Текст книги "Сверхоружие Скарпанога"

Глава десятая

– Оптимус-Крайн! – крикнул ворвавшийся в зал межпланетной связи один из служителей станции. – Мы только что осмотрели купол с наружной стороны. Этот дождь… он его уничтожил! В некоторых местах толщина купола такова, что его можно пробить кулаком.

– Да, это дождь, – промолвил Оптимус-Крайн. – Что-то подобное я и предполагал. Так, говоришь, купол уже не может служить нам защитой?

– Да, он не выдержит и минуты атаки.

– Ладно, тогда посмотрим, послужит ли нам защитой открытый космос.

В этот момент в зал вбежала группа защитников во главе со Спасателем.

Лица их выражали тревогу. Очевидно, весть о случившемся уже разлетелась по станции.

– Сто трансформирующихся мышей! – воскликнул Спасатель. – Нам оставалось продержаться только десять-одиннадцать часов! А там, соединившись с флотом людей, мы могли бы нанести уничтожителям сокрушительное поражение!

– Увы! – вздохнул Оптимус-Крайн. – Увы, преобразователь силен, и у него в запасе еще много штучек вроде этой. Нет, но каков! Наслал на нас дождь, разъедающий броню, словно это обыкновенная бумага.

– Да, – с горечью сказал Стрелок, стоявший сбоку от Спасателя. – Не получи уничтожители помощь преобразователя, мы бы уже с ними покончили.

– Да, – задумчиво промолвил Оптимус-Крайн. – Конечно, он сделал нам много зла, но я думаю, он и сам является жертвой обмана. Дьявольского обмана. Так что ему завидовать не стоит. Будь у нас хоть какая-то возможность открыть ему глаза на происходящее, я бы сделал это, причем не только для того, чтобы вывести его из игры, но и для того, чтобы сохранить ему жизнь. Боюсь, он в большой опасности.

– Думаю, сейчас неплохо было бы прикинуть, чем мы сможем ответить на этот неожиданный сюрприз уничтожителей, – мрачно сказал Волнохват.

– Безусловно, – кивнул Оптимус-Крайн и повернулся к служителю. – Что там поделывают уничтожители?

– Готовятся к атаке.

– Прекрасно, – сказал Оптимус-Крайн. – Иди и наблюдай. Когда они ее начнут, сообщишь нам. Хотя, думаю, мы и сами это сразу поймем. Негодяи, конечно же, начнут ее с того, что обрушат на купол град снарядов и ракет.

Служитель отправился на свой пост, а командир защитников повернулся к своим друзьям.

– Итак, – начал он. – Положение наше отчаянное. Станция не выдержит и минуты хорошего обстрела. Настало время обсудить наше положение.

– Это правда, – мрачно сказал Спасатель.

Он догадывался, о чем будет предстоящий разговор.

Немного помолчав, словно что-то напряженно обдумывая, Оптимус-Крайн, видимо, пришел к какому-то решению. Тряхнув головой, он начал:

– Друзья, еще раз повторяю: мы сейчас находимся в самом худшем положении, которое только можно представить. Наше убежище разрушено, половина из нас ранена, причем, я не считаю легкие раны, которые есть, наверное, у каждого, я имею виду серьезные раны, мешающие сражаться с уничтожителями. И хотя многие из вас не собираются прекращать борьбу, рано или поздно раны дадут о себе знать и тогда… тогда наступит конец…

Он задумчиво прошелся по залу, потом остановился и обвел напряженным, суровым взглядом обращенные к нему лица друзей.

– Первым делом, – видно было, что эти слова даются ему с трудом, – вы должны ответить на один вопрос. Прошу не возмущаться и понять меня правильно. Проклятый Скарпаног не раз в той или иной форме предлагал нам сдаться. Считаете ли вы, что нам стоит ради спасения своих жизней принять это предложение, пусть даже на самых выгодных условиях, которые мы сумеем выторговать?

Ответом ему был ропот возмущения.

– Нет! – первым крикнул Стрелок.

– Правильно! – вторил ему Спасатель. – Это недопустимо!

– Мы на это не пойдем! – решительно заявил Томогавк.

Остальные защитники тоже поспешили высказать свое решение не сдаваться подлым уничтожителям.

