Читать книгу "Перстень Аримана. Сага о Скитальце. Книга первая"

Дэльфи слегка замялась, но потом тихо поинтересовалась:

– Скажи честно, как ты прикончил оборотня? В эту твою сказку о монахах я не верю…

– Малыш, – Влад нежно поцеловал принцессу, – извини, но это не моя личная тайна…, я не могу объяснить. Единствен-ное, что я могу сказать – к чёрной магии это не имет никакого отношения, да и к магии вообще.

Дэльфи внимательно посмотрела на него и, погладив Влада о щеке, бесшумно выскользнула за дверь.

Вздохнув, Влад опять взялся за книгу и постепенно увлёкся. Как говорится, ничего из ничего не возникает. Что бы создать что-либо или произвести какое-то воздействие, нужен поток магической энергии, идущий из Магопространства. Это прост-ранство расположено так хитро, что является параллельным любому пространству или обитаемому миру, оно как бы является центральной осью Миров. Вот только управлять этим потоком магической энергии простому смертному научиться невозможно. Нужно иное строение нервной системы, позволяющее напрямую управлять тонкими энергиями маги-ческих торсионных полей. Для этого нужно родиться магом, белым или чёрным. Алые, белые или чёрные маги, а точнее их расы, были созданы Творцом на заре творения этого мира. А уж от их смешанных браков и другие расы получили возможность приобщиться к миру магии. Но, чем сильнее разбавлялась кровь Истинного Мага человеческой, тем слабее были возможности у человека – мага. Правда иногда, очень редко, из-за каких-то причуд генетики, получались сильные люди – маги, даже с четвертью крови Истинного Мага.

Для начала Скитальцу было велено освоить лишь азы магического искусства, то бишь просто прочитать эту книгу, остальное он будет изучать после его инициации, как Истинного Мага.

***

– Вла-а-а-д! – донёсся из окна отчаянный крик Дэльфи, – Вла-а-а-…!!!

Отшвырнув толстенный том в сторону, Скиталец рванулся наверх с непривычки забыв про меч.

– Ну вот, кажется, начинается! – зло подумал он, перепры-гивая сразу через три ступеньки. Сзади послышался тихий свист разрезаемого воздуха, лёгкий шелест и Влад ощутил на спине уже привычную тяжесть Скелоса.

– Дэльфи! – Влад выскочил наружу оглядываясь в поисках принцессы,

– Дэльфи!!! —отчаянно позвал он ещё раз, чувствуя как беда холодной лапой сжимает ему сердце. Сзади послышался торопливый топот ног и вслед за ним высыпала вся Алая Сотня. Скиталец огляделся и рванул ко входу в храм. В самих воротах, и за ними, валялось штук шесть трупов каких-то одноглазых уродов и столько же изрубленных не то гигантских собак, не то огромных волков. Дэльфи нигде не было видно, и лишь густая цепочка следов вела в лес, в сторону моря. Раздалось тревожное ржание и из подземных конюшен выскочил Стриж – Единорог принцессы, внешне похожий на огромного, но стройного, белоснежного жеребца с грозным бивнем во лбу. Видимо он тоже услышал отчаянный крик Дэльфи. Стриж торопливо оглядел место недавней битвы, понюхал следы, поднял морду, глядя в ту сторону куда увезли принцессу, и тоскливо заржал. К удивлению Влада витой бивень Единорога довольно отчётливо светился. По нему словно бы пробегали призрачные световые волны.

– Влад, – к нему подошла Низза, – попытайся с ним договориться. Никого из нас он к себе не подпустит, а ты, всё-таки, жених принцессы. Возможно он и позволит тебе оседлать его. Только Стриж в состоянии быстро догнать их. Мы тоже, конечно, догоним, никуда они от нас не денутся. Но у нас на это уйдёт гораздо больше времени, а сейчас дорога каждая секунда. Объясни ему, Единороги – полуразумные животные, он поймёт тебя. Ведь он тоже очень любит Дэльфи.

Чувствуя себя последним дураком, Скиталец медленно подошёл к Единорогу. Ни разу в жизни ему не приходилось объясняться просто с конём, а тут – Единорог.

– Стриж, – тихо позвал он, – Стриж, Дэльфи украли…, нашу с тобой малышку…, надо догнать…, только ты сможешь…

Единорог внимательно слушал его, навострив уши и кося лиловым глазом.

