Читать книгу "Петра. Часть II"

– Я Маринке наврала с три короба. Она до сих пор требует твой номер.

– Спасибо. Ты передай ей привет, пожалуйста, и мои извинения. Скажи, как только будет возможность, я ей обязательно позвоню.

– Хорошо, разберемся.

– Как у вас с Игорем?

– Слушай, Игорь, конечно, тот еще зануда. Даже не подозревала насколько. Сначала он ежедневно парил мне мозг вопросом «Где Петра?». Потом, поняв, что ничего не добьется, переключил свой напор на истребление кандидатов на твое место. Ты не будешь удивлена, узнав, что мы так никого и не выбрали, и сошлись на том, что занимать высшую административную должность в фирме «Петра» буду я.

– Наташка, спасибо тебе огромное! Такой камень с души. Я постоянно захожу на наш сайт, переживаю…

– Можешь не переживать. Все клиенты на месте и много новых. Сотрудники твои разбалованы, конечно, но это вопрос решаемый.

– Только, прошу, не перегибай, палку, – попросила Петра.

– Не переживайте, пани. Все в меру. Все довольны.

– Это великолепная новость, Натали. Правда, ты меня очень обрадовала.

– Признаюсь, мне самой понравилось. И Юрка доволен, что я занята. Только теперь жалуется, что дома меня почти не видит. Кстати про дом. Заезжала к тебе. Ты знаешь, эта Варвара такой порядок в квартире держит, аж завидно. Я ей предложила работу в своем доме, а она, представляешь, отказалась. Поступила, говорит, в мединститут. Я ее спрашиваю: «На что же ты живешь с ребенком?». А она отвечает: «Закончила курсы, массаж вечерами делаю, клиентов много».

– Умница. Я верила в нее. А как там Моня?

– Моня, как всегда в «шоколаде». Обожает дочку Варварину, спят в обнимку.

– Спасибо тебе, Наташа.

– Да ладно тебе, спасибо, да спасибо. За что…

– За все, спасибо, – еще раз поблагодарила подругу Петра.

– Лучшей благодарностью будет твое возвращение.

Они недолго помолчали, каждая о своем.

– Ладно, Петунь, бежать мне пора. Я теперь человек подневольный, благодаря тебе.

Позвонила Анна по внутреннему номеру.

– Петра, я коротко. У меня на второй линии – телевизионщики. Снова звонят из Праги, из программы «про Отдых и не только». Дадите им интервью?

– Анна, мы уже обсуждали это, – устало ответила Петра.

Ведущая Радка Смейкалова звонила уже третий раз, не понимая, почему эта русская пани, владелица Клуба по обмену домами в Чехии отказывает ей в интервью. С ее заместителем Анной, понятно – страх перед видеокамерой. Такое встречается. У них такая девочка училась в колледже. Теорию сдавала превосходно, а когда на практике приходилось вставать перед камерой, немела и столбенела.

– Послушайте, есть же еще сотрудники в вашем офисе, – уговаривала Анну Радка. – Владелица фирмы, наконец.

– Есть, – соглашалась Анна.

– Это же для вас бесплатная реклама! Я искренне не понимаю, в чем дело? Почему она не хочет сняться в нашей программе?

Радка умолчала о том, что уже согласовала сюжет с руководством и поставила его в план.

– Я попробую еще поговорить, но ничего не обещаю, – сказала Анна.

Она действительно панически боялась камеры, и во время заключения трудового договора сразу заявила Петре, что сделает для фирмы все, кроме участия в телевизионных съемках. «Интервью на радио, в прессе, на мероприятиях – без вопросов. Только не телевидение. Фобия».

Анна сделала в кофемашине два капучино и, предварительно постучав, вошла в кабинет Петры.

– Я не знаю, что делать.

– Что случилось?

– Да, я все про эту программу.

– Анна, Анна… Вы меня не услышали? – улыбнулась Петра.

