Читать книгу "Меняя грани"

Волшебники страны слёз

– Ты всё? – Анна неотрывно следила за каждым движением Тони, и задала вопрос, как только он воткнул инструмент в землю.

– Да, – Тони вытер пот со лба и облокотился об лопату. Его взгляд был устремлен на Анну, но туманная боль, скользящая в них, говорила о другом. Он думал про могилу, находившуюся под его ногами. Про могилу, которую вырыл собственноручно.

– Глубокая… – произнесла девушка и вздрогнула, услышав тихое эхо.

Тони вылез из ямы и обнял Анну. Она крепче вцепилась в сильные и грязные руки парня, словно эти объятия были последними. Он почувствовал её тревогу, поэтому зарылся лицом в сладко пахнущие волосы, поцеловал в шею. Затем отпрянул и улыбнулся.

– Всё будет хорошо, солнышко. Успокойся.

– Идём? – голос девушки дрожал.

– Да, пора.

Парень стряхнул комки земли с рук.

– Нужно было воду взять с собой, чтобы умыться, – сказал он.

Анна не ответила.

***

Ночной лес полон загадок. Никогда не узнаешь, кто или что кроется под следующим деревом, ветви которого в сумраке тянутся не к небу, а к тебе. Иногда попадается паутина, приводящая в ужас. Лицо будто стягивают крошечные верёвки, при ночном свете более прочные, чем днём. От всех этих кошмаров Анна готова была кричать, но знала, что выдавать себя нельзя. Тони периодически крепче сжимал её руку, напоминая, что находится рядом и бояться пока что нечего.

Наконец-то они вышли из леса и оказались рядом с несколькими коттеджами. Забор ближайшего стоял где-то в двадцати метрах от них. Пара уверенно двинулась вперёд. Оказавшись недалеко от этого особняка, они переглянулись. Настало время действовать. Девушка подошла к воротам и позвонила.

Парень в этот момент стал подальше, вне зоны видимости видеокамер. Он наблюдал за тем, как из калитки вышел элегантно одетый мужчина средних лет.

Он впустил девушку, не забыв приветливо улыбнуться и даже приобнял её. В этот момент Тони сжал руки в кулаки, но не двинулся с места, понимая, что нарушит весь план, стоит только дёрнуться. Осталось прождать сорок пять минут, ведь ровно столько монстру требовалось, чтобы склонить жертву к полному доверию.

***

Анна взглянула на часы. Она была тут вот уже десять минут. Альберт вышел за напитками. Конечно, прежде он поинтересовался, какой у неё любимый. И, конечно, в его доме оказалось пепси. Этот мужчина имел всё, что нужно для него и детей, оказавшихся в зловещих стенах.

Сколько их было? Десять, тридцать, пятьдесят, сто? Грозит ли опасность Анне? Успеет ли Тони до того, как Альберт начнёт свои изощрённые пытки? Сможет ли вообще проникнуть в ужасный особняк? Что будет, если их план провалится?..

Каждая мысль била хлыстом, по всему телу проступил пот. Анна рисковала, но риск был оправдан. Как сказал Тони? Вроде, «Мы словно волшебники. Он пропадет, будто по велению волшебной палочки, и никто никогда не узнает, кто скрывался за пропажей этого ублюдка». Но ведь волшебники так не поступают… Они добрые и веселят людей. Разве только эти двое пришли из страны Слёз, где волшебство означает совсем другие вещи.

– Ты прошептала что-то о волшебниках, – Альберт стоят за спиной Анны. Мурашки пробежали по её спине. Она повернулась, найдя в себе силы улыбнуться.

Мужчина протянул стакан с пепси. Анна взяла, сделала глоток, но как только он отвёл глаза, выплюнула газированную жидкость обратно в стакан.

– Так как ты здесь оказалась? – Альберт сел на гигантский кожаный диван, стоявший посреди шикарной гостиной комнаты. На стенах были развешены трофеи с охоты – головы убитых животных. У Анны промелькнула мысль, где же он держит трофеи с истинной охоты.

