Читать книгу "Свидание с миллионером"

Ирка прослеживает за моим взглядом, замечает Даниила и с тихим свистом выпускает воздух сквозь неплотно сомкнутые губы.

– Ух ты… – понизив голос, чтобы никто кроме меня не услышал, восторженно шепчет она. – Ты посмотри, какой… Неужели боженька услышал мои молитвы и наконец послал ко мне моего принца?!

Не дожидаясь ответа, подруга ловко спрыгивает с моего стола и грациозной походкой идёт навстречу Даниилу.

– Добрый день! Могу я вам помочь? – елейным голоском интересуется она, кокетливо поправляя причёску.

Даниил с неохотой отрывает от меня взгляд, переключает внимание на Ирку и щедро одаривает её своей очаровательной улыбкой.

– Это зависит от того, что вы можете мне предложить, – заявляет он.

Карандаш, что я сжимаю в руке, начинает жалобно трещать…

– О, я могу много чего вам предложить, всё зависит от того, чего вы хотите, – незамедлительно отзывается подруга.

Карандаш все-таки ломается, причём с громким хрустом. Но никто не обращает на это внимания.

– Ваша компания, кажется, окнами занимается? Я бы хотел заказать окно.

Даниил продолжает безмятежно улыбаться, ослепляя своим обаянием всех вокруг. В нашем офисе даже будто светлее становится от его улыбки. Словно он ясно солнышко, взошедшее на небосводе после изнуряющей череды долгих дней ненастной погоды.

В тихом бешенстве я наблюдаю, как вся женская половина нашего коллектива (будь прокляты опен-спейсы) пялится на него, развесив слюни по подбородку. А Ирка так и вовсе млеет. Кажется, ещё чуть-чуть, и у неё скулы сведёт от слишком широкой улыбки.

– Это замечательно! – приторно тянет она, изящным жестом руки указывая на свой стол. – Пройдёмте к моему рабочему месту, я приму у вас заказ.

Не знаю, кого из них двоих я ненавижу в эту секунду больше – Хоффмана или свою подружку. Растеклась перед ним сахарной лужей. А пару недель назад, когда Даниил приезжал ко мне в другом прикиде, обсмеяла его и «чудом-юдом» окрестила. Сучка.

Даниил тем временем продолжает мило улыбаться и отрицательно качает головой, чем вводит Ирку в замешательство.

– Я бы предпочёл, чтобы заказ у меня принял другой менеджер, – невозмутимо заявляет он.

Казионова, кажется, окончательно впадает в ступор от такого заявления. Она явно не ожидала подобного поворота событий. Да и я, признаться, тоже.

– А… почему? – оторопело спрашивает подружка.

– Вы просто такая красивая девушка, боюсь влюбиться, – с наглой ухмылкой отвечает Хоффман. – Мне бы кого-нибудь попроще. Например, вон ту брюнетку. – И показывает пальцем на меня. – Я лучше пойду к ней, если вы не возражаете.

И не дожидаясь её ответа, шагает прямо к моему столу.

Ирка буквально с открытым ртом провожает Даниила глазами, после чего переводит ошалелый взгляд на меня и цедит сквозь зубы:

– Что ж, не возражаю…

Мда. Кажется, нашим с ней приятельским отношениям только что пришёл конец.

Нет, что этот придурок вообще творит?!

Пока я пребываю в шоке, и выкатывающимися из орбит глазами наблюдаю за происходящим, Даниил подходит к моему столу. Усаживается на стул для посетителей, вальяжно развалившись на нём, словно у себя дома, и принимается с интересом изучать подаренный мне Стасом букет. Потом отрывает от него взгляд и наконец удостаивает меня своим вниманием.

– Добрый день.

– Что ты здесь делаешь?! – гневно интересуюсь я, каким-то чудом снова обретая дар речи.

– Хочу заказать окно, – с невинным видом отвечает Хоффман. – Думал, вы слышали мой диалог с вашей коллегой.

Чувствую, как мой чайник начинает закипать.

