Читать книгу "Свидание с миллионером"

10 глава

Не знаю, каким образом мне в голову пришла мысль пригласить Даниила на прогулку именно в оранжерею, но идея оказалась очень удачной. Лучшего места для свиданий в нелётную погоду просто не придумаешь. Здесь очень тепло, как летом. Из-за повышенной влажности дышится легко. И людей – никого. Только мы вдвоём. Но самое главное это, конечно, красота вокруг: огромные пальмы, древние папоротники, банановые деревья, больше напоминающие гигантские травяные стебли с листьями, и великое множество других экзотических растений образуют собой настоящие тропические джунгли под высоченными стеклянными сводами. С уютными пешеходными дорожками, декоративными водоёмами, в которых плавают стайки живых золотых рыбок. Стоит подойти к ним ближе, как эти очаровательные водные обитатели тут же подплывают к краю своего бассейна, выпрашивая лакомство. А под их пузатыми брюшками, на дне, среди едва колышущихся водорослей блестят монетки. Посетители оранжереи бросают их в воду, загадывая желания.

Я обожала бывать здесь подростком. И в каждое своё посещение обязательно бросала монетку в пруд, всегда загадывая одно и то же – встретить свою любовь. Но желание никак не хотело исполняться.

А теперь, прогуливаясь по этим таким знакомым тропинкам рука об руку с Даниилом, я наивно думаю о том, что может, наконец настал тот день? Сбылось моё желание? Впервые я здесь с парнем. Впервые чувствую себя счастливой настолько, что хочется петь. Не припомню, чтобы когда-либо раньше я испытывала нечто подобное. Влюблялась, конечно. Но не так.

– Ну, как тебе здесь? – спрашиваю я Даниила, вдоволь налюбовавшись рыбками и разворачиваясь к нему лицом.

– Мило, – улыбается мой кавалер.

Такой его ответ немного огорчает меня. Что ещё значит – мило? Я-то рассчитывала произвести «вау»-эффект!

Ну конечно, это для меня оранжерея – волшебное место, словно портал в другую вселенную, где всегда тепло, хорошо и уютно. А того, кто учился в Англии и наверняка бывал в других чужеземных странах, такими чудесами вряд ли удивишь.

Всё-таки какие мы разные с Даниилом. Даже страшно себе представить насколько. А я ведь даже ни разу не задумывалась об этом всерьёз.

Иногда он такой странный. То болтливый, как чёрт, рот не закрывается. То молчаливый. Сейчас молчаливый. Ходит, смотрит по сторонам, думает о чём-то своём. Что там происходит в его голове? Заглянуть бы. Но увы и ах – это невозможно.

– Для прогулок в парке уже холодновато, – с тоской замечаю я. – А здесь, мне кажется, здорово…

Даниил кладёт руку мне на поясницу, привлекая к себе, и обнимает.

– Очень здорово, – негромко произносит он, соприкасаясь лбом с моим. И глядя при этом в глаза.

Это потрясающе. Моё упавшее было настроение снова неизбежно стремится вверх.

– У тебя есть монетка? – загадочно улыбаюсь я.

– Зачем? – лениво интересуется Даниил, прислоняясь теперь щекой к щеке и царапая меня своей щетиной. Удивительно, но даже это его действие мне безумно нравится.

– У меня традиция такая. Когда я здесь бываю, всегда загадываю желание.

– Ну, раз традиция… – с напускной серьёзностью произносит Хоффман и начинает шарить по своим карманам.

А я вдруг чувствую, как в сумочке на моём плече начинает вибрировать телефон. Быстро выуживаю гаджет, заглядываю в экран – Стас. Становится так неловко. Будто я воровка, и меня только что застукали на месте преступления. Глупое чувство. Я ведь пока ещё никому из них двоих ничего не обещала, а значит, ничего не должна.

Но тем не менее, пока Даниил занят поисками монетки, я торопливо передвигаю рычажок на боковой панели телефона, тем самым выключая звук и вибрацию. После чего так же торопливо прячу гаджет обратно в сумку.

– Вот, держи, – протягивает мне монетку Даниил. – Только такая есть.

Я забираю маленький металлический кружок из его руки и удивлённо разглядываю. Таких я еще не видела. На одной из сторон изображен профиль королевы.

– Что это?

– Это фунт стерлингов.

– Ого. Настоящий? Из Англии привёз?

