Читать книгу "Шайка идиотов"

А все, что работник не тратит на себя – на еду, одежду, отпуск, мелкие свои развлечения, машину (у кого есть) и дачу (шесть соток) – социалистическое государство у него отчуждает. Но! Этот прибавочный продукт идет не эксплуататору на ванну из шампанского! А на санатории и школы, больницы и институты, строительство новых городов и комбинатов, на театры и киностудии. И это все для трудящихся – уже бесплатно.

Что значит – «бесплатно»? Это значит, что за них уже заплатили все трудящиеся сообща; а на что пошли их деньги – их не спрашивали.

И вот здесь получается страшная хрень. Социалистический трудящийся получает в свое пользование меньшую долю своего труда, чем капиталистический. Это как?.. И зарплатой на руки, и вместе с больницами и университетами бесплатными – все равно меньше.

Это как? Родное социалистическое государство отбирает у него больше продукта, чем капиталист?!

Да, больше.

Первая причина: государственное планирование социалистической экономики требует огромного количества чиновников. По закону открытых систем – любая чиновничья структура, как и все системы, стремится к росту. Чиновников разводятся тучи, и все на зарплате. На шее работяги-производителя то есть.

Вторая причина: социалистическое общегосударственное планирование, как любая открытая система с нарушением обратной связи, производит массу ненужного и низкокачественного, и не производит массу нужного. Таким образом, часть труда рабочего, отчуждаемая государством, идет сразу на помойку. Новые штаны, отвисев срок в магазине – во вторсырье, новые книги, отстояв срок в магазине – в макулатуру.

Третья причина: в силу недостатков государственного планирования, ибо все учесть невозможно, часть произведенного продукта погибает без толку. Не хватает складов, не хватает транспорта, не успели переработать слишком большой запас сырья – набрали с избытком, страхуясь от нехватки в будущем. Не вывезли сваленный лес, не успели убрать урожай, посеяли раньше срока в мерзлую грязь, ибо райком партии подгоняет: план по севу давай! – ну и не взойдет ни хрена.

Четвертая причина: дефицит. Качественных и нужных вещей, как хорошие штаны и хорошие книги, не хватает. А деньги с зарплаты на них отложены. Омертвленные деньги – это не деньги, это фантики. Ты их не съешь и не наденешь. Денежные знаки, которые ты не отоварил по причине отсутствия продукта – это фикция, крашеный воздух. Реально за свой труд, выраженный в непотраченных деньгах, ты ничего не получил. Никаких товаров. А произвел-то ты на работе не деньги, а продукт! Значит, еще часть продукта государство у тебя забрало в свою пользу – а тебе взамен ничего.

Суммируем. Верховные чиновники получают много денег, а еще больше бесплатных благ: квартиры элитные, дачи элитные, машины представительского класса, костюмы из дорогой ткани от лучших портных, автомобили представительского класса. А к ним прилагаются прислуга и охрана, весьма многочисленные.

Туда же – огромный аппарат госбезопасности.

Гигантский военно-промышленный комплекс. А танк ты не съешь, в пулеметную ленту не оденешься, в самолете жить не станешь.

Армия и флот. Два единственных друга Советского Союза. И тех вечно лихорадило. Но аппетит имели зверский, прорвы!

Таким образом, производство товаров группы Б, товаров то есть «народного потребления» (не путать с «правительственным потреблением») финансировалось по остаточному принципу. Все, что оставалось от функционеров административно-командной системы, правоохранительных и родственных им органов, гигантского милитаристского монстра, и еще вычесть все потери от бесхозяйственности.

Так могли ли рабочие и крестьяне достойно кормить и одевать эти 240 миллионов исполнителей планов очередного съезда КПСС? Им бы спасибо сказать за заботу! А народ матерился… твари.

(Кратко: по уровню ВВП брежневский СССР находился на 2 месте в мире, уж как там это считали, – но по жизненному уровню – на 26. Согласно официальной статистике. Как же так?.. А вот так.)

