Текст книги "Дары некроза"

Его взгляд упал на погашенный костер. Так значит, дело в дыме. Именно он вызывал то отвратительное состояние. Что ж, все правильно: когда раб не может убежать, ему и охрана не требуется. И поэтому мутанты запрещали гасить костер. А раз Роди нужен мутантам свежим и полным сил… Он боялся сделать вывод, чтобы не спугнуть удачу. Теперь лучше просто ждать.

Роди сел к стене, съел мясо, запил водой. Впервые за долгое время его глаза радостно блестели. Наконец-то у него хоть что-то получилось!

Больше ни на какие работы его не посылали. Приносили еду утром и вечером. И ничего не происходило. Прошел день, потом еще один. Роди уже начал сомневаться в правильности своих догадок по поводу решения вождя. Когда на третий день за ним явился мутант-конвоир, Роди сначала не узнал его: в новых доспехах, при самостреле, нож с резной рукоятью за поясом. Мутант явно за последние дни улучшил свое благосостояние.

– Идти!

Роди послушно направился к выходу. Яркий свет снова ослепил. Он ожидал грубого толчка в спину, но конвоир просто стоял позади и ждал, когда пленник снова сможет нормально видеть.

Столь разительные перемены, говорили о многом. И вскоре выдался случай еще раз убедиться в этом.

Мутант привел его к вождю. Таман стоял на окраине лагеря, скрестив на груди покрытые шерстью руки и разглядывая повозку с цистерной.

– Ты… про… такую… говорил? – спросил вождь, когда подошел Роди.

– Да. Теперь надо слить бо́льшую часть воды. Несите бурдюки, все, какие есть. Выливайте старую и наполняйте из цистерны. Это лучшая вода в Донной пустыне. Берите сколько сможете, остальное оставьте. И мне нужно будет вымыться.

Таман с недоумением посмотрел на него.

– Водовоз не может быть чумазым, – пояснил Роди. – Таковы правила. Никто не поверит, что у грязного водовоза чистая вода. И твоим воинам придется помокнуть – в цистерне должна быть вода, чтобы пройти возможную проверку у ворот.

– Ты… сам… говоришь… как… воин… водовоз.

Роди посмотрел на кровавые потеки, испачкавшие скамейку возницы, и кивнул:

– Я и есть воин.

Потом он сказал, что нужна новая одежда. Вождь отвел его в свой тумайнак и позволил порыться в добыче. А пока Роди искал подходящие вещи, Таман устроился на шкуре с белым мехом и спросил:

– Где… ты… взял… пищу… королей?

Роди догадывался, что придется отвечать на подобные вопросы, поэтому продумал ответы заранее и был готов. Он планировал врать, но делать это как можно правдоподобнее.

– Я нашел коробку в пустыне. Она словно ждала моего появления там. Лежала в таком месте, куда никто не заглядывает. Случилось так, что я бежал от стаи гонз и наткнулся на него совершенно случайно.

– И… как… же… узнал… что… это… если… не… вскрывал… коробку?

Роди нашел подходящую одежду и встал перед Таманом.

– Я решил ее продать. Отправился на рынок, надеясь выручить хотя бы пару монет, но торговец побоялся купить ее у меня. Он-то мне и рассказал, что это такое.

– И… ты… ему… поверил?

– Не сразу, а только после того как прошел слух, что она у меня, и коробку несколько раз пытались украсть. Я спрятал ее и вернулся домой. Но там обнаружил…

Вождь молча ждал продолжения.

– …что мою женщину украли и сделали рабыней. Обещали вернуть мне ее, только если я принесу коробку. Когда я отправился к тайнику, меня выследили…

Предводитель клана кивнул – мол, так и должно было быть. Роди понял, что сам вождь так бы и сделал: выследил, убил и завладел добычей.

– Я почти убежал от них, когда наткнулся на твоих людей, – закончил он историю.

– Теперь… ты… хочешь… забрать… свою… женщину. – Вождь не спрашивал, а скорее делал для себя выводы.

– Да.

– Завтра… ты… получишь… ее… когда… я… захвачу… шахту.

Роди благодарно склонил голову.

– Ты… не… смог… бы… отдать… коробку… – сказал вождь, немного удивив Роди. – У… таких… вещей… своя… судьба. – И кивком велел пленнику удалиться.

