Текст книги "Былина железных душ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bylina-zheleznyh-dush-234313.jpg)
Автор книги: Вячеслав Ларин
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
И в это свежее утро на этом некрасивом берегу витязи решили поспать, выставив Беленира на дозор. Они долго не спали без качки, потому для них это было роскошью, да и не могли они продолжать путь: их тошнило. Ведь не привыкли витязи к волнующимся водам моря, а привыкли к прочной земле под ногами. Потому, вскоре они соорудили небольшой шатёр и, улёгшись в нём, вмиг уснули.
Беленир остался сидеть около берега. Но он глядел не на море синее, не на волны широкие, но в другую сторону – на восток, на землю Брегокрая. Там, недалеко от витязя, буграми каменными один выше другого вздымались холмы, за ними, вдали голубой, виднелся сосновый лес. Оттуда, с востока, светило солнце и оттуда же ползли неторопливо густые туманы. Они были белы, словно парное молоко и оттого на душе у Беленира становилось отчего-то нехорошо. Вскоре туманы заметно приблизились, взобравшись на курган плоский, бывший в половине версты от походного шатра, и преодолев его, протянули свои сырые пальцы к путникам. Персты эти оставили на листьях и траве чистую росу, морозную как зимний вечер и заволокли всю округу. Мгла просочилась даже к морю синему, словно бы хотя сказать, кто главнее в этих местах.
Так бы и просидел Беленир все дом тумане, но вдруг раздался вопль. То был не молодецкий посвист, не крик мужа, не бабьи стоны, но вопль древнего и могучего богатыря. От такого вопля сильного, оглушительного как грохот молнии, Белениру аж заложило уши.
– Вставайте! – крикнул он, но его друзья уже встали и выскочили из шатра.
– Что это? – ужаснулся Брисинор.
– Я не знаю, но оно опасно. И может придётся биться!
– У меня еще бока поламывают после схватки с морским чудищем. Я не смогу сражаться во всю силу!
– Откуда этот туман? – удивился Всесвятлир. – Недавно его совсем не было.
– С востока налетел. И он слишком густой, чтобы разглядеть что-либо вдали!
Не успел Беленир и речи закончить, как витязи вновь услышали крик, на сей раз заунывный, словно волчий вой. Все до единого содрогнулись, не зная, кто это кричит и что им делать.
– Надо продолжать путь, иначе нас могут найти, – предложил Всесвятлир. – Идемте! Думаю, мы не заблудимся среди трех сосен!
– Ты прав, нам нельзя оставаться на месте, – согласился Беленир. – Приберите шатёр да готовьтесь к походу.
Вдвоем витязи стали складывать шатёр, а Беленир стал на стороже: мало ли приблизится какая-нибудь тварь. Когда всё было готово, путники отправились в дорогу. Но тут их обуяла страшная усталость: ноги не хотели идти, а глаза сами собою смыкались. Как никак, они так и не отдохнули после морского похода. Тут бы витязям и уснуть без памяти, но Беленир вспомнил Деда-Пасечника и его бодрящую медовуху. Тотчас нашел он свой бутыль, откупорил и выпил все, что оставалось. Также поступили и его друзья, и к ним вернулась прежняя бодрость и сила.
На пути тут да там – всюду – лежал молочными сгустками туман. Беленир даже подумал в ту пору, что эта мгла похожа на огромную седую-преседую бороду, укутавшую все кругом своими волосами. Было прохладно, и в воздухе крупенистыми капельками летала ещё не осевшая роса. Впереди толком ничего не было видно, кроме сосновых стволов, и путники брели наугад и то и дело спотыкались. Спустя час вновь послышался то ли крик, то ли стон, то ли рев – не пойми что – какой-то гортанный гул. На этот раз он был совсем близко, ближе некуда. Казалось, витязи вплотную подошли к неведомому хозяину столь могучего голоса.
– Ха, ха, ха! – кто-то громко засмеялся, воины застыли на месте, будто их обдуло морозящим ветром и они окостенели. – Пожаловали, негодные людишки! – и голос затянул песнь на стародавнем языке, на каком говаривал еще Рох, благо, витязи его знали:
Выше леса я стоячего,
Древнее нежели горы!
Пониже облака ходячего
Явился в стародавние поры!