Оптимус-Крайн облегченно вздохнул. На его мужественном лице на краткое мгновение даже мелькнула улыбка. Но уже в следующую секунду он был снова серьезен и сосредоточен.

– Иного ответа я и не ждал. Поймите, я должен, я обязан был задать этот вопрос и теперь прошу прощения за то, что на секунду усомнился в вас, мои друзья. Но только понимаете ли вы, что, отказываясь принять предложение Скарпанога, мы обрекаем себя на верную гибель?

– Да, понимаем, – горячо крикнул Спасатель.

– Если надо, – сказал Шило, – то мы умрем. Но мы сделаем это с оружием в руках. В любом случае, это почетнее, чем служба ненавистному тирану.

– Хорошо, – сказал Оптимус-Крайн. – Теперь мы должны посоветоваться, что нам делать в данной ситуации. Станция погибла, ускользнуть с планеты, чтобы потом продолжить борьбу, мы не можем, нам это попросту не дадут сделать. Остается только одно – выйти сражаться в открытый космос. Но это почти наверняка – смерть. И не от оружия уничтожителей, а от очередной штучки преобразователя. У кого-нибудь есть идеи?

Защитники молчали.

– Хорошо, – промолвил Оптимус-Крайн. – У нас остался только один выход… И еще мизерный шанс, что там, в космосе, мы успеем что-то придумать и за оставшиеся у нас несколько минут обхитрить преобразователя. Поэтому будьте вдвойне осторожны. Не спешите вступать в бой, слушайте команды. Может быть, нам и удастся выпутаться. У меня – все. Думаю, имеет смысл подготовиться к последнему, решающему бою.

Хорошо понимая, что каждая минута на счету, защитники разошлись. В зале остались только Оптимус-Крайн и Стрелок.

– Я рад только одному, – после недолгого молчания сказал предводитель защитников, – что мы вовремя отослали на Нею Микула. По крайней мере, там мальчику ничего не угрожает.

– Да, будь он с нами, то уничтожители не выпустили бы из кольца даже его, – промолвил Стрелок.

– И еще, – сказал Оптимус-Крайн. – Если даже мы проиграем эту битву, надо постараться уничтожить как можно больше уничтожителей. Через десять часов подойдет флот людей. Может быть, в живых останется так мало врагов, и они будут так изранены, что людям удастся победить.

– И это верно, – согласился с ним Стрелок.

Они замолчали и погрузились каждый в свои мысли.

Оптимус-Крайн думал о том, как мало он успел сделать. Узнай он раньше о приближающемся нашествии, защитники смогли бы к нему подготовиться.

Стрелок думал о предстоящем бое и дал себе клятву, что обязательно пробьется к самому Скарпаногу и, как минимум, угостит его парой хороших ударов.

Впрочем, их раздумья длились недолго. Через несколько минут явился Волнохват и сообщил, что уничтожители начали атаку. Действительно, грохот попадавших в купол снарядов возвестил о том, что атака и в самом деле началась. Многие из них пробивали купол и крушили внутренние переборки. Приказав служителям станции перебраться в подземные этажи, где уже находились тяжелораненые, Оптимус-Крайн выскочил из здания станции.

В течение следующей минуты к нему присоединились все защитники, способные держать в руках оружие.

Еще через несколько мгновений Оптимус-Крайн крикнул:

– Трансформируюсь!

Приняв боевую форму, он устремился вверх, навстречу атакующим уничтожителям. Остальные защитники последовали его примеру.

Они неслись вверх, навстречу врагам, готовые вступить в схватку, и солнце играло на клинках их обнаженных мечей. Сверху к ним спускались уничтожители, издавая дикие вопли, потрясая палицами и секирами.

До столкновения оставалось совсем немного, когда уничтожители вдруг резко остановились, и из-за их спин, неуклюже переворачиваясь, вылетел Лютик. Остановившись, он явно приготовился сделать еще одну гадость и таким образом добить защитников, Однако, те среагировали мгновенно: разделившись на две части, произвели головоломный маневр и напали на уничтожителей с флангов. Совсем не ожидавшие этого уничтожители пришли в замешательство.

– Хитрить?! – закричал Скарпаног и крикнул своим воинам: «Эй вы, ну-ка покажите им, где раки зимуют!»

Отлично понимая, что перевес на их стороне, что у них есть шанс раз и навсегда покончить с защитниками, уничтожители схватились с воинами Оптимуса-Крайна, так, что затрещали лезвия мечей и секир.