– Издеваешься?

– Вовсе нет. Зачем мне это нужно?

– Понятия не имею!

Даниил слегка прищуривает глаза и пристально смотрит на меня, отчего мне вмиг снова становится жарко.

– От кого цветы? – небрежно интересуется он.

– Не твоё дело.

– А вы всегда так грубо с клиентами разговариваете?

– А ты действительно приехал заказать окно? – скептически хмыкаю я.

– Мне поклясться? – усмехается Даниил.

Хлопаю глазами, пытаясь понять: это его очередная тупая шутка, или он и правда всерьёз?

Делаю глубокий вздох, заставляя себя успокоиться. Неизвестно, что в голове у этого ненормального, но при любом раскладе мне действительно лучше вести себя корректнее. Я не имею права так общаться с клиентами, даже если они мои знакомые. Ещё не хватало, чтобы меня уволили.

Отворачиваюсь к монитору. Пододвигаю его так, чтобы Даниилу был виден экран.

– Хорошо. Какое окно вы хотите заказать?

– Мне нужно окно нестандартной формы. Вы такое можете сделать?

– Мы всё можем.

– Отлично.

– Вы уже делали замеры?

– Да. Могу назвать вам длину, ширину. Всё, что нужно.

– Давайте, я тогда сделаю чертёж в программе.

– Супер.

Я открываю программу, а Даниил начинает давать указания, что мне рисовать:

– Первый блок метр на метр, ровный квадрат. Сразу к нему примыкает второй. Ширина так же метр, высота – три метра. Третий блок такой же по размерам, как первый. Нет, внизу ровная линия. А вот здесь сверху можно ещё сделать небольшую форточку? Пятьдесят сантиметров высотой.

Он на полном серьёзе тыкает пальцем в монитор и объясняет, что и как надо сделать. На время я даже начинаю верить, что мой несостоявшийся ухажёр действительно приехал сюда за окном. А не ко мне. И ловлю себя на том, что испытываю от этого факта острое разочарование. Но когда чертёж готов, и я начинаю придирчиво рассматривать результат наших совместных с Даниилом стараний, вдруг понимаю, что форма окна выглядит довольно странно. Напоминает неприличный жест руки с оттопыренным средним пальцем. Или скорее даже ещё более возмутительный объект.

– Какая интересная форма, – произношу я, выгибая бровь.

– Нравится? – небрежно спрашивает Хоффман.

– В каком помещении вы собираетесь поставить это окно? – проигнорировав его вопрос, интересуюсь я.

Даниил опирается локтями на стол, наклоняется ко мне и нагло заявляет:

– В нашей с тобой спальне.

Я снова в шоке. Хочется истерично расхохотаться. Едва сдерживаю себя от этого.

– Ты придурок?

– Я соскучился, Лялька, – негромко произносит он, проникновенно глядя мне в глаза.

– И поэтому ты устроил этот цирк?! Почему нельзя было просто позвонить?!

– Я звонил. Ты не захотела со мной разговаривать.

– Когда такое было?!

– В субботу.

– Ах, значит, это всё-таки был ты! Я оставляла телефон подруге, она ведь просила тебя перезвонить на следующий день, почему ты не послушался?

– Ты ведь обиделась на меня, я решил, что звонить уже бессмысленно.

Я закрываю лицо руками и тоже упираюсь локтями в стол.

– Боже мой… – выдыхаю я со стоном себе в ладони. – За что мне это?

– Лялька, я правда соскучился. Прости, что потерялся на целую неделю. У меня честно возникли проблемы, и вообще ни до чего было.

Поднимаю на него измученный взгляд.

– Вообще-то ты пропал на две недели.

– Я очень каюсь. Готов искупить свою вину любым способом, каким скажешь, – проникновенно произносит Даниил, глядя на меня из-под бровей.

Под этим взглядом невозможно устоять. Мои губы сами собой растягиваются в глупую улыбку. Кажется, я уже давно его простила.