Внемлите моему гласу,
Речи вы мои выслушайте.
Предолго я не молвил слово
Давно хотел порассказывать!
Путники всё ещё стояли как вкопанные, боясь даже шевельнуть пальцем. Никто из них даже не вымолвил словечка, боясь, что неведомый обладатель голоса осерчает и что-нибудь с ними сделает. Туман тем временем немного рассеялся, и витязи узрели очертания огромного великана, сидевшего на холме и упиравшегося ногой в поваленный дуб. Но мгла ещё не сошла, потому лица его не было видно. Зато была видна его голова и она была величиной с котёл пивной, а между его глаз, что сверкали в тумане как угли, можно было положить меч от яблока до острия. Но руки великана были худы и костлявы, а ноги пусть и велики, но слабы. И тем не менее исполин был тёмен и страшен и даже грозен. Сейчас он сидел и сдирал с себя мох, лишайник, почву и траву – всё, что наросло на нем, пока он спал.
– Хм, хм, хм! – продолжал исполин, почесывая затылок. – Тысячи слов могут слететь с моего языка и сплестись в изречения премудрые. Знаю я начало гор твердокаменных и помню день, когда великаны пошли противу Яровинде. Знал я всех прародителей и живал с ними в одно время. А теперь, когда вы, люди, имеете обо мне хоть какое-то представление, скажите, по доброму обычаю, откуда вы держите путь?
– Из Заповедного Края! – онемелыми губами пробормотал Беленир. – Из земли людей!
– Что ж, о такой я и слыхом не слыхивал: уже много лет я скован проклятием страшного сна! – громовым гласом проревел великан. – Проклятие это нашло на меня, когда я бежал от богов, а мою душу терзал ужасный страх и грызла дикая злоба. Ха! Ха!Ха! Давно же это было…
– А кто такие Яровинде? – спросил Брисинор.
– Божичи да боги – старшие братья всяких водяников, леших, полевиков да дедов. Мало кто знает, как они явились в этот мир. Я вот не знаю. Да и вы не узнаете. Ведь вам, люди, предстоит испытание. Давненько хотел я кого-нибудь испытать таким вот образом. Вам предстоит ответить на мои вопросы премудрые, всего я их задам три по доброму обычаю. Так что вам повезло. Что ж!
– А если мы откажемся? – попытался выкрутиться Всесвятлир, поднимая голову вверх, где высилась как сосна голова худого великана. – У нас очень мало времени, и могут нагрянуть берегины!
– Если вы откажетесь или же не разгадаете мои вопросы хитроумные, хоть один-единственный, то я по доброму обычаю сделаю с вами нечто ужасное. Я вас съем! Я ведь голоден, так что бойтесь меня!
Воины смолкли и, ожидая вопроса, уставились в лицо великана, черты которого были неясны в тумане. Однако, им было заметно, что тот злорадствует, оскаливая свои хищные зубищи. Так Беленир и его друзья простояли под грохот своих сердец минуту, затем великан вновь заговорил:
– А теперь отгадывайте мои вопросы и загадки, иначе вам несдобровать!
– Но дай клятву, что, если мы всё отгадаем, ты отпустишь нас восвояси! – успел вставить Брисинор, прежде чем асилк сказал что-то ещё. Это было очень хитро, и воин сказал это во весь голос, нисколько не боясь исполина.
– Еще и дерзить мне смеешь! – злобно прорычал асилк, сжав в кулаках худые руки: он позабыл, что удаль былая его оставила и вспомнил о том лишь когда по рукам пробежала дрожь. – Что ж, хорошо, коли отгадаете все вопросы, я поклянусь, что пущу вас на вольный свет! Начинаем!
– Нет, нет! – вскрикнул Беленир. – Как это мы начинаем? Клянись сейчас! Решил нас провести, а после своих дрянных вопросов убить или чего хуже – съесть, да?
– А вы, люди, стали не так просты за то время, пока на мне лежали тяжкие оковы векового сна. Но я их сбросил! И всё равно ныне люди не умнее меня, не хитрее меня да и не мудрее меня, ха, ха, ха! Ладно клянусь собою, что пойдете вы на вольный свет, коли ответите на вопросы, и будете живы! – и великан засмеялся таким хохотом, будто разверзлась подземная утроба. Но затем его смех превратился в тяжкий кашель, и асилк замолчал.