Пересчитаем раны и трофеи. В СССР было прекрасное образование, высшее и особенно среднее. Бесплатно. И общаги без проблем. И стипендии, хоть и маленькие, почти всем. И бесплатная медицина. Не фонтан, но всяко лучше для народа, чем ужас РосФедерации-2020. И санатории и дома отдыха, куда всем не попасть, но многие простые работяги, особенно больные и нуждающиеся, ездили туда по многу раз.

Ну, летом и на праздники билетов на поезд и самолет не бывало. В гостиницу попасть было невозможно. В ресторан тоже, толпы перед входом – обычное дело вечером.

Молодой специалист получал 100 рублей, нормальный пенсионер (не колхозник) – 120–132, инженер 160, нормальный работяга 200.

И вот, считая зарплату плюс все бесплатные блага, работник получал меньшую долю произведенного продукта, чем на современном ему Западе. При капитализме. Считая платное образование (не для всех), платную медицину (большинство пользуется страховой медициной), меньший отпуск декретный и ежегодный оплачиваемый. И дорогую аренду жилья. Вот – список всех, пожалуй, расходов при проклятом капитализме. И это бывают неподъемные для некоторых расходы! Но поднимают. И живут.

То есть. Практика, которая критерий истины. Говорит, что. У спрутов и держиморд капитализма – организация труда эффективнее, производительность выше, зарплаты в денежном исчислении выше. Так при этом – еще и коэффициент эксплуатации ниже!

Коэффициент эксплуатации – это какую часть произведенного продукта от тебя отчуждает работодатель. Будь то капиталист или государство. И эта доля к тебе уже не возвращается, на тебя не расходуется, ни через санатории, ни через образование.

Еще раз:

СТЕПЕНЬ ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРУДЯЩЕГОСЯ ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ ВЫШЕ, ЧЕМ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ

При социализме нет миллиардеров и явных паразитов – да, и это хорошо. Но при социализме масса продукта идет на помойку, а также на военные и политические расходы, о которых работяги не просили! А их не спрашивали.

Социалистическое государство – жестокий эксплуататор. А весь нехитрый пропагандистский фокус заключается в том, что отнимая часть денег у всех – часть этой части государство расходует на учащихся и больных, внушая всем, что это «бесплатно» и огромное облегчение. То есть: твоими деньгами распорядились без твоего спроса: вынули из твоего кармана, часть оставили себе, часть пустили на содержание школы, и внушают, что ты должен быть благодарен за «бесплатное». Секрет в том, что большинство людей очень глупы и слова принимают за дела.

Каждый, кто жил в социалистическом государстве, отлично знает, что «народ» не имеет ни малейшего влияния на происходящее в стране. Все решает верхушка, реально осуществляющая диктатуру: верхняя полусотня властителей. Вот и деньги эта власть перераспределяет по своему усмотрению.

А власть – это те, кто распоряжается, кому вручены бразды правления. И они тут же проникаются особенным, властным, мировоззрением и интересом до жизни.

А социализм как агрессивная политическая доктрина хочет все деньги пустить на усиление себя, здесь и везде, во всех смыслах. При социализме всегда надо потерпеть сегодня, чтобы было хорошо завтра: победим врагов, или создадим материально-техническую базу, или воспитаем нового человека, или изживем имеющиеся недостатки.

И не смей спрашивать, почему при капитализме рабочий богаче.

Эксплуатация и прогресс

Давайте по-простому:

Если древнеегипетских рабов спросить: «Вы что хотите – быть рабами, добывать на солнцепеке камень в каменоломнях, волочь его далеко, строить храмы и пирамиды, пахать хозяйскую землю и ухаживать за его скотом от зари до зари, жить скудно и питаться впроголодь – зато будет Великий Египет, науки и искусства. Или – работать только на себя и свое благо: вот твое поле, вот твои быки и овцы, на пропитание заработал, жилье получше соорудил – и отдыхаешь на берегу Нила в тени пальмы, пьешь ячменное пиво и ешь ячменную лепешку. Что ты выбираешь?» У вас есть сомнения в ответе раба?

