший инвалидом-колясочником, тем больше очков получал стрелявший.
Правила семьи Спенсермэнов хотели распространить на мирное население, но решили не возводить преступников в абсолют.
Спенсермэны славились тем, что были беспощадны по отношению к своим свидетелям. Они вели дела с братьями из Венесуэлы, поставляли им оружие и были с ними долгосрочными партнерами…
С тех пор как ввели правила Спенсермэнов, никто не хотел лезть круто, там и расщепление личности, и принудительная кастрация. Как говорили Спенсермэны – стать мужчиной – это стать убийцей, начать убивать… Убивать полицейских… «Кролики» не заводили своих детей, а усыновляли детей полицейских, или детей коллег по клану. В восемнадцать «кролики» добровольно становились кастратами до конца дней и получали к этому солидную сумму на бизнес… Если ты уже занимаешься оружейным бизнесом, то в третьем поколении ты принудительно получаешь таблетку расщепления личности и растишь в себе монстра. Так Спенсермэны сделали для своих подопечных намного больше, чем все полицейские вместе взятые. Как только преступники стали растить в себе монстров, так тут же захотели завязать с преступностью… Расщепление делают, чтобы не было сильных искажений личности от убийств. А полицейские пытаются приручить монстров, которые преступники в себе растят, рожают детей, чтобы преступникам было, кого убивать…
Спенсермэны открыли гермафродитов, тех, кто пил таблетки и становился то мужчиной, то женщиной.
Спенсермэны разрешили каждому преступнику в третьем поколении делать расщепление личности. Спенсермэны говорили, что это очень удобно, одна личность убивает, а другая ничего потом не помнит. И можно нормальным человеком оставаться и нормальное впечатление на окружающих производить. Много убивать можно только на расщеплении личности. Самое страшное потом сцепить две половинки и понять, что все эти убийства совершил ты. Американцы любили забвение – забывать свои убийства… Большинство преступников покупали себе забвение, чтобы не помнить свои убийства.
Только где столько жертв найти? В Америке нашли выход – они убивали негров. Придумали еще восставать из могил… А так и убийства как бы нет, человек восстал из могилы. Полицейские заводили детей на убийства. А потом мстили за них…
Иногда в одном теле жило три человека, и все абсолютно разные. И все нормальные, но проснулся один и такого натворил, что сказать страшно. И таких расщепленных много, каждый второй убийца расщеплен.
Раздвоение личности было у Элен, Морген, Иры Штоляровой, даже детдомам сейчас прописывали раздвоение – оно ждало и Ясю…
Откровения Спенсермэнов. Имена
Летом 2003 года Спенсермэны разоткровенничались с Ариной, рассказали ей самые страшные свои преступления, которые никак не могли забыть… Преступники так иногда делали…
Рональд убил младенца на глазах у его матери и видел ее глаза – и этот момент он никак не может забыть. И сказал ей, что если она съест своего ребенка, то он до конца дней свернет ей кровожадность. Одна отказалась, а другая ела. – Он меня заставил, – сказал Рональд с ухмылкой, показывая на деда. – А потом я дал клятву, что женюсь на этой женщине. И отдал ей своего ребенка… – У него был ребенок от суррогатной матери. За сердце этой женщины боролись он и еще полицейский, а она была дочерью честного судьи, который однажды справедливо засудил Спенсермэнов.
