Текст книги "Я не хочу быть драконом!"

Жар нарастал. Меня начало трясти. Казалось, в лёгких горят настоящие костры, или я сама стала пламенем. Всё тело сковало тянущей болью, которая с каждой секундой становилась сильнее…

И вдруг всё прекратилось. Тяжело дыша, я приоткрыла глаза и тут же поспешила закрыть их обратно. Двигаться не хотелось, думать – тоже. А на смену напряжению и боли пришло ощущение расслабления и умиротворения. Мысли растворились в небытии, и накрыла такая усталость, что лень было даже пошевелить пальцем.

Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент мыслительные процессы в голове снова заработали. Появилось странное осознание, что меня обнимают, гладят, а я сама прижимаюсь к кому-то живому и очень тёплому. Прямо под ухом стучало чужое сердце, и этот звук показался таким завораживающим, что я невольно заслушалась. Тук-тук, тук-тук… тук-тук.

– Феечка, – проговорил Луч, и в его голосе мне почудилось тщательно скрываемое напряжение. – Если ты пришла в себя, то одевайся и пойдём. Наш урок давно закончен.

Он отстранил меня от себя, помог подняться и подал сорочку. Но смотрел при этом в сторону. Будто ему не хотелось видеть меня без одежды. Будто… драконом я ему нравилась больше.

И всё.

Больше не было комплиментов, восхищения в глазах. Не осталось ни тепла во взгляде, ни открытой улыбки. Луч закрылся, снова став просто учителем, просто митором Ринорским. И мне бы радоваться, да только отчего-то не получалось.

Дэлир оделся ещё быстрее, чем я. У меня же почему-то дрожали руки, и завязать шнурки на ботинках удалось далеко не с первого раза. Потом мы долго поднимались в гору по той же крутой тропинке. И всё время молчали.

У калитки я снова накинула свой плащ, закутавшись в него, хотя на улице было жарко. Луч только хмыкнул, но комментировать ничего не стал. Он вообще был будто сам не свой. Хотя, казалось бы, это мне следовало пребывать в растерянности. Это ведь я перекидывалась в дракона, пыталась на него напасть, потом приняла его помощь в обратном обороте… и сидела обнажённой у него на руках.

Правда, мне почему-то не было стыдно. Думаю, я всё ещё не могла осмыслить случившееся. Осознать.

– Карина, – позвал Дэлир, когда мы дошли до женского общежития. – Я снова признаю, что был не прав. Хоть ты и кадет, но всё-таки девушка. Потому, когда научишься сама контролировать оборот, будешь на общих занятиях перекидываться за ширмой. И туда, и обратно.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я.

Но он лишь бегло взглянул в моё лицо, печально улыбнулся и ушёл.

А я смотрела вслед, не понимая, чем вызвано его плохое настроение. Ведь совсем недавно он веселился как самый обычный парень. Смеялся, шутил, радовался… Но теперь почему-то грустит. И что хуже всего, я не сомневалась, что причина его грусти именно во мне.

Глава 13

Дэлир Ринорский

Осень неумолимо отвоёвывала у лета всё большую территорию. В столице уже несколько недель шли проливные дожди, за Виртскими горами даже несколько раз выпадал снег. А здесь, в Арганисе, всё ещё было довольно тепло. Нет, вскоре и сюда придут холода, злые ветра заставят деревья сбросить пожелтевшую листву, небо над городом затянут тучи, и наступит сезон ливней. А за ним, неумолимо шагая по миру, до этих мест доберётся зима.

Я любил осень, особенно такую, как здесь: тёплую, сухую, завораживающе яркую. Ни в одном другом городе империи это время года не было настолько красочным. К тому же именно в середине октября, как называли этот месяц имари, здесь каждый год устраивали праздник – день Свободы.

Отец рассказывал, что и название, и дату выбирала мама. Точнее, через год после начала строительства города, когда все были вымотаны работой, она предложила хотя бы на один день устроить общий праздник, расслабиться и просто отвлечься от всего. А дальше это стало традицией, и жители княжества вот уже много лет каждый раз тщательно готовились к такому знаменательному событию.

Раньше мы всегда посещали эти гуляния всей семьёй. Даже дедушка Олдар с бабушкой Дианой несколько раз присутствовали. А потом… они погибли, корону принял отец, и ему стало не до развлечений. С тех пор они с мамой на праздник Свободы не выбирались ни разу. К моему огромному сожалению.