Всеобщая сытость и человеческая справедливость оказываются противопоставлены прогрессу.

Теперь спросите у крепостного крестьянина, хочет ли он работать на феодала? Сейчас! Он мечтает разорвать на части своего феодала, дочерей изнасиловать, замок сжечь, имущество разграбить. Что иногда и происходило. А хотят крестьяне жить свободно и работать на себя. А как же прекрасные замки и дворцы? И кстати: музыканты и композиторы с их музыкой, художники с картинами и ученые с непонятными размышлениями и бессмысленными опытами – они же все живут на деньги, которые через руки феодалов притекли к ним от крестьян, работяг, создающих все изначальные ценности: хлеб, мясо, вино, ткани и кожи. Хотят ли крестьяне ишачить от темна до темна, чтоб на их поте расцветала культура Средневековья и вершился Прогресс?

И третий вопрос, злой и риторический, обращен к пролетариям, которым нечего терять, кроме своих цепей: согласны ли ишачить, вкалывать, выматывать все силы работой на капиталиста – что капиталист, присваивая их прибавочный труд, превращал его ради своих прихотей и тщеславия в университеты и железные дороги, оплату физиков и химиков, картины и симфонии, чудеса архитектуры и градостроения? Основа-то всего – труд пролетария-производителя! Станет ли по доброй воле пролетарий оплачивать их экипажи-скачки-рауты-вояжи? Полотна Тернера, патенты Эдисона и романы Диккенса? О нет, пролетарий переполнен священной и праведной классовой ненавистью, он разрушит этот мир до основанья, а затем!..

А вот теперь – поговорим о «затем»:

В основе развития цивилизации тысячелетиями лежал отъем прибавочного продукта у угнетенного большинства и превращение этого продукта в излишние для простого выживания ценности, определяемые правящим меньшинством. Это меньшинство было эксплуататорским – но одновременно двигало прогресс, культуру, науку и технику, искусства и вообще цивилизацию.

КОНЦЕНТРАЦИЯ БОГАТСТВА И ЕГО ИНВЕСТИРОВАНИЕ В ПРОГРЕСС

– вот экономическая сущность истории. Как просто, да? Можно сказать «инвестирование общественного богатства». А можно «принудительное инвестирование богатства». А можно и так:

«Отъем и инвестирование прибавочного продукта в прогресс».

Что же будет, когда исполнится мечта человечества: государство отомрет, образуется общество всеобщей свободы, справедливости и равенства, и общественно полезный труд станет потребностью гармоничного человека? И у всех будет всего вдоволь. И каждый будет получать по своим потребностям – то есть потребности каждого будут удовлетворены.

На рассмотрении примера Древнего Египта мы видим, что потребности всех могли быть удовлетворены еще тогда. Жилье, пища, одежда. В праздник – выпить и повеселиться. А дворец фараона и его драгоценности – это тоже потребность? Дворцы всем – невозможны. Значит – никому?

И феодализм мог прекрасно удовлетворить потребности всех. У феодалов, а также купцов – все отнять и поделить поровну. И все бы отлично прожили! Сыты, одеты, крыша над головой. Ну, Америку бы не открыли, так и хрен с ней, индейцам спокойней будет.

Про капитализм вообще все понятно. Обобществить. И уестествить!

И вот при, условно говоря, коммунизме – никакой эксплуатации, никакого насилия, идеал демократии: собрались, посовещались, сами решили, сами сделали. Государства нет, насилия нет, общего котла, куда все всё кладут, а потом берут по потребности… тоже нет? Или есть? А кто за ним следит? Кто-то присматривает, считает приход и расход? А законы – есть? Так что – государство все-таки есть? Ну, эти бессмысленные споры мы оставим анархо-коммунистам с анархо-синдикалистами и просто коммунистами.

