Текст книги "Чаша волхва"

Глава пятая. Скелет в шкафу настоятеля

В районе часа дня Елена решительно вошла в двери местной больницы. Это медицинское учреждение ничем не отличалось от других, ему подобных, в любом ином городе страны. Те же крашеные стены, дешевый линолеум, гудящие лампы дневного света. А главное, в больницах у Елены всегда появлялся иррациональный страх даже случайно дотронуться до стены или чего-либо еще. Ей казалось, все здесь покрыто чем-то заразным и ядовитым, хотя логика подсказывала, что все должно быть с точностью наоборот.

Она знала, что Егора определили в травматологию, и что это отделение находится на втором этаже. А вот номер палаты Елене не был известен. Можно было бы, конечно, воспользоваться своими способностями, подходить к каждой двери палаты, прислушиваться к ощущениям, надеясь так найти Егора. Но такой метод явно привлек бы нежелательное внимание. Ничего толком не решив, ведьма решила действовать по обстоятельствам.

Еще в больницах Елену бесило внутреннее расположение зданий. Ну почему ей ни разу не попалась больница без кучи поворотов и закоулков? Елена всегда боялась заблудиться в этих негостеприимных учреждениях. Так и здесь. Так и не разобравшись, где травматология, а где нет, она прошла до первого поворота, размышляя, не начать ли оставлять на стенах какие-нибудь пометки, по которым она позже сможет выбраться обратно. Хотела свернуть, но услышала, что за поворотом кто-то разговаривает. Елена остановилась и прислушалась.

– Ты этого видела? – взволнованно вопрошал молодой женский голос. – Из двести пятой?

– Новенького? – спросил другой женский голос, намного более спокойный и ироничный. – Которого ночью привезли с ожогами и побоями?

– Ага! – Почему-то первую из собеседниц данные обстоятельства приводили разве что не в восторг. – Такой мужик! Даже синяки его не уродуют.

– Анька, ты просто ненормальная, – со смехом ответила вторая. – У тебя если не косой и не кривой, то уже красавец.

– И что? – не сдавалась первая. – Но этот-то на самом деле классный. Надо будет с ним… позаботливее обращаться. Они это любят. И глядишь…

– Не выйдет, – все с той же иронией осадила ее собеседница. – Говорят, он монах.

– Да ладно! И что? Тем же лучше! – не унималась незнакомая Анька. – Они там без женской ласки…

– Креста на тебе нет! – вдруг раздался третий голос. Возмущенный. Явно принадлежащий пожилой женщине. – Сказано же, монах. Он святой человек, а ты… Тебе бы только юбками крутить.

Дальше понеслась обычная женская свара, вскипевшая на основе разницы моральных принципов. Елена уже получила всю необходимую ей информацию и могла спокойно двигаться дальше. Решительным шагом она вывернула из-за угла, прошагала мимо сестринского поста, где, в общем-то, и скандалили молодая сестричка и две санитарки, и стала продвигаться по коридору, слава богу, пока прямому, ища глазами нужный номер палаты.

– Эй, дамочка, – вдруг раздалось ей вслед. С вызовом и весьма не ласково. – А вы куда это?

– Я по делу, – не оборачиваясь, буркнула Елена, чуть замедляя шаг. По опыту она знала, что разговор на этом не закончится.

– По делу? – издевательски протянула теперь уже опознанная Анька, та самая молодая сестричка. – А вы, собственно, кто такая? Тут посторонним нельзя!

Елена представила, что сейчас на ней вместо вязаного черного кардигана надет ее любимый плащ, в котором она выглядела как героиня крупнобюджетного фильма в стиле фэнтези. Представила, как разворачивается всем телом, а тяжелая ткань, красиво разлетаясь, окутывает ее фигуру – и выглядит все это так феерично, таинственно. Не испугаться невозможно…

Все три женщины затихли и шарахнулись от Елены. Как и всегда, ее визуализация подействовала. Далее ведьма вытащила из сумочки когда-то выписанное ею самой же себе удостоверение сотрудника «Бюро магических услуг», красивым жестом, позаимствованным теперь уже из фильмов про американских полицейских и агентов ФБР, продемонстрировала издали медперсоналу.

– Тайная полиция Ватикана, – заявила она. – Этой ночью в ваше отделение поступил отец Георгий. Я веду его дело.

– Его дело? – с опаской повторила Анька, стараясь держаться от этой незнакомки подальше. Наглость с нее слетела, как будто ветром сдуло.

