Текст книги "Таинственное"

– Поцелуй меня, Джек! – мягко сказала я ему. Джек медленно и нежно дотронулся до моих губ и наслаждался поцелуем со мной. Сидя на бумаге, которая была вся испачкана разноцветными красками, мы были с ног до головы в краске. Он повалил меня на пол, и остатки красной краски вылились мне на лицо. Он продолжал страстно меня целовать, крепко прижав к себе. Я сорвала с него рубашку и целовала его соски. Он прижал меня к полу и крепко сжал мои руки, целуя мою грудь. Нежно и тихо я сняла с него серые брюки и быстро перевернулась, оказавшись сверху.

– Секс с призраком – это будет нечто, – улыбнувшись, сказала я.

– Попробуй, и мы узнаем… – ответил Джек, страстно глядя на меня.

– Но знай, у меня еще не было парня, ты первый…

– Это хорошо, я рад, что ты честная, – ответил он, сильно прижав меня к себе. Мне с ним было очень хорошо, я ловила наслаждение от всего происходящего…

Лежа на испачканной бумаге, мы тяжело отдышались после горячего секса. Меня мало волновало, что я только что потеряла девственность, да к тому же не с обычным человеком, а с призраком. Но такого наслаждения я еще никогда не испытывала. По моей щеке стекала капля зеленой краски, словно я плакала зелеными слезами. Джек осторожно снял с моей щеки «слезу», улыбнулся и сказал:

– Ну, как тебе? Понравилось?

Я взглянула на него, вся запыхавшаяся и потная:

– Дай сначала отдышаться… Но если серьезно – ты в этом деле супер.

– У меня этого не было уже лет двадцать, – сказал он с улыбкой.

– Да, нелегко тебе было сдерживать этот голод, – пошутила я, лежа на его испачканной красками груди. На душе было спокойно, мне казалось, что я самая счастливая женщина в мире. – Так мы дорисуем эту картину?

– Да, дорисуем, и прямо сейчас…

Взяв остальные краски, мы постепенно ее дорисовали, в итоге вышла красивая картина – на ней были изображены двое влюбленных, которые не могли насладиться друг другом.

Я радостно взглянула на Джека.

– Я хочу, чтобы этот вечер не кончался никогда, – тихо сказала я ему на ухо.

– Этот вечер никогда и не кончится… – успокоил меня Джек.

– Джек! Я не думала, что скажу кому-то эти слова или что-то подобное, – сказала я, смотря на него влюбленными глазами.

– Ты это про что?

– Я люблю тебя, Джек. Очень-очень сильно.

Он так на меня смотрел, будто ждал этих слов целую вечность.

– Адель! Я еще ни к одному человеку не испытывал то, что испытываю к тебе. Иногда я боюсь этих чувств – они слишком сильные, – ответил он.

– Нас все равно что-то разлучит: болезнь или старость, несчастные случаи. Ты будешь жить вечно – а я? – спросила я, тяжело вздохнув, и словно скинула ярмо с усталых плеч.

Джек внимательно смотрел на меня.

– Не говори об этом. Мне страшно подумать, что с тобой может что-то случиться.

– Но ведь я просто обычный человек! Это реальность, Джек, от этого никто не застрахован, – сказала я ему печально.

Он отвернулся, ему было больно.

– Адель! Я боюсь тебя потерять… Эти полгода, что мы вместе, – самые лучшие дни в моей жизни. До тебя я не жил, а просто существовал…

Я улыбнулась:

– Джек, я и подумать не могла, что встречу человека – да не простого, а призрака – и полюблю его больше своей жизни.

Я крепко прижималась к нему, мне было тепло и уютно, с ним было так легко дышать и так просто улыбаться. Мы проговорили с Джеком еще несколько часов, затем мои тяжелые веки опустились, и я сразу же уснула, сама того не заметив.

Проспав всего три часа, я услышала громкий стук в дверь. Открыла сонные глаза и обнаружила себя лежащей на кровати в своей комнате. «Это Джек меня сюда перенес, во время сна», – поняла я. И снова тот громкий стук в дверь – это был папа.

– Сейчас открою, – громко отозвалась я.

Отец стоял передо мной рассерженный.

– Где ты была этой ночью? – заорал он.

