Читать книгу "Vendida"

Ниль Блэк
Vendida

Vendida

Общество, в котором красота – второй по дороговизне «товар» на рынке. Родители предпочитают тратиться не на образование ребёнка, а на пластических хирургов, чтобы в будущем, если удастся привлечь внимание кого-то из картеля, обеспечить себе безбедную и безопасную жизнь. Семье Фелисии повезло больше: тратиться на её внешность не пришлось, ведь она красивой родилась. О том, что красота не обещает счастья, её никто не предупредил.

Глава 1. Amarillo

Мы воспринимаем реальность такой, какой нам её представляют.

Картахена всегда казалась ей сказочным местом, поэтому она не понимала сверстников, которые были одержимы синдромом «у соседа трава зеленее» и считали, что в другом месте им будет лучше. Для неё Картахена была раем на земле, и смысла искать новый она не видела. Здесь солнце обжигало кожу, а море мягко ласкало берега, скрывая под своими волнами всю грязь, которую она не замечала. Она жила этой жизнью с самого детства – красивой, яркой, полной любви и заботы, и казалось, что мир вокруг наполнен достатком. Будто бы высшие силы расстилали перед ней мягкие ковры, вели по дорожкам, усеянным душистыми цветами. Она любила эту жизнь, и жизнь в ответ дарила любовь ей.

Тогда она не подозревала, что иллюзия создаётся за один день, но, чтобы поверить в неё, нужно время. Она строилась постепенно, кирпичик за кирпичиком возводила стену между ней и реальной жизнью, и девушка не замечала её, ведь та была построена из самых дорогих вещей – комфорта, любви, внимания. Всё, чего она желала, подавалось на блюдечке, и со временем она перестала смущаться и приняла, что её красота и есть ключ, открывающий замки в людские сердца. Она жила в мире, где люди, соответствующие общепринятым стандартам красоты, часто получали определённые преимущества – будь то в личных отношениях, на работе или в социальных взаимодействиях. Поэтому родители вкладывались не в образование своих детей, а в пластическую хирургию, ведь только так, по их мнению, они могли бы привлечь внимание кого-то из местных «богов» и обеспечить своей семье безбедную и, главное, безопасную жизнь. Когда она впервые узнала, что к пластическим хирургам девушки и парни в городе ходят с её фотографией, она не поверила. Когда стала встречать на улицах города молодых людей, всё больше копирующих её внешние данные, она смирилась. Она приняла свою внешность как оружие, подтвердила слова, которые слышала на протяжении всей жизни, что красота – это валюта. У неё было всё: любовь, признание, достаток. И даже то, что из-за внешних данных её усилия обесценивались, уже не смущало. Она наслаждалась дарами, порой из-за одной улыбки брошенными к её ногам, и жила, веря в свободу, но оказалось, что она всего лишь следует по лабиринту, искусно замаскированному под рай.

И вот теперь, стоя на грани, она чётко понимает, что истина, которую она не могла увидеть сквозь этот блеск, одна: эта жизнь – не её.

Amarillo

– Прежде чем мы перейдём к оставшимся вопросам, позвольте ещё раз отметить, что для нас огромная честь, что вы приняли предложение нашей газеты и согласились на интервью, – положив ещё один диктофон на низкий столик перед собой, говорит главный редактор газеты El Tiempo Анджела Гутьеррес и ничуть не лукавит. Интервью с тем, кто известен своей закрытостью и чей доход может обнулить весь внешний долг страны – достижение, которым может похвастаться не каждый журналист. Анджела вместе со своей редакцией добивалась этого интервью последние восемь месяцев, и сейчас, учитывая, что уже тридцать минут она сидит в кабинете главы холдинга Falcon Group Гильермо Наварро, ей всё ещё не верится в реальность происходящего. Falcon Group – это один из самых влиятельных и богатых холдингов в Колумбии. В его составе – передовые строительные компании, инновационные энергетические проекты и эксклюзивные разработки в сфере добычи изумрудов, делающие его ключевым игроком на мировом рынке драгоценных камней. Располагающая мультимиллионными активами Falcon Group – это бизнес-империя, ставшая результатом безграничных амбиций своего владельца.

