Читать книгу "Изумруды из царства мертвых"

Глава 37

В гостиничном номере царил полумрак. Небольшой столик, который ранее стоял у окна, был выдвинут на середину комнаты. Четыре прибора уже ожидали гостей. В центре стояла пузатая бутылка виски. Педро встречал гостей. В его глазах застыла грусть.

Мариша осмотрелась вокруг. Все, как в прошлый раз, только кажется, будто в воздухе витает что-то таинственное и неясное. Словно эта комната чего-то ждет. Даже не комната, а кто-то в этом помещении…

Это дух Реброва, пронеслось в голове у Мариши. Это он, она чувствует его присутствие. Сколько раз она слышала, что души убиенных не могут покинуть землю до тех пор, пока преступника не покарают… Похоже, сегодня душа Реброва успокоится.

Хлопков чувствовал себя не очень хорошо, но тем не менее пришел, чтобы почтить память товарища.

– Как-то мне не по себе, – тихо сказал он, входя в номер. – Такое чувство, словно за мной кто-то наблюдает.

– У меня такое чувство с самого утра, – ответил Педро. – Я знаю – мой дорогой друг здесь. Я ощущаю его присутствие. – Лицо Педро страдальчески искривилось.

– Я предлагаю почтить его память, – тихо произнес Эрик.

– Прошу вас, – спохватился Педро и пригласил гостей за стол.

Мариша потягивала виски и исподтишка поглядывала по сторонам. Ей казалось, что вся комната буквально кишит какими-то сущностями. По ее коже забегали мурашки. Если бы она была одна, то, не оглядываясь, сбежала бы из этой комнаты.

Почему же ей так не по себе? А может, кроме Реброва, здесь собрались все души невинно убиенных? Валечки, Снежаны, Вениамина…

Очевидно, не она одна ощущала дискомфорт. Хлопков вдруг замолчал и тоже принялся оглядываться.

– Вам не кажется, что здесь еще кто-то есть? – спросил Педро. Он старался говорить невозмутимо, но в голосе послышалась тревога. – Славу я вижу вон в том углу. – Он показал туда, где располагался аквариум. – А вон там какие-то круглые… – Он махнул в противоположную сторону.

Да он пьян, внезапно поняла Мариша. Видимо, с самого утра прощается с Россией. Как ушел из банка, так и прощается. А может, до него уже начало доходить, что его товарища и брата больше нет?

– Держись, Педро, – пожал ему руку Хлопков. – Я знал Славу гораздо меньше, чем ты, и все равно очень скорблю.

– Давайте выпьем за прекрасного человека, – предложил Эрик и разлил по стаканам виски.

«Такое впечатление, что мы чего-то ждем, – пронеслось в голове у девушки. – Не удивлюсь, если сейчас что-нибудь произойдет».

– Как-то мне нехорошо, – вдруг признался Педро. – В голове шумит, а перед глазами скачут цветные пятна.

– Вам нужно еще выпить, – заявил сыщик, – это стресс.

И Эрик подлил ему алкоголя. Мужчина опрокинул в себя очередную порцию и поморщился:

– Гадость какая!

Сыщик встал и прошелся по комнате. Он медленно осмотрел каждый предмет и остановился напротив окна.

– Видите их? – шепотом спросил Педро.

– Вижу, – серьезно ответил Эрик.

– Сколько их? Четверо?

– Трое здесь и один около аквариума.

Мариша застыла со стаканом в руке. Ей вдруг стало невыносимо страшно. Ужас парализовал ее так, что она не могла даже вымолвить слова. Кое-как ей удалось оглядеться по сторонам. Странно, но она никого не заметила, хотя ожидала прямо сейчас увидеть жуткие, безобразные рожи. Страх тут же отпустил ее. Все-таки она была материалисткой и доверяла своим глазам. Ей было сложно поверить в то, что не обладало телесной или хотя бы видимой оболочкой.

И вдруг в тишине гостиничного номера послышался тихий скрип, словно отворилась дверь, а потом раздались тяжелые шаги. Педро поставил стакан на столик и прислушался. И только Хлопков, казалось, ничего не замечал. Он думал. О чем – непонятно. Но его взгляд блуждал по номеру.