– Услышала, – покачала головой Анна. – Но, прошу Вас еще раз подумать. У них в пятницу специальный выпуск. То, что нам надо – «Необычные виды отдыха». Она уверяла, что будет только наш представитель, никаких других участников. Она очень надеется, что Вы согласитесь. Честно говоря, эта Радка из тех, кто не сдается…

Петра уже хотела ответить привычное «нет», как вдруг подумала, что это шанс. Маленький, рискованный, но шанс, пусть на небольшую чешскую аудиторию озвучить то, что для нее так важно. В России программу, точно не увидят. То, что нужно.

– Хорошо, Анна, дайте ей, пожалуйста, мой номер. Попробуем.

Анна улыбнулась и, слегка коснувшись руки Петры, сказала:

– Все пройдет очень хорошо, Петра. Мы будем держать ручки. Так, кажется, говорят в России?

– Держать кулачки, – улыбнулась Петра.

– Кулачки, – задумчиво повторила Анна, набирая номер Радки, – смешная поговорка.

Радка Смейкалова облегченно вздохнула и тут же позвонила Петре, дабы убедиться, что она не передумала.

– Пани Терентьефа?

– Да, слушаю Вас.

– Мое имя Радка Смейкалова.

– Рада знакомству, Радка. Анна мне все рассказала о Вашем проекте, осталось уточнить время, дату и охват аудитории.

– Признаюсь, охват не глобальный, но, согласитесь, прямое попадание в целевую аудиторию. Смотрят люди, явно не равнодушные к путешествиям. Но наш канал региональный, аудитория не самая большая, и лишь по великой случайности наш эфир могут увидеть в соседних городах и пограничных странах, если есть специальная подписка и настройка на наш канал. Ну, и, возможно, какие-то земли Германии. Вот, я честно Вам рассказала про охват. Теперь Вы снова откажетесь? – огорченно закончила Радка.

– Теперь точно не откажусь. Пришлите, пожалуйста, всю информацию на почту. На корпоративный адрес.

– Договорились!

«Странная все-таки эта русская», – подумала Радка, отметив галочкой в ежедневнике согласие героя на участие.

Кондиционеры в Пражской студии едва справлялись с плавящим светом софитов, направленных на ведущую и единственную гостью в студии.

– Вы смотрите программу «Про отдых и не только»! Мы снова с вами, дорогие телезрители и сегодня у нас необычная гостья. Во-первых, она – русская, что само по себе уже интересно. Во-вторых, она – владелица чешского представительства старейшего в мире Клуба по обмену домами. И мы ждем от Вас подробного рассказа, Петра. А начать я попрошу с ответа на вопрос – откуда у Вас чешское имя? Я уверена – это сейчас заинтересовало многих наших зрителей.

– Добрый день, – начала Петра. – Заранее прошу прощения за мой чешский, но я очень хочу говорить на вашем родном языке. Итак. Петрой меня назвали в честь моей бабушки. И я очень благодарна пани ведущей за этот вопрос. Пожалуй, я воспользуюсь этим моментом и с Вашего, Радка, разрешения сделаю одно заявление…

– …ммм, дорогие зрители, я думаю, что мы предоставим нашей гостье такую возможность сразу после короткой рекламной паузы, – изрядно перепугавшись неожиданному повороту, произнесла Радка.

В студии зазвучала реклама.

– Могу я узнать, Петра, о чем Вы хотите заявить нашим зрителям?

– Я понимаю Ваше волнение. Но это для меня очень важно. Связь с чешской Петрой, чье имя я ношу, потеряна с двадцатых годов прошлого столетия. Моя мама безуспешно пыталась обнаружить хоть какие—то сведения о ней и ее погибшем муже. Увы. Но я не теряю надежды на то, что смогу найти. Помогите мне. Пожалуйста.

Радка внимательно выслушала, сделала пометки в блокноте и, побарабанив пальцами по столу, произнесла:

– Не вижу ничего страшного, если мы слегка отклонимся от темы путешествий. У Вас есть две минуты, Петра.

Вот так, в две минуты уложилось все, что знала Петра о малоизвестных моментах жизни и смерти своих родных.

– … я прошу всех, кто хоть что-то знает о чешке по имени Петра, которая находилась в России в 1920 году, или что-то слышал об описанных мной событиях, сообщить мне. На сайте нашего Клуба, в разделе «контакты» есть все телефоны и почтовые адреса. Спасибо. Я очень надеюсь…

У Радки увлажнились глаза, когда она прослушала короткий рассказ Петры.