– Митор Ринорский, разрешите обратиться? – отвлёк от грустных мыслей приятный женский голос.

Я поднял голову от документов, в которые уже несколько минут смотрел, думая о своём, и увидел заглянувшую в кабинет айну Брайс – секретаря нашего дорогого ректора. В прошлом году она вышла замуж за одного из моих выпускников и теперь красовалась с заметно округлившимся животом, ожидая скорого счастливого пополнения.

– Вас вызывает митор Деним, – сообщила женщина. – Явиться надлежит как можно скорее.

Кивнул, сгрёб в стопку бумаги, сложил их в ящик своего стола и, поднявшись, направился в ректорат. Срочно так срочно.

Настроение было странным. С одной стороны – радостным от предстоящего праздника, который придёт уже послезавтра, а с другой – откровенно печальным. Я любил день Свободы, ждал его, как мальчишка. Но при этом с грустью понимал, что так, как в детстве, уже никогда не будет. И семья наша в полном составе там больше не соберётся… Увы.

Проходя по коридору второго этажа, мельком взглянул в окно, выходящее на спортивную площадку. Там Сейт как раз гонял драконов-первокурсников. Парни устало наворачивали явно не первый круг по периметру, и даже с такого расстояния было ясно, что они сильно устали. А вместе с ними бежала девушка – невысокая, стройная, гибкая и такая живая, что я невольно остановился, чтобы ещё немного на неё посмотреть. Хотя, наверное, наблюдение за Феей уже стало моей привычкой – дико приятной и интересной, от которой я, кажется, стал зависим.

Да, она научилась перекидываться, к тому же теперь на оборот у неё уходило не больше тридцати секунд. Конечно, это не предел, и мы с ней работали над тем, чтобы сократить это время, но пока без особого успеха.

Зато она больше не путалась в собственном хвосте и научилась летать. Хотя с полётами у неё всё равно было пока неважно. Летала Фея до сих пор крайне неуклюже. А её кривобокие приземления каждый раз вызывали у меня искреннюю улыбку.

С того памятного первого оборота Карины прошло полтора месяца, но я до сих пор помнил, как тяжело это далось нам обоим. И если дела Феи с тех пор заметно пошли в гору, обо мне такого сказать нельзя.

Глупо, но в память слишком глубоко въелись те минуты, когда она сидела у меня на руках. Такая тихая, напуганная, беспомощная… своя. Она обнимала меня, она нуждалась во мне, прижималась своим юным обнажённым телом, и даже не догадывалась, какие мысли витали в тот момент в моей голове.

Увы, тогда мы оба непозволительно раскрылись. Пытаясь лучше улавливать её состояние, её мысли, я открыл своё сознание, душу… и едва успел снова закрыться, чтобы не напугать молодую драконицу слишком уж жаркими запретными мыслями. К счастью, она ничего не поняла – была слишком потрясена собственным оборотом. Да и я с того дня больше не позволял себе ничего подобного. Никаких объятий, никакого близкого контакта.

Она даже перекидывалась теперь в сорочке (не жалко, пусть рвутся, я их больше сотни купил). Перед обратным оборотом поначалу закутывал малышку в широкую простыню – которая тоже рвалась, но это хотя бы как-то помогало. Сам я теперь проводил занятия в тренировочных брюках. Всегда. Пришлось тоже купить себе пару десятков новых. И в целом это спасало… Днём.

Но моему подсознанию оказалось достаточно всего одного раза, одного снятия обороны. И если при свете Селимы я ещё контролировал собственные мысли, пока был занят работой, тренировками кадетов, то ночами приходили сны… с обнажённой рыжей Феей в главной роли. И от них не было никакого спасения.

Теперь же, когда Карина легко перекидывалась сама, полётами она занималась со всей группой. Эти занятия у них вели мы с Сейтом вместе. Чаще всего делили ребят на два отряда и занимались на разных частях пляжа. Но один раз в неделю, по пятницам, нам с Феей всё же приходилось встречаться один на один. И я каждый раз ловил себя на мысли, что очень полюбил пятницы.

– Митор Ринорский, – снова позвала айна Брайс. – Вас ждут.