Анджела работает в СМИ двадцать пять лет, делала интервью с выдающимися личностями как своей страны, так и зарубежных, но это впервые, когда опытный журналист так сильно нервничает и даже теряется. Всё дело в самой личности Наварро, который, помимо масштаба своих достижений, подгибает колени видавших виды представителей общества своей невиданной харизмой. За всё интервью он улыбнулся два раза: первый – секретарше – милой девушке лет двадцати пяти, когда она принесла им кофе, а вторая улыбка уже была адресована Анджеле, когда она спросила его про личную жизнь. Эта улыбка была скорее предупреждающей, и, хотя Анджелу приятно удивило, что пресс– секретарь Наварро не запросил вопросы заранее, она поняла, что эту тему лучше не трогать.

– Это я должен вас благодарить, – говорит расслабленно сидящий перед женщиной Гильермо Наварро. – Я уважаю прессу, не просто на словах, ведь вы и есть та сила, которая влияет на общественное мнение и является важным инструментом в демократическом обществе, помогая информировать граждан. Я с удовольствием отвечу на оставшиеся вопросы.

– В чём же основная причина того, что вы решили отойти от бизнеса и переключиться на политику? Расскажите про ваши цели, если вас изберут в конгресс, и почему вы решили вступить в борьбу за кресло сенатора именно сейчас? – перевернув страницу блокнота на коленях, спрашивает журналистка.

– Всему своё время, и моё время как политика пришло именно сейчас, – размеренно отвечает Наварро. – Вы должны понимать, что в моём случае дело не в самом кресле и каких-то дополнительных возможностях, которое оно может мне дать, благо, у меня есть всё, что может пожелать человек. Наша страна нуждается в молодых амбициозных политиках, а сейчас, когда мы стоим на пороге войны с картелями – это необходимо как никогда. Я больше не могу оставаться в стороне и наблюдать за тем, как эта чума разрушает когда-то великую страну, поэтому все мои силы и возможности будут направлены на благополучие моей родины.

– Вы и так делаете очень многое, будучи предпринимателем: вы построили больницы и спортивные комплексы, обеспечиваете жильём бедные слои населения, ваш фонд спонсирует образование детям из неблагополучных семей, и всё равно считаете, что делаете недостаточно? – внимательно смотрит на него Анджела.

– Я убеждён, что умение делиться – одно из основополагающих качеств любого уважающего себя человека. Я ему привержен, – коротко говорит мужчина.

– Идти в орган, который занимается принятием законов на фоне очередной войны картелей – достаточно рискованный шаг, – осторожно начинает Анджела, цепляясь взглядом за лежащую на столике книгу, и бегло читает выведенное на обложке «Fyodor Dostoevsky "Crime and Punishment"». Судя по тому, насколько потрёпана книга, её собеседник часто её листает. – Не боитесь, что нарвётесь на гнев наркобаронов? К сожалению, мы все являемся свидетелями того, как тех, кто выступает открыто против них, наказывают. Это большой риск, – продолжает свой вопрос журналистка.

– Огромный риск, согласен, – кивает Наварро, – но, если мы все будем стоять в стороне и ничего не делать, они будут только разрастаться.

– Офф зе рекордс, это правда, что вы чуть не стали жертвой покушения со стороны картеля «Доминион»?

– Можно и он зе рекордс, – кривит губы мужчина, поражая женщину тем, насколько он хладнокровен перед картелем, которого в этой стране боятся абсолютно все. – Лино и его приспешники мне угрожали, но меня угрозами не напугать, я не сойду с пути.

– Даже после того, как на ярмарке месяц назад был убит кандидат в президенты Герардо? – осторожно спрашивает Анджела. – А вчера, прямо перед своим домом, был застрелен капитан антинаркотической полиции.

