Читать книгу "Ангел любви. Часть 2"

Все дружно захлопали, приветствуя отца и дочь и искренне радуясь, что страшное вчерашнее событие так благополучно завершилось. В столовой присутствовали все домочадцы, включая только что вернувшегося из поездки Арчи. Тот был огорошен, что в его в недолгое, всего двухдневное отсутствие столько всего произошло, и что Шон, которого он уважал еще с Венесуэлы, выжил в почти безнадежной ситуации, и к тому же оказался отцом Лаки, а не любовником. Услышав от Алана такую новость, он обрадовался от души, что и Лаки, и Шон, то есть Антэн, оказались нормальными людьми, с высокими моральными устоями. Арчи знал, что эта новость порадует и его отца. Лукас симпатизировал Антэну, но неприятное чувство из-за того, что тот связался с девчонкой, годящейся ему в дочери, мешало считать его своим другом. А теперь они смогут подружиться по-настоящему.

Но из всех присутствующих самыми довольными были Алан и Кристиана. Они не потеряли для себя Лаки.

– Только надо еще придумать, как преподнести это для всех Арчи, дорогой, пока не говори ничего отцу, – мило улыбаясь, предупредила Лаки. – Мы сами расскажем ему, да и Милтону тоже. Кстати, когда он прилетает? Завтра или послезавтра?

– Послезавтра, – со вздохом ответил Арчи. – Честно говоря, я озабочен. Вдруг он начнет все критиковать или отговаривать Тэсс. Боюсь, свадьба может не состояться.

– Не переживай, все будет нормально. В Дублине останется одна Присцилла, а ее бояться нечего. Она в восторге от тебя, о лучшем женихе нечего и мечтать. А папашу Милтона мы потащим в Сан-Паулу. Человек он заводной, ему понравятся гонки. Они с Лукасом быстро найдут общий язык. А вы с Тэсс спокойно обсудите с мамами все детали церемонии, и никто не будет вам мешать.

– Ты так выручишь нас. Тэсс тоже боится приезда отца.

– Передай ей, что все под контролем. Мы расскажем вашим отцам, кто такой Антэн в Бразилии. Эта новость станет для них одинаково неожиданной и станет хорошим поводом для разговоров.

Окончательно успокоив Арчи, Лаки предложила всем приступить к настоящему королевскому ужину, на радостях приготовленному миссис Беттини.

Ужин прошел как никогда весело и непринужденно. После него никто не торопился расходиться. Все перешли в красную гостиную, чтобы провести остаток вечера в общих развлечениях. В огромной комнате быстро образовались три группы по интересам. Кристиана с Дарией и Стасей уютно расположились на диванчиках и увлеченно обсуждали фасоны платьев, а Раян тихо спал в своей переносной кроватке.

Антэн, Стивен, Лаки и Вик взялись за карты, а Габриэль и Арчи решили сразиться в своей любимой игре «Пираты». Алан присел рядом с ними и стал наблюдать за поединком. Как создателю игры, ему было интересно узнать, как участники проходят этапы. Арчи неоднократно жаловался, что игра очень сложная. Он никак не мог выйти на новый уровень, и заверял, что это практически невозможно для рядового игрока, и под силу только автору игры. Его поддержал Габриэль, убежденно настаивая на упрощении этапа, который он еле прошел, благодаря случайной удаче, промучившись до этого почти месяц. Алан великодушно пообещал подумать над их замечаниями и возможно, упростит пару ходов.

– Седьмой этап еще можно пройти самому, Арчи, – с видом знатока заявил Габриэль. – Восьмой уже невозможно, а этот красавец наотрез отказывается мне подсказать, – с веселым упреком кивнул он на Алана. – Говорит, играй сам, игра и так скоро закончится на двенадцатом этапе.

– Алан, а третьей игры точно не будет? Может, напишешь продолжение? – заискивающе попросил Арчи. – На форуме все просят об этом и рейтинг игры очень высокий, она уже вышла на третье место. Все ждут, не дождутся запуска третьей части.

– Она давно готова, но я не могу ее запустить, ведь авторские права на первые две части принадлежат не мне, а компании, заказавшей игру для рекламы фильма. Никто и не ожидал, что игра станет такой популярной. Даже непонятно, что служило рекламой – игра фильму или фильм игре.

– Лаки, – внезапно встрепенулся Габриэль, – это же ваш с Виком продюсерский центр затеял съемки фильма, да и игру заказал тоже. Давайте, покупайте третью часть, мы с Арчи, как рядовые игроки, хотим продолжение.

