Читать книгу "Изумруды из царства мертвых"

Глава 18

Мариша с трудом вспомнила, как закончился вчерашний день. Если учесть, что спать они так и не пошли, потому что приехал Голубев, прознав, что Эрик завладел документами Реброва, и заставил его еще раз прочитать историю о камнях, то нетрудно понять, что сегодня она опять не выспалась.

Однако на этом вечер не закончился. Маменька, узрев в доме мужчину, тут же вошла в роль и принялась жаловаться на беспутного сына, запершего бедную мать в четырех стенах и не уделяющего ей должного внимания. Голубев охотно слушал, не забывая угощаться коньяком, заботливо придвинутым к нему Надин вместе с остатками ужина, и постоянно поддакивал. Очевидно, ему доставляло удовольствие слушать гадости об Эрике.

В итоге Мариша уснула прямо за столом, а Эрик, по всей видимости, отнес ее в кровать и так и оставил – в джинсах и футболке. Она скривила нос, оглядев помятую одежду, встала с кровати, переоделась, приняла душ и поплелась на кухню.

Маменька тихо попивала кофе. Время от времени она улыбалась сама себе и кивала в такт своим мыслям. Мариша бросила взгляд на часы. Половина одиннадцатого. Однако! Ей казалось, что сейчас гораздо раньше. Видимо, сказывалось волнение последних дней. Ей все время хотелось спать. А может, это ноябрь вводил ее в состояние спячки? Отсутствие солнца отрицательно влияет на организм. Вот и сейчас время близится к обеду, а на улице практически темно, словно уже наступил вечер.

– Не спится? – весело поинтересовался Эрик, забегая в кухню. – Деятельные вы мои! Ни минуты покоя. Правильно, так и надо. А то всю жизнь проспать можно.

– Ты куда-то собрался? – поинтересовалась Мариша.

– Вообще-то работать надо. Сейчас Голубев проснется, поедем в отдел.

– Он еще здесь?

– А куда он денется? Лежит в той же позе и, по-моему, до сих пор в бессознательном состоянии.

Эрик устроился за столом.

– Кто за мной поухаживает? Я тоже хочу кофе.

– Пожалуй, я пойду приму душ, – проворковала маменька, – а вы сидите отдыхайте.

В отделе дежурный на входе только стрельнул в них глазами и снова уставился в монитор. Голубев, мрачный и злой, впрочем, как всегда после хорошей порции коньяка, вполз в кабинет и рухнул на стул.

– Вот почему после того, как я выпью, мне всегда так плохо? – умирающим голосом поинтересовался он.

– Пить надо меньше, – рассудительно заметил Эрик.

– Что значит меньше? Меньше – это понятие растяжимое.

– Хорошо, давай не о тебе, давай о деле, – кивнул Эрик. – Есть какие-то сдвиги? Колье не нашли?

– Между прочим, я только что пришел на работу, вместе с вами. Откуда мне знать, как оно продвигается?

– Все понятно, – вздохнул сыщик. – Ты ничего не знаешь. Зачем же мы сюда притащились?

– Работать, – произнес Голубев и поморщился.

Очевидно, это слово на фоне головной боли вызвало в нем не очень приятные эмоции.

– Работай, – кивнул Эрик, – а мы смотаемся в банк. Узнаем, как там дела. Заодно прикинем, кто мог быть в курсе прибытия Реброва.

Голубев что-то промычал и завалился на диван.

– Все понятно, он не против, – перевел сыщик. – Пошли, Мариша.

Эрик дошел до конца коридора, но на улицу не вышел, а завернул налево, в короткую и узкую часть коридора, которую сотрудники называли аппендиксом.

– Мы куда? – полюбопытствовала Мариша.

– Хочу узнать насчет шурупа. Думаю, заключение уже готово. Ты посиди здесь. Я быстро.

Это «быстро» затянулось почти на полчаса. Мариша вся извелась в ожидании сыщика. Пару раз она набиралась смелости и хотела войти в лабораторию. Но каждый раз ее рука останавливалась на полпути к дверной ручке. За подобную самодеятельность Эрик ее по головке не погладит. Лучше немного подождать, чем быть отстраненной от расследования и сидеть дома вместе с Надин, слушая ее бесконечные байки.

Наконец дверь открылась, выпуская Эрика. Выглядел он не очень довольным, отчего Мариша сделала вывод, что новости неутешительные.

Так и оказалось. Экспертиза показала, что винт чист. Ничего на нем не обнаружено.

