Читать книгу "Королевство Пелоиды"

Глава 6

Сквозь сон до меня доносился монотонный звук, и я, накрыв голову одеялом, попыталась какое-то время его игнорировать. Но даже через моё укрытие я осознала, что звук не прекратится и не даст мне выспаться.

– Нужно купить шторы, а то солнце по утрам прямо в окна светит, – пробормотала я, прищурившись, и отвернулась в другую сторону.

– Анна, в дверь почти час стучат… – произнёс Апсу строгим голосом.

– У меня больше нет любимой работы! Клиника и мои изобретения остались в Москве, вместе с красавчиком Андреем и всеми благами цивилизации, – капризно заявила я, пытаясь игнорировать монотонный стук.

«Деревянные строения – это, конечно, хорошо! Дышится легко, да и от солнца не нагреваются. Но в плане звукоизоляции явно уступают каменным», – размышляла я, надеясь, что меня оставят в покое.

– Анна, твоя обида и злость мне понятны! Но тот, кто пришёл к тебе, ни при чём и, скорее всего, не уйдёт, пока ты не спустишься, – пристыдил меня бывший ИИ.

Я с неохотой слезла с кровати и подошла к окну. Скосив глаза вниз, попыталась рассмотреть, что происходит на улице. Солнце уже возвышалось над крышами, люди и повозки сновали по деревянной мостовой, а в мою дверь настойчиво стучала какая-то девушка.

– Ты в одной рубашке, – напомнил мне Апсу.

– Скажу, что моя амнезия прогрессирует и я не помню, что нужно одеваться перед тем, как открывать дверь! – махнула я рукой на его предупреждение. – Ещё минуту подождите, я только проснулась! – выкрикнула, спускаясь по лестнице.

Стук сразу прекратился. Я удовлетворённо кивнула и завернула в ванную комнату. Порывшись в шкафчике, вытащила банку с краской и тут же поняла, что на прежнем месте нарисовать не получится. У ночной сорочки, в которой тут полагалось спать, рукава были слишком широкие, и стоило поднять руки, как ткань собиралась у локтя и тем самым демонстрировала бы изображение. Задрав подол, я быстрым росчерком нарисовала руну расположения и вторую, совсем маленькую, – чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

«С этой руной, может, и переодеваться не придётся! А девушке просто нужно что-то спросить, и это не займёт много времени», – подумала я и не стала рисовать «Удачу». Наскоро умывшись, прошла в прихожую.

– Простите, я не хотела вас будить, – сказала девушка в странной вуали и протянула мне большую корзину, накрытую застиранными салфетками.

– Что это? – спросила я, решив не забирать сразу неизвестно от кого подношение.

– Тётка Эдит попросила, чтобы я принесла вам к завтраку, – скороговоркой ответила она, глядя на меня через полупрозрачную вуаль, словно что-то впервые увидела. – Вы долго не просыпались, но думаю, что молоко ещё не испортилось.

Мне стало стыдно за своё поведение, а девушка почему-то быстро заозиралась, словно кого-то увидела. Она сделала полшага в прихожую и протянула мне корзинку. Сама явно приготовилась юркнуть за дверь, как только избавится от завтрака.

Догадавшись, что девушка не хочет, чтобы меня увидели в ночнушке, я схватила её за руку и дёрнула на себя. Когда же она оказалась в прихожей, я захлопнула дверь почти перед носом у появившейся компании.

– Эх, ушла, – донёсся до нас возглас снаружи.

– Да и к Апсу её! – ударили в мою дверь, а я удивилась, но, услышав, как они друг друга называют, поняла, что просто ослышалась.

– Эгон, они тут все страшные, так что можно не рассчитывать на магию.

– Ну она вроде молодая, и у девиц есть и другие достоинства, – ответили, смеясь.

Я отодвинула испугавшуюся гостью, резко задвинула засов и обернулась к ней.

– Кто там был? – спросила я шёпотом.

– Так называемые гости города, – ответила она, явно не ожидая столь резкого перемещения.

Я удивлённо взглянула на дверь, вспоминая вчерашнюю компанию, вышедшую из магазина женского белья, и высказала своё мнение:

– Странно, что их ещё не выгнали взашей.

– Ну что вы, мы только рады! – всплеснула руками девица, так что даже её вуаль немного съехала. – Они уже потратили много денег, и если ещё на пару дней задержатся, то мы сможем спокойно перезимовать и даже подлатаем улицу.

Я удивлённо взглянула на неё, так как в голову пришла любопытная мысль: «Если гости города появляются тут, чтобы повеселиться, и жители терпят такой туризм, не значит ли это, что есть богатые резервации, где живут люди, имеющие возможность путешествовать?!»