Когда сердце у Мариши готово было выскочить из груди, а во рту пересохло так, что даже глотать стало больно, шаги замерли.

С Педро происходило нечто странное. Целая гамма эмоций пробежала по его смуглому лицу за какие-то несколько секунд. Было видно, как тяжело ему держать себя в руках.

– Это ты, Слава? – с трудом произнес он.

Но ответом ему была тишина. Где-то что-то скрипнуло, и все. Ни шагов, ни голоса. Словно ничего и не было. Мариша пошевелилась и поняла, как затекло ее тело. Она украдкой поглядела на мужчин. Хлопков по-прежнему сидит с отрешенным видом, лицо Педро исказила гримаса. И только Эрик оставался совершенно невозмутимым.

«Не нервы, а канаты», – с раздражением подумала Мариша.

Между тем Эрик делал вид, что ничего особенного не произошло. Он походил по номеру, посвистел, заглядывая в каждый угол, а потом натянул на руки перчатки и подошел к аквариуму.

– Какие симпатичные крабики, – нагнулся он над стеклом и постучал по стенкам.

Крабы тут же задвигали клешнями и зашевелили усами.

– Не суйте туда руки, а то цапнут, – заплетающимся голосом произнес Педро.

– Надеюсь, что этого не случится, – ответил сыщик. – Я подготовился.

Он вдруг сунул руку прямо в воду, немного покопошился в камешках и вытащил на свет что-то довольно тяжелое и длинное.

Педро изменился в лице. Он вытаращил глаза, силясь что-то сказать, но только издавал какие-то непонятные звуки.

– Что это? – пискнула Мариша.

– Это колье, – невозмутимо произнес Эрик. – То самое, которое пропало из вашего сейфа, – пояснил сыщик банкиру.

Тот захлопал глазами и даже не сделал попытки заговорить.

– Где ты его взял? – опомнившись от удивления, поинтересовалась Мариша.

– В аквариуме. Там, где оно и лежало с того самого вечера.

– А кто его туда положил?

– Педро, конечно. Кто же еще?

Мариша помотала головой:

– Ничего не понимаю! При чем здесь Педро?

– Так это же он убил своего друга, а заодно и еще троих невинных людей.

– А зачем? – глупо спросила Мариша.

– Чтобы создать иллюзию действия проклятья, – терпеливо пояснил сыщик. – Правда, он переборщил, но поначалу своего добился.

Педро откинулся на стуле и пьяно захохотал. Он хохотал и хохотал, словно все, что происходило в номере, было невероятно смешно. Эрик терпеливо ждал, презрительно глядя на мужчину.

Неожиданно двери номера распахнулись. В комнату вошел Семен, а следом за ним и чернявый. Мариша ничего не понимала. Что за спектакль разыгрывался перед ними?

– Педро Родригес, вы обвиняетесь в причинении смерти трем лицам, – официальным тоном произнес Эрик. – Все, что вы скажете, может быть использовано против вас.

– Я подданный другого государства, – едва ворочая языком, произнес он. – Вы не имеете права меня арестовывать.

– Еще как имеем. А пока посидите в российской тюрьме, подумаете над своим поведением. Может, раскаетесь.

– Раскаюсь? – Он снова захохотал. – Поздно мне раскаиваться. Я уже взял на душу непоправимый грех. Теперь простить меня может только Слава. Вот с ним я и буду разговаривать. Слава! – вдруг заорал он и принялся оглядываться по сторонам. – Слава!!

– Уведите, – бросил Эрик и отвернулся от мужчины.

Через несколько минут в номере остались только Эрик, Хлопков и Мариша. Долгое время они молчали. Говорить не хотелось. С лица Хлопкова не сходило изумленное выражение. Он никак не мог поверить, что истинным преступником оказался лучший друг, можно сказать, брат Славы Реброва.

– Я ничего не понимаю, – наконец подала голос Мариша. – С чего ты взял, что во всем виноват Педро? Ты же арестовал Клюквина!

