Текст книги "Поцелуй огня"

Глава 24. Непредвиденная неприятность

Стражники, втолкнув нас в каморку, закрыли за нами дверь. И тут же я почувствовала очень болезненный щипок ниже лопатки. Зашипев от неожиданности, я отскочила, а трактирщица взвизгнула, словно это я ее ущипнула, а не она меня, и затрясла правой рукой, дуя на пальцы. Они явственно покраснели и вскоре распухли, покрывшись волдырями, будто женщина схватилась за раскаленный уголь.

– Тебя предупреждали не распускать руки, баба неугомонная! – рявкнул из-за двери оставшийся в охране чернорясник.

Следят! Но как, как они заметили? Магия, безусловно, но какая? Или среди чернорясников есть не только огненные маги? Или чертов Седарт успел поставить на меня очередную метку? Без своей силы я даже это не могу отследить!

Насчет оскорблений никто Сваргу не предупреждал, и, замотав пальцы платком, она сыпала ими безостановочно. Я представила, что это комариный звон и не обращала внимания, пока обследовала нашу хлипкую тюрьму. Одна из досок весьма ощутимо сдвинулась под моей рукой, но я тут же отступила, дабы не привлекать внимание вредной тетки. И устроилась на солому, сваленную в этом же углу. В бедро уперлось что-то твердое. Ого, сюрприз!

Я уже было разочаровалась и в людях, и в магах, и в ведьмах (Зарейна, предупреждать надо!), но в клетушке с щелью вместо окна нас поджидал подарочек: припрятанные под двумя охапками соломы свертки с нехитрой снедью – завернутые в луковые перья щедрые, толщиной в два моих пальца, куски мяса между двумя ломтями хлеба.

И кувшин воды в третьем углу, прикрытый чистой тряпицей. Там же  нашлись две глиняные кружки и две медовые, обсыпанные орехами булочки. Ай да хозяин! Позаботился о пленницах, когда клетушку от инвентаря освобождал!

Обе сдобы сграбастала Сварга, умолкавшая только на время глотания пищи. Ну и ладно, стройнее буду, Зарейна спасибо скажет… наверное.

Я успела и перекусить припрятанной в моей охапке едой, и поразмышлять о том, что где-то я сошла с прямого пути фрейры, где-то зачерпнула грязи, раз судьба кидает меня из огня да в полымя.

Тут ведь как… Если масло в лампе чистое, то и огонь светит ровно. Если фитиль в свече без примесей, то и не трещит, сгорая.

Где я ошиблась? Где оступилась с Огненного пути?

Я перебирала в памяти события последних дней и, наконец, нашла точку, когда удача от меня отвернулась. Столкновение с Первым вайром. С этого момента всё и пошло наперекосяк. Мне тогда удалось уйти, и всё еще можно было исправить. Но я не поняла предупреждения и сама себя столкнула в бездну , когда свела метку вайра на бродячего, ни в чем не повинного кота.

И это привело к гибели несчастное животное. И к его рабскому посмертию. Ведь фамильяр зависит от хозяина и его магии, пока жив его создатель.

Кстати, почему Первый вайр как-то не очень уверен в том, что именно он создал фамильяра? Что за странности?

Я уже начала задремывать, когда обнаружила, что тетка заткнулась и тихонько всхлипывает в своем углу, спрятав лицо в сгибе локтя.

– Послушайте, уважаемая мейси, – обратилась я к ней. – Мне искренне жаль, что так получилось, но дело в том, что я страдаю провалами в памяти.

И ведь правда страдаю. Сильно. Как было бы здорово помнить всё о моей прошлой жизни, а не довольствоваться обрывками и странными снами!

– Страдает она! – тут же зашипела змея. – Это я страдаю! Меня муж так избил за то, что не уследила за зеркалом, до сих пор синяки не сошли!

Не может быть. Чук? Не верю. Да он и мухи не обидит!

Видимо, это прозвучало вслух, потому что тетка торжествующе завопила, наставив на меня палец:

– Ага! Призналась!

– В чем? – возмутилась я. – Я правда ничего не помню. Ни вас, ни как и почему у вас остановилась, ни когда и как ушла. Это у меня с детства бывает.