– И часто родственник мэра или так называемые гости посещают вас? – приветливо улыбнулась я ей, надеясь расположить к себе, хоть на мне и была нарисована руна «невнимания».

– Не часто, – ответила она, помотав головой. – Мэру пришлось пойти на хитрость и заказать у драконов красивое бельё, чтобы вызвать у них подозрение.

У меня никак в голове не складывался пазл: при чём тут родственник мэра с друзьями и зачем городу красивое бельё, когда требуется потратить деньги на ремонт улицы.

– Это мне завтрак? – указала я на корзинку, накрытую застиранными салфетками.

Гостья кивнула, подтверждая, и протянула её мне, немного склонив голову.

– Я недавно в городе, и у меня тут нет подруг, а одной очень скучно завтракать, – намекнула я девушке.

Но, видно, намёки в этом мире не понимают, так как она застыла с протянутой рукой, явно не зная, как на мою завуалированную просьбу реагировать.

– Меня зовут Анна, – представилась, решив действовать напрямую. – А тебя как?

– Берта.

– Ты завтракала? – она помотала головой. – Вот и отлично. Опусти корзинку, пока у тебя рука не отсохла, и пойдём в гостиную позавтракаем.

Девушка отдёрнула руку, словно та действительно могла отсохнуть от её положения. А я, решив, что это шутка, улыбнулась ей и махнула рукой, показывая, чтобы она шла за мной по лестнице.

– Располагайся, а я быстро, – указала я Берте на нужную дверь, а сама юркнула в свою комнату.

– Убери меня в стол и никому не показывай, – скомандовал шёпотом Апсу.

Спрятав его в ящик, я натянула на себя платье и пошла завтракать и знакомиться с девушкой.

– Ты собираешься пить чай в вуали? – пошутила я, пока она раскладывала на столе принесённую снедь.

В её корзинке оказалась крынка молока, хлеб, масло и что-то похожее на десерт в небольшой вазочке. Я устроилась на стуле, потянулась и сняла салфетку с чайничка. Другой рукой положила его на бочок. На столе тут же появились две чашки, вазочка с козинаками и вчерашняя выпечка.

Берта, под впечатлением от артефакта, боязливо приподняла вуаль, затем стянула шляпку и отложила её в сторону. Я изучающе на неё посмотрела. Девушка, словно чего-то опасаясь, сконфуженно подняла на меня взгляд.

Я приветливо ей улыбнулась и кивнула. Чтобы разрядить обстановку, обратилась к чайнику:

– И чем мы, по-твоему, должны намазывать масло на хлеб? – спросила я у него шутливым тоном.

Тут же на столе появился нож с плоской тарелкой и две десертные ложечки.

– О! Спасибо! – поблагодарила я лежавший на боку чайничек, сама не ожидая, что это так работает.

Мы с Бертой весело переглянулись. Я ухватилась за ручку висящего в воздухе чайника и разлила по чашкам чай. А про себя подумала:

«Ну ладно, бородавку на носу мы уберём и пигментные пятна от солнца выведем! Но что делать с искривлённой челюстью? Это сложный хирургический вопрос, и он требует всестороннего исследования».

– Рассказывай, Берта, чем ты в Вилдвуде занимаешься, где живёшь? О чём мечтаешь? – перешла я к обычным девичьим темам. Взяла краюху хлеба и отрезала нам по ломтю.

– Я живу у тётки Эдит и с двенадцати лет работаю в полях на восточной стороне города, – начала она рассказывать, смотря, как крошится и хрустит под ножом корочка.

– А где твои родители? – спросила я, намазывая на неровные ломти подтаявшее масло.

– Родители погибли в поле, когда мне было восемь лет, сгорев в драконьем пламени. А меня в тот день спрятали в канаве, поэтому я и выжила, – ответила она так, словно это её совсем не трогало. – Потом меня приютила тётка Эдит, она на самом деле мне очень дальняя родственница. У неё после возвращения от драконов нет детей, а одна по хозяйству не справляется.

Честно говоря, у меня от полученной информации случился шок. Я в душе надеялась, что драконы – это что-то вроде субкультуры или расы людей, которые по стечению обстоятельств, как говорят, обладают магией. Раньше же называли целые народы по нарисованному на флаге животному, вот я и решила, что они – что-то навроде этого. Но, с другой стороны, Берта, как я понимаю, тогда была ребёнком, вот и могла навыдумывать того, чего на самом деле не было.

