Текст книги "Дары некроза"

Не ясно было, понял ли его охранник, но выстрел не прозвучал. Когда между ними оказалась наконец перегородка, Роди вздохнул. Не теряя времени, выбрал другого ящера, взял под уздцы и повел к выходу из стойла.

С манисом в поводу тайком вернуться к Айзе уже не получилось бы, поэтому Роди решил действовать напролом – побежал как мог быстро.

Возле дома начальника Морфа путь преградили двое мутантов. Обвешанные какими-то побрякушками, найденными в доме, они выглядели еще бо́льшими дикарями, чем были на самом деле. За поясом одного Роди заметил двуствольный самострел старика-слуги.

Терять было нечего. Он помчался на них, не сбавляя скорости.

– Приказ Тамана! – завопил на бегу и замахал рукой, прогоняя мутантов с дороги. – Прочь! Приказ Тамана! Прочь!

В этом отношении кочевые ничем не отличались от людей – приказы предводителей привыкли исполнять, тем более вождь, кажется, доверял этому человеку и даже отдал ему свое оружие. Мутанты расступились, пропуская Роди с ящером.

Он промчался мимо них, попутно указав на рабские бараки:

– Все туда! Туда! – И, не оглядываясь, продолжил бежать к девушке.

Остановив маниса рядом с цистерной, он закричал:

– Айза! Это я! Пошли! Скорее! Айза!

Она появилась из укрытия. Растерянная, растрепанная, с самострелом в руке.

– Быстрее, садись!

Он помог ей взобраться на ящера и повел его к воротам. Им почти удалось выбраться, когда сзади раздались вопли. Роди обернулся и увидел, что к ним, размахивая топорами, бегут мутанты. Он залез на маниса позади Айзы и погнал его вперед.

Мутанты на стене, увидев и услышав сородичей, бросились на перехват. Ближайший прыгнул на беглецов с края настила. Роди выстрелил навскидку. Пуля попала мутанту в плечо, заставив выронить топор и не позволив толком вцепиться в маниса. Ударом ноги Роди скинул атакующего на песок.

Ящер промчался через ворота, но погоня не прекратилась. Обернувшись, Роди разглядел за оседавшей пылью верховых мутантов. Пока у них с Айзой имелось преимущество и в расстоянии и в скорости – хорошо отдохнувший манис легко нес двух седоков. Это позже двойная нагрузка даст о себе знать, а сейчас все складывалось неплохо: остатки пыли не позволяли стрелка́м на стене прицелиться, и фора давала возможность уходить от погони до темноты, а там уж Роди сумеет добраться до корабля и спрятаться.

Отдалившись от шахты, он оглянулся, с удивлением и радостью обнаружил, что преследовавшие их мутанты повернули назад, и засмеялся, с трудом веря своей удаче.

– Роди! – вдруг воскликнула Айза.

Он посмотрел на девушку, а потом в направлении, куда указывала ее рука. По дороге, ведущей в Инкерман, к шахте двигался большой отряд всадников. Сотня или больше. Среди ящеров ехали четыре боевых сендера. В лучах заходящего солнца поблескивало оружие и металлические доспехи.

Гетманы.

Ликование сменилось мгновенным страхом.

В отряде тоже заметили беглецов, как и вернувшихся на шахту мутантов. Войско разделилось на две части: в погоню за Роди и Айзой пустились два сендера и три десятка всадников, прочие гетманы устремились к шахте.

Роди видел, как мутанты в спешке закрывают ворота. По воле судьбы, теперь им предстояло защищать только что завоеванную территорию.

Но и Роди с Айзой оказались в сложном положении. Сбежать от преследователей на боевых сендерах практически невозможно. Машины не устают, им не страшны мутафаги, у них есть фонари, чтобы спокойно ездить ночью, а еще пулеметы. То, что по беглецам не открыли огонь сразу, значило лишь одно – их хотят захватить живыми.

Отчаяние волной захлестнуло Роди. Ему оставалось только подстегивать маниса и гнать во весь опор.

