Текст книги "Лирика пяти строф. Стихи"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lirika-pyati-strof-stihi-260291.jpg)
Автор книги: Наталья Патрацкая
Жанр: Поэзия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
«Прозрачна талая вода…»
Прозрачна талая вода,
Она сверкает под лучами,
От солнца вся до дна видна,
Дорога полнится речами,
Влюбленным вторит тонкий лед,
Впадает в птиц утра распевы,
И пара медленно идет,
Шаги по льду, весны напевы.
Повсюду талая вода,
Зеленый мох, трава, и ветки.
Она спокойно скажет: да.
А воздух свеж, и дуют ветры.
Глаза сверкнут, как небеса,
Весна им мило улыбнется,
И вздрогнут юные сердца,
Любовь весенняя проснется,
Прозрачна талая вода,
Она сверкает под лучами,
От солнца вся до дна видна,
Дорога полнится речами.
13 апреля 2004
«Сближает ночь холодная…»
Сближает ночь холодная,
Покров любви – один,
То одеяло модное,
И рядом господин.
А ночь сейчас красивая,
Холодный звездопад,
И речь немного льстивая,
И ласки невпопад.
И чьи-то окна светлые,
Там пишут и не спят,
Деревья машут ветками,
И осень в ночь таят.
Не видно листья желтые,
Все там темно, темно.
Часы минуты щелкают,
И спят уж все давно.
Глаза немного сонные
К компьютеру прильнут,
И уведут у милого,
Хоть несколько минут.
30 апреля 2004
«Кто думает, что радости весны…»
Кто думает, что радости весны
Всегда сверкают отблеском любовным,
Тот зиму в одиночку видел сны,
А по весне вступил в любви альковы.
А у меня с тобой наоборот,
Зима сверкала чувствами прилежно,
И рядом где-то ты, твой дивный рот,
И, в общем, был шикарным, ты был нежным.
А вот сейчас – безумство майских дней,
Безбрежные зеленые просторы,
И чем в природе было зеленей,
Тем больше тишина, а жизнь – раздоры.
Мы замолчали, канули… Куда?
Нам лучше одиночеством укрыться?
Неправда это! Чувства как беда…
А за окном поют прилежно птицы.
Ответь хоть птицам, скоро ли весна
Войдет ко мне с твоей улыбкой, взглядом?
Да не хочу я вечно быть одна!
Хочу, чтоб ты был снова где-то рядом.
10 мая 2004
«Расправили деревья плечи…»
Расправили деревья плечи,
Листва трепещет на ветру.
И на душе немного легче,
А птицы звонче поутру.
И небеса безбрежной далью
Уводят взгляд за облака,
И отдают немного сталью,
И в небесах жизнь нелегка.
Но посмотреть немного можно,
Зарыться в плечи мужика,
Забыть в любви – нет «осторожно»,
Так было в древние века.
И как листва расправить крылья,
И полететь в свою любовь,
Познать, что в жизни много были,
Найти неистовость и новь.
И поутру быть словно небо,
Слегка небесной и стальной,
Упреки все тогда нелепы,
А быть счастливой и шальной.
17 мая 2004
«Пятиградусные дожди…»
Пятиградусные дожди
Разрывают меня на части.
Подожди, ты дождь, подожди,
И не лей на землю так часто.
Пусть и нравится дождь траве,
Разрастается и кустится,
И деревья как галифе.
От земли – дождю все простится.
Только я не хочу прощать,
Вся душа от дождя промокла,
И дожди над землей как шаль,
Они много полить так могут.
Пятиградусное тепло,
Пятиградусный дождь нелепый,
Сколько снова воды утекло,
Может это поможет хлебу.
Только мне без тебя – все дождь,
Только мне без тебя – все сырость,
Значит в сердце моем – ты вождь,
Без тебя, я как хлеб без сыра.
21 мая 2004
«Вхожу я в лес прекрасным, дивным утром…»
Вхожу я в лес прекрасным, дивным утром.
Вверху маячит солнце, синева,
И словно окунаюсь в сказку. Будто,
Здесь вечность одиозная права.
На каждой ветке – зелень благородства,
На елях молодые бубенцы,
И даже между елями есть сходство,
Есть разность как зеленые ключи.
На каждой ветке – белые букеты,
Рябина запрокинула главу.
В букетах – красных ягодок секреты,
Сейчас букеты эти на плаву.
На каждой ветке липы – просто листья.