А мы все-таки посмотрим и спросим:

Множество равноправных и свободных производителей – собрались и свободно решают: что мы будем потреблять сами – а что потратим на космонавтику? Космонавтика – дорогое удовольствие: можно каждому купить по автомобилю, новому айфону и ведру черной икры. Один говорит: у меня нет потребности в машине и икре. А другой говорит: а у меня потребность на три машины и бочку икры. А третий заявляет: а у меня вообще ни малейшей потребности в космонавтике нет, мне ваш Марс по фигу.

Вы их воспитаете такими гармоничными, что они, все с IQ 200, ощутят потребность в космонавтике больше, чем в икре? Или вы у них потребность в икре отобьете вместе с внутренними органами для ее усвоения?

Смотрите: вот меняется мода на автомобили и одежду. Согласен ли человек ходить в одежде, добротной и чистой, но вышедшей из моды двадцать лет назад, и ездить на исправном автомобиле своего дедушки, если винтаж не в моде? Кстати – мыслитель, ученый, художник, эдакий элитный маргинал – согласятся: они выше этой фигни могут быть. А рядовые люди – вряд ли.

Вы хотите воспитать людей в духе минимализма – чтоб не было у них потребности иметь больше, чем необходимо? Тогда вам – к древнеегипетским рабам из начала этой короткой главы. Согласен: это прекрасный способ – ограничить людские потребности минимумом даже на уровне желаний и воображений. Тогда коммунизм можно объявлять завтра с девяти утра. Но… это противоречит людской природе – вполне ясно явившей себя во всей истории цивилизации.

Итак: битва потребностей личных – не с общественными, а с цивилизационными, нужными непонятно кому: с дворцами и музеями, космическими кораблями и математическими не то институтами, не то обществами, с расходами на археологию и изучение жучков с мошками. Поднимите правую руку к груди и прижмите ладонью к сердцу: вы предпочтете дорогую поездку в Париж – или дать деньги на дальнейшее изучение проблем фотосинтеза?

В любом государстве присутствует элемент меритократии (власти лучших то бишь, пардон). Даже кровавый завоеватель и деспот Тимур-ленг заботился о строительстве прекрасных зданий в любимом Самарканде. Даже на стадии паразитирования римские богачи эпохи упадка стимулировали развитие архитектуры, медицины, коммунальных благоустройств.

Но. Как только деспотия рушилась, элемент жестокого принуждения исчезал – так цивилизация ветшала и рушилась, города и страны приходили в запустение, науки и ремесла деградировали. И лишь спустя много веков следовал новый подъем – не везде и не всегда (полюбуйтесь на Великое Двуречье сегодня).

Так будет ли счастливый человек будущего добровольно отчуждать свой прибавочный продукт ради инвестиции его в то дело, где не видит никакой выгоды для себя? Более того: и смысла не видит. Будет ли он кормить и одевать «современного художника» за его примитивную пачкотню? Математика – за доказательство теоремы, о которой он слыхом не слыхивал, и не понимает, зачем она вообще нужна? Захочет ли оплачивать строительство огромного небоскреба в далеком городе, каковой небоскреб ему на фиг не сдался?

Вы можете возразить: уровень машинного производства будет так высок, что прокормить и одеть всех будет легко и просто, а люди станут трудиться на общих стройках и производствах из самой потребности в труде.

Не совсем. Когда люди не вынуждены необходимостью к труду ради содержания себя – подавляющее большинство деградирует и вымирает. Такова была деградация еще римской элиты, затем средневекового дворянства, затем потомков классического капитализма, ставших рантье. Наркотики, все формы эскейпизма, разврат, бунты ради бунтов и выпуска пара. Но мы отклоняемся от предмета.