– Гуляла по лесу, – девушка села на кованый стул ручной работы около картины с изображением красивой женщины, занимавшей почти всю восточную стену. – Иногда хочется побыть одной. Но не думала, что ночью в лесу так страшно.

– Тебе повезло, что вообще выбралась, – Альберт внимательно изучал незнакомку взглядом.

– А кто эта женщина?

– Она была моей женой. Умерла семь лет назад.

– Из-за чего?

– Рак. Не стоит говорить об этом, моя девочка. Мне до сих пор больно, уж очень я любил супругу. Лучше неё женщины на свете не сыщешь. Теперь я обречен на одиночество. Но всё в мире имеет свои преимущества, ведь так? Быть одному тоже приятно – никто не ограничивает твои возможности, не мешает, не запрещает облагородить дом в стиле «средневековый барахольщик».

Альберт широко улыбнулся, Анна непроизвольно сделала то же. Она поняла, чем маньяк влиял на своих жертв. У него был бархатный, успокаивающий голос, приятная улыбка. Он интересно выражался, не стесняясь использовать чувство юмора, заботился, был дружелюбен и гостеприимен. Неудивительно, что дети оставались с ним наедине и не беспокоились о дальнейшем.

Анна взглянула на часы. Прошло тридцать минут.

– Мне бы хотелось сходить в туалет, – скромно произнесла она.

– Да, конечно. Пойдем, проведу.

– Если позволите, я сама. Скажите только, куда идти. Странно, когда взрослый мужчина провожает в уборную… Простите, если оскорбила…

– Нет, всё в порядке, Аннушка. Ты права. Вниз, первый этаж, третья комната слева по коридору. Ты увидишь. Я пока приготовлю нам ужин. Что ты любишь?

– Омлет с крабовыми палочками и помидорами.

– Так ты гурман! Дорогая, у нас много общего.

Альберт и Анна вышли из гостиной вместе. Он остался на втором этаже в кухне, которая находилась в конце коридора, Анна спустилась вниз. Она прекрасно знала, что как раз под этой кухней находится комната видеонаблюдения – они с Тони заранее изучили планировку здания. Оставалось только надеяться, что дверь не заперта. На всякий случай у них был план Б, но не хотелось к нему прибегать.

Анна обрадовалась, найдя комнату открытой. Выключить камеры и сигнализацию не составило труда – Тони показал всё, что понадобится для этого. Благо, он сам ставил сигнализацию для всех коттеджей района. Тогда же он и увидел на одной из камер то, что ему не стоило видеть. Хотя сейчас на той камере, которую описывал Тони, Анна смогла разглядеть только пустую спальню. Выключив сигнализацию, девушка достала телефон и написала Тони: «Готово».

– Я всё сделал, – послышалось со второго этажа. Альберт приближался.

«Кухня. Второй этаж» – снова написала Анна, и бросила телефон обратно в карман куртки. Она направилась к лестнице, на ходу якобы поправляя джинсы. Альберт стоял наверху, приветливо улыбаясь.

– Можем идти кушать, – сообщил он.

Анна послушно направилась наверх, бросив беглый взгляд на входную дверь. Прошло сорок минут.

***

Тони получил сообщение и направился в сторону дома. Чтобы открыть калитку, пришлось засунуть руку между прутьев. На миг парню показалось, что рука застряла, его начала охватывать паника. Но всё обошлось. Пройти к входной двери уже было легче. Прежде чем открыть её, Тони достал из кармана раритетный пистолет «Walther P99», подаренный отцом. Проверил магазин – все двенадцать патронов находились на месте.

Войдя в дом, парень уверенно зашагал по лестнице в сторону кухни, откуда доносился вкусный аромат и звучала умиротворяющая музыка. На секунду он задумался – уж слишком громко работал магнитофон. Парня охватили смутные подозрения, и он ускорил шаг.