– Арестовал. Но только для отвода глаз. Мне нужно было попасть в этот номер, но так, чтобы у Педро не возникло никаких подозрений. Видите ли, я только вчера догадался, где может быть спрятано колье. – Эрик широко улыбнулся и налил еще виски. – Давайте выпьем за удачное окончание расследования!

На следующий день в кабинете Голубева было не протолкнуться. Появился даже он сам, хотя всем говорил, что буквально приполз на работу, ибо самочувствие его – хуже некуда, он сам почти на грани жизни и смерти. Однако хитрые глаза следователя говорили совершенно другое.

Всю ночь Педро допрашивали, а он бубнил только две фразы: «Я плохо говорю по-русски» и «Я подданный другого государства». Затем он испуганно оглядывался и прислушивался, словно чего-то ожидая. Так ничего от него и не добившись, Педро привели в кабинет, в надежде, что Эрик сможет вывести его на чистую воду.

Голубев беспокойно поглядывал на сыщика. Ему было известно, что единственная улика в этом деле – это колье в аквариуме. Как оно там оказалось? Вот вопрос! И хотя никто, кроме Педро, положить его туда не мог, все же в суде это не могло стать решающей уликой.

Однако Эрик, как всегда, оставался невозмутим. Когда нетерпение толпы достигло своего апогея, он неожиданно встал и негромко сказал:

– Прошу минуточку внимания.

Тут же воцарилась полная тишина. Множество глаз устремилось на сыщика. Мариша поудобнее уселась в кресле. Вот оно. Начинается…

Глава 38

– В целом все оказалось довольно просто, – начал Эрик. – Впрочем, как и всегда. Как правило, любой мотив лежит на поверхности, самое главное вовремя его разглядеть. А также уметь внимательно слушать. Каюсь, я не сразу сопоставил все те россказни, которыми потчевал нас Педро. Но зато когда в моей голове сложилась ясная картинка, мне стало все ясно и понятно: зачем и почему.

– Хватит нас кормить пустой болтовней, – проворчал Голубев. – Давай по существу.

– А это и есть по существу, – ответил сыщик. – Если бы кто-то из вас когда-нибудь задумывался, почему люди совершают те или иные поступки, все было бы гораздо проще. Кстати, Педро не раз называл причину своего поступка, но я почему-то пропускал это мимо ушей.

– Так что за причина-то? – спросил Хлопков.

– Если не возражаете, я озвучу ее в конце своего выступления. А пока поговорим о том, как я дошел до своего умозаключения.

– Ну, наконец-то! – буркнул Голубев, и Мариша больно ткнула его локтем.

Следователь поморщился и свирепо посмотрел на девушку.

– У меня швы! – сурово рявкнул он.

– Не швы, а проколы, – возразила Мариша. – Если ты болеешь, нужно было оставаться в больнице, а не смущать людей своим недовольным видом.

– Начну вот с чего, – продолжил сыщик, и на этот раз угомонились все. – Вспомните тот вечер, когда друзья прибыли из банка в гостиницу. Что тогда произошло, а? – Эрик посмотрел на Хлопкова.

– Ну… я уже и не помню, – засуетился тот.

– Зато я помню. Не успел Педро войти в номер, как опрокинул на себя графин с водой. Ни Слава, ни Сергей Александрович не обратили на эту мелочь никакого внимания. А если бы они немного подумали, то задались бы вопросом, каким образом Педро сумел облиться? Столик с графином находится в стороне от двери. Для того чтобы до него дотянуться, нужно было сделать несколько шагов.

– Значит, он специально облился? – вырвалось у Мариши.

– Конечно. Педро воспользовался первым же удобным случаем, чтобы спрятать колье в аквариуме. А чтобы объяснить, почему у него мокрая рука, вылил на себя графин. Вот вам и объяснение, зачем ему понадобилась вода.

– А когда же он спер колье? – растерянно спросил Хлопков.

– Когда разбилась бутылка шампанского. Если вы помните, народ толпился у сейфа, все рассматривали колье. Затем Сергей Александрович убрал драгоценность в сейф и закрыл дверцу. А ключ от сейфа оставил в замке. Через несколько секунд хлопнула пробка, шампанское полилось на пол, а сама бутылка взорвалась. Куда должны были смотреть люди во время подобного происшествия?

