Текст книги "Собрание сочинений в десяти томах. Том 9"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sobranie-sochineniy-v-desyati-tomah-tom-9-29549.jpg)
Автор книги: Алексей Толстой
Жанр: Классическая проза, Классика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 17 (всего у книги 37 страниц)
Шапшнев (кидается к окну Любы). Гражданка Кольцова… Любовь Александровна… (Стучит.)
Рудик. Ну, да… серия «А»… пять нулей, единица…
Шапшнев (в окно Любы). Я согласен… дайте билет… Вот деньги.
Хинин. Как? Выиграл этот самый билет?
Семен внимательно прислушивается, смотрит в газете. Вскакивает, идет к окну Любы.
Шапшнев (страшным голосом). Куда она опять ушла?
Хинин. Позвольте, но ведь она его мне предложила.
Рудик. То есть как это вам?.. Вы мне голову не вертите… Я купил билет, – все свидетели.
Хинин. Идите к черту. При свидетелях мне первому предложила.
Шапшнев. Нет, уж вы, граждане, оставьте колбаситься. Билет предложен мне как управдому.
Семен пробирается незаметно к набережной.
Рудик. Мне это смешно даже слушать. Вы отказались, и она предложила мне…
Секунда паузы. Все обернулись в сторону Семена. Он спрашивает у снова появившейся Журжиной.
Семен. Да в какой клуб?
Журжина. Не знаю, не знаю.
Семен. Труперда! (Поспешно уходит.)
Рудик. Я вас рассужу… Как пить дать – билет мой.
Шапшнев (щелкнув зубами). Мой билет.
Хинин. А я говорю – мой билет.
Шапшнев. А вот я за милицией сейчас пойду.
Хинин. Нет, не пойдешь… Чувырла!
Шапшнев. И на тебя, сукин сын, донесу, контрабандист!.. Это что у тебя в бумаге?
Хинин. Не твое дело.
Шапшнев. Не мое?..
Хинин. Не твое.
Рудик. Слушайте, мы только теряем время…
Хинин (Шапшневу). А я вот догоню сейчас Кольцову, да и скажу, что ее билет выиграл. Вот вам всем – фига!..
Шапшнев (засучивается). Ну-ка, еще покажи.
Хинин. На, понюхай.
Шапшнев (сгреб его за волосы). Милиционер!..
Хинин. Пусти, подлец!
Рудик. Ну, перестаньте. Так мы никогда не договоримся. (Разнимает их.) Слушайте, я придумал выход…
Шапшнев. Придумал?
Хинин. Какой выход?
Рудик. Мы будем стараться захватить у Кольцовой этот билет. Кому из нас троих удастся забрать билет, тот берет себе пятнадцать тысяч. Остальные получают по пять тысяч. Ну, что?
Шапшнев. Придумал.
Хинин. Хорошо. Согласен.
Шапшнев. Ладно… Только вот что… Друг от друга не отбиваться… (Журжиной.) Ты не видала, – Кольцова в какую сторону пошла?
Журжина. Видала. Вон туда.
Шапшнев. Куда именно?
Журжина. Пошла в клуб. В карты играть. Выиграю, говорит, и в рожу им эти деньги швырну… И Семен туда же за ними пошел.
Все трое окаменели, слегка присели. Вскрикнули и побежали по набережной.
Шапшнев Погодите меня, погодите, товарищи…
Занавес
Действие второе
Угол комнаты в игорном клубе. Налево – ниша и два столика. Направо – арка, за ней буфет. Голые, запачканные стены. Зеленый стол. За ним – крупье Т е п п е р. Вокруг стола: человек в тюбетейке, в рваном фрейме, мрачный и больной; Соня Огурцов а, в розовом платье; Иван У х о в, сибиряк, лохматый, черный лицом, с провалившимися глазами; толстомордый бандит в кожаной куртке; толстая сердитая женщина; нищий на костылях; жучок Лоханкин; шкеты, торговцы, девицы, о б о р в а н ц ы. За аркою в буфете играет оркестр – две гармонии и пианино.