У шахты загрохотали берданки – излюбленное оружие гетманов. Роди отчего-то подумал, что мутантам крепко достанется. При этом он не испытал никаких эмоций: ни сожаления, ни злорадства. Последние события наполнили его безразличием. Огромный мир стал необычайно маленьким, в нем перестали существовать все, кроме Айзы, Шави и самого Роди. Только его собственная жизнь и судьбы двоих дорогих ему людей имели значение.

Погоня затянулась. Илистая шахта давно скрылась из вида.

– Айза, у меня теперь есть корабль. – Ему вдруг захотелось рассказать об этом возлюбленной.

– Корабль? – переспросила девушка.

– Ага. Очень большой и красивый. Он тебе понравится.

Хотя говорить, сидя на мчащемся манисе было не просто, Роди поведал Айзе обо всем, что с ним произошло за последнее время. Начиная со злополучного нападения на шахту и заканчивая недавними событиями. И бегство вдруг превратилось в приятную верховую прогулку, с тем отличием, что ящер во весь опор несся по пустыне, а за ним следовали три десятка преследователей.

Айза внимательно слушала, переспрашивала, когда не понимала, о чем речь, – в особенности, если дело касалось корабля. А вот про необыкновенную жидкость, оказывается, девушка слышала и даже видела контейнер в тот вечер, когда Роди приезжал ее выкупать, и позже. После его избиения Морф велел отвести Айзу к себе, но так и не появился. Только на следующий день девушку притащили в столовую, и начальник шахты показал ей коробку со странными продолговатыми штуками внутри и тарелку с красноватой густой жидкостью, источающей восхитительный запах. Морф спросил, знает ли она, что это такое. А когда Айза ответила, что нет, не знает, Морф избил ее и стал спрашивать снова. Особенно его интересовало, откуда Роди взял эту коробку и есть ли еще такие на ферме. Но девушка ничего не могла про это сказать. Тогда начальник шахты приказал запереть ее в подвале и никого туда не пускать.

Теперь Роди понял, почему Морф послал за ним вдогонку троих охранников: до начальника шахты дошло, с какой драгоценностью он к нему приходил. И видимо, Морф пожелал заполучить как можно больше подобного товара, а девушку сберечь на случай, если придется торговаться.

Роди не мог скрыть радости. К сожалению, она была кратковременной, ведь погоня продолжалась. Медленно, но верно гетманы сокращали расстояние. На вершине очередного бархана Роди оглянулся. Ему удалось различить красные шаровары преследователей, развивающиеся полы халатов и чубы на бритых головах. Блестели пряжки перевязей, темнели стволы берданок, сверкали набалдашники на ножнах сабель. Черный дым, поднимающийся из-за песчаного гребня неподалеку, свидетельствовал, что сендеры опережают верховых.

После того как Роди замолчал, Айза тоже почти не говорила, крепко держалась за упряжь, чтобы не свалиться с маниса, и лишь иногда поворачивалась, чтобы с нежностью посмотреть на своего спасителя. Он же ловил ее взгляды и наслаждался этим.

Солнце почти коснулось горизонта, но темнота придет не скоро. Вероятно, гетманы успеют догнать беглецов.

Как ему поступить, Роди знал задолго до того, как мысль обрела четкость, поэтому гнал маниса не на пределе возможностей. Он чувствовал, что нельзя заставлять ящера бежать быстрее, даже слегка осаживал его, стараясь держать размеренный темп. Силы манису еще понадобятся, когда придет время.

По прикидкам Роди, где-то слева должна была находиться ферма. Он направлял маниса прямиком к пятну отступившего некроза. К кораблю. Роди очень надеялся, что Шави сумел починить ветряки и разобрался, как заставить машину двигаться. Тут появилась неприятная мысль: вдруг у изобретателя все это получилось, но он не дождался друга? Решил, что Роди погиб, и уехал на поиски земель, нетронутых Погибелью, один…

Нет! Такого не может быть! Иначе всё, что Роди делал и собирался сделать, – напрасно.

«Шави все починил и ждет, – твердо сказал он себе. – И увезет Айзу к траве и деревьям, к воде, что течет ручьями, и к земле, не знающей некроза».

Надрывное завывание двигателей сендеров становилось все ближе. Пришло время рассказать о своем плане Айзе.

– Милая, ты запомнила, что я говорил тебе о корабле?

– Да, а что?

– Помнишь, что он в пятне отступившего некроза, за барханом? И как попасть внутрь и запереть двери?