«Какая необычная история, – думала она. – Если она найдет своих родных, мы снимем об этом программу. Нет, лучше фильм. Получится отличный фильм. А если еще правильно его анонсировать…».

– Итак, дорогие зрители, пока вы дозваниваетесь в студию, мы поговорим о том, что, собственно, и было заявлено в анонсах нашей сегодняшней программы – Клуб по обмену домами, – продолжила Радка. – Пожалуйста, Петра, расскажите подробно – как стать членом вашего Клуба, как происходят обмены, сколько участников всего и как много среди них чехов?

Германия

Доктор Роберт фон Бергхоффен, ученый-генетик с мировым именем, сидел за рабочим столом, рассматривая на экране спиральную структуру хромосомы. Перед ним лежали распечатки многочисленных анализов и отчет от немецкой группы ученых, находящихся в Италии вместе с коллегами из Римского университета, которые недавно обнаружили, что жители одной итальянской деревни в большинстве своем имеют пониженный уровень плохого холестерина, почти не болеют атеросклерозом и диабетом, и многим из них более ста лет.

«Наша группа пришла к общему выводу, что пониженный уровень холестерина связан с генетическими особенностями жителей деревни. Проведенные обследования указали на возможность мутации одного из генов, препятствующего исчезновению липопротеина, переносящего холестерин и отвечающего за синтез протеина…», – писал в отчете сотрудник института, возглавляемого профессором Бергхоффен.

Роберт дочитал отчет и отложил распечатки.

В дверь кабинета постучали. Вошла секретарь и сообщила, что мастер спутникового телевидения просит доступ к оборудованию, ему необходимо настроить каналы.

– Пусть пройдет. И сделайте мне кофе, пожалуйста.

– Да, конечно. Что-то еще?

– Все, Эрика. На сегодня все. Вы свободны.

Из-за урагана возникли проблемы со спутниковой тарелкой и мастер, спустившись после осмотра оборудования на крыше, теперь настраивал оборудование заново.

«….те, кто однажды отдохнул в рамках нашего Клуба, уже не захочет ездить в отпуск традиционным способом. Это не просто экономия на жилье в другой стране, это, прежде всего, расширение круга общения на мировом уровне и возможность изучения иностранных языков. Поверьте, из окна отеля, вряд ли, можно так прочувствовать другую страну…», – услышал Роберт.

Он поднял глаза на экран и заинтересованно посмотрел на женщину в студии. Роберт не понимал слов, но ее лицо, голос, манеры не позволяли отвести взгляд.

Перед плазменной панелью с пультом в руках присел на корточках молодой мастер. Он тоже внимательно слушал, но в отличие от Роберта, похоже, понимал о чем идет речь.

– Вы понимаете, о чем они говорят? – спросил его Роберт.

– Э-э-э, да…. – мастер поднялся и чуть отошел влево, чтобы не заслонять экран. – Я понимаю, я же чех. А эта пани, она – русская. Она открыла представительство в Чехии. Так, так…. Вот, сейчас она рассказывает о новом виде отдыха. Обмен домами. Я, кстати, что-то слышал об этом в Германии. Я сам из Устья над Лабем, это недалеко от Теплиц, где чешский офис этого Клуба. Надо же, как интересно…. Надо родителям рассказать, они у меня пенсионеры и заядлые путешественники.

– Теплице – это город?

– Да, небольшой курортный городок под Прагой. Там еще знаменитый санаторий Бетховен… Красивая, какая, пани, – поцокав, добавил мастер.

В нижней части экрана появился адрес чешского сайта клуба. Говорила теперь только ведущая, а гостья, мягко улыбаясь, слушала. Было очевидно, что она хорошо знает, как вести себя перед камерой. Выглядит спокойной и уверенной, и лишь очень внимательный наблюдатель смог бы заметить некоторую настороженность во взгляде, когда оператор брал крупным планом ее лицо.

Роберт, заворожено смотрел на экран и, почти не открывая взгляда, записывал адрес сайта.

