Читать книгу "Правила борьбы"

Глава 25. Простое решение

Теперь уже Виту старательно избегал Кастера и бесился от того, что думал о нем.

«Нет, ну идиот! Какой же ты идиот!» – ругался он сам на себя, но и ни извиняться, ни тем более еще больше ссориться не мог.

Лучше было делом заняться, любым. Шеф ему работу тут же нашел, да и Карин потом понадобилась помощь с волосами. Отмыть их было не так сложно, по сравнению с миссией их расчесать.

Зато потом пришлось укладываться спать. Тогда началась настоящая пытка разума. Совесть спрашивала, какого черта он обижает мальчика, который хорошо к нему отнесся? Здравый смысл хотел знать, почему он ведет себя, как идиот, а член просто интересовался, почему его обделили. Все это было приправлено зудом на лице, от которого челюсть сводило, так что спать было просто невозможно, но он старательно не шевелился, отвернувшись к камням в расщелине.

Зато Кастер на него косился и тоже злился.

«Спит, сволочь, – думал он. – Доканывал меня всю ночь, а теперь спит. Еще раз вякнет что-то и надо его трахнуть при всех, чтобы заткнулся».

Он даже скалился, понимая, что ему за такое Шеф голову оторвет, но угомонить блондина хотелось больше.

«Блять, а ведь нормальным казался, – мысленно ругался Кастер, – и вдруг такая сука».

В этот момент Виту не выдержал, сел, дернул головой и тут же встал и пошел к выходу.

«Плохо ему, что ли?» – подумал Кастер и сразу заволновался, вспомнив себя в первые дни в Пекле и при первом ранении. Истерил он тогда знатно. Вообще думал, что помрет, рыдать хотел, но запрещал себе, мол, как это он и плакать будет. Засмеют же.

– Ты куда? – спросил Шеф, как только Виту коснулся тряпки, прикрывавшей вход.

– Мне что отлить без разрешения нельзя? – раздраженно спросил Виту.

– Мы с ним сходим покурим, – тут же вмешался Кастер, быстро вставая на ноги и пробираясь к выходу.

– Было бы неплохо, – пробормотал Виту.

Он не курил, только баловался в университете парой сигарет в компаниях и потом иногда в закрытых клубах после секса мог пропустить сигаретку, но сейчас все что угодно могло сойти, даже бессмысленное обычно курево. Одно бесило: что за ним шел именно Кастер.

Шеф все же отпустил их уверенным кивком, и они вышли оба.

– Ты в порядке? – спросил Кастер, отходя в сторону и доставая сигареты.

Он их не припрятал, а просто попросил у Шефа. Тот, оглушенный новостями, разрешил всем сигареты разобрать, только Виту в этой дележке не участвовал, а теперь сигарету принимал.

– Не понимаю, чего ты со мной пошел, – пробормотал он вместо ответа. – Я же тебя должен был достать уже.

– А ты именно этого добивался? – спросил Кастер, щелкнув зажигалкой, давая прикурить.

– Вообще-то да, – устало сказал Виту и затянулся.

– Ну, уж извини, чет я бесился, а потом волноваться стал, – пожал плечами Кастер и тоже закурил. – Помочь тебе можно?

– Не задавай идиотских вопросов, – шикнул Виту и тут же спрятал руку в карман, пытаясь скрыть не до конца оформленный стояк, а в итоге только выдал его, потому что Кастер проследил за его рукой, но злорадствовать не стал.

– Сегодня была дерьмовая ночь, – сказал он спокойно, – а я привык напряжение снимать сексом.

– Потому сразу за бабой побежал? – все так же устало спросил Виту.

– А ты что, обиделся? С ней договариваться не надо было. Просто моя и все, а с тобой вон хрен договоришься, – фыркнул Кастер.

– Со мной просто договориться, – ответил Виту, глядя не на него. – Я соглашусь с тобой постоянно трахаться, только если сейчас тебя трахну я. Но ты же на это не согласишься.

Он покосился на Кастера, а тот только усмехнулся.

– Нашел проблему, – сказал он без малейших сомнений. – Вообще хоть сейчас. Все равно я тоже уснуть не могу.