Она поторопилась, отцвела,
Ей хочется лишь зеленью делиться,
Семян – стрекоз еще в мир не дала.
Похоже, все, листвы прошла дорогу,
Открылось небо, поле, города.
Осталось мне сказать спасибо року,
Что лес красив безбожно иногда.
2 июня 2004
«Морозил душу словесный холод…»
Морозил душу словесный холод,
Летели мысли, кругом вода.
Ведь ты задирист и просто молод,
Бываешь разным почти всегда.
Прохладу гнал нам далекий север,
Он нес нам воздух своей пурги,
Он охлаждал нас и ставил сети,
Мы в них уснули, почти сурки.
Почти внезапно чернели волны,
Летели с ветром вперед, назад.
А мрак сегодня незримый, полный,
Волны волнения и полный ад.
Теплее рядом, в твоих объятьях,
Теплее рядом с твоей душой,
Пусть мир холодный и необъятный,
Но ты-то теплый и ты большой.
Морской волною к нам пригнан холод,
И за кармою легла волна.
Но чувства наши не знают голод,
Я лишь с тобою любви полна.
10 июня 2004
«По потолку бродила кисточка…»
По потолку бродила кисточка,
И валик весело бродил,
Встречал неровности и точечки,
Как поднебесный крокодил.
Нырял в раствор в красивой плошке,
И вновь стремился высоко,
Уничтожал любые крошки,
И потолок менял лицо.
Другая кисточка ныряла,
В какой-то клей, словно кисель,
И на обои доставляла,
Свою добычу как на мель.
Хватали руки длинный свиток,
Несли его до потолка,
Стена, обои, словно слиты,
По ним бежала лишь рука.
Какая прелесть в оппозиции,
Кто наблюдал со стороны,
А я меняла лишь позиции,
Дом – белокаменные сны.
14 июня 2004
«Читаю все трактаты о семье…»
Читаю все трактаты о семье,
Когда и кто, зачем выходят замуж,
Различное есть счастье на земле,
Секс парный, групповой, да было так уж.
Гаремная семья для богачей,
Министрам разрешалось иметь по три,
А в племенах все было горячей,
Там просто племенные страсти оргий.
Но родственные связи – есть запрет,
Во всех веках, во всех известных странах,
А возраст был различный, брачный свет,
Пил первым не жених, а кто был паном.
И женщины в веках имели власть,
Но чаще власть мужчин предназначение,
Но прекращать любовную всю страсть,
Есть страны, где на то есть заключение.
Мужчинам прекращать связь в шестьдесят,
А женщинам всего лишь в пять десятков,
Чтоб сохранить здоровье, ведь весят
От дряхлости любви родные пятки.
28 июня 2004
«Как хорошо смешить людей…»
Как хорошо смешить людей
Хоть чем попало,
Потоком бурных новостей
С любого зала.
Как хорошо играть в любовь
Пускай смешную,
А говорить: «Не прекословь,
Одна тоскую».
Как хорошо чертить чертеж,
Играя мышкой,
А линий много, словно рожь,
Но ты в них лишний.
Как хорошо, что не смешно
Бывает дома,
Но быть одной ведь не грешно,
Нет в горле кома.
Как хорошо включить ТэВэ
Е. Петросяна,
И думать тихо о тебе,
В ком нет изъяна.
30 июня 2004
«Ты сильно издеваешься надо мною…»
Ты сильно издеваешься надо мною,
В любви клянешься каждый божий день,
Все ждешь, когда от лжи твоей завою,
И по ноге ударил, словно это пень.
А больно мне, противно и тоскливо,
Что не могу ответить тем тебе,
Итак, синяк как туча в дикий ливень,
Ты синяком прошелся по судьбе.
Мне надоел твой профиль соколиный,
Мне надоел твой очень черный вид,
Мне надоел с прической в чем-то львиной,
Мне надоел поток твоих обид.
Пошел ты прочь любитель сообщений,
Устала ложь на сотовом читать,
Но не дождешься ты и капли мщения,
Тебе, увы, любовником не стать!
Какое изумительное лето!
Осенняя прохлада каждый день!
Так мало сквозь дожди проходит света!
Растут деревья, толстым будет пень
4 июля 2004
«Я посмотрю на карту грез…»
Я посмотрю на карту грез
С температурой,
Там север – юг и он без гроз,
Там жизнь натурой.
Ой, где вы теплые деньки?