Пауза. Играющие смотрят на человека в тюбетейке. Он открывает карту.
Теппер. Банк выиграл. (Собирает лопаткой деньги.) Вы куда, куда деньги-то тащите? – выиграл банк, слушайте как следует.
Лоханкин. Извиняюсь. Я не ставил, извиняюсь… Я на минуточку только деньги на стол положил, чтобы высморкаться…
Соня. Он врет, гражданин крупье, он ставил.
Теппер (зовет). Старшина.
Лоханкин. Чуть что – старшина. Человеку высморкаться не дают.
Теппер. В банке тридцать рублей. Прошу делать игру. (Ставят. Он считает ставки.) Шесть, десять, восемнадцать, двадцать шесть… Два рубля свободны… Кто ставит два рубля? (Бандиту.) Куда рукой полез? Убери руку… Полтинник свободный. Кто желает поставить полтинник? (Соке.) Перестаньте колоть вашего соседа…
Соня. Извиняюсь, я его не колю. Он сам мне деньги сует.
Человек в тюбетейке (скребет под столом ноги. Глухо). Замучила ты меня. Отвяжись от меня.
Лоханкин (Соне). Ты зачем сказала, что я ставил?
Соня. Гражданин крупье, запретите Лоханкину меня шантажировать.
Лоханкин. Задрыга!
Теппер. Ставок больше нет.
Человек в тюбетейке медленно мечет, трет карты о сукно. Входят Люба и Марго. Лоханкин подскакивает к ним.
Лоханкин. Обратите внимание на дамочку рядом с банкометом. Это аферистка. Ей ничего не стоит человека зарезать. Как она у него деньги сосет, так просто ужас.
Ухов. Карту.
Лоханкин (Любе.) Вы здесь в первый раз? А я вчера восемнадцать тысяч проиграл, прямо обидно.
Марго. Слушай, Лоханкин, мы играть пришли…
Ухов. Шесть.
Человек в тюбетейке. Семь.
Теппер. Банк выиграл. (Бандиту.) Опять вы куда ручищу-то тянете, вы не ставили. Гражданин на костылях, вам рубль. Дамочка, не хватайте деньги… Спокойно, спокойно.
Лоханкин (Любе). С этим, в тюбетейке, боже сохрани, не ходите. Он вас заведет куда-нибудь на пустырь и задушит. У него все тело в лишаях. Страшно нервный. Смотрите, Сонька-то его как обрабатывает, пиявка…
Соня (человеку в тюбетейке). Да не сую деньги в чулок, я проиграла. Дай, ну, дай, ну, дай трешницу…
Человек в тюбетейке. Не дам больше. Отвяжись от меня.
Теппер. Снимаете банк?
Человек в тюбетейке. Нет.
Лоханкин. Зарывается, глядите, зарывается. Это она его сосет. (Подбегает к человеку в тюбетейке.)
Теппер. В банке пятьдесят семь рублей. Делайте игру.
Человек в тюбетейке (яростно чешет ноги, – Лоханкину). Замучили. Отстаньте от меня, гражданин.
Теппер (считает ставки). Пятнадцать, двадцать семь. Лоханкин, отвяжитесь от банкомета. Пятьдесят три. (Бандиту.) Опять ручищами полезли. (Замахивается лопаткой.) Четыре рубля не покрыты. Вы там, в очках, заснули? Старшина!..
Лоханкин (возвращаясь к Любе). Этот банк обязательно сорвут.
Теппер. Кто желает поставить четыре рубля?
Лоханкин. Ставьте. Берите меня в часть.
Марго. В самый раз поставить. Только у нас – билет, а не деньги.
Лоханкин. Наплевать. (Берет билет.) Я имею из него полтинник. Гражданин крупье, мы покрываем. Принимаете?
Теппер (берет билет). Пять нулей, единица. Серия «А». (Человеку в тюбетейке.) Принимаете за четыре рубля?