– Думаешь, я шучу? – уточнил Виту.

– Я не уверен, что ты хоть кого-то трахал, – чуть раздраженно заявил Кастер, – но, так и быть, я согласен быть первым. Так что? Или уже зассал?

– Прямо сейчас? – переспросил Виту, не понимая, почему все вдруг оказалось так просто и в чем подвох.

– Ну да, танкобур свободен, – ответил Кастер. – Можем занять, а потом помыться вместе.

– Ну ладно, если что потом не ной, потому что все будет, как я хочу, – строго сказал Виту.

– В этот раз, а следующий тогда будет по-моему, по рукам?

Кастер еще и руку ему протянул, будто они заключали какую-то сделку.

– Или слабо?

– Не слабо, – затянувшись, ответил Виту и все же пожал ему руку.

– Отлично, пойду предупрежу Кирка.

Тот как раз дежурил первым и, заняв место прямо в машине Демонов, следил за местностью.

– И что ты ему скажешь? Правду или соврешь, что идешь трахать меня? – спросил Виту из чистого любопытства.

– Не поверишь, но Кирку до жопы кто кого будет трахать, – сказал Кастер, обернувшись, – У нас тут всем насрать на это. Просто он дежурный и должен знать, где мы, а чем мы там будем заниматься – наше личное дело. Если не веришь, можешь сходить со мной.

– Да мне насрать на самом деле, – честно сказал Виту и двинулся первым в сторону танкобура.

Тело требовало секса. Возбуждение захватывало сознание, но почему-то где-то там внутри нарастал страх, словно он собирался сделать что-то, чего делать не стоило.

«Да ладно, ты знаешь, что делать с этим парнем», – сказал он себе и улыбнулся, затягиваясь в последний раз и швыряя в песок окурок. Сигаретам все равно не заменить хороший секс.

Глава 26. Вскружить голову

Кастер заволновался, только заговорив с Кирком.

– Будь осторожен, – сказал тот, как никогда серьезно, и Кастера аж передернуло от непривычного тона.

– Чего это? – спросил он.

– Что мы о нем знаем, Кас? Он неплох в рукопашном бою и сам себе на уме. Может, он свернет тебе шею и сбежит с танкобуром.

– Я не понял, ты его в чем-то подозреваешь?! – тут же вспылив, спросил Кастер. – Если так, то говори давай прямо.

– Угомонись, герой-любовник. Ни в чем я его не подозреваю. – Кирк сплюнул в сторону, стараясь не материться. – Просто будь осторожен, а то хер его знает.

– Иди ты, – обиженно ответил Кастер и пошел к танкобуру.

Он понимал Кирка. За двадцать лет в Пекле тот много чего видел. В лагере Демонов бывали случаи и когда новичков силой пытались подмять, и когда убивали любовников. Не часто, но были. Сам Кастер как-то бил морду одному особо рьяному придурку. Правда, долго тот не прожил, со всеми пересрался и его зад прикрывать никто не стал. Ястребы пристрелили, а Демоны забыли. Только после такого разговора сразу стало не по себе.

– Что? Передумал? – спросил Виту, присев на корточки на крыше танкобура.

– Нет, – не сомневаясь, ответил Кастер, – но, если у тебя в этой роли опыта нет, лучше сразу скажи, чтобы я морально подготовился.

– Не дождешься, – хмыкнул Виту и пошел открывать люк, пока Кастер забирался на крышу. – У меня опыта побольше, чем у тебя будет.

– Да не пизди…

«Когда ты только родился, я уже трахался», – подумал Виту, но говорить ничего не стал, просто спустился вниз.

– Ладно, но учти, что морду потом набить я могу, и никто не запретит, – сказал Кастер, спустившись следом.

– Это типа угроза? – весело спросил Виту.

– Это предупреждение. Сделаешь мне больно – получишь.

Кастер даже руки у груди скрестил, заметно напрягая плечи.

– Ну ты же можешь потом сделать мне так же больно в отместку, – игривым шепотом сказал Виту.