Как только он открыл дверь в кухню, сделав это с ноги, пистолет был уже наготове. Увидев происходящее, Тони чуть не выронил оружие, но быстро взял себя в руки. Стол был аккуратно сервирован, на нём стояли два блюда с дымящимся горячим омлетом. Анна лежала около стола на полу лицом вниз, под ней расстилалась лужа крови, а Альберт стоял над ней, держа за волосы.

– Отойди, – парень старался сдерживать дрожь в голосе.

– Всё нормально, мальчик, – Альбер поднял руки и сделал несколько шагов от девушки, вглубь кухни. – Как ты здесь оказался?

– Анна, милая, всё в порядке? – Тони охватил ужас.

– Да, – девушка осторожно поднялась. Из носа и рта алыми струйками стекала кровь. – Он ударил меня об пол. Сломал нос, думаю. И губу разбил. Но жить можно.

Она подошла к Тони, он с ужасом обратил внимание на то, как дрожит её тело.

– Хорошие мои, это недоразумение, – начал, было, Альберт.

Тони нажал на спусковой крючок с криком: «Заткнись!». Пуля пролетела над головой мужчины и воткнулась в стену.

– Да ты неуклюжий стрелок, – ухмыльнулся маньяк.

– Я не собираюсь убивать тебя сейчас – увидев страх в глазах Альберта, Тони ощутил прилив бодрости и уверенности. – Ты пойдёшь с нами.

***

Все трое стояли около недавно выкопанной могилы: окровавленная девушка, которую не переставал бить озноб, парень с пистолетом, державший на «мушке» мужчину средних лет. Последний вёл себя спокойно и сдержанно, будто не его вели на вымышленный эшафот. Когда Тони заставил его лезть в яму, тот послушно выполнил указание. Он был выше парня, поэтому яма оказалась ему по плечи.

– Что дальше, мой маленький герой?

– Ложись.

Мужчина послушался.

– Здесь холодная земля, парень.

– Заткнись.

Тони подошел к краю могилы и внезапно, без предупреждения выстрелил Альберту в голову. Ещё секунда, и он не смог бы убить – миссия оказалась тяжелее, чем представлялось. Анна вскрикнула и заплакала.

– В подвале, – тихо произнёс мужчина и перестал дышать.

– Подай лопату, Анна. Она около тебя, – сказал Тони, стараясь скрыть вибрацию в голосе. – Закопаем этого ублюдка.

***

– Он сказал что-то про подвал, Тони.

Они шли по лесу, направляясь в сторону коттеджей.

– Я слышал.

– Мы поэтому снова идём туда?

– Да.

– Но ведь в планировке дома не было подвала. Мы всё пересмотрели.

– Найдём.

***

– Вы дозвонились в службу 911, я Вас слушаю.

– В подвале особняка №3 в районе Элльс находится трое детей в возрасте от трёх до десяти лет. Сейчас с ними всё в порядке. Но заберите их, прошу.

– Как Вас зовут?

– Анна. Но это неважно. Просто заберите детей.

На том конце провода прозвучали короткие гудки.

Автобус №32

«Семь раз отмерь – один раз отрежь» – это был гимн Феликса, его слоган по жизни. Он всегда всё тщательно продумывал, делал выводы. Сначала прокручивал в голове последствия, а затем уже принимался за дело. Даже в словах он был таким же. За это в школе его дразнили Нудным. Возле доски в пятом классе он отвечал на вопрос половину урока истории, формулируя свою мысль. И хотя ответил отлично, получил тройку.

Он долго думал, когда папа просил что-нибудь сделать. Отец его был человеком нервным, не способным здраво мыслить, поспешным. Он ненавидел Феликса за медлительность. Эта ненависть выливалась в ругательства, изощрённые наказания и побои.

Мать бросила их, когда Феликсу только исполнилось два года, а его старшему брату Кириллу – пять. «Она улетела в поисках лучшего места для жизни, и, найдя его, обязательно вернётся за нами» – думал Феликс. «Ваша мать-проститутка уехала трахаться», – объяснял отец, после выпитого литра водки. Конечно, он этим не ограничивался. Кирилл больше верил отцу.