Силы были неравны, но Скарпаног чувствовал, что даже при таком численном превосходстве его воины смогут проиграть схватку. На стороне защитников было умение и сплоченность. Воины Скарпанога дрались каждый сам по себе, а защитники то и дело приходили друг другу на помощь, частенько прикрывая своим мечом или даже телом изнемогающего в бою товарища.

– Нам нужно как-то пустить в ход Лютика, – приказал он Смертоносцу.

– Будет сделано, – откликнулся тот и кинулся в самую гущу схватки, стараясь сбить в группу рассыпавшихся на большое расстояние уничтожителей.

В скором времени это ему удалось.

И тогда по очередному приказу повелителя уничтожители вдруг резко отступили назад. Через мгновение защитники остались в пустом пространстве. Противник их был на расстоянии километра, не меньше.

– Вперед! – крикнул Оптимус-Крайн. – На врага! Мы не должны дать ему время опомниться!

Увы, этот приказ запоздал. Враг уже успел сделать все, что хотел, и теперь, стоило защитникам кинуться на уничтожителей, из их рядов снова выплыл Лютик, которого, надо сказать, несколько разозлил предыдущий маневр противника. Быстро крутанувшись на месте, он громко хрюкнул и выпустил изо рта облачко лилового цвета.

В один миг это облачко закрутилось волчком, распалось на множество маленьких сгустков, которые сразу же превратились в крохотные стрелы и устремились к защитникам.

Дальше произошло самое удивительное. Стрелок оказалось как раз столько, сколько было защитников, и каждая из них, словно обладая разумом, выбрала себе по одному противнику и направилась точно к нему. Скорость стрелок была не слишком велика, но они преследовали свои жертвы неотступно, словно их притягивали магнитом.

– Маневрировать! – крикнул Оптимус-Крайн.

Это был дельный совет. Впрочем, следуя ему, защитники спасались от немедленной гибели, но не могли избавиться от опасности совсем. Некоторые открывали по стрелкам ожесточенный огонь, но уничтожить их не могли и снова пускались наутек.

Уворачиваясь от своей стрелки, Оптимус-Крайн понял, что, очевидно, это самая страшная штука, которую придумал железный поросенок. Конечно, пока защитники двигались, стрелки догнать их не могли, но рано или поздно у трансформеров закончится энергия, и тогда… что тогда?

Оптимус-Крайн мучительно ломал голову, пытаясь найти выход из этого положения, но чем дальше, тем больше оно представлялось ему безвыходным.

Сообразив, что защитники попались в ловушку, уничтожители расслабились и даже опустили оружие.

– Смотри, вот так коленца они откалывают! – кричал Брюхо, давясь отвратительным смехом.

– А этот-то, а этот! – вторил ему Смертоносец.

И даже сам Скарпаног позволил себе снисходительно усмехнуться, наблюдяя это, по его мнению, жутко забавное зрелище.

– Что, съели? – сказал Лютик. Вид у него был довольный.

– Ты просто молодец, – похвалил его Скарпаног и отрицательно помотал головой, видя, что к Лютику с лазерным кинжалом руке подкрадывается Смертоносец, явно решивший, что час его мести настал.

– Но почему, о мой тиран? – спросил Смертоносец у Скарпанога, как только Лютик, решив понаблюдать за защитниками, отлетел от них подальше.

– Болван, – презрительно промолвил Скарпаног. – Защитники еще живы. Кто знает, а вдруг, если ты его убьешь, эти замечательные стрелки исчезнут?

– Вы, как всегда, правы, – склонил голову Смертоносец и взглянул на своего господина с рабским обожанием.

– Еще бы, – усмехнулся Скарпаног и одарил Смертоносца высокомерным взглядом.

Тот снова поклонился и поспешно присоединился к группе уничтожителей, которые, не рискуя подлететь ближе к месту действия, с удовольствием наблюдали за ним с приличного расстояния.

Между тем, положение становилось все более угрожающим. Постепенно защитники уставали. Реакция их замедлилась, многие маневры они производили не так ловко, как полчаса назад. Несколько раз то один воин Оптимуса-Крайна, то другой, попадали в ситуации, которые, казалось, должны были закончиться соприкосновением со зловещей стрелкой, и лишь чудом все же от нее уворачивались.