Ой, где вы? Где, вы?
Куда забрались пареньки?
Куда их девы?
Еще есть теплые деньки
Там, где-то к югу.
Ах, девоньки, ах девоньки,
Там место другу.
А в наших чащах без тепла
Один лишь холод.
Качает мокрая ветла,
На солнце голод.
Бегут лишь капли по окну,
Пронзает влага.
Оставил девушку одну,
И вот все благо.
5 июля 2004
«Проливные дожди, заливные дожди…»
Проливные дожди, заливные дожди
Обошли все леса и ко мне подошли.
Что хотите дожди? Что крушите дожди?
Неужели опять душу мне обожгли?
Вы все льете дожди, все шумите дожди,
По полям, по лесам, по асфальту: там, там.
Не будите дожди, не зовите дожди,
Дайте снам, хоть немного побыть по местам.
Я же сплю. И немного притихли дожди.
Я не сплю. Дикий шум, он опять за окном,
Словно тысячи душей включили дожди.
Шум такой, не забыться опять тихим сном.
Но зато посмотрела я сны сквозь дожди,
В этих снах все как в жизни любимый с тобой.
Ты меня, ты меня сквозь дожди подожди,
А душа от любви как дождливый прибой.
Ах, дожди, ах дожди, ах дожди. Ты все жди,
Ты в дожди, ты любимый меня подожди.
Дождь замолк и устали ночные дожди.
Ты не жди, ты не жди, без дождя ты не жди.
5 июля 2004
«Шептал июль шальные мысли…»
Шептал июль шальные мысли,
Гонял по небу облака,
И облака летели в выси,
Июль хватал их за бока.
Дожди июль куда-то сдвинул,
Тепло с ветрами подогнал,
И сено кинул он на вилы,
Устроив солнечный аврал.
Тепло гуляло по задворкам,
Котов гоняло и собак,
И открывало окон створки,
Комар врывался для атак.
Взрыхляли пруд велосипеды,
Вращали лопасти июль,
Летели лодки как торпеды,
И брызгали водички пуль.
Блажен июль, тепло приятно,
Одежды меньше на телах,
Хорош июль, в листве опрятный,
И эта жизнь не на словах.
12 июля 2004
«Застыло небо цвета стали…»
Застыло небо цвета стали,
Прикрыло синь и облака,
Мы так спокойно утром встали,
Перевернувшись на бока.
И птицы влет идут без звука,
И еле шепчется листва,
Над миром виснет серость, скука,
И одиозность лишь права.
Ура, там что-то загремело!
А, это мусор за окном.
Так утро к нам ворвалось смело,
Исчезнув вместе с серым сном.
И в окнах воздух пустоватый,
Не веет свежестью листвы,
Как будто воздух тот из ваты.
Как будто мы встаем мертвы.
Мы оживаем понемногу,
Глоточек кофе – мир другой,
Уже бодрее движем ногу,
И в интернет, мир дорогой.
17 июля 2004
«Свинцовые летели облака…»
Свинцовые летели облака,
А я застыла, ветер не пускает,
И отпуска остывшие бока
Еще моя судьба перебирает.
Опять стихи мой затемнили свет,
Я их в сети по свету разбросала,
Никто нигде не передаст привет,
Меня стихами в бездну засосало.
В плену всегда своих забытых слов,
Я пленница невольных старых мыслей,
Лечу вперед поверх чужих голов,
И поднимаюсь в облачные выси.
А в облаках, а в облаках светло,
Но я спешу на землю возвратиться,
Ну вот, уже немножко отлегло,
И я в своих стихах парю как птица.
Я в бездну слов свалилась, мне не встать,
Она меня давила сонной кручей,
Устала себя милую листать,
Закончила все книгой я могучей.
13 августа 2004
«Возник в могиле дикий вой…»
Возник в могиле дикий вой,
Он разбудил чужие лики,
Для мертвых голос этот свой,
А для живых от смерти блики.
Но ужас сковывал шаги,
И ноги скорость набирали,
Для призраков шаги легки,
Живые просто обмирали.
Луна светила над крестом,
Она дышала трупной вонью,
И звезды где-то над леском,
Смотрели памятники сонно.
Там город мраморный стоял,
Стояли стройно обелиски,
И призрак чей-то там витал,
Смотрел на лица очень близко.
Все лица, словно образа,
Кому-то дороги и святы,
Их резчик в камне вырезал,
Они на фото были сняты.