– Он слишком уверен в себе, а на этом ничего не зиждется, – сказал тихо Брисинор, видно было, что надежда пыхнула в нём жаром. Её горящие искры запали и в сердца двух его друзей, и они приободрились. Между тем хитрый Беленир увидел, что прямо на одной из ног исполина вырос дуб высоченный, раскинув свои ветви подобно короне над великановой головою. Видать, пока асилк спал, корни узловатые как верёвка оплели ему ногу. Беленир толкнул своих товарищей верных и тихонько указал им на этот дуб.
– Даже если мы ответим неправильно, мы сможем спастись, – прошептал он. – Пока этот тощий асилк вырвет дуб, мы уже будем далеко.
– Начнём! – разразились как гром среди ясного неба слова великана. – Первый мой вопрос: что всего в мире жирнее?
– Не бывает таких коров, чтобы были жирнее других коров, а толще коров я никого не видывал! – молвил Всесвятлир спутникам. – Хотя один раз мне на охоте попался страшно толстый вепрь – не мог от нас даже ноги унести, до того зажрался!
Но Беленир был достаточно мудр и умен и по природе догадлив, чтобы найти ответ на этот вопрос.
– Сыра земля всего жирнее, так как, что на ней ни есть живого – всё она кормит! – огласил он разгадку.
– Да ты хитер! – прорычал асилк. – Но ничего, и не таких я побеждал в подобной игре, побеждали лешаков! – и он начал хвастаться, кого он только не побеждал. – Было дело, даже самого Всеведа одолел я загадками. Да он ускользнул от меня, сказав, будто идёт за выкупом, а сам схоронился в Стоячем Лесу. Ладно, вопрос второй, а он посложнее первого: что крепче – железо или камень?
Беленир пораскинул мозгами, да ничего у него не вышло. Тогда принялся гадать Всесвятлир. Очень упорно пытался он постичь смысл вопроса и постиг, при том довольно быстро.
– Камень крепче для защиты, – ответил он, – крепость из него век стоит, а железо ржавеет и становится трухою! Железо крепче для войны – каменный топор тяжел и может сломаться, а железный остёр и выдержит многие битвы. Что, великанище, думал мы так глупы, что не найдем ответ на такой легкий вопрос? Твои знания не тайна для нас.
– Это еще только разминка для ваших ушей, – рассмеялся злобно асилк, хотя было видно, что он неприятно удивлён догадчивостью витязей, – а теперь я задам самый отменный вопрос. Повторять его я не буду, посему слушайте сейчас повнимательней. Ежели его не разгадаете, то вам будет худо. Что ж, вот он, третий мой вопрос: у деда моего прадеда был отец, у того отца внук, у внука правнук, кто тот правнук мне? – притом всё это асилк произнёс как скороговорку.
Этот вопрос ошеломил всех витязей: они в изумлении переглянулись и стали думать да гадать, но ответ не приходил им в головы, не являлась разгадка хитроумная.
– Сложно, сложно! – покачал головой Всесвятлир, пытаясь потянуть время для дум.
– А вы думали, что третий вопрос будет так же легок, как и первые два: первые два обнадеживают, а третий лишает надежды! – проворчал хрипло асилк, покачивая своей огромной головой. – Я очень хитер, потому по доброму обычаю решил поиздеваться над вами. На этот вопрос еще никто не нашел ответа, ведь ответ на него можно искать только полчаса. Время уже давно идёт и треть срока улетела будто птица, а вы ничего так и не придумали! И сразу хочу сказать, чтобы вы не горевали на свою глупость – ни один человек не познает больше, чем ему отмерила природа. Ваши познания не могут быть безграничны, потому не печальтесь, если не найдете ответ и окажетесь моим обедом!
– Мы его найдём! – заявил Беленир и собрался с мыслями. Через пять минут он выговорил:
– Дед моего прадеда – это, – он замолчал на несколько мгновений в раздумьях, – мой прапрапрадед.
– Уже хорошо, – одобряюще молвил Брисинор.
– Но что было в вопросе дальше, вы запомнили? – спросил Беленир: он страшился, что не только он, но и его товарищи славные позабыли вопрос.