Человек в тюбетейке. Принимаю.
Теппер (бросает билет на стол). Банк покрыт.
Человек в тюбетейке мечет.
Марго (Любе). Значит, выиграете, и у вас будет восемь рублей, и опять их поставите, – у вас будет шестнадцать, и опять поставите, – у вас будет…
Ухов. Карту.
Лоханкин (Любе). Жир. Плохо наше дело.
Люба. Почему? Мы проиграли?
Лоханкин (указывая на человека в тюбетейке). Говорят, будто это московский шулер, – вот в чем беда…
Человек в тюбетейке. Восемь. (Волнение за столом.)
Марго. Вот черт, и нет билета.
Лоханкин. А что я говорил?
Ухов (вскакивает, взлохмаченный, швыряет карты). Неправильная игра. Здесь с накладной играют. (Общий шум.)
Соня (визжит). Деньги растаскивают.
Соня, бандит и еще несколько человек кидаются к деньгам.
Теппер (колотит их по головам лопаткой). Правильная, правильная, правильная игра… Старшина!
Человек в тюбетейке, захватив деньги, встает, идет в буфет. В арке его задерживает Соня.
Люба (Лоханкину). Я не понимаю, – мы проиграли?
Лоханкин. Что вы дуру-то валяете, – не понимаю… (Скрывается.)
Люба. Марго, Марго, где же мой билет?
Марго. У этого московского… Вот, черт возьми, неудача…
Люба. Что же нам теперь делать? Я хочу еще раз попытать счастье. Я попрошу, чтобы он на минутку вернул мне билет. Хорошо? Я только выиграю и отдам. Хорошо? Можно?
Марго. Кто его знает. Эти московские такие требовательные… От денег откажешься. Каждому своя жизнь дорога.
Люба. Ах, дорога жизнь. Моя жизнь сейчас четыре рубля стоит. (Делает движение по направлению человека в тюбетейке.)
Марго ее удерживает.
Марго. Сонька Ноздря с ним. Она вас даже до разговора не допустит. Лучше уж я попытаюсь. Вы посидите тут.
Марго идет к человеку в тюбетейке и скоро скрывается с ним и с Соней в буфете. Люба садится налево за столиком. Около нее останавливается Ухов, шарит в карманах.
Ухов. Были, ведь были… Оставались.
Лоханкин (принимая жестами и выражением лица участие в поисках денег). Неужто остались? Неужто не все роздали?
Ухов. Нет еще. Не все роздал. Остались. (Нашел, считает.)
Лоханкин. Знаете, красный купец, плакать хочется, – как вы проворачиваете червонцы.
Ухов. Жалко. Очень меня жалко. (Садится за стол Любы.)
Лоханкин. Вот я иначе, как наверняка, не играю. В других клубах сажусь за стол, так все разбегаются. (На ухо.) Здесь меня еще не знают. Хотите играть пополам. Давайте деньги, давайте. Отыграемся…
Ухов (вытянув бороду.) Кабы ты был человек, я бы дал, а ты марафон.
Лоханкин (шмыгнув). Глупее глупого. (Отошел.)
Ухов (кладет руку на руку Любы). Ты что, паразит, сидишь невеселая?
Люба (вырывает руку). Не лезьте.
Ухов. Ну, все равно – угощу тебя мадерой, раз ты голодная. Официант, подай нам бутылочку мадеры позабористее. (Любе.) А ведь ты не знаешь, кто с тобой сидит, кто я?
Люба. Неинтересно – кто вы.
Ухов. Как неинтересно. Я замечательно интересный. Трое суток спать не ложился. Не хочу. В гробу насплюсь. Семь тысяч верст ехал с Алдана, – неужели затем, чтобы спать? Все клубы обошел. Сколько я денег раскидал, – бери, кто хочет. Одну ночь за мной воры, калеки, бродяги целым табуном ходили. А проиграл… (Приносят мадеру.) Видишь… (Показывает деньги.) На дорогу осталось и за мадеру заплачу. Пей. Запомни навсегда, – угощал тебя Иван Ухов из Новосибирска. (Отечески.) Ты паразит, твое дело маленькое, а я большой человек, я дикий человек. Почему ты у меня денег не просишь?
