Читать книгу "Благословение небожителей. Тома 1-3 в одном комплекте"

Глава 29
Повелитель Ветра призывает песчаную бурю

Се Лянь невольно сделал шаг вперёд, заслоняя собой Саньлана, и ответил:

– Я прекрасно осведомлён о своём статусе.

– Тогда почему ты всё ещё стоишь рядом с ним? – спросил Фу Яо.

– Потому что… рядом с ним змеи не кусают, – честно признался Се Лянь.

Услышав этот ответ, Саньлан рассмеялся в голос, а Фу Яо, наоборот, помрачнел ещё сильнее.

– Ты…

Его лицо потемнело, а затем и всё вокруг погрузилось во мрак: это погасло пламя на ладони у духа войны.

В темноте Се Лянь услышал, как Саньлан фыркнул: «Ничтожество!» – а затем почувствовал, как тот ухватил его за плечи и прижал к себе. За этим последовал частый и яростный стук – так ливень барабанит по крыше.

Когда исчезла огненная преграда, дождь из пурпурных змей снова хлынул с небес – только теперь принца укрывал зонт. Се Лянь ощутил густой запах крови и приготовился к схватке, однако Саньлан выпалил:

– Не двигайся. Ни одна тварь не посмеет приблизиться.

Когда он обращался к Се Ляню, его голос звучал мягко, а когда заговорил о змеях, в тоне послышалось высокомерие. За себя принц не волновался, но услышал яростные крики Фу Яо: похоже, твари посыпались прямо ему на голову.

– Саньлан! – воскликнул Се Лянь.

– Не нужно.

– Как ты узнал, что я хочу сказать?

– За этого не волнуйся: не помрёт.

Тут раздался грозный рык:

– Баньюэ! Если решила убить меня, вели уже этим гадам кусать скорей! А это ещё что?!

– Это не я! – закричала Баньюэ.

Судя по всему, Кэ Мо пришёл в сознание прямо в куче скользких змей и немедленно обвинил во всём советника.

– Фу Яо, можешь снова призвать огонь? – спросил принц. – Самое время!

– Тварь рядом с тобой подавляет мои силы, – процедил Фу Яо.

– Это не я, – возразил Саньлан.

– Я знаю, что не ты, – Се Лянь почувствовал, как по его спине побежал холодок. – Всё дело именно в этом! Ты ни при чём, Баньюэ и Кэ Мо связаны оковами бессмертных, а мои силы полностью истрачены… Тогда кто не даёт Фу Яо творить чары? Этому есть только одно объяснение: в яме находится кто-то шестой.

– С ума сошёл! – возмутился Фу Яо. – Какой ещё шестой? Больше никто не спускался!

Баньюэ вскрикнула:

– Кто здесь?!

– Баньюэ, что случилось? Рядом с тобой кто-то есть? – спросил Се Лянь.

– Да… – начала Баньюэ, но внезапно замолкла.

– Баньюэ!

Фу Яо продолжал отбиваться от кишащих вокруг змей, и в темноте одна за другой мелькали вспышки огня.

– Осторожнее! – рявкнул он. – Это уловка, чтобы подманить тебя поближе!

– Не похоже, – ответил Се Лянь. – Надо спасти её!

Он едва не рванул под дождь из змей, но тут Саньлан тихо сказал ему прямо в ухо:

– Ладно.

Се Лянь почувствовал, как тот стиснул его плечо, и в тот же миг они устремились вперёд. Каким-то образом Саньлан ухитрялся в одной руке держать зонт, другой прижимать к себе Се Ляня и одновременно сражаться. Во мраке метались серебристые всполохи и слышался звон. Внезапно раздался громкий лязг скрестившихся клинков.

– А вот и шестой, – пробормотал Саньлан. – Интересно…

Таинственное оружие Саньлана повстречалось с чужим мечом!

Неизвестный хранил молчание; слышно было только, как клинки со свистом разрезают воздух. Во тьме вспыхивали искры, но быстро гасли, не позволяя разглядеть лицо противника. Се Лянь прислушался и позвал:

– Баньюэ, ты пришла в себя? Ответь!

Никто не откликался. Фу Яо предположил:

– Может, с ней вы и бьётесь?

– Нет, – ответил Се Лянь. – Это точно не она!