– Да. Оставил на память. Он типа счастливый. Желание точно должно сбыться, – беспечно улыбается мне Даниил.

– Может, тогда не надо? – с сомнением смотрю я на него. – Это же как талисман, получается. Лучше оставь его у себя.

– Да брось. Забирай, – великодушно предлагает мой кавалер.

– Давай тогда вместе желание загадаем? Одно на двоих.

– Загадай сама за нас двоих. Я тебе доверяю, – произносит Даниил с лёгкой ухмылкой на губах.

Смеётся надо мной, наверное. Что ж, я действительно, должно быть, выгляжу сейчас очень глупо. Вроде большая девочка уже, чтобы в такие вещи верить. Ну и пусть. Мне так нравится, и это главное.

Бросаю монетку в воду, загадав для нас с Даниилом взаимную большую любовь. Хорошо, что Хоффман не умеет читать мысли, а то его наверняка сейчас стошнило бы радугой. Меня и саму от таких вещей тошнит, но только когда дело не касается меня.

Беру своего кавалера за руку и веду дальше вглубь тропических зарослей.

Мы еще долго гуляем по уютным дорожкам, разглядывая причудливые растения. До тех пор, пока нас не находит сотрудница оранжереи, чтобы сообщить – они уже закрываются. И попросить выметаться отсюда вон как можно быстрее.

Уже в машине Даниил спрашивает меня:

– Куда теперь?

– По домам, – пожимаю я плечом.

Расставаться с ним ужасно не хочется. Но я девушка приличная, завтра на работу к тому же, надо и честь знать. Хорошего, как говорится, помаленьку.

– Поехали ко мне? – беззастенчиво предлагает Даниил.

Я снова возмущённо цокаю языком:

– Опять ты за своё?

– А что я такого сказал? – невинно смотрит он на меня.

– «Поехали ко мне», – поясняю я. – И что мы там делать будем?

– Закажем пиццу, фильм какой-нибудь посмотрим.

– Фильм можно и в кино посмотреть.

– Ну поехали тогда в кино?

– Я не против, но только уже завтра.

– Лялька. Не заставляй меня применять тяжелую артиллерию, – смотрит на меня этот гад с нахальной ухмылкой. – Поехали в кино, ну пожалуйста.

– Я серьёзно, Дань. Поздно уже. Мне завтра на работу. Надо спать лечь пораньше.

– Ну хорошо, – вздыхает он, укладывая руки на руль.

Любуюсь ими, любуюсь его профилем, пока мы едем по вечернему городу. В какой-то момент Даниил, не отрываясь от дороги, берёт мою ладонь и до конца пути крепко сжимает её. Я забываюсь настолько, что даже не обращаю внимания на маршрут, по которому движется наш автомобиль. И понимаю, что Даниил привёз меня к дому мамы, лишь когда машина тормозит у подъезда. Ну конечно. Я ведь совсем забыла сказать, что живу теперь по другому адресу.

– Не передумала? – спрашивает мой ухажёр, глуша мотор.

– Нет, – устало улыбаюсь я ему.

– Ладно. Пойдём тогда, провожу.

Не дожидаясь моего ответа, Даниил выходит из машины, чтобы открыть мне дверь. Я чувствую лёгкую грусть – какую бы стальную леди я из себя сейчас ни строила, мне остро не хочется с ним расставаться. Думала, посидим в машине ещё немного. Поцелуемся.

Но вместо этого мы в обнимку идём к подъезду, а я испытываю дурацкое чувство дежавю. Запрещаю себе спрашивать Хоффмана, когда мы теперь увидимся. И собирается ли он вообще ещё видеться со мной.

А ещё ругаю себя последними словами за то, что так и не осмелилась попросить отвезти меня по другому адресу. Даниил ведь по-любому спросит – почему? Врать ему не хочется, а сказать правду – хуже смерти. Очень стыдно признаваться, насколько печально обстоят дела в моей семье.

У самой двери Даниил неожиданно жадно обхватывает меня руками и крепко сжимает, я даже легонько вскрикиваю «ай» и начинаю смеяться. А он ловит мои губы и заглушает смех жарким поцелуем.

– Значит, завтра вечером идём в кино? – шепчет в губы Даня.

А у меня в груди начинают порхать мотыльки. Но я же буду не я, если не съязвлю.

– Если ты опять не пропадёшь без вести.

– Не пропаду. Обещаю, – заверяет мой Хоффман. И снова долго целует меня.

