Читать книгу "Свидание с миллионером"

– С каких пор тебя стала беспокоить моя мать? – со злостью интересуюсь я.

– Тон убавь! – повышает голос отец. – Наши отношения с твоей матерью тебя не касаются. И то, что произошло между нами, никак не оправдывает твое безответственное поведение. Нет, правда, Даня, неужели так сложно было ей позвонить?

– Я звонил! – выпаливаю я на эмоциях. – Только она была пьяная или под кайфом и даже не узнала меня. И сейчас ты мне втираешь, будто ей всё ещё есть до меня дело?!

Отец молчит какое-то время, продолжая сверлить меня ледяным взглядом.

– Да, у неё есть проблемы. Но она всё ещё твоя мать. И всё ещё очень любит тебя.

– Всё, что я понял за прошедшие полгода, это то, что она теперь очень любит только алкоголь и кокс, – с горечью отвечаю я. – Но я не виню в этом маму, чтобы ты понимал. Кто бы на её месте не запил?

Отцу явно не нравится то, что я говорю. Он бесится, а я испытываю от этого нездоровый кайф. Мне слишком хочется причинить ему боль, если не физическую, то хотя бы моральную. Только сомневаюсь, что это в принципе возможно.

– Ты вроде вырос, Даниил, взрослый мужчина уже, – с презрением говорит он, – а рассуждаешь как подросток, у которого юношеский максимализм шпарит. У взрослых так бывает – чувства проходят. Мы встречаем других людей. Твоя мама всегда будет для меня родным человеком. И я забочусь о ней, как могу. Но люблю я другую женщину. И тебе придётся с этим смириться.

– Так я и смирился, – невесело усмехаюсь я. – Но факт остаётся фактом. Сначала ты разлучил её со мной, потом предал с другой женщиной. Это ты сломил маму. Из-за тебя она начала пить и нюхать.

– Я заботился о твоём будущем! – выходит из себя отец, разрезая тишину своим громогласным басом. Вены на шее родителя вздуваются, так всегда происходит, когда он в бешенстве. – И сейчас о тебе, недоумке, забочусь!

– Мне не нужна твоя забота. Сам справлюсь.

– Да с чем ты справишься, справится он! Короче, у меня нет времени на долгие дискуссии. – Мой родитель морщится и нервно дёргает ворот рубашки. – Завтра ты должен присутствовать на собрании акционеров, иначе предназначенное тебе место займёт другой человек. Я больше не могу тянуть время.

– Я не собираюсь завтра нигде присутствовать, пусть занимает другой.

Отец с силой сжимает челюсть и снова пытается уничтожить меня одним взглядом.

– Ты в курсе, что я не молодею? Однажды тебе придётся занять моё место, и что тогда? Как ты собираешься выгребать, не получив необходимых для этого знаний и опыта?

– Да не надо мне ничего оставлять, ты разве не понял ещё? – Теперь выхожу из себя я, тоже повышая голос. – Ты ведь хотел, чтобы я мужиком вырос? Так вот, я вырос именно таким. И хочу добиваться всего сам. Без тебя.

– А для кого же я, по-твоему, всю жизнь пахал, зарабатывая всё это?! Ты мой единственный сын! На кого ещё я всё оставлю?!

– Ну эскортнице этой своей оставь, она же моя ровесница, по-любому тебя переживёт на пару десятков лет.

Отец багровеет от злости.

– Не смей так о ней говорить, – цедит он сквозь зубы.

А я на удивление становлюсь вдруг очень спокойным.

– Короче, мне плевать, кому и что ты передашь. Главное, меня в покое оставь.

– А что же ты делать будешь, если я тебя в покое оставлю? Всю жизнь по лесам с ружьем скакать?

– Даже если и так, тебя это не касается.

– Ошибаешься. Ещё как касается. Ты всё ещё мой сын и будешь делать то, что я говорю.

– А ты меня заставь.

Отец тяжело вздыхает, откидывается на спинку кресла и ненадолго прикрывает глаза, демонстрируя, как сильно я его утомил. После чего сцепляет руки в замок и снова начинает сверлить меня своим убийственным взглядом.

– Я как твой родитель обязан научить тебя ответственности, – подозрительно ровным голосом произносит он. – Хочешь вернуться в лес, забив на мою волю? Валяй. Но потом не удивляйся, если с твоим другом егерем что-нибудь случится. Сезон лесных пожаров уже закончился, но всякое бывает. Проводка замкнёт или искра из печки на коврик выскочит. И сгорит его сторожка.