26 августа 2004
«Вторгается осень янтарной листвой…»
Вторгается осень янтарной листвой
в леса, в изумрудные зори,
как будто музей мы проходим с тобой,
где ветер с листочками в ссоре.
Музей среди леса, полян и дорог
искрит золотистою охрой.
Мы в осень немножко зашли за порог,
где жизнь без нужды царит острой.
Благое богатство из красок и тем!
Деревья покрыты ажуром.
А солнышко люстрой небесных систем
в янтарь вновь вонзилось амуром.
Приятно пройти среди злата листвы,
где светится цвет изумрудный.
И только лишь дождь загрустит словно ты.
Нефритовый взгляд рядом с прудом.
Художники осень возьмут на холсты,
полотна поставят в музеи.
Нефрит, изумруд и янтарь – все листы.
Деревья в картинах висели.
18 сентября 2004
«Бурые волны надменных лесов…»
Бурые волны надменных лесов
Солнце в себе сохранили остатки,
Времени года прошло колесо,
Люди живут в нищете и достатке.
Трудно надменно свой лик сохранить,
Спину не гнешь, так сгибаются мысли,
Словно по жизни свою тянешь нить,
Чуть задержался, тебя в вечность смыли.
Снова листва золотится еще,
Несколько дней – до весны улетела.
Трудно узнать, что теперь хорошо,
Лучше не гнуть свои мысли и тело.
Любит – не любит, прозрачная нить.
Ценит, оценит, оплатит расходы…
Можно на свете любимой прослыть,
Если читать чьи-то мысли как коды.
Можно листвой любоваться и все,
Бедная будешь – финансы, считая.
Жизни, однако, промчит колесо,
Будешь с листвою осеннею таять.
13 октября 2004
«Из тумана в солнце Симферополя…»
Из тумана в солнце Симферополя
Я въезжаю словно в дивный свет.
Ветки вверх уходят лишь у тополя,
А каштаны с ветром шлют привет.
На перроне ждут меня любимые,
Их букет из роз бежит ко мне.
Господи, какие же вы милые!
Я о вас мечтала лишь во сне.
В городе дома стоят прекрасные,
Древность, современность – все при нем,
Дни здесь бесконечно длятся ясные,
А листва еще горит огнем.
Осень в парках нежная и теплая,
На пруду из уток хоровод,
Ночь за солнцем сразу очень темная,
Заблестит в ухмылке местных вод.
И такси бегут тогда по городу,
Словно бесконечность по судьбе,
Еду я спокойная и гордая,
И слегка скучаю по тебе.
31 октября 2004
«Наш мирный поцелуй в знак счастья и любви…»
Наш мирный поцелуй в знак счастья и любви
У древних стен Кремля нам добавляют радость.
А, вот теперь, дружок, машину ты лови,
Уедем, унесем домой мы счастья сладость!
Поток машин бежит асфальтовой волной,
Несется мимо лиц прохожих, их улыбок.
Дама, дама, дама идут сплошной стеной,
И старые дома, внизу как слепок глыбы.
Архитектура вновь ускорила реванш,
Домов прекрасный вид как ноты для оркестра,
Машины здесь шуршат, играя новый марш,
А вон студент спешит из некого семестра.
А мы с тобой летим по шумной мостовой,
Машина впереди от нас уходит вправо,
Свободен путь домой, у перекрестка сбой,
Дорога меж домов достойна слова: Браво!
Реликвии веков и новые дома,
И новых окон блеск нам в вышине сияют,
Дома, всегда дома, в них жизни есть тома,
И многие тома как поцелуй растают.
23 декабря 2004
«Новый год наливается силой…»
Новый год наливается силой,
Задышал, закричал, что он есть,
Но тот час же откинут на сито:
Он в истории новая весть.
Чувство есть, проезжаешь вершину,
На вершине бессонная ночь,
Старый год – въезд в историю шины,
Мы проехали. Дальше что? Прочь.
Так в любви побеждает новинка
Из эмоций, прелюдий, страстей.
Старый год стал забытою вилкой,
На бифштексе из лучших частей.
Старый стих, старый фильм, старый номер,
Стало прошлым безумство любви,
Новый год, он во всем еще молод,
И его, как флюиды лови.
И бегут в круговерти каникул:
Сказки, песни, улыбки и смех.
Вот, вот, вот и восторги все сникнут,
Жизнь войдет в прежний ритм из помех.