Лишь потом уезжает. Я провожаю его машину счастливым взглядом. Когда она скрывается за поворотом, достаю из сумки телефон, чтобы вызвать такси. Но вижу на экране кучу пропущенных от Таи. И кучу сообщений: «Не могу до тебя дозвониться. Игорь приехал, останется на ночь», «Ответь что-нибудь», «У тебя всё норм?», «Ну где ты, Ляль?! Я уже волнуюсь!!!».

Печатаю сообщение подруге: «У меня всё в порядке, Тай. Про Игоря поняла. Увидимся завтра». Подумав немного, добавляю в конце смайлик с поцелуйчиком. Прячу телефон обратно в сумку и устало плетусь к скамейке неподалёку от своего подъезда, чтобы рухнуть на неё без сил.

Ну и что мне теперь делать?

Вариант позвонить Дане и вернуть его – даже не рассматриваю. Хотя это очень соблазнительная идея. Особенно если учесть, что у меня теперь как бы имеется уважительная причина для такого манёвра. И всё же оставаться на ночь с Даниилом, во-первых, ещё рано, а во-вторых – опасно. Как бы ни очарователен был мой милый Хоффман, доверия ему никакого нет.

Я теперь собираюсь его месяца три мурыжить, а то и дольше. Гулять с ним, ходить в кино, в музеи и библиотеки. Да хоть в обсерватории. Главное – никакого интима. Ни-ни. Если Даниил действительно хочет встречаться со мной, а не поставить ещё одну галочку в своём наверняка очень длинном списке побед, то будет ждать, никуда не денется. А если не дождётся и снова исчезнет… Что ж, значит, не судьба. Значит, и не нужен он мне. Поди как-нибудь переживу.

Ладно, с Даниилом всё более-менее ясно, но сейчас-то что мне делать?

На улице холодно, даже слишком. С каждой минутой, проведённой на лавочке, я замерзаю всё сильнее.

Ехать снова в отель? Дорого. Чёрт возьми, дорого! Тем более я в этом месяце уже потратилась. Такими темпами мне точно нечем будет платить за универ.

Может, правда пойти домой? Может, это судьба, что я сейчас оказалась здесь?

В конце концов, это действительно и моя квартира тоже. Петя ещё не уехал. Хотя бы вещи свои заберу, если совсем всё плохо пойдёт…

С тяжким вздохом поднимаюсь со скамейки и плетусь в подъезд. Внутри всё отчаянно противится топать туда. Настолько, что в ногах возникает противная слабость. Волнуюсь безумно. Даже, скорее, не волнуюсь, а трушу. Боюсь встречи со своей родительницей, как ничего на этом свете.

Сейчас я как никогда уязвима перед ней. Одним словом она может вспороть мне грудину и вынуть оттуда сердце.

Стучу в дверь и молюсь о том, чтобы мамы не оказалось дома. Что почти невозможно – час уже поздний. И всё же я, как маленький ребёнок, уповаю на чудо. Прошу небеса, чтобы дверь открыл Петя.

Но молитвы мои остаются не услышанными. И за наконец распахнувшейся передо мной дверью возникает мама.

Она не спешит приглашать меня внутрь. Осматривает ледяным взглядом с ног до головы. После чего разворачивается и уходит в сторону кухни, так и не проронив ни слова.

Я не спешу заходить. Так и стою, как беженка, на пороге собственной квартиры.

Больно. В горле нарастает ком. Хотя чего ещё я ожидала? Всегда один и тот же сценарий. Впереди меня ждёт несколько дней бойкота, после чего мы с мамой потихоньку начнём общаться сквозь зубы, и, если я буду хорошей девочкой, постараюсь ей во всём угодить, то постепенно наши отношения вернутся в прежнее русло.

Меня едва не выворачивает от такой перспективы. Но всё же я шагаю внутрь. Закрываю за собой дверь. Может и правда заберу свои вещи, да поеду в отель. Уверена, она даже не поинтересуется, куда я опять ухожу.

Разуваюсь, убираю в шкаф пальто. В прихожей появляется Петя.

– Ну наконец-то, возвращение блудной дочери! – шутливым тоном восклицает он.

А мне только становится ещё больнее от этих слов. Бросаю на отчима хмурый взгляд и отворачиваюсь к зеркалу.

Петя подходит ближе и заглядывает через плечо в отражение.

– Эй, ты чего такая? Всё в порядке у тебя?