– Он подвергся нападению фанатиков-сатанистов, – продолжала импровизировать Елена. – Мы заботимся о его защите и безопасности.

– И как, интересно, вы заботитесь? – долго понт на сестричку не действовал. – Какая, на фиг, безопасность? Тут ни охранника у дверей, ни камер. А должны быть, я в фильмах видела!

Елена хищно улыбнулась. Медработники снова шарахнулись.

– Если вы наших защитных мер не видите, значит, они работают, – не давая им опомниться, заявила она. – И мы все прекрасно наблюдаем. Например, как вы, деточка, час назад зачем-то маячили своей грудью у священника перед носом, якобы поправляя ему подушки.

Анька заткнулась, съежилась и покраснела. Санитарка опять накинулась на нее с упреками, и даже третья, самая адекватная из них, стала смотреть на приятельницу с явным неодобрением.

Елена решила, что ее миссия выполнена, и быстро направилась дальше по коридору к уже ранее замеченной двери палаты Егора.

Войдя внутрь, она остановилась, замерла и прикрыла глаза, крепко держась за дверную ручку. По ее мысленной команде небольшой сгусток привычной серо-серебристой энергии, невидимый в реальном мире, скользнул к щели между дверью и косяком и побежал струйкой по часовой стрелке, запечатывая вход. Теперь в палату не вошел бы случайный посетитель, а кто шел именно к настоятелю, мог забыть цель визита или решил бы отложить посещение на потом.

Совершив этот маленький, но важный ритуал, который занял всего пару секунд, Елена открыла глаза и обернулась, ища взглядом Егора.

Игумен не спал. Он что-то читал, устроившись среди подушек на кровати с высоко поднятым подголовником. Услышав, что открывается дверь, он с опаской оглянулся – некая молоденькая сестричка уже успела достать его своим женским вниманием. И если это опять она… Но в дверях стояла Елена.

– Слава богу, это ты, – искреннее обрадовался отец Георгий.

Рожденная необычными обстоятельствами их не-случайной встречи эмоциональная связь тут же проявилась снова. Глаза у настоятеля были теплыми, ласковыми и смотрели на ведьму с явным чисто мужским удовольствием. Обоюдное вожделение игнорировать было уже невозможно.

Елена быстро подошла к кровати, села на краешек. Ее ладонь тут же оказалась в руке Егора.

– Вижу, ты тут неплохо устроился, – тепло улыбаясь, заметила ведьма.

– Здесь как-то неуютно, скучно и, кажется, моя персона привлекает слишком много внимания, – смущенно отозвался настоятель.

– Зато выглядишь ты значительно лучше. – Елена внимательно осмотрела его. Кровь с ран давно смыли, порезы и ожоги обработали, хотя вторая рука еще была забинтована. Но главное, Егор выглядел бодрым и отдохнувшим, пусть еще было заметно, что следы ночного нападения причиняют ему боль.

– Ты тоже замечательно выглядишь. – Он тоже осматривал свою гостью, заметив и круги под глазами, и легкую тень усталости на ее лице. – И чем-то очень довольна.

Елена не удержалась от усмешки. И притворно потупила глаза:

– Так, мелочи… Обычная ведьминская выходка. Просто к собственному удовольствию лишила тебя возможности созерцать чужой навязчиво маячащий перед носом бюст.

– Вот за это тебе большое человеческое спасибо, – с облегчением выдохнул Егор. – А вообще, ты как?

– Нормально. – Тон Елены тут же стал более сухим и деловым. – Ты же понимаешь, что нам придется с тобой побеседовать?

Отец Георгий устало вздохнул и кивнул, но ее руки из своей ладони не выпустил.

– Я видела, что ты узнал ее прошлой ночью, – сразу перешла Елена к самому главному.

– Конечно. – Егор продолжал смотреть ей в глаза, говорил уверенно и… с затаенной болью. – Как можно не узнать женщину, с которой спал несколько месяцев?

– Даже так, – удивительно, но Елена испытала некое неприятное чувство, близкое к ревности, по крайней мере, такая новость была ей не приятна. – Тогда для тебя, наверное, было жестоким ударом, когда она призналась, что пытала и, по сути, убила вашего прежнего настоятеля.

– Я уже знал об этом… Еще в ту ночь полтора года назад.

– Догадался? – Хозяйка Бюро вопросительно приподняла брови.