Я содрогнулась от папиного крика, мне стало жутко от его бешеных глаз. Наконец, я набралась смелости и твердо ему сказала:

– Не буду врать тебе, я была у своего парня.

– Парня? – переспросил удивленно он.

– Да, у него, я встречаюсь с ним уже полгода, но никак не могла подобрать время, чтобы рассказать вам с мамой.

Адам странно взглянул на меня, как будто что-то подозревал:

– Тогда это все меняет. Но если у тебя есть парень, я хочу с ним познакомиться.

– Познакомиться? – переспросила я удивленно.

– Адель! Ты каждую ночь где-то пропадаешь, и я хочу знать, с кем.

Я улыбнулась:

– Хорошо, я ему скажу.

– А, вот еще, Адель! К нам едет бабушка Молли, она должна прибыть сегодня ночью. Ей надо подготовить комнату – там давно не было уборки. Вы с Джейн после школы там приберетесь, – твердо сказал отец.

– Хорошо, папа, сделаем…

Он ушел, сильно хлопнув дверью. Бабушка Молли – это папина мама, живет в Коннектикуте. Я уже не видела ее три года – как быстро время пролетело! Мы с бабушкой Молли всегда были в хороших отношениях, помню, она всегда дарила мне дорогие подарки. Но после того, как умер дед, она сильно изменилась.

Я быстро позавтракала горячим омлетом и пошла в школу. За полгода не много изменилось: моя сестра Джейн стала встречаться с Питом, а у Дженнифер с Майком так и не вышло ничего серьезного.

Первый урок – история, которую вела Маргарет. Женщина была чем-то недовольна, по ней было видно.

– Все открыли страницу 333, глава восьмая, «Сефелиф». А теперь скажите мне, пожалуйста, кто такие сефелифы?

В классе никто не поднял руку – наверное, никто ничего не знал про них. Маргарет взглянула на нас удивленно, улыбнулась и покачала головой.

– Сефелифы – это не демоны, как вы подумали. Сефелифы страшнее и сильнее демонов. Из ада их выпускают на землю только для очень важных миссий. Они работают заказными убийцами, убивают жестоко, без жалости! – сказала с высоко поднятой головой Маргарет.

Весь класс внимательно слушал ее. Учительница свое дело знала идеально.

– Извините, а откуда у вас такая информация про сефелифов? – спросил Майк.

Я кинула усталый взгляд за окно. На улице был виден силуэт человека. Причем он внимательно смотрел на меня. Я заметила, что человек этот выглядит странно и необычно одет: это была белокурая женщина ростом около двух метров, укутанная в белую простыню, густые кудрявые волосы. У меня перехватило дыхание от увиденного. Я на несколько секунд закрыла глаза, подождала и снова открыла, но там уже никого не было. Я уже было подумала, что ангел пришел ко мне, – демон, насколько я знаю, выглядит иначе.

– Историки говорят, мало кто знает про сефелифов. Они опасные, и даже очень, – продолжала учительница.

После урока истории, который так быстро пролетел, я встретилась в школьном коридоре с своими друзьями. Дженнифер и Сьюзен говорили о Майке.

– Привет, девочки! Как провели выходные? – спросила я вежливо.

Сьюзен взглянула на меня с хитрой улыбкой.

– Да ничего такого, вот говорю Сьюзен про Майка, странный он какой-то. Сначала пытался со мной что-то наладить, а сейчас совсем на меня внимания не обращает, – сказала грустно Дженнифер.

– Дженнифер! Да успокойся ты, пускай не обращает, все мужики козлы, – сказала спокойно Сьюзен. У нее никогда не было парня, и она не знает, что это такое.

– Я бы сказала, Сьюзен, не все мужчины козлы. Есть и очень хорошие, – ответила я ей.

– Хорошие? – переспросила она. – Да брось, Адель, они все такие – сегодня с тобой, а завтра с другой. Вот и все…

Мы с Дженнифер обменялись взглядами.

«Сьюзен я еще такой не видела», – подумала я.

– Прошу тебя, не надо, Сьюзен! Что ты можешь знать про мужчин, если у тебя никогда и парня не было?! – прямо ей в лицо кинула Дженнифер.

Сьюзен вся покраснела, ей стало стыдно:

– Дженнифер! Я лучше промолчу.

