Текст книги "Страж огня. Академия сиятельных"

Глава двадцатая

Хейли Сизери

Я сидела у костра под боком дракона и любовалась Софи, которая подкладывала дрова. Огонь разгорался ярче, трещали поленья. На душе царил покой и гармония. Я дома.

Это впервые, когда я могу с чистой совестью сказать, что я дома. Деревенька во Втором Королевстве, а точнее небольшой домик Софи, стал моей крепостью душевного комфорта. А если быть откровенной до конца, то там, где будет Софи, – там же и будет мой дом. Эта удивительная женщина встретила меня со слезами на глазах, и весь оставшийся месяц практики, ни на шаг не отходила от меня. Расставаться будет больно нам обеим.

Всего три дня есть у нас друг на друга, а потом я должна вернуться в академию. Правда, смутно представляю каким образом. То ли декан всех заберет, то ли своим ходом. Все же, надеюсь, что мне не придется лететь на драконе.

При мысли о декане я зажмурилась, ни Асгар, ни он, не давали о себе вестей. И если первый месяц после встречи с русалками, я верила и надеялась, что друг навестит меня, то к моменту, когда мы распрощались с оборотнями, а это еще через месяц, поняла, что обо мне забыли.

Сердилась ли я? Обижалась ли? Нет. Только горечь от рухнувшей надежды.

Софи села возле меня и обняла за плечи. Грустное настроение улетучилось, словно ко мне прикоснулось маленькое солнышко.

– Дочка, что печалит тебя? – прошептала она, а я крепче прижалась к ней и улыбнулась.

Я знала, что она была приветлива и добра со всеми детьми и подростками деревни, но с некоторых пор, она зовет меня дочкой. И очень переживает, как пройдет последняя ступень привязки с моим драконом. Я мало понимаю, что должно произойти. Сны мне больше не снились. А в дни странствий Коша иногда баловал меня своей речью. Обычно это были приказы: «возьми это», «убери руки», «не ходи туда».

Его голос раздавался у меня прямо в голове – скрипучий, шероховатый и бесконечно тяжелый. У меня после его обращений потом гудело в ушах так, что хотелось прибить словоохотливого стража. Впрочем, я зря наговариваю. Он очень мало общался со мной, почему-то нам обоим это давалось с огромным трудом.

Вот уже неделю Софи дает мне отвар, который, по ее словам, должен увеличить мой магический резерв. А на вопрос зачем, она ответила, что я должна буду принять часть энергии своего стража. До сих пор гадаю, откуда ей так много известно о взаимоотношениях Стражей и их магических существ. Софи никогда не училась в академии и не выезжала за пределы Второго Королевства.

– Не хочу расставаться с вами, – ответила ей. – И об Асгаре вспомнила.

– Демоны живучи, – хмыкнула Софи. – Раз нет от него вестей, значит, его высочество дал ему задание.

А ведь я ни разу не говорила ей, что лорд Валруа и есть хозяин Асгара.

– Вы раньше встречались с ними?

– Ох, декан Валруа со своим мальчишеским максимализмом неоднократно получал моей метелкой по мягкому месту, – старушка коротко рассмеялась. – Он, видите ли, желал примирить два клана. Хорошо, что одумался вовремя, иначе не миновать беды.

– А Асгар?

– Демона не видела, но знаю, откуда он его привел, – Софи помолчала. – Тебе нравится этот лорд?

Даже в темноте было видно, как алеют мои щеки.

– Дочка, мужчина он хороший, справедливый и сердобольный, что для королевской семьи редкость, да только порченую кровь не спрятать, да…

– Порченую? – каюсь, в первое мгновение я решила, что и у Райана в роду затесались суккубы.

– Ох, ласточка моя, спать тебе пора, – ушла от ответа старушка, а затем задумчиво протянула: – Сегодня прекрасная ночь…

Софи ловко поднялась на ноги.

– Кошенька, а ты не жадничай, начинай с малого, – тоном, не сулящим ничего хорошего, потребовала она. – Я буду рядом.