А что, двадцать лет в моем мире – еще почти детство…

– Пятнадцать золотых! – всхлипнула тетка. – Муж не хотел покупать то клятое зеркало, я настояла, говорила, что столичные штучки оценят, только у нас останавливаться будут, вернем потраченное сторицей!

– Может, это горничная разбила, а на меня решила спихнуть?

– Не может. В лучших гостевых номерах только я прибираюсь, этих неуклюжих дур даже близко не подпускаю!

– Это точно была я?

– Я еще не ослепла! Одежда другая, но точно ты! И ты мужа моего вспомнила. Еще бы не вспомнила, глазки ему строила, дрянь такая! И ведь ты вперед за комнаты оплатила, деньги у тебя точно есть, можешь не врать, что нет.

Прозорливая, однако. Только хотела ей сказать, что денег нет, но вы держитесь… А сама себе пообещала, что найду Зарейну и возьму за горло, пусть расплачивается, если виновата! Нам, ведьмам, надо, чтобы обычные люди были к нам лояльны, а не это вот всё.

Слово за слово, Сварга рассказала о “моем” визите в их трактир. Но я слушала и недоумевала: получалось, что Зарейна раздвоилась! Не могла она прожить в трактире неделю и одновременно беседовать со мной через зеркало, ожидая меня в той деревушке, куда она провела нас по Зеркальному пути! Или могла? Расстояние тут не слишком большое…

Стукнул засов, мы дружно спрятали в солому остатки трапезы, в каморку заглянул чернорясник и махнул рукой Сварге:

– Идем, мейси, сиятельный Седерт ждать не любит. А ты, мей… – маг мазнул по мне темным взглядом. – Готовься. Умойся хотя бы.

Я мелко закивала и ощерилась в глупой улыбке.

– Не прикидывайся, мей, – усмехнулся чернорясник. – Для дурочки у тебя слишком гладкая речь.

И, взяв под локоток тетку, вытащил ее из каморки и захлопнул дверь. Заскрежетал засов, полыхнуло заклинание, и причитающую женщину увели. Хлопнула еще одна дверь, и снова потянуло магией печати. Если бы тут оставался еще один охранник, то вторую дверь запечатывать ни к чему, не так ли?

Не теряя времени, я нажала на шаткую доску, и она охотно сдвинулась. Будь я в своем родном теле, с трудом, но пролезла бы, а тело зеркальной ведьмы было слишком пышным. С другой стороны, все бабы – кошки, а у кошек всё просто: раз протиснулась в щель голова, то пролезет и хвост!

Я подергала и расшатала соседнюю доску, прислушиваясь, не поднялась ли тревога, не сработала ли магическая печать. Тихо. Расширила щель, просунула голову… и мой взгляд встретился с наглыми зелено-рыжими глазищами огненного фамильяра.

– Кыш! – неуверенно сказала я.

Кот скептически фыркнул и зевнул, демонстрируя всю глубину презрения.

Я сцепила зубы, чтобы не выругаться и попыталась пролезть в отверстие. И застряла, не рассчитав широту своей новой натуры. Доски так сильно сдавили, что я с трудом могла дышать.

Ну всё, пришла моя погибель.

– Мряв! – брезгливо тряхнул лапой кот, поднялся, выгнув спинку и потопал на свободу. Я с завистью смотрела, как исчезает в зарослях сорняков его пушистый рыжий хвост.

Больше с моего ракурса ничего и не разглядеть: настолько высоко вымахала густая трава. Странно даже. На заднем дворе, куда должна выходить стена пристроя, обычно каждая пядь используется, а тут такая щедрость. И пожароопасность…

Кот почему-то вернулся: его голова высунулась из травы, а в зеленых глазищах явственно читалось недоумение.

– Мяув? – спросил вайров фамильяр.

– Застряла я, не видишь разве? – буркнула я и снова попыталась вырваться из деревянного капкана. Платье ожидаемо треснуло, занозы впились в голую кожу, и я зашипела не хуже кошки.

А кот, сволочь такая, решил добить: воспользовавшись моей полнейшей во всех смыслах беспомощностью, он нагло запрыгнул на мой загривок, добавив острейших ощущений от когтей!