Петра возвращалась из Праги вечерним поездом. Хотелось скорее оказаться в маленьком доме у озера, выпить горячего чаю, укрывшись клетчатым пледом и немного расслабиться. Волнение не покидало ее с момента включения камеры в студии. Оператор упорно направлял ее на лицо, хотя и договорились заранее, что крупного плана Петры не будет.

Задумчиво проводив взглядом рейсовый автобус, Петра направилась в офис, в надежде, что на их телефон уже начали поступать звонки.

Анна сидела в маленьком кафе, напротив офиса и, потягивая кофе, поглядывала в сторону, откуда должна была появиться Петра. Увидев ее, девушка замахала рукой, приглашая за столик.

Выразив свое восхищение Анна следом огорченно добавила, что она никогда так не сможет вести себя перед камерой. Предложив отметить успех, она с согласия Петры заказала вина, и стала дотошно выспрашивать детали.

– Вы все видели на экране, это же прямой эфир. И должна признать, что Радка Смейкалова великолепно с ним справилась, – сказала Петра.

– Но, тем не менее, было заметно ее замешательство, когда Вы неожиданно выступили с заявлением, – засмеялась девушка. – Петра, а что это за история с бабушкой? Вы никогда не рассказывали о ней.

– Вот такая печальная история, Анна. Все, что мне известно, я озвучила в эфире. Надеюсь, что он поможет в моих поисках.

Петра провела в Пражских архивах огромное количество времени. Делала запросы, давала объявления в газеты и на радио. Но все безрезультатно. Никто ни разу не позвонил.

– У меня в Пражской полиции работает родственник. У них свои архивы. Хотите, я его попрошу поискать? – предложила Анна.

– Буду очень благодарна.

– Интересная история. А как же Вы узнали про роддом, про убийство этого офицера? Получается, он – отец Вашей мамы?

– Да, мой дед. Есть свидетель тех событий. Он и рассказал, как все было. Рассказал женщине, которая принимала роды у чешской Петры, а потом удочерила мою маму. Это была замечательная женщина – Инесса Ароновна. Очень жаль, что она так рано ушла из жизни. Если бы не она, не было ни моей мамы, ни меня. Тогда были ужасные времена…

Анна, потягивая вино, слушала, сочувственно кивая головой.

– Нельзя прекращать поиски. Надо использовать каждый шанс. Как говорят в Чехии – если судьба готова показать то, что пока скрыто, Вы это однажды обязательно увидите.

Анна взглянула на часы.

– Да что же этот Энжи! Десять минут назад еще звала присоединиться к нам…

Из окна офиса выглянул взъерошенный программист.

– Петра, превосходный эфир! Поздравляю. И сообщаю – телефон разрывается от звонков. Мне, кажется, вся страна услышала Ваш рассказ о Клубе. Так что прохлаждаться в кафе некогда, давайте на телефоны! – радостно кричал он на всю улицу.

Звонки продолжались около недели после эфира.

«Это большая удача, – радовалась Анна. – Великолепная отдача от рекламы».

На второй день позвонила старушка и скрипучим голосом спросила у Анны – сколько лет было Петре, о которой шла речь в начале программы.

Петра, волнуясь, взяла трубку. Дама представилась пани Реджиной и сразу сказала, что никогда лично не знала эту Петру, но слышала похожий рассказ от своих бывших соседей.

«Очень знакомая история. Я с некоторых пор начала отчаянно терять память, но еще помню, как они рассказывали, что та Петра поздно вышла замуж. Кажется, за француза, а может, еще за какого итальянца… и уехала с ним из Чехословакии. Соседи мои вскоре тоже переехали, и я потеряла с ними связь. А теперь, – проскрипела пани Реджина, – они все, наверное, уже высоко, на небесах. И соседи, и та их знакомая…. Одна я тут так надолго задержалась».

На всякий случай, записав номер телефона и адрес, Петра поблагодарила женщину, которой, судя по всему, должно было быть сильно за девяносто.

Телефонный разговор с владелицей дома Петрой Войнович тоже не принес ничего нового. Она сообщила, что дом у озера изначально принадлежал другой семье, прежних хозяев она не видела, была маленькой и уже тогда жила в Париже.