– Помню. Ты зачем спрашиваешь? – В ее голосе появилась тревога. Девушка обернулась и внимательно посмотрела на Роди.

Он улыбнулся ей:

– Запомни, что нужно сказать Шави…

– Нет! – Айза сообразила, что затеял Роди. – Ты не бросишь меня!

– Я и не бросаю! – Он сделал вид, что сердится. – Слушай меня! Скажешь Шави, что я прошу, хорошо?

– Нет, не хорошо! – Голос ее сорвался, из глаз потекли слезы.

– У маниса еще есть силы, чтобы довезти тебя до корабля, – продолжал Роди. – Если останемся вдвоем, нас точно догонят и некому будет передать всё Шави. Мне же они ничего не сделают. Я нужен им живым, иначе давно бы расстреляли из пулемета. Когда ты будешь в безопасности, я сумею о себе позаботиться. Сбегу и найду вас. Поняла?

Девушка молчала, глотая слезы.

– Айза, ты поняла? Для меня очень важно, чтобы ты это сделала.

Она кивнула, не оборачиваясь, глядя на песок перед собой.

– Расскажешь Шави, что произошло и что я велел найти землю, нетронутую Погибелью. Пусть оставит несколько коробок с жидкостью – три с золотистой и столько же с красной, больше не надо – и уедет подальше, чтобы никто не увидел корабль. Я чувствую – ветер меняется, скоро поднимется буря. Она заметет все следы. До этого момента лучше не останавливаться.

Потом они ехали молча, думая каждый о своем. Роди был почти уверен, что преследователям нужен только он и гетманы не станут тратить силы, гоняясь за какой-то рабыней. Конечно, могут застрелить, поэтому надо покинуть Айзу уже сейчас, чтобы она уехала как можно дальше и была недосягаема для пуль.

Он наклонился и пересохшими губами поцеловал девушку в шею. Горячая кожа возлюбленной словно напитывала его теплом и уверенностью, что он поступает правильно.

– Роди… – дрожащим голосом произнесла Айза.

– Маниса не жалей, гони, – сказал он, поднимая голову. – До корабля должен дотянуть, а потом уже не понадобится. С пути не отклоняйся. – И передал девушке самострел, оставив себе нож.

Когда ящер спустился с бархана, Роди потянул поводья, замедляя его бег, и спрыгнул на песок.

– Роди… – снова проронила Айза, глядя на него сквозь слезы.

– Гони! – крикнул он и хлопнул ящера ладонью. – Быстрее! Я найду тебя! Только передай всё Шави!

Она подчинилась и стегнула маниса. Роди провожал ее взглядом. Как только девушка скрылась за ближайшим барханом, ветровой надрезал и оторвал от рукава рубахи несколько полос, присел и примотал ими нож к ноге, спрятав под штаниной. Потом оборвал рукав совсем, стараясь, чтобы это выглядело естественно и не вызвало подозрений. Закончив с приготовлениями, Роди поднялся на гребень, чтобы встретить преследователей лицом к лицу. Оттуда он стал смотреть на сендеры, неутомимо рассекающие колесами песок, и на всадников, едущих следом. Уже можно было разглядеть лица некоторых из них – угрюмые, покрытые пылью, сосредоточенные.

Ему столько пришлось преодолеть, и похоже, все сводилось вот к этому самому моменту. Роди стоял и думал, что больше никогда не увидит возлюбленную. Он, конечно, еще поборется за свою жизнь – коробки, которые должен оставить ему Шави, помогут в этом. Роди обманул Айзу, но врать себе не имело смысла: в плену у гетманов его, скорее всего, ждут пытки и смерть. Но если такова цена свободы и жизни Айзы – он готов ее заплатить.

Невероятно громкий рев раздался где-то за спиной. Роди резко оглянулся. Почти от самого горизонта, со стороны, где должен был находиться корабль, на столбе бело-багряного дыма в небо поднимался огненный шар, толкая перед собой что-то серое, вытянутой формы.

Рев, быстро становясь все громче, вдруг ударил по ушам оглушающим грохотом. Пламенный шар рвался в небо по дуге и затмевал по яркости солнце. Казалось, что он направляется в сторону Роди. Несколько ночей назад мутанты назвали похожий шар «Драко», и произносили они это слово с благоговейным трепетом.