– Ты еще вторую игру не закончил, а уже о третьей беспокоишься. Надо еще подумать, стоит ли ее вообще запускать, – задумчиво произнесла Лаки, не отрываясь от карт. – Ты с «Пиратами» стал настоящим геймером. Скоро совсем забросишь и нас, и Дарию.

Она бросила на брата лукавый взгляд, тот неожиданно покраснел, вспомнив вчерашнее примирение, и быстро вернулся к интересующей его теме.

– Тебе этого не понять. Ты не любишь игры и даже не представляешь, какое это удовольствие. Причем не только играть самому, но и следить за чужой игрой. Я один раз наблюдал, как Алан играл в Сети с Эванджелиной, так просто закачаешься.

– Ты тоже видел их игру? – вскинулся Арчи и с восторгом заявил: – Даже не верится, что девчонка может так драться!

– Ну нельзя же быть таким наивным, – снисходительно отозвался Стивен. – Под красивым именем Эванджелина скорее всего скрывается старый заядлый игроман.

– А мне хочется верить, что это прекрасная девушка, – упрямо заявил Арчи. – Настоящая пиратка в душе.

– И это говорит мой брат, – картинно закатил глаза Стивен. – В кого ты такой родился неисправимый романтик?

Алан поднялся с кресла и с понимающей улыбкой пообещал Арчи:

– Сейчас принесу демонстрационную версию третьей части, и ты увидишь, как мы сражаемся с Эванджелиной. Я тоже неисправимый романтик, и уверен, что дерусь с пираткой, а не с бородатым мужиком.

Он вышел из гостиной, а Антэн с недовольным видом бросил карты на стол и насмешливо глянул на дочь.

– Детка, а в этом доме есть нераспечатанная колода? Что-то мне не везет с этими картишками, – он демонстративно сложил карты веером и посмотрел сквозь них на яркий свет.

– Что за скользкие намеки? Хочешь сказать, что я подсунул крапленые карты? – от души возмутился Стивен. Именно он принес в гостиную колоду карт, и сейчас выигрывал, как никогда. – Ну, знаешь ли, Антэн, не может же во всем вести. Вчера тебе повезло в более существенном деле, чем карты, так что нечего тут обвинять нас в шулерстве.

– Стивен, не горячись. Сейчас я принесу новую колоду. Уж чего-чего, а карт в этом доме хватает. И тогда мы услышим, что запоет мой папочка, проиграв в очередной раз, – успокоила его Лаки и шутливо показала отцу кончик языка, а мысленно его спросила: «Тебя Алан попросил меня выманить? Ему не терпится узнать, кто победил в нашем споре?»

Антэн виновато опустил глаза и также мысленно, ответил: «Ну прости меня, пожалуйста. Алан, действительно, хочет о чем-то поговорить с тобой. Вот и попросил меня. Ты же не обижаешься на своего старика, детка?»

«Ладно, не парься, все нормально», – усмехнулась Лаки, а вслух зловеще пообещала, скорчив забавную рожицу: – Я скоро вернусь, папочка, готовься. Мы все обиделись и сейчас покажем тебе, как надо играть в карты.

Лаки выскользнула в холл, и тотчас же крепкая рука Алана подхватила ее под локоть и увлекла в небольшую нишу, подальше от двери гостиной.

– Я еще не поблагодарил тебя за отца, – серьезно произнес он, заглядывая в бездонные любимые глаза. – Если бы не ты, я потерял бы его, и для меня это была бы невосполнимая потеря.

– Я спасала не только твоего отца, но и своего. Так что не стоит меня благодарить, – тихо ответила Лаки. – Ты не сердишься, что я так жестко обошлась с тобой?

– Конечно, нет, – заверил Алан, беря ее руки в свои теплые ладони и нежно целуя длинные тонкие пальцы. – Ты все правильно сделала, я точно только бы мешал, пытаясь спасти отца от столь радикальных методов лечения.

– Да, наши методы весьма необычные, – усмехнулась Лаки, пытаясь освободить руки, но Алан крепко сжимал ее изящные кисти и не думал отпускать, продолжая целовать уже запястья.

– Все, хватит благодарностей, – она решительно остановила его, прекращая поцелуи. – Я тоже хочу сказать тебе «спасибо» за Габриэля, ну уж прости, не так душевно, как ты.

– Да ничего особенного я не сделал, но один маленький поцелуй все же заслужил.

Алан быстро подставил щеку и постучал по ней пальцем. Лаки слегка коснулась губами гладко выбритой щеки, но и этого почти мимолетного прикосновения хватило, чтобы ее сердце забилось в два раза быстрей. Она поспешила отпрянуть от него и перевести все в шутку.