Смотрю на отца, не веря своим ушам.

– Ты не посмеешь.

– А ты проверь.

9 глава

Наши дни

Ляля

Тая возвращается домой только на следующее утро. Уставшая, с помятой причёской и поплывшим макияжем. Обнимаю её, забираю шубу и, едва не уронив, вешаю на плечики в шкаф.

Сама я тоже не выспалась – допоздна ждала подругу, пока та не позвонила и не сказала, что ночевать дома не будет. Но даже после Таюхиного звонка я ещё долго не могла уснуть.

Думала о Данииле. Зачем-то полезла в интернет гуглить его имя. И первая же ссылка привела меня на сайт «Форбс», где я прочла очень интересную статью о своём Хоффмане. То есть сначала, как дура, полчаса разглядывала его фотки, на которых он просто нереальный красавчик. Не удержалась, сохранила их себе на телефон и снова разглядывала. Но потом все-таки вернулась в браузер и начала читать.

Оказывается, Даниил – сын известного олигарха Сергея Ольшевского, о котором я, конечно же, раньше ничего не слышала, но в статье его расписывали так, будто этот человек едва ли не столп, на котором держится вся экономика нашей страны. Сам же Даниил в свои юные годы тоже уже успел отличиться незаурядными достижениями. В начальной и средней школе был отличником, регулярно принимал участие в международных олимпиадах по математике и физике и почти всегда занимал призовые места. Учителя называли его гением и пророчили мальчику большое будущее, но в подростковом возрасте Даниилу наскучило учиться. Появились «плохо влияющие» друзья, первая любовь, и тогда отец отправил его в Англию, где Ольшевский-младший окончил старшую школу, а после и престижный английский ВУЗ – также с отличием.

Как одному из лучших выпускников Даниилу предлагали контракты в Англии и Соединённых Штатах Америки компании с мировыми именами. Но он отказался от всех предложений – предпочёл вернуться на родину. И в ближайшее время готовится занять руководящий пост в одной из ведущих компаний нашей страны. Акционеры которой единогласно проголосовали за кандидатуру Ольшевского-младшего на конкурсе и возлагают большие надежды на юношу, полагая, что его инновационные идеи выведут их продукт на новый уровень.

Когда я читала эту статью, меня переполняли смешанные чувства. Было и лестно от того, что я отшила такую выдающуюся личность. И обидно от того, что он явно птица не моего полёта. Я обычная девушка. Да, не без амбиций. Но страшно даже представить, сколько лет должно пройти и сколько мне придётся вкалывать, чтобы хотя бы приблизиться к уровню Ольшевского. Эх, надо было лучше учиться в школе… И всё же, несмотря на эти упаднические мысли я испытывала еще одно очень странное чувство. Нечто похожее на гордость за Даниила. Или это была не гордость, а снова моё самолюбие. Как ни крути, приятно, что к тебе проявил интерес не просто абы кто, и даже не избалованный мажор, не умеющий ничего, кроме как сорить деньгами богатого папочки, а умный мальчик, отличник и лучший выпускник английского ВУЗа, на которого возлагают надежды акулы отечественного и зарубежного бизнеса.

И дурацкое чувство, будто я его потеряла, снова мучило меня. Глупо. Как можно потерять то, чего не имеешь? Если разобраться – единственное, что я потеряла, так это возможность стать одноразовым развлечением для золотого мальчика. Невелика потеря.

Вспоминала предложение Таи попробовать за него побороться, но всё внутри противилось такому повороту событий. Казалось неправильным и даже каким-то унизительным, что ли. Несмотря на то, что я считаю себя феминисткой, почему-то в вопросе кто кого должен добиваться – мужчина женщину или наоборот – мне хочется оставаться старомодной.

Тая сбрасывает туфли, небрежно швыряя их в угол, и идёт в ванную. Я по инерции плетусь следом и вдруг осознаю, что у подруги что-то случилось. Шаркающие по полу босые ноги, опущенные вниз плечи. Сколько её помню, Тая всегда держит королевскую осанку, невзирая ни на какую усталость. А тушь, размазанная под глазами, скорее всего результат слез.