Однако, всякому везению бывает предел, и вот-вот должны были появиться первые жертвы.

– Держу пари на два пинка, – сказал своему соседу Клык, – что вон тот защитник, видишь, с пушкой на плече, умрет первым.

– Принято, – азартно ответил тот.

Оптимус-Крайн уже стал подумывать, не стоит ли прекратить эту дьявольскую карусель, не броситься ли на врага, чтобы рискнуть и, может быть, даже погибнуть, но уничтожить хотя бы одного из них. Искушение было велико. Кроме того, он надеялся, что его примеру последуют и другие защитники.

Спасение пришло тогда, когда его никто уже и не ждал.

Неизвестно откуда взявшийся маленький кораблик, ведя ожесточенный огонь из всех пушек, врезался в самую гущу уничтожителей, наделав страшный переполох. Прежде чем кто-либо из врагов успел опомниться, он миновал основную группу уничтожителей и резко остановился неподалеку от Лютика.

– Немедленно прекрати! – раздался из него усиленный мегафонами голос.

– Что? – не понял Лютик.

– Прекрати, прошу тебя! Не надо их убивать, они хорошие!

Кто, кто это?

– Да это же я – Микул, ты что, не узнал?

– Микул? Микул! О святой дух Вселенной, как ты здесь оказался?

– Не видишь, что ли, прилетел на корабле. Я тебе потом все объясню. Сейчас важно другое! Немедленно прекрати преследовать защитников, они друзья, они хорошие, их нельзя убивать, иначе вся Галактика попадет под власть Повелителя.

– Погоди, ты, человек, на стороне защитников? – удивился Лютик.

– Ну конечно, а что в этом удивительного? Все люди на стороне защитников. Это только уничтожители желают им зла. Они настоящие враги людей.

– Как это?! Объясни! Этого просто не может быть!

– Да что ты с ним цацкаешься? – начиная догадываться о смысле происходящего, крикнул Скарпаног. – Врет он все. Пытается спасти своих друзей и нагло врет! Вот сейчас я ему!

Скарпаног навел на маленький кораблик чудовищных размеров лазерную пушку. К сожалению, такое маленькое суденышко не могло похвастать толстой броней, и одного выстрела из этого оружия было достаточно, чтобы его уничтожить.

– Стой! – крикнул Лютик. – А ну-ка не стрелять! И вообще, никому не прикасаться к оружию, а то – вы меня знаете.

Голос его был таким грозным, а ранее продемонстрированные способности настолько впечатляли, что уничтожители застыли, словно ледяные статуи.

– Рассказывай, – приказал Лютик Микулу. Теперь он совсем не походил на маленького мечтательного поросенка. В Лютике словно проснулся дух его бесстрашных предков, суровых преобразователей, когда-то изгнавших из населенной людьми части Галактики самого Повелителя.

– Да что рассказывать-то? Это все они, уничтожители, замышляют всякие гадости и пытаются поработить род людской. Они убили моих родителей и уничтожили несколько прекрасных городов на Земле. Они сделали много зла. А теперь наплели тебе всяких глупостей, чтобы с твоей помощью уничтожить истинных спасителей людей – защитников. Повторяю, ты совершаешь ошибку. Пока не поздно, отмени свой приговор и пощади защитников.

– Хм, – промолвил Лютик. – Похоже, ты не врешь. Но во всем этом надо разобраться как следует. Я не должен ошибиться. Для начала надо сделать так.

Лютик издал короткий пронзительный свист, и преследовавшие защитников стрелки моментально исчезли. Воины Оптимуса-Крайна наконец-то смогли остановиться и перевести дух.

– Но предупреждаю, – сказал им Лютик. – Я еще ничего не решил. Поэтому, во избежание неприятностей, вы так же, как и уничтожители, не тронетесь с места и не прикоснетесь к оружию.

– Хорошо, – сказал Оптимус-Крайн. – Принято. Мои воины будут вести себя так, как ты хочешь. Мы ждем твоего решения.

По счастливой случайности положение поросенка было как нельзя более выгодным. Он находился как раз между двумя группами воинов. Одна состояла из защитников, а другая – из уничтожителей. Таким образом, он мог наблюдать за всеми и, в случае, если какая-нибудь из групп попытается на него напасть, он успел бы применить свои чудесные способности. Микул оказался в менее выгодном положении. Его кораблик остановился слишком близко к уничтожителям, но храбрый мальчик и не думал менять его положение, поскольку опасался заставить Лютика действовать. Результат этих действий был пока непредсказуем.