«Бабушка приобрела этот домик сразу после войны, кажется в году сорок шестом, – рассказала она, – Мы согласно завещанию его не продаем, но постоянно ухаживаем и делаем все, чтобы он не пустовал, как она и просила. Вот на сайт Клуба выставили. Сами мы собираемся там на каждый День Рождения бабушки, отмечаем».

Петра вспомнила об искрах дежавю в первый день нахождения в доме и с грустью подумала об очередной неудаче.

«Конечно. Разве может так случиться – только я въехала в дом и тут же нашла, кого искала. Сказка…. Откуда ей взяться в моей жизни…. Стоп. Когда это началось? – остановила себя Петра. – Когда я стала отвергать этот шанс? Простой шанс на счастье, на успех? Шанс по умолчанию, по той простой причине, что оно может быть! Когда это началось? После смерти мамы? Или после развода? Или недавно, после того, что сделали со мной те чудовища? Неужели, действительно – «все будет очень плохо» одержало окончательную победу над привычным – «все будет хорошо»? Когда я оттолкнула от себя возможность поверить в то, что однажды все изменится к лучшему? В каждой капельке счастья и надежде на него, я теперь сразу ищу оборотную сторону. Я жду плохих новостей, это очевидно, совершенно не допуская к себе спасительное «хорошо». Боже мой, как мне выкарабкаться из этого?! «Эта душа бита жизнью», – так сказала бы бабушка, – и вылечат ее только вера и время»».

Петра снова вспомнила разговор с пани Реджиной.

«Та Петра поздно вышла замуж», – крутились в голове слова старушки.

«Надо расширить территорию поиска. Она действительно могла иммигрировать в другую страну, а я так настойчиво ищу ее следы в Чехии», – размышляла Петра.

Ноутбук издал знакомый звук, известив о приходе почты. Петра открыла новое письмо.

«Добрый вечер, Петра. Я посмотрел программу с Вашим участием. Буду рад присоединиться к членам Клуба».

Дальше шли пожелания хорошего вечера и подпись в конце – Роберт фон Бергхоффен.

«Непонятно, из какой он страны. Судя по имени и почте с окончанием „de“, скорее всего, живет в Германии. Хотя, адрес еще ни о чем не говорит», – размышляла Петра.

Новое письмо подтвердило догадку.

«Я отправил заполненную на сайте анкету, – писал Роберт фон Бергхоффен. – В ней – все мои данные и контакты. Я готов выставить в базе Клуба два дома – в Германии и Швейцарии».

«Странно, почему он хочет вступить в Клуб через чешское представительство…», – недоумевала Петра.

Она ответила, что согласно договоренности президентов всех представительств она не должна принимать его запрос через свой офис, но отправляет ему адрес и телефон представительства Клуба в Германии.

Роберт ответил мгновенно. Поблагодарив за оказанное внимание, он сообщил, что завтра непременно свяжется с ее немецкими коллегами, и в конце письма задал несколько вопросов, мало касающихся Клуба, но имеющих прямое отношение к самой Петре.

Насторожившись, она стала отвечать односложно, но перечитав письма, поняла, что снова перестраховывается.

На следующий день Роберт прислал ей письмо со ссылкой на свой листинг.

Петра открыла страницу. Он предлагал на обмен два дома: в Швейцарии и Германии. В разделе профессия указано: «ученый генетик».

«Интересный мужчина», – подумала Петра, глядя на фото, где улыбающийся Роберт стоит в саду с секатором в руках, рядом с большим кустом роз.

«Нет, – одернула себя Петра. – Никаких реальных контактов. Разве что, ни к чему не обязывающее интернет-общение».

Их переписка продолжалась больше трех месяцев. Роберт рассказывал о себе и активно интересовался жизнью Петры. В конце каждого письма он неизменно выражал ей свое восхищение и предлагал встретиться реально или хотя бы поговорить по телефону.

Петра упорно уклонялась, хотя переписку не прекращала. Но всякий раз проверяя почту, она ловила себя на мысли, что ищет в списке контактов его имя.