– Всё в порядке, – сухо отзываюсь я.

Он кладёт руку на моё плечо и пару раз дружески похлопывает по нему.

– Молодец, что пришла, – произносит отчим, понизив голос. Наверняка чтобы мама не услышала. Как же меня это бесит.

– Я только вещи свои забрать.

– Ляль, не дури. Куда ты собралась?

– Какая тебе разница?

– Большая разница. Успокойся уже и проходи давай, – строго произносит он. А потом наклоняется к моему уху и добавляет почти что шёпотом: – Мать побесится и перестанет, ну ты же знаешь её. Ну такая она. Её не переделать уже. Но она ведь всё равно твоя мать. И любит тебя по-своему. Просто смирись.

– Она меня не любит, – отвечаю я тоже шёпотом. Потому что если мама услышит, это будет веской причиной прервать бойкот и устроить ещё один скандал. Не знаю даже, что хуже.

– Любит-любит, – тихонько отвечает Петя, – проходи давай. И не вздумай никуда уезжать. У тебя есть свой дом.

Я киваю, отворачиваюсь от него и спешу скрыться в своей комнате. В которой меня поджидает сюрприз – здесь царит полнейший разгром.

Мои вещи так до сих пор и валяются на кровати. Все ужасно помятые, а часть из них вообще на полу. Тут же разбросаны Маришкины игрушки, а сама сестра сидит за моим ноутбуком и рубится в какую-то детскую компьютерную игру.

– Привет, – подхожу я к ней.

Сестрёнка – единственный человек в этом доме, на кого я не держу обиды. И кого искренне хочу обнять, потому что соскучилась. Но она даже не отзывается на моё «привет».

– Привет! – повторяю я громче.

– Привет-привет, – бормочет мелкая, не отрывая взгляда от монитора.

Я подхожу ближе и бесцеремонно жму на кнопку «escape», прерывая игру. Только тогда сестрёнка обращает на меня внимание.

– О, привет! – удивлённо шепелявит сестра, выпучив свои красивые глазищи.

– Как дела у тебя? – ласково спрашиваю я.

– Хорошо, – отвечает она снова с каким-то странным шипением.

Кажется мне, или действительно речь у неё изменилось. И тут меня осеняет:

– Зуб выпал, что ли?!

– Ага, – довольно кивает Маришка, скалясь и показывая маленькое отверстие в ровном ряду верхних зубов.

– Ух ты! – улыбаюсь я.

– Ляль, а можно я ещё немножко поиграю, а? Ну пожалуйста! – жалобно просит сестра.

Я только усмехаюсь. Маленькая она ещё, ничего не понимает.

– Можно, играй. Только недолго. Полчаса, договорились?

– Договорились! – радостно восклицает мелочь и отворачивается обратно к монитору, чтобы уже через секунду вновь запустить свою игру.

Я с минуту любуюсь её кудрявым затылком, после чего устало вздыхаю и принимаюсь не спеша передвигаться по комнате, собирая тут и там разбросанные вещи.

Полчаса не успевает пройти, а я не успеваю всё прибрать, как в спальню вламывается мама.

– А ну-ка быстро умываться и спать. Завтра опять в сад не встанешь, – зло командует она Маришке, даже не взглянув в мою сторону. Будто я пустое место.

– Иду, иду, – недовольно бурчит сестра, с неохотой сползая со стула.

Вскоре я остаюсь в своей спальне одна. Голоса в доме затихают, гаснет свет, и я тоже, покончив с уборкой, переодеваюсь в пижаму и забираюсь в постель.

На душе кошки скребут. И ещё страшно хочется есть. Желудок бурчит всё громче из-под одеяла, ругая свою хозяйку на чем свет стоит. Я ведь после работы так и не поужинала. Но пойти на кухню и взять там что-нибудь перекусить не решаюсь. Потом останусь виновата, что шумела, перебила кому-нибудь сон и вообще… На шее сижу, ем их еду и всё такое.

Нет, спасибо. Лучше я потерплю как-нибудь до утра. Перед работой на остановке куплю себе сэндвич.

Становится совсем грустно. Спасаюсь мыслями о Дане. Закрываю глаза и в деталях вспоминаю нашу прогулку по оранжерее. Смакую каждый миг, проведённый с ним. И на душе постепенно становится легче и легче. Мир перестаёт казаться таким уж дерьмом.

