Читать книгу "Свидание с миллионером"

– Да почему не надо-то?

– Только хуже будет, – с горечью произношу я, качая головой. – Она ещё на тебя наорёт.

Даниил крепче сжимает мою ладонь, проникновенно смотрит в глаза.

– Не бойся, всё будет хорошо. Пойдём, я поговорю с ней.

Я отчаянно кручу головой.

– Даниил, пожалуйста, поверь на слово, это плохая идея. Ты не знаешь мою маму. Она очень тяжёлый человек. И я… Я не хочу сейчас ни видеть, ни слышать её!

На последней фразе в моём горле образуется ком, угрожая новой порцией горьких слёз. Как ни стараюсь сдержать их, ничего не выходит. Губы начинают предательски дрожать, и я поспешно отворачиваюсь к окну, чтобы Даниил не успел ничего заметить. Глубже дышу, изо всех сил пытаясь остановить истерику. Но всё тщётно.

– Ляль. – Чувствую, как на плечи ложатся мужские ладони и мягко тянут меня назад.

Даниил настойчиво разворачивает меня к себе. Испуганными глазами наблюдая мой позор.

Я зажмуриваюсь и закрываю ладонью лицо.

Меня притягивают ближе, впечатывают в сильное плечо, заключают в объятия.

– Не плачь, – растерянно произносит Даниил, согревая дыханием мою макушку. – Всё будет хорошо.

Зря он это делает. Зря жалеет меня. Жалость всегда только ухудшает ситуацию.

Смыкаю руки на его спине, прижимаюсь к твёрдой мужской груди и начинаю беззвучно рыдать. Щедро смачивая его куртку слезами и без конца вздрагивая от всхлипов.

– Ляль, пожалуйста, не плачь… – просит Даниил, ласково поглаживая по волосам.

А в его голосе столько недоумения и растерянности, что мне становится только горше.

Теперь он решит, что я истеричка, и сбежит. Кому нужны девушки с поломанной психикой и грузом семейных проблем? Уж точно не такому жизнерадостному и беззаботному парню, как он.

Настойчиво высвобождаюсь из мужских объятий, нервно стираю ладонями слёзы, делаю глубокий вздох, заставляя себя успокоиться.

– Не мог бы ты меня отвезти к подруге, пожалуйста, – хрипло прошу я, доставая из кармана пальто телефон. – Я только ей позвоню сейчас, узнаю, дома ли она…

И не приехал ли к ней Игорь. Но этого вслух, конечно, не произношу.

– Я никуда тебя не повезу. Поедешь со мной, – непреклонным тоном заявляет Даниил.

Поднимаю на него заплаканные глаза.

– Куда?

– Ко мне. Я снимаю квартиру, ты в ней уже была.

– Дань, я… не думаю, что это хорошая идея.

– Я не оставлю тебя одну сейчас.

Эти слова меня трогают. Задевают что-то сокровенное внутри. До такой степени, что у меня в груди начинает щемить.

Не знаю, что ему возразить на это, да и не хочу возражать. И в итоге тихо соглашаюсь:

– Хорошо.

* * *

Даниил привозит меня в уже знакомую квартиру неподалёку от моей работы. Помогает снять пальто и убирает его на плечики в шкаф.

Я почему-то очень сильно волнуюсь. Даже забыла о ссоре с мамой.

Ночь. Мы с ним вдвоём в пустой квартире. И близость между нами при таком раскладе кажется абсолютной неизбежностью.

– Есть хочешь? – негромко спрашивает Даниил.

– Нет, спасибо.

– Пить?

– Нет, Даниил. Я ничего не хочу.

Я и правда ничего не хочу. Несмотря на то, что в ресторане со Стасом толком ничего не съела.

– Хорошо, тогда идём, я дам тебе что-нибудь переодеться.

Хоффман кладёт ладонь мне на талию и ведёт вглубь квартиры. Вскоре мы оказываемся в его спальне. Здесь царит полумрак. В центре комнаты ярким пятном выделяется огромная кровать, застеленная белым постельным бельём.