– На бутылку, – громко заявила Мариша.

– Вот именно! Педро хватило несколько секунд, чтобы вытащить колье и спрятать его за пазуху. А затем он помог девушкам прибраться. Кстати, это был верный психологический ход. Если мужчина способен на помощь, то женщина никогда не заподозрит его в нехорошем поступке. Думаю, я знаю, что смутило Снежану. Она видела Педро возле сейфа. Если бы она еще немного подумала, то обязательно бы вспомнила, что ее зацепило. Наверняка Педро каким-то образом узнал об этом. Он все время проводил в банке и сдружился с сотрудниками. Тихонов мог ему сболтнуть, что полиция допрашивает Снежану. А может, она сама ему сказала, когда остановила в коридоре. Между прочим, он был очень смущен. Я подумал, что от встречи с красивой девушкой, но скорее всего он растерялся от ее сообщения. Так что Снежана должна была умереть.

– А если бы его кто-нибудь заметил?

– Тогда бы он сказал, что пошутил. Но все обошлось.

– Все это прекрасно, – хмыкнул Голубев, – но доказательств, что именно Педро украл колье и убил Реброва, у нас по-прежнему нет.

– Помните, я выдвинул версию, – не обращая внимания на следователя, продолжил Эрик, – что человек, укравший колье, должен был точно знать, что Ребров до утра не доживет? Именно это и заставляло меня думать, что Вячеслава убили в банке. Ведь сначала нужно было расправиться с Ребровым, а затем украсть колье. Однако все произошло по-другому. Реброва убили в гостинице. А именно Педро. Если бы убийца был из банковских работников, он не стал бы воровать колье, потому что никому не удалось приблизиться к Славе так, чтобы подлить в его бокал яд. Но колье было украдено, а значит, убийца точно знал, что к утру Ребров будет мертв. И это приводит меня к тому, что Славу убили именно в гостинице. Причем прямо на глазах у Сергея Александровича.

– Как так? – заволновался тот. – Я точно знаю, что Педро просто не мог его отравить.

– Мог, еще как мог. Правда, метод убийства настолько необычен, что даже я мог бы не догадаться. Считайте, что мне повезло. Помог необычный ход мыслей.

– Как же Педро его убил? – не выдержала Мариша. – Говори. Я сейчас лопну от нетерпения.

– Разрешите небольшое отступление, – слегка поклонился сыщик. – Я хочу познакомить вас с конусами. Минуточку… – Он отошел к окну и вытащил какой-то ящик, накрытый цветной тряпкой. – Вот, полюбуйтесь.

Он поставил ящик на стол и сдернул с него платок. Мариша с удивлением увидела аквариум, который до этого стоял в номере гостинцы. По стенкам аквариума беспокойно ползали крабики. Очевидно, незнакомая обстановка действовала им на нервы.

– Зачем ты их сюда притащил? – поморщился Голубев.

– Хочу представить вам орудие убийства! – торжественно произнес Эрик, засунул руку в перчатке на дно аквариума и немного пошарил в камнях. – Вот, пожалуйста!

Он вытащил руку и разжал ладонь. На перчатке лежала улитка, только немного странная. Во всяком случае, такие особи Марише ни разу не встречались.

– Географические конусы – семейство хищных брюхоногих моллюсков, – прикрыв глаза, начал говорить Эрик. – Раковина коричнево-кремового цвета с пятнами, напоминающими географическую карту. Отсюда и название. Обладают сильнодействующим ядом. Укус представителей данного вида смертельно опасен для человека. Противоядия от яда конусов не имеется, и лечение может быть только симптоматическое. Жители островов Тихого океана при укусе конуса немедленно надрезают место укуса и пускают кровь. В первые секунды после укола человек чувствует сильную боль в месте раны, затем конечность теряет чувствительность. Через некоторое время жертва чувствует головокружение, тошноту, возможна потеря сознания. Если вовремя не оказать медицинскую помощь, то через пару-тройку часов может остановиться сердце или наступит паралич системы дыхания.

В кабинете воцарилась тишина. Только Педро неловко завозился на своем стуле. Очевидно, его перестало развлекать данное собрание.