Обычно сыщика не угнетали такие неудачи. Но в этот раз все было иначе. Улик как не было, так и нет. А человек мертв.

Весь путь до банка Мариша молчала, стараясь не действовать Эрику на нервы. И вскоре его настроение пришло в норму.

– Начнем все сначала, – бодро сказал он и потянул на себя дверь.

Глава 19

Сергей Александрович обрадовался, увидев их.

– Как дела? – с порога поинтересовался он.

– Пока ничего нового. Вчера мне не удалось поработать. Так что сейчас вы будете мне помогать.

– Я всегда готов, – закивал банкир. – Валечка, кофе, пожалуйста, – произнес он, включив громкую связь. – Итак, что будем обсуждать?

– Сергей Александрович, кто знал, что Ребров должен передать вам колье? – начал Эрик.

– Кто знал? – Хлопков нахмурился. – Сложно сказать так сразу. Валечка знала.

– А еще?

– Оба моих зама.

– Это Тихонов и Клюквин, так? – спросил сыщик, заглянув в свои записи.

– Да. Вероятно, кто-то еще был в курсе, потому что у нас работают весьма общительные люди и между собой секретов не имеют.

– Как же так? У вас банк! Через вас проходит масса конфиденциальной информации, а люди свободно разглашают ее.

– Так она не выходит за эти стены. Может, я работаю не так, как в других подобных заведениях, но человеческие отношения для меня превыше всего.

– Однажды это может сыграть против вас, – покачал головой Эрик. – Если уже не сыграло.

– До сих пор все было в порядке.

– До сих пор… – повторил сыщик и задумался.

Хлопков растерянно откинулся в кресле. Похоже, ему не хотелось думать, что кто-то из его людей причастен к преступлению.

– Я хочу просмотреть личные дела каждого из тех, кто был в тот вечер в вашем кабинете, – наконец сказал Эрик.

– Пройдите в отдел кадров, – устало произнес банкир. – Я распоряжусь, чтобы вам выдали их.

– Хорошо, и пригласите, пожалуйста, вашу секретаршу.

Однако никого приглашать не пришлось. Валентина, словно услышав просьбу сыщика, вошла сама, неся в руках поднос с кофе и булочками.

– Спасибо, – кивнул Сергей Александрович и тепло улыбнулся.

«А ведь она ему нравится», – с удивлением подумала Мариша. И тут же сама себе сказала: а почему бы и нет? Насколько она знает, Хлопков давно овдовел. А Валя очень милая девушка.

– Валентина, у меня есть к вам вопросы, – остановил ее Эрик, когда секретарша собиралась уйти.

– Слушаю вас, – отозвалась она.

– Вы случайно не помните, кто предложил перенести ваше застолье в кабинет шефа?

– Конечно, помню, – кивнула она. – Я много думала о том вечере и пыталась вновь и вновь проиграть в голове все события. Это Григорий Юрьевич предложил. Мы с девчонками никак не могли расставить на моем столе тарелки с закусками, а он пришел, посмотрел и предложил накрыть большой стол в кабинете Сергея Александровича. Все равно рабочий день уже закончен, так что мы ему не помешаем.

– Так, подождите, – остановил ее сыщик. – Григорий Юрьевич – это у нас Тихонов?

– Да.

– Коммерческий директор?

– Да, а что?

Однако сыщик не ответил.

– Валя, может, вы заметили что-то необычное?

– Да нет, ничего такого, – пожала она плечами. – Собрались, накрыли на стол, выпили, потом приехал Ребров с товарищем. Сергей Александрович сразу увел его в сторонку и усадил за свой стол.

– Вас это не удивило?

– Что именно?

– Что ваш шеф не сел вместе с вами.

– Нет, Сергей Александрович любит быть обособленным. Ему, как он выражается, нравится смотреть на нас со стороны. Мы молодые и задорные, и ему не хочется нам мешать.

– Интересная позиция, – усмехнулся сыщик, а Хлопков слегка покраснел.

– И в самом деле, – попытался оправдаться он, – зачем лезть к молодежи? Хватит и того, что я во время работы их пилю.

– Ну, что вы, Сергей Александрович, – горячо запротестовала Валя, – вы самый замечательный руководитель, какого только можно себе представить!

– Вот видите, – грустно усмехнулся он. – Руководитель. А раньше женщины видели во мне мужчину!

– Сергей Александрович… – Валечка мило покраснела и отвела глаза.