Все известные нам свободные самоуправляющиеся сообщества – казаки, обитатели новгородских земель (затем – Русского Севера) – были вписаны в свою экологическую и социальную нишу. Цивилизацию они не двигали никак.

…Мы движемся к весьма страшному будущему, и уже прошли немалую часть пути. Все белые народы вымирают, демографическая катастрофа уже происходит: уровень жизни высокий – рождаемость низкая. Экономическая необходимость и полезность среднестатистического человека развитого Запада все ниже: можно не работать и кушать-одеваться. Качество населения меняется со страшной скоростью: мусульмане вместо христиан, негры и арбы вместо европейцев, наглые бездельники вместо работящих лояльных граждан. Границы между государствами стираются, идентичность народов растворяется насильно и жестоко.

Кто останется в мире через сто лет – а вероятнее что пятьдесят? Кочевая элита, специалисты по компьютерам и машинам всех видов, обслуживающий эти две группы персонал. Остальные – плебс – будет деградировать и вымирать. Элита через рекламу и пропаганду будет промывать им мозги, формировать взгляды и потребности – и их же удовлетворять.

Это – в реальности.

А в коммунистической утопии, которая базируется не на научных фактах, а на моральных максимах и допущениях, аморфное стадо свободных сознательных производителей – само, без интеллектуальной элиты и административного управления, даже не сможет отличить нужного ей от не нужного, потребного от не потребного.

Потребности человека, по удовлетворении базовых физиологических и базовых социальных, всегда имеют опережающий характер. Потребность – это идеал владения, свершения и потребления, ну а идеал, как всем сколько-то разумным людям понятно, это не точка на карте, а указатель направления движения.

Раздробив и растерев государство в человеческий песок, ликвидировав аппарат отъема и инвестиций прибавочного продукта, и одновременно – убрав аппарат определения, куда вкладывать – мы прекращаем историческое движение и размазываемся пятном в историческом пространстве.

К счастью, хоть это невозможно.

ПОСТСКРИПТУМ. Развитие цивилизации определял креативный и правящий класс. Сотрудничество самых сильных, властолюбивых, эгоистичных и жадных – и самых умных, любопытных, авантюристичных, талантливых. Первые организовывали людей под собой, подчиняли своим целям и отбирали прибавочный продукт. Вторые – получали из рук первых часть этого продукта и превращали в изобретения, открытия земель, науки и искусства, строительство и ремесла. Эти классы формировались по принципам энергии, силы, ума, предприимчивости, храбрости, любопытства.

То есть: физическая и психическая энергия, способность переформатировать реальность на материально-энергетическом уровне и на информационном. Класс реализаторов и класс информаторов. Правители финансировали творцов, творцы обогащали правителей – но одновременно и вместе они как результат обогащали человечество и двигали Цивилизацию.

Всегда и везде эти два класса, определенные Природой (не без влияния случая и условий, разумеется), составляли элиту всех обществ. Их привилегии и полномочия определялись их качествами – и только во-вторых подтверждались законами и силой государства, которое они создавали под себя.

Если уравнять их в правах и возможностях с большинством, работниками, производителями, и по принципу «один человек – один голос» решать все общие вопросы – принятие лучшего варианта исключается.

Что значит «лучшего»? Сегодня – египетскому рабу лучше оставить весь произведенный продукт для личного потребления. Через месяц раба зарежут или угонят завоеватели, и ему будет хуже. Через пять тысяч лет его потомки останутся такими же рабами или, в счастливом случае, рабовладельцами. Но современными людьми XXI они не станут никогда.

Благо одного и благо общества в конкретные моменты могут сильно расходиться. Солдат погиб – страна победила. Для того, чтобы постоянно, в обычных жизненных обстоятельствах, принимать решения именно ко благу всего общества, которые будут невыгодны личности сегодня, но очень выгодны завтра, необходимо масштабное мышление, которым масса не может обладать. Но и без теорий, без философии истории – можно следовать объективным законным Природы. Ибо Природа движется именно в этом направлении. Осуществляя себя – на социальном уровне – через мысли, желания и поступки тех и именно тех, кто сумел провести свои решения в жизнь, навязать их другим. То есть – через сильных и умных.