Градус моего волнения стремительно растёт.

Даниил зажигает бра на стене, но интимную обстановку это ничуть не разряжает.

– Не возражаешь против моей футболки? – спрашивает Хоффман, открывая дверцу встроенного в стену шкафа-купе.

– Не возражаю, – скромно отзываюсь я.

Подхожу ближе и тоже заглядываю в шкаф, поражаясь царящему там порядку. Справа на плечиках линеечкой висят выглаженные рубашки, слева – брюки. На полках аккуратными стопками сложена другая одежда. И всё распределено по цветам.

– Ого, какая красота у тебя тут, – удивляюсь я вслух. – Сколько же ты платишь домработнице, чтобы она твои футболки по цветам раскладывала?

– Я сам их так раскладываю.

Смотрю на Хоффмана, недоверчиво сузив глаза. Почему-то, как ни стараюсь, не могу представить его за таким занятием.

– Снова разыгрываешь меня?

– Нет, – усмехается Даниил. – А что здесь такого?

Я пожимаю плечами.

– Да ничего. Просто чаще всего ты ведёшь себя как маленький избалованный ребёнок. И вдруг такая скрупулезная любовь к порядку…

– Я с пятнадцати лет живу один, Ляля, – с укором произносит Даниил.

– Как? – удивляюсь я.

– В этом возрасте отец отправил меня учиться в Англию. Я вернулся примерно полгода назад.

Ах, ну да. Это я уже знаю. Из статей в интернете.

– И как там, в Англии? Наверное, очень здорово?

– Для меня нет.

– Почему?

– Первое время я очень скучал по… друзьям. И по родителям, – с неохотой признаётся Даниил. – Потом привык, но Лондон от этого приятнее для меня не стал.

Я попыталась представить каково это, в пятнадцать лет отправиться учиться в чужую страну, совершенно одному, разом лишившись привычного мира, потеряв возможность видеть своих друзей и родных… И мне стало не по себе. Даже несмотря на то, что я сама периодически не вижу своих родных. Хоть и никуда не уезжала. Но всё же Даниилу, наверное, было хуже.

– Но всё равно, там, наверное, намного интереснее и веселее жить, чем у нас, правда? – пытаюсь я его подбодрить.

– Да я бы не сказал, – пожимает плечом Даниил. – Знаешь, весёлая и интересная жизнь ведь не от места зависит. А от людей, которые тебя окружают. С одинаковым успехом можно и там, и здесь развлекаться. Или сидеть в четырёх стенах и ничего не видеть.

– Ну да. Наверное, ты прав.

Даниил берёт с полки один из идеально ровно сложенных прямоугольников ткани и вручает его мне.

– Можешь переодеться в ванной или здесь. Я выйду. Как тебе удобно?

– В ванной. И я бы приняла душ, – краснея, отвечаю я.

Если уж неизбежное сегодня произойдёт, то хочется хотя бы быть чистой и приятно пахнуть.

Даниил перемещает дверь шкафа в другую сторону, открывая новый отдел, и достаёт оттуда аккуратно свернутое полотенце.

– Спасибо, – тихо произношу я, принимая вещь из его рук.

– Идём, провожу в ванную.

Я киваю.

Даниил вновь обнимает меня за талию и ведёт, куда обещал.

Удивительно, что он не шутит, не предлагает принять душ вместе, как это было в первый раз, когда я оказалась здесь. И вообще, я снова не узнаю Хоффмана. Он каким-то другим стал. Задумчивым, серьёзным. Молчит. Уж лучше бы нёс какую-нибудь чушь. А то я ещё больше волнуюсь в этой тишине.

– Разберёшься там сама, где что? – интересуется он, проводив до двери ванной.

– Да, конечно.

– Если что, зови, – сдержанно улыбается Даниил и оставляет меня одну.

Запершись в ванной изнутри, я снимаю с себя одежду, забираюсь в душевую кабину и включаю воду. Тщательно намыливаюсь гелем для душа, который пахнет Даниилом. Его запах волнует меня ещё сильнее. Хотя куда уже сильнее. Я на пределе вся.