Все знали эту историю, как Рональд убил этого судью, ее отца… Один преступник обещал сделать его дочь проституткой и убить его внука, а Рональд обещал на ней жениться… Если у Рональда все получилось бы с этой девушкой, то он сложил бы себе судейскую мантию…
А младший Спенсермэн все переживал, что они вместе с девушкой хотели убить и съесть котенка. И девушка накинулась на его лапку, а он боялся признаться ей, что тоже хочет съесть лапку котенка. А потом он сказал ей, что котенка сначала надо уби ть, а потом уже есть. И убил… Его так дедушка учил. Когда он это рассказывал, старшие Спенсермэны весело смеялись. Но ему было только шестнадцать…
– Видишь, какой он, из хороших, «зайчиков»… А будет он, – говорил дед о шестнадцатилетнем Спенсермэне улыбаясь, – новым главой клана…
Еще один Спенсермэн рассказывал, как спалил судью заживо и смотрел, и даже забвение себе не купил… И всегда это помнил… Как его мучили кошмары, как тот судья кричал…
Спенсермэны сейчас искали дочь деда – двадцать лет назад он положил сперму в полицейском участке, и одна из полицейских ему родила… Дочь Спенсермэна-старшего сейчас работала где-то в полиции в Майами…
Дед Спенсермэн говорил о Владимире Нагорбове:
– Видишь, влез в «чистый разум»… Мир к этому еще не готов… но нас это не волнует. Владимир далеко зашел и долго держится, а нас это устраивает. Он нам подходит, а разбираться со своими проблемами он будет сам. Но мы с ним работать можем…
– Ты любишь загадки? Хочешь, я загадаю тебе одну? – то ли спрашивала, то ли утверждала Симона. Сегодня она была в женском теле и поэтому доброй и счастливой. Когда она была в теле мужчины, то так злилась, что могла выкалывать глаза котятам или щенкам или убивала птиц. – Моего старшего брата зовут Рональд, но дедушка называет его Рональф, Энтони – Роквальд, а я называю его Бональд. Старший Келвин называет его Сональд. Почему?
Старшим Келвином она называла Келвина из «кроликов», сорока трех лет. Шестнадцатилетний Келвин был из «зайчиков».
Мне дали алфавит, и я стала думать.
Оказалось, что каждый член семьи Спенсермэнов получал какую-то букву в имени родственников и менял эту букву на следующую или предыдущую в алфавите, или на букву через две или три и т.д. Поэтому все называли Рональда по-разному, и никто из окружающих на самом деле не мог понять, как его зовут. Чем больше было достижений у члена клана Спенсермэнов, тем больше букв он мог пропустить, правила менялись каждые десять лет. – Только дедушка мог пропускать три буквы, он убил продажного полицейского, – рассказала мне Симона. – Но мог пропустить и две…
Иногда «кролики» букву увеличивали, а «зайчики» уменьшали. Или наоборот. Келвин Сональда называл Квональдом. В именах они иногда «зашивали» важные слова…
– А документы… У нас у всех несколько разных комплектов. Мы их покупаем, но есть свидетельства о рождении, которые хранятся в сейфе в поместье у дедушки, там указаны наши настоящие имена. Наш оракл сказал тебе это рассказать. А я переворачиваю буквы, потому что я стала мужчиной.
Каждый с какой-то буквой имени, для него определенной, выполнял конкретные действия. Эти действия регулярно менялись. И эти действия тоже что-то значили.
Имя они записывали в судоку как в кроссворд и делали свои манипуляции – три буквы влево, две вниз, пропуская гласные. И каждый в клане записывал имя в судоку по-своему, по старшинству в клане, по кругу.
Теперь Спенсермэны играли в кораблики. А нам говорили столько всего разного, что мы и не стремились разобраться.
Спенсермэнам посвящается
Чтоб вы сами растили в себе монстров, расщепляли себя и ставили эксперименты со своим двойником, на что способен он, а на что вы.
Чтоб вы сами мочу каждый день нюхали… И кал убирали за своими родственниками, которым по вашим правилам ноги отстрелили…
Чтобы вы сами памперсы себе меняли и под себя ходили…
Чтобы вы сами стали инвалидами по своим правилам…
Чтоб вы с женщиной в постели оказаться боялись и сказать ей тихо на ушко: – Я кролик.
Чтоб вы сами были то девочками, то мальчиками… И всегда боялись зайти в разные туалеты.