– Не уменьшай своих заслуг. Габриэль намекнул, что помирился с Дарией только благодаря тебе.

– А еще не намекнул, признался он ей в любви или нет? – словно ненароком поинтересовался Алан – Или Дария может случайно обмолвилась об этом?

– Конечно, признался, – убедительно ответила девушка. – Разве ты сам это не понял по блестящим глазам сестры?

– Лаки, не уходи от ответа. Глаза так блестят от хорошего секса. Да ты и сама это отлично знаешь. Вспомни, какие глазки видела в зеркале, когда приводила в порядок волосы или подкрашивала губки после занятий любовью, – он внимательно смотрел на нее, пытаясь угадать, как она относится к сексу, вспоминая предупреждение отца. – В том, что Габриэль умелый любовник, я и не сомневался. Мы ведь спорили с тобой не об этом.

На лице девушки не дрогнул ни один мускул, она не смутилась и не зарделась от слов о ее блестящих глазках. Она просто проигнорировала их.

– Габриэль признался Дарии в любви, – даже не моргнув, заверила Лаки. – Она сама сказала об этом, когда я прямо у нее спросила.

– Но? – Алан все-таки уловил в ее голосе нотку сомнения и хитро улыбнулся. – Признайся, что маленькое «но» все-таки существует.

– Признаюсь, существует, – глубоко вздохнула Лаки и грустно посетовала: – Как же трудно жить на белом свете такой правдивой девушке, как я. Но какой ты, однако, догадливый, даже не обманешь тебя, – с притворной досадой отметила она. – А так хотелось увидеть, как ты целуешь моего брата. Ну, да ладно, сознаюсь, у нас с тобой ничья. Габриэль признался Дарии в любви, но произнес: «Я тебя люблю» на испанском языке, заранее не зная, что она им владеет. Поэтому такое признание нельзя ни полностью зачесть, ни опровергнуть. Так, что мы оба остались без призов, – легкомысленно взмахнула рукой девушка и направилась к ближайшему комоду, зная, что в нем наверняка есть несколько новых колод карт.

– Ну, зачем же именно так расценивать ничью, – ухмыльнулся Алан, скрещивая руки на груди. – Ведь можно поступить иначе, и каждый из нас получит свой приз. Тем более, кто-то обмолвился, что очень хотел бы увидеть реакцию Габриэля на мой поцелуй. А желание дамы моего сердца для меня закон, – томно растягивая слова и бросая на Лаки призывной взгляд, произнес Алан. – Так что свой приз ты получишь прямо сейчас.

Он вновь завладел ее рукой и резво потащил обратно в красную гостиную.

Лаки даже опешила, не ожидая такого проворства от всегда спокойного парня. Она ведь просто по привычке поддела его, совсем не рассчитывая получить от него свой приз, а тем более, не желая ему вручать приз. Лаки боялась, что поцелуй разрушит ненадежный барьер, позволявший держаться от него на расстоянии. Ведь длительные отношения между ними невозможны, и скоро они расстанутся навсегда. Поэтому лучше даже не начинать, чтобы потом не мучиться от безнадежной, изматывающей любви к Алану. Будучи гасителем, она не может позволить себе такой роскоши, как любовные переживания. И девушка попробовала обернуть все в шутку.

– Алан, я вовсе настаиваю на выигрыше.

– Зато я настаиваю, – серьезно произнес Алан, но увидев смятение в ее глазах, тоже заговорил шутливым тоном: – Уговор дороже денег, да мне и самому интересно, как именно отреагирует Габриэль на такое проявление нежности – даст мне по шее или расквасит нос. Сейчас все узнаем, – и он решительно начал подталкивать Лаки к двери.

– Но ты же обещал принести диск с игрой, – она попыталась отвлечь его. – Давай, ты сначала сходишь за ним, а потом…

– Все предусмотрено, она у меня с собой на флэшке, – Алан похлопал себя по нагрудному карману рубашки. – Не волнуйся, сейчас повеселимся на славу, вот увидишь.

Уже и Лаки стало любопытно, как он выкрутится из такой щекотливой ситуации и осмелится при всех поцеловать Габриэля. Она перестала сопротивляться и позволила втащить ее в комнату.

Алан лихорадочно прикидывал, как же ему подкатить к Габриэлю, но удача сегодня явно была на его стороне. Не успели они перешагнуть порог комнаты, как Габриэль подбежал к Алану и с непривычным для него возбуждением поделился своей радостью.

– Представляешь, я прошел восьмой этап за какие-то пять минут, а до этого две недели над ним бился.