* * *

К следующему полудню мутанты приготовились к битве. Доспехи надеты, тетивы на луки натянуты, топоры и ножи – за поясами. По замыслу вождя, Роди на повозке должен будет подъехать к воротам и в этот момент основной отряд начнет атаку, пустит пыль с помощью волокуш, а когда все внимание охраны обратится на него, провезенные в цистерне воины нападут изнутри. Основной задачей было открыть ворота. Как только створки распахнутся, основной отряд ворвется на территорию шахты.

– Мне нужно оружие, – сказал Роди вождю. – Самострел с зарядами и нож из плавника.

Предводитель клана наблюдал, как его сородичи забираются в железную емкость через люк наверху.

– Зачем? Тебе… надо… только… попасть… внутрь… Потом… прячься.

– Я пойду за своей женщиной.

Таман посмотрел на него, сдвинув брови, потом дернул уголком губы, то ли коротко усмехнувшись, то ли проявив недовольство, но все-таки отдал оружие, а себе приказал принести новое.

– Езжай.

Роди убрал самострел под лавку, нож за пояс и погнал маниса вперед.

Чтобы все выглядело достоверно, пришлось делать крюк и заезжать с той стороны, откуда он появлялся обычно. В это же время Таман вел основной отряд на оговоренную позицию. Солнце припекало, как обычно, и вскоре цистерна раскалилась, даже несмотря на укрывающий ее тент. Мутантам в ней приходилось нелегко. Чтобы они не сварились, люк держали открытым.

Роди и сам взмок, но не столько от жары, сколько от волнения. И чем ближе он подъезжал к Илистой шахте, тем сильнее переживал. Во рту пересохло, руки дрожали так, что он еле держал поводья. Ведь то, что он сейчас делает, изменит всё в его жизни. Гора Крым для него будет закрыта навсегда. Гетманы, владеющие здесь почти всем, объявят его своим врагом. Кочевым мутантам на него плевать, как и небоходам. Во всем этом мире у него останутся только Айза и Шави. И корабль. Больше никого и ничего. Все его прежние планы превратятся в прах. Роди совершенно не представлял, что будет дальше, ни в чем не был уверен, ни на что не надеялся.

Прошлое и будущее растворились в один миг, оставив для него только настоящее. Воображаемая линия жизни сжалась в одну единственную маленькую точку.

От размышлений его оторвали дребезжащий металлический грохот и утробное рычание неведомого монстра, раздавшиеся из-за барханов слева.

Манис фыркнул и дернул головой, выказывая беспокойство. Звук становился громче. По песку пошла мелкая вибрация. А потом Роди увидел черный дым, появившийся над песчаным гребнем. Он натянул поводья, останавливая ящера, и смотрел, как на бархан взбираются, а потом спускаются, направляясь к нему, два огромных металлических чудища.

Роди в страхе замер. Рука непроизвольно нащупала рукоять самострела, но палить он, конечно, не собирался. Просто хотелось ощутить под пальцами оружие для обретения толики душевного спокойствия.

Чем ближе подъезжали тяжелые машины, тем сильнее становились тряска и грохот. Испуганный манис начал пятиться. И Роди его не винил – он сам бы сейчас с удовольствием дал деру, но, к сожалению, не мог. Лязгая металлом, машины приближались. Над основным корпусом у них имелись башни с огромными стволами… пушек. Роди вспомнил название орудий и заодно все, что дядя рассказывал про подобные машины. Он называл их «танкерами», и принадлежали они омеговцам – самым жестоким наемникам Донной пустыни от Минска до Херсон-Града.

На обшивке машин сидели несколько человек – с закатанными рукавами, в кожаных нагрудниках, на головах кожаные шлемы, а в руках гарпунеры и какие-то странные самострелы. Роди таких раньше не видел – длинные, с тонкими стволами.

Он уже догадался, что, как бы ему ни хотелось, вряд ли омеговцы проедут мимо. Так и произошло. Зарычав двигателями, танкеры остановились один за другим. С ближайшего спрыгнули двое наемников и не спеша, вразвалочку направились к повозке.

– Чё везешь? – спросил один из них, положив руку манису на шею.