Но заорать я не успела: едва набрала воздуха в грудь, как высокие стебли травы снова колыхнулись, и перед самым носом появилось еще одно препятствие в узорчатых сафьяновых сапогах, которые могли себе позволить только богатые аристократы, и в черном плаще из роскошного хирванского шелка, самоочищающегося от пыли, грязи, травинок и залетных учеников, судя по рассказам о моей жизни из уст зеркальной ведьмы, получившей мою двухдневную память.

Подняв глаза, я полюбовалась на светящиеся алые точки, сиявшие во тьме накинутого на голову вайра капюшона.

– Здрасьте, – со всем обаянием бывшей огненной ведьмы улыбнулась я.

Все равно деваться некуда. Обложили со всех сторон. И гробик деревянный захлопнулся. Почти. Вон, как его занозистая пасть в ребра врезалась.

– Вам помочь, мей?

– Ой, спасибочки, благородный сэй! Благослови вас Предвечный за бескорыстную помощь простой селянке!

Куда он дел перевязь с мечами? И знака вайра почему-то не видно. Потерял? Разжаловали?

– Закройте глаза и ничего не бойтесь.

Я послушно зажмурилась. Услышала лишь щелчок пальцев и взмяк кота, исчезнувшего с моего загривка. Сквозь неплотно сомкнутые веки видно было, как вокруг полыхнул магический огонь.  Державшие добычу доски явственно спружинили и вытолкнули меня наружу!

Я вылетела, как пробка из бутылки, с характерным “чпок”, и причем никаких препятствий на моем пути почему-то уже не возникло: пушечным ядром я пробила брешь в зарослях сорняков, а когда земное тяготение победило, рухнула и оглянулась, не веря глазам: огненная вспышка не причинила ни малейшего вреда постройке, более того, доски сомкнулись, словно и не было дыры в стене.

Долго любоваться мне не дали, вздернули как мешок с картошкой, и поставили на ноги.

– Не поранились, мей?

– До свадьбы заживет, благодарствую. Ну, я пойду, господин, дела у меня, извиняйте…

– Далеко идти собрались? И куда? – голос Арнара стал невыносимо ироничным.

– Да вот… тудаточки, – широким жестом обвела я три из четырех сторон.

Кот, сволочь рыжая, сидел на четвертой стороне у заросшей стеночки и со смаком вылизывался.

Вайр задумчиво проследил за моей рукой, за котом, но по-прежнему стоял и загораживал мне весь белый свет!

– Что же вы, мей. Не дождались, забыли о договоренностях. Крадучись, с заднего двора… Передумали? Получили временную искру дара и бежать решили?

Я опешила. О чем это он?

– Простите? Какую искру?

– Как ваше имя, мей?

– Зачем вам? Тоже в постель звать будете?

Вайр дернулся, скрестил на груди руки и процедил:

– И кто вас звал?

– Да вот, из ваших же кто-то приехал часа два назад, важный, в таком же плаще. Сапоги, правда, получше… Я-то думала, благородный вайр, слуга Пламени, а он… Приказал явиться к нему после обеда и заработать монету, затейник!

– Как он выглядит? – поинтересовался Первый вайр, и я с мстительным удовольствием описала ему Второго, белобрысого Дуботолка. Боюсь, себя красавчик Седерт вряд ли бы узнал.

– Достаточно, – вскинул руку Арнар. – Это недоразумение, я разберусь, мей Верейна. Вас ведь так зовут?

Обознался! – возликовала я. Принял за другую! Даже не за зеркальную ведьму Зарейну, счастье-то какое!

Я осторожно кивнула, так, чтобы и на кивок не слишком было похоже.

– Я узнал вас, мей, мне передали ваш портрет и инструкции. Я королевский посланник, которого вы ждали в этой гостинице.

– Тоже мне, гостиница! – фыркнула я, войдя в роль. – Сарай с клопами!

– Мы не будем задерживаться здесь ни одной лишней минуты.  Теперь я понимаю ситуацию. Вы собирались бежать, спасая свою честь. Хорошо, что мой фамильяр привел меня к вам в самый нужный момент. Вам больше ничего не грозит до самой столицы, положитесь на меня.

“Это смотря кому нужный момент!” – вздохнула я про себя.

Что ж, придется воспользоваться заблуждением вайра и… его покровительством. Он принял меня в новом облике за какую-то Верейну и явно получил приказ оберегать девушку. Странно, конечно, зачем королевскому посланнику деревенская простушка? Да еще и с именем, подозрительно похожим на имя зеркальной ведьмы. Ох, как мне всё это не нравится!