Пока я, уставившись на тлеющие в костре угольки, раздумывала, что сказать, Софи звонко поцеловала меня в щеку и засеменила в дом. Я так понимаю, что мне предстоит спать на открытом воздухе? Странное поведение. Софи никогда раньше не лукавила, а тут играет в какие-то загадки. Я поежилась и обняла свои плечи.

Ночь действительно была прекрасной. Яркие звезды усыпали небосвод. Теплый ветер нежно касался тела, в кустах пели сверчки. Последний месяц лета радовал жаркими днями и теплыми ночами.

Дракон пошевелился, и я съехала с его лапы на траву.

– Ты чего пихаешься? – обернулась я к его морде и увидела только две красные точки. А в следующее мгновение страж выпустил маленький огненный шарик из пасти. На полноценный фаербол он не тянул, да и пульсаром не был.

Не задумываясь, я встала с земли и протянула к шарику руки. Он совсем не жегся, опустился на мои ладони и замер, словно к чему-то прислушивался.

– Втяни! – раздался приказ в голове, и я вздрогнула.

– Куда втянуть? – не поняла я Кошу.

Готова поклясться, что он закатил глаза! Нет, мне в темноте не видно, но зная этого интригана, именно так он и сделал.

– В себя.

– Огненный шарик? В себя? С ума сошел?

Дракон промолчал. Но он явно выжидал, к какому в итоге я приду решению. Шарик на ладони понемногу тускнел. Вздохнув, я поднесла его ко рту. Втяни, понимаешь ли, в себя! А если б я ему предложила откушать моего огня? И тут я вспомнила бой на арене. Мой щит, который дракон и поглотил! То есть это он еще тогда попробовал мою магию на вкус. Причем в прямом смысле!

Сомнений больше не было. Губы чуть покалывало от прикосновения к шарику. Первый вдох и горло обожгло. Даже слезы выступили, но я упрямо сделала второй вдох и третий.

Странное ощущение. Вниз по гортани скользило нечто горячее, а потом раз – и растворилось. Больше не жгло, зато появилась теплота в районе живота. Точно, там ведь и находится мой источник магии. Я стояла и прислушивалась к своему организму. Плохо мне не было.

– Лови, – второй шарик чуть большего размера перелетел в мои руки.

Так же как и с первым, проблем не возникло. Чуть сильнее обожгло горло, а потом опять растворилось внутри меня. Я уже не стояла, а сидела напротив дракона. Костер давно потух, а страж продолжал подсовывать мне шарики, которые с каждым разом увеличивались в диаметре. Интересно, а сколько я должна принять его магической энергии в итоге? Меня уже мутило, когда он передал мне шар, который можно смело назвать фаерболом. Да он больше моей головы, как его втягивать-то?

Я медленно поднесла его к губам и сделала первый вдох. Голова загудела, как пчелиный рой. Через минуту повторно вдохнула. Почему-то сейчас все шло тяжелее, нежели с меньшими шариками. Но и с этим я тоже справилась. Да только теперь организм отторгал полученную энергию. Меня мутило и сильно. Голова шла кругом. В какой-то момент я не выдержала и выплеснула излишки.

– Рано! – последовал лаконичный комментарий моим действиям и в меня полетел еще один большой шар.

Дрожащими руками я ухватилась за него и продолжила издеваться над своим телом. Минут через тридцать, когда больших шаров, проглоченных мной, стало пять, а дракон заботливо подталкивал шестой, я воспротивилась.

– Не могу, – прохрипела, выдыхая дымом, и икнула.

– Надо.

Замечательно просто! Небо давно посветлело, а я все вдыхала, в перерывах выдыхала дым и ругалась на Кошу. А потом… Не знаю, как это произошло, но я вдруг поняла, что нахожусь где-то далеко и высоко. Будто моя душа отделилась от тела.

– Наконец-то! – воскликнул кто-то за моей спиной, и я резко обернулась.

Хихикнула. А затем и вовсе рассмеялась в голос. Передо мной был мой дракон, но в каком виде! Раз в десять меньше своих реальных размеров! Я наклонилась и подняла его к лицу.

– Коша, ты ли это?