В голове ни одной мысли. Она будто пьяная, хоть я ничего и не пила. Пытаюсь успокоиться, прислушаться к себе, понять, действительно ли я хочу этого. И понимаю, что хочу. И даже что будет потом – уже неважно.

Выбравшись из душа, надеваю врученную мне футболку, которая тоже пахнет Даниилом. Мне так хорошо и уютно в ней, что хочется оставить себе навсегда.

Сушу волосы полотенцем и, прихватив свою сложенную стопкой одежду, возвращаюсь в спальню к своему кавалеру.

Даниил полусидит на постели, с ноутбуком на коленях. Он тоже переоделся, если это можно так назвать. Теперь на нём одни лишь свободные шорты. У меня захватывает дух от вида его полуобнажённой фигуры. Хоффман до невозможности хорош собой.

Отрывает взгляд от экрана, смотрит на меня. Я аккуратно кладу свои вещи на комод, подхожу к кровати с другой стороны от Даниила и быстро забираюсь под одеяло.

Сердце в груди колотится как сумасшедшее, словно у меня тахикардия.

Боже, неужели сейчас всё произойдёт?

Даниил убирает ноутбук на прикроватную тумбочку и садится на кровати, поворачиваясь всем корпусом ко мне.

– Всё хорошо? – интересуется он.

– Да.

– Ты точно не хочешь есть?

– Абсолютно точно.

Я буквально дрожу от волнения. Это даже кажется ненормальным. Будто впервые. Хотя сейчас мне кажется, я и впервые так сильно не волновалась.

– Тогда будем спать? – вдруг спрашивает Даниил, и я мгновенно теряюсь.

В смысле спать? А как же…

Не поняла.

– Я лягу в другой комнате, на диване, – невозмутимо поясняет он, поднимаясь на ноги и забирая с тумбочки ноутбук. – Если что-то понадобится, зови, не стесняйся. Хорошо?

Обескуражено киваю.

А Хоффман гасит бра на стене и уходит. Даже не поцеловав на ночь.

Я лежу какое-то время, рассеяно глядя в потолок. Спать совершенно не хочется. Да и вообще, я по-другому всё себе представляла.

Как можно спать, если я знаю, что он в соседней комнате? Я рассчитывала как минимум на обнимашки. И поцелуи. И я безумно хочу к нему!

Встаю и, в темноте перемещаясь по квартире, на ощупь нахожу соседнюю комнату.

Кажется, Даниилу тоже не до сна, как и мне. Он сидит на диване, снова с ноутбуком.

– Даниил…

– Что случилось? – отзывается этот засранец невинным тоном.

Нет, как так можно вообще, а?

Для чего он так настойчиво заманивал меня к себе домой всё это время? Чтобы теперь строить из себя джентльмена, который бережет мою честь?

Ещё спрашивает, что случилось…

Случилось то, дорогой мой, что ты мне сейчас жизненно необходим. Но я лучше провалюсь на месте, чем признаюсь тебе в этом!

– Я, кажется, проголодалась, – скромно улыбаюсь я.

Даниил тут же поднимается с дивана, убирая в сторону ноутбук.

– Идём, накормлю.

На кухне он усаживает меня за стол, а сам достаёт из холодильника различные продукты.

Включает чайник, что-то моет, ловко орудует ножом.

Наблюдать за Даней в шортах, готовящим что-то на кухне, – изысканное удовольствие. Его фигура как произведение искусства. Я буквально залипаю на его накачанную спину, не в силах оторвать глаз.

Слежу за каждым движением Хоффмана, как маньячка, до тех пор, пока передо мной на стол не опускается тарелка с аппетитными бутербродами.

И ровно в этот момент я вдруг осознаю, что действительно голодна. Желудок сводит судорогой от одного запаха еды.

Хватаю с тарелки угощение, откусываю приличный кусок и прикрываю от наслаждения глаза. Это нереально вкусно. Несмотря на то, что вроде бы и просто. Я даже заглядываю внутрь, приподнимая один из двух треугольных ломтиков хлеба, чтобы подсмотреть состав. Внутри действительно ничего особенного – сыр, лист салата, несколько кусочков филе красной рыбы и какой-то белый соус.