Но понятия не имею, что ответить сейчас на предложение об искуплении вины. Извинений Даниила мне более чем достаточно. Да мне бы хватило и простого звонка с предложением встретиться.

Всё бы отдала, чтобы снова поцеловать своего сумасшедшего Хоффмана.

Собираюсь сказать ему, что подумаю над способом искупления, но не успеваю. В этот самый момент по столу начинает идти вибрация, а на моём телефоне высвечивается имя «Стас». Я машинально хватаю гаджет и переворачиваю его экраном вниз, с паникой осознавая, что время уже наверняка перевалило за шесть, и правая рука отца Даниила, должно быть, уже ждёт меня на парковке офиса.

Поднимаю испуганный взгляд на Даниила и встречаюсь с его невыносимо пронзительными карими глазами. Хоффман снова смотрит на меня слегка прищурившись, будто хочет прочесть мысли.

– Даритель цветов звонит? – вкрадчиво интересуется он.

Я накрываю телефон ладонью.

– Не твоё дело.

Даниил откидывается на спинку стула и вновь принимает вальяжную позу, широко расставив колени.

– Ответь ему, что же ты. Меня застеснялась, что ли?

Я поджимаю губы, понятия не имея, как себя повести в этой дурацкой ситуации. По хорошему надо бы действительно ответить на звонок, извиниться перед Стасом и попросить его уехать. Но каким языком это донести, чтобы не обидеть человека, и как сделать это при Данииле?

– А ты ревнуешь, что ли? – спрашиваю я с вызовом.

– Разумеется, нет. Ревнуют только неуверенные в себе люди, – заявляет мой собеседник.

– А, ну да, конечно, – со скепсисом хмыкаю я, вспоминая, как меня бомбило, когда он мило общался с другими девушками на моих глазах.

– Ответь на звонок, – напоминает Даниил, указывая взглядом на спрятанный под моей рукой гаджет.

Что ж, проверим на прочность твою самоуверенность, засранец.

Мстительно улыбаюсь и плавно стягиваю телефон со стола так же, экраном вниз. Подношу к уху, одновременно принимая вызов.

Взгляд Даниила вспыхивает нездоровым любопытством. Я внутренне ликую.

– Алло, привет, – кокетливо произношу я в трубку, намеренно не обращаясь к звонящему по имени.

– Привет, – тепло отзывается Стас. – Ты еще не освободилась? Я уже приехал, жду тебя.

На мгновение мне становится стыдно, что вожу за нос этого чудесного во всех отношениях мужчину. Но уже в следующую секунду я ловлю на себе насмешливый взгляд карих глаз, и весь стыд куда-то улетучивается сам собой.

– Слушай, ко мне тут клиент один вредный пришёл под конец дня, – щебечу я в трубку сахарным голоском, – я, похоже, сильно задержусь с ним. Ты не жди меня, езжай по своим делам. Увидимся в другой раз.

– Ну что ты, Ляль, я тебя дождусь, – возражает Стас. – Время есть. К тому же у меня ещё для тебя небольшой сюрприз.

Мне снова становится очень стыдно. Хочется с размаху впечатать ладонь себе в лоб и застонать в голос. Но вместо этого я натянуто улыбаюсь. Даниил ведь всё ещё смотрит – надо изображать флирт.

– Что за сюрприз? – спрашиваю я ласковым тоном. Надеюсь, не очередной неподъёмный букет.

– Выйдешь – узнаешь, – загадочно отвечает Стас.

Если бы чувство неловкости убивало, я бы уже наверняка скончалась. Блин, что делать? Это кошмар какой-то.

– Стас, мне очень неудобно заставлять тебя ждать, – со вздохом говорю я, слишком поздно спохватываясь, что всё-таки назвала его по имени. – Может, я задержусь тут на целый час или даже на два. Пожалуйста, не жди меня, езжай по своим делам, – практически умоляю.

Вижу, как брови Даниила едва заметно дёргаются вверх. Неужели так быстро догадался, что это за Стас? Снова немножко ликую. Не ревнует он, как же.