– Я – Дрейк Рассветный! – возмущенно пропищал дракончик. – Я и не предполагал, что рядом с тобой в этом месте уменьшусь!

– Нет, – восхищенно погладив это маленькое чудо, протянула я. – Ты – Кошенька.

Дракон закатил красные глазки и укусил меня за палец. Боли не было, совсем.

– Где мы? – оглядываясь по сторонам, спросила я его.

Моему взору был доступен лишь серый туман, который окутывал нас.

– В изломе времен и пространства, – нахохлился дракончик.

Его гневный взгляд лишь рассмешил меня. Ой, ну какой же он миленький!

– А ну перестань! Перестань, я сказал, нет, только не брюхо! А ну убери свои пальцы!

Клац, клац!

Зубы Коши поймали пустоту.

Я смеялась и гладила пузико своего грозного стража.

– Уф, Хейли! И вот тут почеши, ага, и за ушком… – дракончик сдался под моим натиском.

– А зачем мы здесь? – борясь с желанием затискать и исцеловать этого милашку, спросила я.

– Я должен до конца рассказать тебе о наследии огня, – зловеще, как ему казалось, прошептал Коша, а я вспомнила слова русалки о наследниках пламени.

– Так это все-таки ты показывал мне сны о Богине Сияющей?

– Конечно, – важно заявил он. – Кто же еще?

– И зачем?

– Я же сказал, чтобы поведать тебе о наследии пламени Хеллы Сияющей.

– Так ли это нужно? – вздохнула я, вспоминая последние видения, где она вновь боролась с Эльхором.

Что-то мне не очень хотелось вновь окунаться в ее историю и боль. А с другой стороны, конечно, было любопытно, чем в итоге все закончилось и куда делась сама Хелла.

– Готова? – хмыкнул Коша и когтем, словно разрезал воздух.

«Нет», – хотела ответить, да не успела.

Под ногами вдруг заклубилась тьма, а в следующий момент я увидела девушку и парня.

– Эльхор, не гневи природу, – сдувая со лба прядь волос, заявила Хелла.

Молодой человек, которого девушка назвала Эльхором, сильно отличался от того, каким я помнила его по снам. Во-первых, передо мной был брюнет. Во-вторых, он был явно моложе, а на его лице не было вечно хмурого выражения и пустоты во взгляде черных глаз.

– Хелла, мы можем управлять всем миром, посмотри, огонь уже слушается меня!

– Эльхор, перестань, ты пугаешь меня, – девушка отпрянула от парня. – Родителям это не понравится.

– Я никогда не нравился твоим родителям, – молодой человек затушил маленький огонек на своей ладони и сделал шаг к Хелле.

Та не раздумывая, кинулась в его объятия.

– Они просто не знают тебя, – прижавшись к Эльхору, шепнула она, – мы любим друг друга, и это главное.

– Ты огонь моей жизни, – чмокнув девушку в лоб, просто сообщил он. – Твои родители не примут меня. Сын простого кузнеца и дочь купцов… Давай сбежим?

– Эльхор!

Тьма под моими ногами вновь заклубилась. И теперь я видела, как плачет Хелла и дергает ручку двери. Ее заперли в комнате.

– Именно тогда в ней и проснулась та сила, которая пугала ее в Эльхоре, – прокомментировал Коша.

Ее слезы, стекающие по щекам, не высыхали, а собирались в лужицу в воздухе. За окном забарабанил дождь.

– Но благодаря ей, она и выбралась на улицу, – пояснил дракон.

Об этом он мог и не говорить. Я и сама видела, как поток воды обрушивается на ставни и выбивает стекло. Слышала, как мать что-то кричит Хелле, которая выстроила из воды стену, чтобы за ней не гнались.

– Уже позже она остановится на берегу моря и проплачет несколько часов. Сила, которой были наделены двое влюбленных, пугала всех. Именно из-за нее сына кузнеца выгнали из города, а Хеллу заперли в доме, чтобы не сбежала, – продолжил рассказ Дрейк Рассветный, тяжко вздохнул и почесался. – Спустя некоторое время, когда Эльхор научится полностью контролировать огонь, он вернется за любимой, но не найдет ее в городе и сожжет его дотла вместе с жителями.