– Тай, что случилось? Ты плакала? – останавливаю я её у порога ванной, разворачиваю к себе и пристально вглядываюсь в воспаленно-красные глаза.

– Нет, ты чего? – пытается выдавить она из себя улыбку. – Устала просто. Ночка выдалась та ещё. Как у тебя дела? Как вчера домой добралась? Красавчик Стас прилично себя вёл?

– Да, он просто душка, – усмехаюсь я. – Взял у меня номер, пригласил на ужин. Обещал сегодня позвонить. Кстати, ты не потеряла, надеюсь, мой телефон?

– Ой, совсем про него забыла, – вздыхает подруга. – Он в сумочке лежит, там, на полочке у входа, возьми. Кстати, тебя ночью какой-то парень искал с неизвестного номера. Я сказала, чтобы днём перезвонил.

Учитывая, как я активно знакомилась в Тиндере последнее время, мне мог позвонить кто угодно. Но в груди все равно вспыхивает глупая надежда. Тщётно пытаюсь её загасить.

– Ну и правильно сделала, – бурчу я и, не удержавшись, всё-таки спрашиваю: – Не представился он?

– Нет. Мы с Игорем немного покусались как раз, мне неудобно было разговаривать. Я даже не спросила.

– Я так и думала, что случилось что-то! – всплёскиваю руками я, сочувственно глядя на подругу. – Сильно поругались?

– Да нет, ерунда, – отмахивается она. – Обычное дело.

– Тай, у тебя такие глаза опухшие, будто ты всю ночь ревела.

– Да это от усталости. Всё в порядке, Ляль, правда, не переживай. Я пойду приму душ, ладно?

Не дожидаясь ответа, Тая чмокает меня в щеку и скрывается в ванной.

Мне становится очень тревожно за неё. Неужели этот её Игорь обижает мою девочку? Если так, плевать, кто он такой и на что способен – я его убью.

Нахожу свой телефон в Таиной сумке и первым делом проверяю входящие. В принятых вызовах действительно красуется один неизвестный номер. Подавляю желание набрать его и узнать, кто же это мне звонил. Нужно будет – действительно, перезвонит.

Даже если это и правда был Даниил, в чём я очень сильно сомневаюсь, то его тем более набирать не стоит. Когда мои звонки оставались без ответа, сам он перезванивать мне не спешил.

Приняв душ, Тая заваливается спать, а я весь день маюсь от безделья. Пытаюсь занять себя чтением, но строчки сливаются перед глазами, а смысл написанного постоянно ускользает. Не могу смириться и перестать ждать звонка.

Но ближе к вечеру кое-кто всё же мне звонит. И этот кое-кто – Стас.

Он, как всегда, вежлив, интересуется моим настроением и самочувствием. Уточняет, в силе ли наша договорённость об ужине. Не сказать, что я жажду встречи с ним, но и сидеть дома, думая о Данииле, мне невыносимо.

В итоге я соглашаюсь на свидание.

Стас заезжает за мной вечером, дарит роскошный букет роз, везёт в дорогой ресторан. Мне чертовски приятно. Я почти забываю о Данииле. Снова без умолку трещу о чём-то, даже несмотря на то, что на этот раз трезва как стекло и от предложенного моим кавалером алкоголя за ужином категорически отказываюсь.

Стас как-то странно на меня действует. Он галантен, сдержанно улыбается и очень внимательно слушает. Меня ни капли не смущает, что из нас двоих мой кавалер практически не говорит. Впрочем, его, кажется, этот факт тоже совершенно не напрягает. Я увлечённо рассказываю какие-то забавные истории из своей жизни, делюсь планами на будущее, жалуюсь на преподавателей в университете, а мой собеседник кивает, смеётся, задаёт наводящие вопросы. Но всё же в какой-то момент у меня просыпается совесть, и я проявляю интерес к личности своего безупречного слушателя. Благодаря чему узнаю, что Стас – правая рука отца Даниила и тоже очень важная шишка.

Не сказать, что такая новость сильно меня удивляет, я в принципе и ожидала услышать нечто подобное, но всё же немного расстраиваюсь. Было бы гораздо лучше, если бы Стас не имел никакой связи с Даниилом, но что поделаешь. Должен же быть у этого мужчины хоть один недостаток. Потому что в остальном – докопаться просто не к чему. Стас кажется мне идеальным.