Спохватываюсь о своём телефоне. Я ведь так и не включила звук! Вдруг Даниил мне звонил или писал? Торопливо выбираюсь из-под одеяла, стараясь производить минимум шума. Как мышка, тихонько, на ощупь, нахожу в темноте свою сумку, достаю оттуда телефон.

Губы расползаются в широченной улыбке. Даниил действительно мне написал. «Уже скучаю».

Прикрываю глаза на секунду, радуясь, как ребёнок. Сердце так и заходится в груди.

Безумно хочется написать ему что-то в ответ. И в конце концов, я решаю, что нет в этом ничего такого. Снимаю блокировку экрана и быстро набираю: «Я тоже».

И тут же статус рядом с его именем меняется. Даниил в сети. Даниил печатает… Я испытываю самый настоящий восторг.

«Так может, я вернусь за тобой? Только скажи», – приходит сообщение.

Отправляю в ответ улыбающийся смайлик. Подумав хорошенько, добавляю:

«Нет, уже поздно. Увидимся завтра. Спокойной ночи»

Даниил печатает. Я от волнения закусываю губу и непрерывно гипнотизирую взглядом экран.

«Спокойной ночи, сладкая»

Снова широко улыбаюсь. Медленно выдыхаю. Гашу экран, кладу телефон рядом с собой на подушку и закрываю глаза. Хорошо-то как!

Надо же. Всего несколько слов от него, а я уже забыла обо всех своих проблемах. И от счастья готова взлететь. Глупое сердце часто-часто бьётся в груди, как у пьяного воробья. Даже есть расхотелось.

И спать, кстати, тоже.

Долго лежу, глазея в потолок с мечтательной улыбкой на губах, а сон никак не идёт. В конце концов, снова беру в руки телефон с целью почитать что-нибудь скучное и тем самым усыпить себя.

Открываю браузер, а там загружается страница с результатами поиска по запросу «Даниил Ольшевский». Замечаю, что сверху появилась ссылка, которую я ещё не видела. Заголовок гласит – Даниил Ольшевский, сын известного бизнесмена и мецената Сергея Ольшевского, возглавил-таки ту самую компанию.

Становится любопытно, я перехожу на статью и начинаю читать. И чем больше читаю, тем больше мне не по себе. Даниил-то у меня, оказывается, очень серьёзный парень. За небольшой срок с момента своего назначения успел уже навести там свои порядки. Но меня огорчает, конечно, не это. А то, что я узнаю такие новости из интернета. А не от самого Хоффмана.

Конечно, мы с Даниилом еще только начали встречаться. Толком друг друга не знаем. И всё же…

Прокручиваю страницу вниз до самого конца и обнаруживаю там фотографии. На одной из них Хоффман изображён с девушкой, отчего мою и без того хлипкую нервную систему вовсе скручивает в тугой жгут.

Окончательно добивает подпись под этим фото. «Даниил Ольшевский со своей невестой, Виолеттой Бахметевой».

11 глава

– Ну? Как прошло свидание со вторым красавчиком? – интересуется Ирка вместо приветствия, заговорщицки поигрывая бровями.

Не успела я переступить порог офиса и бросить свою сумку на стул – эта любопытная Варвара уже тут как тут.

– Никак, – бурчу я, тыкая в кнопку загрузки компьютера. – Лучше не спрашивай.

Но Казионова будто не слышит меня.

– Видок у тебя тот ещё, будто всю ночь не спала, – подмигивает она мне с широкой улыбкой на губах. – Глаза краснющие. Вы что, только недавно расстались?

– Мы в принципе расстались.

– Как?!

– Ну вот так. У него есть другая.

– Я хочу знать подробности, – растеряв весь задор, серьёзно произносит подруга.

– Ир, прошу, – с мольбой смотрю на неё я. – Налей мне кофе, пожалуйста, если тебе не сложно. Я не знаю, как сегодня буду работать, у меня руки не поднимаются.

– Так сильно расстроилась? Погоди, Ляль, ты ревела, что ли?! Я и смотрю, у тебя все капилляры в глазах полопались!

– Да не то что бы… Просто бессонница мучила всю ночь.

– Погоди минутку, сейчас я сделаю тебе кофе. Потом всё мне расскажешь.

– Ир, пожалуйста, не обижайся, но я не хочу это обсуждать. По крайней мере, не сейчас.