Сражаясь с Кэ Мо в кромешной тьме, Саньлан двигался легко, будто играл с противником. Сейчас же бой шёл куда серьёзнее: таинственный враг был силён и мастерски владел оружием. Одного взгляда на Баньюэ хватило бы, чтобы понять, что её хрупкие руки не удержат в руках меч, – это определённо не могла быть она. Тогда кто?

– Она предала свою страну! Чем она лучше той демоницы Сюань Цзи? Почему ты ей веришь?! – негодовал Фу Яо.

– Не горячись! Ты… Постой, что ты сейчас сказал?

Фу Яо отшвырнул от себя ещё несколько змей.

– Не понимаю, почему ты ей доверяешь. Ей и той твари рядом с тобой…

– Нет, не это! Ты упомянул Сюань Цзи?

– Да, и что? Это сейчас не важно.

Се Лянь сделал глубокий вдох и громко сказал:

– Хватит! Прятаться больше нет нужды. Я понял, кто ты!

Противник не отреагировал, клинки продолжали со звоном сталкиваться в воздухе. Тогда Се Лянь добавил:

– Думаешь, я просто так это говорю? А, генерал Пэй-младший?

– Что ты несёшь? – удивился Фу Яо. – Генерал Пэй-младший? Не сходи с ума. Небожитель его положения не может незаметно спуститься на землю. Об этом бы все знали!

– Ты прав. Только зачем ему спускаться в своём истинном воплощении? – Клинки во мраке замерли на миг, а затем продолжили свой танец. – Я понял слишком поздно, а ведь следовало подумать об этом с самого начала. Я знал, что в окрестностях Баньюэ уже двести лет творятся бесчинства, но никто в небесных чертогах не пытается в этом разобраться – даже говорить об этом не желают. Было похоже, что кто-то пытается замять дело, а остальные не осмеливаются выступить против него. Я пока плохо знаком с другими небожителями, поэтому не стал гадать: побоялся обидеть кого-нибудь беспочвенными подозрениями…

Когда прозвучало имя Сюань Цзи, это напомнило Се Ляню кое о чём… О двух генералах Пэях, чьи земли находятся как раз на севере. В его голове зазвучали слова Фу Яо: «Знаешь, чем отличился Пэй-младший? Когда ему было двадцать лет, он истребил целый город».

Что за город? Древний город-государство Баньюэ!

Такое случалось сплошь и рядом. Кто из обитателей вышних Небес не проливал крови для достижения цели? Конечно, достойным такой поступок не назовёшь, и, если дело получит широкую огласку, это могло отвратить от божества будущих последователей. Поэтому после вознесения некоторые вещи просто заминали. Все знали о случившемся, но подробностями не интересовались. К чему копаться в чужом прошлом и оскорблять чужого покровителя, если не испытываешь сильной ненависти или не хочешь навредить?

– Тот мужчина в земле сказал, – неспешно продолжил Се Лянь, – что среди нас есть человек, которого он уже встречал здесь пятьдесят лет назад. Сначала я решил, что это просто уловка, чтобы заманить людей поближе, но если он говорил правду? Я с самого начала подозревал тебя. Купцы тебе доверяли, ты мог отвести их куда угодно. За несколько лет жизни в Баньюэ я ни разу не видел змей-скорпионов, а вы, едва укрылись в пещере от песчаной бури, наткнулись на такое редкое ядовитое существо. Я попросил тебя пойти с нами за травой шаньюэ, и перед уходом ты специально указал остальным дорогу к древнему городу – чтобы они могли отправиться туда сами, не дожидаясь нас. На стенах Ямы осуждённых я ясно сказал, что в случае чего отправлюсь первым, но вдруг ты – всегда такой спокойный и рассудительный – ринулся вперёд и погиб бессмысленной смертью, – сказал Се Лянь и после паузы продолжил: – Я чувствовал, что ты ведёшь себя как-то странно, и только сейчас понял, кто ты, генерал Пэй-младший. Или мне следует звать тебя нынешним именем, А-Чжао?

Повисла мёртвая тишина. Затем раздался холодный голос:

– Тебе не приходило в голову, что человек в земле говорил о юнце в красном рядом с тобой?

Яркая вспышка озарила яму. В её свете стали хорошо видны два алых силуэта: Саньлан, который уже успел убрать оружие и принять привычный расслабленный вид, и суровый юноша рядом – с ног до головы покрытый кровью, отчего его простая холщовая одежда тоже казалась красной. В руках у юноши был зажат меч, а на плечи он взвалил тело Баньюэ. То и правда был А-Чжао.