Чтоб вы сами свою кровожадность получали по иерархии, а потом на людей кидались и жить нормально не могли…
Женя Будницов
***
Нашли, кого так просто не убить и протянули через всех убийц. Арина все лето 2003 была на препаратах. Остальные выбрали не помнить, что было в Краснодаре тем летом. И никто больше ничего вразумительного сказать не может о том периоде. Райли долго держался. И если Арина не даст свои показания, то этот период просто похоронят. Или Арина, или никто. Арина знает больше преступников, чем любой среднестатистический свидетель.
Работорговля в России затухала, и все работорговцы хотели, чтоб она затухла тихо… Поэтому массово хоронили свидетелей… Поэтому мне было так сложно.. Казахстанцы хотели сделать все, чтобы не оставить свидетелей вообще, а таких, как я, в частности… «Отец» Эдама похоронил очень много ключевых свидетелей, и в этом была его фишка. Поэтому тогда Эдама отправили в Россию…
Казахстанцы очень не любят крутых «баптисток», женщин почище в рабство продавать и в свидетели брать… В этом они ошиблись и были наказаны… Даже если я и не была таким серьезным, опасным для Казахстана свидетелем, то я им стала, когда мне показали принца Халима, братьев и «маму»…
Самое главное, что Эдам и Ко сделали летом 2003 года – это передали контакты работорговцев в Литву… Рабство в Литве тоже не прижилось тогда. Американцы поставили часы на десять лет…
Часть 3. Те самые полгода
Моим пузырикам посвящается
Арина Симоненко
Бегуны
Пузырики… И те несколько мгновений, которые они вдыхают огненную лаву и она растекается по их венам, пока они умирают в муках, те несколько секунд они выдыхают кислород из своих легких, иногда с частицами своей крови, они создают кислород на этой планете! Каждый только несколько коротких секунд, только несколько кислородных былинок-шариков… Умирают с пользой для атмосферы…
***
Тогда ставили эксперименты над молодежью, только достигшей совершеннолетия… За счет бегунов выбивали научно-технический прогресс, их прописали на много лет вперед.
Арина – человек бегущий – это заказ Казахстана. Были те, кто за Арину в «бегунах» хорошо платили, и это работорговцы. Казахстан стал собирать подписи по всему миру, что можно отправлять в «бегунов» верхи научного списка. Это было нарушения, но если собрать необходимое количество подписей, то все можно…
Так Арину Симоненко, одну из первых строчек списка научных достижений века, конечно же, отправили в «бегуны», собрав подписи, прикрыв явное нарушение очередным «плащом»… Прикинь, как можно! Работорговцы всем хорошо заплатили. Они платили даже из своих, работорговцам много не надо, лишь бы на героин себе хватало… Байсек дал всем, чего им больше всего не хватало, за Арину в «бегунах» предлагали большие блага…
Через «бегунов» все свои проблемы решают. Для цивилизации они уже не очень нужны… Туда отправляют свидетелей, не давших показания, например. Президент мог поставить вето на Арину, вершину списка науки, но он только вступил в должность и получил от Байсека сына, а он так хотел именно сына…
До этого ставили голосование, чтобы полностью отменить «бегунов», так большинство жителей планеты Земля проголосовало «за», им же надо отмаливать убийства и жертвоприношения.
Мама Арины Симоненко говорила, что ее нельзя в бегуны, но было не достучаться. – Хотят убивать – пусть убивают! – сказала мама Арины. – Посмотрим, что из этого выйдет…
Никто не хотел сильно вмешиваться…
Появились хранители: – Представляете, сколько ритуальных убийств можно отмолить на звезде такого уровня, как Арина Симоненко? Сколько убийств маленьких негритят? Какая тема – отправлять в «бегунов» вершины списка науки!..
Видя, как ее пугали, решили пугать ее по полной, чтобы больше не допустить таких мучений, закончить «людей бегущих» на Арине…
***
Меня тогда отправили в «бегуны», а дочку Виолетты Генриховны достали из «бегунов». Меня отправили вместо нее. Меня бы и без Даны отправили в «бегуны». Бесплатный английский прилагался к контрабанде калашниковых. А это еще тот атас.