Я улыбнулась и взглянула в левую сторону коридора. Там увидела Джейн с Питом: он что-то вдохновенно рассказывал, а она смотрела на него влюбленным взглядом. Они остановились возле нас.

– Как вы, подружки? – спросила весело сестра.

– Вот говорим про мужчин, а вы что делаете? – спросила Сьюзен.

– Мы вот во дворе немного прогулялись, решили сходить на чай, – ответила сестра.

Пит взглянул на меня, широко улыбнувшись, и спросил:

– Адель! Ты где в последнее время пропадаешь?

– Нигде, дел много дома, – ответила я.

– Кстати, Адель, ты знаешь, кто к нам сегодня ночью приезжает? – спросила с усмешкой сестра.

– Да, знаю, сегодня утром папа сказал. Бабушка Молли, которую мы с тобой уже три года не видели…

– Да уж… Быстро время прошло. Ее лазанья самая вкусная, верно?

– Я сколько ни училась ее делать, никогда не получалось, – ответила равнодушно я.

– Ну ладно, девочки, я на урок, сейчас у меня математика. А учитель не очень добр, – сказала Дженнифер.

– Иди-иди, а то еще накричит на тебя, – посоветовал Пит.

После разговора я пошла на следующий урок – физику. Учитель физики был немного замкнутым человеком, он практически ни с кем не разговаривал, только с некоторыми учениками. После урока я пошла на обед в столовую, где уже сидели Майк и Энджи.

– Садись к нам! – окликнул Майк.

Взяв поднос с едой, я присела к ним и спросила:

– Почему вы только вдвоем? Где остальные?

– Я не знаю, где остальные, в последнее время мы с ними не очень ладим, – сказал грустно Майк.

– Что между вами случилось?..

– Не в обиду, Адель, но это личное, – ответил Майк.

– Простите, что прерываю ваш разговор. Адель, ты еще будешь булочку с джемом? А то у тебя осталась, – сказала с полным ртом Энджи.

– Да, бери, я не буду… Майк! То, что у вас с Дженнифер не клеится, не означает, что вы не будете вместе, – сказала я ему обнадеживающе.

Он глянул на меня и слегка улыбнулся:

– Я сам не хотел этих отношений, слишком уж мы с ней разные.

– Ну смотри, как знаешь, тебе решать, – ответила я.

После невеселого обеда я решила уйти из школы пораньше, поскольку должна была приехать бабушка – нужно было убрать в комнате.

В моей голове все крутилась мысль о том, что я увидела на уроке истории за окном: там была женщина, похожая на ангела! Да еще и с такими волосами, как была нарисована у Джека на картине. Может, ангел мне давал какой-то знак, что он должен наконец объявиться? С этими мучительными мыслями я пришла домой и неожиданно услышала знакомый голос. Это была бабушка Молли.

– Бабушка! – громко прокричала я и упала в ее объятия. Запах ее одежды я помнила, словно мы расстались только накануне. Бабушка Молли была достаточно современная женщина; несмотря на свои шестьдесят пять лет, волосы она красила в красный цвет и всегда имела шикарный маникюр, покруче, чем у мамы.

– Адель! Солнце мое, как ты здесь? – мило спросила бабушка Молли.

– Все хорошо, я бы сказала даже супер! Ты сегодня что-то рано приехала?

– Я уже старая, время перепутала…

– А я как раз пришла из школы, чтобы подготовить тебе комнату…

– Не надо, солнышко, я здесь и так знаю каждый уголок.

– Я знаю, ты ведь когда-то жила здесь. А потом вы с дедом переехали отсюда.

– Да, совершено правильно. Мама с папой еще на работе?

– Они должны приехать через два часа. Присаживайся, бабушка, – вежливо сказала я.

– А где твоя младшая сестра?

– Джейн осталась в школе, она там вместе со своим парнем… Да у нее все хорошо. Бабушка, как твое самочувствие?

– Высокое давление, а так больше ничего, – ответила Молли.

Я провела бабушку в комнату, убралась у нее, и тут родители пришли с работы.

Мама, я, бабушка Молли и Джейн, – мы все вместе собрались и начали готовить ужин, о котором я так давно мечтала. Отец накрывал на стол – это он умел делать очень хорошо.