– Воду, – наполовину честно ответил Роди.

– Гетманам? – спросил второй омеговец тонким, почти писклявым голосом.

– Нет, на шахту.

– Гетманам, – заключил первый.

Роди вдруг почувствовал, что его начинает бесить их вальяжно-снисходительная манера беседы.

– Гетманы и сами могут приехать. А я на шахту везу, – ответил он резко и тут же испугался собственной наглости.

Омеговцы переглянулись и усмехнулись. Один из них обошел повозку и встал рядом с товарищем.

– Как насчет поделиться водицей с доблестными бойцами замка Омеги? А? – спросил первый.

– Дележ – это когда всем достается, а не у одного что-то отбирают. – Роди мог только удивляться, откуда у него столько храбрости.

Омеговец хмыкнул:

– А ты не из трусливых. Уважаю. – Достал из кармана мелкую монету и бросил вознице.

Роди поймал. Действительно мелкая. На половину бурдюка только хватит.

– Теперь продай-ка нам своего товару, – сказал наемник и махнул рукой товарищам, которые принесли сразу десяток бурдюков.

Роди думал было заартачиться, сказать, что мало заплатили, но понял, что лучше не стоит. И так омеговец дал ему монету, а не бесплатно забрал, хотя и мог. Даже наглеть нужно с умом. Поэтому он молча спрыгнул на песок, обошел цистерну и кивнул:

– Давай бурдюки.

Пока Роди их наполнял, омеговцы напились сами, после чего отнесли бурдюки товарищам, остававшимся в машинах, и самый разговорчивый как бы мимоходом спросил водовоза:

– Ты случайно не видел несколько ночей назад в небе огненный шар?

– Не, я ночью сплю. У нас на ферме порядок строгий. Дядька если узнает, кто не спит, – хлыстом так отходит, что у самого вместо глаз два огненных шара появятся, а то и еще где.

Наемник засмеялся:

– Я смотрю, ты весельчак. Ладно. Бывай.

Он забрался на танкер, шлепнул ладонью по броне, подавая сигнал. Бронированные машины заревели и рванули вперед.

– Катитесь, катитесь. – Роди с облегчением посмотрел им вслед, хлопнул по цистерне, крикнув: – Все в порядке! – сел на лавку и погнал маниса дальше.

Вскоре в пределах видимости показалась Илистая шахта. Роди велел опустить крышку люка на цистерне и не поднимать до нужного момента.

Чем ближе становился обшитый железными листами частокол, тем сильнее Роди грызли сомнения. Речь шла не только о его жизни, но и о судьбе возлюбленной и друга. Они станут такими же изгоями и скитальцами, как он. Волен ли он решать за них? И почему он не подумал об этом раньше, прежде чем решиться на такой серьезный шаг?

До ворот оставалось не больше двадцати корпусов маниса. Навстречу уже вышел привратник. Сегодня это был не Чоло. Другой охранник. За всеми своими злоключениями Роди позабыл о единственном человеке на Илистой шахте, который проявлял к нему доброту и заботу. И если бы сейчас Чоло высунулся из своей маленькой будки – возможно, Роди изменил бы свое решение. Но когда вместо знакомого привратника появился приземистый охранник с сальной бородкой и узкими темными глазками, в голове заговорил кто-то незримый, бесстрастный и рассудительный, ответил на все вопросы четко и однозначно: только он, Роди, и должен решать судьбу тех, кто ему дорог! Не начальник Морф, не дядя, не вождь Таман, не гетманы или небоходы, а он, Роди!

Потому что только на него надеются. Ждут от него помощи. Только ему доверяют.

И он не подведет!

Роди едва заметно кивнул сам себе. Сомнений не осталось, внутренний спор был окончен как раз к тому моменту, когда привратник вытянул руку, останавливая повозку.

– Опять ты?! Я уж думал, ты здесь больше не появишься… Если только с золотом. – Привратник ехидно хмыкнул и вопросительно посмотрел на Роди: – Нет? Без золота в этот раз? Ну, ничего. Ты не торопись, а то мы с мужиками еще не успели деваху пощупать.

– Всё сказал? – хмуро спросил Роди. – А теперь открывай, дай проехать.

– А ты чего? Или торопишься?