– Я люблю трахаться, а не измываться над людьми, – строго предупредил Кастер. – Надеюсь, ты это уяснил.

Они встретились взглядом. Виту улыбнулся, видя как Кастер напряжен и строг. Это забавляло.

– Раздевайся, – без лишних разговоров велел Виту, почти приказал и потому у Кастера по спине прошел холодок.

– Ты полегче на поворотах, – шикнул Кастер, который терпеть не мог, когда с ним так говорят.

– А ты не ссы, лучше просто доверься, – спокойно ответил Виту. – Я не такой придурок, как могло показаться.

Сам он раздеваться даже не собирался, слишком рано. Вместо этого, он подошел к панели, включил ее, как источник света, и перевернул кресло водителя спинкой к рычагам и приборам. Оно подходило для его плана. В меру высокое, чуть ниже идеального, но, как любил говорить Виту: это только добавит амплитуду. Главным были – спинка с сужающимся низом, отсутствие подлокотников и не самая массивная сидушка.

– Что ты задумал? – спросил Кастер, снимая штаны и откидывая их в сторону.

– Скоро на собственной шкуре узнаешь и, поверь, тебе понравится, – ответил Виту совсем другим, незнакомым Кастеру шепотом – тихим, хищным.

От него по спине проходил холодок и чутье вдруг стало советовать бежать, а в члене почему-то наливалось возбуждение, заставляя сглатывать внезапный ком.

– Садись спиной ко мне, – мягче прежнего велел Виту.

– Бля, знаешь, как-то это хуево звучит, – признался Кастер, дернув плечом, но репутацией смелого парня он дорожил больше собственной задницы и потому подчинился, не пытаясь понять нахрена это надо.

– Спинку обними, – скомандовал Виту, – и ноги ближе.

Он еще и похлопал по обнаженным бедрам, заставляя Кастера напрягаться еще больше.

– Я точно тебе вдарю, – проворчал он, послушно прижимая ноги к узкой части спинки.

– Не захочешь, – уверенно ответил Виту, с силой дернув его на себя, буквально вжимая его ягодицы в свой пах.

От этого рывка у Кастера на миг сердце остановилось, слишком много в нем было силы, а потом окатило жаром, потому что даже через ткань штанов сложно было не ощутить твердый член. Он только смог вздохнуть, как чуть не взвыл от внезапного, едва ощутимого поцелуя в основание шеи. По напряженным плечам прошла рябь, подобная судороге.

– Бля-я-я, – протянул Кастер, буквально утыкаясь носом в спинку кресла.

Это было слишком, особенно вот этот поцелуй. До Вика он и в губы никого не целовал, а его и подавно никто в Пекле губами не трогал. Член не в счет. Никто не думал тут о ласке, так, под порнуху по-быстрому потрахаться – вот и весь смысл, но Виту-то всегда любил мужчин. Ему не нужна была порнуха, не нужны были женское стоны на фоне. Ему просто нравились сильные мужские плечи, потому он скользил по ним губами, целовал шею, успокаивающе поглаживая бедра. Все эти нежности раздражали, возбуждали, заставляли злиться и напрягаться еще больше, цепляться в спинку кресла и закрывать глаза.

– Я запрещаю тебе прикасаться к собственному телу, – прошептал Виту ему на ухо.

От такой дерзости Кастер сразу вскинул голову и покосился на него через плечо.

– Что значит запрещаешь?

– То и значит, – спокойно ответил Виту, облизав палец. – Ты у меня задницей кончишь.

– Не кончу, – фыркнул Кастер.

– Кончишь, хочешь ты того или нет, а кончишь, – заявил Виту, вцепился ему в волосы, заставляя отвернуться, запрокинуть голову, и не стал хвататься за задницу, а впился жадным поцелуем в шею, явно собираясь оставить пару следов.

– Блять, – простонал Кастер, понимая, что у него голова идет кругом от того, как все тело напрягается и немеет от внезапной, почти грубой ласки, а Виту подставил ему под шею плечо и, продолжая целовать вспухшую от напряжения мышцу на шее, запихнул ему в рот два пальца.