Мы с Джейн принесли еду на стол, где было уже все накрыто. Мама негромко включила спокойную музыку, и мы все вместе уселись ужинать.

– Мы хорошо здесь прижились, несмотря на то, что я был против переезда, – сказал папа, доедая куриную ножку.

Мама с улыбкой взглянула на мужа:

– Да, у нас были разногласия насчет переезда.

Бабушка Молли улыбнулась:

– Дети мои, мы с Адамом жили здесь не один год. И все было хорошо.

– Адам пошел под сокращение, вот поэтому мы и переехали сюда. Здесь работа поближе, и за квартиру не надо платить, – сказала мама.

Джейн взглянула на бабушку и спросила:

– А почему вы переехали из Амотивилля?

Бабушка сразу же посмотрела на отца, а тот как будто растерялся и начал кашлять.

– Когда-то здесь случилась трагедия, из-за которой мы переехали в Коннектикут, а Адам – в Нью-Йорк, там он встретил вашу мать и женился на ней, – ответила бабушка.

Родители молча переглянулись.

– А что за трагедия? – спросила я.

– Это случилось в соседском доме, – ответила бабушка Молли.

– Мама! Прошу тебя, не надо, не начинай, – откликнулся отец.

Бабушка взглянула на нас с сестрой и просто улыбнулась. После теплого ужина мы разошлись по своим комнатам, Джейн пошла гулять с Питом, а на дворе уже наступали сумерки. Я сидела за ноутбуком в своей комнате и ждала Джека. Солнце пару минут как уже зашло, но он почему-то не появлялся.

Войдя на свою страницу в «Фейсбуке», я увидела сообщение от подруги и от какого-то незнакомца. Я посмотрела на часы – было уже ровно восемь. Стояла темная ночь, а Джека все еще не было, и я занервничала: за все полгода он ни разу не опаздывал так сильно – наверное, с ним что-то случилось. Но мне оставалось только ждать.

Время шло, было уже полдесятого, а Джека все нет и нет. Я выглянула в окно, но в доме напротив света не было, сплошной мрак. Я вышла на улицу, быстро перебежала дорогу и пошла к дому Джека. Открыв старую скрипучую дверь, я позвала:

– Джек!

Но в ответ – только эхо, в доме стояла мертвая тишина. Включив фонарик на айфоне, я поднялась на четвертый этаж, где была его комната, но там не было никого, кроме старых картин. Никаких признаков жизни, хотя было уже одиннадцать ночи. За свою недолгую жизнь я всего пару раз плакала. Но сейчас на мои глаза наворачивались слезы. Я стояла одна посередине пустой комнаты.

– Джек! Где же ты?

Я села возле окна и мучительно ждала его, пока не уснула.

Проспав где-то полчаса, я проснулась в холодном поту, в воздухе пахло ладаном, как в церкви. Но пару часов назад такого не было. Я встала и посветила по сторонам – никого. И тут внезапно раздался тупой звук, и послышалось, как кто-то машет большими крыльями, словно что-то огромное летело ко мне. В углу стало так светло, что я на пару секунд ослепла.

Я увидела перед собой большого ангела, женщину, за спиной у нее были белые крылья, кожа бледная, а волосы белые и кудрявые, вся она была окутана белой простыней. Женщина опустила глаза и смотрела в пол. Это ангел, и именно его я сегодня видела в окне на уроке истории. Мои ноги дрожали от волнения, я забыла все слова, что приготовила сказать при встрече. Не каждый день видишь ангела, сошедшего с небес. Я просто молчала и смотрела, затаив дыхание.

– Адель Маркус, недавно переехала из грешного города под названием Нью-Йорк в пригород Амотивилля. И встречается с Джеком Томасом, которого убили двадцать лет назад, убийца которого до сих пор не найден, – ровно и уверенно сказала женщина-ангел, подняла голову и стала рассматривать меня.

– Да-да, это я, Адель Маркус, – испуганно ответила я.

Ангел с улыбкой взглянула на меня и вышла из угла поближе ко мне. Она была такой яркой, что слепила меня.

– Несмотря на все это, ты продолжаешься встречать с призраком? – спросила спокойно ангел, ее глаза меняли цвет – были то ярко-голубыми, то зелеными.