– И все же я не понимаю, – подал голос Хлопков. – Как он умудрился подсунуть этого конуса Славе?

– Все просто. Конус был в ящике с сигарами. Педро знал, что у Реброва есть привычка – по приходе домой закурить сигару. Тот раз не был исключением. Вячеслав открыл ящик, укололся о конус, но не придал этому значения. А между тем яд можно было отсосать и спасти Реброва. Но Педро предпочел спокойно отправиться на вечеринку.

– Какая бесчеловечность! – прошептал Хлопков, с ненавистью глядя на мужчину.

Тот мрачно усмехнулся и перевел взгляд на окно.

– Но мы же были в гостинице на следующий день и осматривали ящик, – возразила Мариша. – Ты сам сказал, что в ящике расшатался шуруп. Мы даже взяли его на экспертизу.

– А разве так трудно его разболтать? – удивился Эрик. – Педро подстраховывался. Хлопков заметил, что Слава тихонько вскрикнул, когда доставал сигары. На этот случай нужно заготовить достоверное объяснение. А конуса он сразу убрал. У него было много возможностей подойти к ящику. Кстати, перчатки он не снимал довольно долго. Сначала нужно было разобраться с конусами. Их опасно брать голыми руками. Между прочим, я был на правильном пути, решив, что именно прищемленный палец является ниточкой к этому преступлению. Но почему-то думал, что все дело в шурупе. А когда он оказался чистым, отказался от этой идеи.

– Да, я припоминаю, что Слава прищемил палец, – заволновался Хлопков. – Это что же получается, он не прищемил его, а уколол? На моих глазах убили моего товарища, а я ничего не понял?

– Не волнуйтесь так, – попытался успокоить его Эрик. – Никто бы не понял. Уж слишком изощренный способ убийства придумал друг и брат Вячеслава. – И сыщик выразительно посмотрел на Педро.

Тот побледнел, но так и не раскрыл рта.

– Честно говоря, мне не давал покоя аквариум, – признался Эрик. – Ну, скажите мне, зачем тащить его с собой да еще создавать специальные условия, если можно было спокойно оставить аквариум дома? Неужели не нашлось человека, который приходил бы кормить крабов?

Педро пытался уверить нас, что это питомцы Славы. Якобы именно он завел эту живность и не желал расставаться с ней ни на минуту. Но Сергей Александрович был не в курсе этого увлечения. Кроме того, мне на глаза попалась фотография, которая и навела на одну мысль. Подумайте сами, если вы любите собак, то наверняка не будете их травить. При условии, конечно, что вы нормальный человек, а не живодер. Если любите кошек, то будете подкармливать бездомных животных. А если вам нравятся крабы, да еще до такой степени, что вы решаете завести их в качестве домашних животных, то скорее всего вы не станете пить пиво и заедать его раками. Это все равно что поглощать братьев ваших питомцев. Между тем мне на глаза попалась одна фотография, где Вячеслав позирует вместе с товарищами – в одной руке у него большая кружка пива, а рядом целая тарелка с раками. Фотография сделана недавно. Поэтому она меня и удивила.

И тогда я задумался. А что, если улитки и крабики в аквариуме принадлежат не Славе, а Педро? Но тогда зачем он нас обманул? Или эти крабы играют какую-то определенную роль? В то время я еще не знал, насколько близок был к разгадке. Однако эта мелкая нестыковка заставила меня насторожиться.

– Подожди, а как же заметка, которую потерял Педро? – нахмурилась Мариша. – Мы же считали, что тот, кто нашел заметку, и украл колье.

– Не было никакой заметки, – устало махнул рукой Эрик. – Педро нужно было срочно отвести подозрение от одной вещи, которая выпала из его бумажника. Вот он и придумал историю с газетной вырезкой.

– Какой вещи? – раскрыла рот девушка.

– От очешника. Дело в том, что Педро не носит очки… – Эрик сделал паузу. – А раз так, зачем ему очешник?

– И правда, зачем? – зашевелился Голубев.

– Он держал в нем конусов.