– Где же она была?

– Искала его.

Картинка изменилась. Теперь Хелла бежала по тому самому полю, где я впервые с ней «познакомилась». Но если мне было спокойно и радостно блуждать среди трав и цветов, то Хелла вела себя как загнанный заяц.

– Чего она боится? – не выдержав, спросила я.

– Эльхора, – был мне дан лаконичный ответ.

Вопрос «почему», застрял в горле. Ему ведь нужен был весь мир? Даже разговаривая с любимой, он говорил, что хочет управлять миром.

– Она так и не узнала, почему вдруг стала статуей и почему Эльхор, который гнался за ней, оказался далеко. И только спустя века, его статую, принесли к ней.

Дракон помолчал и поскреб лапками макушку и продолжил:

– Но она всегда думала, что их любви дали второй шанс, а Эльхор не воспользовался им. Мир подарил влюбленным силу, чтобы избавить людей от страданий и указать верный путь для каждого, но они распорядились ею по-разному.

Картинка вновь зарябила. Теперь тьма транслировала ожесточенный бой между Хеллой и Эльхором.

Я завороженно следила за тем, как льется из рук Богини магия, переливаясь всеми цветами радуги. Где-то я уже видела подобное переплетение стихий. Вот только где?

– Очнувшись, она больше не помнила о нем как о своем возлюбленном. Память об их любви и прошлом ей вернул я, подарок своего творца. Я был первым из драконов, которых создал Эльхор, позже нас станет больше. Но до этого времени… мой создатель желал получить то, что дать ему Хелла уже была не в силах.

Фигуры под ногами взмыли в небо. Кроме них двоих, больше не было никого. Чистая энергия Хеллы была сплетена с пущенной силой Эльхора, они словно канат перетягивали.

– Тельман, изменивший свою суть, стал тенью своего господина. С каждым годом их становилось больше, а попытки вернуть любимому и другим, пострадавшим от руки Эльхора, их первозданный вид не увенчались успехом. И тогда Хелла приняла решение закончить длительную агонию мира, который подарил им жизнь.

Коша тяжело вздохнул.

– Это последняя схватка Хеллы и Эльхора, которого ты знаешь как Утратившего Имя или Безымянного Бога. Историю пишут победители, так стараниями союзников Хеллы имя Эльхора было стерто с лица земли.

Я вздрогнула, когда Хелла под моими ногами стала одним большим сгустком магии, а затем вспыхнула ярким пронзительным светом. Больше не было ее тела, только стихии, переплетенные между собой, нещадно жалившие Эльхора.

Ослепительный взрыв и на землю падают хлопья пепла. Глаза щиплет от слез. Утираю их украдкой.

– Еще не все, смотри, Хейли, – требует Дрейк Рассветный, и я послушно смотрю вниз.

Под изумленным взором людей и нежити, которые остановили борьбу, пепел от их господ превратился в две статуи. Я даже дышать перестала. Я узнала их. Именно эти статуи стоят у ворот академии. И блуждающие стихии… Это сила Богини?

– Хелла ошиблась, с ее смертью и смертью Эльхора прежний вид не вернулся демонам. Как ее, так и его сила начала искать новый источник. И нашла.

Дракон вновь мазнул когтем по воздуху. Туман заклубился, закрывая от меня картинку воспоминаний стража.

– Сизери – наследники пламени Богини по праву крови. Но истинный наследник рода получает всю силу Хеллы.

– Не понимаю, – пробормотала я, не в силах унять бегущие по щекам слезы.

Самопожертвование Хеллы все еще стояло перед моими глазами.

– Блуждающие стихии, Хейли. Их навсегда получит тот, кто окажется достойным этой силы.

– Зачем мне такая сила? – Я ужаснулась.

Быть первым среди всех магов? Стать сосудом для огромной магической энергии?

Нести бремя ответственности, которое мне не по плечу?

– За все время блуждающие стихии возвращались к роду Сизери несколько раз, и только в моменты, когда роду грозила опасность вырождения. Твой отец получил помилование из-за этой силы. Твоя мать забеременела и желала избавиться от плода. Ты не знаешь этого, но твой отец был запечатан после твоего рождения. Именно в тот день стихии покинули его.