– Так чего, воды не надо? Ну, я тогда назад поехал. Скажешь сам Морфу, что меня не впустил.

Скрытая угроза в словах Роди на привратника не подействовала:

– Так скажу, конечно, когда он вернется.

– А Морфа что, нет? – Сердце на миг перестало биться. Что теперь с Айзой, где ее искать? Не забрал ли начальник с собой? Отдал в казармы, охранникам? Или отправил в штольни?.. Роди судорожно сглотнул.

– Уехал Морф. Как шар этот огненный в небе загорелся, так он с утра в Инкерман и рванул. Так резво, что даже забыл нам твою деваху передать, всё у себя держит.

Привратник хотел сделать парню побольнее, но, сам того не зная, вызвал лишь ликование в душе. Очень хотелось оглянуться, посмотреть туда, где вот-вот должны начать наступление мутанты с волокушами, но Роди взял себя в руки.

– Шар? – переспросил он.

– Ты чего, не видел?! – изумился охранник. – Он же откуда-то со стороны вашей фермы в небо ударил.

– Видел, конечно. Но чего из-за него к гетманам ехать?

– А вот это уже не твое дело, сопляк, – вдруг обозлился привратник. – Так чего с тобой делать? Оставить на ночь во внешних стойлах?

«Ну где же Таман?» – билась в голове мысль.

– А я вот думаю, не найдется ли у тебя кружки да побольше, излишек воды слить? – сказал Роди.

Охранник осклабился:

– Давно бы так, вместо того чтобы бычиться. – Он развернулся и быстрым шагом отправился в будку. Вернулся с кружкой, едва ли не больше той, что притащил в прошлый раз Дамир, заместитель начальника.

Роди спрыгнул с повозки и украдкой бросил взгляд на барханы. Над ними поднималось песчаное облако, постепенно разрастаясь.

Наконец-то!

Роди как ни в чем не бывало открыл кран и наполнил кружку водой, надеясь, что от пребывания в ней мутантов она не сильно изменила вкусовые качества.

– Только теплая…

Но охранник не слушал, жадно прильнув к кружке.

– Тревога! – раздался крик со стены.

Привратник чуть не подавился. Пролил воду на себя и в недоумении посмотрел вверх:

– Чего?!

– Тревога! Мутанты!

Роди в притворном волнении схватил охранника за плечо:

– Там! – Он указал на облако пыли, внутри которого можно было различить темные фигуры всадников.

– Погибель на твою невезучую голову! – завопил привратник. – Второй раз с собой мутантов привозишь! Оставить тебя надо снаружи!

Рука сама нащупала на поясе нож. Если охранник сделает, как сказал, – станет первой жертвой этого сражения.

– Мутафаг с тобой! Заезжай! – решил наконец тот. – Но ты мне должен будешь! Два бурдюка воды в следующий раз привезешь! Лично мне!

– Привезу, – согласился Роди, схватил маниса за узду и потащил за ворота.

Он не стал отгонять повозку далеко. Остановил, чуть проехав, и смотрел, как привратник крутит рукоять механизма, задвигающего металлические брусья-засовы под скобы. Раньше он внимания не обращал, как закрываются ворота, зато сейчас наблюдал очень внимательно.

Пыльное облако надвигалось на шахту, а с ним и мутанты. В этот раз нападавшие расстарались и вздыбили песок не хуже бури.

Роди ждал. На стенах бегали охранники. Щелкали кнуты надсмотрщиков, сгоняющих рабов в бараки. Роди тоже вооружился: приготовил самострел и нож.

– Какого лысого ты там встал? – раздался знакомый голос. Это Дамир кричал с настила. – Не первый раз уже! Знаешь, где твое место! Давай на стену!

– Да, сейчас! – откликнулся Роди и сделал вид, что возится с упряжью.

– Бегом, я сказал! – проревел Дамир.

Роди, изображая растерянность и суетливость, пробежал несколько шагов к лестнице, ведущей на настил, но как только отвернулся старший охранник, бросился назад к повозке. Затаился за ней и стал ждать – он должен был подать сигнал мутантам в цистерне, когда пыль накроет стену.

Нападавшие выпустили стрелы. Большинство попали в частокол и настил, несколько воткнулись в крыши построек. Ранило лишь одного охранника. Защитники шахты ответили дружным залпом из самострелов и спрятались для перезарядки.