– Понимаешь? – Влад несмело приблизился к животному и осторожно коснулся шеи Единорога. Стриж вздрогнул, настороженно посмотрел на Скитальца, словно вспоминая что-то, потом с шумом втянул ноздрями запах человека и коротко заржал, словно соглашаясь.

– Девочки, седло, быстро! – скомандовала Низза.

Но Скиталец ухватился за гриву Единорога и одним махом взлетел тому на спину. Единорог одобрительно глянул на него: Стриж не очень-то любил ходить под седлом.

– Обойдусь и так! Сотню в сёдла! – хотя этого он мог бы и не говорить – Алая Сотня давно уже была в седле. Мягко толкнув пятками Стрижа, он быстрым шагом выехал из ворот. Заметив валяющиеся в траве мечи принцессы, свесился и на ходу подхватил их, потом заткнул себе за пояс.

– Тебе и меня хватит, – ворчливо произнёс Скелос, – не свались смотри.

– Запас карман не тянет, – Скиталец проверил ещё раз, не мешают ли ему мечи Дэльфи.

– Полковник! – донёсся крик Низзы, – помни о законе Алой Сотни!

– Помню! – с таким хладнокровием ответил Скиталец, что Низза тут же успокоилась. Никаких пленных Влад брать не станет. Девушка взлетела в седло и молча крутанула плёткой над головой, подавая знак своим амазонкам.

Не оглядываясь, Влад похлопал Стрижа по шее. Тот с места взял в карьер, стремительно набирая скорость, и тут, сзади, раздался заливистый разбойничий посвист – сигнал против– нику, что Алая Сотня идёт на «ВЫ». Скиталец невольно вздрогнул и оглянулся – Алая Сотня намётом вылетала из ворот замка в след за ним.

А Единорог продолжал наращивать скорость: такого от Стрижа Влад никак не ожидал – тот и в самом деле летел вперёд со скоростью этой проворной птицы, почти распластавшись над землёй. Если на Земле сокол Сапсан, в атаке, развивал скорость до 160 километров в час, то, разъярённый потерей любимой хозяйки Единорог, выдавал не меньше. Вскоре на горизонте показались всадники, на галопе уходящие вперёд с пленённой принцессой. Они, очевидно, тоже заметили за собой погоню, потому что двое развернулись и поскакали на своих волко – собаках ему навстречу. Скиталец зло ухмыльнулся и молча вынул Скелос, молниеносно крутанул его в воздухе, привыкая к тяжести клинка.

Ближайший циклоп нёсся прямо на него, размахивая огромным двуручным мечом над головой, а другой стал забирать левее, собираясь зайти ему в тыл.

Сошлись вскинутые клинки, Скелос словно бумагу разрубил меч циклопа и вонзился в него. Раздалось сочное: чмок! – и циклоп вместе со своим волком развалились надвое. Не замедляя движения меча Скиталец отмахнул им назад и, по глухому вою, понял, что ещё одним уродом стало меньше. Теперь им навстречу выехало уже трое циклопов. Если разобраться с этими, то останутся только те двое, что охраняют пленённую Дэльфи. Ну это уже пустяк. Скиталец вернул Скелос в ножны и выхватил мечи принцессы. Взвесив их на руке, он прицелился, и метнул первый меч в своего противника.

Едва золотистый круг сорвался с руки, как Влад перебросил в правую руку второй меч, и ещё один золотистый диск, зловеще гудя, рванулся вперёд. Через секунду первый циклоп упал на землю, насквозь пробитый мечом. Второй попытался уклониться, но не учёл размеры – меч не нож, и золотисто мерцающий круг походя снёс ему голову. Молниеносно выхватив Скелос, Скиталец небрежным взмахом разрубил башку прыгнувшему на него волку. Второму Стриж походя переломил хребёт ударом копыта. Едва увернувшись от удара мечом третьего циклопа Влад сделал ответный выпад, и Скелос – меч, не знающий преград, перерубил наездника, да и его коню досталось: шея оборотня была почти перерублена. Пригнувшись к шее Единорога, Влад шепнул тому на ухо:

– Твой слева, мой справа… – Стриж коротко проржал в ответ, соглашаясь с ним. Тогда Влад, придерживаясь за его гриву, вскочил ногами на широкую спину Единорога и пригото-вился к прыжку.