– Это неправда! – меня затрясло от слов дракона. – Моя мать хотела избавиться от меня еще до моего рождения? Ты лжешь!

– Прости малышка, – дракончик прижался к моему животу. – Прости маленькая, храбрая девочка, но это правда, как и то, что ты должна была родиться мальчиком.

– Мальчиком? – эхом повторила я. – Ты точно издеваешься.

– Хейли, будь умницей и найди в себе силы поверить в то, что я скажу.

– Откуда тебе все это известно? – Нет, верить мне отчаянно не хотелось.

Да, мама не любила меня. Относилась ко мне как к пустому месту, но принять то, что она совершенно не хотела моего рождения, – я не могу и не хочу.

– Ты забыла, что я порождение Эльхора? – Коша осторожно поскребся лапкой о мой живот, и я машинально подхватила дракончика второй рукой. – Мы чувствуем тех, в ком горит огонь проклятого всеми Безымянного Бога.

– Я знаю, кто ты. Но при чем здесь моя мама?

– Она верховная жрица культа Утратившего Имя. Очень сильная.

– Еще и верховная… – меня затрясло. – Ну и что? Ты же не общался с ней.

– Мне это не нужно. Я, в отличие от остальных порождений, обладаю частью души Эльхора и его любви. Все, что делают они, вижу я. Именно ко мне взывают эти несчастные и обезумевшие люди. Никому из последователей неизвестно, что их Бог стал статуей.

Что я могла сказать на это? А нужно ли вообще что-то говорить? Его боль и тоска, тогда на арене, относилась не только к потере близкого для него существа. Я знаю, что последователи культа делают жертвоприношения. И получается, что мой Коша столько лет все это видит и чувствует?

– Еще в пятнадцать лет твоя мама заняла пост верховной и упорно шла к намеченной цели – воскресить Эльхора. Это впервые на моей памяти, когда неинициированная суккуба встала во главе мерзких людишек, желающих порабощения всего мира. – Я прижала к себе дракона. Бедный мой несчастный Кошенька. – Твой отец встретился с ней, когда в жертву был принесен целый город и Стражи, отправленные на зачистку сторонников Безымянного Бога. Среди тех, кто был принесен в жертву, находился и тот, ради кого твой отец отправился за границу территорий Союзных Королевств. Не удивляйся, восьми королевствам принадлежит не вся территория мира.

– Асгар Ратан стал первой жертвой моей мамы?

– Ее влекло к нему с неимоверной силой и ее это бесконечно бесило. Но позже она поняла, в чем дело. Так и прошла ее инициация, и, вопреки всему, она не забеременела, хотя раньше жрицы носили плод в своем чреве от первого мужчины и от первой своей жертвы.

– Как получилось, что мой отец привел ее в свой дом да еще сделал женой?

– Изир влюбился в нее, а она обманула его. Она и еще несколько последователей прибыли в столицу. Вот только о том, что новоиспеченная леди Сизери имеет прямое отношение к несчастным детям, чудом спасшимся из зачищенной территории, не знал никто. Твой отец пошел на это, чтобы не видеть слез твоей матери.

– Он идиот, – эти слова сами слетели с моих губ.

Сколько всего можно было бы избежать, если бы не его любовь к этой женщине!

– Не ругай его, – выдохнул Дрейк Рассветный. – Любовь неподвластна никому. Разве сможешь ты заставить себя полюбить Леона? Сильно, страстно, да так, чтобы отдать за него свою жизнь?

– Нет, – моментально ответила я.

– Так и здесь, твой отец не выбирал, кого полюбить со всей страстностью и самопожертвованием. Много позже, когда ваш род запечатали, он с удивлением обнаружил зависимость от своей жены. Сейчас он практически избавился от нее. В этом ему помогает ректор вашей академии.

– Ты хочешь сказать, что его чувства не настоящие?

– Нет, лорд Изир действительно любил твою маму, но сложно не заметить, когда тебе не отвечают взаимностью и к тому же требуют того, что может разрушить тысячи жизней.