В комплиментах Роберта не было и йоты давления, не говоря о пошлости. Он был неизменно деликатен, мудр и очень привлекателен.

Шанс встретиться представился им лишь в июне, в итальянском городке Лари на очередной конференции Клуба по обмену домами.

Италия. Лари

Петра стояла на балконе замка Викария, спиной к входу, наслаждаясь видом на черепичные крыши домиков и открывающиеся взгляду итальянские холмы. Под ногами зеленела ухоженная газонная трава, а по периметру пестрели ровные ряды цветов, выращенных руками заботливых монахов.

Теплый ветер, заигрывая, пытался отнять у Петры невесомый шарф и разбросать в стороны тщательно уложенные утром волосы. Не желая признаваться себе, она ждала встречи с Робертом. Войдя на территорию замка, Петра сразу поймала себя на мысли, что ищет его среди гостей.

«Что ты делаешь, – одернула она себя мысленно, – ты же видела его только на фото. Возможно, в жизни он совсем другой и ты его даже не узнаешь».

Зазвучала легкая итальянская музыка. Петра приняла у официанта бокал шампанского и, сделав глоток сухого просеко, взглянула с балкона вниз, на площадку перед входом, откуда раздавался громкий, дружный смех. Представители отделений Клуба из разных стран давали журналистам интервью и под аперитив общались с одноклубниками.

Петра повернулась в сторону главного входа в замок, пытаясь взглядом отыскать Лизу.

Подруга стояла перед телекамерой недалеко от входа в центральное крыло, ровно под балконом, на котором находилась Петра. Молоденькая итальянская журналистка расспрашивала фрау Бренинг, как обстоят дела у членов Клуба в России, по ходу беседы задавая не совсем корректные вопросы на политические темы. Но смутить Лизу было непросто. Она сама умела ответом на неделикатный вопрос поставить в неловкое положение. Судя по выражениям их лиц и фотографированием на память, беседа закончилась вполне мирно.

Со своими операторами и корреспондентами прибыли президенты Клуба из Америки и большинства европейских стран. Петра отказалась от интервью о чешском представительстве, которое предложили местные журналистами. Показаться на итальянских телевизионных каналах ей бы совсем не хотелось.

Роберт приехал раньше официального начала и, бегло осмотрев замок, устроился с чашкой кофе на подоконнике, в зале западного крыла. Оттуда хорошо был виден центральный вход в замок.

В момент, когда он увидел Петру, ему на мгновение показалось, что сердце выпрыгнет из груди. Такого не случалось даже в молодости.

Он наблюдал из окна за женщиной, встречу с которой много раз представлял в своих мечтах.

На Петре было элегантное темно-синее платье и воздушный шарф, которым было впору прикрывать плечи, так разыгралось майское солнце. Роберт не мог оторвать от нее взгляда.

Мужчины на балконе тоже заинтересованно поглядывали на Петру, но, видимо, не решались подойти знакомиться.

«Во всем ее облике сквозит какая-то глубокая грусть, – подумал Роберт. – Будто гложет какая-то мысль и пора принимать решение, но не получается. Взгляд напряжен и печален, даже волосы развиваются как-то грустно, словно в такт мыслям».

Роберт поднялся на балкон и подошел ближе, сразу уловив запах ее горьковатых духов с нотами свежескошенной травы.

– Халлё, Петра!

От неожиданности Петра вздрогнула и выронила бокал. Он звонко ударился о парапет и, разломившись, откатился в балконную траву.

Они одновременно наклонились за ним и, коснувшись лбами, рассмеялись.

Роберт поднял основание бокала, а в руках Петры осталась ножка.

– Как смешно сломался, – улыбнулась Петра, глядя на ровно отколотую, будто срезанную лезвием ножку.

– На сшастие, как говорят в России. Я – Роберт. Роберт фон Бергхоффен.

Перед Петрой стоял высокий, широкоплечий мужчина. Темнорусые волнистые волосы, слегка посеребренные на висках, зачесаны назад. Удивительные глаза – прозрачно – голубые, с темным ободком по радужке, смотрели на Петру открыто и доброжелательно.

– Петра Терентьева, – пожала она протянутую руку. – Очень приятно.