– Ох, ну не переживай так сильно, – сочувственно вздыхает Ирка. – Может, всё ещё образуется как-нибудь?

Я печально улыбаюсь ей, после чего демонстративно закрываю руками лицо.

Ага, образуется, как же. Ничего не образуется уже. Никогда. По крайней мере, точно не с Даниилом.

Вчера, обнаружив ту злосчастную фотографию с его невестой, я была бы не я, если бы не полезла дальше искать информацию о ней в сети. Это оказалось совсем не сложно. Виолетта Бахметева часто появлялась на страницах виртуальных модных изданий. Ещё бы, она ведь тоже дочь известного в нашей стране олигарха. Да к тому же давнего друга и партнёра по бизнесу семьи Ольшевских.

Виолетта с Даниилом дружили ещё в школе, в старших классах начали встречаться. Теперь, когда Ольшевский-младший вернулся из Англии, их чувства вспыхнули вновь.

Я читала и не верила, что всё это правда. В голове не укладывалось, что Даниил может быть до такой степени подонком. Да и мало ли что пишут в интернете?

Руки так и чесались позвонить ему в ту же секунду и потребовать объяснений. Но разговаривать по телефону после отбоя у меня дома – непозволительная роскошь. Ждать до утра я тоже никак не могла по понятным причинам. И продолжала остервенело искать всё новые и новые упоминания в сети об этой сладкой парочке.

В конце концов, наткнулась на страницу Виолетты в инстаграме. У неё там очень богатая лента. Миллион фотографий, в основном селфи, но и фото с Даниилом я там нашла. Наверное, это и стало точкой невозврата. Такие оба красивые и довольные жизнью на этих фотках. То в каком-то баре сидят в обнимку, то в машине над чем-то весело смеются. Причём не в «БМВ» Михалыча, а в очень крутой навороченной тачке. Но самое паршивое даже не это. Самое паршивое то, что последняя фотка с ним опубликована чуть больше недели назад. Они на какой-то вечеринке, целуются. И трогательная подпись внизу: «Мой ангел, я тебя люблю».

Каково мне было узнать всё это – словами не передать. Казалось бы, ничего слишком уж удивительного. По крайней мере, такое точно можно было предвидеть. Только в голове никак не укладывалось – почему?! Если у них такая любовь, зачем Даниилу понадобилась я?!

Или он из тех, для кого это что-то вроде извращённого вида спорта? Добиться девушки, уложить в постель, а потом бросить? Но как можно быть таким жестоким?

Несмотря на то, что я готовила себя к чему-то подобному, всё равно было чертовски больно.

Нет, я не плакала. Просто лежала и глазела в потолок всю ночь, пытаясь справиться с невыносимой тяжестью в груди. Меня будто придавило к кровати тысячетонным прессом.

Ирка аккуратно опускает на мой стол чашку, до краёв наполненную ароматным напитком. Смотрит на меня с жалостью.

– Ляль, ты только не грусти. У тебя ведь ещё Стас есть. Хочешь, я завтра тебе обратно его цветы притащу? Они, в принципе, уже свою миссию выполнили, я нафоткалась с ними для инсты. Роскошный букет просто!

– Не надо, – грустно усмехаюсь я. – Давай лучше сходим на выходных куда-нибудь, я не знаю, в какой-нибудь клуб. Напиться хочу. И потанцевать как следует.

– Отличная идея! – с восторгом отзывается Ирка. – Сто лет уже никуда с тобой не выбирались. Ну всё, я теперь с нетерпением буду ждать выходных!

– Да, я тоже, – без энтузиазма отзываюсь я.

Ирка отправляется к своему рабочему месту, а я отхлебываю кофе, совершенно не чувствуя вкуса. Смотрю в монитор, пытаюсь сосредоточиться на работе. В какой-то момент у меня даже начинает получаться.

Всё чаще раздаются телефонные звонки, всё больше суеты вокруг, и я неизбежно отвлекаюсь от горьких дум.

Ровно до тех пор, пока на мой телефон не приходят сообщения:

«Доброе утро, белоснежка»

«Как дела»

Моё бедное сердце вновь сковывает неподъемной тяжестью.

Как он смеет мне писать? Как смеет приезжать, так нагло добиваться? Имея при этом красавицу невесту, которая называет его ангелом и публично признается в любви со страниц соцсетей?

Сколько у него таких, как я?

Я его почти ненавижу. Хотя почему почти? Я его ненавижу.