– Я с ним встречаюсь, потому что люблю его, очень сильно люблю, – ответила я.

Облик ангела мне кого-то напоминал.

– Ты думаешь, что ты меня уже где-то встречала? – спросила с улыбкой ангел. Она очень красиво улыбалась – более красивой улыбки я не видела.

– Да, я уже вас где-то видела, только вот не помню, где именно. Вы меня сегодня в школе навещали, я видела вас из окна, – уверенно ответила я.

– Адель, милая моя девочка! Про меня нарисовано много картин, одну из них действительно нарисовал сам Джек Томас. И она висит в твоей спальне, если я не ошибаюсь. Адель Маркус, милая моя девочка… – тихо сказала ангел, обходя вокруг меня.

– О Боже мой! Ты же архангел Габриэль, – удивилась я.

– Да, все верно, я ангел Габриэль, наблюдательница над всеми ангелами, – гордо сказал он.

По телу пробежали холодные мурашки. Это тот самый ангел, которого рисовал Джек. На секунду я замолчала.

– Видишь, Адель, как несправедлива судьба! Еще недавно ты и представить не могла, что встретишь человека своей жизни и мечты, а что получилось в итоге! Он оказался призраком и, как бы ты сильно не любила Джека, вам не суждено быть вместе.

Я посмотрела пустым взглядом на Габриэль и не могла ничего сказать в ответ. Она была права. Ангел продолжала ходить вокруг и этим невероятно давила на меня.

– А где Джек? Почему он не пришел? – спросила я.

Габриэль посмотрела на меня хитрым взглядом: она знала, где Джек, но схитрила:

– Джек на сегодняшнюю ночь остался в мире ином.

Она встала поближе ко мне. Пригнув голову к моей груди, ангел услышала биение моего сердца.

– Такая молодая и невинная девочка, но позволь заметить – я знаю все тайны твоего сердца…

– О чем вы говорите?

– Я знаю, у кого ты была полгода назад, Адель. Думаешь, он тебе поможет? Ни капельки – исполины только и знают, как давать напрасные надежды, они обижены тем, что отцы-ангелы оставили их среди смертных и возврата нет. Не верь им, – усевшись на старое кресло, сказала Габриэль.

Я холодно смотрела на архангела.

– Почему я не должна им верить? Это же вы оставили их среди нас. Они для вас – как какие-то уродцы.

– На небесах нет места для полусмертных, – ответила гордо она.

– Габриэль, нельзя быть такой высокомерной!

– Адель! Радость моя, только не учи меня жить. Я старше тебя на тысячу лет, а ты пытаешься меня чему-то учить, – ответила с хитрой улыбкой ангел, глаза ее засветились ярко-белым цветом. Она быстро встала с кресла и подошла ко мне.

– Хватит бессмысленной болтовни. Вам с Джеком не суждено быть вместе, оставь его в покое. Иначе все будет плохо, и ты пожалеешь, что встретила его, – сказала она сердито.

– Я не смогу оставить его, даже если бы это было необходимым. Я люблю его больше всего на свете.

Габриэль громко засмеялась:

– Какая любовь может быть между мертвым и живым, между днем и ночью? Глупости, Адель, глупости…

– Для вас, может, и глупости, а для меня – смысл жизни. Прошу вас, Габриэль, не надо делать мне еще тяжелей, – тихо сказала я.

Она стояла напротив окна и смотрела на мой дом, точнее – в окно моей комнаты.

– Знаешь, Адель, чем плох ваш мир? Тем, что в нем нет любви, а только увлечение, сексуальное притяжение и корыстные цели.

– Да, в этом вы правы, в нашем мире действительно это есть. Но я испытываю к Джеку самые светлые и теплые чувства. Знаю, что это может звучать глупо, но я задыхаюсь, когда он возле меня. Мне просто не хватает воздуха, иногда я себя сдерживаю, чтобы не упасть к его ногам… Разве это не любовь? – спросила я, устало смотря на ангела.

– В целом мире есть одна любовь, и это любовь к нашему Отцу. А ты мне пытаешься здесь что-то сказать про твою любовь к Джеку…

– Вам этого не понять – вы же ни разу не влюблялись!

– Да кто ты такая, чтобы мне это говорить! – воскликнула она и тут же подошла ко мне.