– Друг ты мой дорогой! – с ликованием воскликнул Алан, вызвав удивленные взгляды картежников, не понявших, что могло вызвать столь бурный восторг у всегда спокойного и уравновешенного парня. Даже Антэн не ожидал от сына такой реакции на простую фразу об игре, а дальнейшие его действия повергли всех в состояние, близкое к шоку.

– Ты меня так выручил! Я тебя даже поцелую за это! – Алан крепко обнял Габриэля и расцеловал в обе щеки. Внешне выглядело весьма странновато, что автор игры в своей признательности игроку за удачно законченный раут дошел до поцелуев и объятий.

Габриэль настолько растерялся, что не знал, как ему отреагировать на такую экзальтацию. Но фраза, тихой скороговоркой сказанная ему на ухо, успокоила, все прояснила и даже вызвала его ответное похлопывание Алана по плечам.

– Спасибо за Дарию. Сестра сияет от счастья, – шепнул ему Алан и повернувшись ко всем, громогласно объяснил свой восторг: – Я тут поспорил кое с кем, что восьмой этап вполне реально пройти, и Габриэль это скоро докажет. А меня убеждали, что этап надо значительно упростить, иначе игра начнет терять своих фанатов. Ну, так кто же был прав, Эванджелина? – и он игриво стрельнул глазами на ошеломленную Лаки.

Его проделка вызвала у девушки подлинное восхищение. Он мгновенно воспользовался невинной фразой и разыграл целый спектакль, в конце которого ловко отвлек всеобщее внимание от своего непонятного проявления нежности к Габриэлю и полностью переключил на нее.

Все сразу позабыли о странных поцелуях и уставились на Лаки.

– Эванджелина – это ты? – восторженно выкрикнул Арчи.

– Кому ты веришь, он нас разводит на ровном месте, – возмущенно фыркнула Лаки и набросилась на Алана: – С чего ты взял, что я – какая-то Эванджелина? Возможно, под этим ником и впрямь играет какой-то мужик, или пятидесятилетняя тетка развлекается по ночам.

– Конечно, и мужик может играть, и тетка развлекаться, – легко согласился Алан. – Только они это делают в твоей комнате.

Он весело расхохотался, было так непривычно увидеть по-настоящему растерянную Лаки. – Я сам обалдел, когда несколько дней назад сигнал пошел из соседней комнаты, а до этого я ловил его из разных стран и думал, что никогда не смогу вычислить Эванджелину.

– А зачем тебе надо ее вычислять? – все еще пребывая в растерянности, недоуменно спросила Лаки.

– Ну, мне же было интересно в какой стране еще играют в эту игру, – усмехнулся Алан. – А если серьезно, то я заподозрил, что со мной играет не реальный человек, а специальная программа, автоматически выполняющая действия за игрока. Она вполне могла быть запущенна конкурентами и содержать особый вирус, способный полностью уничтожить всю игру. Слишком уж хорошо играла Эванджелина для обычного игрока, не знающего некоторых чисто технических тонкостей, заложенных в программе.

– Брр-р, – встряхнула головой Лаки. – Как все сложно и непонятно.

– Ты права, все сложно и непонятно, – с готовностью подтвердил Алан. – Но, если Эванджелина не ты, значит это – Викрам.

Он ткнул пальцем на оторопевшего Вика и не дав никому и слова сказать, сразу добавил: – В принципе, это не важно. Я ведь поспорил на то, что Габриэль пройдет восьмой этап с тобой, Лаки. И ты обещала мне приз – бутылку виски. Все-все-все, хватит спорить, уговор есть уговор.

Опять подхватив девушку под локоть, Алан потащил ее к двери и вместе с ней почти вывалился из красной гостиной.

Стивен потряс головой и медленно спросил:

– А что это было? Вик, я не понял, ты играешь в «Пиратов» под женским именем?

– Что ты городишь, брат? – искренне удивился тот. – Я в такие игры, вообще, не играю, сдались они мне. Ладно, еще с камерой за актерами побегать, поснимать настоящую драку или самому немного размяться, набив чью-то физиономию, а виртуально драться сутками меня совсем не вдохновляет.

Они стали бурно обсуждать и предполагать, кто же все-таки Эванджелина? Лаки или нет? И тут Вик громко щелкнул пальцами и рассмеялся от души.

– Ну, твой сынок и дает. Совсем нам головы заморочил, – заговорщицки подмигнул он Антэну и быстро направился к выходу, небрежно бросив на ходу:

– Пойду, прослежу, что за бутылку он выманивает у Лаки, наверняка, самую дорогую. Надо предупредить его, чтобы вел себя скромней.