Отмечаю сообщения прочитанными, но ничего не отвечаю на них. Переворачиваю телефон экраном вниз и пытаюсь вернуться к работе.

Только у меня ничего не выходит. Не могу ни на чём сконцентрироваться, постоянно прошу клиентов повторять одно и то же, теряя нить разговора. В конце концов, не выдерживаю, хватаю свой гаджет со стола и жадно всматриваюсь в экран.

Там появилось еще одно сообщение.

«Чего молчишь? Решила за старое мне отомстить или занята?»

Не выдерживаю. Снимаю блокировку экрана и со злостью тыкаю пальцем в буквы на виртуальной клавиатуре.

«Занята»

«Окей», – отвечает он.

Я злюсь ещё сильнее. Ещё яростнее давлю на кнопки.

«И кстати, вечером с кино не получится. Я тоже буду занята»

На этот раз ничего не отвечает уже Даниил.

Я готова поубивать всех вокруг к чертовой матери. Нет, я не надеялась, что он сильно огорчится или начнёт меня уговаривать передумать, но ждала хоть чего-то. Зачем, спрашивается?

Однако через пару минут раздаётся звонок. Даниил. Я скидываю. А он снова звонит. И сердце моё начинает выбивать барабанную дробь.

– Зачем ты звонишь, я ведь сказала, что занята? – выпаливаю я в трубку, едва приняв вызов.

– Скажи, когда тебе перезвонить? – раздаётся на том конце провода спокойный голос. Что только ещё сильнее меня бесит.

– Никогда!

– Что случилось, Ляль?

– Ничего. Мне некогда. Всё, пока.

Отключаюсь.

Он снова звонит. Я сбрасываю.

Приходит сообщение.

«Я в чём-то провинился перед тобой?»

Я уже готова взорваться. Сукин же ты сын! Надо же быть такой двуличной сволочью! А самое обидное, что если я скажу ему сейчас про невесту, он же сто процентов выкрутится! Наврёт с три короба, что-нибудь вроде «мы уже расстались, мне нужна только ты, сладкая». И я ведь поверю ему! Обязательно поверю! И буду последней дурой. А всё потому, что всегда до последнего надеюсь на сказку.

Только сказок не бывает. Пора бы мне уже повзрослеть…

Телефон снова тихонько пиликает в моей руке.

«Лялька, не знаю, что там у тебя случилось, но вечером мы по-любому увидимся. Я дико соскучился»

Я на мгновение прикрываю глаза, пытаясь справиться с горькой обидой. В груди невыносимо жжёт. Даже если не брать во внимание эту чёртову невесту – две недели он не писал и не звонил мне. Две недели! Не вспоминал даже. А сейчас, видите ли, дико соскучился. Ну как можно так врать?

По-любому мы увидимся, как же… А больше ты ничего не хочешь?!

Скрипя зубами от злости, открываю программу, моделирующую окна, нахожу в ней вчерашний файл с эксклюзивным эскизом от Ольшевского, фотографирую монитор и отправляю полученную картинку в наш с Хоффманом диалог.

«Ха-ха», – приходит в ответ.

И больше ничего. То есть совсем ничего.

Я жду ещё какое-то время, потом гашу экран и нервно бросаю телефон на стол.

* * *

Время близится к обеду, а Даниил так ничего мне больше и не написал. Настроение – ниже плинтуса. Но я изо всех сил стараюсь держаться молодцом, усердно работаю. А сама всё жду. Запрещаю себе это делать, но всё равно отчаянно жду, что он ещё позвонит! Мне бы его номер в блок отправить, чтобы перестать уже ждать, но я не тороплюсь с этим. Всё ещё надеюсь на что-то. Хотя уже вполне очевидно, что Хоффману на меня плевать.

Зато перед самым обедом звонит Стас. Увидев его имя на экране, я испытываю такое жестокое разочарование, что хочется взвыть в голос. Отвечать на звонок нет никакого желания, но совесть не позволяет мне проигнорировать мужчину. Всё-таки он ничего плохого мне не сделал. Да и вообще, не заслужил такого пренебрежительного отношения с моей стороны.

Усилием воли заставляю себя провести пальцем по экрану и принять звонок.

– Привет, Стас.

– Привет, – доносится из трубки его приятный баритон. – А я уже решил, что ты больше не хочешь со мной общаться.

– Ну что ты, это не так, – бесцветным голосом возражаю я. – Просто вчера была занята, не могла ответить. А перезвонить забыла, извини.