– Нет. – Егор постарался сесть прямее и поморщился от боли. – Она прислала мне привет на мою электронную почту. Когда братья мне позвонили, я уже был на пути к монастырю. Они в общей суматохе даже не удивились, что я так быстро примчался. Хотя, – он заставил себя иронично улыбнуться, – многие из них так стары и так привыкли к покою за стенами монастыря, что мой внедорожник кажется им такой же адской машиной, как и метла ведьмы.

– Значит, ты ждал ее возможного прихода и нападения? – задумчиво протянула Елена. – Но как-то ты слабо подготовился.

– Главное, благодаря тебе я перепрятал чашу. – С чувством выполненного долга Егор пожал плечами. Возможно, его предназначение и впрямь заставляло его заботиться об артефакте больше, чем о собственной жизни. – Она тоже чувствует чащу, не так ярко, как ты, но все равно, могла бы найти. Наша с тобой встреча – это просто божий подарок.

– Не думаю, – нахмурилась Елена. – Боюсь даже, что все с точностью наоборот. В каком-то смысле, это мы с Алеком и девочками, моими коллегами, ее спровоцировали. Я уже намекала тебе, что жизнь рядом с чашей психологически воздействует на здешнюю братию. Посмотри, как часто ее изображают здесь на иконах и стенной росписи. И мы, рассматривая иконы, позволили себе немного поиграть в «Код да Винчи». Она, похоже, восприняла нас всерьез, как конкурентов.

– Ну, я мог бы прочесть тебе целую лекцию на тему универсальности символа чаши и его трактование как в дохристианскую эпоху, так и ее отображение в христианской мистике или христианском ритуальном творчестве. – Егор явно оживился, как только речь зашла о его любимом предмете. – Но, боюсь, ты сама дашь мне фору. А вообще, я так люблю рассматривать наши иконы… – И тут наконец до Егора дошло. – Подожди! Она была в монастыре?

– Да. – Елена утвердительно кивнула и теперь уже сама сильнее сжала его руку, выражая сочувствие и стараясь поддержать. – Вчера днем. В принципе, она легко сливалась с толпой, если бы не маникюр и не странная реакция на мой разговор с коллегами.

– И никто из братьев не сказал мне, – растерянно произнес игумен.

– Уж, извини. – Ведьма не удержалась от иронии. – Но вряд ли ты знакомил братьев со своей любовницей.

– Да… – На этот раз он заметил ее ревность. – Зато я познакомил их с тобой… И… – Егор смущенно запустил руку в волосы. – Ты, наверное, не правильно меня понимаешь. Я не нарушал обета. Я… В общем, так. Еще не так давно я жил в миру.

Елена опять вопросительно приподняла брови.

– Конечно, я всегда знал, что мне придется принять постриг и остаться в монастыре, – собравшись, стал рассказывать настоятель. – Но перед этим, по молодости, я считал, что имею право хоть на несколько лет простой мирской жизни.

– Вот это уже как-то по-моему, – не удержалась ведьма.

– Наверное, – согласился Егор и продолжил: – И вот я учился в обычной школе. Потом учеба, потом преподавание. Я ездил на раскопки, писал научные труды. Даже успел побывать на Байкале и в Аркаиме, когда он еще не стал туристической меккой. Конечно, я часто возвращался сюда.

– Проверял чашу? – переспросила Елена понимающе.

– Вообще-то, заодно и перепрятывал, – деловито заметил он. – Когда она долго находится на одном месте, ее сила… Ты сама это чувствовала. И я боялся, что кто-то сможет ее найти. Так и менял тайники. К тому же монастырь – это моя единственная семья. Я приезжал, гостил, а потом опять уезжал. И чем взрослее становился, тем больше меня тянуло обратно. В общем, на начало истории я уже основательно готовился принять постриг. Оставалось закончить учебный год. Не бросать же студентов.

– Ты тогда преподавал? – уточнила для себя Елена.

– Да, – кивнул Егор. – И заодно гулял по полной. Как в последний раз. И вот в одном из клубов я и познакомился с Альбиной, аспиранткой с кафедры моего приятеля. Он, кстати, нас и познакомил. Ей было двадцать три года. Очаровательна, умна, сексуальна… Ну и понеслось.

Настоятель опять смутился. Наверное, ему сейчас было довольно неприятно понимать, что его женщина напала на него самого и на братию, которую он считал своей семьей.

– Надеюсь, ты не считаешь себя предателем? – на всякий случай осведомилась Елена. – Вряд ли она призналась бы тебе, что является убийцей и воровкой.