– Волкодлака,2525
  Человек умеющий превращаться в волка. Бывают и зловредные, как в данном случае. Согласны за приличную плату послужить в качестве коня, так как в зверином облике они более сильны, живучи и выносливы. Бывают и добрые волкодлаки. Как рассказал мне Влад, на Земле русский Всеслав (исторический князь Полоцкий, живший в одиннадцатом веке и послуживший прототипом герою Всеславу) был волкодлаком. На Эльфийне это человек-олборотень, способный превращаться в ныне начисто вымершего горного волка. Обычно они подрабатывают таким вот способом, сохраняя в волчьем облике человеческий разум. Очень опасны, если выступают не на вашей стороне. Лично я предпочёл бы хорошую драку с парочкой сорок, чем связываться с одной подобной тварью.


[Закрыть] который везёт Дэльфи, не убивай пока ни в коем случае. Его надо парализовать, сумеешь? – тихо спросил Скелос. Скиталец молча кивнул в ответ – было не до слов, и, мягко оттолкнувшись от Стрижа, взмыл в воздух. В тот же миг прыгнул и Единорог, только влево. Ещё в прыжке Скиталец с такой силой опустил меч на последнего урода, что Скелос, развалив его и волкодлака на две половинки, ушёл в песок по самую рукоять. Тут же выпустив из руки клинок и перекувырнувшись через голову, Влад в три прыжка догнал ненавистного волко – как там его, левой рукой вцепился в шерсть на шее животного, а правой – молниеносно нанёс парализующий удар. Зверь встал как вкопанный, дико вытаращив налитые кровью глаза. Скиталец же, по инерции пролетел локтей шесть вперёд, вновь перекувырнулся, гася инерцию, и, вскочив на ноги, побежал к Дэльфи. Но тут песок со всех сторон от Влада взметнулся вверх четырьмя фонтанами и из-под песка выскочили циклопы, сидевшие в засаде. Влад оказался безоружным против четверых вооружённых одноглазых. Не давая им сориентироваться, Скиталец неожиданно присел, с силой выбросив кулак вперёд, нанеся ближайшему циклопу страшный удар в пах. Тихо хрюкнув, тот выпустил свой двуручный меч, схватился руками за низ живота и сложился пополам от сильной боли. Поймав меч за рукоять почти над самой землёй, Влад выпрямился, шелестяще свистнул разрезаемый мечом воздух и голова одноглазого отлетела в сторону. Отпрыгнув в сторону Влад встал в защитную стойку, так называемую «детскую» стойку, она была идеальной для защиты. Меч в этой позиции держится лезвием вниз, и гашение ударов происходит, в основном, не за счёт физической силы мечника или его умения владеть мечом, а за счёт большой массы двуручного меча и его инерции. Её обычно применяют женщины и, малоопытные в обращении с тяжёлым двуручным мечом, начинающие мечники. Или наоборот, очень опытные бойцы, не желающие зря тратить свои силы, держа наперевес тяжеленный меч. Нехитрый трюк, рассчитанный на среднего бойца. И циклоп купился на него. Вообще-то раса циклопов относилась к эльфам и к людям с пренебрежением, считая что это они научили их пользоваться мечами, и что до этого люди дрались на палках. Решив что перед ним зелёный новичок, не так давно взявший в руки слишком тяжёлое для него оружие, циклоп ухмыльнулся и кинулся на Влада, занося свой меч и собираясь одним сильным ударом покончить с этим слабаком, по своей глупости посмевшего вступить в бой с четвёркой лучших мечей рода. Каково же было его удивление в последнюю секунду своей жизни, когда «слабак» легко, словно пушинку, вскинул тяжеленный двуручный меч, одновременно плавно смещаясь влево. Неуловимый глазом взмах меча и нападающий лишился собственного меча вместе с половиной руки. Затем меч Скитальца стремительно нырнул вперёд, с хрустом разрубая грудь одноглазого вместе с кольчугой. Третий циклоп не терял даром времени и стремительно атаковал Влада. Тот едва успел подставить свой меч под клинок циклопа, напрягая мышцы и не давая мечу циклопа разрубить ему голову. Скиталец сделал обманное движение, якобы собираясь проворотом выбить меч из рук противника, но в последний миг его клинок неожиданно рванулся вперёд, пронзая горло циклопа. Выдернув меч из падающего и хрипящего противника, Скиталец развернулся на месте, в поисках последнего циклопа. А тот, в этот момент, сделал последнюю в своей жизни ошибку: вместо того чтобы убить беспомощную принцессу, он наклонился и вынул из песка Скелос. Строптивый меч, не дозволявший никому, кроме хозяина, прикасаться к своей рукояти, немедленно выскользнул из руки циклопа и описал смертоносный круг, перерубив пополам наглеца, посмевшего дотронуться до него. Влад отшвырнул ненужный больше меч и рванулся к принцессе.