– Не знаю, что ужаснее: что твои родители погибли или то, что ты это видела! – всё же, не сдержавшись, высказалась я.

Тут девушка на мгновение застыла, будто что-то вспоминая. Тяжело сглотнула застрявший в горле ком – и неожиданно горько заплакала. Слёзы полились потоком, потом она перешла на всхлип. Я испугалась, вскочила и принялась её успокаивать.

– Берта, прости, я прекрасно тебя понимаю, так как тоже росла сиротой, оставшись без матери.

Девушка заплакала ещё сильнее. Я сообразила, что психолог из меня никакой, и поднесла к её рту чашку – чтобы она сделала глоток и попыталась успокоиться.

– Ты первая, кому меня стало жалко, – произнесла она, всхлипывая. – Другие говорили, что я дура и нужно было сразу требовать компенсации.

– Прости, я что-то, наверное, не поняла. Скажи ещё раз, сколько тебе лет было?

– Восемь, – ответила Берта, утерев застиранной салфеткой слёзы. – Компенсацию тогда выдали тёте Эдит, и так она сохранила свой дом, а теперь занимается тем, что свахой зарабатывает, – со вздохом констатировала девушка.

– А ты что получила? – спросила я, покосившись на Берту.

– Она обещала выдать меня замуж, но пока… кто увидит… – она небрежно махнула на своё лицо, – жениться отказывается.

– А челюсть ты сломала, когда мама кинула тебя в канал? – спросила я, нахмурившись.

– Не, это я на свет появилась уже так, с искривлённой челюстью, – ответила она. Кое-как криво откусила от ломтя и принялась жевать, всё ещё всхлипывая.

– Всё понятно, – сделала я вывод, откусывая от бутерброда.

Скорее всего, её мать упала во время беременности, или тот, кто принимал роды, налажал, неправильно прочищая лёгкие у только что появившейся на свет девочки.

– Я попробую тебе помочь, – произнесла и пристально на неё посмотрела. – От бородавки мы быстро избавимся, но с челюстью придётся повременить, чтобы я собрала необходимую для себя информацию.

Берта моргнула, смотря, как я ем, но вопросов задавать не стала, а, последовав моему примеру, продолжила завтракать.

– Апсу, а что в этом мире вообще с медициной и врачебной практикой? – задала я вопрос Оракулу, когда после завтрака проводила искалеченную девушку.

Пока мы завтракали, я внимательно разглядывала её и думала о том, сколько эта девушка уже пережила. Оставшись сиротой в двенадцать лет, она работала и помогала тётке, хотя, по-моему, та просто её обокрала. Но Берта не ожесточилась – наоборот, она продолжает стараться и верит в лучшее. А я сижу тут, ною и пытаюсь понять, реальный ли это мир или какое-то наваждение. Хотя сейчас это уже неважно. Главное – я могу помочь Берте с изменением внешности. Конечно, я не мать Тереза, но когда появляется настоящая цель, многое из пережитого теряет свою остроту и становится не таким важным.

– Подозреваю, что открыть врачебную практику труда не составит, тем более место в мансарде есть. Но для начала нужно узнать, какие в этом мире медицинские исходные! – начала я перечислять задачи вслух, ходя туда-сюда по комнате. – И ещё, поищи информацию, где приобрести инструменты, и вообще всю полезную по медицине документацию, – не унималась я, засыпая его по привычке заданиями.

Стеклянный шар вдруг заливисто рассмеялся, озаряя комнату вспышками света в такт эмоциям.

– Тут нет интернета и даже его аналога, – веселился он, и я тоже рассмеялась, сообразив, что сморозила. – Но я предполагал, что у тебя возникнет такой интерес, поэтому собрал здесь книги, в которых ты найдёшь всё нужное.

«Последний раз в библиотеке я была очень давно и уже отвыкла от такого способа поиска информации», – подумала я, подходя к полкам.

На них были расставлены книги и по кулинарии, и о том, как одеваться и как себя положено вести в обществе. Также что-то вроде географического атласа, почему-то двух разных планет, соединённых одним странным облаком. Одна из планет была океаном, а на второй был изображён сплошной континент, который пересекали реки и озёра, но вот морей на ней не было. Рассматривать атлас было интересно, но я отложила его на потом и сразу же нашла нужное. Две книги по медицине этого мира я захватила с собой в гостиную. Устроилась за столом, налила чай и приступила к изучению.