– Так, значит, и Валентину, и Снежану он убил точно так же, как и Реброва? – прошептала Мариша.

– Ага! Педро встречался с девушками, показывал конусов и предлагал взять их в руки. Те, естественно, не ожидали от улиток никакого подвоха. А конус, как только чувствует опасность, сразу выпускает шип. Быстро и эффективно. А вот что по поводу Маслова… – Эрик покачал головой. – Думаю, к его смерти Педро не имеет никакого отношения. Вениамин был расстроен нашим разговором, да еще выпил кофе вместе с Тихоновым, вот и не заметил, как шагнул под машину. Скорее всего, Педро готовил Тихонова на роль жертвы и насыпал ему в кофейник какой-нибудь сонной травки… Маслов просто оказался рядом.

– А я винил себя в смерти Вени, – прошептал Клюквин.

– Почему? – полюбопытствовал сыщик.

– Я желал Педро смерти. И даже представлял, как он попадет под машину. А вместо этого погиб Веня. Вот я и подумал, что силой своей мысли послал на смерть не того человека.

Эрик тяжело вздохнул, но ничего сказал.

– Но зачем Педро крабы? – нахмурилась Мариша. – Зачем таскать их с собой? Взял бы только конусов.

– Он не мог допустить, чтобы кто-то обратил внимание на улиток. Так что крабы были всего лишь отвлекающим маневром. Кстати, конусы больше ни с кем не уживаются, пришлось возиться с этими привередливыми существами.

Глава 39

– Есть еще один момент, на который следует обратить внимание, – спустя некоторое время произнес Эрик. – Педро не просто так подсунул нам те бумаги, в которых Слава описывает свои переживания по поводу драгоценностей. Он знал, что мы поддадимся красивой легенде и свернем в нужную для него сторону. Ему было очень удобно убивать людей, прикрываясь этим проклятьем. Думаю, Валя тоже что-то заметила. Именно поэтому и стала первой жертвой. Правда, вряд и мы теперь об этом узнаем. Скорее всего, Педро будет молчать.

– Какой подлец! – сжал кулаки Хлопков. – Да я его задушу своим руками…

Он вскочил со стула, намереваясь кинуться на Педро, но Семен тут же схватил его за руку и что-то зашептал на ухо. Банкир хмуро выслушал его, потом плюнул в сторону бывшего товарища и нехотя сел на место.

– Подождите, а почему Снежана пустила Педро к себе в квартиру? – нахмурилась Мариша. – Ведь это совершенно незнакомый ей человек.

– Девушки становятся глупы, когда речь заходит о красивом мужчине, – грустно улыбнулся Эрик. – А Педро, несомненно, умел заинтересовать женщин. Да и какой он незнакомый… Он товарищ Сергея Александровича. А значит, свой человек. Запудрить мозги девушке оказалось делом несложным. Не знаю, что он ей наплел, но в итоге Снежана согласилась позвонить Клюквину и пригласить его в гости. Правда, до его приезда она не дожила.

– А почему Педро не заметили, когда он пришел к Снежане? – не успокаивалась Мариша.

– В этом я виноват, – покаянно ответил сыщик. – Я был настолько уверен, что убийства совершает кто-то из банковских работников, что не позаботился о слежке за Педро.

В кабинете воцарилась тишина. Педро по-прежнему молчал, однако вид его уже не был равнодушным. Он явно переживал. И ему плохо удавалось это скрывать.

– Эрик, назови причину, по которой Педро так жестоко расправился со своим товарищем, – взмолился Хлопков. – Неужели все дело в колье? Я никогда не поверю, что человек, который любит простор, ветер, море, вдруг возьмет и отравит своего друга, брата ради камней и металла!

– Ты прав, это не та причина, ради которой можно убить лучшего друга, – усмехнулся сыщик. – Хотя колье тоже сыграло немаловажную роль. Оно давало Педро возможность безбедного существования. Нет, здесь все гораздо прозаичнее. Помнишь, ты подобрала фотографию, на которой был изображен Педро в детстве? – Эрик обернулся к Марише.

– Помню, – кивнула она.

– Сначала ты подумала, что на ней изображен Слава Ребров, так?

– Так.