Роди понимал их. Он и сам сейчас со страхом наблюдал за дымной змеей, прыгнувшей из пустыни в небо. Хотелось опуститься перед этим чудовищем на колени и склонить голову, но в то же время невозможно было оторвать от него взгляд. А когда стало понятно, что шар и в самом деле летит к нему, внутри все затрепетало от дикого, первобытного ужаса.

Роди в один миг забыл о погоне, гетманах, сендерах. Вообще обо всем. Широко раскрытыми глазами он неотрывно смотрел на приближающийся с бешеной скоростью шар и серый предмет перед ним.

Терзало желание сорваться с места и побежать. Не важно куда – главное, подальше отсюда. Бежать, бежать, бежать! Но ноги отказывались слушаться. Он стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться, а дымная змея с огненной пастью была уже над ним. Стало видно, что вместо головы у нее огромное жало.

Пролетев над Роди туда, где находились гетманы, змея вонзилась в песок. И сразу в небо взметнулись столбы пламени, песка и дыма, поглотив преследователей вместе с доспехами, оружием, манисами и сендерами. Тех, кого не накрыло огнем, разметало в стороны, как пушинки. Раздался страшный грохот – казалось, сама Донная пустыня взревела от боли. От места взрыва кольцом стала расходиться волна. Стремительно разрастаясь, она поднимала песок и гнала его плотной, клубящейся, непроницаемой для взгляда стеной, какую под силу создать только самой мощной буре. Потоком горячего воздуха Роди сбросило с гребня. Он упал, едва не потеряв сознание, и покатился по песку, всем телом ощущая дрожь пустыни.

Волна песка накрыла его. Чтобы не задохнуться, он натянул на лицо рубаху и лежал, боясь двинуться с места.

Волна пронеслась над ним в одно мгновение, а потом все стихло. Песок начал оседать. Кашляя, Роди нашел в себе силы и смелость подняться. Оступаясь и падая, он влез на бархан. Ветер разгонял пыль, являя взгляду безумное зрелище.

Там, где жало воткнулось в песок, зияла огромная яма. Из нее поднимался дым, а вокруг были разбросаны кровавые ошметки – остатки тел манисов и всадников. Один из двух сендеров горел, перевернутый на бок. Второго нигде не было видно. Несколько черно-красных фигур, похожих на человеческие, пытались ползти прочь от ямы.

Роди стоял и смотрел на все это, не понимая, что произошло, и чувствуя оглушающую пустоту в голове, пока не услышал истошный крик.

– Роди!!!

Он медленно оглянулся, словно не доверяя собственным ушам.

Айза, то и дело спотыкаясь, падая и снова вставая, бежала к нему. Она плакала. На покрытых пылью щеках слезы оставили темные дорожки.

– Роди! – Голос сорвался до хрипоты.

У него в голове будто что-то щелкнуло, возвращая к жизни. Он побежал навстречу девушке и подхватил ее, когда она в очередной раз падала. Айза вцепилась в него, прижалась и, рыдая, подвывая и всхлипывая, попыталась что-то сказать.

«Живой…» – единственное, что смог разобрать Роди.

– Живой, живой! – Он тоже наконец обрел дар речи. – Где… где манис?

Айза покачала головой, продолжая реветь. Роди начал постепенно приходить в себя от пережитого.

– Айза, где манис? – повторил он.

– Там, – она неопределенно махнула рукой назад, – убежал.

– Вставай, вставай. Нам нужно догнать его.

Судьба снова самым невероятным образом подарила им шанс. И упустить его Роди не мог.

Ящера удалось найти по следам. Оставшийся без всадника, испуганный манис умчался далеко, и Роди с Айзой пришлось немало пройти, чтобы его обнаружить.

Роди переживал, что они сбились с пути и в темноте проедут мимо корабля, но когда на пустыню опустилась ночь, он точно знал направление, потому что, как только сделалось темно, увидел в стороне исходивший от песка белый свет.

Через несколько тысяч шагов манис, подчиняясь приказу седока, остановился на гребне высокого бархана. Вокруг было светло, почти как днем. Внизу, сияя всеми фонарями, замерла огромная машина. Роди с восхищением смотрел на нее блестящими глазами.