– Чай, кофе, сок? – гостеприимно предлагает Даниил.

– Чай, – говорю я с набитым ртом.

Он кивает и вновь удаляется к кухонной зоне.

– Безумно вкусно, Даниил, – с восторгом хвалю я, прожевав. – Ты просто какой-то идеальный мужчина!

– Да ладно тебе, это всего лишь сэндвичи, – усмехается он.

Я тоже усмехаюсь, глядя на него влюблёнными глазами. Скромняга.

Вскоре Даниил возвращается с двумя чашками чая. Садится напротив меня и пристально наблюдает за тем, с каким аппетитом я ем.

– Что? – спрашиваю я, смущённо улыбаясь под его взглядом.

– Ты очень красивая.

Чёрт. Приятно. Слишком приятно.

Закусываю губу, чтобы не расплыться по стулу, и опускаю глаза.

– Ты тоже очень красив.

– Не так, как ты, – возражает Даниил.

– Я думаю то же самое о себе, – смеюсь я. – Да, я красива, но ты… Ты прекрасен.

Поднимаю на него глаза и смотрю с искренним восхищением.

– Я вообще-то тебе серьёзно говорю, – снова усмехается Даниил.

– Так и я серьёзно. Абсолютно. Наверное, поэтому я так сильно тебя ревную. Ну или у меня серьёзные проблемы с уверенностью в себе, которых я раньше не замечала, – со смешком отвечаю я.

Даниил улыбается. Ничего не говорит. Снова разглядывает меня так, что в груди начинает печь. Интересно, он действительно считает меня красивой? Красивее других? Или он всем девушкам это говорит? И на всех так смотрит…

– Можно тебя спросить? – невесело произношу я, задетая собственными мыслями.

– Конечно.

– Что у тебя было с Виолеттой Бахметевой?

Даниил молчит какое-то время, глядя в сторону. Потом возвращает взгляд на меня и с неохотой начинает говорить:

– Мы дружили с ней ещё в школе, детьми. Потом, когда я уехал, перестали общаться. А когда вернулся, всё снова как-то закрутилось. Наши отцы знакомы, и им нравилась наша с Виолеттой дружба. Отсюда и пошли слухи о скорой свадьбе. Да мы и не возражали, это казалось само собой разумеющимся развитием событий… Но потом мы с Виолеттой расстались.

– Из-за чего?

– Да неважно из-за чего.

– Мне бы хотелось знать.

Хоффману явно не по душе моя настойчивость. Он ставит локоть на стол, упирается средним и указательным пальцем в висок, пристально глядя мне в глаза.

– Я застал её с лучшим другом, – произносит Даниил после паузы.

И мне второй раз за этот вечер становится больно, когда я пытаюсь поставить себя на его место. Даже сложно представить, каково это.

Да, похоже, не такая уж и безоблачная жизнь была у Даниила, как я себе представляла.

– Прости, – произношу я с искренним сожалением.

– Всё в порядке, Ляля, – сдержанно улыбается он. – Если ты поела, идём спать? А то тебе завтра на работу, не выспишься.

– Идём, – киваю я, и мы одновременно поднимаемся из-за стола.

Даниил убирает пустую тарелку и чашки в посудомоечную машину, после чего подходит ко мне, и мы вместе идём к выходу из кухни. У порога он гасит свет, и, оказавшись в темноте, я, поддавшись порыву, обнимаю его.

Меня тут же стискивают в ответных объятиях и прижимают спиной к стене.

– А почему ты меня больше не целуешь? – жалобно спрашиваю я, плавясь в его объятиях. – Ходишь весь вечер, как будто я тебя чем-то напугала…

– Я просто не хочу пользоваться твоей ситуацией, ты ведь сама говорила, что не собираешься пока…

– Пользуйся, – перебиваю я его. – Я хочу.

– Уверена?

– Уверена.