– А почему?

– Потому что все дети в детстве похожи.

Эрик медленно покачал головой:

– А помнишь, ты говорила, что Педро тебе кого-то напоминает?

– Да. Какого-то актера. Только я так и не вспомнила, кого именно.

– Он напоминал тебе Вячеслава. Да, у них различается цвет кожи, правда совсем немного. У них разные черты лица. Но мимика, жесты, улыбка очень схожи.

– Ты хочешь сказать, что Педро и Слава братья? – удивленно спросила Мариша.

– Да, – кивнул сыщик.

– Но тогда мне тем более непонятно, зачем он его убил!

– Да? А по-моему, наоборот, все предельно ясно. Долгое время наш герой не знал, что они братья и у них один отец. Педро рассказывал о том, как проходило его детство. Они со Славой выросли в одном дворе, Славу часто оставляли с родителями Педро. Вот только Педро не знал, кто его настоящий отец.

Обе семьи были в курсе этого, но детей, естественно, в эту тайну не посвящали. Два года назад отец Славы умер и перед смертью рассказал сыну о том, что скрывал всю свою жизнь. Однажды он согрешил с соседкой – матерью Педро. Та забеременела. Эту историю постарались замять, чтобы не порочить репутацию дипломата. А чтобы мальчик не рос без отца, Славин отец заплатил одному симпатичному парню, чтобы тот женился на девушке и признал Педро своим сыном.

Слава, естественно, не смог сдержаться и посвятил в эту тайну Педро. Представляете возмущение Педро, который всю свою жизнь слышал упреки?

Помнишь, с какой горечью он говорил, что люди не могут простить ему того, что он отличается цветом кожи? А кто, собственно, не может простить? На Мадагаскаре почти все люди с еще более темной кожей, чем у него. Так что никто не стал бы на него смотреть косо. А вот мужчина, который его вырастил, вполне мог упрекать ребенка, зная, что тот ему не родной. Я могу представить те эмоции, которые готовы были сорваться с языка Педро в тот момент, когда Слава искренне радовался тому, что они братья. Причем не названые, а единокровные.

– Да что вы может знать! – вдруг закричал Педро. – Как вы думаете, каково это каждый день ощущать шлепки и тычки и слышать вслед «отродье»? Я не мог понять, почему меня не любят. Вот Славу любили. Дарили ему подарки, покупали красивую одежду, а я был так, сорной травой. Думаете, легко быть нелюбимым ребенком и каждый день переживать это снова и снова?

Я часто думал по ночам, почему родители ко мне так относятся? И ничего не мог придумать. Зато два года назад мне все стало ясно. Конечно! Мама согрешила, а тому мужчине, который звался моим папой, хорошо заплатили, чтобы вырастил меня как своего. – По лицу Педро пробежала гримаса. – И ладно бы отец извинился передо мной за то, что выбросил меня, как котенка. Так нет, Славке покаялся, а меня к себе так и не позвал. Еще и деньги ему оставил. Все накопления. А я остался без гроша в кармане.

Фактически я всю жизнь был вынужден заглядывать Славе в рот. Но раньше меня это не напрягало, я даже испытывал к нему благодарность. Как же! Богатый воспитанный мальчик возится с каким-то оборванцем. Но после того как я узнал правду, во мне что-то оборвалось. Я ведь тоже имел право на чувства и внимание, которые принадлежали только Славе.

Голос Педро дрогнул, он обвел присутствующих тусклым взглядом и уронил голову на грудь. Все растерянно молчали, настолько неожиданной была эта речь. Очевидно, никто не ожидал, что Педро способен на подобные эмоции.

– Мариша, – заговорил сыщик, – помнишь, ты сказала такие слова: «Педро всю жизнь провел с человеком, которого считал другом и братом, семьей, и вдруг какой-то нелепый случай разрушил весь привычный уклад его жизни. Интересно, как он это переживет?»

– Да, помню.

– А я ведь не просто так обратил на это твое внимание. На самом деле мне очень жаль Педро. Он еще не понимает, что натворил. Да, он исполнил свою мечту – отомстил брату. Но вместе с этим лишился единственного родного человека, ближе которого у него никогда не было и уже не будет. Не знаю, как он сможет с этим жить.