«А ведь и ей он нравится, – дошло до Мариши. – Чего же они ждут?»

– Давайте ближе к теме, – словно ничего не заметив, попросил сыщик. – Ребров много пил?

– По-моему, он вообще не пил. Если не считать того единственного глотка, который он сделал, когда подняли тост за мое здоровье.

– Кто ему наливал?

– Сергей Александрович. Минут за пять до этого Григорий Юрьевич открыл бутылку и отнес на его стол.

– Значит, он пригубил и поставил бокал обратно?

– Да, я как раз смотрела в их сторону.

– А зачем?

– Как зачем? – Валечка опять покраснела. – Меня же поздравляли!

– Хорошо, дальше.

– Потом привезли колье. Нам с девочками было очень интересно. Мы весь день сидели как на иголках.

– С чего бы это?

– Так колье же старинное, с многовековой историей, – распахнула она глаза. – Где еще такое увидишь?

– И когда вы узнали, что прибудет такое сокровище? – усмехнулся Эрик.

– Накануне. Сергей Александрович просил нас приготовиться к встрече.

– Как именно приготовиться?

– Ну… принять, оформить.

– Значит, вы ждали, когда прибудет колье. И как оно вам? Понравилось?

– Очень! – кивнула Валя, и глаза ее засветились. – Мне показалось, что у него даже аура особенная. Конечно, Снежана сказала, что я все это выдумала, потому что очень люблю истории о старинных вещах, но, мне кажется, я права. Когда я взяла колье в руки, у меня даже сердце быстрее забилось, а в груди стало тепло-тепло!

– Снежана – это бухгалтер, – произнес Эрик, заглянув в свои записи.

– Да, она сначала смеялась надо мной, а потом сама никак не могла расстаться с этой вещью.

– Она брала колье в руки? – приподнял брови сыщик.

– Да, а что такого? Вячеслав разрешил. Между прочим, мне он даже позволил его примерить!

– Ну, и как ощущения?

– Замечательные! Мне показалось, что я даже внешне изменилась. Стала похожа на королеву, что ли… – Валя смущенно улыбнулась. – Мне очень хотелось расспросить Славу об истории этого колье. Вдруг его и в самом деле носила какая-нибудь принцесса. Но я не успела. Кто-то разбил бутылку с шампанским, потом мы убирались, а после этого Сергей Александрович с товарищами ушел. Я очень расстроилась.

– А как вам понравились Слава и Педро? – вдруг сменил тему Эрик.

– Красивые мужчины, – ответила Валя и, как ни странно, не покраснела. – Особенно Педро. Наши девочки были от него в восторге. Даже не хотели отпускать.

– Он сидел рядом с вами?

– Да. Попробовал бы он сбежать, – засмеялась она. – У нас нехватка мужчин, несмотря на то что женщины в нашем коллективе отнюдь не преобладают.

– А что не так с вашими мужчинами? – заинтересовался Эрик.

– Какие-то они ненадежные. С ними даже кокетничать не хочется, – и она снова засмеялась.

– Я же говорю, – попытался усмехнуться Хлопков. – Мы молодежи неинтересны.

– К вам это не относится, – запротестовала она. – Я говорю о других представителях сильного пола.

– Ну-ну… – одними губами улыбнулся он.

– В общем, и Слава, и Педро нашим девочкам очень понравились. Правда, Слава все время сидел рядом с Сергеем Александровичем, а вот Педро был с нами и говорил без умолку. Славный собеседник. Кстати, он единственный, кто помог убрать осколки с пола. Остальные просто стояли и смотрели.

– Настоящий джентльмен, – серьезно сказал Эрик, но в его усах пробежала улыбка.

– Да, мне он тоже понравился, – кивнула Валечка. – Правда, Сергей Александрович все равно лучше. Он тактичный и внимательный. А этот Педро может оказаться совсем не таким, каким хочет показаться. Я предпочитаю проверенных людей.

– Валя, а у вас нет никаких соображений, куда могло деться колье? – Эрик пристально посмотрел на девушку.

– Да вы что! – ахнула она. – Я и подумать ни на кого не могу! Такое впечатление, что здесь поработала нечистая сила.

– Валя, – укоризненно сказал банкир, – ты же взрослая девочка и не должна верить во всю эту чушь.

– А что такого? – возмутилась она. – Нечистая сила есть. По телевизору показывали. И колье непростое, а старинное. Может, за ним ходят души умерших…

– Вполне вероятно, – согласился сыщик, – но души вряд ли способны открывать замки и похищать драгоценности.