Пришлось отвернуться от окна и продолжить путь. И правильно. Нечего пялиться на Фею. Давно пора перестать думать о ней как о женщине. Она – кадет. Она часть моей звезды. Более того, кто-то очень постарался, чтобы она появилась в моей жизни. Чтобы стала драконом. Всё это попахивает диверсией или заговором. Я вообще не должен привязываться к ней, мне следует держать её на расстоянии. Но… не получается.

Пока мы шли к ректорату, я сумел вернуть собственным мыслям ясность и трезвость. Понятно, что с этим интересом к собственной подопечной нужно что-то делать, но сейчас выход вряд ли найдётся. К тому же есть немало вопросов, которые отчаянно требуют срочного решения. И один из них – нападения неизвестных драконов на поселения империи, расследование которых, кажется, зависло на одном месте.

А в кабинете митора Денима меня ждал сюрприз. Ректор полулежал, расслабленно развалившись в своём шикарном кожаном кресле, что, в общем-то, было вполне в его стиле. Вот только он никогда не позволял себе подобных вольностей при посторонних. А в данный момент напротив него сидел молодой мужчина, с которым мне раньше встречаться не приходилось.

– Приветствую, Гаррет, – сказал я, закрыв за собой дверь

– Привет, Дэл, – бросил ректор, улыбнувшись. – Проходи, присаживайся.

Я опустился в свободное кресло и снова посмотрел на незнакомца. На первый взгляд парень как парень. Но чувствовалось в нём нечто такое, что меня откровенно напрягало. Нет, внешне он казался вполне обычным. На вид был не старше двадцати пяти, особо мощным телосложением похвастаться не мог, хотя костюм сидел на нём довольно сносно. Черты его лица не отличались выразительностью: крупный нос картошкой, тонкие губы, чисто выбритый подбородок. Волосы светло-русые с лёгкой волной, собранные в хвост на затылке. Правда, этот самый хвост выглядел таким куцым и коротким, что казалось, стягивающий его шнурок вот-вот свалится. Судя по ауре – маг, но не особенно сильный.

И всё-таки было в нём что-то не дающее мне покоя. Нечто знакомое и вместе с тем раздражающее.

– Разреши представить, Сандр Вайс, – проговорил Гаррет, внимательно наблюдая за моей реакцией. – Аспирант профессора Тьёри.

Именно этот чуть хитрый прищур давнего друга отца стал подтверждением, что здесь явно кроется подвох. Я снова повернулся к парню, ещё раз осмотрел с ног до головы и с удивлением увидел в его глазах насмешку, смешанную с откровенной иронией.

Этот взгляд карих глаз и показался мне знакомым. Просто в нашем мире очень мало тех, кто осмелился бы смотреть на меня с таким вот самодовольным, почти издевательским выражением. Точнее, так делал только один человек, которого сюда никак занести не могло.

И всё же других вариантов у меня всё равно не было.

– Сандр? – уточнил я, глядя ему в глаза. – Так похоже на «Александр».

– О да, – ответил он, усмехнувшись. – В империи сейчас это крайне популярное имя. – И зачем-то добавил: – Как и Дэлир. Я даже лично знаком с несколькими мальчиками, которых родители назвали именно так, в честь двух принцев.

Вот теперь все мои сомнения испарились. Хорошим амулетом можно исправить внешность, фигуру, даже голос. Но манеру говорить без тренировок никуда не денешь. Тем более когда нет особенно нужды скрываться.

– И какого демона ты тут делаешь? – бросил я, глядя на парня.

А он только шире улыбнулся, вытащил спрятанную под рубашкой плоскую подвеску на серебряной цепочке и одним касанием деактивировал наложенные на неё плетения. В то же мгновение образ Сандра Вайса поплыл и растаял, показав совсем другого человека. Теперь на меня, знакомо ухмыляясь, смотрел зеленоглазый смазливый блондин, с прямым носом и насмешливой улыбкой. Алекс. Кронпринц империи собственной персоной.

– Не злись, Дэл, – сказал он. – Зато мы проверили маскировку. Хотя я думал, ты узнаешь меня быстрее.

– Умник, я тебя узнаю вообще в любом виде! Но давай ты всё же ответишь на вопрос. Какого демона ты сидишь здесь, да ещё и под личиной? Где ты вообще взял амулет, способный так внешность менять?