– Вот мы и встретились, – произнес Роберт, безуспешно сдерживая нарастающее волнение.

– Да…

К ним заспешил официант.

Роберт тихо сказал ему несколько слов по-итальянски, тот кивнул и удалился, ловко завернув разбитый бокал в салфетку.

– Знаете итальянский, Роберт?

– Изучать. Русский и теперь итальянский. И я очень хочу иметь практика и говорить с Вами по русский. Я изучал этот тяжелый язык почти три месяца на усиленный режим.

– Хорошо, договорились, – улыбнулась Петра, не в силах отвести взгляда от его необыкновенных глаз. – Скажите, Роберт, ваши предки все были немцами?

– Найн. Нет. У мой отец, эээ, когда-то, дальше-дальше…

– Давным-давно?

– Да, давным-давно, в прошлых веках, ветви наш род уходить к викингам. Высоко-высоко от Германия. Наши семейные глаза, их цвет – это и у моего отца и у всех мужчин наш длинный род. В нем есть рыцари, которые дальше… давным-давно получали статус баронов.

«Рыцарь. Ну, конечно. Слово, которое первым приходит на ум, глядя в его глаза», – думала Петра, слушая Роберта.

– А где Вы остановились Петра?

– В Лари, здесь недалеко, – уклончиво ответила Петра.

– А я в Пизе. Я, эээ, как это… решил пробовать возможности Клуб в реале. Я никогда так не путешествовать, только через отель и райзебюро. Как оказываться – это может быть довольно интересно. Члены Клуба из Италия – прекрасные люди. Хозяин дома, где я остановилься – Витторио Мадзотти – профессор истории. Он мне столько рассказать про Италия. А как готовит его жена, синьора Анна! Майн гот, я растольстеть за три дня!

– Да, в Италии умеют вкусно готовить. Сегодня, судя по запахам из гостиной, нас тоже ждет великолепный обед.

– Дамы и господа германо-австрийской группы, приглашаем вас на экскурсию по замку, – произнесла в рупор итальянский гид. – Пожалуйста, подходите к центральному входу!

– Вы с какая группа совершать экскурсия?

– Не знаю. Английский гид уже закончила, а на русский и чешский вряд ли будет перевод. Вы идите, Роберт.

– Только с Вас. Я буду Ваш переводчик с немецкий на русский. Я думаю, что не всегда буду успевать, но я стараться. Обещать.

– Хорошо, – улыбнулась Петра.

Проходя по лабиринтам замка, Роберт вполголоса делал ей перевод, наклоняясь так близко, что Петра ощущала запах его кожи с легким ароматом туалетной воды. Чувствуя волнение, она смущалась, понимала, что это заметно, и волновалась еще больше. Такого с ней еще не было.

Роберт еще во время переписки по интернету понял, что потерял голову. Сейчас он смотрел на женщину, стоящую рядом и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Но ему иногда казалось, что она словно «исчезала», улетая в своих мыслях куда-то далеко.

Было заметно, что слушая его перевод, Петра думала совсем о другой, не очень приятной для нее теме.

«Витать в облаках» – вспомнил Роберт русскую пословицу. – Только облака эти, очевидно, жесткие…».

В такие моменты Петра начинала активно растирать шею. Особенно это было заметно в импровизированной комнате пыток, где один из героев сцены держал за веревку привязанного узника и, сильно натягивая ее, причинял, судя по лицу мученика, сильную боль. Муляжи были изготовлены довольно искусно, даже волосы на руках и ногах узника стояли дыбом.

Петра, глядя на сцену пыток, думала о том, что также искусно и по сей день люди держат других за веревочки. То ослабляя, то натягивая, причиняя постоянную боль, и продолжая контролировать ситуацию.

Ей повезло, она разорвала веревку, но что дальше? Ее мучитель в любой момент может опять появиться в ее жизни, и уже не мучить и не привязывать. Просто задушить.

– Петра, – раздался над ухом голос Роберта.

Она вздрогнула от неожиданности.

– Я предлагать проходить в другой заль, – тихо продолжил он. – Я вижу, что этот Вас не ошень радовать.