– Это мой… наш корабль, – с гордостью, скрывшей усталость, произнес он.

Глава 5

Роди по-хозяйски взобрался на палубу и помог Айзе. Девушка озиралась с нескрываемым изумлением и опаской.

– Шави! – крикнул Роди.

Изобретатель не отозвался.

– Он, должно быть, внутри. Айза, пошли. Нужно погасить огни. – Он перешагнул порог и стал спускаться по лестнице.

Девушка в нерешительности остановилась у входа.

– Не бойся. – Роди ободряюще улыбнулся. – Теперь это наш дом. Днем я тебе все покажу, здесь полно чудесных вещей, их не нужно бояться. Пошли. – Он протянул ей руку.

Айза схватилась за нее тонкими пальчиками и, затаив дыхание, ступила на металлические планки. Роди шел быстро, хорошо известным маршрутом. Миновали коридор с ящиками, вошли в следующее помещение.

– Это столовая, – не удержался он от коротких комментариев на ходу, – там, дальше по коридору, спальные помещения – казарма. Мы сейчас войдем в комнату, откуда можно управлять всем кораблем. А это… Шави… пьяный, как последняя скотина.

– А-а… Ро-о-оди! Заходи! Твое кресло ждет тебя!

Изобретатель сидел на полу около возвышения. В руках бутыль с брагой, вокруг разбросаны контейнеры с красной и золотистой жидкостями. Пустые и полные. Шави глотнул из бутыли и выдавил часть содержимого контейнера себе в рот. Проглотил, поморщился и сказал:

– Нужно обязательно придумать ей название. У такой изумительной штуки должно быть название.

– Первое, что нам нужно, – сурово сказал Роди, – это погасить свет, пока нас не обнаружили.

– Да легко! – Опираясь на возвышение, изобретатель поднялся, присел на краешек кресла – Роди подумал, что товарищ сейчас свалится, но тот усидел, икнул и нажал кнопку в подлокотнике. На появившемся прямоугольнике быстро задал несколько команд, и свет сразу погас. Причем везде, даже в комнате управления.

Айза испуганно прижалась к Роди.

– Ой, – пробормотал изобретатель и хихикнул. – Чуток ошибся. – Он снова ткнул пальцем в прямоугольник, и в помещении загорелся свет. Шави сполз с кресла и немедленно приложился к бутыли.

Роди подошел к другу:

– Хорошо, что ты зажег огни. Если бы не они, мы бы заблудились.

– Ага, знаю. – Шави вздохнул и расплылся в блаженной улыбке. – Для того и включал, чтобы ты смог вернуться. Вы же, как маниса нашли, так сразу в сторону забирать начали. Я и подумал, что до темноты много проехать все равно не успеете, а потом я свет зажгу и ты сообразишь, куда свернуть. И я был прав, раздери меня мутафаги!

В подтверждение своих слов он сделал размашистый жест, отчего брага выплеснулась на пол.

– Откуда ты мог знать, что мы не туда едем? – удивился Роди.

– Откуда, откуда… Видел! Я все видел. Думаешь, как иначе я смог бы гетманов прихлопнуть? Р-раз – и готово! – Шави стукнул контейнером с жидкостью по бутылке. Красные брызги полетели во все стороны.

Роди заметил, как вдруг изменился товарищ – помрачнел, взгляд стал тяжелым, направленным в никуда.

– Ты их прихлопнул? – Роди не понимал, о чем говорит изобретатель. Гетманов убила змея из дыма. «Драко». Похоже, Шави здорово перебрал.

– Я, Роди, я… Всех сразу… – Из глаз изобретателя потекли слезы. Он закусил костяшки пальцев. Бутыль, которую он держал в руке, запрокинулась, и остатки браги полились ему на рубаху и штаны, но Шави не обращал внимания.

– Давай я отведу тебя спать, – вздохнул Роди.

Он помог товарищу подняться и повел его в казарму. Там уложил на койку, судя по виду не раз уже служившую Шави.

– Знаете, – пробормотал изобретатель, свернувшись калачиком, – я очень рад вас видеть, друзья. Очень рад.