– Кто знает… – пожала она плечами. – В жизни чего только не бывает.

Внезапно Эрик поднялся:

– Мы пойдем почитаем личные дела. Если что – ищите нас в отделе кадров.

– Больше ничего спрашивать не будете? – полюбопытствовала Валя.

– Если бы вы что-то знали, то рассказали бы нам об этом, не так ли? – Сыщик внимательно посмотрел на девушку.

– Конечно! Мне очень хочется, чтобы это дело быстрее решилось. Сергей Александрович очень переживает…

– Решится, куда оно денется. Вот только не могу обещать, что быстро.

– Вы уж постарайтесь…

Эрик кивнул и пошагал по коридору. В отделе кадров их уже ждали. Улыбчивая женщина лет пятидесяти усадила сыщика за компьютер и открыла требуемый файл. Сыщик выбрал нужные фамилии и принялся изучать информацию.

Мариша время от времени заглядывала ему за плечо и выхватывала те или иные факты. У Тихонова оказалось четверо детей, у Валентины три высших образования, Полякова Снежана, которая работала бухгалтером, обладала фотографической памятью. На Маришин взгляд, ничего из этих фактов не могло помочь им в продвижении расследования.

Она немного заскучала и принялась вертеть головой по сторонам. Кабинет, в котором они оказались, был небольшим, и Мариша заметила только одно рабочее место. Помещение было очень симпатичным. В голубых тонах, с приятными занавесками ярко-синего цвета, с множеством цветов, расположившихся на подоконнике и широкой полке, тянущейся вдоль стены.

Пока она глазела по сторонам, Эрик закончил изучать информацию, закрыл файлы и поблагодарил хозяйку кабинета.

– Не за что, – по-прежнему улыбаясь, ответила она и по очереди пожала им руки.

– Поехали домой, – сказал Эрик, когда они вышли в коридор. – Мне нужно немного подумать. В голове ни одной мысли.

– Так уж и ни одной? – усомнилась Мариша.

– Нет, мысли, конечно, есть, но ни одна из них мне не нравится.

– А что за мысли?

Эрик не ответил и вышел на улицу. Похоже, он и в самом деле понятия не имел, с какой стороны взяться за расследование. Мариша тоже задумалась и чуть не налетела на Педро, поднимающегося по ступенькам банка.

– Как дела? – услышала она его голос и выпала из задумчивости.

– Пока без результатов, – виновато ответил Эрик, пожимая мужчине руку.

– Жаль, – расстроился тот, – а я как раз иду к Сергею узнать последние новости.

– У меня слишком мало информации, – признался сыщик. – Никак не могу ни за что ухватиться. Вроде все ясно и понятно, а стоит нырнуть поглубже, тут же отыскиваются подводные камни.

– Вы занимаетесь дайвингом? – приподнял брови Педро.

– Нет, – улыбнулся сыщик. – Просто есть такое выражение…

– А! – понял тот. – Вы держите меня в курсе, хорошо? Я не уеду, пока вы не найдете убийцу Славы.

– Обязательно. Сообщу все, что узнаю, – пообещал Эрик.

Глава 20

В машине сыщик продолжал оставаться задумчивым. Мариша молча смотрела в окно и не задавала вопросов. Она привыкла к подобному поведению Эрика. В такие моменты ему нужна была тишина, и она молчала, даже если ей очень хотелось поговорить.

– Есть мысли? – наконец заговорил он.

– Ты имеешь в виду, что я думаю по поводу личности убийцы? – уточнила Мариша.

– А что же еще! – раздраженно ответил он. – Меньше всего меня сейчас волнует что-то иное. Я не могу понять, как был убит Ребров.

– Его же отравили…

– Это понятно. А способ? Как это было проделано? В желудке ничего не нашли. Лекарств среди его вещей тоже не обнаружили. К тому же Педро сообщил бы, если бы Вячеслав принимал лекарственные средства. Винт оказался пустышкой.

– А если ему сделали укол? – предположила Мариша.

– Кто? И когда?

– Понятия не имею!

– Чтобы сделать человеку укол, нужно как минимум убедить его в этом. Но если Ребров был здоров, зачем ему укол?

– Допустим, ему могли сказать, что по приезде в Россию нужно пройти вакцинацию.

– Допустим, – кивнул сыщик. – Кто ему об этом сказал?

– Не знаю, кто-нибудь в аэропорту.

– Тогда почему Педро не сделали такой же укол?