– Тем более, – твёрдо говорит Наварро. – Недаром я сейчас инвестирую в строительство новой тюрьмы, которая станет одной из самых неприступных в мире. Она будет снабжена передовыми системами охраны, технологиями слежения, и, поверьте, из неё никто никогда не сможет сбежать. Вместе с правительством мы готовим последний дом для преступников, разрушающих эту страну.

– Вы не можете не вызывать уважения, – с трудом скрывает своё восхищение женщина.

– Я всего лишь слуга моего народа, а такие люди, как Венсан Лино, Хуарес, Эль Кавалеро должны сидеть за решёткой, – говорит Наварро. – Мы этого добьёмся, ведь даже самое могущественное чудовище не устоит перед объединённой силой прессы и народа.

– Как вы прокомментируете статью в Эспектадор о том, что вы, а в частности Falcon Group, причастны к спонсированию картелей? – Анджела долго думала, стоит ли задавать вопрос, основанный на ничем не подтверждённых слухах, боясь реакции своего собеседника, чью благосклонность терять не хочется.

Кажется, Наварро, как он и сказал, готов ответить на все вопросы, поэтому Анджела, как истинный журналист, свой ход всё же делает.

– Как я могу комментировать клевету? – это третий раз за сегодня, когда он улыбается, и эта улыбка, в отличие от предыдущей, не пускает табун мурашек по позвоночнику женщины. – Этим занимаются мои юристы. Я был неприятно удивлён вчера утром, но думаю, эта статья – месть мне за то, что я выбрал вашу газету, а не их.

– И последний традиционный вопрос, который мы задаём всем нашим гостям: господин Наварро, согласны ли вы с утверждением, что большое богатство – это награда за упорный труд и должное усердие?

– Цитируете Библию, – скрещивает пальцы под подбородком мужчина. – Как богобоязненный человек, я, конечно же, согласен, я сам пример этому утверждению.

Спустя пару минут обмена взаимными любезностями журналистка покидает кабинет, а Наварро возвращается к столу и, подняв к лицу написанную ею же его биографию, пробегается по ней взглядом. Журналистка хорошо постаралась, в её тексте почти нет правды, и вся биография – это именно то, что Гильермо разрешает видеть другим. Возможно, для тех, кто прочитает его интервью, оно будет казаться всего лишь набором букв, восхваляющих достижения Наварро – для него же это половина жизни, положенная на то, чтобы получить результат, который его всё равно не удовлетворяет.

«Гильермо Наварро – выдающийся колумбийский предприниматель, которому удалось превратить свои амбиции и таланты в империю. Родился в Картахене, Колумбия, в семье простого строителя. После окончания школы Гильермо получил стипендию для обучения в одном из престижных университетов США, где изучал экономику и управление бизнесом. Вернувшись на родину, Гильермо начал свою карьеру с работы в местной строительной компании, но его амбиции простирались намного дальше. Используя полученные знания и связи, он привлёк иностранных инвесторов и начал развивать инновационные проекты в сфере энергетики и инфраструктуры.

Ключевым моментом в карьере Гильермо стал проект по добыче изумрудов, который он инициировал, видя огромный потенциал этой отрасли в Колумбии. Вскоре Гильермо основал Falcon Group, объединяющий направления строительства, энергетики и добычи изумрудов, превратив его в мультимиллионный холдинг».

Эти строки описывают суперчеловека и не могут передать то, сколько за ними потерь и боли. Наварро привык быть в глазах общества безупречной машиной, достигающей цели, и со временем перестал даже мысленно возвращаться в отнюдь не безупречное прошлое, как вода, искусно сточившая каменное сердце. Он опускается в кресло и, откинувшись назад, впервые за долгое время позволяет воспоминаниям проснуться.