– Мы тоже рады, – ответил Роди за себя и Айзу. Посмотрел на девушку и сказал: – Ложись, а я схожу запру двери.

Когда он вернулся, Шави похрапывал, уткнувшись в подушку, а Айза ждала, сидя на койке.

Они легли рядом. Айза коснулась шрама у Роди на лбу, потом поцеловала в губы. Он ответил на поцелуй и прошептал:

– Не бойся ничего. Здесь мы в безопасности. Спи.

Хотя сам он сомневался, что сумеет уснуть после всего пережитого. Однако отключился едва ли не быстрее девушки – усталость взяла свое.

* * *

Наутро Роди проснулся раньше всех. Посмотрел на Айзу и Шави, решил не будить их. Поднялся и пошел в комнату управления. Сел в свое кресло и только тогда понял, как сильно скучал по этому месту. По своему новому дому. По кораблю.

Он погладил подлокотники, включил и выключил несколько управляющих прямоугольников, открыл броневые ставни, впустив в помещение солнечный свет. Улыбнулся и еще раз осмотрелся. Он чувствовал: что-то изменилось. Только, как ни старался, не мог определить, что именно. Услышал шаги. В комнату вошел Шави.

Выглядел изобретатель жалко: помятый, заспанный, взъерошенный, под глазами круги. В руке он сжимал бурдюк с водой. Подошел к столу и хлопнул по какому-то выступу таким небрежным жестом, словно делал это уже не один десяток раз.

На глазах удивленного Роди из стола выдвинулось и разложилось кресло, отдаленно похожее на то, в котором восседал он сам, только поменьше. Шави плюхнулся в кресло и приник к горлышку бурдюка. Утолив жажду, он удовлетворенно выдохнул, утер губы рукавом, посмотрел на Роди и спросил:

– Ты где так долго шлялся, мутафагово отродье? Говорил же, что на два дня, максимум на три!

– Морф не захотел менять Айзу на коробки с жидкостью.

– Ну и дурак. Потрясающая штука. Надо придумать ей название.

– Ты это уже говорил.

– Да? Когда? – Изобретатель вскинул брови.

– Ночью, когда мы только приехали.

– М-м… а чё еще я говорил? Ты не мог бы опустить ставни? Для моего состояния солнце слишком яркое.

Роди с удовольствием выполнил просьбу друга.

– Еще ты сказал, что прихлопнул гетманов, которые нас преследовали.

– А-а… – протянул Шави и помрачнел. – Они же почти догнали вас, а когда ты слез с маниса, я понял, что если ничего не сделаю, то тебе конец. Вот я и…

Глаза Роди в очередной раз полезли на лоб от удивления:

– Так ты и правда всё видел?! И ты… ты выпустил того дымного змея – «Драко»?!

– Что ты орешь, как гонза в течку? – сморщился изобретатель. – Да, я выпустил. Не знал, только что это оружие называется «Драко».

– Это мутанты так его называли.

– Мутанты? А каким чудны́м образом тебя занесло к мутантам?

– Как ты сделал, чтобы появилось кресло, на котором ты сидишь? – Роди просто разрывало от любопытства. Похоже, Шави много узнал про корабль, и не терпелось расспросить его об этом.

– Стой! – поднял руку изобретатель. – Сначала ты расскажи, что с тобой было, а я пока маленько приду в себя. Чтобы все тебе рассказать и показать, надо ходить, говорить и вообще шевелиться, а для меня это сейчас сущая пытка. Так что давай по порядку.

Но поговорить они не успели – из глубин корабля донесся полный ужаса крик Айзы.

Роди сорвался с места и побежал. Влетел в казарму, сжимая кулаки, готовый наброситься на любого врага с голыми руками, но вместо врага ему на шею кинулась плачущая Айза.

– Что случилось? – спросил Роди, осматривая помещение.

– Я… я проснулась, а вас нет, – проговорила сквозь рыдания девушка и ударила его кулачком в грудь.

– Роди, кто?! Где?! – прибежал наконец Шави, воинственно замахиваясь бурдюком. Но увидел плачущую девушку и догадался, в чем дело. – Погибель на ваши бестолковые головы, детеныши песчаных крабов! Ох… – Он развернулся и зашагал назад.