Внезапно в наступившей тишине раздались глухие рыдания Педро. Сначала он пытался сдерживать слезы, но напряжение последних дней было сильнее его… Все вокруг смотрели на него и растерянно молчали.

«Поистине, когда бог хочет наказать человека, он лишает его разума», – пронеслось в голове у Мариши.

– Эрик, и все-таки, как быть с доказательствами? – шепотом спросил Голубев, когда Педро увели и кабинет опустел.

– А чем тебе не нравятся мотивы преступления? Брат отомстил брату. Кроме того, много косвенных улик.

– Мне нужно что-то еще.

– Голубев! Ну, пошевели ты головой! В банке Славу убить не могли, так?

– Так.

– Значит, его убили в гостинице. Кроме Хлопкова и Педро, в номере больше никого не было. Хлопкова я в расчет не беру. У него просто не было возможности убить всех этих людей. Теперь зайдем с другой стороны. Пропало колье, и украсть его мог тот, кто убил Славу. Иначе преступление теряет свой смысл. Я об этом уже говорил. Женщины не могли вынести коробку с ожерельем. Все они были в легких платьях. Значит, остаются мужчины. И вот теперь на передний план выходят косвенные улики. Появление Педро в нужное время в нужном месте, потерянная газетная вырезка, очешник, сырой рукав… И самое главное – способ убийства! Вчера я залез в Интернет и посмотрел, что за живность содержится в аквариуме у Реброва. Представляете мое удивление, когда я нашел фотографию улиток и прочитал, что это не что иное, как ядовитые конусы? А яд, который они выделяют, – нейротоксин! И вот тогда все встало на свои места. Чей это аквариум? Славы и Педро. Кто мог положить колье в аквариум? Слава или Педро. Кто мог в любое время брать конусов? Слава или Педро! Но если учесть, что Вячеслав сам себя убивать не будет, и тем более других, то остается только одна фигура. Больше просто некому, понимаешь?

Голубев кивнул, а Мариша глубоко задумалась. Как бы то ни было, а проклятие все-таки существует. И неважно, в каком виде оно предстанет. В их случае погибли люди, кто каким-то образом имел отношение к колье. А значит, правы те, кто предостерегал Реброва от возможных последствий. Есть силы, которые им познать не суждено. И не нужно пытаться казаться умнее, чем ты на самом деле есть.

Уже поздно вечером, когда они с Эриком сидели на кухне и пили кофе, она решила задать вопросы, которые все еще крутились у нее в голове.

– Эрик, а как ты догадался, что Педро и Слава братья? Неужели только по фотографиям?

– Вовсе нет. Педро сам проговорился. Помнишь, когда я спрашивал его о Славе, он сказал, что это его брат. А потом опомнился и пояснил, что у него на родине всех близких людей называют братьями. Тогда я не придал этому значения. И начал догадываться только после диктофонного разговора с Алехандро Веласкесом. Когда тот рассказал о переливании крови. Помнишь, Слава сорвался со скалы и потерял много крови? В больнице подходящей крови не нашлось, а кровь Педро подошла идеально. Я тогда еще подумал, как гладко все получилось. Одна группа крови…

– А я даже не заострила на этом внимания, – разочарованно протянула Мариша. – А что еще тебя зацепило?

– Педро всегда оказывался в нужном месте в нужное время. Конечно, можно объяснить это тем, что он волновался за ход расследования, но уж очень вовремя у него все получалось.

– А почему в тот день, когда опоздала Валечка, опоздали сразу три человека?

– Тихонов ночевал на даче и не успел вернуться вовремя. Я проверил. Клюквин ревновал Снежану к красавцу Педро, переборщил с алкоголем и, как следствие, не услышал будильник. А вот Валентина вышла из дома вовремя. Так говорит ее мама. Получается, что целый час она была непонятно где. И у меня выстраивается единственная версия: она встречалась с Педро, ведь все другие прибыли на работу вовремя. Именно тогда он и подсунул ей конуса. Затем они распрощались, он со спокойной душой отправил ее на работу умирать.