Сильные и умные – это как пастух и головка из десятка козлов в двухтысячном бараньем гурте: она идет куда надо, а остальные следом. Но одновременно те, кто направляет стадо – обеспечивают все более обильные пастбища и водопои. Хотя это кончается мясокомбинатом для некоторых и стоит утомительных переходов всем остальным. Правда, со временем преобладают вегетарианские вкусы.

Собственность и социализм

Сначала оговорим, что мы понимаем под словом «собственность» здесь и сейчас – в отличие от громоздкой казуистики академических формулировок:

Собственность – это объект или совокупность объектов, находящихся в полном распоряжении субъекта, который может делать с ними что угодно: извлекать пользу любым способом, дарить, уничтожать, видоизменять и так далее. Дом, машина, нож, завод, бутерброд. Собственность изначально защищена и обеспечена силой субъекта-владельца, а с развитием цивилизации – силой группы: договорным законом.

К собственности материальной в новое время прибавилась собственность информационная, интеллектуальная. Патентное право и т. п.

(А вот все определения собственности как систем экономических и юридических отношений к вещи, являющейся объектом собственности и т. п. – мы сейчас опустим. Это внутринаучные, изначально профессионально-теоретические вспомогательные формулировки, без которых мировая экономика прекрасно обходилась все тысячи лет, и на практике прекрасно обходится дальше. Ни Форда, ни Ротшильда, ни Билла Гейтса эти плетеные фразы никогда не интересовали.)

Так вот. Любой организм – это открытая система. Он может существовать только во взаимной связи с окружающей средой. Из нее он получает информацию и энергию, выживает и питается то есть. И в нее выделяет отходы своей жизнедеятельности.

Строго говоря – организм больше себя самого. Он составляет единое целое с ближайшим пространством своего обитания, своего функционирования. Жизнь – это взаимообмен энергией организма и окружающей среды. Есть собственно организм – и его внешний слой, наружный каркас. Вынутый из этого каркаса – воздух, вода, пища, свет, пространство, убежище – организм гибнет.

Мышь роет норку и делает в ней кладовую припасов на черный день. И это – ее собственность. Она сама нашла это место, сама вырыла, сама натаскала еды. Здесь она укрывается от врагов и выводит детенышей. Нора ей жизненно необходима. То же относится ко всем норным – хомяку, суслику, барсуку и так далее. И свою нору они будут защищать! – если сил хватит, а от сильного захватчика приходится сбегать и начинать все снова.

Птица охраняет и защищает свое гнездо: без этого не быть ее потомству, оно жизненно необходимо; забавно было бы присовокупить, что она вложила в его создание свой труд, даже в скворечник травинок и пушинок натаскала.

Любой хищник, будь то одиночка-медведь, волчья стая или львиный прайд, жестоко охраняет свою территорию: без нее он не прокормится, погибнет. С врагами сражаются: изгнать – или он сгонит тебя. У хищных птиц тоже свои участки, кстати.

Свои участки у обезьяньих стай. Чужака – выгнать или убить.

То же у первобытных племен, белые застали это у австралийских аборигенов и африканцев: чужих убить, свою землю беречь и расширять по возможности. Первые поколения колонистов в Америке не могли понять, что индейскому племени нужна для жизни территория в 15–20 кв. км. на одного человека – иначе охотой и собирательством не прокормиться! Земля – это твоя жизнь, отдавать ее нельзя!

Жилище и окружающее его пространство – это необходимое условие жизни особи.