– Чего она захотела?

– По поверьям сторонников Безымянного Бога, получив его перстень, можно возродить самого Утратившего Имя. Именно он хранится в Храме Сияющей Богини. Вот только…

– Только что?

– Эльхор никогда не носил колец. Эту легенду специально придумали, чтобы сбить с толку всех, кто пожелает вернуть Эльхора. И чтобы даже случайно никто не узнал о статуях, которые охраняет Альгар.

У меня в голове царил полный хаос. Я совершенно ничего не понимала.

– Нас запечатали из-за этого? – Я даже дышать перестала.

– Да, твоя мама с помощью своих сторонников попыталась выкрасть перстень из храма. Ей не повезло дважды. За ней следил Изир и остановил ее, вернув перстень на место, а жену отправив домой. А за Изиром следила леди Хелена, которая доложила о случившемся королю.

– Почему ее не призвали к ответу, а наказали весь род?

Это же логично! Если леди Хелена все видела, значит, знала, что мой отец ни при чем!

– Это измена короне, Хейли. Его величество дал время, чтобы Изир сам покаялся в грехах жены, ровно неделю он ждал, когда его друг и советник придет с рассказом о случившемся. Все это время за домом Изира следили, как и за его женой, но она уже никуда не выходила. Твоя мама поняла, что беременна и искала способы избавиться от плода.

– Папа не пришел к королю, – подытожила я.

– Нет, он начал сборы, чтобы уехать из королевства.

– Хотел спасти свою оступившуюся жену, которая из-за каприза могла пострадать? – О да, я больше чем уверена, что мама все повернула именно так. – Не удивлюсь, если на протяжении долгого времени она требовала, чтобы папа принес ей перстень. А когда не добилась этого, пошла сама.

– Ты правильно рассуждаешь, – согласно кивнул Коша. – Все было именно так. Вот только она не успела воспользоваться своей силой. Твоего отца уже выбрали блуждающие стихии, и король изменил свое решение относительно казни всего рода. Ее запечатали, и последнее, что она смогла сделать, это прибегнуть к силе своих сестер. Она напилась их крови, чтобы усилить свою сущность и дать миру новую демоницу.

– Я и родилась такой, как она хотела, – вздохнула, вспоминая слова Асгара о проклятой крови.

– Она не чувствовала в тебе проклятой крови, да и не была ты похожа на нее. Внешностью ты пошла в род Сизери, пусть и была носителем крови суккубы. И тогда она родила Беллу, а через несколько лет после ее рождения решилась пробудить в вас способности суккубы. Природная красота и обольщение, это то, что не зависит от магии.

– Поэтому Хранитель рода выжег из меня эту кровь?

– Твоя мать почти убила тебя, а он спас.

У меня волосы встали дыбом. Мать ли она вообще мне? Кто эта женщина, что жертвует своим дитя? Да еще для ужасной цели – воскресить Эльхора, чтобы погрязнуть в крови и боли!

– Подожди, откуда Альгар знает о статуях? И почему он их охраняет?

Я только сейчас сообразила, что дракон говорил о ректоре академии.

– Потому что об этом ему поведала Вейра Сумеречная. Его страж и моя пара.

Коша всхлипнул. Я обняла его и нежно погладила.

– Она умерла?

– Погибла, – сухо ответил он. – Для того чтобы выжил Альгар я нашел наследника рода Сизери. Он поделился с ним своей кровью и разделил часть своей силы. Ректор Академии Сиятельных в некотором смысле твой родственник. Вейра любила его и пожертвовала собой для того, чтобы он жил дальше, я выполнил ее последнее желание.

– Коша, я с тобой, – я нежно перебирала пальчиками по его спине.

Вот она боль моего стража.

– А статуи… Когда-то давно Эльхор воскрес от жертвоприношений, вдруг все повторится? Его последователи щедро обагрят кровью каменную крошку.

Я вздрогнула.

– Пока мы живы, этого не случится! – пообещала ему. – Ты поделился со мной своей памятью, я стану Стражем Огня и буду охранять покой людей.

– И примешь меня, несмотря на то, что я порождение Эльхора?