– Я просто прошу вашей помощи: помогите ему. Вот и все, – ответила испуганно я.

Габриэль безучастно посмотрела на меня. Прикусив верхнюю губу, она хитро улыбнулась:

– Хочешь ему помочь? Только не знаешь, как?

– Да, все верно.

– Ты знаешь, Джека Томаса убили первого марта тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года. Убийца до сих пор не найден. В вашем городе происходили странные убийства, но на некоторое время они прекратились. Так вот, прекратились они ненадолго. Убийства будут продолжаться.

– Кто это делает? И почему?

– Как ты могла заметить, имена всех убитых были похожи на имя Джека, к тому же они были такого же возраста. Этот убийца ищет парня, которого уже давно нет в живых. То есть Джека Томаса, – зло сказала Габриэль.

– Джека? Зачем он ему?

– Этого, моя дорогая Адель, я тебе не могу сказать. Но знаю одно – это только начало конца.

– Про что вы говорите, Габриэль? Что будет?

– Ты сможешь помочь Джеку, только отыскав его убийцу. Больше я ничем не могу тебе помочь, – сказала она, отвернувшись от меня. Габриэль распростерла свои большие белые крылья и обернулась ко мне с улыбкой на лице:

– Еще одно. К тебе будет приходить лукавый из ада, не верь его словам. Он просто даст тебе напрасную надежду, от которой будет еще тяжелей.

Она взмахнула своими большими крыльями и в ту же секунду исчезла, оставив за собой только одно белое перо, выпавшее из крыла. Оно медленно приземлилось и засветилось ярким светом, я подошла к нему, взяла и положила в карман. Я все еще не могла поверить, что говорила с ангелом; внутри было какое-то опустошение от услышанного.

Глубоко за полночь я крадучись вернулась домой, родители уже крепко спали. Через пару часов встанет солнце, но я долго не могла уснуть после пришествия ангела – все думала и думала про наше будущее с Джеком, с этими мыслями и уснула.

На следующее утро я проснулась от теплой руки, что гладила меня по голове. Открыв сонные глаза, я увидела бабушку Молли. В детстве она всегда будила меня утром, чтобы я вставала в школу, куда мне так не хотелось идти.

– Адель, вставай! Уже полседьмого, Джейн на кухне уже приготовила завтрак, – сказала Молли.

– Да, бабушка, уже встаю… Папа уже поехал на работу?

– Да, еще час назад, мама оставила вам горячий омлет.

– Если только Джейн весь его не съела – она такая, – пошутила я.

Быстро собрав вещи в школу, я спустилась на кухню, где меня ждал вкуснейший мамин омлет. Что-что, а готовить мама умела шикарно – в этом я даже ей немного завидовала.

После приятного завтрака и кофе мы с сестрой поехали в школу, где нас ждали совсем не хорошие новости. В конце школьного коридора я увидела толпу испуганных студентов, в их глазах читался страх. Кошмарная новость привела их в ужас: в нашей невинной школе под номером шесть вчера жестоко был убит студент Джек Страйкер, недавно ему исполнилось восемнадцать. Его лицо было изрезано ножом. Он лежал на полу в конце коридора, над его головой на стене была надпись кровью: «Джек Томас! Я иду за тобой, тебе не спрятаться». Все студенты ударились в панику, перешептывались между собой. От этой надписи у меня голова кругом пошла, я не чувствовала под собой ног.

– Он уже добрался до нашей школы! – закричала Сьюзен, что стояла возле меня.

– Сейчас опасно выходить из дома. Если мои родители про это узнают… – испуганно протянул Пит.

– Всем разойтись по своим классам, нечего смотреть на покойника! – властно прокричал директор школы. По нему было видно, что он до смерти напуган этим происшествием.

– Учитель! Есть предположения, кто убийца? – крикнула Дженнифер.

– Нет, мы даже не представляем, кто на такое способен…

– Полиция уже здесь, разойдитесь, все разойдитесь! Нечего вам здесь смотреть! – прокричал появившийся из ниоткуда шериф.

Тело Джека Страйкера так и лежало на полу, в крови, в глазах у него застыл ужас.

– Кто такой Джек Томас? – крикнул студент из толпы.

– Да, кто он такой? – спросила сестра, что стояла возле меня.