Люба (решительно). Мне нужно ровно четыре рубля, чтобы отыграться.
Ухов (громко захохотал). Четыре рубля!.. Ей больше не нужно. Широко живет… Ну, до чего же люди смешные. (Отсчитывает четыре рубля.) Куропаточка ты моя, в тайге я долго жил, не видал вас… Вон они какие, хитрые, как комары.
Люба (протягивает руку. Честно. Я только поставлю, выиграю и сейчас же вернусь, чтобы доказать, что я вас не обманываю.
Ухов. Чемодан денег привез в Ленинград. Все пропер в три дня. Жалко, но не очень. Выпей мадерки.
Люба (в отчаянии). Не хочу.
Ухов. Опять в тайгу вернусь копать золото. Опять сюда приеду. Ждите. У меня душа веселая. Мне все – смех да хохот. Ты, девчоночка, думаешь, – в четырех рублях свет клином сошелся? (Молча заплакал.) Был бы жив человек. А ты, чай, топиться хотела? Выпей мадерки.
Люба (выпивает). Больше от меня ничего не потребуется?
Ухов важно, молча протягивает ей четыре рубля.
Теппер. Кто желает поставить?
Люба (идет к игорному столу, обернулась). Я вернусь.
Ухов. Дурочка, дурочка. Но хитрей комара. (Вытирает глаза. Через некоторое время уходит совсем из залы.)
Теппер (Любе). Можете поставить.
Через залу проходит Семен прямо в буфет. Любы не видит.
Лоханкин (Любе). Как мы условились, значит, я имею в четырех рублях свой полтинник.
Теппер (банкомету). По таблице должны прикупать.
Лоханкин. Сейчас будут деньги.
Теппер. Банк выиграл.
Лоханкин плюнул, отошел.
Люба. Ужасно. Это ужасно. (Возвращается к столу, видит, что Ухова нет. Села. Оглядывается.) Это совсем ужасно.
К ней поспешно подходит Семен.
Семен. Любовь Александровна… Что же это вы в самом деле… как не догадаться… сказали бы только: Семен, достань денег… Да я для вас украсть, кажется, готов.
Люба. Ничего не понимаю.
Семен. Скажите, билет при вас?
Люба. Проиграла.
Семен. Ох… Бить вас мало… Кому проиграли?
Из буфета в левую кулису идет человек в тюбетейке.
Люба. Вот ему.
Семен. Ему? Вы хорошо запомнили? Этому?..
Идет бочком, бочком, примериваясь за человеком в тюбетейке. Оба скрываются.
Люба (встряхнув головой). Как все странно. (Встала, пошатнулась, жалобно улыбнулась.) Вот странно, – все плывет, падает, уплывает… (Села.) Напоили… пьяная. Этого еще недоставало.
Марго (быстро подходит к ней). Отдал. (Бросает билет на стол.) Таких дураков сроду не видала. Безусловно, он в меня влюбился. Я и так к нему сяду и так сяду. И будто у меня чулок сваливается. Платье деру вниз, плечо заголяю. Глазами мигаю, губы облизываю. Влюбился. Сидит, хрипит. Ладно, говорит, с меня, говорит, довольно, я больной, у меня ноги чешутся. И мне билет через стол – швырк.
Люба. Вот я его сейчас поставлю. (Встает.)
Марго. Да вы пьяная! Когда же это вы успели? Ну, пьяным всегда везет.
Теппер. Кто желает поставить?
Люба (громко). Я.
Теппер. Пожалуйста.
Люба ставит.
Ваш билет идет за четыре рубля.
Слева выбегает человек в тюбетейке, разводит руками и кричит.
Теппер. Что вы орете?
Человек в тюбетейке. Ограбили меня. Люди божие, помогите.