– Конечно, – согласился Егор. – Хотя в ней было много странного. И иногда я задумывался, не занимается ли она какими-то темными делишками. Но… скорее мне надо было винить себя в том, что на самом деле она была мне безразлична. Я ее не любил. Более того, она даже не была достаточно интересна мне, чтобы я мог волноваться о каких-то сторонах ее жизни.

– Ясно. – Елена на самом деле понимала его. У Егора с этой Альбиной была ни к чему не обязывающая связь. Просто удобные отношения, когда вместе спят и выходят в люди. Но в свете дальнейших событий Егор, как мужик ответственный, начал переживать, что не разглядел опасности заранее. – Только не думаю, что ты тогда мог бы как-то изменить ситуацию или повлиять на эту Альбину.

– Не мог. – Было видно, что Егор сам часто об этом думал. – Тем более… Мы были слишком разные. Как и с тобой, но… Не совсем так.

Настоятель выглядел раздосадованным от того, что не может правильно подобрать слова.

– Погоди. – Елена по-кошачьи сощурилась. – Когда мы с тобой встретились там, в монастырском храме, у меня создалось впечатление, что я не первая встреченная тобою ведьма. Уж не об этом ли сейчас и речь идет? Альбина обладает некими способностями, правильно я понимаю?

– Да, – с явным облегчением кивнул Егор. – Знаешь… В поздней католической мистической традиции было принято делить ведьм на обычных и так называемых белых. Вот, видимо, ты принадлежишь ко второй категории, а она…

– Это очень наивно с твоей стороны, – не удержалась от усмешки Елена. – Я далеко не белая и не пушистая. Просто ты, видимо, судишь по каким-то внешним признакам. Что? Альбина посещала шабаши и баловалась темными заговорами?

– Нет. – Егор опять нахмурился, подбирая нужные слова. – Я даже не могу толком объяснить. Ну, во-первых, она как-то воздействовала на мужчин. Не просто своими чарами, не женскими, а натуральными. По-другому. Тут, как я думаю, какую-то роль играла вода. Любая жидкость.

– О, любовные напитки? – Хозяйка «Бюро магических услуг» оживилась.

– Наверное. – Как бы хорошо теоретик Егор ни разбирался в мистических традициях, в бытовом плане он был от этого далек. – Она предлагает бокал вина или даже просто кофе. А потом мужчина уже весь в ее власти.

– Это ты по собственному опыту знаешь? – уже более серьезно поинтересовалась ведьма.

– Нет. – Настоятель опять смутился. – Почему-то со мной это не сработало. Вот наше знакомство… Тогда в клубе она подошла ко мне с моим приятелем. Он вообще был от нее без ума. Хотя женатый человек и до этого абсолютно верный. Был… – Тема Егору совсем не нравилась. – Но ни до Альбины, ни после нее за ним такого не замечалось. Более того, как только она сошлась со мной, мой приятель… Он… да будто и забыл о ее существовании.

– Теперь уже понятнее. – Елена кивнула. – Но все же давай подробнее о вашем знакомстве. Они подошли. Что дальше?

– Альбина поднесла мне бокал с шампанским, – послушно вспоминал настоятель. – И еще так внимательно следила, как я его пью.

– А ты? – Она уже начала испытывать азарт.

– Выпил и все. – Егор пожал плечами. – Я устал тогда страшно. И клуб мне этот надоел. Я еще постоял с ними и распрощался. А Альбина… Знаешь, она так изумленно на меня смотрела. И приятель мой – ну просто как сам не в себе. Оживленный, радостный, все внимание только ей, а глаза пустые.

– Понятно. – Елена наконец-то высвободила свою ладонь, поднялась на ноги и стала прогуливаться по палате. – Это тоже чары. Либо страсти, либо доверия. Кто-то действует напрямую, кто-то наводит их на еду или питье. Простейший уровень. Но только я не поняла. Ты ушел. А как же роман года?

– Она нашла меня в университете через пару дней, – объяснил настоятель. – Опять же, угостила кофе. Снова без результата. Но тут мы пообщались и вроде бы она мне понравилась. Просто по-человечески. Да и говорить с ней было интересно. У нее нет проблем с интеллектом.

– Ладно. – Ведьма сделала еще круг по палате. – Еще странности? Кроме отсутствия проблем с интеллектом?