После ужина он подвозит меня домой, целомудренно целует в щеку и предлагает завтра снова встретиться – вместе пообедать. И я не раздумывая соглашаюсь.

* * *

Букет, подаренный Стасом, просто огромный. Я даже устаю нести его, пока поднимаюсь в Таину квартиру. Кое-как удерживая эту десятикилограммовую красоту одной рукой, открываю своим ключом дверь, разуваюсь и сразу прохожу на кухню. Обнаруживаю здесь Таю. Она сидит за столом в ночной сорочке. Растрёпанная, заспанная, пьёт кофе.

– Ух ты, какие цветочки, – пытается улыбнуться мне подруга, но в итоге только зевает. – Как прошло свидание?

– Хорошо прошло, – улыбаюсь я ей в ответ. – Стас просто милашка.

– Здорово. Рада за тебя очень, Ляль. Кофе будешь?

– Да, можно было бы.

Подруга нехотя поднимается из-за стола и шлёпает босыми ногами к кофе-машине.

– Вазы у меня нет, – бросает мне Тая, заметив, что я не знаю, куда пристроить букет. – Там, в шкафчике в ванной, есть ведёрко маленькое, возьми его.

– Хорошо.

Когда ведро найдено, цветы успешно подрезаны и поставлены в воду, а мой кофе готов, мы с Таей усаживаемся за кухонный стол напротив друг друга.

– А что там тот первый твой красавчик, Даниил? Не появлялся больше? – небрежно интересуется подруга.

– Нет, – вздыхаю я. – Да я и не жду.

– Ну и ладно. Стас тоже очень даже хорош, – ободряюще улыбается она.

– Да.

Некоторое время мы молчим. Я пью свой вкусный кофе, а Тая задумчиво смотрит на меня, машинально помешивая ложечкой свой. Потом оставляет ложку в покое и вдруг изрекает:

– Но тебе больше нравится Даниил.

– Да, – признаюсь я, понурив голову. Не вижу смысла скрывать.

– Я хотела попробовать узнать, кто он такой, но не получилось. Когда ты вчера уехала, твой Даниил тоже куда-то исчез.

– Я знаю, – снова вздыхаю я, – он вслед за мной и Стасом на улицу вышел. И даже видел, как мы вместе в машину садились.

– Ух ты. И как отреагировал? Приревновал, надеюсь?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Хотелось бы думать, что он там потом все локти себе искусал, – морщу я нос и смешливо улыбаюсь, глядя на подругу. – Но это вряд ли, конечно…

– Ну почему же вряд ли? Может, как раз именно так всё и было, – улыбается в ответ она.

– Ой, да какая теперь уже разница, – в очередной раз тяжко вздыхаю я, опуская взгляд в свою чашку.

– Эх, любовь-любовь, – смеётся надо мной подруга, а я возмущённо закатываю глаза.

– Я тебя умоляю, какая любовь, – бурчу я, – расскажи лучше, как у тебя остаток вечера прошёл? Что интересного было?

Тая сразу вся как-то меркнет, тускнеет, несмотря на то, что пытается сохранить на лице улыбку.

– Да ничего особенного. Побродила там ещё немного, пообщалась кое с кем. Потом мы с Игорем уехали к его друзьям и до утра были у них.

Меня снова охватывает сильное чувство беспокойства за подругу. Ощущение такое, будто этой ночью случилось что-то действительно плохое, а она скрывает это от меня.

– Вы сильно поссорились? – осторожно спрашиваю я, пытаясь вытянуть ее на разговор.

– Не-е-т, – с неестественной улыбкой тянет она, – ерунда, говорю же. Не парься. Расскажи лучше, как со Стасом свидание прошло? Где вы были?

– Да в ресторане каком-то.

– О чём общались? Чем он занимается, не рассказал?

– Работает на отца Даниила.

Тая открывает рот и широко распахивает глаза.

– Рили?

– Ага, – усмехаюсь я.

– И кто у нас папа?

– Некто Сергей Ольшевский. Известный бизнесмен и олигарх.

– Ничего себе!

– Да.

– Обалдеть… Вот тебе и Даня.

– Он и сам очень умный мальчик, отличник, между прочим, – зачем-то уточняю я.

– Я бы на твоём месте не спешила со Стасом сильно сближаться, – вдруг выдаёт подруга. – Может, всё-таки ещё получится что-нибудь у вас с Даниилом. Будет обидно, если Стас всё испортит.