Роди обнял Айзу за плечи, успокаивающе погладил и повел ее вслед за Шави.

Изобретатель, вернувшись в комнату управления, уселся на прежнее место. Хлопнул по еще одному выступу на столе, и появилось второе кресло. Шави жестом показал, что это для девушки.

– Давай рассказывай и постарайся делать это не громко. – Он поднял с пола вскрытый контейнер с жидкостью, протянул его Айзе, а себе взял еще один.

Роди сделал то же самое и, наслаждаясь необыкновенным вкусом, начал свой рассказ. Потом его дополнила девушка.

– Ясно, – кивнул, выслушав их, Шави. – Морф просек, что коробка, которую ты ему принес, и огненный шар, тот, что я случайно запустил ночью, как-то связаны между собой. И сразу помчался докладывать об этом своим хозяевам. Гетманы тоже смекнули, что мальчишка-ветровой нашел в пустыне нечто ценное, и даже решили выслать войско для выяснения. Думаю, искать тебя предполагалось на ферме, но ты весьма удачно попался им, гордо восседающий на манисе и в компании соблазнительной девицы, вот они сразу за вами и погнались… О! Вроде я даже уже соображать могу! Ну чего, давай теперь я расскажу, что сумел узнать, уж коли так. – Изобретатель встал, прошелся вдоль столов, хлопая рукой по одинаковым выступам, выдвигая и убирая кресла. Потом сел в одно. – Подь сюды, отрок!

Роди послушался, Айза тоже приблизилась и опасливо встала у него за спиной.

– Это «живое окно». – Шави ткнул пальцем в плоский темный прямоугольник перед собой, и тот действительно словно ожил: на нем появились какие-то символы и значки. – Через него я наблюдал за вами. Сейчас, правда, не работает, но я разберусь.

– Как ты это делал? – спросил Роди.

Изобретатель пожал плечами:

– Не знаю еще. Это окно ожило, когда я запустил первый огненный шар. Я видел вас с высоты, будто глазами птицы. Заметил случайно. Ткнул в вас пальцем, и потом уже окно не показывало ничего другого. Я понял одну вещь – здесь все сделано так, чтобы смог разобраться даже самый тупой мутант. Это странно, если учесть, что машина очень умная.

– А как ты сумел запустить огненный шар? – Глаза Роди блестели от любопытства.

Шави сразу нахмурился, помрачнел, как ночью, но посмотрел на друзей, и морщины на лбу расправились, лицо просветлело.

– Это надо сначала с твоего кресла включить, а потом вот на этом «живом окне».

– Скажи, а ты починил ветряки? Тебе удалось заставить машину двигаться? – Роди так спешил все узнать, что даже не дослушивал ответов изобретателя.

– Чинить почти закончил. Осталось пружину на место воткнуть, но она тугая, я сам не осилил. Нужно к манису привязать веревку и растянуть. И я так и не понял, что ты сделал, чтобы сдвинуть корабль с места.

Роди не смог сдержать довольную ухмылку – у него получилось то, до чего Шави не додумался.

– Чего ушами зашевелил, как псина шелудивая? – сразу насел на него изобретатель. – Пошли, поможете мне с пружиной, а потом покажешь, что и как ты делал!

* * *

Пружина действительно оказалась очень тугой, но труднее всего было приспособить крепеж, чтобы манис мог ее растянуть. Понадобилась вся изобретательская смекалка Шави, чтобы закрепить на ящере веревку должным образом, а потом пустить ее так, чтобы пружина тянулась в горизонтальной плоскости и в нужном направлении, а не вверх или в сторону.

Шави возился у ветряка, Роди смотрел, чтобы веревка располагалась как положено, а Айза на склоне бархана держала под уздцы маниса.

– Давай! – махнул рукой изобретатель.

Девушка потянула ящера вперед. Веревка натянулась, задрожала.

– Еще! – Шави давил на пружину, направляя ее в пазы.

Веревка стала потрескивать. Роди изо всех сил прижимал ее к железной перекладине, не давая соскользнуть, но не справлялся.

– Я не удержу! – закричал он.

Изобретатель не обращал внимания на его слова, давил, покраснев от натуги.