Да, у генерала Пэя-младшего в его истинном воплощении и у А-Чжао было нечто общее: равнодушное лицо и аура непоколебимого спокойствия. Се Лянь мог бы заметить это и раньше, если бы догадался взглянуть на ситуацию под таким углом.

Пэй Су вызвал змей, рассчитывая в суматохе схватить Баньюэ и скрыться, но теперь, раз его личность перестала быть тайной, необходимость в этом отпала. Твари перестали сыпаться с неба, а оставшиеся расползлись кто куда. Пэй-младший убрал меч и опустил советника на землю.

– Ты кто такой? – опешил Кэ Мо. – Ты разве не расшибся насмерть?

Юноша не удостоил его и взглядом. Он по-прежнему смотрел на Саньлана, только сказал на языке Баньюэ:

– Прошло две сотни лет, а ты ничуть не изменился.

Наконец генерал узнал эту раздражающе сдержанную манеру речи. Его чёрное лицо перекосило от гнева, и он взревел:

– Это ты? Пэй Су?!

Он дёрнулся в сторону Пэя, но его удержали оковы бессмертных.

– Генерал Пэй-младший, – сказал Се Лянь, – змей-скорпионов контролирует не один человек. Баньюэ сказала, что непослушные ей змеи подчиняются кому-то ещё. Тебе?

– Да.

– Баньюэ тебя научила?

– Нет. Я сам научился: подсмотрел, как она это делает.

– Да, генерал Пэй-младший невероятно умён, – признал Се Лянь. – Когда вы познакомились? И где?

В ответ на это Пэй Су взглянул на него и произнёс лишь:

– Генерал Хуа.

– Почему ты так меня называешь?

– Ты не узнаёшь меня, генерал Хуа? – тихо спросил Пэй Су.

И тут в памяти принца начали всплывать подробности. Когда Баньюэ была ребёнком, другие дети обижали её, и только один мальчик из Юнъаня изредка составлял ей компанию. Как и Баньюэ, он был неразговорчив. Многие ребята происходили из семей военных и, повзрослев, тоже вступали в армию… Неужели…

– Это ты?! Я только сейчас узнал тебя.

– Да, я, – кивнул Пэй Су. – Я тоже только что тебя узнал, генерал.

Оказывается, Баньюэ и командующий войском Юнъаня были знакомы с детства!

– Ты велел Баньюэ открыть ворота? – спросил Се Лянь.

Кэ Мо в ярости сплюнул.

– Развяжи меня, – потребовал он. – Позволь насмерть сразиться с этим подлецом Пэй Су!

– Во-первых, двести лет назад мы уже сражались, и ты проиграл, – отмахнулся тот. – А во-вторых, позволь-ка узнать, с чего вдруг я подлец?

– Если бы не ваш заговор, если бы не удар в спину, мы бы не проиграли!

– Кэ Мо, смирись уже. Пусть в то время у меня и было всего две тысячи солдат, захват города был лишь вопросом времени.

– Постойте, – вмешался Се Лянь. – Тебя отправили штурмовать город с двумя тысячами солдат? Как это понимать? Это же верная смерть! Неужели тебя ненавидели в армии ещё пуще меня?!

Пэй Су не ответил, и принц понял, что попал в точку. Тогда он задал другой вопрос:

– Раз ты был так уверен в победе, для чего понадобилось открывать ворота?

– Я хотел истребить всех.

– Зачем?! Если ты уже победил, зачем вырезать всех?!

Не мог же он просто получать от этого удовольствие!

– После победы мы должны были избавиться от всех, не оставить в живых ни души, – сказал Пэй-младший. – И как можно быстрее.

Это прозвучало по-настоящему жутко.

– Почему?

– В ночь перед штурмом лидеры Баньюэ созвали совет, на котором приняли решение…

– Какое?

– Люди Баньюэ по природе жестоки, а их ненависть к Юнъаню не знала границ. Они не желали признавать, что их поражение близко. Днём и ночью все они: мужчины, женщины, старики и дети – готовили эту дрянь.

Се Лянь уже начал понимать, о чём речь, и Пэй Су подтвердил его догадку:

– Взрывчатка! – выплюнул тот. – Они условились, что, если город падёт, жители тайно закрепят её на своих телах и разбегутся в разные стороны, а затем проберутся в Юнъань, выберут людное место и, выждав удобного момента, приведут взрывчатку в действие. Они были готовы погибнуть, лишь бы унести с собой ещё больше жизней. Хотели навеки лишить покоя тех, кто погубил их государство. Нельзя было позволить им покинуть город…

Се Лянь повернулся к Кэ Мо и спросил:

– Это правда?