– Знаешь, мне кажется, Стас ко мне намного серьёзнее относится, чем Даниил. Да и он тоже ведь классный.

– Классный, не спорю. Но ты же сама сказала, что Даня тебе больше нравится.

– Нравится, – тяжело вздыхаю я. – Только в отличие от Стаса, он не звонит.

И в этот самый момент, как по заказу, начинает пиликать мой телефон. В груди радостно ёкает, а Тая вскидывает брови и указывает взглядом на подпрыгивающий на столе от вибрации гаджет.

– Что, не он? – нетерпеливо спрашивает она, когда я беру сотовый в руки и, скривив губы от разочарования, смотрю на экран.

– Отчим.

– Оба-на. И что вдруг ему от тебя понадобилось?

– Понятия не имею, – пожимаю я плечами, принимая звонок.

– Лялька, привет, – раздаётся из динамика невесёлый голос Петра.

– Привет, – сухо отзываюсь я.

– Ты где есть вообще? Домой не собираешься возвращаться? – с упрёком интересуется он, отчего меня захлёстывает удушливой волной возмущения.

– А разве меня там кто-то ждёт?

– Мама волнуется, переживает за тебя.

Я округляю глаза и на мгновение даже теряюсь, не зная, что и сказать. А потом начинаю громко смеяться в трубку.

– Петь, ты серьёзно сейчас?! Мама за меня волнуется?!

– Конечно, серьёзно, – невозмутимо отзывается он.

– За две недели она ни разу не позвонила, не поинтересовалась, где я, не сдохла ли случайно под забором от голода и холода! А теперь ты мне говоришь, она волнуется?!

– Прекрати, Ляль. С чего тебе подыхать под забором? Ты уже не маленький ребёнок и вполне можешь о себе позаботиться. Она тебя проучить хотела, думала, ты как обычно на пару дней уйдешь и вернёшься. А ты не возвращаешься и не возвращаешься. Она правда очень переживает. Я же вижу по ней.

– Так переживает, что даже не напишет и не позвонит.

– Ты ведь знаешь, какая она гордая. Никогда не признает, что была неправа. Но она все эти дни, как ты ушла, сама не своя ходит. Возвращайся давай, Ляль. Пока я здесь, хоть помирю вас. Я в среду уезжаю на вахту, потом вы вообще не помиритесь. Маришка тоже скучает, каждый день про тебя спрашивает.

– Ах вот в чем дело, – горько усмехаюсь я. – Ты за Маришку переживаешь.

– Не только. За тебя тоже переживаю.

– Петь, я не вернусь домой. За дочь свою ты зря волнуешься. Мама её вряд ли когда-нибудь обидит. Сам же знаешь, она наоборот за неё глотку кому угодно перегрызёт.

Из трубки слышится недовольный вздох.

– Скажи хотя бы, где ты?

– У подруги.

– И как долго ты собираешься у подруги жить?

– Какая тебе разница?

– Ты же не чужая мне, Ляль.

– Ошибаешься. Я тебе чужая. Не стоит строить сейчас из себя заботливого отчима, Петя. Мы оба знаем, если бы тебе было до меня дело, ты бы намного раньше позвонил.

– Да что толку тебе звонить? – выходит из себя он. – Ты ж такой же упёртый баран, как и твоя мать! Позвонил бы раньше, ты бы меня раньше послала куда подальше! Значит так, уговаривать я тебя не собираюсь, но ты подумай хорошенько своим котелком. Последний раз предлагаю – гонор свой куда подальше засунь и возвращайся домой, пока я здесь ещё и могу помирить вас. Потом полгода будешь слоняться по подружкам.

На глаза наворачиваются слёзы. Внутри всё горит от обиды и возмущения. Я психую. Понятия не имею, что ему ответить, и поэтому тупо бросаю трубку.

Тая жалостливо смотрит на меня, а мне только хуже становится от её сочувствия.

– Отчим домой зовёт?

– Ага.

– И что думаешь?

– Не знаю. Он собирается на вахту ехать на полгода. Если сейчас домой не вернусь, потом вообще неизвестно что будет…

Тая досадливо качает головой.

– Ну что, мама потом тебя домой, что ли, не пустит, если ты захочешь вернуться?

– Да фиг её знает.

– И что думаешь? Хочешь вернуться сейчас?