– А как быть с сюрпризом? – раздаётся из динамика приятный мужской голос.

– Эм… Ну… А это может подождать до завтра?

– Вообще да, просто мне очень хотелось увидеть тебя сегодня ещё раз.

– Это не очень удобно, правда…

– Ну хорошо. Тогда завтра пообедаем вместе?

– Давай, – не раздумывая, киваю я, радуясь победе.

– Отлично. Тогда до завтра, Ляля.

– Пока!

Сбрасываю вызов, кладу телефон обратно на стол и плутовато смотрю на Даниила, с независимым видом откидывая волосы назад. Интересно, как теперь мы будем шутить?

– Ну и кто это был? – небрежно интересуется он, скрестив руки на груди.

– Какая разница? – пожимаю я плечом. – Ты ведь не ревнуешь, а я не обязана перед тобой отчитываться.

– Ну мне же нужно понимать, ты с кем-то встречаешься? – без единого намёка на шутливый тон спрашивает Хоффман.

– Нет, я ни с кем не встречаюсь, – заверяю я его.

Уголки мужских губ слегка приподнимаются в подобии улыбки, но глаза при этом остаются серьёзными. От этого мне даже становится немножко не по себе. Непривычно видеть Даниила строгим.

– Что ж. Тогда я собираюсь похитить тебя на этот вечер.

Это настолько прекрасно звучит, что внутри меня расцветает самый настоящий восторг. Целый вечер с Даниилом! Хочется прыгать от счастья и хлопать в ладоши. Но я всё еще помню его некрасивый поступок, это заставляет тщательно прятать свои эмоции за напускным равнодушием.

– Снова только на один вечер? – сдержанно улыбаюсь я.

– Ну, если ты не против, могу и на всю ночь, – заявляет этот наглец.

Ага, шутник Даниил вернулся. Мне снова хочется сделать жест «рука-лицо».

– Я не это имела в виду, – недовольно вздыхаю я.

– Да шучу я, – мягко смеётся мой ухажёр. А у меня в груди начинает щемить от понимания, как сильно я соскучилась по его смеху. – Конечно, нет. Я хочу видеть тебя как можно чаще.

– Ты забыл спросить, хочу ли я тебя видеть, – невинно улыбаюсь я, за язвительностью пряча внутренний восторг.

И ведь понимаю, что слова Даниила на поверку могут оказаться всего лишь пустышкой. Для некоторых парней не существует вообще никаких моральных ограничений, они способны на самую низкую ложь, чтобы заполучить желаемое. Я прекрасно знаю это. Но глупое сердце всё равно замирает в груди от радости.

– А разве не хочешь? – ухмыляется Хоффман.

– Даже не знаю… – тяну я, картинно подпирая щеку ладонью. – Две недели назад очень хотела. А сейчас…

– Если не хочешь, я могу уйти, – вкрадчиво предлагает мой собеседник, ставя меня тем самым в дурацкое положение.

Молодец, конечно. Вот что ему теперь ответить? Прогнать? Так ведь уйдёт же. Невольно вспоминаю нашу поездку в лес, когда просила Даниила остановить машину, и он тут же подчинился. Но и признаться в том, что не хочу отпускать его, выше моих сил.

Складываю руки на груди, откидываюсь на спинку своего кресла. Со злостью смотрю в наглые карие глаза, судорожно соображая, какой придумать ответ.

– Уходи, если хочешь, – говорю я в конце концов, небрежно пожимая плечами.

А сама едва не трясусь от страха, что сейчас действительно возьмёт и уйдёт.

Даниил усмехается. Упирается обеими руками в подлокотники и медленно поднимается со стула. У меня внутри всё обрывается в этот момент. Неужели и правда уйдёт?!

Но он не уходит. По крайней мере, не сразу. Сначала огибает по дуге мой стол, беспардонно стягивает с треногой вешалки у стены моё пальто, перекидывает его через свою руку и, будто так и надо, отправляется с ним на выход.