– Правда! – не стал отпираться генерал.

– Как жестоко, – отметил Саньлан и приподнял бровь. Он намеренно произнёс эти слова на языке Баньюэ.

Кэ Мо пришёл в ярость:

– Жестоко? Вы ещё будете называть нас жестокими? Это вы напали на нас и вынудили пойти на этот шаг! Вы хотели погубить нас – а мы жаждали мести. Разве это не справедливо?!

– А что насчёт нашей мести? – Пэй Су говорил сдержанно, но каждое слово звучало подобно удару хлыста. – Сколько раз люди из Баньюэ были зачинщиками стычек на границе? Сколько раз государство Баньюэ мешало юнъаньским караванам и путешественникам добираться до западных земель? Вы специально укрывали у себя разбойников, которые грабили и без конца убивали людей из Юнъаня. Но вы их старательно выгораживали. Юнъань посылал солдат, чтобы разобраться с бандитами, а вы их убивали: мол, они пересекли границу. Это не жестоко?

– Вы первыми захватили наши земли, – настаивал Кэ Мо. – Поэтому мы дали вам отпор.

– Не было ясных границ. С чего вы решили, что это ваши земли?

– Границы давно определили, это вы не соблюдали соглашение!

– По тому соглашению нам отходила пустыня, а вам оазис. С чего бы Юнъаню соглашаться на такие условия? Это просто смешно!

– Оазис с самого начала был наш. Народ Баньюэ из поколения в поколение рождался и рос здесь!

Каждый настаивал на своём, и, слушая, как они препираются, Се Лянь вспомнил тот день двести лет назад и почувствовал себя так, будто снова оказался между двух враждующих армий, – даже лицо заболело. Пэй-младший оставил Кэ Мо и повернулся к принцу:

– Как видишь, не всё можно решить словами. Остаётся использовать силу.

– Я согласен с первой частью, – сказал Се Лянь.

– А я со второй, – сказал Саньлан.

Гнев Кэ Мо поутих, и он внезапно заговорил спокойнее:

– Большинство юнъаньцев лишены чести и совести, а ты самый бесстыжий из всех, кого я встречал. Пэй Су, ты человек с каменным сердцем. Ты убил меня, но сделал это не ради своей страны и не для того, чтобы спасти соотечественников. – Пэй Су молчал, и Кэ Мо продолжил: – Ты сын ссыльного, тебя все презирали. Тебе нужна была эта победа, чтобы заслужить почёт, и ты продолжил идти по головам. Теперь мне жаль Баньюэ: она считала тебя хорошим человеком, а ты использовал её и заставил предать нас ради себя.

– Разве генерал Пэй-младший не потомок генерала Пэя? – спросил Се Лянь. – Как он оказался в таком положении, имея столь прославленного предка?

– Он не прямой потомок, а просто родственник по одной из боковых ветвей, – пояснил Саньлан.

Вот оно как. Получается, если бы он не вознёсся, не видать бы ему покровительства Пэя-старшего.

– Баньюэ всегда была верна мне. По моему приказу она стала советником вашего государства, – резко ответил Пэй Су. – В ней течёт кровь обоих народов, и она хранила преданность до конца. Ни о каком предательстве здесь речи нет. А народ Баньюэ должен был исчезнуть с лица земли: от него один вред. Я ни о чём не жалею.

Внезапно откуда-то сверху долетел голос:

– Хорошо сказано – «исчезнуть с лица земли»! А как насчёт путников, которых ты погубил, завлекая в эту яму? Осмелился бы ты сказать им то же самое?

Голос доносился сверху, и Се Лянь тут же задрал голову.

– Какой благородный человек посетил это место? – спросил он.

Ответа не последовало, однако послышался необычный шум – приближалась буря. Звук становился всё громче, и внезапно налетел ветер. Он был настолько силён, что Се Лянь не успел ничего понять, а его тело уже оторвалось от земли! Ураган ворвался в Яму осуждённых и закрутил всех, поднимая в небо.

Принц тут же вцепился в Саньлана, который стоял рядом с ним, и крикнул:

– Поберегись!

По-прежнему невозмутимый Саньлан крепче прижал к себе принца. Всё вокруг завертелось, их подняло мощным потоком воздуха; на секунду они замерли, а затем вдруг полетели вниз. Се Лянь сразу выпустил Жое и посреди творящегося хаоса принялся её уговаривать:

– Всё хорошо, всё в порядке. Скорее, милая Жое, ну же, выручай!