Мутанты пальнули из гарпунеров. Взрывные заряды разнесли несколько кольев, проделав бреши для атакующих. Осколками и щепками поранило еще несколько человек.

Наконец облако пыли поднялось над стеной и стало медленно сползать за нее.

Роди с замиранием сердца ждал нужного момента. Мутанты не спешили забрасывать «кошки». Они сделали еще несколько залпов из луков, а потом из самострелов.

Охранники стреляли в ответ. Уже вразнобой – по мере перезарядки.

Роди не хватало терпения. Ему хотелось начать поиски Айзы, а пыль все еще витала где-то вверху. Выглянув из-за повозки, он увидел Дамира, который озирался, словно искал кого-то и не находил. «Меня, – понял Роди. – Он ищет меня».

Дамир подошел к краю настила и посмотрел вниз. Но в это мгновение прилетевшая из-за стены стрела задела его по уху. Старший охранник дернулся, схватился за рану и отшатнулся.

Роди сполз ниже, чтобы его не заметили даже случайно.

Наконец пыльное облако накрыло всю стену, настил и ворота. Пришла пора действовать. Рукояткой ножа он постучал по борту цистерны. Из люка показался первый мутант, спрыгнул на землю. Воин, просидевший столько времени в невыносимо душной железной емкости и надышавшийся влажными испарениями, выглядел изможденным. Но не зря Таман отбирал для этой задачи самых выносливых – кочевой был готов действовать.

– Тот рычаг! – Роди указал на механизм, запирающий ворота. – Крутить!

Он пальцами изобразил, как расходятся в стороны металлические брусья, убедился, что мутант его понял, и снова постучал по цистерне, подавая условный сигнал остальным воинам. Сам же покинул укрытие и побежал к стене, спрятался под настилом. Над головой перемещались охранники, звучали стрельба и ругань.

Роди покрепче сжал в руке самострел и только собрался рвануть к дому начальника, как кто-то сверху закричал:

– Враг на территории!

Сразу грохнули несколько выстрелов. Пули продырявили цистерну, из самой нижней пробоины потекла вода. Один из мутантов попытался добежать до механизма, открывающего ворота, но упал, простреленный сразу тремя пулями.

– Непрерывный огонь! – услышал Роди команду Дамира. – Не давайте им высунуться из-за повозки! И не подпускайте к воротам! Поганый Берсеныш предал нас! Шкуру спущу!

Мутанты пытались отстреливаться, но находились в невыгодном положении.

– «Кошки»! – закричал кто-то из охранников.

Значит, Таман начал штурм.

– Шестопал! – заорал Дамир старшему надсмотрщику. – Шестопал! Зажмите ублюдков за цистерной! Не пускай к воротам! – Потом приказал уже людям на стене: – Руби канаты!

Роди видел, что к цистерне бегут надсмотрщики, вооруженные саблями и несколькими тяжелыми арбалетами. Если они прикончат мутантов – всему конец.

Нужно было что-то делать, как-то отпереть ворота. Но механизм находился на открытом месте, и любой, кто к нему приблизится, будет застрелен в то же мгновение, как протянет руку к маховику.

Роди сообразил, как поступить. Держась под настилом, он перебежал ближе к воротам, замахал руками, привлекая внимание мутантов, и когда один из них наконец заметил его, закричал:

– Манис! Заставьте его двигаться назад! Манис! Назад!

Но своими криками он привлек не только мутантов, но и охранников с надсмотрщиками. Кто-то пальнул по нему из самострела прямо через доски – Роди почему-то подумалось, что это сделал Дамир.

Оставаться на месте он больше не мог. Побежал назад, но в стену перед ним впился арбалетный болт. Роди отшатнулся и, не целясь, выстрелил в надсмотрщиков. Пригнулся, перезарядил оружие. Стал пробираться дальше, прячась за опорами настила. Стрела пробила одну из них, едва не попав Роди в голову. Он пригнулся еще ниже, чуть ли не к самому песку. Оглянулся. Мутанты действовали, как он сказал: заставляли ящера пятиться и, прячась за цистерной, почти достигли ворот.

– Застрелите маниса! – раздался приказ Дамира.