Несмотря на то, что со временем человек забывает декорации и даже лица – чувства, испытываемые в момент потрясений, всё так же на месте и распознаются до последних мелочей. Наварро видит себя совсем мальчишкой, который бегает босоногим по пропитанной дождём земле и отказывается заходить в дом. Мама продолжает кричать на него, требует, чтобы он немедленно вернулся в дом, и, не получив реакции, засучив рукава, идёт к нему.

Теперь он сидит на её руках и, пока она, выговаривая ругательства, заносит его в их обветшалый домик, гипнотизирует взглядом почерневшую цепочку на её шее, на кулоне которой выгравировано «София». Даже будучи ещё совсем ребёнком, Гильермо не обижался на мать из-за её грубости. Он уже тогда понимал, что она берёт своё начало из злости, именно последнее и было превалирующим чувством в их доме. Злость на нищету, на алкоголь, на насилие, а главное, на мечты, которым было суждено ими и остаться. Злость прекрасно оправдывала чужой холод и грубость, и Гильермо цеплялся за неё ещё несколько лет, пока сам не впустил её в своё сердце и не осознал, что он тоже имеет право злиться. На нелюбовь, на отсутствие заботы, на нежелание проявлять к нему сочувствие. Дети приходят в этот мир подобно чистому листу, на котором умелые руки могут нарисовать самый красивый, тянущийся к свету цветок. Гильермо, который ещё с детства искал убежище в самых злачных местах, тянулся только к тьме, и его лист был сплошь и поперёк забрызган чёрными кляксами, теперь уже разъедающими его душу как кислота.

На этом воспоминания о детстве обрываются, и Наварро, попросив себе ещё кофе, возвращается в настоящее.

***

– Нина, я не сдамся, с меня хватит! – плюхается в кресло перед зеркалом невысокая девушка лет двадцати и, стащив с волос резинку, позволяет копне цвета жидкого золота рассыпаться по своим плечам. – Я устала быть блондинкой с длинными волосами! Пора перемен.

– Ликси, солнце, не пугай меня, – прикрывает рот ладонью шокированная услышанным женщина, которая вот уже пять лет работает парикмахершей в салоне на улице Кале-де-Манса в Картахене, но с таким кощунством ещё не сталкивалась. Хотя нет, сталкивалась, но всё от одной и той же девчонки.

– Это же твой родной цвет, дорогая, пожалуйста, не начинай опять, – суетится вокруг неё Нина. – Я порой за день четверым такое осветление делаю, но даже всё моё мастерство не помогает мне достичь оттенка, которым тебя наградила сама природа!

– Прекрати меня отговаривать, ты как моя мать, честное слово, – возмущается девушка, полное имя которой – Фелисия. – То, что природа решила создать меня такой, не значит, что я не могу менять имидж. Я хочу что-то новое в преддверии своего дня рождения, и, может, мне, наконец, повезёт в любви! Перемены надо начинать с внешности. И вообще, мне надоело, что половина Картахены сейчас – длинноволосые блондины!

– Я не понимаю, зачем менять то, что и так прекрасно! – не собирается сдаваться Нина, которая искренне не понимает, как у неё рука поднимется состричь или перекрасить эту красоту. – Ты такой родилась, а они тебя копируют. Это не ты должна меняться, а они должны найти свою индивидуальность!

– Стриги, и покрасим в тёмный. Прости за грубость, но я клиентка, и я этого хочу, – хмурится Фелисия, которой надоело, что любимый мастер не хочет её слушать.

– Я сломаю все ножницы, я закрою свой салон, я и другим запрещу трогать твою красоту! – машет руками слишком эмоциональная Нина. – Твои волосы и цвет прекрасно обрамляют твоё кукольное личико, подчёркивают твои веснушки. Одумайся, солнце, не иди на поводу у тех, кто тебя обзывает!

– С чего ты взяла, что меня обзывают? – бурчит Фелисия.

– Раньше ты ведь поэтому хотела их состричь, – подтащив кресло, садится рядом с ней женщина. – Это всё от зависти, Ликси, парни и девушки этого города платят десятки тысяч песо на пластику, лишь бы обрести такую красоту, как у тебя, а ты родилась такой и хочешь её испортить.