Он погладил ленту, и она подчинилась. Но вокруг не нашлось ничего, за что можно было бы зацепиться, и Жое, сделав круг, вернулась к хозяину. Се Ляню оставалось лишь сгруппироваться. В прошлом он частенько летал головой вниз, на три чи пробивая землю, однако в этот раз его поддержал Саньлан, и Се Лянь, к собственному удивлению, приземлился вполне благополучно. Когда он вновь почувствовал твёрдую почву под ногами, то даже не сразу в это поверил. От этих мыслей его отвлекло появление фигуры в чёрной одежде, которая приближалась к ним нетвёрдой походкой.

Присмотревшись, он воскликнул:

– Нань Фэн!

Это и в самом деле оказался Нань Фэн. Вид у него, правда, был весьма потасканный: одежда порвана, сам весь в грязи и помятый, словно по нему потопталось стадо скота. Услышав оклик Се Ляня, он поднял руку и молча потёр лицо, не в силах разговаривать. Принц поспешил подхватить его под локоть.

– Что с тобой случилось? Это они тебя побили?

Тут он заметил позади Нань Фэна две фигуры и подошёл ближе. Одной из них оказалась та самая чародейка в белом с метёлкой в руках. Она лучезарно улыбнулась:

– Приятно видеть вас, ваше высочество.

Хотя Се Лянь понятия не имел, кто перед ним и как к ней обращаться, правила приличия никто не отменял, так что принц улыбнулся в ответ:

– Приветствую друга на тропе самосовершенствования!

Девушка в чёрном бегло окинула Се Ляня взглядом, но никакого интереса не выказала, а вот на Саньлане её глаза задержались: наверное, сочла его подозрительным.

Потоки воздуха подняли остальных из ямы, и женщины направились прямиком к Пэй Су. Тот ничуть не удивился, ведь он уже встречал их на улицах города, пока притворялся А-Чжао. Он немедленно преклонил колени, опустил голову и тихо обратился к женщине в белом:

– Повелитель Ветра.

Се Лянь оторопел. Повелитель Ветра? Он-то думал, это какой-то злой дух! Откуда ему было знать, что перед ним небожитель? И не простой, а тот самый, который недавно раздавал сто тысяч заслуг в круге духовной связи!

Но затем он взглянул под другим углом на события прошедшего дня – и всё встало на свои места. Женщина в белом сказала: «Куда же они подевались? Неужели придётся отлавливать и убивать их по одному?» – и он подумал, что речь о нём и его товарищах, тогда как Повелитель Ветра говорила о солдатах Баньюэ! Он сделал поспешные выводы, вот и казалось, что каждое её действие окутано какой-то тёмной энергией.

Се Лянь невольно чувствовал уважение к небожителю, способному вот так запросто раздавать по сто тысяч заслуг.

– Почему ты мне раньше не сказал, что это Повелитель Ветра? – с укором сказал он Нань Фэну. – Я-то думал, это оборотень, дух змеи, скорпиона или что-то подобное! Вот ведь позор какой!

– Откуда мне было знать? – мрачно ответил Нань Фэн. – Я никогда не видел Повелителя Ветра в таком образе. Обычно это… Неважно.

Се Лянь понял, что речь идёт о смене облика, и решил не вдаваться в подробности.

– Что Повелитель Ветра делает в Баньюэ? – спросил он вместо этого.

– Хочет помочь. Они разыскивали в городе солдат.

И тогда принц вспомнил, как в первый раз спрашивал небожителей о Баньюэ. Повисло неловкое молчание, и внезапно началась новая раздача заслуг от Повелителя Ветра – оказывается, это было проделано нарочно, чтобы отвлечь остальных.

Тем временем Повелитель Ветра присела на корточки и обратилась к Пэю-младшему, по-прежнему стоящему перед ней на коленях:

– Я знаю всё, о чём вы говорили. – Пэй Су опустил голову. – Ты признаёшь, что две сотни лет заманивал путников в руины Баньюэ?

Его уже поймали с поличным; отпираться было бессмысленно, и Пэю-младшему оставалось только ответить:

– Да.

– Зачем?

– Вы ведь давно уже меня подозревали? И сами обо всём догадались.