5 января 2003
«На наших отношениях только точки…»
На наших отношениях только точки,
Число тех точек: месяцы, года
Пред точками стояли в чувствах строчки,
Теперь все то, что было – ерунда.
Еще могу я быть немного нужной,
Для этого должна я быть рабой,
Должна я быть рабой твоей послушной,
Иначе и звонкам твоим – отбой.
Со всеми так, когда исчезнет страстность,
А это гостья редкая, весьма,
Семья на время связывает властно,
Любой длины кончается тесьма.
И я тебе звонить уже не стала,
И Новый год не повод для звонков.
А быть рабой… Желанье скрыто сталью.
Тесьма и сталь линейки из годков.
И я тебе звонить уже не стала,
И Новый год не повод для звонков.
А быть рабой. Желанье скрыто сталью.
Тесьма и сталь линейки из годков.
1 января 2003
«Земля меняет поколения…»
Земля меняет поколения,
Земля меняет день и ночь.
Кто знает прошлого колена?
В седьмом колене был точь-в-точь.
Клонировать самой природой…
В развитии идешь вперед,
И в прошлом цепь живого рода,
Ты удлиняешь свой же род.
Пересечения разных кланов
Усилят кровь одной родни,
Родятся новые уланы,
Они грядущего родник.
Бывают родственные связи,
Они несут болезнь крови,
А можно в прошлом всем увязнуть —
Клонироваться без любви.
Стоят коровы клон на клоне,
Как стадо ровное телят.
Березы разные на склоне,
На клоне лишь стада ягнят.
6 января 2003
«Рождество, мороз и ветви…»
Рождество, мороз и ветви,
Словно линии судьбы,
Простираются под светлым
Небосклоном из мечты.
Голубь сжался, точно шарик,
Под окном сидит один.
На судьбе все беды – шрамы,
Холод нынче господин.
Голубь вдруг расправил крылья.
И над ветками судьбы
Полетел. Две птицы рыли
Снег балконный без вражды.
Словно кто меня услышал:
Голубь стукнул мне в окно,
И поют опять под крышей.
Что за птички? Все равно.
Рождество и голубь мира,
Примирение хоть на миг,
Заиграла в холод лира,
На сугробах солнца блик.
7 января 2003
«Синяк и на ноге бывает криминальный…»
Синяк и на ноге бывает криминальный,
Синяк и на душе тревожит день и ночь.
Прелюдий от любви бывает слишком мало:
И вот уж не стоит никто у ваших ног.
Похоже, все равно, нет дел до новых ссадин,
Что вновь почтили вас уже в который раз.
Все ссадины души не пересадишь в садик,
Чтоб он потом расцвел колючками из роз.
Лишь боли говорят, что вы сегодня живы,
Что память лишь болит издержками забот.
Позвольте, может, вы вновь беситесь от жиру?
А синяки у вас заброшены за борт.
А я не утону, я поднимусь по трапу,
И ссадины мои конечно заживут.
Вы встанете у ног, и будите так рады,
Что розами души Вас мило назову!
Прелюдии любви… Их избегать спокойней.
Боюсь я вечный зов в беспамятство любви.
Отчаянье и боль закончат вечер знойный,
В букете не поют привольно соловьи.
13 января 2003
«Иду сквозь облака, летающих снежинок…»
Иду сквозь облака, летающих снежинок,
Сквозь бурю нежных чувств, пылающих к тебе.
Деревья в кружевах немыслимых новинок,
И дремлют их стволы, замкнувшись все в себе.
Иду сквозь шум потерь, и сквозь сигналы горя,
Сквозь сон и ураган, потерянных надежд.
Иду сквозь шум дождя, не с кем давно не споря,
И кожею скреплю, и кожею одежд.
Иду всегда к тебе, но мимо сонных буден,
По топям и тропе, ухоженных дорог.
Когда-нибудь еще мы вместе, может, будем,
Когда нам протрубит олень в красивый рог.
И ветви в вышине сплетаются мечтами,
И снежные холмы на памяти моей.
Но вот встают дома и исчезают – дали,
И окна в них горят свечением монет.
Иду к себе домой, где нет мужской опеки,
Где нет любимых глаз, где ужин не стоит,
Где сняты у судьбы любовные все пенки,
Осталась тишина, остался женский скит.
16 января 2003
«В мае тает лед желаний…»
В мае тает лед желаний,
Исполняются мечты.