Веревка соскользнула с перекладины, щелкнула и запела, как спущенная тетива. Одновременно с этим раздался еще один щелчок, металлический, – пружина встала на место.

– Вот так! – пропыхтел Шави, утирая пот со лба. – Айза, всё, отпуска… – Он не договорил. Вскочил как ужаленный и побежал прочь от ветряков.

Роди с изумлением смотрел на него, потом перевел взгляд на девушку и увидел, что она бежит к нему и тянет за собой маниса.

– Там! – крикнула Айза и показала в сторону кормы.

Недалеко от корабля стояли четыре длиннорукие фигуры. Трое вооружены копьями, топорами и самострелами, а четвертый – лишь длинным ножом.

Мутанты.

Роди побежал к девушке, перепрыгивая препятствия, перемахнул через ограждение и приземлился в песок рядом с ней.

– Айза! Сюда! Скорее! Оставь маниса!

Он схватил ее за руку и потащил за собой, вдоль борта машины к металлической лестнице. Мутанты не спеша направлялись к ним.

Шави тем временем влез на крышу центральной надстройки и добрался до какой-то толстой колонны. Она была высотой изобретателю по грудь. Что она делала на палубе корабля, оставалось непонятным, но Шави, очевидно, что-то знал либо подозревал о ее назначении и целенаправленно пытался повернуть ее верхнюю, несколько утолщенную по сравнению с основанием, часть.

Когда Роди и Айза подбежали к лестнице, наверху что-то щелкнуло и Шави радостно завопил. Ему ответили грубые голоса мутантов.

Роди подсадил девушку, подпрыгнул и ухватился за перекладины. Оказавшись наверху, втолкнул Айзу в открытую дверь и крикнул:

– Беги в казарму, найди мой самострел и сиди там! – После чего закрыл дверь и принялся карабкаться на крышу, к Шави.

Мутанты с видом хозяев прохаживались вдоль борта. Наверное, чтобы показать свою силу и запугать противника, один из них вытащил топор, взмахнул им и разрубил голову ящера. Тот забился на песке в судорогах, заливая все вокруг себя кровью.

Роди не отрываясь смотрел на мутантов. Ему показалось, что он узнал одного из них. Того, что был хуже всех вооружен. Вроде бы это был тот самый мутант, что забрался в корабль, когда Роди сидел там один, а потом убежал и прихватил с собой коробку золотистой жидкости.

В подтверждение догадки мутант указал на него и крикнул сородичам:

– Этот! Она у него! Там, внутри!

Роди удивился, сообразив, зачем пришли кочевые. Из оружия при нем был лишь нож, но он надеялся в первую очередь на Шави. Раз изобретатель не спрятался внутри машины, значит, у него есть чем ответить мутантам.

И Шави не подвел. Выяснилось, что в толстой колонне прячется пулемет с длинным и толстым стволом. Ничего подобного Роди никогда раньше не видел, но сомневаться в назначении хищных контуров оружия не приходилось. Все пулеметы, виденные им раньше, не шли ни в какое сравнение с этой ослепительно красивой и несомненно смертоносной установкой.

Шави уже держался за удобные рукоятки и разворачивал ствол в сторону мутантов. Ленты с зарядами как у обычного пулемета видно не было, но под стволом торчала большая квадратная коробка.

Мутанты не торопились. Завидев, что люди никуда не убегают, они приближались не спеша. На всех троих были защитные раковины, закрывающие грудь и живот, на плечах – куски крабовых панцирей, утыканные зубами мутафагов, какие носили только самые опытные воины из племен кочевого короля Кабара. Суета жалких людей их не пугала, поэтому они продолжали прогуливаться, недоверчиво разглядывая дары, преподнесенные ушедшим некрозом.

– Не наврал, – сказал самый рослый. – Король будет доволен. Может, даже простит тебя.

Слова, похоже, были обращены к мутанту, нашедшему корабль.

– Если там так много, как ты говоришь, то это хорошая добыча, – продолжал рослый. – Еще и жертвы для шамана.

– Много, много, – подтвердил изгой.

Шави навел на них ствол пулемета и крикнул:

– Уходите отсюда! Здесь добычи вам не видать!

Двое мутантов-воинов лишь презрительно показали ему острия своих копий, а третий помахал окровавленным топором.