– Эти неупокоенные души служили неопровержимым доказательством того, что в свою бытность смертным ты по локоть замарал руки в крови. Это могло помешать тебе с дальнейшим продвижением, верно?

Пэй Су молчал – не соглашался и не спорил. Се Лянь не удержался от вопроса:

– Почему ты сразу их не убил? Зачем было скармливать им живых людей, пытаться утолить их жажду ненависти? Ты приносил в жертву плоть и кровь одних, чтобы насытить других…

– Он не мог, – сказал Саньлан.

И действительно, за каждым шагом небожителя вроде Пэй Су неустанно следят тысячи глаз. Он был скован по рукам и ногам: не мог в своём истинном воплощении спуститься на землю и разом уничтожить все эти пронизанные ненавистью души солдат; не мог отправить против них свою армию. С самого начала все пытались закрывать глаза на события минувших дней, а излишнее внимание к ним наделало бы слишком много шума. Единственное, что оставалось Пэю-младшему, – обратиться А-Чжао.

Никто бы не подумал на него, ведь все знали, что змеи-скорпионы подчиняются Баньюэ. А он с помощью ядовитых тварей заманивал путников в город и скармливал разъярённым духам, чтобы развеять их злобу. Безупречный план.

– Пэй Мин ни за что бы так не поступил, – сказала Повелитель Ветра. – Боюсь, на сей раз ты перешёл черту.

Генерал отправил в Баньюэ своего двойника, который творил здесь бесчинства почти две сотни лет, сбивал людей с пути, вёл их на погибель, прямо в руки воинам Баньюэ, пожиравшим их тела. Как ни посмотри, это было серьёзное преступление.

– Да, знаю, – ответил Пэй Су и склонил голову.

Закончив разговор, Повелитель Ветра повесила метёлку на пояс, поднялась и улыбнулась Се Ляню, сложив руки в почтительном приветствии:

– Ваше высочество наследный принц, наслышаны о вас.

Так звучало обычное формальное приветствие. Се Лянь бы предпочёл, чтобы о нём не слышали вовсе, но ничего не поделаешь, так уж принято, поэтому он улыбнулся в ответ:

– Ну что вы… Я тоже много слышал о Повелителе Ветра.

– Прошу прощения за недавнее.

– Недавнее? О чём вы?

– Разве не вы по пути попали в песчаную бурю?

Се Лянь вспомнил и снова ощутил на зубах скрип песка.

– Это моя работа, – призналась бессмертная.

Се Лянь непонимающе посмотрел на неё, и Повелитель Ветра пояснила:

– Мне не хотелось, чтобы вы приближались к Баньюэ. Но надо же – вам всё нипочём! Вы добрались до города окольными путями.

У Се Ляня зародилось нехорошее предчувствие: сначала Повелитель Ветра пыталась не допустить их в город, затем появилась так внезапно… Принц молчал, ожидая, что ещё скажет его собеседница. И та не заставила себя ждать:

– Мой совет его высочеству наследному принцу: не стоит вам вмешиваться в это дело.

Се Лянь взглянул на скорчившуюся на земле Баньюэ. Он уже догадался, что будет дальше: когда это дело станут рассматривать в небесных чертогах, покровители Пэя-младшего тут умолчат, здесь добавят пару деталей – и в итоге вся вина за случившееся ляжет на девушку. Повелитель Ветра явилась именно затем, чтобы выгородить Пэя-младшего, для чего бы ещё?

Се Лянь с невозмутимым видом шагнул вперёд, заслоняя собой Баньюэ, и сказал как можно более мягко:

– Боюсь, ваш совет слегка запоздал, ведь я уже увяз в этом деле глубже некуда.

Повелитель Ветра улыбнулась ему:

– Не беспокойтесь. Можете забрать с собой советника Баньюэ.

Этого Се Лянь не ожидал. Он оторопел, а Повелитель Ветра продолжила:

– Мы знаем обо всём, что произошло. Баньюэ достигла ранга «свирепой», это правда. Но в городе мы наблюдали за ней: она поймала воинов Баньюэ в магический круг и отпустила пленных торговцев. Советник не вредила смертным, а спасала их. Единственные, кого я забираю с собой, это генерал Пэй-младший и Кэ Мо. Не волнуйтесь, больше я не собираюсь никого обвинять.

Се Лянь почувствовал облегчение, но в то же время и стыд.

– Мне так неловко! Я зря подумал…

– Ваши сомнения понятны. Часто обитатели небесных чертогов ведут себя не лучшим образом.