– Миторы из спецотряда поделились, – бросил он. – Они меня, кстати, сюда и сопроводили.

– Зачем?

– Задание у них такое, – пожал плечами братец. Но заметив, что я начинаю раздражаться, принял серьёзный вид, сел ровно и заговорил так, будто зачитывал отчёт:

– За последние две недели произошло ещё три нападения летунов. Одну деревню получилось отбить, но только благодаря счастливой случайности. Там проживали несколько старых магов, они смогли вызвать патруль и поставить барьер. Поселение спасли, но сами защитники выгорели. Зато патрульным летунам удалось поймать двух нападавших драконов. Оба диверсанта – выпускники этой самой академии, так и не поступившие на службу… по разным причинам. К сожалению, на допросах они не желают сотрудничать. Говорят мало, и их показания удивительно сходятся. Будто им было разрешено раскрыть только эту информацию.

Рассказ Алекса произвел на меня эффект сильного удара по затылку. Я слушал, понимал каждое слово, но боялся сложить воедино всё, что знал о ситуации. Будто не желал верить собственным, уже сложившимся выводам. Горьким выводам.

– Они действуют от имени организации, которую сами называют «Армада». А своего руководителя зовут Первый, – продолжил Александр. – Узнать что-то о его личности не получилось. Эти ребята состоят в звезде, а как ты сам знаешь, пробиться в сознание кого-то из такого объединения не так-то просто. Простым менталистам это вообще недоступно. Пришлось подключать маму и дядю Рейдела, ведь других специалистов у нас нет. Но пока даже им удалось выяснить ничтожно мало. Единственное, что можно сказать с точностью, – оба парня вступили в «Армаду», когда были кадетами. При упоминании причин их решения связаться с этой организацией, сознание пленных драконов рисует фрагменты студенческой жизни.

Алекс бросил взгляд на ректора, с которого мигом слетела вся расслабленность, и снова повернулся ко мне.

– Хуже другое, – вздохнул брат. – Эти летуны действительно верят, что борются за счастливое будущее своего народа. За восстановление былого величия расы имари. Они не хотят жить под гнётом империи. Готовы даже развязать войну. Они уверены, что драконы не должны подчиняться магам, и не считают свои диверсии, хладнокровные убийства стольких людей – тяжким преступлением. Верят, что всё это – лишь способ добиться независимости.

Увы, подтвердилась одна из наших самых неприятных догадок. Кто-то явно желает власти, причём власти абсолютной. Я почти уверен, что если они добьются отделения княжества, то за этим сразу последует свержение нынешнего князя, а потом… неминуемая война с империей.

И зная, на что способны драконы, сильно сомневаюсь, что в этом противостоянии их ждёт поражение.

Слова брата не желали укладываться в голове. Нет, такого просто не могло случиться! Все летуны в конце первого семестра первого курса принимали присягу и давали клятву служить империи, защищать её жителей. Они клялись на собственной крови, что не предадут законы Семирии. И что же теперь получается, магическая клятва – пустой звук?

– Дэл, есть высокая вероятность, что тот, кто вербует молодых драконов, связан с академией и имеет доступ к знаниям древней Иманарии, – сказал Александр, глядя на меня с сочувствием. – Отец отправил меня сюда именно для того, чтобы помочь вам разобраться во всём этом. И мне особенно интересно, каким образом предатели обходят клятву. Ну и, конечно, я горю желанием узнать, кто всё это затеял. Князь Аргоил в курсе моего здесь нахождения, он будет помогать. Кроме него о моём участии знаете только ты, Гаррет и два прибывших со мной агента. Больше никто.

– А как же дядюшки? Будешь от них скрываться? – спросил я с горькой усмешкой.

Новость о том, что наша академия воспитала убийц беспомощных мирных жителей… стала для меня настоящим ударом. Ударом, который я вряд ли смогу так просто перенести.

– Профессор Тьёри вообще любит учить, а я давно хотел подтянуть свои знания по огненной магии и драконам, – сказал Алекс. – Он, вероятнее всего, догадается о том, что моя внешность – всего лишь личина. Но уж точно не станет об этом распространяться. А с Олитом мы вряд ли будем часто сталкиваться.

– Но почему отец поручил это дело именно тебе? – не понимал я. – Ты же, кажется, занимался реформой армии?