– Я хочу стиль поменять, хочу перемен, Нина, я устала быть такой, как ты говоришь, красивой, но при этом несчастной, – тихо говорит девушка. – Зачем мне эта красота, если меня никто не любит? Если все, кто мне нравится, в итоге выбирают других? Правда ли я так красива тогда?

– Это всё твои книги виноваты! Начитаешься романов про не существующую в реальности любовь и мечтаешь не о тех, – укоризненно качает головой Нина. – Я всегда говорила – от книг добра не жди. Они стандарты завышают, и жить в реальном мире становится невозможно.

– Причём тут книги? – обижается Фелисия. – Просто это я какая-то ущербная, раз от меня все бегут.

– Ты тоже виновата, – щёлкает её по носу Нина. – Ты же вечно каких-то неудачников выбираешь, но подожди, твоя любовь придёт и обязательно падёт перед твоей красотой, – поднявшись с места, достаёт накидку для стрижки женщина. – Давай я тебе кончики чуток подстригу и уложу.

– Ладно, – закатывает глаза Лис, понимая, что на самом деле она сама этих перемен не хочет, ведь она свою внешность любит и пришла сюда только потому, что пережила очередной болезненный разрыв. – Ты будешь виновата в том, что я умру в одиночестве.

Спустя почти два часа девушка, напевая под нос песню, покидает салон. Нет чувства приятнее, чем когда только выходишь из салона красоты, в котором помыли и уложили волосы. Учитывая, что почти всю жизнь она проходила с доходящими до лопаток волосами, Фелисия и сама наловчилась их укладывать, но обожает, когда это делает мастер – они даже на ощупь словно другие.

Передумав сразу идти домой, она решает немного почитать и сворачивает к кофейне на соседней улице. Фелисия делает заказ, но даже не тянется за телефоном, чтобы оплатить, потому что знает, что бариста всё равно её угостит. Она забирает ванильный латте со льдом и, поблагодарив бариста улыбкой, от которой тот млеет, выходит наружу и вызывает такси до библиотеки. Фелисия, у которой есть своя комната и все условия, предпочитает проводить свободное время именно в городской библиотеке Картахены. Ещё в шестнадцать, когда она только начала жадно поглощать страницы самых разных книг, отец привёз её в библиотеку и сказал, что это было его любимым местом для отдыха от мирской суеты. Фелисия идею торчать в библиотеке восприняла без особого энтузиазма, но уже чуть позже, благодаря своей близкой подруге, которая таскала её в библиотеку, чтобы общаться со студентом, тут подрабатывающим, это место полюбила.

Такси останавливается перед потрескавшимися лестницами, и девушка осторожно, чтобы не разлить кофе, выходит наружу. Городская библиотека Картахены – это второй дом для Фелисии, спрятанный от людского внимания среди старинных улиц с мощёной брусчаткой и окружённый высокими деревьями. Она толкает тяжёлые двери и, поздоровавшись с охранником, который всегда встречает её с улыбкой, проходит внутрь. В зале царит тихая, спокойная атмосфера и пахнет пылью и древесиной. Для Фелисии это место – не просто хранилище книг, это её личное убежище от хаоса внешнего мира.

Каждый раз, когда она заходит в библиотеку, её сердце наполняется умиротворением. И ошибается мама, говорящая, что книги можно читать и на Киндл, ничто не заменит для Фелисии шелеста страниц и ощущения тяжести сокровища, расположившегося у неё в руках.

Любовь к чтению Фелисия открыла в себе не сразу. Вернувшись домой после очередного дня, в котором главным разочарованием была она сама, она прихватила по дороге в спальню лежащую на стойке книгу, оставленную отцом. И так первой её книгой, не входящей в обязательную школьную программу, стал роман Достоевского «Преступление и наказание».