Лёгкий свист разрезаемого воздуха, шелест ножен и Скелос вновь на своём месте. Ещё на бегу он успел заметить, что Стриж великолепно справился со своей задачей: и циклоп, и этот его волкодлак, валялись с размозжёнными черепами. Причём тело циклопа было сильно обуглено. Было такое впечатление, словно тот поймал прямой удар молнии, а в воздухе висел тяжёлый, удушливый запах спалённой плоти. Принцесса была права – разъярённый Единорог был очень опасным противником.

Добежав до принцессы Скиталец хотел было обнять девушку, но невольно остановился – Дэльфи была туго обмотана чем-то похожим на огромную, толстую паутину и казалась парализованной. Только глаза девушки светились радостью. Скелос тихо присвистнул:

– Так я и думал…, разбей ту круглую, блестящую штуку в центре паутины. Это её сердце. Влад выхватил из-за голенища нож и коротким, но сильным ударом проткнул эту дрянь. Раздался тоскливый вой, шипенье и паутина сползла к его ногам, а вслед за ней сползла и Дэльфи, упав прямо ему на руки. Девушка слабо улыбнулась ему, её губы беззвучно шевелились. Скиталец наклонился к ней:

– … я знала… знала…, что ты… меня спасёшь…, милый… – глаза Дэльфи закрылись, и головка обессиленно упала ему на плечо.

Глава 7 Паутина мага

Мы раздвоение друг-друга

Мы близнецы одной судьбы.

Люблю тебя, моя подруга,

Ты мне как зеркало души.

Мы отражение друг-друга,

Мы зеркала одной души.

Ты не ищи другого друга,

Мы друг для друга рождены

– Скелос, что с ней?!

– Да успокойтесь, ваше высочество…, жива она. Просто без сознания. Это всё последствия контакта с Паутиной Мага. Эта отвратительная штука сначала, почти мгновенно, вытягивает из жертвы её собственную магическую энергию, при этом блокируя от потока магической энергии и не давая возможности пустить в ход магию. А потом вытягивает и жизненную энергию, но не до конца, а так, чтобы жертва, оставаясь живой, не могла сопротивляться. Дэльфи сейчас беспомощней новорожденного котёнка.

– Убью, гада! – взревел Скиталец, – голыми руками порву padlu!

Стриж тем временем подошёл к парализованному зверю и небрежно, одним движением острого копыта, снёс тому пол – черепа. Удовлетворённо фыркнул и куда-то потрусил. Тут Скиталец заметил обломок стрелы, торчащий в правом плече девушки. Он осторожно положил любимую на песок, и опустился рядом с ней на колени.

– Ничего страшного, сейчас всё сделаем. Мне только нужны будут твои руки. Не шевелись и постарайся ни о чём не думать, а то станешь мне мешать.

Влад замер, с интересом наблюдая как его руки, словно бы сами собой, помимо его воли, легли на плечо девушки, а пальцы образовали кольцо вокруг обломка стрелы. В тот же миг подсохшая кровь осыпалась, на ткани мундира образовался крестообразный надрез и края сами собой загнулись, обнажая рану. Скиталец облегчённо вздохнул – стрела была учебной, а не боевой, и её наконечник не имел зазубрин и крючков. Между тем древко шевельнулось и, само собой вылетев из раны на плече, шлёпнулось на песок. Из открывшейся раны медленными толчками полилась алая, горячая кровь принцессы, но правая ладонь Скитальца тут же накрыла её. Он ощутил в ладони приятное, знобяще-пульсирующее тепло, почувствовал как эта пульсация торопливо входит в ритм слабого биения сердца девушки… миг – и обе пульсации совпали, забились в унисон и всё кончилось. Руки опять слушались его. Скиталец поднял ладонь и с изумлением обнаружил, что от раны на плече Дэльфи, не осталось и следа, и лишь на его руках подсыхала тёплая, алая кровь принцессы.

Заметив, что девушку знобит, он сорвал с плеча свой плащ и, как сумел, завернул в него принцессу. Послышался лёгкий конский топот – это подошёл Стриж, держа оба меча Дэльфи в зубах.

– Молодец, – Влад погладил Единорога по шее, приладил мечи принцессы себе за спину, рядом со Скелосом, и поднял Дэльфи на руки. Умница Стриж тут же опустился на колени, позволяя ему сесть. Скиталец подождал пока Стриж встанет и как можно удобнее устроил девушку перед собой. Она шевельнула раненным плечом и спросила сквозь сон всё ещё слабым голоском:

– … ты меня залечил, да? – и тут же заснула снова.