К собственному стыду, Кастер вдруг понял, что ему не только не хочется возмутиться. Ему хочется поддаться и пальцы эти облизать, провести между ними языком и выдохнуть, когда они выскользнут прочь.

У него кружилась голова и именно этого Виту и добивался. Он хотел вскружить этому мальчишке голову так, чтобы тот уже никогда не вспоминал о существовании женщин в этом мире.

Глава 27. Ответы на идиотские вопросы

Проводить влажными пальцами по губам и подбородку, покрытому щетиной, для Виту было отдельным удовольствием, а Кастер чуть не задохнулся от такой наглости, особенно когда другой рукой ему надавили на поясницу, укусив коротко за ключицу, а потом снова потянули назад.

– Блять, ты мне яйца натрешь, – возмутился негромко Кастер, чтобы не застонать от удовольствия при таких-то нехитрых движениях.

– Не говори, что тебе это не нравится, – прошептал Виту ему на ухо и провел пальцем между его ягодиц. – Ты мне лучше скажи, когда ты в последний раз опустошал свой кишечник?

– Блять, что за тупые вопросы? – рыкнул Кастер, окончательно краснея и уворачиваясь от рук у своего лица. – Иди ты нахер.

– Это очень простой практичный вопрос, – невыносимым, хриплым шепотом сказал Виту и медленно погладил чувствительную кожу у тут же испуганно сжавшегося ануса.

Кастер просто сжался, чувствуя даже легкое прикосновение совсем сухого пальца.

– Я не слышу ответа.

– Да иди ты нахер с такими вопросами!

– Ну, не стесняйся, – прошептал Виту и прикусил мочку уха.

– Перед сном, мать твою, на рассвете, иначе я бы не сразу сюда пошел, а… блять, не беси меня.

– Буду бесить, потому что ты мне нравишься, – ответил ему Виту и пробежал пальцами вверх по спине Кастера, заставляя прогибаться.

– Чего ты вообще цедишься, раз такой умный, – продолжал ругаться Кастер. – Еби давай, я тебе не котенок, чтобы меня гладить.

– Да ты что? – с насмешкой в голосе спросил Виту. – Твое тело явно думает иначе.

Нет, Виту не гладил Кастера, это были совсем другие прикосновения – сильные, жесткие, мнущие напряженные мышцы, заставляющие их растекаться жаром, а потом вздрагивать от коротких поцелуев.

– Блять, нахера ты это делаешь? – ругался Кастер, понимая, что дыхание зло и предательски сбивается, а член наливается кровью от чужого дыхания на коже.

«Я не барышня, блять», – ворчал мысленно Кастер, дергая плечом.

– Чтобы ты расслабился уже, – спокойно ответил Виту, целуя его в это самое плечо и тут же прикусывая кожу, резко проводя пальцами по спине, почти царапая ее.

– Черт, – охнул Кастер.

– Тебе же это нравится, так зачем притворяться?

– Я не неженка, – сказал Кастер и, пытаясь сбежать от руки, попробовал прижаться к спинке, да только Виту не позволил.

Он дернул его на себя, буквально ударяя его бедрами по собственным штанам, вминая член напряженными ягодицами и до боли сжимая вредное тело.

– Думаешь, я считаю тебя неженкой? Может, ты еще и меня неженкой назовешь? Или, по-твоему, секс между мужчинами может быть только грубой еблей…

– Я другого не знаю, – сбивчивым тоном признался Кастер.

– Ну да. Я потому и сказал, что трахаться ты не умеешь, – уже мягче сказал Виту. – Доверься мне.

– Бля, да куда еще больше доверяться-то, – пробормотал Кастер, кусая собственный кулак, чтобы не дрожать от возбуждения, смущения и страха.

– Есть куда, – в самое ухо прошептал Виту и стал спускаться вниз, оставляя дорожку поцелуев на выступающих косточках позвонков.

– Что ты… ох…

Кастер сбился, понимая, что его просто укусили за ягодицу. Это было так внезапно, что он даже вздрогнул, попытался ускользнуть, но сильные руки вцепились в его бедра, не позволяя шевелиться.