Мне стало страшно – вдруг они разоблачат меня?!

– Уходим, Джейн, уходим, мне страшно, – позвала я.

Мы с друзьями стояли на школьном дворе, некоторое время просто молчали и смотрели друг на друга.

– Я его знала, пару раз ходила с ним в кино, – печально сказала Энджи.

– Мы с ним в прошлом году представляли нашу школу на олимпиаде по математике, скромный был парень, – негромко сказала Сьюзен.

– Да уж, жалко бедного парня… Но что этот серийный убийца забыл в школе? – спросила Дженнифер.

– Ты же видела эту надпись на стене. Его привел в Амотивилль некий Джек Томас, – ответил Пит. У меня сразу же пробежали мурашки по спине и выступил холодный пот.

– Кто он? Кто-нибудь что-то слышал о нем? – спросила Джейн, обнимаясь с Питом.

– Нет, я впервые слышу эту фамилию, хотя в Амотивилле живу с самого детства, – ответила Дженнифер.

– Надо будет спросить про эту фамилию у родителей. Может, они знают, – предположила Сьюзен.

– Наверное, сейчас нашу школу на какое-то время закроют. Кто захочет после такого убийства пускать своего ребенка в школу? – с горечью сказал Пит.

– Мне теперь будет страшно выходить из дому – а вдруг этот серийный убийца где-то недалеко от меня?! – испуганно пробормотала Джейн.

– Адель! Ты чего молчишь? Так сильно испугалась? – спросила Дженнифер.

– Да, испугалась, мне как-то не по себе после этой истории, – не соврала я.

Они посмотрели друг на друга.

– Джейн, идем домой, сегодня уроков уже не будет, – сказала я.

– Ты иди, а я останусь еще погулять с Питом. Если сможешь, заодно поможешь бабушке на кухне, – ответила сестра.

– Все, девочки, давайте, я домой – мне и в самом деле не по себе…

Сказав так, я оставила их. От того, что случилось в школе, я была в ужасе. Неужели убийца подобрался так близко к нам? Но самое страшное – он искал Джека, Джека Томаса, в которого я была без памяти влюблена.

Приехав домой, я застала свою бабушку Молли копающейся в маминых вещах.

– Бабушка! – окликнула я.

Она испуганно задрожала и схватила что-то – старую фотографию или что-то вроде того.

– Адель! Вот уж не думала, что ты так скоро вернешься из школы… Обед уже готов, идем, я тебя накормлю.

Как-то странно бабушка начала себя вести – она старательно спрятала то, что взяла в мамином ящике. Мы сели за стол, но мне было не до еды, я думала совсем о другом.

– Ну, говори, что у вас там случилось? – спросила Молли.

– Да просто ужас какой-то… Парня жестоко убили, причем написали на стене имя и фамилию того, кто им нужен.

– И кто же это?

– Убийце нужен Джек Томас.

Молли вскочила из-за стола и испуганным взглядом посмотрела на меня.

– Джек, Джек Томас? Но это невозможно, он ведь убит…

Молли словно призрака увидела, когда услышала, про кого идет речь.

– Бабушка! Вы знали Джека Томаса? – возбужденно спросила я.

– Это долгая история, как-нибудь в другой раз расскажу… – Молли стала быстро уходить, словно убегая от ответа.

– Бабушка! Стойте, куда же вы? Я задала вам вопрос… Вы знали Джека Томаса?

Молли остановилась и медленно обернулась ко мне. По ее глазам я поняла, что она знает, кто убийца Джека. А для меня это было последней надеждой спасти его.

– Да, знала, и очень хорошо. Он жил в соседнем доме, что напротив, хорошая была семья. Пока в их дом не пришла смерть.

Я вопросительно посмотрела на бабушку.

– Джек Томас был хорошим художником, рисовал замечательные полотна. Люди со всей страны приезжали к нему за картинами. Однажды приехал очень богатый человек из Лос-Анджелеса, Джек нарисовал ему картину на заказ – да такую, что от нее глаз было не оторвать. Томасу тоже очень понравилась эта картина. И он решил не продавать ее ни за какие деньги – в эту картину он вложил все свои эмоции. Рисовал он, вложив в картину всю душу, и эта картина, по его мнению, чем-то отличалась от всех предыдущих, на ней была нарисована пара…

– «Влюбленные»! – откликнулась я, перебив бабушку.