– Эй! – выкрикиваю я ему вслед, ошарашено приподнимаясь со своего кресла. – Ты что делаешь?!

Даниил оборачивается и бросает мне через плечо с лёгкой ухмылкой:

– Жду тебя снаружи.

После чего невозмутимо продолжает шагать на выход и вскоре покидает офис.

Я плюхаюсь обратно в кресло, поражённая очередной выходкой этого засранца. Мне одновременно хочется и прибить его, и прыгать до потолка от счастья, потому что, каким бы самоуверенным наглецом Даня ни был, всё равно безумно мне нравится. И я рада, что он не ушёл.

Только сейчас замечаю, что офис уже практически опустел. В помещении остались только несколько моих коллег-трудоголиков, которые никогда не покидают свои рабочие места вовремя, да Ирка. Эту, как раз наоборот, в восемнадцать ноль-ноль обычно из-за компьютера как ветром сдувает. Но только не сегодня. Ещё бы. Я бы тоже на её месте вряд ли смогла бы уйти, не досмотрев до конца устроенное Даниилом представление.

Само собой, как только Хоффман покидает сцену, Казионова вскоре подлетает ко мне.

– Лялька, это что сейчас было? Кто это такой?! Вы ведь уже были знакомы, я правильно поняла? – изумлённо тараторит она.

– Ир, давай я тебе потом всё расскажу, сейчас мне надо идти… – без особой надежды на успех предлагаю я, активно кликая мышкой: закрываю программы и завершаю работу компьютера.

– Ага, щас! – возмущённо произносит подружка, упирая руки в бока. – Расскажи сейчас, хоть в двух словах!

Я устало вздыхаю и поднимаю на неё глаза.

– Ну если в двух словах, то мы познакомились две недели назад, встретились один раз, провели вместе день. Потом он исчез, не писал и не звонил. Теперь вот заявился, помириться хочет.

– Обалдеть, – качает головой Ирка. – А как же Стас?

– Да не знаю я, Ир, – снова тяжко вздыхаю я. – Сама в шоке. Пока перенесла встречу с ним, дальше видно будет.

– Ну везёт же тебе, а. Сразу два таких красавчика подкатывают. Вот бы мне так!

Ага, везёт так везёт. Один целует до мурашек, но несерьёзный. Второй серьёзный, но никаких тебе мурашек. Закон подлости какой-то.

Монитор, наконец, гаснет, я сгребаю письменные принадлежности со стола в ящик и встаю из-за компьютера.

– Знаешь, это сомнительное удовольствие, когда сразу два подкатывают. И кого выбрать?

– Ну а тебе кто больше нравится? – деловито интересуется подруга.

– Даниил.

– Ну вот! А Стаса тогда мне отдай.

– Ага, как ты себе это представляешь? – смеюсь я. – Стас, извини, но я отдаю тебя своей подружке Ирке! В хорошие руки, так сказать.

Ирка тоже начинает ржать:

– Почему бы и нет?

Просмеявшись, я снимаю свою сумочку с крючка под столом, перекидываю ремешок через плечо и задвигаю стул.

– Ладно, побегу я, Ир. А то он меня там ждёт.

– А цветы, Ляль? Можно забрать? – складывает ладони домиком Ирка.

– Да, конечно. Я же сказала.

– Люблю тебя! – довольно улыбается подруга.

– Это взаимно, детка, – усмехаюсь я.

Как только я покидаю здание, холодный осенний воздух тут же окутывает моё тело, пробирая до дрожи. В тонких брюках и ещё более тонкой блузке на голое тело в промозглый осенний денёк на улице находиться, мягко говоря, некомфортно. Но не успеваю я мысленно покрыть Даню всякими нехорошими словами, как на мои плечи опускается моё же пальто. Хоффман заботливо помогает мне просунуть руки в рукава, после чего берёт за плечи и разворачивает к себе лицом. Словно заботливый папочка, сам застёгивает на мне все пуговицы, обматывает вокруг моей шеи шарф. Когда с этим покончено, протягивает мне руку и с лукавой улыбкой предлагает:

– Идём?