– Молчать! И не ерзать, а то буду кусать еще больше, – пригрозил Виту, усаживаясь на пол, и без предупреждения провел языком между ягодиц Кастера.

Тот охнул от неожиданности и выругался. В прикосновении, волнующем кровь самим своим существованием, была еще и легкая щекотка лески.

– Блять, ты ебанутый! – рычал он, уже кусая себя за руку, готовый вцепиться в спинку кресла зубами, только бы как-нибудь спастись от странных ощущений.

– Ну, вот не правда, – протянул Виту, облизываясь и сжимая обе ягодицы сильно, с нажимом, но тут же ласково дразня колечко ануса, что от прикосновений испуганно сжималось, вздрагивало, а сам Кастер дергался назад и почти выл. Виту заставлял его выгибать спину в пояснице, и каждая попытка пошевелиться заставляла тереться и яйцами, и членом по жесткому сидению. Это было почти больно, но пробирало до самой поясницы.

– Не ерзай! – в очередной раз велел Виту, но на этот раз не обошелся уговорами, а шлепнул Кастера по заду, оставляя на лишенной загара ягодице ярко-красный след ладони.

Кастер только охнул возбужденно. Этот шлепок неожиданно окатил еще большим возбуждением, а уж поцелуй по нему сверху и касание прохладного языка заставили перестать дышать.

– Хрена ты балуешься? – возмутился Кастер. – Это же…

– Приятно? – за него спросил Виту, сжав ту самую покрасневшую и зацелованную ягодицу.

– Блять, – почти со стоном ответил Кастер.

– Да, именно так, – с усмешкой ответил Виту и не лизнул, а прямо поцеловал его в задницу, как в губы. Вот тут уже Кастер не выдержал, замычал, давясь стоном, попытался уползти, но его крепко держали, мяли ему зад, заставляя хвататься за дурацкое кресло, отстраняться от спинки и глухо материться сквозь рычание. Чокнутый Виту запихнул ему в задницу язык и блуждал там, словно игрался, а потом добавлял еще и палец, вращал им, пробирался внутрь и находил какую-то точку и нажимал на нее, почти царапал ее. Кастер чуть не задохнулся от странного острого ощущения.

– Блять, хватит уже, а? – простонал Кастер. – Пожалуйста.

– Рано, – уверенно ответил Виту и отстранился, только чтобы хорошенько облизать два пальца и тут же резко загнать их в почти расслабленное тело.

Кастер охнул, сжался и тут же выдохнул, когда, встав на ноги, Виту впился губами в основание шеи.

– Ты долбанутый, – стонал Кастер, не в силах не постанывать от резких движений пальцев, нагло дразнящих все внутри, а потом замиравших и расходящихся в сторону, растягивая его еще больше, пока жадные губы кусали шею и плечи.

Кастер даже отпустил идиотское кресло, чтобы вцепиться Виту в волосы и потянуть его на себя. Забывая о швах и обо всем на свете, рыча и проклиная тот миг, когда он связался с этим ненормальным, Кастер поцеловал Виту в губы, а тот забылся окончательно, только теперь расстегивая штаны и позволяя вспухшему от желания члену ударить по пояснице Кастера.

– Бля, трахни меня уже, – буквально взмолился Кастер, разрывая поцелуй и краснея от неожиданного взгляда прямо в глаза.

– Ну, если ты просишь, – протянул Виту, словно собирался делать что-то другое, и тут же, вцепившись в плечо Кастера, сплюнул в собственную ладонь, размазал слюну по головке собственного члена и уже не церемонился, просто вогнал его на половину длины, заставляя охнуть, вжал его грудью в кресло. Кастер все равно сжимался, хотя ничего, кроме желания и волнения, не испытывал, только бесился от того, что движения были осторожными. Ему до боли сжимали плечи, но член загоняли дальше, медленно раскачивая бедрами, почти дразнясь.

– Да не жалей ты меня, блять, – рычал он, задыхаясь.

– Сказал тот, кто явно больше года члена в заднице не видел, – фыркнул Виту. – Заткнись!