– По-моему у деда моего прадеда был дед! – сказал Всесвятлир.
– Не дед был у деда прадеда, а отец! – перебил его Брисинор, видно, более внимательный.
– Да, отец! – подтвердил Всесвятлир.
– Отец прапрапрадеда – это прапрапрапрадед! – молвил Беленир уверенно.
– Но кто тогда внук прапрапрапрадеда? – спросили вдвоём Всесвятлир и Брисинор, а асилк тем временем засуетился: никто прежде не отгадывал этот вопрос, а Беленир был на верном пути.
После недолгих раздумий он выговорил, на этот раз менее уверенно:
– Это прадед, вроде бы.
– Нет, не прадед! – прервал его речь Всесвятлир, гордо подняв свою голову, уже мня себя спасителем своих друзей. – Это прапрадед, ведь сын прапрапрапрадеда прапрапрадед, а внук тогда прапрадед! – после этих речей в головах у всех витязей словно бы помутилось и их накрыло таким же туманом, как тот, который простыней седою скрывал лицо злобного великана. И только после того, как муть усталости сошла с лиц витязей, а великан уже отсчитывал последние мгновения, Брисинор сказал:
– Кто же мне правнук прапрадеда? А мне правнук прапрадеда будет отцом! – воцарилась тишина: великан не знал, что сказать, ведь он поклялся, что пустит живыми всех витязей на волю, а нарушать клятву он не желал, ибо это было в те времена тяжким позором, и клятвы уважали даже великаны. Только лишь некоторые жестокосердные змии могли их презирать.
Седина тумана, тем временем, рассеялась, оставив от себя лишь приятную дымку голубого цвета. Тут-то путники наши и увидели, что находятся на небольшой поляне, а всюду мелькают как каменья цветы пёстрые, словно бы разбросанные в спешке по полю неведомым хозяином зелёных лугов. Поляна со всех сторон была укутана в сосновые рощи. И сосны взметались в синь неба пушистыми кронами, а их стволы рдели как драгоценные яхонты. На западе, за этими соснами, был всё еще слышен беспокойный говор волн; на юге журчали потоки порожистой Синегривки, сбегавшие водопадами в самое синее-пресинее море. Асилк всё сидел, подперев свою голову тяжкую худыми руками. Он был напряжен. Наконец он вымолвил своё слово:
– Больше, чем камней у гор, больше, чем цветов в воде цветущих – вот столько много лет проспал я, ежели не больше. Ожидал я, что не отгадаете вы вопросы и смогу я насытиться вволю! – и тут воины потянулись к своему оружию. – Как видно вы, люди, поумнели. Задайте мне загадку, хочу испытать свои силы, но толь-ко одну загадку, не иначе.
Беленир, недолго думая, загадал первую попавшуюся на ум:
– Стоит дед над водою, колыхает бородою!
– Хороша загадка, не слыхивал такой! – прокряхтел асилк. – Надо подумать как следует. Хм, хм, хм, хм! Наверное, много загадок набралось, пока я спал…
– Быстрее, мы спешим! – молвил Брисинор.
– Камыш-ш-ш-ш! – зашипел великан. – Что ж, угадал я вашу загадку: не больно уж и хороша она оказалась. Но я голоден, так что убирайтесь с моих очей, пока я не передумал отпустить вас. Вы победили меня в состязании по доброму обычаю: теперь должно поискать мне другой пищи. Оленя или вепря надобно попробовать. Пока я спал они хоть не перевелись на белом свете?
– Нет, не перевелись! – ответствовал Беленир настороженно. – Их, должно быть, полно в этих лесах! – и он обвел рукой боры сосновые да еловые заросли.
– Хорошо! – сказал спокойно великан, почесав затылок. – Что ж, уходите и быстрее, покуда голод не взял надо мною верх! – и он обхватил руками дуб столетний, давным-давно появившийся в краю сосен и елей, и, собрав все силы, выкорчевал его, ибо тот оплел своими корнями его ногу.
Распрощавшись с асилком, путники поспешили на восток, ибо посчитали, что туда им и надобно, ведь на севере стояли уже города берегинов, к югу и западу же Брегокрай кончался.
– Худое видели, хорошее увидим! – сказал Всесвятлир.