Мариша промолчала.

– То-то и оно, – медленно покивал сыщик. – Пока мне видится только один путь отравления: в банке. Но кто и когда это сделал?

– Людей было много, – сказала Мариша, – думать можно на кого угодно. А вот возможность… Это могли быть Хлопков, или Валентина, или Тихонов, который открывал шампанское.

– Да, я рассуждаю примерно так же. Остальные к бутылке не прикасались. Впрочем, как и к бокалам. Стол Хлопкова находится в стороне, и если бы кто-то возле него крутился, Валентина обязательно бы заметила.

– Может, опросим остальных участников вечеринки?

– Этим пусть занимается Голубев. Нечего диван пролеживать. Наша задача рассуждать. Так к чему мы пришли?

– Что у нас трое подозреваемых, – с готовностью сообщила Мариша.

– Именно. Мы могли решить, что Реброва отравили где-то в пути между аэропортом и банком. Однако эту версию мы сразу отметаем, ведь Ребров сообщил Сергею Александровичу, что они никуда не заезжали. Что у нас остается?

– Возможно, Реброва отравили в гостинице, – с готовностью ответила Мариша.

– Этот вариант мы уже обсуждали, – отмахнулся Эрик. – Во-первых, в номере они были втроем, и отравить человека так, чтобы двое других не заметили, невозможно. Во-вторых, мы не нашли ничего, чем бы Вячеслав мог отравиться. А ведь он умер уже после того, как Хлопков и Ребров ушли из гостиницы. Так что скрыть следы преступления они просто не имели возможности.

– И что из этого следует?

– Я думаю, Реброва отравили именно в банке. Но вот как и когда? В этом мы и должны разобраться. Кроме того, колье тоже было украдено в банке. А это уже о чем-то говорит. Наш преступник должен был быть уверен, что Ребров умрет, иначе кража колье могла бы стать для него роковой. По этой причине я пока не рассматриваю Хлопкова как реального подозреваемого. Ибо ему было легче всего скрыть кражу колье. А вот Валентина, Тихонов и другие сотрудники… – Эрик не договорил.

– И что мы будем делать?

– Искать, кому было выгодно это преступление.

– Я думаю, это могло быть выгодно всем. Колье дорогое, старинное. Его можно продать за бешеные деньги!

– Это несомненно, но не все же убивают ради денег, пускай даже бешеных, как ты говоришь. Нет, здесь следует копать глубже. В чем смысл преступления? В банке хранится немало драгоценностей. Наверняка многие из них не уступают по ценности пропавшему колье. А какие-то даже превосходят. Но ради них не убивают людей. Нужен смысл. Вот когда мы увидим этот смысл, тогда и поймем, кому было выгодно убийство.

– Как же ты будешь искать виновного?

– Пока не знаю, но буду думать. Двоих подозреваемых я себе наметил, остальных тоже не буду сбрасывать со счетов. Каждый имел возможность украсть колье, пусть и призрачную. Я вижу эту возможность таким образом: если виновница Валентина, она могла украсть колье после ухода Хлопкова. Ключи у нее были, а сейф на сигнализацию поставили позже. Если преступник кто-то другой – тогда колье украли во время застолья. И наиболее удобный момент – это инцидент с бутылкой. Пока собирали осколки, кто-то мог залезть в сейф. Насколько я помню показания Хлопкова, после этого происшествия он в сейф уже не заглядывал. В любом случае есть одно «но»: Реброву к тому времени уже должны были дать яд. Иначе преступник не стал бы красть колье. Так когда это было сделано?

– Загадка… – пожала плечами Мариша. – Обычно после таких разговоров у меня появляется ясность, но ты еще больше все запутал. Пока я поняла только одно: у нас двое подозреваемых – Тихонов и Валентина.

– Пока так.

– А охранников ты в расчет не берешь? Ведь они всю ночь оставались в банке.

– Тут тоже есть одна загвоздка. – Эрик почесал затылок. – К тому времени, как Валентина заперла кабинет, сейф уже поставили на сигнализацию. А судя по показаниям аппаратуры, ее не снимали вплоть до появления Хлопкова утром.

– Но ведь они могли что-нибудь придумать? – не сдавалась Мариша. – На то они и приставлены к технике.

– Может быть, – кивнул сыщик. – Проверим. В принципе они имели возможность совершить кражу. Чисто теоретически. Но как быть с отравлением? Охранники явились в кабинет только с появлением курьера. А потом Ребров уже ничего не пил.