Он вышел из гостиной и плотно прикрыл за собой дверь, а Антэна забросали вопросами. Габриэль и Арчи интересовала третья часть игры, а Стивен выпытывал, действительно ли можно определить, откуда идет сигнал, или Алан и вправду их разыграл.

Алан не выпуская из своих рук, довел Лаки до середины холла, нарядно украшенного к Рождеству, и остановился под искусственной омелой, висевшей под потолком. Она ничего не успела спросить, а он ничего не стал говорить, только нежно обхватил ладонями ее лицо и слегка прикоснулся губами к плотно сжатым губам. Но скромный целомудренный поцелуй вовсе не входил в его планы, и он усилил натиск, постепенно раскрывая ее губы.

Это был такой невероятно сладкий поцелуй, что Лаки не устояла и приоткрыла ротик, и сразу же в него ворвался горячий язык Алана, а зубы стали слегка покусывать ее пухлые губки. Горячая волна желания затопила девушку с головы до ног, и еле слышный вздох вырвался из ее груди.

Алан эхом повторил его, усиливая нежную атаку. Он вкладывал в поцелуй всю свою любовь и сердцем чувствовал, как Лаки откликается на нее. Алан бережно обнял ее за плечи и на мгновение оторвавшись от соблазнительных губ, внимательно посмотрел на нее. Увидев, что Лаки, прикрыв глаза, полностью отдалась любовной истоме, счастливо улыбнулся и вновь припал к источнику своего наслаждения, уже полностью запуская язык в нежную сладкую глубину рта девушки и начиная страстную игру с ее язычком.

– Вообще-то под омелой принято обмениваться традиционным, а не французским поцелуем, – раздался насмешливый голос Вика. – Да и рановато еще для поцелуев. Рождество наступит только через неделю, а праздник Йоль через четыре дня.

– Простите, мы люди не местные, и не знаем ваших обычаев, а о празднике Йоль никогда ничего не слышали, – шутливо запричитал Алан писклявым голосом, боясь, что его обычный не справится с дрожью и выдаст возбуждение, полностью охватившее его.

Он не стал полностью поворачиваться к Вику и говорил с ним через плечо, не выпуская Лаки из объятий, давая и ей время прийти в себя.

– У нас в Канаде под омелой целуются круглый год, причем любыми поцелуями, главное, чтобы она висела в доме. И если уже девушка прошлась под омелой, то по традиции ее обязательно должен поцеловать стоящий рядом парень.

– А-а-а, ну тогда все ясно, – понимающе протянул Вик. – Ты срочно потащил Лаки за бутылкой виски, боясь, что она пожадничает и передумает ее отдать, а здесь, как на грех, висит омела. И ты был вынужден поцеловать Лаки по вашим канадским обычаям. Ну, куда ж тут деться, надо соблюдать традиции.

Девушка, уже полностью пришедшая в себя, мелодично рассмеялась.

– Вот видишь, Вик, а мы с тобой были в Канаде и не знали о таком обычае. Хорошо еще, что там не в каждом доме висит омела, а то пришлось бы тебе целовать всех женщин, которых мы встречали, чтобы не нарушать местных обычаев и никого не обидеть.

– Да-а-а, век живи – век учись. Спасибо, что просветил, Алан. Теперь, когда буду в Канаде, сразу буду обращать внимание на потолок, а то и в правду придется лобызать всех французскими поцелуями.

– А что за праздник Йоль? – невинно поинтересовался Алан. – Я тоже не прочь изучить местные обычаи, чтобы никого не обидеть, к тому же он будет через пару дней.

– Вик, а ведь мы впервые проведем дома самую длинную ночь в году. Давай устроим всем настоящий праздник Йоль, – с воодушевление предложила Лаки, отвлекая брата от темы поцелуев. – С ритуальным сжиганием полена, с настоящей омелой и елью, украшенной выпечкой и ленточками желаний. Отметим со всеми наш Новый год.

Она не стала продолжать, что через день после праздника они покинут свой дом ради очередного задания, стоявшего в длинной бесконечной череде, а вернувшись обратно, уже не застанут в нем ни Антэна, ни Алана. Ей будет грустно не увидеть их, но такова жизнь, и ничего с этим не поделаешь.

Вик понял ее без слов и тепло улыбнулся.

– Отличная идея, сестренка! Где они еще увидят настоящую омелу и костер желаний. Тем более, я и сам не прочь поцеловать кое-кого в эту ночь.

А Лаки вспоминая бурю эмоций, вызванную поцелуем Алана, подумала, что ей не стоит лишний раз проходить под омелой, иначе она совсем пропадет от любви к нему, столь же сильной, сколь и невозможной.