Больше Даниил ни о чём меня не спрашивает. Жадно целует, сжимая в своих сильных руках. И моё сердце мгновенно переходит на бешеный ритм. По телу бегут толпы мурашек, дыхание сбивается, в голове плывёт… Я не думаю ни о чём. Что будет завтра, насколько он ко мне серьёзен и как потом себя поведёт. Всё это кажется неважным. Есть только текущий момент. Здесь и сейчас. И это самый прекрасный момент в моей жизни.

* * *

Зацеловав до одури, Даниил легко, как пушинку, подхватывает меня под ноги, отрывает от пола и несёт в спальню. Обрушивает на кровать, сам опускается сверху. Мне не тяжело, потому что он удерживает свой вес на руках, но я чувствую, какое сильное у него тело.

Чувствую, как яростно бьётся сердце в его груди. Как нежно касается моей шеи горячее дыхание. А сама я забываю дышать от переполняющих меня эмоций и чувств.

Руки Даниила медленно скользят по моим изгибам, прикосновения его полны нежности. Мужские губы прокладывают трепетную дорожку от скулы к ключице, заставляя меня дрожать.

Мне кажется, эту ночь я не забуду никогда, чтобы ни произошло между нами дальше. Потому что ещё никогда прежде я не испытывала ничего подобного.

Мои пальцы зарываются в короткие мужские волосы, беспорядочно гладят, ласкают, скользят по гладкой коже. Даниил покрывает поцелуями меня всю, с ног до головы, заставляя вздрагивать и выгибаться ему на встречу. Он не спешит и этим доводит до исступления.

Я тяжело дышу. Голова кружится, с губ срываются тихие вздохи.

– Ты меня с ума сводишь… – шепчет моё счастье мне на ухо, пуская электричество по венам.

Я бы ответила ему что-нибудь, но в голове ни одной оформленной мысли.

Низ живота наполняет приятная истома, я как податливый пластилин в умелых мужских руках. И мне безумно нравится это.

Нет на свете ничего лучше хоффмановских объятий. Я вся пылаю, сгораю от нетерпения, жадно впиваюсь пальцами в его крепкие плечи, наслаждаюсь твёрдостью стальных мышц под гладкой кожей, отчаянно желая большего.

Даниил тоже наслаждается мной. Я точно знаю, я чувствую: всё, что я испытываю в этот момент, – абсолютно взаимно. Взаимно и правильно. И… прекрасно.

Так, как и должно быть между мужчиной и женщиной. Только так и никак иначе.

Мы почти доходим до главного, и я готова умереть от остроты момента… Но в этот самый миг откуда-то из тишины комнаты начинает пиликать мой телефон.

Мы оба замираем на мгновение. Но уже в следующее мужские губы вновь обрушиваются на мой рот, жарко целуя. Даниилу всё равно, кто мне звонит среди ночи. Это сейчас совершенно неважно. Да меня и саму мало волнует этот звонок.

Однако противный телефон не замолкает. Всё пищит и пищит, действуя мне на нервы.

– Ответь, – произносит хриплым голосом Даниил, оторвавшись от моих губ. – Вдруг что-то важное.

– Наверняка ошиблись номером… – с пренебрежением выдыхаю я.

– А вдруг из дома? Может, случилось что?

В его словах есть смысл. Обычно никто мне ночью не звонит, и такую вероятность нельзя исключать. Хоть я всё равно больше склоняюсь к своей догадке по поводу звонящего. Но всё же со вздохом выбираюсь из-под Хоффмана и на слабых ногах иду к комоду, где оставила свои вещи.

Выуживаю из кармана брюк телефон, смотрю на экран, и сердце мгновенно пронзает тревогой.

Тая звонит. Она никогда бы не стала трезвонить мне среди ночи просто так. Неужели и правда что-то случилось?

– Алло, Тай? – взволнованно отвечаю я на звонок.

И первое, что слышу в ответ, это всхлип.