Скиталец тем временем наблюдал за метаморфозой остатков Паутины Мага. Та съёжилась, вытянулась, превратив-шись в верёвку и на её конце появилась удавка. Потом всё это приняло зловещий багровый цвет и, поднявшись в воздух, стало вертеться в разные стороны, словно собака ищущая след. Наконец оно нашло то, что ему было надо и сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее унеслось вперёд, туда, куда ехали нападавшие.

– Что это такое?

– Петля Немезиды. Мой подарок создателю Паутины Мага. Она сейчас полетит по своим собственным магическим следам к создавшему эту дрянь. Петля Немезиды – это Кара Богов, и от неё нет защиты. Она сама найдёт того, кто создал Паутину и уничтожит его. Причём не только тело, но и душу. Понимаешь, князь, Паутина Мага хотя и не запрещённое оружие, но, тем не менее, для её применения необходимо разрешение Магического Конклава, состоящего из шести магов – белых, чёрных и алых. Причём все они должны быть членами Суда Инквизиции. А её несанкционированное применение немед– ленно и жестоко карается прямо на месте.

Скиталец осторожно тронул пятками Единорога:

– Поехали домой, Стриж… Ну хорошо, с этим разобрался ты. Но ведь остался ещё и инициатор этой затеи. Его трогать не смей – он мой. Я сам с ним разберусь.

Стриж, прядал ушами, и казалось что он внимательно прислушивается к их разговору.

– А не боишься, что им может оказаться сам Владыка Тьмы?

– Ничего, ему тоже можно обломать рога. Но мне, почему-то кажется, что идея принадлежит не ему. Слишком уж мелко и пакостно… Не достойно его.

Стриж пошёл мягким ровным галопом, настолько ровным, что Влад почти не ощущал никакой тряски, а уж Дэльфи, лежащая у него на руках, и подавно. Скиталец так и держал любимую девушку на весу, боясь что бы её не растрясло. Потом он, осторожно освободив правую руку, снял с шеи Алого Дракона и одел его на Дэльфи.

– Она всё-равно не сможет им управлять…

– Я тоже пока что не умею, – проворчал Скиталец, – но мне так будет спокойней. Во всяком случае он защитит Дэльфи лучше, чем мы с тобой во главе этих симпатичных сорвиголов. Дракон же, едва коснувшись тела девушки, тут же вспыхнул и засветился неярким розоватым светом.

– Может быть вы и правы, ваше высочество.

Скиталец уже заметил, что Скелос обращается к нему на вы только в том случае, когда полностью оправдывает его действия. Но в этот раз Влад явно уловил нотки глубокой, отеческой, благодарности в голосе Скелоса. Или ему это всё-таки почудилось?

– Кстати, князь, примите мои поздравления. Вы заслужили честь носить на рукояти меча Двойной Чертополох. Я знал, что ты великолепно владеешь мечом. Вполне на уровне Перламутрового Чертополоха, но что ты способен на такое…

– Когда же это я успел? – удивился Влад.

– Пол колокола назад, выполнив почти невыполнимое. «Детская стойка» в фехтовании на мечах – это чисто оборони-тельная позиция, и перейти из неё в атаку, держа в руках двуручный меч – почти невыполнимая задача. С простым мечом такое проделать можно, но только не с двуручным. Слишком велика длина меча, слишком велик его вес, а тут всё решают доли мгновенья… Лишь истинные виртуозы способны на это. Существуют всего лишь три приёма, выполнение которых в бою, означает автоматическое присвоение звания «Мастер Длинного Клинка». Переход из «Детской Стойки» в атаку, держа в руках двуручник – одна из них. И, кстати, самая сложная. Поздравляю! Теперь и мою рукоять будет украшать пара чертополохов.

Вскоре впереди показался алый, словно бы трепещущий, ковёр, как будто сотканный из отдельных точек. Это Алая Сотня, на полном галопе, летела им на выручку. Расстояние быстро сокращалось и Скиталец подивился тому, что не слышит ни звука – ни грозного топота четырёх сотен конских копыт, ни разбойничьего посвиста наездниц. И эта тишина невольно заставляла содрогнуться от той грозной силы, что веяла от этих разгневанных девчонок. Всё так же бесшумно лавина всадниц разделилась на две половины, обтекая его словно вода камень. Скиталец оглянулся – головные всадницы, по прежнему в полной тишине словно призраки, на полном скаку развернулись, и понеслись назад, беря его с принцессой в плотное кольцо защиты. Секунда, другая и вот уже вокруг них сомкнулась вся Алая Сотня, тревожно глядя на принцессу лежащую на руках Скитальца. Девушки дружно подняли вверх правые руки со скрещёнными указательным и безымянным пальцами, и тут же всех их накрыл едва видимый, золотистый колпак магической защиты. К нему подъехала Низза.