Соня (в арке). Нашел, когда бога помянуть.
Теппер. Не орите. Кто вас ограбил?
Человек в тюбетейке. В нужнике. Наскочил блондин среднего роста. Опомниться не успел… Люди божие!..
Теппер. Старшина. Пройдите в комендантскую.
Человек в тюбетейке. Блондин, в модном галстуке… я хорошо помню.
Несколько человек его уводят в комендантскую.
Теппер. Спокойно. Игра продолжается.
Марго. Ни в коем случае это не Семен его ограбил, он никогда себе этого не позволит в публичном месте.
Теппер. Банк проиграл.
Марго (Любе). Берите скорей деньги. Выиграли.
Теппер (Любе). Хотите метать банк?
Люба. Хочу. (Садится за стол) Только вы покажите, как нужно играть.
Теппер. В банке восемь рублей. Игра сделана. (Любе.) Сдавайте. Карту сюда, карту себе. Еще раз.
Лоханкин (протискиваясь к Любе) Значит, мы банк пополам держим.
Теппер. Старшина! Вывести Лоханкина.
Лоханкин. Извиняюсь. (Скрывается.)
Теппер (Любе). Теперь посмотрите свои карты.
Люба. У меня – дама и девятка.
Теппер. В банке пятнадцать рублей.
Марго (Любе). Снимите половину, крупье разрешит.
Люба. Нет.
В залу вбегает Р у д и к, а за него цепляется Ш а п ш н е в.
Шапшнев. Вы не бегите впереди нас.
Рудик. Оставьте мой пиджак.
Вбегает запыхавшийся Хинин.
Хинин (Рудику). Виноват, я спрашиваю – почему именно я за вешалку заплатил?
Шапшнев. Да, почему?
Рудик. А я за извозчика платил… Вы оба норовите на шермака.
Шапшнев. Кто оба?
Рудик. Что вы ко мне привязались? Идите себе домой.
Шапшнев (зловеще). Домой…
Хинин (дьявольски хихикая). Сам иди домой.
Рудик. Видите же, – ее здесь нет.
Хинин. Нет, она здесь. Больше клубов нет, – мы все обошли.
Они становятся. Играет оркестр гармонистов.
Шапшнев. Сутки здесь буду стоять, не двинусь.
Рудик. Ужасная духота. Фу!
Шапшнев. Потерпишь.
Хинин. И под роскошным костюмом часто скрывается негодяй…
Рудик. Оставьте ваши намеки. Люба. Девятка.
Рудик, Хинин и Шапшнев заметили Любу. Первым кинулся к ней Рудик, в него вцепились. Не пускают друг друга.
Рудик. Товарищи, нельзя троим сразу.
Шапшнев. А как уговаривались?
Хинин. Да, как уговаривались?
Рудик. Поймите же, идиоты, она может каждую минуту билет проиграть.
Теппер. В банке шестьдесят пять рублей.
За столом остались два-три человека.
Марго (Любе). Снимайте, снимайте. Уходите… Люба. Но мне нужно шестьдесят семь. Тут не хватает.
Марго. Сорвут. Ну, мой совет, не зарывайтесь… Люба. Посоветуйте мне, гражданин крупье.
Теппер. Вы можете снять, если хотите.
Рудик, Шапшнев и Хинин подошли к столу и стали напротив Любы. Улыбаются ей, кланяются, махают ручками. Люба поднялась, глядит на них с ужасом.
Люба. Это вы?
Рудик. Это мы… (Приветствует.)
Хинин. Здравствуйте, дорогая, солнышко.
Шапшнев. Пришли должок с вас получить. Это я шучу.
Люба (провела рукой по глазам. Села, взмахнула головой. Решительно). Банк продолжается.
Теппер. Маловато игроков.
Рудик. Вместе с выигрышным билетом в банке шестьдесят пять рублей. Ва-банк. (Бросает на стол деньги.)
Шапшнев. Чур, уговор.
Хинин. Да, уговор.
Рудик. Дайте карту.