Сразу десяток пуль и одна стрела попали в несчастного ящера. Он даже не успел зареветь от боли – вмиг рухнул замертво.

Скрытые пылью, к Роди бежали два надсмотрщика, остальные занимались мутантами.

В этот раз он стрелял прицельно. Один нападавший вскрикнул и упал. Второй успел добежать, прежде чем Роди удалось перезарядить самострел. Сабля со свистом рассекла воздух. Роди отскочил, и лезвие вонзилось в опору, застряв в плотной древесине. Надсмотрщик дернул, но не смог вытащить клинок. Роди воспользовался моментом и перешел в атаку. Нож с лезвием из плавника катрана попал противнику в левую руку. Надсмотрщик закричал, выпучив глаза, еще раз дернул саблю, и в этот раз у него получилось высвободить ее. Он замахнулся, но ударить не успел – Роди подскочил к нему и вонзил нож в бедро. Охнув, надсмотрщик выронил саблю и повалился на бок, схватившись за раненую ногу.

Роди оглянулся. Двое мутантов были у запирающего механизма. Один держал перед собой труп сородича, подставляя его под пули и стрелы, хотя и у самого одна стрела торчала в бедре, другая пригвоздила ступню, а на обоих плечах кровоточили стреляные раны. Второй мутант крутил маховик. Металлические брусья расползались в стороны. Кто-то из охранников догадался выстрелить по мутантам из гарпунера. Взрывом одному оторвало ногу, второй потерял руку, но дело свое они сделали – отперли ворота. Осталось только открыть створки. А это уже можно было сделать и снаружи.

Из-за цистерны через ворота перелетел огненный шар – сигнал Таману, что запоры сняты.

Что происходило дальше, Роди не видел, он устремился к дому начальника шахты. С размаху толкнул дверь и чуть не выбил плечо – она оказалась заперта. Направил самострел на замок, отвернулся и выстрелил.

Дверь отскочила назад. Роди бегом преодолел сени, вломился в жилые помещения. Прошел в столовую, где совсем недавно торговался с Морфом за возлюбленную.

Пусто.

– Айза! – закричал он. – Айза, ты где?!

Возможно, придется обыскивать все комнаты. Кажется, у дома есть подвал… Почувствовав сбоку движение, Роди резко обернулся и увидел слугу Морфа. Того самого, что приносил начальнику шахты брагу, когда Роди пытался выкупить Айзу. Сейчас старик держал в руках двуствольный самострел и целился в незваного гостя.

– Я не причиню тебе вреда, – спокойно проговорил Роди. – Мне нужна девушка, рабыня. Где она?

Слуга угрюмо смотрел на него и молчал. Если выстрелит с такого расстояния, вряд ли промахнется, и дыра в животе размером с кулак обеспечена. Роди понимал: нужно что-то делать – угрожать, просить, умолять… все равно, только бы старик сказал, где Айза. Но все слова как назло будто вылетели из головы.

Старик стоял, не меняя позы и вытаращив глаза. Его нижняя челюсть вдруг задвигалась, словно он пережевывал слова, прежде чем их произнести.

– По-ошли за-а мно-ой, – сказал наконец раб, развернулся и зашагал в глубь дома.

Роди, не сумев сдержать вздох облегчения, направился за ним.

Старик привел его в другой конец дома, открыл дверь, ведущую в подвал, и кивком указал, что надо спускаться. Роди в нерешительности остановился. Это могло оказаться ловушкой.

– Ту-уда, – все так же угрюмо проговорил старик и махнул самострелом. – И-иди. Я-а ста-арый.

Роди не знал, как поступить, он даже не был уверен, что Айза там, внизу. И разволновался сильнее, чем когда подъезжал к шахте с мутантами в цистерне за спиной. Он испытующе смотрел на слугу, пытаясь уловить хотя бы намек на обман или лукавство. Но за морщинами не получалось разглядеть эмоции.

– А-а-а, некроз тебе в печенку! – вырвалось у него. Набравшись решимости, Роди перешагнул порог и стал спускаться по лестнице, каждое мгновение ожидая услышать стук закрывшейся двери наверху и лязганье засова.