ПЕРВИЧНАЯ ФОРМА СОБСТВЕННОСТИ – ЭТО ЖИЛИЩЕ И ОКРУЖАЮЩЕЕ ЕГО ПРОСТРАНСТВО, НЕОБХОДИМЫЕ ДЛЯ ВЫЖИВАНИЯ

И еще одно. Собственность отграничивает мое от чужого – сферу необходимого жизнеобеспечения от посягательств и собственности конкурентов и врагов. Где нет конкурентов, врагов и соседей – там у тебя нет собственности: тебе принадлежит все, что ты видишь и захочешь использовать. На берегу Волги всем воды хватит, но в безводной пустыне драгоценный колодец может быть собственностью семьи, за него сражаются. То есть:

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО ОГРАНИЧЕННАЯ МАТЕРИАЛЬНО-ПРОСТРАНСТВЕННАЯ ЗОНА НЕОБХОДИМОГО ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ

Или – будет правильной и такая формулировка:

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО ПРОСТРАНСТВО ЕДИНСТВА ЧЕЛОВЕКА С ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДОЙ

– с оговоркой: защищаемое владельцем и ограниченное претензиями и посягательствами конкурентов.

А теперь время поздороваться: здравствуйте, товарищ Фридрих Энгельс! Обезьяна взяла в руки палку, сбила кокос и палку бросила. Э, так она человеком не станет. А вот когда она стала таскать эту полезную палку с собой, беречь ее за удобство, подходящий вес и размер – вот когда палка стала ее собственностью, она сделала первый шаг к очеловечиванию.

Мое жилище и мой участок – это продолжение моего организма. Изначальная собственность – это необходимое продолжение жизненных процессов во внешнее организму пространство.

А орудие труда – это продолжение моего организма в пространстве, необходимое для выживания. Дубина – это продолжение руки.

Украшения дикаря, браслеты и ожерелья из раковин и палочек – это его собственность. Его копье и палица – тоже собственность. В пещере могло обитать много народа, в общем «длинном» доме ирокезов или алгонкинов жило 50–60 человек, но в основном: одна семья – одна хижина. Насколько это семейная собственность, а насколько – главы рода, патриарха, – это уже детали. Общее жилище и земля племени – это коллективная, она же групповая, собственность. А оружие, украшения, одежда – собственность личная, она же тут частная или семейная.

Мы продолжаем рассуждение и приходим к интересным выводам: а как насчет накопления собственности сверх жизненно необходимого? Три обеда не съешь, три шкуры на себя не наденешь. Зачем излишнее? Тогда можно усмотреть: собственность – это страховка жизни, спасение себя и потомства в случае лишений: неурожай, стихийное бедствие, утеря трудоспособности. Запас еды и необходимых вещей – это спасательный плот. И – опа!

НАКОПЛЕНИЕ – ЭТО ИНСТИНКТ

Как жирок на зиму у животных. Да и многие животные делают запасы сверх необходимого, если есть возможность: мало ли что, хватай пока можно.

С точки зрения природной, общей, материально энергетической —

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО ЭКСПАНСИЯ

Экспансия – свойство любой системы: заполнить окружающее пространство собой, структурировать окружающую материю по своей матрице, или же – захватить максимум окружающего пространства и материи структурами, происходящими и зависящими от твоей деятельности, твоего функционирования. Ряска захватывает пруд, сорняк захватывает окружающую почву, газ захватывает (заполняет) весь свободный объем, слоны при условии беспрепятственного размножения давно заполнили бы собой всю сушу.

Человек захватывает – то есть подчиняет себе, использует в своих интересах, делает зависимыми от своей воли, превращает в продолжение своих действий и тем самым увеличивает свое могущество – все, что может.

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА В ПРОСТРАНСТВЕ

И тогда получается:

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО ЗНАЧИТЕЛЬНОСТЬ.

И более того!! —

ЧЕЛОВЕК ЕСТЬ ТО, ЧЕМ ОН ВЛАДЕЕТ

У него много «добра» – собственности? Значит, он сильный, добычливый, умелый, умный и храбрый. Сумел это найти, сделать, отобрать, накопить, купить, выменять. И сберечь. И не позволить никому отобрать. О! Мы перешли к следующему аспекту собственности – социальному.