С каждой новой книгой Фелисия словно открывала для себя другой мир, где можно было стать кем угодно, пережить любой опыт, не совершая ошибок. Она с головой погружалась в чтение, забывая о реальности, в которой её преследовали тени прошлого. Листая страницы, она позволяла себе мечтать и путешествовала по новым мирам. За последние несколько лет Фелисия прочитала практически всю зарубежную классику, но чаще всего возвращается именно к тому писателю, который и открыл в ней любовь к чтению.

Нина ошибается, дело не в книгах, тем более Фелисия, в основном, читает не любовные романы, чтобы мечтать о каком-то сверхчеловеке. Дело, видимо, всё же в характере девушки. Чаще всего её пассии встречаются с ней, чтобы вызвать зависть у своих дружков, а потом, наигравшись, бросают, как ненужную куклу. Последний бойфренд Фелисии вообще без смущения заявил, что она навязчивая и её слишком много, и оставил расстроенную девушку снова копаться в себе.

Фелисия и так пыталась меняться после каждого болезненного разрыва, прислушивалась к словам тех, кто не выбирал её, а теперь, значит, надо ещё научиться контролировать свои порывы. У Фелисии же это всё идёт от души. Когда она влюблена, она любит проводить больше времени с любимым, обожает постоянную переписку и готова ходить на свидания хоть каждый день. А тут оказывается, такое не всем нравится, а значит, Фелисии нужно уметь останавливать себя, чтобы не слышать потом обидное «навязчивая». О том, что партнёр её просто не любит, потому и не жаждет проводить с ней столько времени, она не задумывается.

«…красота есть не только страшная, но и таинственная вещь. Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей», – Фелисия останавливается на цитате, несколько раз её перечитывает и только потом переворачивает страницу. Все вокруг твердят, что она неблагодарная и, вместо того, чтобы наслаждаться дарами, которые приносит её красота, только жалуется, но Фелисия убеждена, что её просто никто не понимает. Какая разница, насколько хорошо выглядит человек, если все плачут в одиночестве, уткнувшись в свою подушку?

***

Солнце бьёт в глаза, и забывшей в автомобиле солнцезащитные очки оперативнице антинаркотической полиции Картахены Бриджит Хименес приходится жмуриться. Особо активная в это время года живность лезет в рот, уши разрывает плач женщин, а Бриджит продолжает упорно смотреть на что угодно, лишь бы не на накрытый флагом гроб, который никак не могут опустить в землю из-за супруги погибшего, не отпускающей его. Словно сам факт того, что человек погиб, уже не значит, что его больше нет. Люди продолжают верить, что, пока тело не скрыто под слоем земли, он, их любимый, всё ещё рядом, и сейчас, смотря на убитую горем женщину, Джи одновременно испытывает боль за неё и злость на себя, что не предусмотрела и не уберегла. Джи не в первый раз хоронит коллегу, но в первый раз хоронит своего капитана, который был убит вчера в двадцати метрах от собственного дома. Коллеги девушки, как и вся страна, знают, кто и почему заказал убийство капитана, но доказательств, как и всегда, нет. Наконец-то охрипшую от плача женщину отводят в сторону, церемония похорон завершается оружейным салютом, и Джи идёт к своей машине, прислонившись к которой, курит её друг и напарник – Руи Санчес.

– Как же, блять, тяжко, – сплёвывает на траву Руи, и добавить нечего. Как бы ни казалось, что Бриджит привыкла ко всему, и к убийствам тоже, учитывая страну, в которой живёт, и сферу, в которой работает не первый год, тяжко всё так же, как и в первый раз.