– Не знаю…

– Ну ты подумай хорошо, Ляль. Может, стоит сходить, хотя бы вещи свои забрать, пока он там. Хоть с отчимом тебе повезло…

Я поднимаю взгляд и с недоумением смотрю на подругу.

– Ты серьёзно считаешь, что мне с ним повезло?

– Ну да, – отвечает она. – Он хорошо к тебе относится. Беспокоится, звонит вон.

– Да он только строит из себя правильного! – возмущённо возражаю я. – А как до дела доходит, язык в одно место засовывает и молчит в тряпочку! Хоть бы раз вступился за меня перед мамой! Только когда она не слышит и может ещё сказать что-то, а при ней – в штаны вечно наложит!

– Ну всё равно, он не такой уж плохой человек, – пожимает плечами Тая.

– Ага, разве что трус и тряпка.

– А много ты смелых людей в своей жизни встречала? Все мы пресмыкаемся перед теми, кто сильнее.

– Не все. Я никогда не буду ни перед кем пресмыкаться.

– Не зарекайся.

– Да я лучше сдохну.

– Знаешь, Ляль, как в жизни бывает – то, в чём мы наиболее категоричны, этим нас жизнь по башке и треснет. Так что не надо быть такой самоуверенной. Ты же не была в шкуре своего отчима и не можешь знать наверняка – был ли у него хоть один шанс не стать трусом?

Тая говорит с таким пылом, что я невольно теряюсь. Больше не спорю с ней, хоть и не понимаю до конца, зачем ей понадобилось так яростно защищать моего отчима. Раньше она всегда поддерживала меня и соглашалась с обвинениями в адрес моих обидчиков.

– Думаешь, мне стоит вернуться домой? – вопросительно выгибаю я бровь.

– Ты знаешь моё мнение. Это и твоя квартира тоже. Твоя мама просто не имеет права тебя туда не пускать. Но как долго ты снова выдержишь общение с ней, это вопрос.

– Ну пару месяцев, может, дольше, если повезёт, – вздыхаю я.

– Ну вот и я про что. Надо тебе искать своё жильё.

– Да, надо, – снова вздыхаю я.

* * *

Стас, как и обещал, приезжает ко мне на работу ровно в час, чтобы вместе пообедать. Его навороченный чёрный седан на парковке нашего офиса выглядит так, будто угодил сюда по ошибке. Краем глаза замечаю, с какими вытянутыми лицами смотрят на меня мои коллеги, когда я, гордо вскинув голову, шагаю к этому авто. Стас ждёт меня рядом. Элегантный красавец в идеальном деловом костюме, что виднеется из-под распахнутого дорогого пальто. В руках кавалера снова цветы. Ещё один увесистый букет красных роз. Это безумно приятно, но вместе с тем немного шокирует – он что, каждый раз так будет? Тогда нам с Таей вскоре придётся открывать цветочный магазин в её квартире.

Принимаю букет, зарываюсь носом в свежие, потрясающе пахнущие бутоны.

– Ты меня балуешь, – довольно произношу я.

– Я еще даже не начинал, – невозмутимо отзывается Стас, распахивая передо мной дверь своего автомобиля.

Эта фраза заставляет меня посмотреть на своего кавалера с новым интересом.

За обедом в очередном дорогом ресторане мы повторяем вчерашний сценарий – я без умолку трещу, а Стас внимательно слушает, снова подкупая меня этим. Я даже поверяю ему свои семейные проблемы. Удивительно, ведь ни с кем малознакомым раньше не делилась настолько личным. Слишком стыдно. А ему выкладываю всё как на духу. И про ссору с мамой, и про то, что из дома ушла и уже две недели как живу у подруги. И про то, что надо бы подыскать себе отдельное жильё, но я пока не представляю, как потяну и учёбу, и аренду.

Стас явно мне не сочувствует, смотрит так же заинтересованно, и мне это нравится. Не люблю вызывать в людях чувство жалости.

– У меня есть свободная квартира в центре города, как раз рядом с твоим университетом, – вдруг деловито заявляет мой кавалер. – Она давно пустует, я только изредка там ночую, когда в офисе задерживаюсь допоздна. Если хочешь, можешь пожить в ней, пока не решишь вопрос с арендой.

Я несколько раз недоумённо хлопаю глазами, уставившись на Стаса в упор. Никак не могу сообразить, правильно ли я его поняла? Настолько фантастично звучит услышанное.