Но это не мое дело. Через сутки с небольшим ко мне вернется мой родной облик, и мы опять расстанемся, мой ловец.

Глава 25. Вайр идет по следу

За исключением обстоятельств моего рождения, я всегда был баловнем судьбы. А если учесть, что сих обстоятельств я, разумеется, не помнил, а знал только по рассказам учителя, то моя избранность баловнем никогда не подвергалась сомнению. Мной, во всяком случае. Эту уверенность не могли поколебать ни суровые условия монастырского житья с семилетнего возраста, ни изнурительный физический труд, ни тренировки до изнеможения, ни скудный паек, ни строгость воспитания и обучения. Это все ничтожные препятствия на пути служения Предвечному.

Но как бы ни было тяжело, у меня был бесценный дар, лучшие книги и оружие, лучшие учителя и лучший наставник из возможных. Разве мог я сам не стать лучшим? Самым сильным из вайров, хотя и самым молодым паладином в тайном ордене. Мой путь к вершинам власти в Синоде не знал поражений, а удача всегда была на моей стороне.

Сегодняшнее утро стало потрясением. Как будто судьба решила отыграться за все незаслуженные мной дары!

И дело не только в сбежавшей ведьме, дурачившей меня столько времени.

Попрощавшись с учителем и дождавшись, когда явится стража и арестует хозяина притона, я поспешил обратно в крепость паладинов. Мой верный Гир был привычен к вливанию магии через “огненную плеть”, потому добрался я гораздо быстрее, чем если бы путешествовал с “учеником” (чтоб ее, эту ведьму!).

А по приезде выяснилось, что мой верный враг и завистник Седерт вопреки однозначному приказу оставаться в герцогском замке, покинул его, забрал арестанта и самолично отправился с ним в столицу! Причем, раненого парня повезли не в арестантской карете, как положено, а верхом на лошади, чтобы сократить путь.

Видит Пламя, это показное пренебрежение приказом стало последней каплей в котле моей ярости. Чтобы не испепелиться самому, я просто вынужден был выплеснуть излишки силы во что-то более рациональное, нежели спалить к выхухолям того же герцога Винцоне, хотя его племянник и наш король Ульвег был бы рад устранению врага.

Клянусь, в мои намерения не входило прибегнуть к запретной магии (любое использование мертвых существ и потусторонних сил запретно!) и пробить Огненный путь.

Так получилось. Стечение обстоятельств.

Фамильяр не вовремя под руку подвернулся, а он, как известно, уже не совсем живое существо.

Рыжик свалился прямо в седло, когда я несолоно хлебавши уже выезжал из ворот крепости, и огласил округу истошным “Мяу!”.

Вздыбленная шерсть полыхала протуберанцами, зеленые глаза сыпали искрами, хвост торчал даже не трубой, а знаменем! Никаких сомнений, что кот в полнейшем ужасе. Но что могло его, уже неживого, так напугать? Не моя же ярость, в самом деле. Тогда он бы держался от создателя подальше… И вообще не появился бы. Фамильяры обычно являются только на зов создателя и исчезают сразу как исполнят задачу, ради которой были вызваны. Но Рыжик получился явно не обычным фамильяром.

– У тебя-то что случилось, Рыжик? – спросил я, направив коня в сторону главного тракта. – Напугал кто?

– Мяур! – снова заорал он, подскочил и в гигантском прыжке перенесся вперед на бросок копья. Оглянулся и, вспыхнув ослепительным шаром, через миг снова оказался передо мной в седле.

– Не понял. Откуда у тебя такие способности? – я попытался погладить кота – и его успокоить, и самому успокоиться, но рыжая скотина проделала тот же маневр – перескочил на несколько метров. Он явно чего-то от меня добивался! Чтобы я поторопился? Мыслимое ли дело – разумный фамильяр!

– Иди ко мне, – приказал я, пришпорив коня.

– Мяуууу! – завыл кот. Снова запрыгнул в седло и поскреб лапой карман, в котором было разбитое зеркальце.

– На что ты намекаешь?

Ярость как-то сама собой утихла, зато начала нарастать тревога. Еще несколько манипуляций фамильяра, и до меня стало доходить, что его состояние как-то связано либо с зеркальной, либо с огненной ведьмой.