«Как же, наверное, я глупо выгляжу, – опомнилась Петра. – Стоп. Выброси эти мысли из головы. Рядом приятный мужчина. Спокойный, уверенный, умный…».

Петра вспомнила первую встречу с Денисом, и снова начала нервно растирать шею. Он тогда тоже внушал невероятное спокойствие и уверенность.

По приезду в Италию воспоминания о Денисе преследовали ее постоянно. Она не могла отделаться от них даже ночью, во сне.

«И все-таки надо постараться расслабиться. Здесь мне вряд ли что-то угрожает. Маленький городок, все на виду. Журналисты обо мне, к счастью, не вспомнили, им достаточно персон для интервью. Надо только не светиться перед камерами».

Петра усилием воли отбросила мысли-скорпионы, которые при одном воспоминании о Денисе клешнями вцепились в ее мозг, и огляделась.

Роберта не было ни рядом, ни в конце коридора. Группа экскурсантов двинулась дальше, и она машинально пошла за ними. Но вдруг из соседней двери ей протянули уже знакомую руку, приглашая войти.

Роберт завел ее в комнату, где в стене был вмонтирован большой сейф Викария, а на стенах – очень реалистично изображены древние писцы с длинными перьями в руках.

В середине комнаты удивлял размерами огромный стол с единственным стулом с высокой спинкой, похожим, скорее, на деревянный трон. Перед ним, на ажурных подставках, стояли два бокала с мартини и оливками, нанизанными на шпажку.

– Когда Вы успели? – искренне удивилась Петра.

– Кто хочет, тот всегда, везде успевать, – довольно ответил Роберт.

– Успеет, – машинально поправила Петра.

– Да, успеет. Спасибо. Вы, пожалюйста, поправлять меня часто. Только так я способен учить Ваш великий и могуч.

– Могучий, – засмеялась Петра.

С Робертом ей было легко и свободно. Он разговаривал на русском так же смешно, как Уильям. – Вы русский язык по пословицам учили?

– Да. Майн лерер, ээээ… мой учитель сказаль, что это упрощать… Я иметь проблем с падеж. Надеюсь иметь Ваша помощь. А сейчас, – он поднял бокал, – я предлёгать …так?

– Предлагаю…

– Спасибо. Предлёгаю сейчас выпивать за наше знакомство. На балькон это не удалось.

– Давайте выпивать, Роберт, – весело согласилась Петра.

– Как говорят здесь в Италии – салютэ?

– Салютэ!

Они сделали по глотку мартини и помолчали, осматривая комнату.

– Знаете, что есть это комната?

– Я думаю, это кабинет.

– Почти. Эта комната есть финансэ.

– Банк?

– Да. Приват банк. А это, – показал он на фрески, – как сказать бы в наше время – клерки. А это сейф, там есть невиданное богатство. Желаете посмотреть?

Петра послушно двинулась к сейфу и тут же остановилась, рассмеявшись своей доверчивости. Потом она все-таки открыла тяжелую металлическую дверцу и увидела там маленькую садовую розочку.

– Вы волшебник, Роберт?

– Да, – гордо ответил мужчина.

– Как это, за несколько минут Вы все здесь устроили?

– Вы просто были очень занятны…

– Вы хотели сказать – заняты?

– Да. Вашей мысль. За этот время можно летать на Марс и возвращаться. А Петра все будет стоять так, думать, думать… Что Вы так сложно думать, Петра?

Она опустила глаза, пожала плечами, давая понять, что ни о чем важном.

– Господа, приглашаю всех пройти в обеденный зал! – вновь прозвучал хрипловатый голос ведущего мероприятия.

Для обеда были накрыты длинные столы в двух огромных залах. Места на пригласительных билетах Петры и Лизы оказались в одном зале. Роберт согласно сформированным спискам, получил место за большим столом Германии в другом зале – библиотеке Викария.

Здесь в прежние времена каждую неделю собирались глава Лари с остальными управляющими этим маленьким городком.

Прямо за спиной Роберта тянулись вверх книжные полки, а витиеватая корона – монограмма Викария, ставшая символом города «повисла» прямо над его головой.