– Уже приняла.

Замерцали огни перед глазами. Нас подняло в воздух и закружило. Я больше ничего не видела. Яркий свет слепил и я зажмурилась. По всему телу разливалась теплота. Она буквально затапливала мое сознание. Безграничную нежность и доверие – вот что транслировал дракон.

– Я стану твоим дыханием, дитя Сизери, – клятва Дрейка звучал в голове. – Стану твоей тенью и умру за тебя.

– Я буду твоим щитом и верой, – хрипло шепчу я, не узнавая свой голос, – радостью и надеждой. Я буду той, кто ведет к свету и любви.

Почему именно эти слова? Я не знаю. Мой рот и моя речь не принадлежали мне. Говорила моя душа и сердце. Я так чувствовала.

– Да будет так, – в унисон произнесли мы и стремительно упали вниз.

Открыв глаза, я с удивлением обнаружила себя в комнате, лежащей на кровати.

– Слава Сияющей! – воскликнула Софи. – Кошенька, наша девочка очнулась!

Что-то плюхнулось мне на живот, я перевела взгляд и чуть не заорала.

– Дрейк? Что с тобой?!

– Это все ты! – фыркнул маленький дракончик и пополз к моей голове. – Я теперь таким и останусь.

Я не знала, плакать мне или смеяться. Мой грозный каменный дракон…

– Я тебе уже говорила, – влезла в наш диалог Софи, – ты станешь прежним, когда нашей девочке будет нужна защита. А своими размерами ты только мешаешь окружающим.

– Да знаю я, – отмахнулся он и лапкой почесал свое пузико.

Я погладила его хвостик. Какая прелесть! У меня есть свой ручной дракончик.

– Сколько я спала? – спросила у Софи, которая украдкой смахивала слезы. – Ну что же вы, не плачьте, мама.

Как давно я хотела назвать ее мамой? Сегодня я поняла, что та, кто подарила мне жизнь, недостойна своих детей. А мое сердце принадлежит этой сухонькой старушке, которая отнеслась ко мне как к родной дочери. Софи рыдала на моем плече, а я ласково гладила ее по голове и просила не плакать.

– Вы меня раздавите! – возмущенно воскликнул Дрейк и выполз на подушки. – Уф, и чего так рыдать?… Одна обрела маму, вторая – дочь. Глупые вы, тьфу.

– Где моя метелка? – отстраняясь от меня, спросила моя названная мама.

– Понял, молчу, – Коша выставил лапки вперед.

Не сговариваясь, мы обе рассмеялись.

– Ты наверно, кушать хочешь, – ласково потрепав меня по щеке, выдохнула Софи, – а я ничего не готовила. Ох, и заставила ты поволноваться старушку, доченька! Два дня не евши, ох!

– Прости, мама, – улыбнулась я и поцеловала ее в щеку.

Выходит, я проспала всего два дня. Не так уж и много.

– Полежи, моя ласточка, я сейчас быстренько приготовлю завтрак. – Софи буквально расцвела на глазах.

Она не успела выйти, как в комнате что-то ярко вспыхнуло, и перед моими глазами появился Асгар.

– Помоги, – хрипло выдохнул он. – Помоги, Хейли.

Тело друга мерцало, словно из него вытягивали все силы. Я резко вскочила с кровати.

– Тельман, что с тобой?

Друг дернулся, а затем по его морде покатилась слеза.

– Ты знаешь… – выдохнул он и тут же добавил: – Спаси его.

– Кого? Что случилось?

Вместо ответа демон протянул мне руку. В меня тут же вцепился дракон, и мы переместились.

– Хейли, Тельман умирает, – когда я смогла ясно мыслить, сообщил Коша. – Хейли, о Сияющая!

От его возгласа я распахнула зажмуренные во время перехода глаза. Мы оказались за решеткой камеры, в которой лежал обнаженный по пояс черноволосый мужчина. На его спине горела печать. Я узнала бы ее из тысячи. Точно такая же была и на моей спине.

Я опустилась на колени и дрожащей рукой перевернула брюнета на спину. Крик застрял у меня в горле.

– Райан?!