Бабушка Тамара и дедушка Костя (родители папы) считали Феликса больным. Даже пытались положить его в больницу, но отец, сославшись на нехватку денег, не позволил этого сделать. Бабушка Тамара говорила, что такая излишняя медлительность – отклонение, и оно должно быть вылечено. Дедушка Костя настаивал на том, что Феликс – инопланетное существо. Он вообще был помешан на инопланетянах. Даже называл себя уфологом. Это слово всегда нравилось Феликсу, и он часто применял его по отношению к плохим людям. Он, кстати, никогда не ругался. Оскорблял только интересными, запоминающимися словами, которые, по сути, не являлись ругательствами. Как, например, уфолог. Или хиромант. Или овцедер. Правда, овцедера Феликс придумал сам.

Он всегда отличался неуёмной фантазией. В шесть лет выдумал друга, которого назвал Хирург. Тоже слово хорошее. Хирург всегда был с Феликсом, помогал ему. Когда отец запирал его в чулане, Хирург веселил всё время заточения. Когда бабушка Тамара била, «выбивая дурь», Хирург рассказывал о том, как можно отомстить бабке. Когда Кирилл приводил подружек, уже будучи в зрелом возрасте, и выгонял Феликса гулять, они вместе с Хирургом придумывали всякие козни для брата и его девиц. То мотоцикл, на котором разъезжал Кирилл, поломают. То платье очередной красавице порвут или выкинут в мусор. Или кошку дохлую без головы им в комнату закинут. Хирург лично убивал эту кошку и отрезал ей голову для столь благой цели.

Кирилл, в отличие от остальных членов семьи, не бил Феликса. Хирург шептал ему, что брат его боится. Возможно. Феликсу, на самом деле, было плевать. Он просто хотел быть как все. И упрямо мстил тем, кто его не понимал.

Тем не менее, странные случаи словно преследовали его. На выпускном балу к нему подошла подвыпившая одноклассница Рита. «Мы поспорили, – сказала она, – что ты девственник. Это так, Нудный?». Когда он ничего не ответил, она улыбнулась: «Хочешь я трахну тебя? Помогу, так сказать?». Они удалились в спортзал. Когда Рита расстегнула ширинку, наклонилась и взяла его «малыша» в рот, Феликс неожиданно сам для себя отпрянул, ударил её и убежал. «Козёл! – кричала ему вслед одноклассница, – У меня кровь, ты понимаешь? Ты разбил мне нос!». А Хирург сказал тогда Феликсу, что все бабы – дуры, хотят только одного, и что он, Хирург, обязательно поможет от них избавиться.

**

Феликс улыбнулся своим мыслям. Он ехал в автобусе №32 и вспоминал прошлое. Приступы ностальгии часто охватывали, они служили побуждением к действию. Феликс огляделся: в автобусе было уже меньше людей, чем сначала, но ещё больше двадцати. До конечной остановки довольно долго – около пятнадцати минут, а то и больше. Феликс снова закрыл глаза.

**

«Семь раз отмерь – один раз отрежь»…

Он всегда долго, очень долго выбирал жертв.

Первыми были дедушка и бабушка, и он прокручивал в голове план три года. Обдумывать его начал после того, как папины родители стали насмехаться над его длинными волосами. Тамара назвала его больным ненормальным оборванцем, а Костя – девчонкой-истеричкой. Феликсу просто нравился этот стиль. Волосы до плеч он носил и до сих пор.

Хирург придумал месть, Феликс только осуществил. И сделал всё так, что, хотя отец и брат догадывались, кто убийца, полиция не имела никаких улик в его сторону. Зато она нашла множество улик, доказывающих виновность Кирилла. Феликс продумал всё безупречно. Братца запрятали за решётку на десять лет. Но он так и не вышел – повесился через три года. Хирург предположил, что Кирилл не выдержал определённого рода насилия в местах, где нет женщин. А отец? Отец жил с Феликсом все эти годы, побаиваясь его. Несколько раз он, напиваясь, обещал рассказать полиции про проделки сына, но, когда трезвел, молчал. Он умер своей смертью год назад. Наверно, Феликс любил его, коль не убил. Ведь Хирург очень настаивал на этом.