– Так, – важно, как самый настоящий судья, произнес Лютик. – А теперь я хочу все выяснить. Итак, Микул, ты утверждаешь, что настоящими друзьями людей являются защитники?

– Да.

– А ты, что ты можешь на это сказать, Скарпаног?

– Да он врет, врет, гадкий мальчишка, самым беззастенчивым образом, – грубо выкрикнул Скарпаног, решивший играть свою игру до конца. У него оставалась смутная надежда, что ему удастся заговорить Лютику зубы, приблизиться на достаточное расстояние, а там… все мог решить один удар лазерного кинжала.

– Угу, значит, врет?

– Конечно!

– Неправда, – крикнул Микул. – Неправда! Говорю правду я. А вот он самым подлым образом врет!

– Хорошо, а ты что скажешь, Оптимус-Крайн?

– Я могу сказать лишь только, что всегда был другом людей и старался, как мог, защитить их от подлых уничтожителей.

– Любопытно, – задумчиво промолвил Лютик. – Классический случай. Обе стороны утверждают, что говорят правду, в то время, как совершенно ясно, что одна из них врет. С таким я еще не сталкивался. Любопытно.

Он задумался.

– Эй, Лютик! – прервал его раздумья Скарпаног. – Вспомни, кто, как не я, был твоим другом на протяжении последнего времени? Кто, как не я, спас тебя от одиночества, а может быть, и от множества опасностей, когда ты, потеряв своих родителей, встретился с нами. Разве не я учил тебя уму-разуму? А теперь ты мне не веришь? Где же твои уверения в дружбе и верности?

– Да, это правда, – кивнул Лютик. – Однако, я заметил, что каждый раз, когда я предлагал отправиться на поиски моих родителей, находилось множество веских причин этого не делать. В конце концов, мы так и не отправились их искать, а мне до сих пор кажется, что их еще можно было найти. По крайней мере, тогда…

– Эх, Лютик, Лютик, – с напускной обидой сказал Скарпаног. – Ты мне не веришь, а ведь я не давал для этого никаких оснований.

– Это верно, – произнес железный поросенок. – В то время, когда кое-кто… Скажи-ка Микул, зачем ты мне рассказывал, что живешь на планете Аруп, что потерпел кораблекрушение? А потом вдруг появляешься на корабле и начинаешь рассказывать, что мои друзья – не мои друзья, а, напротив, враги людей?

– Я обманул тебя, – в голосе Микула чувствовалось неподдельное раскаяние. – Но я не мог сказать тебе, кем являюсь на самом деле, не мог подвести своих друзей. В остальном же я не солгал. Пойми, настоящие враги людей – уничтожители.

– Вот видишь? – обрадовано воскликнул Смертоносец. – Он тебя обманул. А если он обманул тебя один раз, то обманет и в дальнейшем. Мы – твои настоящие друзья и настоящие друзья людей.

– Это верно, – энергично закивал Скарпаног.

– Позволено ли мне будет вмешаться? – спросил Оптимус-Крайн. – Насколько я понял, вам, уважаемый преобразователь, нужны доказательства того, что мы являемся друзьями людей? Я готов их предоставить. Дело в том, что на нашей станции находятся несколько человек из обслуживающего персонала. Их не было видно, поскольку они не военные и находились в подземных этажах станции, чтобы не пострадать во время военных действий. Если мы приземлимся возле станции…

– Не слушай его, – взвыл Скарпаног. – Они хотят заманить тебя к своей станции, чтобы там, под прицелом ее пушек, захватить в плен. Послушай, сколько можно думать? Неужели ты не видишь, кто твои настоящие друзья?

– Да, полететь к станции было бы неосторожно, – немного подумав, решил Лютик. – Оптимус-Крайн, есть ли у тебя еще какие-то доказательства, которые ты можешь предоставить здесь, сейчас, кроме слов и этого мальчика, уже однажды меня обманувшего?

– Нет, – понурил голову Оптимус-Крайн.

– А если нет, тогда…

– Погоди! – крикнул Микул. – Вот тебе доказательство. Посмотри направо.

Взоры всех присутствующих обратились в указанном направлении.