– Что с ней, Влад? – шёпотом спросила она с неподдель– ной тревогой в голосе.

– Всё хорошо, Низза. Она просто спит, Паутина Мага…

Девушка с сочувствием посмотрела на свою подругу.

– А что с теми…

– Уже ничего. Больше пакостить не будут. Я, как ты и просила, пленных не брал. Сами напросились. Я человек терпеливый, но всему бывает предел. Ну, а с создателем Паутины разобрался сам Скелос, послав тому в подарок Петлю Немезиды.

– Петлю Немезиды?… – с ужасом переспросила девушка. Уж она-то лучше Скитальца представляла что это такое.

– Так ему, суке, и надо! – выругалась Низза и склонила голову—извините, ваше высочество…

– Ничего, ты ещё мягко сказала, графиня, я бы высказался покруче.

Вскоре показался храм Скелоса. Стриж с Владом и принцессой въехал в ворота, всё так же в плотном кольце охраны и под магической защитой. Единорог вновь опустился на колени, чтобы Скитальцу было легче сойти с него со своей драгоценной ношей на руках.

Влад отнёс девушку в Зал Бассейнов, бережно опустил принцессу на пол, приподнял ей голову и, соорудив из своего плаща нечто вроде подушки, вновь положил на него головку Дэльфи.

– Низза, я не могу сам…, вы уж приведите её в порядок… – и устало побрёл к себе.

Через часик в дверь постучали.

– Полковник, – вошла Низза, – помоги перенести Дэльфи в её комнату.

Скиталец встал, усмехнувшись про себя такту этих сорвиголов. Ведь могли бы и сами перенести Дэльфи, но ведь знают, проныры, что ему это будет приятно.

– Входи смелее, – тихо засмеялась девушка, – ты у неё ничего не увидишь.

И в самом деле, принцесса лежала на полу полностью закутанная в пушистое полотенце, только один носик торчал наружу. Осторожно подняв лёгкую девушку на руки, он отнёс принцессу в её комнату, положил на кровать и укрыл одеялом. Тут же мимо него пронёсся мохнатый вихрь и рядом с Дэльфи оказался Натал с женой. Домовой внимательно посмотрел на побледневшее и осунувшееся лицо принцессы, покрутил носом – пуговкой, словно бы принюхиваясь, и с облегчением вздохнул, глянув снизу вверх на Влада.

– Ничего, самое страшное уже позади. Ты иди хозяин, отдохни, а я с Наталой тут немного поколдую. Иди, иди!.. Кому сказано! Мешаешь!

Скиталец не стал спорить, молча вышел и пошёл к себе. Войдя в комнату, он вынул Скелос и пристроил его рядом, что бы был под рукой, а сам поудобнее устроился в кресле. На всякий случай он решил не раздеваться – мало ли какие ещё гости вздумают их посетить.

***

Разбудил его чей-то гневный голос, послышалось шлёпанье босых ног, дверь отлетела в сторону от сильного пинка ногой и перед ним возникла разъярённая Дэльфи. Девушка была тщательно замотана в льняную простынь наподобие сари, которое носят индийские женщины на Земле. Принцесса была босиком, но тем не менее с кинжалом в руке. Ворвавшись к нему, словно разъярённая фурия, она встала перед ним и, похлопывая лезвием кинжала по руке, молча уставилась на Скитальца огромными, потемневшими от гнева глазами. В этот момент она была ещё прекраснее. Под её тяжёлым взглядом Влад ощутил как волосы на его голове встают дыбом, а по спине змеёй ползёт неприятный холодок. Дэльфи была разъярена не на шутку.

– Как ты посмел? – очень тихо спросила она с такой лаской в голосе, что он испугался всерьёз. Таким ласковым голоском можно и крокодила в дрожь вогнать. Одно дело разъярённая девчонка с ножиком в руке, другое дело – Эльфийская Принцесса, волшебница и боец, каких поискать.

– Как ты посмел? – раздельно произнесла принцесса повторно.