Я не спешу вкладывать кисть в мужскую ладонь, вместо этого копирую его улыбку и склоняю голову набок.

– У меня есть одно условие.

– Ну-ка? – вскидывает брови Даниил.

– Я сама выбираю, куда мы пойдём и что будем делать.

– Окей, – пожимает плечом он и снова протягивает мне руку.

На этот раз я снисходительно сжимаю его ладонь, и Даниил увлекает меня за собой в сторону парковки, где нас поджидает знакомый старенький «БМВ».

– Даниил Ольшевский, вы решили постепенно выходить из образа простого парня, чтобы меня не шокировать, или немецкий автопром эпохи восьмидесятых ваша слабость? – насмешливо интересуюсь я.

В карих глазах мне чудится удивление, несмотря на то, что выражение лица моего кавалера остаётся неизменным. Даниил игнорирует мой вопрос, открывает дверь пассажирского сидения автомобиля и помогает мне забраться внутрь.

Захлопывает дверь, обходит машину и садится за руль.

– Я и есть простой парень, – заявляет он, когда я уже не надеюсь услышать ответ. – Помнишь, я ведь говорил тебе, что денег у отца не беру, а свои ещё не успел заработать на новый автомобиль.

– Это похвально, – сдержанно отвечаю я, глядя ему в глаза. И снова испытываю чувство, похожее на гордость за своего Хоффмана. Хочет сам чего-то в этой жизни добиться. Как и я.

Он разворачивается ко мне всем корпусом, снова берёт меня за руку, крепко сжимает её.

– Я тебя не обманывал, если ты так подумала.

– Ты такой неординарный парень, с тобой не знаешь, что и думать, – честно признаюсь я с улыбкой на губах. Наслаждаюсь его прикосновением.

Он ничего не отвечает. Просто смотрит. Карие глаза гипнотизируют меня, пространство вокруг нас начинает плыть. Сердце с каждым ударом бьётся всё тяжелее.

– Ты очень сильно нравишься мне, Лялька, – негромко произносит Даниил, отчего меня буквально пробирает до мурашек.

– Ты мне тоже, – тихо отзываюсь я, сама не ведая, что творю.

Ему нравится это слышать, я вижу по глазам. И по уголкам красивых полных губ, едва дёрнувшихся вверх. Но уже в следующий миг взгляд Даниила меняется, становясь жадным, тягучим. Моё бедное сердце бьётся всё сильнее в груди, а низ живота наполняется сладкой тяжестью. Обалдеть. От одного только взгляда.

Даниил всё ещё удерживает мою ладонь в своей, гладит большим пальцем моё запястье. Потом медленно, но неотвратимо тянет меня за руку на себя, зарывается пятернёй в мои распущенные волосы. И целует в губы. Так страстно, что у меня дыхание перехватывает и голова идёт кругом.

Мне трудно представить, каким восхитительным может быть секс с этим парнем, если уже от одних только поцелуев я летаю в небесах. Его сильные руки очень крепко сжимают меня. Губы пылко ласкают мой рот, даря неземные ощущения.

Есть ли на свете что-нибудь прекраснее этого? Сомневаюсь.

Меня абсолютно не волнует происходящее вокруг. Я не думаю о том, что стёкла «БМВ» Даниила, в отличие от окон в машине Стаса, не затемнены, и наш поцелуй с лёгкостью может стать достоянием общественности. В любую минуту кто-то их моих коллег, запоздалых трудоголиков, может выйти из офиса и увидеть нас.

Но разве сейчас это имеет значение? Я словно в раю. Наслаждаюсь каждым прикосновением, каждым движением языка во рту, каждым жадным вдохом. Я млею, я таю, я просто умираю от удовольствия.

Время идёт, а мы с Даниилом никак не можем оторваться друг от друга, нам всё мало и мало. Лишь когда сзади раздаётся нетерпеливый гудок, Хоффман с неохотой отрывается от меня. Оказывается, его «БМВ» перегородила выезд какой-то иномарке сзади, поэтому нам так нервно сигналят.