Глава 7. У хозяина полевого золота
Под ногами путников как скатерть бранная стелилась стежка, бережно протоптанная обитателями здешних мест. Она была неширока, так что приходилось идти гуськом. По краям тропки рос верес, густой и пушистый. Он разросся почти повсюду, однако за его обширными кущами высились молодые сосенки. Они, распушивши хвою на тонких ветвях, стояли так, будто знали, что им предстоит вырасти могучими древами. Путники прошли еще два дня, прежде чем за этими сосенками выросли высокие, но одинокие сосны. Постепенно эти одинокие сосны перешли в сосновый бор, а бор этот и был той рощей, в которую стремились путники, ища премудрую колдунью. Она распростиралась и на юг, переходя Синегривку и останавливаясь в землях Заповедного Края. Дорожка тем временем все шла и шла, разворачиваясь все шире: воины приближались к тем местам, где их обитатели были крупнее, чем берегины.
– Ещё, наверное, долго топать до того дома, где проживает премудрая колдунья, – заметил Всесвятлир. – А ведь тот великан наверняка привлёк внимание местных. То-то они удивятся, когда кроме асилка найдут здесь незваных гостей.
– Пока местные берегины смекнут что произошло, – молвил догадливо Брисинор, – незваные гости станут зваными.
– Но это страна Гелена, – сказал Беленир. – И, как мне кажется, он здесь решает, кто званый гость, а кто нет. Если нас схватят, то за нарушение границ Гелен наверняка заключит нас, иноземцев, в тёмную-претёмную да в сырую-пресырую темницу. Так что поспешим.
И тут, когда витязи того совсем не ожидали, появился тот, кого они не думали сейчас встретить. Те, кто внимает мой сказ, известный древле, наверняка его не припомнят, так как он промелькнул пока что как личность не очень важная. А он, скажу я, был личностью очень многозначительной и уважаемой не только в Брегокрае трисветлом, но и в других землях и даже за морем широким.
Прямо на тропе проторенной, ставшей уже три локтя в ширину, прямо навстречу Белениру твёрдой поступью вышел древнерождённый Дед-Пасечник. Путники тому немало подивились и подумали: «Как можно встретить Деда-Пасечника так близко от дома колдуньи?». Да вот так и можно его встретить, коли он уверенно и бодро да к тому же с гордостью шагает тебе навстречу! И вот дед оказался уже в нескольких шагах от витязей, и его борода седо-медовая заколыхалась на встречном ветру. Казалось, лицо старца стало ещё суровее с тех пор, как путники видели его в прошлый раз: ровные и гордые черты остались прежними, но лохматые седые брови с отливом золота нахмурились, и глаз стало почти не видно – лишь два ярких огонька сверкали из-под этих бровей, густых как ветви кроковиста дуба. Одет дед был по-мужицки, как и в прошлый раз: в широкие штаны и рубаху-косоворотку. Рукава на ней были закатаны по локоть, так что были видны его могучие загорелые руки. Казалось бы, чем не мужик? Да только больно уж суров и горд был он для простого мужика-работника и даже в таком образе мало на него походил.
– Приветствую вас, добрые путники, пойдемте, хлеб-соль отведаем! – сказал добродушно Дед-Пасечник, подняв брови и поклонившись своим новым гостям поясным поклоном.
Воины тоже поприветствовали его поясными поклонами (им было некогда раскланиваться до самой земли, знаете ли, у них было важное дело), и Беленир, выступив вперед, молвил:
– Здравствуй, Дед-Пасечник! Не ожидали мы тебя здесь встретить, отведи же нас в свой дом, если он не далеко, накорми, напои, да помоги нам в важном деле, – с вековечным старцем Беленир говорил точно и по делу, но стараясь не отступать от обычаев приветствий, существовавших с далёких времён.
Дед-Пасечник хотел было что-то ответить, как вдруг из сосновой рощи на тропу вышло трое берегинов-лесников в обычных рубахах и с красивыми луками.
– Привет, пчёльник! – сказал один из них: самый высокий и худощавый, со светлыми глазами, точно сделанными из хрусталя.
– И вам здоровья! – ответил дед.