Вот тогда-то я и решился на создание Огненного пути с посредничеством фамильяра и с привязкой к той крохотной искорке, которую я успел метнуть в спину сбегавшей фрейре (или той, кто уже была в ее обличье).

Путь привел меня в маленькую избушку со следами спешных сборов. Кстати, долг ведьмы передо мной вырос: в печи я нашел полусгоревшие остатки моей любимой рубашки! А ведь именно на нее я посадил свой крючочек.

 В деревеньке я надолго не задержался, допрос соседей мне ничего бы не дал. Мы с фамильяром проследили путь двух ведьм до развилки дороги, где их пути разошлись, и я, снова открыв Огненный путь, на миг задумался, за кем мне идти, чтобы не ошибиться. Кто теперь из них двоих – моя огненная зараза?

Рыжик выбрал за меня: прыгнул в пылающий портал и был таков. Пришлось нырять за скотиной.

Он привел меня на задний двор хорошо знакомого мне трактира. И лицо девицы, к которой привел меня Рыжик, тоже оказалось мне знакомо. Ее-то и показывал мне наставник Диодар. Русоголовую, конопатую, аппетитно пухленькую и румяную как пышка. Правда, мне запомнилось, что веснушек у нее гораздо больше, но в остальном – сходство такое абсолютное, что ошибка исключена.

Неужели она решила бежать? Передумала заработать кучу денег?

Перебросившись с девицей парой слов, я заклинанием разрушил ловушку, в которую она попала, не рассчитав своих габаритов, и протянул руку, чтобы помочь подняться.

Она ухватилась за мою ладонь, а меня пронзило ощущениями. До скрипа в зубах знакомыми ощущениями, что я к этой незнакомой мне девице уже прикасался, и всю гамму чувств уже испытывал. Трижды!

Не узнать их было невозможно. Ну, “вдовушка”, теперь-то ты точно не сбежишь!

Загадка ее нового облика решалась просто: у меня в кармане была треснувшая улика со следами остаточной магии. Девчонка поменялась с зеркальной ведьмой. А значит, и силы временно лишилась. Этот неприятный побочный эффект перехода по Зеркального пути – счастье для ловцов. Есть в мире справедливость!

И теперь меня очень интересовало: как долго она будет этот облик держать? И насколько глубоко она погрязла в заговоре ведьм против Великого пратора и короля?

Но ведь не спросишь же у нее.

Хотя… я спросил у нее имя, и она ловко уклонилась от ответа. А должна была назваться так, как условлено с Великим пратором. Более того, когда я как бы между прочим назвал ее только что придуманным именем “Верейна”, она и бровью не повела, а приняла игру с чужим именем.

Странно. Очень странно.

Надо быть начеку. Глаз не спускать! В любой момент моя фрейра могла преобразиться и вернуть себе магию!

А еще из этого случая вытекал неприятный вывод: похоже, каким-то образом Великий пратор Диодар был обманут. Кто-то узнал о его планах подсунуть королю пустышку, и ловко ее изобразил. Тут как нельзя кстати пришлось временное отсутствие силы после обмена телами на Зеркальном пути.

Что ж. У меня в руках достаточно ниточек, чтобы размотать весь клубок. Но надо выяснить, случайно залетела в эту сеть моя фрейра или нет?

Всё во мне противилось мысли о том, что Эри, – будем ее пока называть так, – заговорщица

Не верилось в это хотя бы потому, что если бы Огненным ведьмам стало известно о желании короля обзавестись бастардом от одной из них, то они действовали бы открыто, без таких вот тайных хитростей. И, если бы они не отвергли оскорбительное предложение, то король бы уже обнимал на своем ложе вожделенную фрейру, а Великий пратор отозвал бы свой приказ.

И почему меня так потряхивает от одной только мысли о фрейре в объятиях Ульвега? Мне-то не должно быть до этих игр никакого дела! Мое дело маленькое – либо выполнить приказ наставника, либо волю короля.

Но бесит!

И уж мою фрейру Ульвег точно не получит!