Санчес одногодка Бриджит, ему тоже двадцать пять лет, и хотя они познакомились и сдружились ещё в академии, работать вместе начали только два года назад. Санчес, в отличие от Джи, чрезмерно активный парень, который обожает быть в центре внимания, а свободное время проводить в шумных компаниях. Санчес, по его же словам, попал в полицию случайно. Как он любит рассказывать спустя пару бутылок пива в любимом после работы пабе всех полицейских Luna, он просто не знал, чем ему заниматься после школы, и, так как особо никем быть не хотел, после очередного боевика решил подать документы в академию. Несмотря на это, Санчес прекрасно выполняет свою работу, славится любовью к риску и всегда готов прикрыть спину коллегам. У Бриджит, в отличие от него, другой путь.

Она родилась и выросла в Картахене в семье полицейского и с детства впитывала стремление к борьбе с преступностью. Её отец – сержант полиции – трагически погиб во время третьей войны наркокартелей, когда Бриджит было всего двенадцать лет. Потеря отца стала для неё мощным стимулом – она поклялась посвятить свою жизнь борьбе с преступными организациями, которые отняли у неё семью. Мечтая продолжить дело отца, Джи с юных лет старалась выделяться как в учёбе, так и в физической подготовке. Она никогда не играла с куклами, не любила наряжаться и танцевать, но всегда готова была погоняться за соседским котом и залезть на дерево. Легко находила общий язык с пацанами на улице, а если что не заладилось, с самого детства умела постоять за себя и дать отпор. Маленькая Бриджит не хныкала, содрав коленку, если упала, а упрямо поднималась и бежала дальше, стряхнув песок. Так что она успешно поступила в полицейскую академию, где быстро зарекомендовала себя как одну из лучших курсантов. Её настойчивость, аналитический ум и навыки в тактических операциях позволили ей занять позицию оперативного агента в антинаркотическом подразделении.

Сейчас Хименес – одна из самых перспективных оперативников своего отдела. Она лично участвует в рейдах против наркокартелей, проявляя невероятную решимость и готовность рисковать ради успеха операции.

Попрощавшись с членами семьи капитана, напарники отправляются в паб, где, по традиции, вся команда пропустит по бутылке пива за упокой души погибшего. Несмотря на дневное время, в шумном пабе, кроме полицейских, никого нет.

Бриджит и Руи проходят к деревянному столику в углу и, устроившись за ним, ждут, когда им принесут заказ. Первые пару минут обычно не умолкающие друг с другом друзья молчат, и каждый бродит по лабиринту своих мыслей. Всё ещё не верится, что человек, который ещё двое суток назад раздавал им указания на утреннем совещании, уже лежит под землей. За годы совместной работы Хименес и Санчес прошли через многое – опасные задания, ночные погони, встречи с самыми тёмными сторонами мира, но именно смерть «своего» словно отсекает кусочек от души. Учитывая то, какой именно работой они занимаются, скоро от души ничего и не останется. Джи продолжает молча потягивать пиво, и Руи решает первым нарушить давящую тишину.

– Знаешь, что я подумал? – начинает Санчес. – Что бы эти свиньи ни выкинули следующим, кого бы они ни положили, я продолжу идти на них, как танк. Но если тронут тебя, я и мстить не смогу. Я просто плюну на всё, сдам значок и, как истинный неудачник, сопьюсь.

– Ты этого не сделаешь, – усмехается Бриджит. – Я понимаю, почему ты так говоришь, ведь я сама, представляя твою потерю, думаю, что сломаюсь, и вся борьба и желание мести сдохнут на корню. Но в то же время – это будет всего лишь первой реакцией, за которой последуют гнев и желание заставить их пожалеть. Мы ведь заставим их пожалеть за то, что они сделали с капитаном?

– Без сомнений, – кивает Руи. – За капитана, – протягивает бутылку, и они, чокнувшись, залпом допивают остатки.

Джи и Руи редко говорят об их связи открыто, но каждый из них знает, что их дружбе не нужны громкие слова и клятвы, они доказывают её силу в опасные моменты на работе и уже давно считают друг друга не просто напарниками, но и семьёй. Руи всегда относился к ней как к равной, не делал между ними различий. Он не просто делает вид, что Бриджит на своём месте, он искренне верит в это и ценит её силу и вклад в общее дело. Санчес без задней мысли научился подставлять Джи спину и всегда готов прикрыть её – это у них взаимно, вот почему они отличные напарники.