За меня всегда хорошо платил Казахстан. Наступило третье февраля, и надо мной опустилась плаха. Из «бегунов» редко выходят живыми, но здоровыми по психиатрии не выходят никогда.
Я уже была «бегуном», и моя жизнь звучала примерно так:
– Привет. Сука. Как дела? Паскуда. Идешь сегодня в универ? Блядь…
И так с утра до вечера, психика «летела», и нервы сдавали… И так я пыталась учиться, ездила через весь город в университет, потом на работу промоутером, я была «затуплена», как все свидетели, пыталась разобраться, что вообще происходит… Но меня все равно таскали по всем американским встречам, дома отсиживаться тоже плохо, тогда дают галлюциногены и можно броситься с балкона вниз головой, когда «тебя зовет земля», и галлюнов в моем случае хотели максимально избежать.
Я по проколам N2D2, хорошие проколы, стабильная, железобетонная психика, что хорошо ложится на серьезных свидетелей. За год до «бегущего человека» меня отправили в лаборатории на проколы, с одной стороны Казахстан, с другой – врачи и мои преподаватели, желающие сохранить мне жизнь. Всех «бегунов» прокалывают, всегда оставляя возможность суицида. «Иди дальше» – мой самый главный прокол, постоянная жажда развития.
В феврале Шерил подарила мне телефон. Мой украли на паре, когда начался мой «забег»… После нашей встречи Шерил прислала мне эсэмэс, как ей понравилось со мной гулять… Как говорили верующие американцы, когда ты делаешь доброе дело, хороший поступок, то совершаешь его для себя, потому что начинаешь лучше себя чувствовать. Делаешь это для собственного морального удовлетворения, типа, «какой ты классный, добрый и хороший». На самом деле в том телефоне была прослушка…
Полицейские говорили, что мне просто не повезло. Я попала под колеса системы. Родилась в неудачное время. Меня в девять лет отправили в свидетели работорговли. И с тех пор моя жизнь часто была на волоске… Меня часто хотели убить, пока президент не подписал указ об окончании работорговли. И тогда все решили, что я точно умру… В эти полгода. Когда убивали ключевых свидетелей…
Нарастили холодные сердца с принудительными трансвеститами, никого не жалко… Где-то надо останавливаться… Потому что на «людях бегущих» хорошо отмаливаются ритуальные убийства на энергетическом уровне, как раз американские съеденные негритята. А надо вовремя плохих королей снимать. В «шишку» влезли и попали…
Как говорила моя бабушка: – Вы не можете жить в идеальном мире, когда вокруг творятся такие беззакония… – Имея в виду работорговлю и разросшийся преступный мир…
И так как я знала и видела всех с пирамиды рабства Казахстана, то мне решили показать и всех с пирамиды Эдама Хейсонда. Его «папу-быка», который, конечно же, не был ему отцом…
Я в «бегунах», а жизнь шла своим чередом… Морген ходила беременной уже десять месяцев – шел одиннадцатый, рожать она не собиралась. В феврале, наконец, американцы сказали, что Эдам отправил Морген в Америку «рожать».
Таня Соснянская в этом году начала встречаться с программистом Лешей, как и предсказывал Джейк. Так она хотела подходить под легенду Джейка. Правда, ее Леша-программист был блондином, но она перекрасила его в брюнета. Она хорошо его подобрала – в очках, как положено. Так она убеждала всех, что именно она «маленькая жена Джейка». Она начала ходить на американские тусовки вместе с ним, заодно начала писать рассказы, как и должна была согласно легенде. Таня думала, что американцы прямо такие наивные. Если она будет подходить под рассказ Джейка, он приедет и женится на ней…
Весной в парке на набережной под кустом Таня в который раз лишалась с девственности со своим Лешей, а рядом американцы устраивали пикник. Американцы и русские с клуба, наверное, даже слышали ее стоны. Хорошо, что они в этот момент хотя бы предохранялись. Супертонкие презервативы вываливались у Леши из карманов штанов. Кто как расстается с девственностью, а наша Таня под кустом на виду у всей американской тусовки… В который раз за русских девушек в американской компании было стыдно всем.