Он что, предлагает мне пожить в его квартире? Бесплатно?

– Спасибо, конечно… Но боюсь, я не потяну арендную плату за квартиру в центре, – усмехаюсь я, в конце концов решив, что такие вещи никто не предлагает бескорыстно.

– Ну что ты, Ляля, я не собираюсь брать с тебя деньги, – снисходительно улыбается он. – Просто хочу помочь.

Я снова немного в шоке. Смотрю на Стаса, ещё больше недоумевая. Неужели всё так просто? Я так остро нуждаюсь в жилье, и вдруг появляется он и предлагает мне пожить в его квартире в центре? Потому что просто хочет помочь?

Может, он мой ангел-хранитель, спустившийся с небес?

Да нет. Бред. Наверняка Стас хочет чего-то взамен. Но если так, тогда получается уже совсем не романтично.

– Стас, спасибо, но нет.

– Почему? – искренне удивляется он.

– Ну, это неудобно. Мы с тобой не так хорошо знакомы. Я вообще не представляю, как это возможно. Нет, извини, но нет, – кручу я головой с неловкой улыбкой на губах.

– Ну и что, что мы не хорошо знакомы – это всегда можно исправить. Ты ведь сама сказала, что тебе негде жить. А у меня есть возможность решить эту твою проблему. Я не вижу причин отказываться, Ляля.

От его слов становится как-то не по себе. Будто я сама выпросила у него такую помощь. А теперь задний ход включаю.

– Я же не затем тебе рассказала, – с укором смотрю я на мужчину. – Просто поделилась своими переживаниями без задней мысли.

– А я просто предложил помощь, – обезоруживающе улыбается Стас. – Не отказывайся сразу, подумай. Моё предложение остаётся в силе бессрочно. Договорились?

– Хорошо, я подумаю, – скромно улыбаюсь я в ответ. – Но сразу предупреждаю – вряд ли я его приму.

– И всё же, – настаивает он.

Покончив с трапезой, Стас отвозит меня обратно на работу, но прощаться не спешит. Уперев средний и указательный пальцы в висок, он внимательно смотрит на меня, будто бы размышляя о чём-то. Мне вновь становится неловко.

– Спасибо за обед, – благодарю я его, чтобы только нарушить молчание, – увидимся вечером?

Не знаю, зачем спросила об этом. Наверное, из вежливости. Потому что острого желания поскорее увидеть спутника вновь у меня нет. Но Стасу, кажется, приятен мой вопрос. Кавалер мягко улыбается и с сожалением в голосе произносит:

– Сегодня вечером у меня встреча с бизнес-партнёрами. Но я могу забрать тебя после работы и отвезти домой к подруге, если не возражаешь.

– Не возражаю, – пожимаю я плечом. – Я заканчиваю в шесть.

– Можно я тебя поцелую?

Этот вопрос звучит из уст моего кавалера так неожиданно, что на миг я просто теряюсь. Машинально бросаю взгляд на окна машины, которые наглухо тонированы и надёжно скрывают нас от глаз любопытных прохожих. Это уже второе наше свидание, если не считать двух первых случайных встреч. Я принимаю ухаживания и цветы от этого мужчины, и как бы причин отказываться нет. И вроде бы по логике я должна согласиться. Но язык потяжелел, прилип к нёбу и никак не хочет повернуться, чтобы произнести «да».

Чёрт, кто вообще о таком спрашивает? Взял бы да поцеловал.

Интересно, перед тем как заняться сексом с девушкой, он тоже спрашивает – можно я тебя тра…? Ну вы поняли.

Да, конечно можно, дорогой! Давай, вперёд.

Господи, о чём я думаю, надо ведь ответить ему что-то. Он же ждёт!

– Угу, – смущенно мычу я, чувствуя себя полной дурой.

Стас наклоняется ко мне, кладёт ладонь на шею и осторожно касается моих губ своими. Я ничем не помогаю ему, потому что всё ещё испытываю ужасную неловкость. Соответственно ни о каком удовольствии от поцелуя речи не идёт. Нет, мне не противно. От Стаса ненавязчиво пахнет приятным мужским парфюмом. И губы у него мягкие, слегка влажные. Он даже становится чуточку настойчивее, обхватывает мой рот уже смелее, но я всё ещё чувствую какую-то неправильность. Не понимаю, в чём дело. Нормальный вроде поцелуй. Разве что… Всё совсем не так, как с Даниилом. Никаких тебе мурашек, ни трепета, ни сбивающегося дыхания. Хотя, надо признать, до знакомства с чёртовым Хоффманом у меня тоже подобного, можно сказать, не случалось. Но раньше это так сильно меня не расстраивало. К хорошему быстро привыкаешь, увы.