– Ничего, бывает, – снисходительно отзывается он. – Сегодня у нас всё в силе? Я уже подъезжаю к твоему офису, буду через пару минут. Можешь потихоньку выходить.

– А-а-а… – растерянно тяну я, сбитая с толку. – Зачем?

– Мы ведь договаривались пообедать сегодня вместе? Ты забыла? – с мягким укором произносит Стас.

Мои глаза расширяются, ладонь впечатывается в лоб. Точно. Я ведь обещала ему вчера совместный обед. Как же могла забыть?

– Эм… нет. Не забыла. Уже выхожу…

– Отлично. Тогда до скорой встречи.

– Ага. До встречи.

Ровно через две минуты я выхожу, и Стас уже ждёт меня на офисной парковке. Сегодня он без цветов, но выглядит ещё элегантнее, чем обычно. А я смотрю на него и думаю – ну вот чем этот молодой привлекательный мужчина хуже Даниила? Почему я не влюбилась в него?

Мои коллеги, как всегда, глазеют, даже не пытаясь это скрывать. Они, наверное, в шоке от того, что ко мне каждый день приезжают разные ухажёры. А если ещё и кто-то из них видел, чем я вчера занималась в машине с Даней… Так, нет. Об этом лучше не вспоминать.

Стас привозит меня в тот же ресторан, где мы с ним обедали накануне. Подходит официант, мы делаем заказ, после чего вновь остаёмся вдвоём, и между нами повисает неловкая пауза. Сегодня у меня нет настроения забивать эфир своей болтовнёй, а Стас не спешит взять эту миссию на себя. Сидит, разглядывает меня с загадочным видом, отчего мне в какой-то момент становится некомфортно.

– Ну, как дела? Как работа? – с натянутой улыбкой обращаюсь я к нему, чтобы только прервать молчание.

– Спасибо, всё отлично, – медленно кивает Стас, – а у тебя как? Всё в порядке?

– Да, – небрежно отзываюсь я, разглядывая свои ногти. Пора бы уже обновить маникюр.

– Ты какая-то другая сегодня.

– Просто настроения нет.

– Могу я задать бестактный вопрос?

Отрываюсь от ногтей и смотрю на своего собеседника с любопытством.

– Задавай.

– Ты сейчас поддерживаешь связь с Ольшевским-младшим?

Меня словно током бьёт от вопроса. С чего вдруг Стаса это заинтересовало? Именно сейчас?

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто ты вдруг резко изменилась по отношению ко мне, и я думаю, может, этому есть причина, – пожимает плечами он.

Я округляю глаза, поражаясь его проницательности. Хотя, может, Стас просто видел нас с Даниилом вчера, но открыто об этом говорить не хочет?

– Моё отношение к тебе не изменилось, Стас. С чего ты взял?

– Просто обычно ты разговорчивее.

– Я же говорю – нет настроения. Так бывает. Ольшевский-младший тут ни при чём. Да и у него ведь, кажется, невеста есть?

Брови Стаса сходятся на переносице, лицо становится задумчивым, будто он вспоминает что-то.

– Дочь Бахметева, если я не ошибаюсь, – произносит он неуверенно после небольшой паузы.

– Ну вот, – грустно усмехаюсь я. – Зачем мне поддерживать с ним связь?

– Так ты обижена на него из-за наличия невесты? – сухо интересуется Стас, откидываясь на спинку своего стула.

– Не-е-т, – неестественно высоким голосом тяну я. – Какая невеста, что ты! Мне вообще всё равно, пусть хоть жена. У нас ничего не было с ним, если ты так подумал. Дело в другом. Меня он просто бесит. Наглый, самоуверенный…

– Понимаю, – усмехается мой собеседник, – поверь, далеко не ты одна так к нему относишься.

– Да? Что ж, ничего удивительного, – хмыкаю я.

– Ладно, бог с ним, с этим мажором, – с пренебрежением произносит Стас, отрываясь от спинки стула и снова наклоняясь вперёд, ко мне. – Скажи лучше, Ляля. Могу я как-то помочь тебе поднять настроение?

– Вряд ли, – скромно улыбаюсь я. – Не переживай, оно вскоре поднимется само.

– Ну, вдруг это поможет. – Мой кавалер достаёт из нагрудного кармана пиджака большой белый конверт и кладёт его передо мной на стол.