Пролистав большой фолиант, я растерянно для себя отметила: медицина в королевстве завязана на артефактах, к которым у простых людей доступа не было. Самое необходимое для того, кто вступил на эту стезю, – это получить сундук врачевателя. Этот артефакт был не редок, и каждый, у кого был дар, получал его, но это было за пределами человеческого города. На страницах книги было нарисовано то, что он должен содержать, с кратким описанием действия. Несколько ножей для разрезов немного отличались от наших скальпелей, экстракторы и щипцы и ещё какие-то неизвестные для меня приспособления. Но больше всего поразило дезинфицирующее средство в виде камней. Их предполагалось вначале вскипятить и сразу возложить на рану, не допуская охлаждения.

– Так любой булыжник можно раскалить и, положив на рану, получить прижигание, – заметила я удивлённо, подняв брови, не понимая, в чём суть такого лечения.

Изучив несколько страниц, в другой книге тоже нашла описание этих же камней как средства дезинфекции и заживления.

– Пупырышник растёт у орков, но, насколько я помню, они его не продают, так как считают своим достоянием, – не понял Апсу моего юмора, поэтому отвечал как по прочитанному. – А из когтей витехвоста делают наконечники для стрел, поэтому достать их возможно, но стоить они будут очень дорого.

– Хорошо, а как ты думаешь: если я горячим камнем из сундука, нарисованного в этой книге, приложу какую-нибудь девушку, то она приложит меня в ответ, как бы тоже дезинфицируя?

– Анна, это артефакты, и они не обжигают, – рассмеялся стеклянный шар. Потом загорелся ярче и уже нравоучительно добавил: – Но тебе всё равно не стоит рассчитывать на эти предметы – они в людских городах запрещены, как и любая другая магия.

А я поняла, что он не в курсе.

– Я тебе сейчас открою глаза, – заявила я торжественно, но, покосившись на оракул, исправилась: – Ну или один глаз, которым ты явно ничего не видишь. Тут чуть ли не в каждом доме по магическому предмету. С их помощью шьют наряды, пьют чай и даже выпекают пироги, и всем плевать на ваше запрещение.

Но Апсу молчал. Я решила, что он не верит, подхватила его и направилась в гостиную. Чайничек опять был на своём месте, и я, сняв салфетку, в очередной раз положила его на бочок. На столе появились две чашки, и я, улыбнувшись, заметила:

– Представь, он и тебя воспринимает как личность и предлагает присоединиться к чаепитию.

– Вот тебе и тихий городок, – как-то расстроенно прохрипел шарик, но тут, загоревшись красным светом, осветил всю гостиную и испуганно выкрикнул: – Только не рассказывай им про руны, это очень редкий дар, давно забытый и в этом мире не используемый.

– Хорошо, не расскажу, – поспешно пообещала я, схватила его со стола и отправилась в нашу комнату. – Для меня вообще пока не понятно, как эти магические вещи работают и их почему-то при переезде выносить запрещается.

– Драконы через дерево не чувствуют магию, так как их стихия – огонь и воздух, а дерево произрастает из земли, поэтому и блокирует магию, – произнёс он, но как-то отстранённо, словно о чём-то думая.

– Это объясняет странный выбор материала для строительства города, – сделала вывод я, рассматривая в окно улицу.

Вечерело, и по деревянной мостовой расхаживали завсегдатаи. Кто нёс что-то съестное на лотке, а кто бегал по поручениям. Из одного из домов вывалила весёлая компания – она, оказывается, не покинула город и даже не переместилась на другую улицу. Лавочники и владельцы едален засуетились, спешно выбегая на улицу. Они, раскланиваясь перед ними, зазывали компанию к себе на увеселение.

– Апсу, а почему ты выбрал эту улицу для покупки дома? – поинтересовалась я, подумав, что скромно и закрыто тут жить не получится.

– Это центральная улица! Тут живут так называемые сливки города. А у тебя легенда богатой женщины, от которой отказался дракон, и нужно было поселиться здесь, чтобы не вызывать подозрения, – ответил он приглушённо, но я услышала скрытую нервозность в голосе.

Дальше расспрашивать я не стала – мотивация Апсу была ясна. Скосила глаза и увидела, как Клара выкатила тележку с пирожками на улицу. И решила, что и мне пора действовать.

– Пойду прогуляюсь до лавки, где соседка купила артефакт, и расспрошу – вдруг там смогут найти что-то из медицинского, – оповестила я бывшего ИИ. Нахлобучила шляпку и в очередной раз подумала, что в доме очень не хватает зеркала.

– Руны не забудь нарисовать, – напомнил мне Апсу, когда я выходила.

– Я их утром нарисовала, – ответила я, хотя подозревала, что часть из них на бедре, возможно, об одежду вытерлась.