Александр поморщился и нехотя признался:

– В общем, это тоже стало одной из причин.

– Да он просто достал Диара своими гениальными идеями, – бросил Гаррет. – Вот ваш папенька и отправил Алекса сюда, чтобы тот посмотрел изнутри если не на армию, то хотя бы на военную академию. Чтобы узнал тонкости. А я поддержал эту идею. Ну и мы решили убить одним выстрелом двух зайцев. Согласись, Дэл, участие в расследовании Умника лишним не будет.

Алекс насупился – он своё прозвище не любил. Я же только кивнул, соглашаясь с доводами ректора. Что ни говори, а мой братец на самом деле был на редкость сообразительным парнем. И если кто-то и мог разобраться в непонятном клубке чужих задумок, то именно он.

– По легенде Сандр – твой дальний родственник по матери, – проговорил митор Деним.

– Насколько дальний? – с иронией уточнил я.

– Восьмиюродный племянник, – ухмыльнулся старый друг отца. – Тут даже если очень захочешь, не отследишь родство. А поселим мы нашего нового аспиранта к драконам, чтобы был поближе к изучаемым объектам. То есть жить вы теперь будете по соседству.

Мы переглянулись и довольно хмыкнули.

– Я намекнул профессору Тьёри, что Сандр здесь по большей части ведёт расследование. Проблем с самой аспирантурой не будет, – продолжил Гаррет. – Но и ты, Алекс, постарайся войти в образ. И давай без аристократических замашек, ты тут даже не лорд, а парень из обедневшего рода, давно утратившего все регалии. Изучи устав. Здесь он – главный закон, которому тебе придётся следовать. А проштрафишься – отправлю в наряд, как обычного кадета. И поверь, никто мне не запретит. Сейчас ты – на моей территории.

– Полагаю, папа это тоже учёл, – ровным тоном ответил наследник престола. – Не переживай, Гаррет. Я понимаю, что здесь не дворец, и готов следовать вашим правилам. Не нужно считать меня таким уж снобом, это даже немного обидно.

Вскоре мы покинули кабинет ректора. Я провёл брата по главному корпусу, показал ему расположение деканатов и аудиторий, объяснил основные правила устава. Он слушал внимательно и выглядел по-настоящему заинтересованным. Кажется, задание отца виделось ему увлекательным приключением. Ещё бы, его же отправили под прикрытием личины раскрывать заговор! Это вам не законы составлять и реформы проводить. Это прекрасная возможность проявить себя.

Несмотря на своё серьёзное отношение ко всему на свете, острый ум и амбиции, в душе Алекс оставался мальчишкой, которому остро не хватало свободы… хотя бы от собственных обязанностей. Нет, он на самом деле был отличным политиком, лучше многих министров разбирался в экономике, праве, понимал, как провести те или иные изменения в разных сферах жизни народа. Александр с восемнадцати лет фактически управлял империей вместе с отцом, и чувствовал себя на своём месте. Но даже ему иногда хотелось куда-нибудь сбежать.

Да, новость о причастности выпускников академии к нападениям на деревни буквально выбила почву у меня из-под ног. И присутствие рядом Алекса стало настоящим подарком. Обязательно скажу отцу спасибо за то, что отправил его сюда. Уверен, это было сделано не только из-за расследования или реформы. Просто папа знал, как сильно по мне ударят принесённые вести. А брат был едва ли не единственным человеком в этом мире, которому я мог довериться и который всегда и во всём меня поддерживал.

Но теперь мы вместе. А значит, у наших противников просто нет шансов.

* * *

Карина Амбер

– Молодцы. А теперь давайте повторим ещё раз, – скомандовал митор Сейт, обводя взглядом наш отряд из девятнадцати драконов. – Напоминаю для тех, у кого плохо с памятью. Летите как можно ниже, долетаете до чёрной скалы, делаете круг над ней, поднимаетесь до облаков и обратно возвращаетесь на их высоте. Старайтесь максимально сливаться с пейзажем. И, конечно, не забывайте о скорости. Результаты я фиксирую. Кто окажется самым быстрым и незаметным, получит дополнительную увольнительную. Ну а кто покажет худший результат – вместо праздника отправится в наряд на кухню.