– Эти люди, – начал берегин, – пробрались в наше государство без всякого дозволения и приглашения. Если бы не асилк, что проснулся в округе и встал из кургана, из того, что с плоским верхом,
мы бы о них и не узнали, пока не нашли б их в рощах Святобора.
– А что с асилком? – спросил пасечник. – Что с ним сделали? – Накормили и отправили к государю, – ответил высокий берегин. – Пусть перед ним держит ответ. А эти люди должны отправиться в темницу. Как никак, Фрерин, они нарушили границу, тайно вступив на нашу землю, – витязи молчали, зная, что лучше не вмешиваться.
– Отчего же тайно? – усмехнулся Дед-Пасечник. – Я их пригласил! Сейчас пойдём выпьем светлого мёда да накатим по кружке медовухи. У вас часом не закончилась? А то у меня как раз с собой есть лишний бутыль.
– Как раз закончилась, – улыбнулся берегин, и дед, вытащив из своей сумки бутылку, сунул её ему в руку.
– Благодарю, – промолвил берегин. – Бутылки потом принесу. Хах! Не знаю, как бы мы тут, Фрерин, и жили без твоей медовухи. А раз ты пригласил этих людей, то по закону я не могу бросить их в темницу. Они гости на нашей земле, но тебе должно известить о том верховного стража границ Дановита и поскорее, – и лучники отвесили деду поклоны и ушли в лес к своей сторожке, поспешая попить ароматный и слегка креплёный дар Фрерина.
Но лесники не схватили витязей не потому, что дед вовремя сунул им бутыль. Ведь он раздавал им бутыли чуть ли не каждый день, и они возвращали ему их уже пустыми – для наполнения. Лесники не схватили витязей оттого, что берегины уважают всех, кто древнее их, коли те мудры и не коварны. Да, да, пчёльник был древнее любого из берегинов, но сейчас я не хочу на это отвлекаться. Как никак, у меня здесь Дед-Пасечник вовсю разговаривает, а мне приходиться говорить, что он оченно стар! Так вот, поскольку де двековечный, был уважаем берегинами, они оставили его и его гостей, то есть наших витязей, в покое и ушли по-добру да по-здорову.
– Ещё вам привет, удальцы, – изрёк дед. – Вы сказали вам нужна помощь? Значит, всё будет. Пошлите же ко мне, отведаем моей медовухи, сыты медвяной или каких медоварных напитков, вместе за столом посидим, обсудим ваши делишки, как они у вас заладились али не заладились!
– Да только далеко ли твой дом? – спросил Беленир.
– Не далеко, но и не то, чтобы прям уж близко! – ответил дед.
Он повёл витязей по прежней тропе. Она вдруг резко изогнулась на северо-восток и повела их среди кустов ежевики. Верес остался позади: путь ему преградили журчащие ручьи довольно приличной ширины. Сосны тоже исчезли, словно боясь переступить эти потоки. Ведь за этими ручьями находились земли, подвластные Деду-Пасечнику. Видать, он не желал, чтобы на его земле росли верес и сосны, потому своей могучею силой запретил им там появляться.
Так витязи оказались на открытой поляне, довольно большой, ибо от одного конца поляны до другого было версты две. С неба на неё лился целый водопад ярких лучей, поливая светом пышное разнотравье и диковинные высокие синие да красные цветы, самые лучшие из медоносов во всем северном крае, а может и во всём Древогорье, и с них пчёлы без устали собирали нектар, затем делая из него мёд для своего хозяина. Поляна была окружена со всех сторон сосновым бором, только с юга подступала к ней, как стеною, дубовая роща. Но ни одна сосенка и ни один дубок не росли на самой поляне. И даже не было на почве того луга ни одной хвоинки и листа – такова была сила Деда-Пасечника: он не позволял на своей земле лежать даже хвоинке, не говоря уже о листьях! Зато цветам разноцветным хозяин полей был рад, потому и росли они там на каждом шагу. Были на поляне также и громоздкие деревянные ульи для пчёл-медотворцев в виде изваяний могучих богов. Их построил сам дед. И вся почва около этих ульев была усеяна пёстрыми цветами, душистыми как дуновение ранней весны, и яркими как небесные светила.