**

Феликс открыл глаза. Скоро конечная остановка – в автобусе осталось человек десять. Пора приглядываться. До конечной точно едут трое. Феликс обратил внимание, как они разместились и что они делали: все у окон, одна в наушниках, одна читает, одна смотрит в окно. Ни одна не собирается, не спешит выходить. Он стал разглядывать каждую, представлять, продумывать и решать, как загонит их в клешни смерти.

**

Лиля ехала домой от подруги. Она долго ждала автобус №32, боялась, что он уже не приедет и представляла, как на это отреагирует мама. «Ни одна отговорка не проканает» – подумала Лиля. Ведь уроки она не сделала, из дома убежала, не убрав. И повод навестить Светку мама не оценит. «Что я скажу ей? Это же новый альбом Бибера! Маме всё равно на него. А вот я бы с ума сошла до завтра, пока смогла бы услышать его в школе!». Задержалась Лиля из-за того, что к Светке пришёл парень. Поэтому Светка отвлеклась на целый час.

«Совсем же страшненький. Что ты в нём нашла?» – спросила у подруги Лиля. «Он в постели просто мачо! Мы даже целуемся» – мечтательно улыбнулась Светка.

Теперь Лиля ехала домой в потёмках, предвкушая мамину казнь. Что именно она заставит делать, оставалось загадкой. Мама была непредсказуемой и справедливой женщиной. Утешало только одно – любимый Джастин Бибер. Его новый альбом звучал в наушниках Лили.

**

Девочка в наушниках. На вид ей не более пятнадцати лет. Русая, зеленоглазая, с детскими чертами лица, сквозь которые уже пробивались черты девушки. В зелёной кофте с нарисованным котиком и в синих джинсах со стразами. Она понравилась Феликсу. Она напоминала его первую пристойную жертву.

Ею оказалась соседка Ася. Как точно её звали, Феликс не знал, но все называли её исключительно Ася. Она была младше Феликса на пять лет. Мысль о ней закралась в его сознание, когда ей исполнилось восемь.

У Феликса появились первые мальчишеские побуждения к девочкам. Ася была добра к нему, она единственная общалась с ним в то время, когда остальные следовали приказу родителей и обходили его стороной. К тому же, Ася светилась изумительной красотой. Её изумрудные глаза (как и у девочки в наушниках) навевали на него бесконечные грёзы. Он видел её в своих снах, в сексуальных фантазиях. Сказать ей об этом он решился, когда ему стукнуло семнадцать лет. Ася улыбнулась на его слова, но тактично отказала в чём-то большем, нежели дружба. А через год она стала гулять с мальчишками, целоваться с ними под его окнами. Тогда в Феликсе вскипела злость.

Всё снова придумал Хирург. Несчастный случай. Этот план продумывался два года. Феликс скинул девочку с лестницы сарая. Он точно продумал, как сделать так, чтобы она пригласила его к себе именно тогда, когда никого дома не будет. Напросился сходить на сено, якобы посмотреть птичку, залетевшую в сарай, которую точно видел недавно. Знал, как Ася должна была упасть с двух метров, чтобы сразу умереть. До этого он два года тщательно изучал анатомию ради этого случая. Он залез сам, а потом, когда полезла Ася, скинул её. Смерть наступила мгновенно. Феликс спрыгнул с сена и ещё долго любовался проделанной работой. На Тамару и Костю он вообще не смотрел – это была месть. Хоть и хорошо придуманная. А здесь, в убийстве Аси, его взору открылось истинное искусство.