– Ляля, прости, что так поздно… Я просто не знаю, что мне делать… – слёзным голосом произносит подруга. – Я ушла от Игоря… Сейчас у мамы дома, он звонил, угрожал, что приедет и всё тут разнесёт! Господи, я не знаю, что мне делать…

У меня всё холодеет внутри от услышанного.

– Так. Тихо. Тая, успокойся, – отрывисто говорю я в трубку. – Не паникуй. Давай, я сейчас приеду к тебе…

– Не вздумай! – грозно прерывает меня подруга. – Чем ты можешь помочь, Ляль?! Не хватало ещё, чтобы он тебе навредил!

– Тая, успокойся. Всё будет нормально, – понизив голос, произношу я, косясь на Даниила. – Придумаем что-нибудь. Всё, давай, скоро буду у тебя.

Быстро отключаюсь, пока Тая не успела снова возразить. Оборачиваюсь к Дане.

– Слушай… У моей подруги проблемы. Мне нужно съездить к ней.

– Что случилось? – интересуется Даниил.

– Да ничего особенного, она с бывшим поругалась… Там у них сложные отношения. В общем, ей нужна моя помощь. Я должна ехать.

– Хорошо. – Даниил поднимается с постели, подходит ко мне, кладёт руки на талию. Нежно ведёт вверх и вниз, вновь заставляя меня задрожать. – Я тебя отвезу.

– Не нужно, ты что, – улыбаюсь я, мягко высвобождаясь из его рук. – Тебе ведь тоже завтра на работу, ложись лучше спать. Я вызову такси.

– Ага, очень смешно, – усмехается он, не позволяя вырваться и нежно целуя в висок. Отчего по задней поверхности моей шеи снова толпами бегут мурашки.

– Дань, правда не нужно со мной ехать, – стараясь сделать свой голос строгим, произношу я.

Мне почему-то очень неловко рассказывать ему, какого рода проблемы с бывшим у моей подруги. Боюсь, что он не поймёт и будет осуждать Таю, а вместе с ней и меня.

Даниил выпускает меня из объятий, включает свет, достаёт из шкафа футболку и начинает натягивать её на себя.

– Я никуда не отпущу тебя ночью одну, Лялька, – заявляет он, бросив на меня короткий взгляд. – Либо ты остаёшься здесь, либо мы едем вместе. Третьего не дано.

Я упираю руки в бока и недовольно поджимаю губы.

– Ну вообще-то, ты не имеешь права ставить мне такие условия.

– Ещё как имею.

– С чего вдруг?

– Потому что ты моя девушка.

Что-то так сладко сжимается в груди от этих его слов. Я даже на секунду теряю нить разговора. Губы сами собой расползаются в глупой улыбке.

– Я твоя девушка? – переспрашиваю я, отчаянно пытаясь спрятать восторг.

– Да, ты моя девушка, – нагло повторяет он, делая шаг на меня. – А ты что-то имеешь против?

И хоть мне до одури приятно слышать от него такие слова, всё же рассказывать подробности о Таиных проблемах по-прежнему не хочется. Втягивать в них Даниила хочется ещё меньше. Даже несмотря на то, что я пока понятия не имею, как решать их самой.

– Я ничего не имею против. Но даже если ты мой парень, это не даёт тебе право командовать мной, – игриво тычу я ему пальцем в грудь.

– Но я буду, – самоуверенно заявляет он, снова сграбастав меня в объятия.

– Не будешь! – возмущённо восклицаю я.

– Уверена? – вкрадчиво произносит Даниил мне в губы.

– Уверена, – выдыхаю я, не в силах противостоять его магнетизму.

Меня снова всю с ног до головы охватывает лёгким трепетом от такой волнующей близости.

– Сказал, буду, значит, буду, – заверяет он. – Если посчитаю нужным.

– А если я не позволю?

– Позволишь.

– А если нет?

– Куда ты денешься…

Мужские губы вновь накрывают мой рот. Берут в плен, подчиняют, лишают рассудка и воли.

– Ладно… Ладно! – выстанываю я, как только жадные поцелуи Даниила спускаются ниже и начинают жалить мою шею. – Поехали со мной, если тебе так хочется…