В самой середине луга зеленого стояли красивые хоромы. Нетрудно догадаться, что хоромы эти были домом Деда-Пасечника. Они были сложены из камня и дерева в два яруса. Нижний был каменный, очень крепкий, его для пущей надёжности подпирали дубовые балки, верхний же был сделан из толстых дубовых брёвен. Окна были как на первом ярусе, так и в тереме, правда на первом они были узкие и длинные, как в твердокаменном замке, а на втором широкие, как в жилых избах. Сами хоромы имели продолговатый вид и простирались в длину на четырнадцать сажен. Двери в храмину были широки и могучи и держались на кованых петлях. Нынче они были распахнуты настежь. Крыша хором была соломенной и венчалась головою могучего змея с одной стороны и двумя лебедями, скрестившими шеи с другой.
И, не успел Беленир толком поглядеть на дом, как увидел кого-то в дверях – у входа мелькало какое-то белое пятно. Но витязь не решился спросить кто это у хозяина дома: мало ли ему показалось. И вот путники, ведомые пчёльником бодрым, подошли к его дому, и он молвил:
– Это моя жена, Берёза! Знакомьтесь!
В дверях, под каменным сводом с высокой аркою, стояла прекрасная жена деда, самая прекрасная из всех жен, которые когда-либо попадались Белениру на глаза, стройная и на вид молодая. Её каштановые волосы были очень длинны и спускались до самых колен, извиваясь, словно ствол молодого деревца. Ко всему прочему, волосы красавицы были свободны и вольны и вились так, как хотели: ничто их не связывало, кроме одной единственной налобной повязки. Брови Берёзы были того же цвета, что и волосы, а под бровями переливались, словно смоляные слёзы дерев, распрекрасные задумчивые очи. Они были такие синие, что, казалось, были выше небосвода и глубже пучины морской и синее и того, и другого вместе взятого. Стоило лишь глянуть в них, как сразу на душе становилось весело. И черты лица дедовой жены были так ровны, бледны и строги, что внушали всем умиление. Одета же она была в белейший сарафан, а стан её был тонок и красив. «Она словно наливное яблоко, – подумал Беленир. – А пчёльник так стар. Как это так у него такая молодая и красивая жена?».
– Здравствуй, повелитель пчёл, мой муж! – сказала Берёза и широко улыбнулась, оголив ровные белые зубы. Белениру её голос показался самым мягким и спокойным.
– Привет, жена златоустая! – промолвил дед. – Ты всё хорошеешь… А вот мои друзья! – и дед указал на витязей, которые все как один смотрели на бледноликую красавицу.
– Здравствуйте и вы, мои гости, – ответила она, и все путники ей тотчас поклонились.
– Сейчас будем обедать, друзья мои, – воскликнул дед. – Какой мёд вам приготовить?
– А неужели он бывает разным? – удивился Всесвятлир, а дед, нахмурившись, принял очень серьёзный вид, даже больно суровый.
– Есть мед тягучий аки смола, есть как слеза прозрачный, а есть точно янтарь солнечноясный! – ответил он с важностью. – Некоторые думают, что он всегда одинаков на вкус, но ошибаются крепко! Не всегда то, что одинаково на вид, одинаково и на самом деле. Хотя он и на вид не одинаков. А если вы не хотите самого мёда, из него я могу приготовить удивительные по вкусу напитки и пищу! Возьмите хоть мой хмельной медовый квас, сваренный из пчелиного меда и верескового нектара. Его можно пить хоть целый день и всласть не напьёшься!
– Хватит глаголить про мёд! – сказала вдруг Берёза, и, хотя голос её прозвучал тихо, он был настойчив. – Пора бы уже завести гостей в дом и усадить их за стол.
Дед-Пасечник согласился со своей женой и пропустил её и витязей в дом, а сам зашёл следом. Тут Беленир заметил, что поступь Берёзы была легка и красива, как лебяжья, а плечи её высоки и стройны. «Да, – подумал он. – Какая красота расцвела для деда». Хозяева и гости прошли через сени и оказались в горнице. Горница была на удивление обширной и светлой, посреди неё стоял дубовый стол: сработан он был грубо, но на века. Вокруг того стола были расставлены деревянные скамьи, а во главе него друг подле друга стояли три резных сосновых стула тонкой работы. Кроме того, стол был накрыт скатертью белой с золотистыми узорами: её выткала Берёза и тем очень гордилась. Ещё в зале около стен стояли крепкие очень красивые лавки да кое-где висели на стенах ковры.