В общем, Таня «купилась» на «сказки Джейка», «косила» под его «маленькую» жену, ходила-показывала американцам свои рассказы, напечатанные в местных газетах, пыталась писать. Но Джейк так и не «признал» ее и своей женой так и не сделал…
На Карасунах
Меня пригласила к себе Виолетта Генриховна, у нее в гостях была Джессика Рэбитс, которая сказала мне
– Да, сейчас… паскуда, – и она позвонила кому-то, – А я могу сказать ей, что ты убила дочку судьи?
– Да… Это Арина?
Как я поняла, клон Джессики звонил настоящей Джессике. И, повернувшись ко мне, клон сказал:
– Я в 2003 году убила и расчленила дочку судьи Машу… Сука…
Мне казалось, что американцы приезжали в Россию только убивать и расчленять наших. А потом Джессика пришла к моему подъезду угрожать из пистолета, опять «калечить» психику…
***
У Николая Второго был племянник, сын его брата, который женился на турчанке и уехал из Российской Империи. Там он пережил революцию, имел детей. В Турции они переждали две мировые войны, обеднели и решили семьей вернуться в Россию. Мать Маши вышла замуж за ее отца – адыгейского оружейного барона… Так потомки царской семьи перешли в преступный мир…
Апрель был у американцев месяцем жертвоприношений. Они приносили жертвы свои богам. В апреле 2004 я была в «бегунах» уже третий месяц, а Эдам готовился убивать адыгейку Машу… У американцев убивало сразу несколько человек, чтобы запутать следствие и разделить ответственность… В конце апреля убить и линчевать Машу специально пригласили Натана… Его вызвали, потому что он один из немногих, кто мог убивать королевских особ…
Маша с младшим братом сделала аудио и видео записи, как Эдам и Ко занимался контрабандой оружия, она давала против них показания… Эту запись она хранила, как гарантию у родителей. И сделала одну копию, отдав ее знакомому полицейскому Георгию Семеновичу Зайцеву… На ее бедре было родимое пятно, этот знак искал Эдам, ее он должен был пытать и это был следующий шаг на его пути…
Маше в январе растворили раковую опухоль головного мозга, которая быстро росла и вызывала сильные головные боли, сказали, что дали катализатор, а потом на самом деле дали. Уже в конце марта-начале апреля она страшно мучилась головными болями… Американцы играли в кошки-мышки, и Маша проиграла Лене Ситоковой. Машу пригласили на склад к Эдаму на ритуальное убийство, сказали, что там после пыток дадут противоядие. С одной стороны это был подвал с лестницей вниз, но этот подвал переходил в склад с выходом, значит, был расположен на холме…
Маша пришла к Эдаму, когда головные боли стали совсем невыносимыми:
– Пытайте. Убивайте. Так жить больше невозможно! Невозможно терпеть такую боль!
Маша думала, идя к Эдаму, что ее немного помучают, а потом дадут таблетку-противоядие от рака, и она уйдет. Как в прошлом году думал семилетний Саша-колясочник, идя к Майклу, что он после пыток сможет ходить. Но нет, здесь не отпускали.
Ее пытали около двух недель в каких-то складах Эдам и Морген, а потом убил Эдам…
В марте ее пропустили через гарнизон солдат, спортсменов. Ее, девственницу, жестоко насиловали… Сначала она ничего не помнила, потом на пятках начала вспоминать…
***
На пикник к Ясе мы ездили два дня, 22, а потом 24 апреля, и я даже брала сменную одежду и там переодевалась.
Двадцать второго апреля на пикник к дому Яси приехали Шерил, Тюши и Олеся. Мы уже недолго были у Ясиного дома, когда подъехали Егор, Натан и девушка Женя…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?