– Что я посмел? – удивился Скиталец, искренне недоу-мевая, чем он мог вызвать такой гнев принцессы.

– Кто тебе позволил меня раздеть и, тем более, купать?! Ведь ты же мне обещал!! Дал слово короля!!

– Ой, мама! – испуганно пискнул Жако, увидев в каком настроении Дэльфи, – меня тут нет… – и проворно спрятался под кресло Скитальца. Видимо, всё-таки, решив совсем не покидать того из мужской солидарности.

Скиталец открыл было рот, что бы ответить, но тут раздался лёгкий шелест девичьего платья и в комнату влетела запыхавшаяся Низза.

– Ваше высочество, принцесса Дэльфиоретта! Принц Влад не нарушал данного вам слова. Он всего лишь донёс вас до зала бассейнов, а всё остальное сделали мы. Потом князь отнёс вас в вашу комнату… – она замялась и хихикнула.

– В чём дело, капитан?

– Да ты, теперь, раздета гораздо больше, чем тогда… Вчера вечером Влад мог увидеть лишь твой носик… – и девушка вновь хихикнула.

Дэльфи оглядела себя: хотя она и задрапировалась в простынь, но под тонкой тканью явственно выделялись все её прелести. Девушка улыбнулась и нетерпеливым взмахом руки отпустила Низзу. Скиталец с тревогой наблюдал за ней. Дэльфи явно было плохо и принцесса держалась из последних сил. Едва за Низзой закрылась дверь, как кинжал со звоном выпал из её ослабевшей руки, глаза принцессы закатились, а сама девушка осела на подставленные Владом руки. Скиталец стоял держа любимою девушку на руках и не зная что делать, но тут Дэльфи открыла глаза и слабо улыбнулась:

– Прости, я погорячилась…, мне нельзя было ещё вставать… Но я так разозлилась… Ведь точно помню, что ты меня внёс в зал бассейнов одетой. А тут просыпаюсь у себя в постели, чистенькая, голенькая…

Скиталец, нежно прижимая девушку к себе, отнёс ту в её комнату, опустил на постель. Укрыв одеялом и взбив под её головой подушку, присел рядом. Не удержавшись, поцеловал принцессу.

– Не сердись…, но тебе действительно пока нельзя видеть меня обнажённой, до свадьбы всего лишь. Такова традиция и ещё кое-что…, потом объясню, сейчас не могу… – она слабо улыбнулась ему.

– Нет, принцесса, честное слово – будь я побольше ростом, то отшлёпал бы тебя…, егоза зеленоглазая. Ну чего, спрашивается, вскинулась-то? Я всю ночь промучился с нею, а она за пять минут всё перечеркнула, – пушистый домовой устало сполз с её кровати на пол, подошёл к креслу и потряс за плечо свою жену.

– Вставай, Натала, идём отсюда. У неё теперь свой лекарь… – и они медленно побрели к двери. Видно было, что парочка пушистых созданий и в самом деле умоталась до потери последних сил. На пороге домовой оглянулся и молча погрозил принцессе пальцем.

– Нехорошо вышло, – смущённо прошептала Дэльфи, – они ведь почти вернули мне силы, а я … – она замолчала.

– Как же тебя сумели поймать?

– Они налетели так неожиданно… Я успела зарубить не то шестерых, не то восьмерых – не до подсчёта было… Да и тяжело сражаться с всадниками, когда ты пеший… И тут один из них метнул в меня белый шарик. Тот мгновенно развернулся в жуткую Паутину Мага. Я знала, что если ещё в полёте Паутины успеть разрубить её сердце, то та станет безопасной, и метнула в неё нож…, я лишь на секунду отвлеклась, и в мо-мент броска в меня попали, рука дрогнула и я промахнулась, а дальше ничего не помню. Очнулась уже у тебя на руках… Жаль что мечи пропали, хорошие были клинки. Их ведь выковали знаменитые на весь Энир оружейники Фин-Кола2626
  Оружейники этого острова славятся своими мечами, изготовленными из специального сплава, называемого Золотая сталь. Мечи, выкованные из него, отличаются золотистым оттенком. Грозные мечи рубящие почти всё подряд, а стрела с наконечником из этого сплава, пробивает насквозь любые доспехи.