В участок Бриджит возвращается к вечеру, чтобы забрать нужные бумаги и отправиться в офис DEA*, с которыми они сотрудничают. Джи складывает бумаги в папку, одновременно прослушивает оставленные для неё сообщения и уже собирается на выход, как взгляд цепляется за уже пожелтевшие из-за течения времени листовки на доске. Она опускается на стул напротив доски, в упор смотрит на фотороботы тех, кто разрушает её страну, и задерживает взгляд на самой первой фотографии.

Венсан Лино – глава картеля «Доминион».

Бриджит не сомневается, что именно он заказал убийство капитана, который заплатил своей жизнью за надпись «арестован» под фотографией, висящей ниже Венсана. Кастильо, он же Эль Кавалеро – младший брат Лино и его сикарио, охота за которым наконец-то принесла свои плоды. Всё, что полиция знает о братьях Лино – это то, что оба родились в Картахене, потеряли родителей в раннем возрасте и пару лет провели в приюте. Венсан покинул приют первым и чуть позже забрал брата. Все данные, которые были в приюте на двух мальчишек, тщательно подчищены или сгорели в пожаре. Более того, как написано в деле Лино, директор приюта и двое воспитателей, которые работали во время проживания там братьев, были зверски убиты ещё во времена, когда Венсану не было и восемнадцати. Бриджит бы отдала многое, чтобы узнать, куда после приюта попал Венсан, как он смог так стремительно взлететь и как все эти годы ему удаётся ускользать от правосудия. Коллеги часто шутят, что Джи одержима семейкой Лино, и она с ними смеётся, но в глубине души девушка признаёт, что так и есть. Дело не только в тщеславии, ведь если именно она станет той, кто закроет Венсана за решёткой, то получит звание национального героя. Дело в личном интересе. Джи занимается картелем «Доминион» последние два года, но с каждым следующим шагом Лино, с каждой новой зацепкой, она чувствует, как в ней растёт нечто большее, чем просто профессиональный азарт. Лино не просто умный – его планирование и изощрённость впечатляют, как будто каждая его уловка создана специально для того, чтобы поставить полицию в тупик и внушить им чувство собственной глупости. Лино играет с ними, как кошка с мышью, и вместо того, чтобы злить или отталкивать Джи, вызывает в ней неосознанное уважение и ещё больше распаляет желание выйти из этой игры умов победителем. Бриджит порой на долгие минуты выпадает из реальности, ловит замечания от коллег и только тогда перестаёт прокручивать в голове шаги своего врага и поражаться его хитрости. Джи знает, что, только поймав его, она докажет себе, что она сильнее. Но что-то внутри подсказывает ей, что, если этот человек когда-нибудь окажется за решёткой, в жизни Хименес останется пустота. Поймать его – значит завершить эту игру, а часть её конца не хочет.

Бриджит отвечает на пару сообщений на телефоне и, поднявшись с места, наконец-то идёт на выход. Сейчас Кастильо ждёт приговора в самой охраняемой тюрьме страны, а разгуливающий на свободе Венсан продолжает мстить за брата. У самой двери Джи вновь оборачивается, смотрит на фоторобот Лино и в тысячный раз обещает себе, что приведёт его сюда в наручниках.

***

К ранчо «Парадиз» простым смертным без разрешения не подойти. Само ранчо занимает территорию в две тысячи гектаров и включает в себя леса, озёра, вертолётную площадку и поместье, раскинувшееся на живописном холме.

Поместье окружено обширными зелёными садами с экзотическими растениями и пальмами, создающими ощущение тропического рая. Здание выполнено в современном стиле с элементами классической архитектуры: большие панорамные окна, мраморные колонны и фасады из белого камня. В доме множество просторных спален, каждая из которых оснащена личной террасой и ванной комнатой с видом на озеро.