– Да, откуда ты это знаешь? – спросила удивленно Молли.

– Это была обычная молодая пара, они купались возле водопада. Но им не суждено было быть вместе, потому что она была ангелом, а он демоном – такая вот несчастливая любовь, – сказала я грустным голосом, опустив глаза.

– Адель! Где ты услышала эту историю?

– А кто эту историю не знает? – соврала я.

– Я думала, что она редкая и мало кто слышал о ней, – сказала Молли, присев за стол.

– Так что случилось с Джеком? – спросила настойчиво я.

– Как я говорила, он не хотел продавать картину, как бы его там ни уговаривали. К нему снова пришел этот богатый человек. Но Джек не стал с ним разговаривать и закрыл дверь перед его носом. На следующее утро Джека Томаса нашли мертвым в саду, что сзади дома. Он выпал из окна четвертого этажа – выпал или его кто-то сбросил. В эту же ночь картина «Влюбленные» пропала, и ни про убийцу, ни про картину до сих пор ничего не известно, – грустно сказала Молли.

– Да уж, никогда бы не подумала… – сказала удивленно я, оставила бабушку на кухне и побежала наверх.

Копия этой картины висит в нашей гостиной. Я подумать не могла, что Джек именно так ушел из этой жизни. Но сначала надо дождаться вечера, а точнее, захода солнца. Мне ему нужно многое сказать.

Время шло очень медленно, а мне так не терпелось быстрее увидеть Джека – столько всего на меня навалилось. Сначала пришествие ангела Габриэль, потом убийство в школе и надпись на стене с именем Джека, и вот теперь я узнала про его таинственную смерть…

Я была охвачена страхом и не понимала, что со мной происходит. Вдруг все изменится и я его больше не увижу? Ангел же говорил мне, что нам не судьба быть вместе. Но от самой мысли об этом меня бросало в дрожь, я просто задыхалась от этого страха.

Солнце уже полчаса как зашло, а Джека все нет и нет. Что же с ним случилось? С такими мыслями я с ума сойду. Я настолько нервничала, что у меня задергался левый глаз. Но тут мои назойливые мысли внезапно умолкли: он был позади меня, и я чувствовала этот запах, что сводит меня с ума. Так и хотелось на него накинуться и съесть без остатка. Джек схватил меня за бедра, кончик его холодного носа был возле моей горячей щеки. Он знал, что я боюсь щекотки, но в то же время мне очень нравилось, когда это делал именно он.

– Здравствуй, солнышко мое, – негромко прошептал он мне на ушко, и на сердце сразу стало легче от его слов.

– В нашем случае ты должен мне говорить «луна моя», поскольку мы с тобой видимся только ночью, – ответила я.

– Да? Хочешь, теперь я буду называть тебя так? – спросил он, широко улыбнувшись.

– Я серьезно, Джек, мне мало видеть тебя только ночью, с этим надо что-то делать.

– Ну и что ты предлагаешь? У нас нет другого выбора: с рассветом я умираю, с заходом возрождаюсь.

– У нас в школе сегодня произошло ужасное убийство. Был убит парень, и преступник оставил надпись кровью на стене.

– Что за надпись? – взволнованно спросил Джек, смотря на меня широко открытыми глазами.

– Там было написано: «Джек Томас! Я иду за тобой, тебе не спрятаться».

От услышанного Джек на пару секунд потерял дар речи. Он затаил дыхание.

– Как это? Кто еще про меня знает?

– Никто, кто может знать о тебе? Ты ведь убит двадцать лет назад, это просто нереально, чтобы кто-то о тебе вспомнил через столько лет!

– Адель! Ты никому не рассказывала обо мне? – спросил Джек со страхом в глазах.

– Нет, об этом и речи быть не может. Я бы не стала этого делать, ведь я тобой очень дорожу.

Он посмотрел на меня взглядом, полным любви, и, улыбнувшись, сказал:

– В твоей верности я никогда и не сомневался, просто тот, кто про меня знает, наверняка знает и про тебя.

– Глупости! Про нас никто не знает… Ну, почти никто, – неуверенно сказала я. Джек еще ничего не знал про то, что ко мне приходил ангел.