Я мотнул головой, отгоняя воспоминания о хрупком теле в моих объятиях, о ее жарких и нежных губах, колдовских глазах… Ведьма, да еще и огненная, непредсказуемая, обманчивая, как лунный свет, пылкая и пьянящая, как солнечный мед…

Далеко не первая на моем пути вайра. Но никогда, помня строгий наказ наставника, я не позволял ни одной из этих коварных тварей прикоснуться к моему огню, а себе – прикоснуться к ней как к женщине. Желанной женщине… Желанной с первого мгновения, как я ее увидел на ступеньках Дартаунского храма.

Я резко выдохнул, заставил себя отрешиться от всего и смотреть на пойманную беглянку не как на мою фрейру, а как на совершенно безразличную мне незнакомку.

Что ж, главное я выяснил: мне повезло случайно наткнуться на заговор. Если бы Эри не сбежала по Зеркальному пути… Я говорил, что сама Судьба мне благоволит? По крайней мере, паршивое утро превратилось в прекрасный день. И, надеюсь, впереди восхитительная ночь.

– Идемте, мей, нам нужно поторопиться, – сказал я, глядя, как девушка пытается закрыть руками прореху на порванном платье. – На ту сторону моста можно попасть только до трех пополудни. После откроется сбор пошлины и движение в обратную сторону.

– А мои вещи? – насупилась девица. – Они остались там, в клети.

Пришлось еще задержаться, чтобы вытащить ее узел. Не слишком-то много у нее пожиток. Да и откуда им взяться, если от меня она сбежала почти нагишом?

От воспоминаний опять огонь пробежал по жилам, и стало жарко.

– Вот ваши вещи, – вручил я ей мягкий и легкий узел.

Похоже, девица взяла с собой только сменное платье. Полагаю, чтобы не бегать в поисках одежды, когда к ней вернется ее родной облик. Предвкушаю, – улыбнулся я, вспомнив стройную изящную фигурку красавицы. Хорошо бы до ночи вернулся. Хотя я ее в любом обличье уже не отпущу.

– Так вы до самой столицы меня повезете? – зачем-то уточнила она.

– Да. Только… у меня тут еще одно небольшое дело. Заглянем в трактир, вы там пообедаете, а я закончу с делами.

Она почему-то испугалась, даже попятилась, прижав к груди узел.

– Нет! Не пойду я в трактир, я уже сыта!

– Если вы боитесь того вайра, который к вам приставал, то напрасно. Он вас и пальцем не тронет.

– Не только его. Меня обвиняют в порче имущества, – буркнула девица.

– И каков ущерб?

– Целое состояние. Пятнадцать золотых.

– А вы действительно его причинили?

Она потупилась, неуверенно кивнула:

– Я нечаянно разбила зеркало.

Вот оно! – возликовал я. Еще одна зацепка! Надо раздобыть и эту улику. Тогда Зеркальный Круг не отвертится!

– Не беспокойтесь, Верейна, – я  взял девушку за руку. – Вам же обещали покрыть все ваши расходы?

Она снова осторожно кивнула. У меня от души отлегло: похоже, девчонка совсем не осведомлена! Великий пратор слишком хорошо знает людскую породу, чтобы разбрасываться такими обещаниями. Он всегда четко оговаривает сумму расходов. Значит, она точно не участвовала в переговорах. А фрейра, участвующая в заговоре в темную, расходной пешкой, – это совершенно немыслимо.

Я с облегчением выдохнул и улыбнулся.

– Я всё улажу. Ни на шаг от меня не отходите. Вы под моим покровительством.

Как-то бы еще проследить за этой бедовой головой, чтобы опять не сбежала или не вляпалась в чужие интриги.

– Мряв! – согласно подмявкнули из травы, и я рассмеялся: вот и решение проблемы!

– Разумеется, не просто так, мей. Я улажу ваши проблемы и заплачу за разбитое зеркало, а вы последите за моим котом. Договорились?

– Нет! Я… боюсь котов! – девчонка попятилась и попыталась вырвать руку.

– Не может быть! Вы еще недавно с ним вполне мирно беседовали, – напомнил я. Сообразительный Рыжик запрыгнул мне на плечо и тут же был перехвачен и передан в девичьи руки. – Держите. Он не кусает красивых девушек. И тем более не царапает!

Я строго глянул на фамильяра, но тот и ухом не повел, он умильно заглядывал в глаза будущей жертве его рыжего обаяния.

Ну всё, угроза бегства фрейры временно устранена, осталось разобраться с Седертом и забрать у него пленника.