Количество собственности определяет твой ранг в социуме. И социальный инстинкт повелевает тебе стремиться к богатству. Ибо богатство – это социальная значимость. Голос богатого больше весит на совете. Богатого больше любят женщины. Он может выбрать лучших самок и оставить больше детей. Ой! —

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО СОЦИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ИНСТИНКТА РАЗМНОЖЕНИЯ!

Ну уже понятно, да? Собственность – это власть, могущество, привлекательность. Это большие возможности. Самоутверждение. Возможность влияния на людей и события.

Ну передадим же привет и нашему другу Фридриху Ницше:

СОБСТВЕННОСТЬ – ЭТО АСПЕКТ СТРЕМЛЕНИЯ К ВЛАСТИ

А вот теперь сделаем полный вдох, наберемся наглости и окинем гордым взглядом историю и экономику, и на большее осмелимся – на исторический материализм в разрезе классовой борьбы взглянем – с точки зрения собственности.

Стремясь все больше иметь – человек, и став, собственно, человеком, всегда стремился иметь больше, чем необходимо для простого выживания. Теплая пещера, яркий огонь, вдоволь мяса от хорошей охоты, шкуры для одежды, враги не трогают, мужчин и женщин хватает друг другу – чего тебе еще, царь природы? Нет: ему надо еще и еще, того и другого, пятого и десятого, больше и лучше – и вот уже отдельная комната на семью, свет по щелчку выключателя, вода из крана, еда из магазина на первом этаже и одежда из магазина в соседнем квартале. Никто на тебя не охотится! Работа – не мамонта камнем в лоб бить. И этой твари все мало!

СОБСТВЕННОСТЬ КАК СТИМУЛ ПРОГРЕССА

Пашет как проклятый! Хочет машину и слетать на Багамы, отдельную квартиру и новые джинсы. А жил бы вообще безработным – все равно ведь сытнее, чем вождь их рода в своей пещере!

СОБСТВЕННОСТЬ КАК ЗНАК ОПЕРЕЖАЮЩИХ ПОТРЕБНОСТЕЙ

И вот это стремление увеличивать собственность – определило возникновение рабства. Я прокормлюсь! Но раб даст мне прибавочный продукт. Который я обменяю на новое копье и зеркало для жены. А вождь сдерет с меня налог на своих ученых шаманов. Мы уже иначе организуем общество, делимся на сословия, повышаем производительность, ученые шаманы изобретают шайтан-арбу и прочие машины… Ну и далее по лестнице прогресса – вплоть до акул капитализма, миллиардеров в развитом государстве.

СОБСТВЕННОСТЬ КАК ДВИГАТЕЛЬ И ПРИЧИНА ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА

У вас еще не выступил на лбу пот восторга? Мы поем просто какую-то оду, ораторию поем священной собственности! Капитализм недаром объявил собственность священной – он инстинктом своим уловил, чуйкой своей бизнесменской, что собственность – вот краеугольный камень прогресса и процветания. И тут же бросился создавать умные теории в подтверждение, в поддержку жажды своей наживы неуемной.

Но мы против наживы. Мне лишнего не надо, ты мое не отбирай. Мы романтики и идеалисты. Служить надо счастью человечества. Великому делу всеобщей справедливости. Мы понимаем. И стараемся. Ты только мое не отбирай, гад, борец мне нашелся с бедностью, за мой-то счет!

Как вы поняли, мы вплотную приблизились к социализму.

И вопрос очень простой: а как с собственностью при социализме?

Ну, про собственность на средства производства все понятно: только общественная, общенародная. А вот как с собственностью на средства потребления? И – всегда ли можно провести границу: что ты потребляешь – а посредством чего ты производишь? И кто будет пограничником, охраняющим эту границу от посягательств частников-эксплуататоров?