Люба быстро сдает. Пауза.
Рудик (торжествующе ударил картой). Восемь!
Шапшнев. Хо-хо! Хинин. Наше.
Марго. Не послушали вы меня… Псу под хвост какие деньги…
Люба. Девять.
Марго всплескивает руками.
Теппер. Банк выиграл.
Рудик (разводя руками). Первый раз такой случай.
Люба. Банк продолжается.
Марго (кидается к ней). Умру на этих деньгах… Не дам больше играть…
Люба. Пустите… Я им отомщу…
Теппер. В банке сто двадцать три рубля. Делайте игру.
Xинин (Рудику). Режь ее, режь ва-банк…
Рудик. Дело в том, что я не взял с собой столько денег. Банкомет, надеюсь, поверит мне. Я заплачу завтра.
Люба. Нет, я вам не верю.
Хинин (отталкивая Рудика). Пустите. Я сам иду ва-банк.
Теппер. Эклэрэ.[47]47
Принято (фр. eclaire; карточный термин).
[Закрыть] Покажите ваши деньги.
Xинин. Я артист Хинин, – вам этого мало? (Швыряет на стол бумагу.) Вот, – если здесь не верят честному слову…
Теппер. Это же не деньги, гражданин.
Хинин. Это контракт с неустойкой в Севзапкино.
Люба. Не верю… (Шапгиневу.) Вы – играете?
Шапшнев (Любе). Часы золотые, на семи камнях, анкерные, золото двенадцать золотников, – примете против банка?
Теппер. Предметы и драгоценные вещи ставить не полагается. Банк снялся. (Кладет лопатку.)
Через минуту он уходит совсем от опустевшего стола.
Люба (берет деньги, встает). Марго, смотрите, сколько денег. Я никогда столько и не видала. Марго. Их даже сосчитать невозможно.
Люба и Марго отходят и садятся налево за столик. Рудик, Хинин и Шапшнев стоят в арке и совещаются.
Люба. Марго, какая я счастливая. Сколько счастья в этих бумажках. Какие они грязные, мятые. Мне хочется поцеловать это счастье.
Марто. За квартиру заплатить это, безусловно, для вас – первее всего.
Люба. Белое платье. Белые чулочки. Новенький чемоданчик и билет на поезд, на взморье.
Марго. Туфли парусиновые. Сонька Ноздря уверяла – роскошные за семь с полтиной.
Люба. Лежать на песке у моря. В высоте облака и ветер. И – волны, шумные, добрые.
Марго. А рубашки и панталоны, полдюжины, закажите у Евдокии Кондратьевны, с кружевами. (Начинает пальцем трогать глаза.)
Люба. И знать, что тебя ждет любимый человек, близорукий, смешной…
Марго тихо заревела.
Марго, миленькая, зачем вы плачете?
Марго. Вам этот капитал легко достался.
Люба. Марго, ребенок мой чудный, не плачьте. Возьмите у меня эти деньги.
Марго (трясет головой). С какой стати…
Люба. Мы их сейчас разделим. Ведь если бы не вы, я бы не выиграла. Вот это – управдому…
Марго. Обязательно.
Люба. Вот эту пачку – вам. Берите, – я обижусь. В лавочку – двадцать рублей. Остается у меня… Вот так фунт гвоздей… Остается у меня… рубль, два, трешница… больше червонца… (Спохватилась.) Нужно ведь этому вернуть четыре рубля… (Оглядывается.) Лохматому. Он очень хороший человек… Он что-то мне сказал, я не помню! – но такое милое. Куропаточка ты моя, живи счастливая. (Засмеялась.) Марго, вы куда?
Марго. В уборную, нос надо попудрить. (Уходит и через минуту возвращается.)
Люба. Значит, остается у меня два с полтиной и билет. (Рассматривает билет.) Ну, ничего, были бы живы, друг милый Алеша, – нам нипочем.