Ого. Наряд? Нет уж, спасибо. Меня, если честно, уже подташнивает от грязной посуды. Никогда не думала, что стану почти профессиональной посудомойкой. На нашей кухне меня уже все принимали за свою! Сара с раздачи даже как-то на полном серьёзе предложила мне устроиться на полставки – всё равно хожу к ним, как на работу, а так хоть платить будут.

Конечно, я отказалась. И, в очередной раз уходя с кухни, искренне надеялась, что больше туда не вернусь. Но… пару раз в неделю стабильно возвращалась. Причин у моих наказаний обычно было две: или я слишком грубо реагировала на шуточки парней из группы, или чрезмерно активно ставила на место дурных девчонок из общежития. И преподавателям было всё равно, что в этих конфликтах я всего лишь даю отпор и, по сути, являюсь пострадавшей стороной. Хотя наряды по уставу получали все участники нарушения.

Увы, после первого оборота моя сдержанность начала часто давать сбои, а я сама стала слишком вспыльчивой. Подумать только, в школе благородных девиц меня так долго учили гасить конфликты, не поддаваться на провокации, быть выше склочников и сплетников… и когда-то я даже могла похвастаться железной выдержкой, но теперь всё это осталось в прошлом.

– Тео, летишь первый. Карина – следующая, – скомандовал наш куратор и дал знак выйти из строя.

Теодор – серый летун с белым гребнем и серебристыми шипами – прошагал мимо меня и приготовился ко взлёту. Я проводила его задумчивым взглядом. Всё же хорошо, что мне предстояло стартовать за ним. Тео всегда показывает хорошие результаты. А значит, если буду стараться его догнать, то смогу оказаться среди лидеров или хотя бы не в числе худших.

Так уж получилось, что наш староста оказался единственным в группе, с кем я сумела подружиться. А вот с остальными как-то не заладилось. Большинство сокурсников просто не обращали на меня внимания. Но были и те, кому моя персона не давала покоя, кто считал, что имеет право надо мной подшучивать, высмеивать мои сорочки для оборотов или разносить на всю академию глупые слухи.

А я не собиралась пропускать это мимо ушей, давала отпор, пару раз даже умудрилась влезть в драку. Вот только бить в ответ меня так никто из них и не решился. Зато я не считала преступлением разбить кому-то нос. Заслуженно. По справедливости. Ведь прекрасно уяснила, что в этом обществе полузверей и порядки царят звериные.

Они не желали видеть во мне равную, не могли смириться, что с ними учится девушка, открыто называли меня самкой. А я от этого слова мгновенно выходила из себя. Вот и приходилось каждый раз доказывать, что я – кадет военной академии, а не просто женская особь летуна.

Тео взлетел и стремительно понёсся вперёд, почти сливаясь с водной гладью. Я посмотрела на небо, оценила направление ветра, медленно вдохнула и отправилась к стартовой линии.

Пришлось пройти мимо всего длинного ряда драконов, провожающих меня взглядами. Причём сегодня среди них было немало насмешливых, ироничных, но кое-кто смотрел на меня с откровенным пренебрежением или даже с брезгливостью. Арланд Роум – мой главный и самый нелюбимый недруг. Не знаю, чем я так не угодила лично ему, но он не упускал ни единой возможности меня задеть.

Эх, жаль, что сегодня с нами нет митора Ринорского. При нём эти летуны лишний раз в мою сторону старались не смотреть, уж не знаю почему. Дэлир уже несколько дней отсутствовал на наших занятиях, хотя обычно полёты вёл именно он, а митор Сейт только помогал. И как ни странно это признавать, но мне не хватало Луча. Кажется, за полтора месяца совместных уроков я просто успела к нему привыкнуть.

Теперь один на один мы с ним встречались только по пятницам. Вот завтра, кстати, именно этот день недели. Надеюсь, он придёт. У меня накопилось к этому дракону немало вопросов. К тому же он обещал научить меня мгновенному обороту. Сказал, что я готова освоить эту науку.

Не скажу, что считала такое умение необходимостью, но встречи всё равно ждала с нетерпением. Сейчас полный оборот занимал у меня двадцать восемь секунд – не лучший показатель, но уж точно не худший.