Наконец, Стас отстраняется. И смотрит на меня с довольной улыбкой. Кажется, ему как раз всё понравилось.

– До вечера, – вкрадчиво произносит он.

– До вечера, – натянуто улыбаюсь я в ответ.

Забираю букет с заднего сидения и выхожу из машины.

* * *

После обеда на работе клиенты как с цепи сорвались. Телефоны разрываются, люди идут и идут. Я едва успела поставить свой роскошный букет в воду. Пришлось взять у тёть Зины, нашей уборщицы, ведро. И поскольку эта громадина не поместилась на моём рабочем столе, я поставила букет рядом с ним, прямо на полу.

Моя коллега и боевая подруга Ирка Казионова с самого возвращения в офис после обеда так и пожирает меня глазами. Представляю, как её подмывает скорее расспросить о новом ухажёре. Наши столы рядом, но из-за бешеного потока клиентов и звонков ей никак не представляется такая возможность. Лишь под конец рабочего дня, когда наконец наступает затишье, Ирка тут же спешит ко мне. Беспардонно усаживается на край моего стола, трогает пальцами лепестки и восторженно шепчет:

– Очуметь, Лялька! Рассказывай давай! Где подцепила такого мужика? Видела, у наших девок чуть челюсти не поотваливались, когда он за тобой приехал!

– Да недавно познакомились, – небрежно отмахиваюсь я. Стас действительно выглядит роскошно, но Иркиного восторга по этому поводу я не разделяю.

– Везёт же, а! А у него нет случайно брата или друга? Только такого же статусного?

– Да откуда ж я знаю.

– Ты просто обязана узнать. И познакомить меня. Скажешь, что у тебя есть очень красивая подруга незамужняя и надо срочно её пристроить!

– Ира! – смеюсь я, закатывая глаза.

– Не, ну а чё? Тебе жалко, что ли?

– Ой, всё! Уже без пятнадцати, давай собираться по домам потихоньку будем. Стас обещал после работы за мной заехать.

– М-м-м, Ста-а-с, – томно тянет Ирка. – Такой заботливый! А цветы какие, очуметь просто! Блин, как бы мне теперь не подохнуть от зависти!

Я снова ржу.

– Да чему завидовать, Ира, мы познакомились пару дней назад, может, и не выйдет ещё ничего…

– Ляля, да уже одному вот этому букету можно смело завидовать! Мне вот еще никто ни разу в жизни таких роскошных роз не дарил!

– Ну мне тоже именно таких никто не дарил до этого момента, так что расслабься. Перевернётся и на твоей улице грузовик с шоколадками, всё впереди.

– Ой, дай бог! – вздыхает подружка. – Но пока не перевернулся, можно я у тебя несколько розочек из букета стырю? Дома в вазу поставлю, хоть порадуют глаз.

– Да конечно можно. Забирай хоть весь букет. У меня дома ещё один такой же есть.

Ирка открывает рот и поражённо выпучивает глаза.

– Серьёзно?!

– Угу.

– Лялька, ты супер! – радостно пищит она и начинает хлопать в ладоши, прямо как ребёнок. – Спасибо!

В этот момент брякает колокольчик над входной дверью, заставляя меня испытать лёгкое раздражение. Неужели кого-то ещё чёрт принёс под конец рабочего дня?

Перевожу взгляд на вход и теряю дар речи. На пороге нашего офиса стоит не кто иной, как Даниил.

Он безумно красив. В стильных джинсах и кожаной куртке, в тёмных очках. Которые он медленно снимает и скользит расслабленным взглядом по помещению.

Чёрт. Надо же быть таким классным. Куртка сидит на нём как на кинозвезде. Таким, как он, нужно запретить модную одежду. Лучше бы и дальше носил свой допотопный свитер Михалыча.

Карие глаза лениво проходятся по цветам в ведре у моего стола, а после замирают на мне. Сердце делает сальто в груди. Вмиг становится очень жарко.