– Тьфу! – в сердцах сплюнула Мариша. – Получается, что тот, кто мог убить Реброва, не имел возможности совершить кражу. И наоборот.

– Получается, так, – кивнул Эрик. – За исключением одного человека.

– Валентины?

– Валентины. Вот только зачем ей это? Она должна была понимать, что подозрение сразу падет на нее.

– И она не производит впечатления глупой женщины, – добавила Мариша.

– И это тоже.

– Я не думаю, что это сделала Валя, – немного помолчав, сообщила девушка. – Мне кажется, она симпатизирует Хлопкову. И подставлять своего шефа не стала бы.

– Я тоже заметил, что она к нему неравнодушна, – кивнул сыщик, – но это ни о чем не говорит.

– Конечно! – язвительно заметила Мариша. – Ты же не веришь в любовь!

– Дело не в этом, – поморщился он. – Кроме любви, есть еще масса причин, по которым человек совершает преступления.

– А мне кажется, что благодаря любви многие люди их не совершают! – запальчиво возразила она.

– В принципе я с тобой согласен, – спокойно ответил сыщик. – Но версия с Валентиной единственная, которая укладывается в нашу схему.

– В этом ты прав, – скисла Мариша. – Что будем делать?

– Поедем домой, дочитывать историю Реброва.

– Что мы будем делать? – изумилась она.

– Чи-тать, – повторил по слогам Эрик, словно Мариша была несмышленым ребенком.

– А зачем?

– Так интересно же! Я думал, тебе тоже понравилось.

– Понравилось, – кивнула она. – Но если честно, эта история уже вылетела у меня из головы.

– А у меня нет. И я думаю, что она должна навести нас на какую-нибудь мысль. Не зря же Ребров делал эти записи.

– Ты так считаешь? – с сомнением произнесла она.

– Считаю, – коротко ответил он, заезжая в ворота. – Сейчас поужинаем и за работу.

Валентину весь вечер клонило в сон. Она едва добралась до кровати, падая от усталости, но только опустила голову на подушку, как сон тут же куда-то испарился. Перед глазами развернулась немая сцена – ошеломленный известием о пропаже колье шеф и изумленные сотрудники.

Уже теперь, по прошествии некоторого времени, она понимала: здесь что-то не так. Во всей этой сцене не было искренности. Будто каждый из этих людей знал больше, чем мог сказать. Или ничего подобного не было и ей все это показалось? Валечка знала за собой такую черту – что-то придумать под влиянием обстоятельств и потом искренне в это поверить.

Скорее всего, ничего особенного в поведении коллег не было. Просто они, как и шеф, были поражены невероятным известием. До сих пор в их банке ничего не пропадало. Даже мелочей, типа пачки чая или коробки конфет. И вот теперь такая история… Но все-таки Валентину что-то беспокоило.

Валечка закрыла глаза. Ощущение тревоги не проходило. А может, дело не в коллегах? Может, тут нечто иное? Требовалось вспомнить нечто очень важное, а на нее напал ступор. И чем сильнее она хотела вспомнить, тем глубже забивались ее мысли, а чувство беспокойства нарастало с каждой минутой, будто от этого воспоминания зависела вся ее жизнь. Она сильно зажмурилась и сжала губы, чтобы максимально сосредоточиться на воспоминаниях, и тут…

Когда ее тревога достигла своего пика, перед ее глазами ясно возникла картинка – ключ, вставленный в замке сейфа. Она открыла глаза, потрясла головой и снова сосредоточилась на воспоминаниях. Такого просто не могло быть! Шеф никогда не забывал вынуть ключ из сейфа.

Но память услужливо подкидывала ей все новые подробности. Ключ, веселье, хлопки шампанского… В душе наступило облегчение. В то время как ключ торчал в сейфе, шеф находился в кабинете. А значит, все в порядке, потому что она точно помнила, что после ухода Сергея Александровича в замке ключа не было.

Все-таки тревога хотя и отпустила ее, но все же легонько грызла, как надоедливый червячок. Ее беспокоил человек возле сейфа.

Он был близко, очень близко. Ему достаточно было протянуть руку, чтобы повернуть ключ и открыть дверцу сейфа. Жаль, что больше она ничего не помнит. А ведь он вполне мог это сделать. Или заметить того, кто украл колье. Пожалуй, нужно будет завтра расспросить этого человека. Но так, чтобы он не обиделся на ее подозрения и не отказался разговаривать на эту неприятную тему.