Год насыщенных познаний,
Словно милые черты.
Размечталась я о мае,
За окном царит январь.
Солнца мало, очень мало.
Я в руке держу янтарь,
В нем смола моих желаний,
О морских чужих краях,
Где по пляжам бродят лани,
Все такие: ай, я, я!
А есть женщины как осень,
На плечах лежит листва,
Охрой выкрашена проседь,
Шлейф, как медная молва.
Но зато, какое море!
В мае белые тела,
Все мечтают об амуре,
В свете солнца: ал, ла, ла!
23 января 2003
«Жду, не жду, надеюсь и люблю…»
Жду, не жду, надеюсь и люблю,
Утомленно всматриваюсь вдаль.
В мыслях я пою надежды блюз,
Ты надежду мне на счастье дал.
Я хочу увидеть облик твой,
Я хочу в руках твоих затихнуть,
Я хочу насытиться тобой,
И мечты все тише, тише, тише.
Знаю, что билет для встречи есть,
Поезд, день, вагон и километры.
Принесли сороки счастья весть,
В сердце даты, это снова метка.
Вот к перрону поезд подошел,
Темное зеленое виденье,
И надежда как компостер, шелк.
Рядом с тобой девушка, ты демон.
Не хочу я видеть облик твой,
Не хочу в руках твоих затихнуть,
Я уже насытилась тобой,
И мечты все тише, тише, тише.
14 февраля 2003
«Духи и книги, стол и стулья…»
Духи и книги, стол и стулья,
Букетик лилий и комод,
ТВ, компьютер, вазы дуло,
Какие-то предметы мод.
Слегка разбросаны предметы,
Слегка раскиданы слова,
А в голове остатки сметы,
Не спит, не дремлет голова.
В ней рассуждения о прозе,
В ней что-то грустно без прикрас.
Светодиоды, словно росы,
В ночи высвечивают нас.
Ночные мысли – отголоски
Дневных забот, точнее дел.
От лепестков цветов – полоски,
Точнее тени белых тел.
Как эти лилии надменны!
Бессмертник спрятан в лепестках,
На фоне стен, белее мела,
Как проза мыслей на устах.
20 февраля 2003
«Звоню тебе не в первый раз…»
Звоню тебе не в первый раз.
Ты узнаешь, но удивился.
Ты ждал звонка и мой рассказ
Недели две и вот забылся.
«Привет! Привет! Когда одна,
когда одна ты будешь дома?
Уже звезда одна видна,
И на душе немного томно».
Проходят дни, года, недели,
Проходит быстро наша жизнь,
Без поцелуев и постели,
Но вдруг звонок: «Здорово, жизнь!»
Не знаю, право, но так надо,
Чтоб был один всегда, всегда.
Он позвонит и скажет:
«Ты как всегда моя звезда».
Я не хочу его коснуться,
Поговорила, вот и все.
Ах, это бывший мой касатик.
«Ну, позвони, привет, еще».
3 марта 2003
«Город лесной, город родной…»
Город лесной, город родной,
Светлый, красивый.
Солнечный весь, небом, водой,
Зданиями синий.
Взмоет фонтан струйкой воды,
Облаком влаги.
Город родной, милый как ты,
В трепетном флаге.
Вижу красу новых людей,
Умных, спокойных.
Едут, идут в мир новостей
Честно, достойно.
Город живой тихой водой,
Словно весь вымыт,
Мертвой водой в годы войны,
Он будто вымер.
Выжил родной, встал он из сел
Белым и славным,
И в микросхемах прочно осел,
И в них стал главным.
4 марта 2003
«Спасенье ищут в неизвестности…»
Спасенье ищут в неизвестности.
А если стало все известным?
Не изменяя больше местности,
Вдруг закрываешь мыслей вести.
Закрылся мир, закрылись горести.
Здоровье копишь одиноко.
А может просто дело в гордости?
Боишься грубости? Однако.
Не хочется встречаться с обществом:
Все улыбнутся, кто-то клюнет,
Пусть интересы были общие,
Но не люблю чужие слюни.
Они как зависть очень липкие,
Чем выше мысль, тем больше колют.
Уж лучше вновь сидеть под липами,
Кленовый лист, иглой не колет.
Когда одна побудешь с мыслями,
И соберешь строкой, что гложет,
Готова новь сказать со смыслом ли:
Спасенье – стих – всегда, быть может.
30 марта 2003
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?