**

Жизнь Анастасии пронеслась безвозвратно, но она не жалела. Она смеялась, говоря: «Мне ещё годков десять осталось». Сегодня ей исполнилось пятьдесят два года. Собрались все родственники, друзья, коллеги, поклонники. Её любили и ценили. Анастасия была жизнерадостной оптимисткой, обожающей улыбаться. Она обладала чудным обаянием, острым чувством юмора и вечно молодой душой. Вырастила троих замечательных деток и пять чудесных внуков. Она отдавала всю себя жизни и окружающим людям. Работала ветеринаром. Дома её ждали Тим, Джек и Мурка – две собаки и кошка. Они все, наверно, голодны, ведь хозяйка задержалась, отмечая праздник, устроенный детьми.

Они гуляли в ресторане. Эх, давно Анастасия не была там. Заведение очень понравилось ей: всё в любимом готическом стиле, в тёмно-фиолетовых тонах, прекрасный персонал, вкусная кухня. А главное – рядом те, кому она нужна. По щеке Анастасии проползла одна слезинка счастья.

Даже мысль, которая последние три года преследовала и заставляла Анастасию забыть о хорошем настроении (он умер! Мой любимый муж умер!), не заставила эйфорию выветриться. Анастасия улыбнулась, поправила фиолетовое платье, которое выбилось из-под накидки, и снова уткнулась в книгу под названием «Жизнь взаймы», автором которой являлся Ремарк.

**

Женщина в фиолетовом платье и чёрной накидке тоже была симпатична Феликсу. На вид лет сорок, красивая, аристократичная внешность, серые глаза, сочные алые губы, тёмные, слегка поседевшие волосы. Именно такой Феликс представлял свою мать: богиней, постаревшей красавицей, излучающей добро и тепло.

Какова она в постели? Опытная? Страстная? Она, конечно, доведёт любого до оргазма за пять минут.

Феликс поймал себя на этой мысли. И улыбнулся. Такие мысли посещали его крайне редко и только к особенным женщинам. Таких женщин, не считая Асю, в его жизни было всего три: учительница русского языка Дарья Семёновна, Лолита (ей было 34 года, пятая жертва) и Аллочка.

С Аллочкой он познакомился в клубе. Ей было двадцать два, на два года его младше. Феликс собирался просто спонтанно убить её, как повелел Хирург, но вдруг почувствовал желание. Он подсыпал ей в текилу снотворного, а когда уснула, принёс к ближайшему пруду, где планировал раздеть, изувечить, привязать к ноге камень и выкинуть тело в воду, а одежду сжечь. Но когда раздел, он захотел её. Это была первая его девушка. Он подождал, пока она очнётся и заставил «научить его любви», пообещав отпустить. Она сделала всё великолепно, он кончил через пятнадцать минут, и лишь благодаря перерывам.

Затем Феликс передал Аллочку Хирургу. Он-то ничего не обещал. Хирург сделал то, чего хотел. Больше Аллочку никто не видел. Полиция так и не нашла её тело.

**

Кристина ехала из дома к любимому. Она везла с собой самые важные вещи. Они с Антоном наконец-то решили жить вместе. Всё-таки уже обручены.

Они познакомились три года назад, сразу после окончания школы. Поступали вместе в один университет на один факультет. Правда, в итоге Антон выбрал другое учебное заведение. Они стали встречаться, затем познакомили друг друга с родителями. А вчера Антон сделал ей предложение. Они как раз отмечали три года своей любви, позвали друзей и родственников. Антон при всех встал на колено и достал обручальное кольцо… О, это было превосходно! О таком мечтает каждая девушка, и у Кристины это заветное желание сбылось.

Но… их отношения с Антоном чересчур хороши. Он любит её, просто обожает, носит на руках. Теперь они помолвлены, и она перевозит к нему свои вещи. Но любит ли она его так же сильно, как он её? Кто-то сказал: «В паре один любит, а другой разрешает себя любить». Было ли и у них так? Была ли Кристина тем, вторым? Она любит его, любит, в этом нет сомнений. Но хочет ли она провести с ним всю жизнь? Хочет ли иметь от него ребёнка? Стирать, убирать, готовить, заниматься любовью только с ним… Все эти вещи казались Кристине глупыми. Им стоило ещё подождать. Но как об этом сказать Антону?