По приказу того же Дэлира на полигоне и здесь, на тренировочном пляже, появились небольшие деревянные сооружения, похожие на комнату без крыши и окон, с одной лишь дверью. Вот именно там я теперь перекидывалась – без лишних глаз. Оборачиваться в таких условиях было удобно и спокойно, да только это тоже стало лишним поводом для насмешек со стороны сокурсников.

– Карина, готова? – спросил митор Сейт.

Я кивнула и чуть присела, готовясь тут же сорваться с места. И в момент, когда прозвучала команда «Давай», взмахнула крыльями и рванула вперёд.

Полёт… Это было нечто волшебное! По-настоящему захватывающее, незабываемое, волнительное! И пусть поначалу летать у меня получалось плохо, но сейчас я чувствовала себя в небе куда увереннее. Особенно когда забывала, что боюсь высоты.

Наверное, именно из-за этого старого детского страха я предпочитала летать пониже. Вот и сегодняшнее задание, когда нужно было половину пути преодолеть, почти касаясь воды, я выполнила просто отлично. С вертикальным взлётом тоже дело обстояло неплохо, но когда приходилось парить среди облаков, страх снова возвращался.

Узнав, что я боюсь высоты, Луч долго смеялся. А потом, когда это стало существенным препятствием для полётов, начал по-настоящему меня ругать. Чего он только ни придумывал, пытаясь излечить свою нерадивую подопечную от этой напасти. И я честно старалась, слушала его, выполняла все наставления. Со временем стало немного легче. Но стоило мне взлететь чуть выше и посмотреть вниз… как тело просто переставало слушаться.

Дэлир, как центр звезды, чувствовал, когда я подбиралась к грани паники. Даже оставаясь на земле, он поддерживал меня, используя мысленную связь. Иногда буквально рычал, ругался, называл крылатым бревном… но не оставлял ни на мгновение. Присутствие наставника придавало сил, а голос в моём сознании помогал прогнать страхи прочь. Увы, он не мог быть со мной всегда. В конце концов, у него своя жизнь…

Но сегодня я не собиралась позволять панике взять верх. А мысль о том, что если сдамся, то не смогу показать хороший результат и заработаю очередной наряд на кухне, подействовала отрезвляюще. Где-то впереди маячил серый хвост Тео, за который я зацепилась взглядом. Теперь главным было не упустить дракона из вида. А лучше – попытаться догнать. Быстрее долечу – быстрее приземлюсь.

Луч не раз говорил мне, что наличие чёткой цели сильно увеличивает шансы на успех в любом деле. Вот и сейчас его слова в очередной раз подтвердились. Я так боялась выпустить Тео из поля зрения, что почти умудрилась его догнать.

Приземлился он первым, но лишь потому, что с этой частью полёта у меня тоже были проблемы. В большинстве случаев я просто падала, едва коснувшись земли лапами. Ну не получалось у меня пробежать необходимое количество шагов после быстрого полёта. Приходилось сначала максимально гасить скорость крыльями, и это тоже выходило не всегда.

Так получилось и сегодня: Теодор пробежал по земле и остановился, а я… попыталась сбавить скорость, слишком резко дёрнула правым крылом, потеряла концентрацию и, стукнувшись о камни лапами, кубарем покатилась по пляжу. И хотя чешуя драконов по прочности не уступала броне, приятного в таком приземлении всё равно было мало.

Зато по итогам урока мой результат оказался третьим, что автоматически освобождало меня от встречи с грязной посудой. И если удача и личная выдержка мне не откажут, то, возможно, ближайшие выходные я смогу провести как хочу. К тому же по случаю праздника Свободы их будет два, а не один, как обычно.

Жаль только, мне этого масштабного гуляния увидеть не удастся. Луч ещё в день моего появления в академии ясно дал понять, что минимум полгода никуда меня не выпустит. Хотя я ведь ни разу не спрашивала? Может, на самом деле стоит попытать счастья? Может, он всё же сжалится и даст мне хоть на пару часов выйти в город?

Решено, завтра на нашем индивидуальном занятии обязательно попрошу его дать увольнительную. В конце концов, он ведь не изверг и не такой тиран, каким хочет казаться.

Правда, в его положительный ответ верилось с трудом. Но я всё равно не собиралась сдаваться раньше времени. Да и Люси так расписывала грядущий праздник, что мне просто дико захотелось на него попасть.

Кто знает, вдруг случится чудо, и Луч сжалится над несчастной подопечной?