Рудик (проходит мимо Любы, вкрадчиво). Я так виноват перед вами, уважаемая Любовь Александровна, что хотел бы чем-нибудь загладить свою вину. Разрешите вас угостить приличным ужином. Поедемте с нами в ресторан.
Люба. Оставьте меня в покое. (Отвернулась.)
Хинин (проходя мимо Любы). Божжже мой, божжжже мой… (Сжимает руки, трясет ими.) Божжже мой… божжжже мой… Девушка… цветущая яблонь-ка… широко открыты глаза… Какая красота!. (Забирая воздух носом.) Молиться на эту красоту.
Люба. Вы это мне говорите?..
Хинин. Бережно склониться перед весенним цветком…
Люба. Да вы с ума сошли…
Хинин. Поедемте с нами в ресторан. Мы вполне порядочные люди. Мы будем молитвенно дышать вашим ароматом…
Люба. Оставьте меня, пожалуйста, в покое.
К ней подходит Марго. Люба берет ее под руку _
Эти, троица, ругали меня последними словами, а сейчас зовут в ресторан. Марго, в самом деле, – поедемте вдвоем куда-нибудь, вы, наверно, знаете куда. Я вас угощаю ужином. Ужасно есть хочется.
Марго. К Григорию Захаровичу поедем.
Люба и Марго идут к выходу. Шапшнев преграждает км дорогу
Шапшнев. Любовь Александровна, извините меня… с покорнейшей просьбой, – дайте денег за квартиру…
Люба. То-то. С покорнейшей просьбой. (Отсчитывает деньги.)
Шапшнев. Ну вот, спасибо. Такого жильца, как вы, искать надо… Я вам давеча нагрубил. Пусть уж я сам по этой причине страдаю. Дайте мне шестьдесят рублей и билет этот. И, значит, будем квиты.
Люба. Стыдно стало.
Шапшнев. Так стыдно, так стыдно…
Люба. Вот шестьдесят рублей и вот билет. За семь рублей его приняли, – смотрите…
Шапшнев. Утречком квитанцию принесу… Спасибочки… Много вами довольны… Вот так взял!.. Вот так взял!.. (Беззвучно смеется.) А все кричат, – Шапшнев дурак… Ну нет, Шапшнев не дурак…
Люба и Марго идут к выходу.
Марго (Любе, указывая на Шапшнева). С чего он заплясал-то, смотрите, как журавель?..
К Шапшневу с двух сторон подходят Хинин и Рудик, угрожающе.
Рудик. Где билет?
Хинин. Покажи!
Шапшнев. Она мне не дала билета.
Хинин. Врешь!
Рудик. Мошенник!
Шапшнев (отступая в арку). А вы не толкайтесь. А то за это… Не хватайте руками. А то за это…
Хинин. Отдай!
Рудик. Отдашь?..
Шапшнев. Нет у меня никакого билета.
Хинин (хватает его за горло). Вот как. Нет билета?..
Рудик (хватает его за живот). Шантажист!..
В дверях начинается свалка, подбегает публика из буфета.
Лоханкин. Кого бьют? Вали, вали, вали…
Шапшнев (отбиваясь) Публика, публика, публика!..
Бежит кругом стола, теряет деньги и билет. За ним гонятся Рудик, Хинин, Лоханкин и нищий на костылях.
Лоханкин. Это он в нужнике грабил… Бей его…
Шапшнев. Публика, публика!
Все проносятся в буфет.
Марго (поднимает две-три бумажки и билет, отдает их Любе). Чего валяются-то… Нате… И билет тут ваш и деньги…
Люба. Билет опять ко мне вернулся. Уйдемте, Марго, здесь страшно.
Они уходят. На сцене остался один Алеша, незаметно появившийся во время погони за управдомом.
Алеша. Люба! Люба! Где вы? Сказали, что она здесь. Любовь Александровна!..
В буфете заиграли на гармоньях, запели: «Помню, помню, помню я, как меня мать любила, и не раз и не два она говорила: мой миленький сынок, не водись с ворами…»
Занавес
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.