Он буквально приказал это и явно в наказание укусил Кастера за ухо, оттянул его, заставляя шипеть от боли и на миг забыть про задницу, а потом охнуть от того, что член проник в него почти целиком.

Забывая о собственном обещании, Виту провел рукой по груди Кастера, едва его не царапая, спустился по животу и, вцепившись в член рукой, стал его неспешно поглаживать, набирая темп движений.

– Сука, – выл Кастер, все еще не веря, что без порнухи может так снести крышу.

– Сегодня сука тут ты, – отвечал ему на это Виту и, хватая через его плечо спинку кресла, наваливался на него всем своим весом, начиная яростно трахать.

Вот тут Кастер не выдержал. Он уже не матерился. Он кусал губы, стонал, хрипел, мысленно проклинал блондина, ненавидел его руку на собственном члене, ненавидел удовольствие, которое перекатывалось от задницы к члену и обратно. Он едва не заплакал от обиды, осознав, что кончил первый, прямо в жадный грубый кулак, в то время как в заднице еще хозяйничал чужой член.

Виту понадобилось еще три или четыре рывка, – никто их не считал – чтобы окончательно расслабиться, вызывая внутри Кастера странную вторую волну удовольствия. Он поежился, когда Виту поцеловал его снова в шею – там, где он оставил целую россыпь багровых засосов.

– Меня зовут Витур, – неожиданно сказал он. – Я хочу, чтобы ты называл меня настоящим именем.

– Внезапно, – выдохнул Кастер, прикрывая глаза. – Что ж, Витур, хрен с тобой. Я действительно не умею трахаться.

Глава 28. Новое послевкусие

Избавившись от штанов, Виту сел возле Кастера, который просто вытянулся на холодном грязном полу, пытаясь отдышаться и немного остыть. Только курить ему хотелось дико, и потому он порылся в собственных штанах, достал сигарету и закурил.

– То есть ты все это время выебывался, чтобы так меня трахнуть? – спросил он, с наслаждением затянувшись и тут же протягивая сигарету Виту. – Будешь?

– Ну и извини, – ответил Виту, пожимая плечами, а сигарету взял, коротко затянулся и вернул ее обратно, чтобы лечь на пол рядом. – Обещаю больше не выебываться.

– Ну, если понты будут заканчиваться таким сексом…

– Только не говори, что ты уже все, – фыркнул Виту.

Он сам пару минут назад думал, что теперь осталось только полежать немного, ополоснуться и можно крепко спать, но яйца снова заныли от желания. Запахи секса, пота дразнили, а вид расслабленного сильного мужчины рядом возбуждал. Кастеру даже засосы были к лицу, а едва заметные следы от зубов на ключице были почти узором.

– Мне уже полегчало, – признался Кастер, – а что?

– Да вот, думал продолжить твое обучение и привлечь тебя к практическим занятиям, – хохотнул Виту, повернувшись на бок и жестом отказавшись от сигареты.

Курить одну на двоих было по-своему приятно, но ему не хотелось.

– В смысле? – не понял Кастер.

Ему сейчас было так хорошо, что он ленился даже думать.

– Трахни меня, вот что, – хмыкнул Виту. – Я, знаешь ли, редко наедаюсь с первого раза.

Кастер рассмеялся и затушил окурок об пол, а ведь там было еще две или три затяжки, но подобная расточительность его не волновала.

– Значит ты у нас ненасытный? – весело спросил он, теперь уже совсем расслабившись. – Это даже хорошо, а то я тоже обычно неугомонный в сексе, всех бешу этим, только это…

Он как-то странно посмотрел в сторону, улыбнулся.

– Что? – не понял Виту и даже напрягся, когда Кастер зачем-то полез рукой к собственной заднице.

«Я конечно идиот, но не мог я накосячить», – тут же подумал он, хмурясь.

– Не часто я бываю так расслаблен, – ответил Кастер, убедившись, что его зад все еще легко пропускает два пальца. – Лучше трахни меня еще раз сегодня. Завтра уже доберусь до твоей задницы и не только до нее. Обещаю.

Он говорил, и даже в синем свете панелей можно было заметить красный румянец на его лице, но при этом он не пытался прятаться, смотрел Виту прямо в глаза и, кажется, жаждал новых ощущений.