Тут вмешалась женщина в чёрном. Она больше не считала нужным скрывать своё нетерпение:

– Вы закончили? Если да, то пойдём.

– Ой, послушай, – воскликнула Повелитель Ветра, – ну к чему такая спешка? Чем дольше ты ворчишь, тем дольше тянется разговор! – Но всё же развернулась и вытащила из-за пояса складной веер. – Ваше высочество наследный принц, если у вас нет ко мне вопросов, тогда до встречи в небесных чертогах?

Се Лянь кивнул, и Повелитель Ветра раскрыла свой веер. На лицевой стороне было написано слово «ветер», а на внутренней красовались три наклонные линии, похожие на потоки воздуха. Похоже, это был какой-то артефакт, магическое оружие. Налетела буря, поднимая с земли пыль и мелкие камни. Се Лянь закрыл лицо рукавом, чтобы защитить глаза, а когда ветер стих, обе женщины, Пэй-младший и Кэ Мо уже исчезли; остались Се Лянь, Саньлан, Нань Фэн и Баньюэ, всё так же лежащая на песке.

Се Лянь опустил руку и озадаченно спросил:

– Что это было?

Саньлан неторопливо подошёл и ответил:

– Нечто удивительное.

– Правда?

– Да. Повелитель Ветра не просто так советует не вмешиваться. Это попытка помочь тебе.

Подошёл Нань Фэн и сказал:

– Он прав. Ты и так уже слишком сильно увяз в этом деле. Единственное, что остаётся, – подать жалобу Небесному Владыке. Подать жалобу и больше не лезть.

– Это из-за генерала Пэя? – догадался Се Лянь.

– Да, – ответил Нань Фэн. – На этот раз ты серьёзно его задел.

– Так и знал, что рано или поздно с кем-нибудь поссорюсь, – улыбнулся Се Лянь. – Тогда какая разница, с кем именно?

– Не думай, что я шучу, – нахмурился Нань Фэн. – Дворец Мингуана наиболее могущественный после дворца Шэньу, а генерал Пэй очень ценит Пэя-младшего и всё надеется, что тот обойдёт Цюань Ичжэня. Он это так просто не оставит!

– Цюань Ичжэнь – это тот бог войны запада, о котором ты говорил? – спросил Се Лянь.

– Он самый. Цюань Ичжэнь вознёсся примерно в то же время, что и Пэй Су. Он очень молод… но весьма силён. Генерал Пэй давно хотел, чтобы Пэй-младший переманил на свою сторону верующих с запада, и в последние годы тот неплохо с этим справлялся. А теперь, когда ты поднял всю муть со дна, стоит ожидать, что у младшего будут проблемы. Кто знает, может, его вовсе изгонят. Вот тогда жди неприятностей.

Се Лянь потёр переносицу. Пожалуй, отныне придётся вести себя осторожнее: внимательно смотреть, что ешь, что пьёшь, куда наступаешь… Саньлан возразил:

– Незачем беспокоиться: Пэй Мин очень гордый, он не станет пакостить тайком.

– А что насчёт Повелителя Ветра? – засомневался Се Лянь. – Советует мне не вмешиваться – значит, с жалобой разберётся без меня? Но ведь это разозлит генерала Пэя! Может, нам стоит позвать Повелителя Ветра обратно? Нань Фэн, поможешь мне связаться с Повелителем по духовной связи?

– Об этом не переживай, – ответил Нань Фэн. – Генерал Пэй мог бы усложнить жизнь тебе, а тут выступать не посмеет. Повелитель Ветра хоть и младше тебя, зато куда влиятельнее.

«Вот уж неудивительно, – подумал Се Лянь. – Интересно, в небесных чертогах вообще есть хоть кто-то менее успешный, чем я? Вряд ли…»

Саньлан улыбнулся:

– Естественно, дела Повелителя Ветра идут отлично. С такой-то поддержкой!

– Ты о той женщине в чёрном? – спросил Се Лянь. – Думаю, она тоже очень сильна.

– Нет, я о другом, – ответил Саньлан. – Но та женщина действительно очень могущественна. Должно быть, это тоже один из пяти повелителей стихий: ветра, воды, дождя, земли и грома. Лучше тебе её не злить.

Если Повелитель Ветра могла за считаные мгновения призвать бурю, на что же была способна её спутница? Неспроста Се Ляню показалось, что она напряжённо смотрит на Саньлана – будто догадывается о чём-то.