Даниил откидывается на спинку своего сидения, проворачивает ключ в замке зажигания, передвигает рычаг коробки передач и отъезжает в сторону, освобождая путь иномарке. А я всё это время смущенно разглядываю свои колени, медленно осознавая, какое непотребство мы только что творили возле моей работы. Удивительно, что осознание сего факта не слишком-то и огорчает меня. Подумаешь. Даже если кто-то из коллег и увидел, даже если завтра в офисе мне тщательно перемоют каждую косточку, что с того? Разве оно того не стоило? Удовольствие, которое я получила от крышесносных поцелуев своего Хоффмана – бесценно. Нет, я совершенно точно ни о чём не жалею.

– Ну, куда поедем, белоснежка? – спрашивает мой кавалер слегка охрипшим голосом.

Я поднимаю на него взгляд и понимаю, что не мне одной сейчас было чудесно. Карие глаза горят восхищением как тысяча солнц. Или от шквала эмоций мне это мерещится… Нет, я не хочу так думать. В эту минуту мне как никогда верится – всё, что я испытываю к этому парню, на сто процентов взаимно.

С блаженной улыбкой на губах называю адрес, который Даниил тут же вбивает в навигатор и, услышав название пункта назначения, удивлённо округляет глаза:

– Оранжерея?

– Ну да, – кокетливо пожимаю я плечом.

– Почему оранжерея?

Так забавно видеть недоумение на его красивом лице.

– Помнишь, ты рассказывал мне, что когда ходил в баню Михалыча, мечтал, чтобы там рядом с тобой оказалась красивая девушка?

– Помню, – настороженно кивает Даниил, очевидно, всё ещё не понимая, к чему я веду.

– Так вот, у меня примерно то же самое с этой оранжереей. Я там немного работала волонтёром, когда в школе училась.

– Какой у тебя богатый трудовой опыт за плечами.

– А то.

– Так ты, хм, хочешь… прямо в оранжерее? – недоверчиво интересуется мой собеседник, слегка вскинув брови.

– Чего хочу? – не сразу догоняю я.

А когда до меня, наконец, доходит, цокаю языком, закатываю глаза и возмущённо качаю головой.

Даниил весело смеётся.

– Я пошутил.

– В каждой шутке есть доля шутки, знаешь такое выражение?

– Знаю, чудо, – ласково произносит он, глядя на меня с тёплой улыбкой.

– О, у меня новое прозвище? – расплываюсь я в ответ.

– Чувствую, у тебя их будет ещё очень много.

Между нами повисает молчаливая пауза, во время которой мы смотрим друг другу в глаза, не отрываясь. Это так интимно. Так особенно. Так волнующе и классно, что по моей спине и плечам вновь толпами бегут мурашки. А грудь распирает изнутри от щемящего восторга.

– Ладно, поехали в твою оранжерею, – тихо произносит Даниил, нежно заправляя прядь волос мне за ухо. – Пока я тебя не съел.

Улыбаюсь ему, как ненормальная. Хочется наброситься на него и зацеловать.

Даниил с неохотой отрывает от меня взгляд, переключает рычаг коробки передач и плавно приводит машину в движение. Когда мы выезжаем с парковки, одна рука моего кавалера остаётся на руле, а вторая опускается на моё колено. Мягко поглаживает, заставляя испытать нечто не поддающееся никакому объяснению. Даже сквозь ткань брюк эти прикосновения пускают по моей коже тысячи маленьких электрических импульсов, которые с большой скоростью несутся по нервным окончаниям, вызывая трепет во всём теле и очень горячее возбуждение.

Я смущенно накрываю рукой мужскую ладонь. Даниил тут же разворачивает её и переплетает наши пальцы, продолжая вести машину. Медленно выпускаю воздух из лёгких и легонько сжимаю его руку, думая о том, что так гораздо лучше. Так я хотя бы могу соображать.