Путники, уставшие с дороги, уселись на скамьи вокруг стола и стали ждать обеда. Берёза ушла готовить, а Дед-Пасечник сел во главе стола на сосновый стул. Он нахмурился и обвел взглядом, сверкавшим искрами живости, всех своих гостей.
– Что ж, Беленир! – сказал он. – Ты уже знаешь, что Фрерином рекут меня берегины. Но ты не ведаешь и не гадаешь, как ещё зовут мою верную жену Берёзу, верно? – тут пчёльник улыбнулся.
– Слыхивал, что вы одолели Мосального Горба. Славный подвиг, скажу я, братцы! Так вот, вы наверняка не знаете, как ещё называют мою жену Берёзу.
– И как же? – спросил Беленир.
– Сейчас скажу. Помните, я молвил вам, что вы должны найти меня в Брегокрае? Но, как видите, я сам вас здесь нашёл. Ведь время, оно не ждёт, а течет, так что вам надо за ним наблюдать, ибо ваши жизни коротки. Это я могу не наблюдать за ним вовсе, а вам надо. Я неспроста вас здесь нашел и неспроста дом мой стоит прямо в сосновой роще, во бору светлом, куда вас послал Митрапирн!
– И кто же такая Берёза? – вновь спросил Беленир, начиная догадываться.
– А Берёза, ясное дело, дочь Земли сырой и жаркого Солнца, – ответил вежливо дед, поглаживая свою бороду, – к ней вас Митрапирн и послал, её называют люди колдуньей! А вы думали, зачем я встретился вам на той дорожке? Ежели бы я не встретился вам, то вас бы закрутили лесники-берегины, а так явился я, а меня они уважают, и вам помог. Всё для того, что чтобы сюда вас и привести.
– Но ведь ты знал, куда мы идём, когда встретил нас в Заповедном Крае и одарил медовухой, почему не отвёл сразу к своей жене? – спросил Всесвятлир. – Тогда я ходил в Заповедный Край по своим делам – навестить родичей, – ответил дед. – О том, что вас послали на поиски коня в Брегокрай я узнал от князя Стрезибора, потому не мог помочь вам и пригласить вас в государство берегинов. Для этого пришлось бы возвращаться обратно и идти к верховному стражу границ Дановиту или самому Гелену, что было бы очень долго. Иначе не прошли бы вы Синегривку даже со мной. Вас я встретил случайно и не знал, что вы держите путь к моей жене. Я думал вы уже знаете, где искать богатырского коня. Ведь Стрезибор, северный князь, сказал мне, что по слухам вы идёте именно за конём. Это уже потом я побывал у Митрапирна и всё узнал.
– Вот откуда ты знаешь, что Митрапирн послал нас к твоей жене, – рёк Брисинор. – Ты и с ним поговорил. Но неужели он всё так и рассказал?
– Да, рассказал. Я пришел в его чертог, во терем светлый, да и молвил ему всё как есть. Митрапирн поведал мне, что приходил к нему Всевед и сказал, что надо искать коня доброго, богатырского, а где тот конь знает вещая колдунья, что живет в роще на севере Заповедного Края. Должно быть, Всевед предупредил вас, что дом в той роще не единственное ее жилище. Ведь дома у нас есть по обеим сторонам Синегривки, и сейчас моя жена и я живем в Брегокрае, а не в Крае Заповедном. Уверен, что Всевед пошел бы с вами, но не стал этого делать по двум причинам.
– По каким же? – спросил Беленир.
– Ну если бы я с женой был сейчас на другой стороне реки, в Заповедье, то вам никакой трудности меня отыскать бы не было. Но я сейчас живу в этом доме, а в Брегокрай Всеведу дороги нет. Он же отступник! Отказался в свое время признать власть богов и божичей! Вы уже знаете, что Синегривку нельзя перейти без ведома государя берегинов, и, как я сказал Митрапирну, что колдунья-то моя живет на другой стороне, тот аж и ахнул. Но я его успокоил, что есть другие пути и ушёл из его чертогов, перешёл реку и оказался здесь.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?