И действительно, там, в глубине космоса, сияла целая гирлянда огоньков, которые буквально на глазах становились все больше и больше.

Это флот людей! – крикнул Микул. – Они спешат на помощь защитникам!

Действительно, это был флот людей, появившийся раньше расчетного времени. Произошло это благодаря четким действиям всех его экипажей и командиров. Кроме того, люди отлично знали, как нуждаются в их помощи защитники, и поэтому летели на форсированном режиме двигателей. Как бы то ни было, но их появление ставило точку в вопросе о том, кто является истинным другом людей, а кто – врагом. Стоит Лютику встретиться с людьми, и он узнает правду.

Скарпаног мгновенно это понял. Было ясно, что удрать на этот раз вряд ли удастся, поскольку за ним неизбежно пустятся в погоню. А соревноваться в скорости с защитниками он не хотел.

Теперь уже очень незавидным стало положение уничтожителей.

И тут Скарпанога озарило. Одним прыжком преодолев расстояние, отделявшее его от корабля Микула, он могучим ударом секиры снес дула его пушек, и взял на мушку.

– Малейшее движение – и вы навеки попрощаетесь со своим товарищем, – заявил Скарпаног.

– Ты за это заплатишь, – мрачно сообщил Оптимус-Крайн.

Его рука дернулась было к рукояти меча, но на полдороге застыла.

– Заплачу, заплачу, не сомневайся, потом, может быть, – пробормотал Скарпаног.

Сообразив, что появился шанс благополучно ускользнуть, уничтожители молча окружили своего повелителя.

– Ага, вот как… Стало быть, это ты меня обманывал! – воскликнул Лютик.

– Конечно, я, – осклабился Скарпаног. – Эти простаки на такое не способны. Только глупец может дружить с людьми. А скажи, славно мы повеселились? Мы ведь почти победили. Кстати, могу подкинуть еще один фактик, который тебе не понравится. На Нее не растет никаких золотых желудей. Их просто не бывает в природе, уяснил, лопух?

– Это так? – спросил у Оптимуса-Крайна Лютик.

– Тут он не врет, – ответил предводитель защитников.

– Ну, это тебе даром не сойдет, – нахмурился Лютик.

– Еще как сойдет, – ухмыльнулся Скарпаног. – Пока я держу под прицелом эту скорлупку, никто из вас не посмеет причинить мне ни малейшего вреда.

– Ладно, чего ты хочешь? – спросил Оптимус-Крайн.

– Совсем немного. Убраться отсюда целым и невредимым. И чтобы никто из вас за мной не увязался, я, пожалуй, прихвачу с собой этого мальчика. Он мне понравился. Надо же заменить кем то Лютика? Пока, я ухожу!

Уничтожители стали медленно удаляться прочь, в сторону планеты Аруп. Замыкал их группу Скарпаног. В правой руке он держал нацеленную на кораблик Микула лазерную пушку, левой тащил его за собой.

– Отпусти ребенка! – крикнул Оптимус-Крайн. – Даю слово, вы уйдете беспрепятственно!

– Так я тебе и поверил! – иронически воскликнул Скарпаног. – Держи карман шире! Нет, этот мальчишка будет с нами. Он станет залогом нашей безопасности. Отпущу я его только тогда, когда полностью эвакуирую базу на планете Аруп. Думаю, она мне еще пригодится где-нибудь в другом месте.

Уничтожители неторопливо улетали прочь. Понимая, что ничего не может предпринять, Оптимус-Крайн от ярости скрежетал зубами.

Флот людей остановился неподалеку от защитников. Видимо, его командующий никак не мог разобраться в происходящем и решил пока ничего не предпринимать.

Оптимус-Крайн послал к нему Волнохвата с заданием обрисовать обстановку и предупредить людей, чтобы те ни в коем случае не вздумали преследовать уничтожителей. Больше всего Оптимус-Крайн опасался, что увидев преследователей, враги в приступе злобы убьют Микула.

Когда уничтожители решили, что отлетели от защитников на вполне достаточное расстояние, они включили моторы на полную тягу. Двое из них ухватили кораблик Микула и потащили за собой. Прежде чем раствориться в глубинах космоса, Скарпаног крикнул:

– Мы еще встретимся!

– Обязательно, – мрачно сказал Оптимус-Крайн.