– Теперь хочется погорячее? – уточнил Виту, приподнимаясь, и, буквально перепрыгивая через одну ногу Кастера, целовал его в колено.

Тот почему-то смущался от этого поцелуя сильнее, чем от всего остального, и дергал ногой, но, кусая губы, игриво спрашивал:

– А что, можно еще горячее? Не верю…

– О! Ты еще слишком мало знаешь, – ответил ему на это Виту, не переставая улыбаться.

Ему нравилась эта открытость. Она его пьянила. Он много лет назад перестал уже надеяться на такого партнера, который будет оставлять все свои принципы где-то далеко от секса и будет готов пробовать, открываться, рисковать, чувствовать, буквально вкушать ощущения, как плод, при этом не являясь озабоченным болваном, ну или чуть-чуть озабоченным, но совсем не болваном. Кастер не был образован, да и черт с ним с образованием. Он имел свои таланты, у него был характер, и Виту абсолютно устраивало, если надо будет ему подчиняться, следовать за ним, слушать. Это было важно, потому что его часто бесили люди. То у них лишнее самомнение, то тараканы, то просто принципы, совершенно неуместные в постели.

Кастеру все это тоже нравилось. Мысль о том, что ему, кажется, не придется подстраиваться, пьянила его. Надежда на то, что больше не надо уламывать на секс, выпрашивать его, как озабоченному придурку, расслабляла еще больше. Он разводил ноги, раскидывал руки и улыбался, глядя на Виту, краснел от смущения, но все равно улыбался. В нем даже настоящего возбуждения не было, но дрожь ходила по всему телу.

– Я тебя сейчас выебу, как последнюю шлюху, если не перестанешь так на меня смотреть, – пригрозил Виту.

Только голос у него был совсем не злобный, а низкий, хриплый, возбуждающий.

– Так выеби, – ответил Кастер и так искренне, по-мальчишечьи весело улыбнулся, что Виту перестал думать, перестал сам строить из себя знатока, а просто склонился к нему и поцеловал – зло, жадно, страстно, сразу врываясь в его рот языком. Принимая его язык так, будто в поцелуе можно было драться.

Он целовал и шарил руками по его крепкому телу ради удовольствия собственных пальцев. Из чистой вредности он щипал Кастера за сосок и почти смеялся, когда тот кусал его за это за нижнюю губу, но тут же хватал за волосы и тянул к себе.

Они оба забыли обо всем. Кастер сам ловил Виту за член и направлял в себя, упираясь широко разведенными ногами в пол. Они делали один рывок навстречу друг другу, и член буквально влетал в расслабленное тело.

Кастер от этого только охнул в губы, углубляя поцелуй, снова цепляясь в волосы Виту, а тот утыкался локтями в пол над его плечами и начинал резко двигать бедрами, вколачиваясь в подставленный зад. Он терся всем телом о быстро твердеющий член, он целовался так, словно делал это последний раз в жизни, и трахался так яростно и так безумно, будто в этом был единственный смысл. Больше всего пьянило, что его партнер, его любовник, мальчишка, которого он не воспринимал всерьез, не просто поддавался – он отдавался этому действу, и потому хотелось целоваться еще сильнее, еще яростей, и плевать на швы на лице, плевать на острую боль, плевать даже на кровь, что потекла по подбородку. На все было плевать, пока они не кончили вместе, рыча и касаясь лбами, как два настоящих упертых барана.

«Когда-нибудь я расскажу этому мальчишке все, – пообещал себе Виту, скатываясь на пол. – Это будет самое глупое решение, но все же…»

Говорить было тяжело, потому что дыхание сбилось и в норму приходить не собиралось.

– Бля… у тебя кровь под гелем, – выдохнул Кастер.

– Да хер с ней, потом подумаем об этом. Давай пока еще сигарету на двоих и в душ.

– С голой жопой на улицу? – весело спросил Кастер.

– Да, именно так, – отвечал Виту и первым закуривал одну на двоих сигарету. Для полного счастья ему не хватало виски или хотя бы кофе.