[Закрыть]под мою руку. Специальный сплав, Золотая Сталь, заточки Эриадорских2727
  Мастера живущие в этом городе на острове Суллом, умудряются доводить заточку мечей, выкованных оружейниками Фин-Кола, до невообразимой остроты. Длинный уверял меня, что толщина режущей кромки не превышает толщины атома. Правда что такое атом я так и не понял как ни старался Длинный мне объяснить. Главное я знаю, что стоят эти мечи бешеных денег, почти не требуют заточки и всегда куются под руку определённого человека. Да и сам процесс изготовления и заточки требует почти два года.


[Закрыть] мастеров.

Скиталец улыбнулся:

– Ты так рассердилась на меня, что даже не обратила внимания на то, что они по-прежнему висят на своём месте.

В комнату тихо вошла Низза.

– Дэльфи, представляешь, а Влад умеет ездить на Стриже без седла. Причём Стриж вчера, когда сообразил, что ты попала в беду, был разъярён не меньше, чем ты сегодня утром. Я его таким увидела впервые.

– Так вот почему ты так быстро меня догнал. Но как же он подпустил тебя к себе?

– А мы с ним договорились. К тому же, насколько я понимаю, он тоже безумно любит тебя. Смотри, ревновать начну.

– Дурачок, – ласково улыбнулась принцесса.

– Влад, как нибудь покажешь нам, как надо метать мечи, словно простые ножи?

– Ну конечно покажу.

– Вы это о чём? – не поняла Дэльфи.

– Да он метнул оба твоих меча, словно ножи, пробив наск-возь двоих циклопов, – Низза лукаво улыбнулась и подмигну-ла Скитальцу.

– Низза, милая, ты забываешь, что я всё-таки, хоть и быв-ший, но полковник особого антидиверсионного отряда «Волкодав». Чтобы убивать мне оружие не надо – я сам по себе оружие.

– Ладно, хвастунишки, будет вам, словно дети малые…

– Да я ещё только начала хвастаться, – Низза присела на краешек постели принцессы, – самое главное я приберегла напоследок. Твой жених, Дэльфи, защищая тебя, выполнил почти невыполнимое: из оборонительной стойки перешёл в атаку с двуручным мечом в руках.

– Из какой? – удивилась принцесса – из «Детской стойки»?

– Да. Сама я, правда, поединка не видела, но видел Скелос. А он врать не будет. Правда я увидела то, что не разглядел Скелос: Влад дрался не просто двуручным мечом, а Дилрагом. В комнате повисла удивлённая тишина.

– Что ещё за Дилраг такой? – проворчал Скиталец – меч как меч. Правда несколько длинноват и тяжеловат для простого двуручника…

– Дилраг особый меч, – пояснила Низза, – им не фехтуют. Он не для того создан. Дилраг предназначен для проламы– вания защитной брони тяжёлой панцирной пехоты. Опытный мечник с одного удара в состоянии разрубить пополам воина, одетого в двойной Датсийский панцирь. Его далеко не каждый в состоянии поднять, не говоря уже о том, чтобы пытаться им фехтовать. Кроме того, Влад этого знать не может, но тебе должно быть известно, что обозначает на рукоятях мечей циклопов Двойной Глаз?

– Ты что, хочешь сказать, что Влад схлестнулся с четвёркой лучших мечей одноглазых?

– Ну тут ты немножко неправа – ты, очевидно, хотела сказать – с бывшей лучшей четвёркой?

Дэльфи недоверчиво посмотрела сначала на свою подругу, потом на Влада.

Низза неопределённо пожала плечами, а потом, как ни в чём ни бывало, продолжила:

– Так что, ваше высочество, как только принцесса встанет на ноги она украсит рукоять Скелоса знаком Мастера Длинного Клинка. Девушка встала:

– Дэльфи, я принесла тебе позавтракать.

– Спасибо, Низза. Что-то не хочется пока. Поставь на сто-лик.

Низза ушла, оставив их вдвоём. Скиталец встал, снял со стены нечто весьма похожее на гитару, прошёлся пальцами по струнам и, присев рядом с любимой девушкой, тихонько запел, глядя на её осунувшееся лицо:

 
…Или же это небо, синее как вода,
Тот кто ни разу не был, не приходил сюда.
Пусть тебе снится лето, я тебе улыбнусь,
А за деревьями где-то, вдруг притаилась грусть.
Или под сенью вёсен где-нибудь загрустишь,
Тихо ложится осень листьями на пути…
 

– Хорошая песня… сам сочинил?

– Нет, один земной поэт, но как его зовут я и сам не знаю.

– Влад, а почему Алый Дракон у меня? Я пыталась его снять, но он не снимается… Зачем ты надел его на меня? Ведь я никогда не смогу им управлять.