Но ничего не произошло. Роди добрался до конца лестницы и очутился в подвале. Несколько чадящих светильников, закрепленных под потолком, разгоняли темноту. Вдоль стен был свален всякий хлам. Пахло затхлостью и брагой – бутыли с последней обнаружились немного дальше. А пройдя еще несколько шагов, он увидел решетку и смутное движение за ней.

– Айза!

– Роди! – радостно воскликнула девушка, прижалась к прутьям и вытянула руку, чтобы коснуться его щеки.

Обиталище Айзы походило на камеру: три стены без окон или продухов, низкий деревянный топчан, отхожее место в углу и рядом бадья с песком.

Девушка выглядела изможденной – под глазами круги, волосы спутаны, плечи и руки в синяках и царапинах, на щеке ссадина, – но глаза ее блестели радостью, надеждой и любовью.

Роди попробовал открыть дверь. Несколько раз сильно дернул, но ржавый замок лишь скрипнул, но не сдался.

– Отойди.

Он выстрелил по замку. В тесном помещении подвала звук был оглушающим. Айза невольно вскрикнула и зажала уши руками.

Роди первое время ничего не слышал, кроме гулкого шума. Помотал головой, пытаясь избавиться от него, несколько раз сглотнул – помогло слабо. Он потянул решетчатую дверь на себя. Поврежденный запор поддался не сразу. Поскрипел, покряхтел, но в итоге звонко лопнул.

Быстро, словно опасаясь, что замок чудесным образом восстановится, Роди схватил девушку за руку и повел за собой.

У выхода из подвала старика не было. Снаружи доносились звуки битвы: крики, взрывы, выстрелы. Где-то в доме зазвенели разбитые стекла. Роди едва это слышал. Ему словно чензира в уши натолкали. Он периодически тряс головой, стараясь прогнать глухоту, и, когда добрались до сеней, слух частично вернулся.

Только они с Айзой направились к выходу, в дверном проеме выросла массивная фигура, путь преградил Дамир. Старший охранник был весь в крови. Доспехи из панциря песчаного краба расколоты, рубашка изодрана, в руке поблескивает багровым изогнутая сабля.

– Так и знал, что найду тебя здесь, сучий выродок! – злорадно произнес он, утирая кровь с нижней губы.

Роди вскинул руку с самострелом, направив ствол охраннику в лицо. Дамир сделал ложный выпад в сторону. Палец Роди рефлекторно нажал на спусковой крючок. Пуля попала в стену, а заместитель начальника шахты, довольно осклабившись, выпрямился и стал надвигаться. С сабли на пол капала темная кровь.

– Мутантов на шахту привез, подлая тварь. Решил таким способом сучку свою вернуть. Ну, вот сейчас вместе тут и подохнете.

Роди, понимая, что с одним ножом ему не защититься от разъяренного охранника, решил вернуться в жилые помещения, в ту же столовую, где много мебели, которая может послужить преградой – тогда будет время перезарядить самострел.

Но едва повернувшись, они с Айзой наткнулись на спаренные стволы, которые держали морщинистые руки слуги. Девушка вскрикнула. Роди понял, что, избежав одной ловушки, угодил в другую.

Сзади Дамир со звериным рыком замахнулся саблей. Роди обернулся, выставив перед собой самострел в слабой надежде защититься им от рубящего удара.

Над ухом грохнули одновременно два выстрела, заставив испуганно вжать голову в плечи. Старший охранник, не успев завершить удар, охнул и сложился пополам. Сабля вывалилась у него из рук и звякнула об пол. Колени Дамира подогнулись, он упал.

Роди в изумлении посмотрел на старика, спасшего его и Айзу.

– Не-е ве-ерь му-утантам, – сказал седой слуга. – Бе-еги. – Он развернулся и пошел в дом.

На слова благодарности времени не было, поэтому Роди кивнул ему вслед и последовал совету – побежал, увлекая за собой Айзу.

* * *

Мутанты почти захватили шахту. На стене кое-где еще продолжались неравные схватки, но охранников осталось ничтожно мало. Всюду валялись тела погибших.

Едва Роди с Айзой покинули дом начальника, туда ворвались несколько мутантов. Потом из дома донеслись два выстрела, а еще через какое-то время в окно, выбив раму и стекла, вылетело окровавленное тело старика-слуги.