Быть невестой Кристина хотела. Платье и фата непременно сделают её неотразимой. Но если бы за этим платьем не последовал быт… Может, стоит поговорить с Антоном? Может, они заведут домохозяйку? А с ребёнком повременят? Им же только по двадцать два года! Кристина хотела гулять, отдыхать, учиться! Жизнь-то одна. Изредка она чересчур коротка.

Антон поймёт. Он что-нибудь придумает. Он умный (и такой сексуальный!) парень.

Кристина посмотрела в окно, и в нём ей привиделся её будущий муж. «Я точно люблю его» – уверенно подумала она.

**

Девушка, которая смотрела в окно и о чём-то явно думала, произвела на Феликса странное впечатление. Неприметная внешность, обыкновенная серая мышь. Русые волосы завязаны в хвост, глаза карие, очки на глазах, телосложение худощавое. На ней был надет розовый свитер и чёрные штаны. Её не хотелось убивать. Убийство – это искусство, а в искусстве обязаны участвовать только необычные вещи и люди. Они должны отличаться, должны вызывать восторг. Эта же девушка вызывала пустоту. Ничего особенного, равнодушие.

До конечной осталось две остановки.

Кроме Феликса и тех трёх девушек, которых он рассматривал, в автобусе остался мужчина лет сорока (он не был интересен), молодой парень, стоявший около двери (явно собирался выходить) и девушка. Она, судя по всему, зашла недавно. А значит, точно поедет на конечную. Феликс остановил на ней пытливый взгляд.

Это была эффектная голубоглазая блондинка с пышным бюстом и глубоким декольте. Красива, просто потрясающа. В длинном белом платье и с развивающимися на аккуратной головке кудряшками. Феликс почувствовал возрастающий бугорок между ног. Это удивительно, ведь эрекции не было, даже когда он смотрел на женщину, так возбудившую его мысли. Блондинка была хороша, это точно. Феликс желал её, желал страстно. Сколько ей лет? На вид не больше тридцати. Ну да ладно. Он спросит у неё. Он всегда спрашивал у жертв возраст.

**

Диана ехала к мужу и сыну, которому только исполнился годик. Она работала певицей в ресторане и сегодня играла роль Мэрилин Монро. Она решила не перевоплощаться в обычную Диану, а остаться в образе, потому что очень спешила домой.

Теперь все смотрят на неё как на инопланетянку. Конечно, ведь в таком виде в автобусе не ездят. Утешало только то, что она уже почти дома. К тому же, удалось заработать крупную сумму и купить подарок Артёмке – заводного пёсика. Он гавкает, крутится и светится. Диана именно поэтому ехала на последнем автобусе – заезжала за игрушкой в круглосуточный магазин. Увы, но денег на такси не осталось.

Сегодня Артём уже спит, но завтра у неё выходной, и они с сыном вместе всласть наиграются. Сейчас Диана приедет домой, покупается, поест, и они с Серёжей придадутся страстной, невероятной любви. Девушка представила это и прикусила нижнюю губу от нахлынувших чувств.

**

Автобус остановился на конечной остановке. Вышли все, кроме водителя и молодого парня, который успел покинуть автобус остановкой ранее. Феликс нащупал в кармане нож. Сегодня он собирался убить таким способом. Хотя, наверно, он сначала припугнет, заставит любить его, а затем убьёт. Да, хорошая последовательность.

Он направился вслед за эффектной блондинкой, но с удивлением расслышал голос Хирурга: «В очках». Феликс был против выбора друга, но в их паре такие вещи решал Хирург. Поэтому он повернулся, нашёл глазами, привыкшими к тусклому свету фонарей, фигуру девушки в очках и последовал за ней.

Настала полночь.

Фонари погасли…