– Понятно, – кивнул Се Лянь. А сам подумал: «Никакая поддержка не гарантирует тебе успех» – и вспомнил те времена, когда наследному принцу Сяньлэ оказывал покровительство сам бог войны Цзюнь У, правящий тысячу лет всеми тремя мирами… И как, сильно это помогло принцу?

Се Лянь поднял с земли упавшую бамбуковую шляпу, убедился, что она не помялась, отряхнул её и повесил за спину. А затем посмотрел на Нань Фэна и спросил:

– Ты что, всю дорогу дрался с ними?

Нань Фэн помрачнел:

– Именно.

Се Лянь похлопал его по плечу:

– Ох, тяжело тебе пришлось… Спасибо большое! – воскликнул он, затем вспомнил о том, кто пострадал не меньше, и спросил: – А где Фу Яо?

– Разве он не остался присматривать за караваном?

Выходило, что с тех пор, как порыв чудесного ветра вытащил их из ямы, никто Фу Яо не видел. Когда среди них объявился А-Чжао, началась такая суматоха, что Се Лянь и думать забыл про духа войны. Впрочем, принц не сильно беспокоился: наверное, Фу Яо не захотел лишних неприятностей и удрал, когда поднялась буря.

Едва Нань Фэн упомянул отравленных людей, Се Лянь очнулся и одновременно с ним воскликнул:

– Трава шаньюэ!

– Не торопитесь, ещё только-только светает, – заметил Саньлан.

Но когда речь идёт о спасении жизни, медлить нельзя. Из отпущенных им суток прошло ещё не так много времени, а в пути можно ожидать всякого. Се Лянь без промедления поднял Баньюэ, забросил её на плечо и бегом кинулся к дворцу.

Уложив девушку на траву, он сорвал несколько крупных листьев шаньюэ. Жуткая голова всё ещё лежала там – покрытая кровью, в окружении груды костей. В других обстоятельствах Се Лянь обязательно похоронил бы покойника, но, во-первых, он очень торопился, во-вторых, рассудил, что, если человек провёл более пятидесяти лет закопанным в землю, наверное, ему не захочется в неё возвращаться.

А вот останки бедного торговца куда-то исчезли – и это Се Ляня весьма озадачило.

Из дворца вышел Саньлан с маленьким кувшином. Увидев это, Се Лянь сказал:

– Как кстати! Большое тебе спасибо!

Баньюэ ещё не очнулась, и Се Лянь поместил её дух в кувшин.

Вместе они нарвали травы и поторопились обратно к лагерю. С тех пор, как змея укусила торговца, минуло около восьми часов.

Когда они добрались до места, то обнаружили, что купцы послушно сидят внутри круга, нарисованного Фу Яо. Пострадавший старик после снадобья Нань Фэна выглядел вполне сносно, а после того, как к его ране приложили траву шаньюэ, смог даже подняться на ноги и пройтись немного. О том, на каком удобрении выросло лекарство, Се Лянь предпочёл умолчать.

Спустя некоторое время люди расслабились и тут вспомнили о других своих товарищах:

– А что же Тяньшэн и остальные? Почему они не возвращаются?

Когда Се Лянь уходил из города, там не оставалось ни одного солдата Баньюэ, так что он не стал дожидаться отстающих, а поспешил с целебной травой в лагерь. Он уже подумывал вернуться и тут услышал, как Тяньшэн зовёт его: юноша бежал к ним с охапкой листьев шаньюэ в руках, а за ним, тяжело дыша, едва поспевали ещё двое купцов.

Тяньшэн рассказал, что, скинув солдат в яму, Баньюэ схватила торговцев – и те поначалу испугались до полусмерти, но потом девушка провела их вниз по стене и отпустила на все четыре стороны. Они сходили к дворцовому саду за шаньюэ, потом похоронили своего мёртвого товарища и поспешили в лагерь, но всё же Се Лянь опередил их.

Караван благополучно пересёк пустыню, и на этом его высочество посчитал свою работу выполненной. На прощание Тяньшэн подошёл к нему и прошептал с таинственным видом:

– Гэгэ, у меня к тебе один вопрос.

– Спрашивай, – разрешил Се Лянь.

– Ты ведь на самом деле небожитель?

Се Лянь был потрясён и в то же время растроган. Раньше он, бывало, объявлял во всеуслышание: «Я небожитель, я его высочество наследный принц», и никто ему не верил. А тут он не сказал ни слова, а юноша сам обо всём догадался.