Увидев его, Роди вдруг осознал, что такой исход был изначально неизбежен. Мутанты не щадили никого, кто вставал на их пути. И старик знал, что погибнет – из-за него, из-за Берсеныша, – но все равно помог.

Роди быстро отвел девушку под настил и вместе с ней спрятался за цистерной с водой. Приготовил на всякий случай оружие и стал ждать, когда захват шахты завершится. Айза вцепилась в его руку, с ужасом глядя на бойню вокруг.

Охранники отчаянно сражались за свои жизни, но гибли, изрубленные топорами и пронзенные ножами. Из самострелов почти не палили – в ближнем бою перезаряжать некогда. Двое надсмотрщиков еще держались, зажатые в угол у распахнутых ворот. Один, присев на колено, стрелял из арбалета, а второй не подпускал к соратнику мутантов, отбивая их атаки саблей. Вокруг храбрецов уже лежало с полдесятка трупов.

Тут Роди увидел Тамана. Вождь клана приближался к месту схватки широким шагом. На ходу он выдернул торчащее из тела мертвого сородича копье, растолкал мутантов, размахнулся и со всей силы метнул копье в надсмотрщиков. Оно пробило первого насквозь, отбросив несчастного назад, и воткнулось в грудь второму.

Вождь воздел покрытые темной шерстью руки и победно заревел. Мутанты подхватили клич своего предводителя, дикий животный вопль разнесся над шахтой.

Роди почувствовал, как пальчики Айзы еще сильнее сжали его руку. Ему и самому было страшно. Но страх уже начал превращаться в отчаяние, придававшее сил.

Таман отправил воинов дальше, к штольням и рабским баракам. Мутанты, опьяненные кровью и победой, с гиканьем побежали исполнять приказ вождя. Сам же он замедлил шаг, почти остановился и осмотрелся, выискивая что-то взглядом.

Таман искал Роди.

Стало не по себе. Отпрянув, парень постарался еще дальше спрятаться за цистерну. Благо пыль еще не осела и разглядеть их с Айзой было трудно.

Роди сам не знал, почему так сделал, но чем-то не понравился ему взгляд вождя мутантов. Появилась уверенность, что Таман не выполнит своего обещания, не отпустит. В голове зазвучали слова старика: «Не верь мутантам. Беги».

Да. Так и надо поступить.

Дождавшись, пока Таман уйдет вслед за своими воинами, Роди повернулся к Айзе:

– Сиди здесь. Не выходи, что бы ни случилось, пока я не позову.

Девушка смотрела на него испуганными глазами:

– Ты куда?

– Вот держи. – Вместо ответа он отдал возлюбленной самострел. – Если кто тебя найдет – целься и жми на спуск. Сумеешь?

Айза быстро кивнула. Роди ободряюще улыбнулся и вышел из укрытия. Стараясь держаться ближе к постройкам и не попадаться на глаза мутантам, он направился к стойлам с манисами.

Пару раз пришлось прятаться, чтобы его не заметили. Иногда он оглядывался, чтобы убедиться в безопасности Айзы. Пыль надежно скрывала ее, и только точно зная, где прячется девушка, он смог ее обнаружить. Немного успокоившись на этот счет, Роди сосредоточился на своей задаче.

К стойлам он пробрался незамеченным. Встревоженные происходящим вокруг, ящеры фырчали и беспокойно метались.

Оказавшись внутри, Роди быстро осмотрелся, выбирая маниса – такого, чтобы мог с легкостью везти двоих. Подходящий ящер нашелся в третьем стойле. Судя по цвету шкуры, молодой, при этом рослый и крепкий.

Роди уже начал отвязывать маниса, но в испуге отпрянул и схватился за нож – в стойле прятался один из охранников. Выставив перед собой самострел, бородатый мужик смотрел безумным взглядом. На лбу у него темнел кровоподтек, доспехи были в сколах, одежда окровавлена. Стрелять он, к счастью, не решался, опасаясь привлечь внимание мутантов.

Роди, сжимая в одной руке нож, выставил вторую раскрытой ладонью к охраннику и стал пятиться, энергично мотая головой. Таким образом он без слов хотел сказать сразу несколько вещей: что не собирается никого выдавать, что не нужно стрелять и что лучше не шуметь.