Глава 7

Поздоровавшись с Кларой и из вежливости купив у неё пирожков, я с промасленным кульком пошла гулять по мощёной улице. Несколько встречных горожан почему-то обошли меня по дуге, и только одна полная дама направилась прямиком ко мне.

– Не вы первая, милочка, не вы последняя! – заявила она на всю улицу низким голосом. – Вам стоит не думать о том, что вы забыли, а налаживать свою жизнь в нашем городе, – патетично посоветовала она, цыкнув на мужа, который попытался отдёрнуть женщину.

– Да я, собственно, ни о чём таком и не думаю, – неуверенно ответила я, не очень понимая, зачем оправдываюсь.

– Вот и правильно, – сквозь вуаль улыбнулась мне полная дама. – Тогда дарите всем красоту, никто вас не осудит в нашем городе.

– Не слушайте её и не занимайтесь распутством, – сказала пожилая женщина, торговавшая рядом керамикой. – Лучше найдите себе мужа и живите спокойно. Тогда не так быстро растратите красоту и свои накопления, – посоветовала она, зло поглядывая на мужчин, которые стояли в стороне и наблюдали за нами.

Обескураженная разговором и не понимающая, о чём они вообще говорят, я отдала им пирожки, чему обе несказанно обрадовались. Пока они делили их между собой, я поспешила перейти улицу и направилась к витрине, которую вчера рассматривала. Увы, на двери всё ещё висела табличка, извещавшая, что лавка не работает. Постучав с досады по стеклу, я присмотрелась к странной коробочке, перевёрнутой на бок. Но тут бросила взгляд на стекло и увидела в нём своё отражение.

Шляпка на моей голове выглядела блином, а часть вуали торчала посередине веником.

«Боже, теперь понятно, почему люди меня сторонятся, – наверное, решили, что я не только память потеряла, но и чувство стиля, а может, и самоуважение».

Быстро сняв головной убор, я рассмотрела его и поняла, что вуаль неправильно приколота. Переместив её по центру, я сделала так, чтобы она закрывала всю шляпку, словно газовое облако. Подняв голову к витрине, чтобы приладить сооружение, я вздрогнула, увидев за стеклом наблюдающего за мной мужчину. Он кивнул мне и указал на дверь. Меня два раза приглашать не нужно, и, как только дверь открылась, я в неё юркнула.

– Здравствуйте, я уже второй раз прихожу, – зачем-то выпалила я, сжимая в руках шляпку и с интересом осматриваясь.

Каждый, наверное, с детства хотел оказаться в таком магазине и мечтал бы провести тут несколько часов, всё рассматривая. Мой взгляд скользил по фарфоровым статуэткам, выставленным в ряд, по ключам разного размера и формы, непонятно для чего предназначенным, по разным сосудам и предметам, половины которых я никогда не видела.

– Я Вальтер, а вы, как я полагаю, недавно в нашем городе? – представился мне мужчина, рассматривая меня внимательно.

Я кивнула, тоже взглянув на него. На вид ему было около пятидесяти, и, в отличие от всех встреченных мной горожан, мужчина был высок и хорошо выглядел. Красивое лицо с ярко выраженными скулами, широкие плечи и их разворот могли бы сказать, что хозяин магазинчика вращался в высшем обществе. Общее впечатление немного портили образовавшиеся залысины и красные сосуды на лице, говорившие о частых возлияниях.

– Как ни странно, я женат и даже счастлив в браке, – вдруг оповестил он, улыбаясь, а я поняла, что просто неприлично на него пялилась.

– Я не в этом смысле, – смутившись, помотала я головой. – Вы просто отличаетесь от всех, кого я тут видела.

– Ну да. Я очнулся в Вилдвуде десять лет назад и, предполагаю, так же, как и вы, без памяти, – пояснил он.

На всякий случай кивнув, я подумала, что мужчина может, как, собственно, и я, врать, а на самом деле скрываться в этом городе.

– Что, совсем ничего не помните, даже кем были? – переспросила я, нарочито вздохнув и стараясь выглядеть искренне. – Я вот помню, что была врачом и специализировалась на внешности.

Вальтер, нахмурившись, словно что-то вспоминая, помотал головой.

– Нет, – сказал он, странно насупившись. – У меня в собственности оказался небольшой дом и несколько артефактов, спрятанных в деревянном ящике, – указал он на прилавок магазина.

Я невольно посмотрела туда и увидела сундук из местами опалённого дерева.

– Так вы врач и это помните? – переспросил он.

– Что-то в этом роде, – ответила я уклончиво и обратила внимание на стену, увешанную разными безделицами.

Прямо напротив меня был целый ряд часов разного раз