– Ты все же ведьма, – чуть обиженно заявил Егор. – Я не из тех мужчин, кто уверен, что женщина не может по определению быть умной. Просто она на самом деле хорошо подкована. Естественно, по славянской мифологии. Лучше многих моих коллег. Это что до интеллекта. А странности… Она всегда знала, есть ли в комнате люди, прежде, чем мы в помещение заходили. Она могла чувствовать, где находится та или иная вещь. Интуитивно могла оценить возраст и ценность артефакта.

– В общем-то, на это способна даже самая слабая ведьма, – деловито сообщила Елена. – Да и не только ведьма. Просто есть люди с такими способностями. Ну, да ладно. Оставим это. В целом картина понятна. А как же ваш союз распался?

– Ты точно не белая и не пушистая. – Егор заставил себя улыбнуться. – Это не самая любимая мною часть истории…

– У меня такое чувство, что тебе сейчас просто необходима сигарета. – В принципе, хозяйка «Бюро магических услуг» сочувствовала грешному игумену и старалась как-то отвлечь его, дать чуть больше времени, чтобы собраться.

– Я бросил. – Егор улыбнулся, благодаря Елену за терпение. – В общем, так. Обычно мы встречались у нее на квартире. В тот вечер я приехал часам к семи. Альбина уже была здорово пьяна. За время нашего знакомства я еще ни разу не видел ее в таком состоянии. Она заявила, что у нее праздник. Типа второй день рождения.

– Она точно так сказала? – Елена снова уселась на край кровати. – Или это просто образное выражение.

– Боюсь, что нет, – нахмурился настоятель и робко протянул ей свою ладонь. – Никаких образов. Сплошная конкретика. Так вот. – Он явно был рад, когда Елена вложила свою ладонь в его. – Честно, я тогда собирался уходить. Мне ее было по количеству выпитого уже не догнать. И видеть ее такой не слишком-то нравилось. Она была в каком-то истерическом состоянии. И когда поняла, что я собираюсь уходить, набросилась на меня с довольно странными упреками. Почему меня нельзя привязать к себе, почему у нее ощущение, что я принадлежу кому-то или чему-то другому.

– Хороший вопрос, – отметила чуть иронично хозяйка Бюро. – Особенно для тех, кто не в курсе твоего Предназначения.

– Да. – Тон Егора стал чуть суше. – Только я и не собирался ее посвящать в подробности. Я решил отвлечь ее. Спросил, с чего это второй день рождения. Альбина разозлилась. И выпила еще. Она говорила что-то о странном притяжении. Будто во мне есть нечто. Некий запах или вкус чего-то большего. Знакомый ей вкус.

– Ой-ой! – прокомментировала Елена и машинально сжала его руку. – Почему мне кажется, что все очень плохо?

– Так и есть. – Настоятель вдохнул, тяжело и грустно. – В общем, я тогда тоже напрягся. Стал ее успокаивать. Еще подпоил. Напомнил про праздник. Сказал, какая она замечательная и стопроцентно заслуживает двойных именин. Она взбеленилась еще больше, думая, что я над ней издеваюсь. И выдала странную историю. В детстве, когда Альбине было лет шесть, она чем-то сильно заболела. Ее таскали по врачам, лечили, к бабкам водили. Но становилось только хуже. И тогда какой-то старик, больше она о нем ничего не помнит, дал ей напиться. Просто воды. И она не только выздоровела. Она обрела и свои способности. И с тех пор хочет еще.

– И сил, и способностей, и молодости, и здоровья, – устало закончила за Егора ведьма. – Обычная история. И, как всегда, она хочет все, и чтобы ей ничего за это не было. С Альбиной-то все понятно. А вот с этим ее выздоровлением слишком много вопросов. Я надеюсь, ты применил в должной мере свои таланты инквизитора, чтобы выудить из нее по максимуму?

– Пожалуйста. – Егор подался вперед. – Не надо быть жестокой!

Елена еще раз тяжко вздохнула.

– Да это не жестокость, милый. – Не удержавшись, она провела свободной рукой по его щеке. – Это реализм. Послушай… Я слишком давно живу по законам Предназначения. Это только в сказках все круто. Объявил Иван-царевич, что собрался на подвиг, и легла перед ним дорожка красная, и кинулись все магические существа ему помогать. А он только идет да собирает то, что само в руки падает. И царевну, и полцарства в придачу. В жизни все намного хуже. Не получится чистеньким выйти. Не выполнить Предназначения, пока по самые не балуйся в дерьме не искупаешься. И заметь, Судьбе на твои эмоции и чувства наплевать. Важен результат. Да, ты наверняка тогда напоил девчонку до беспамятства, ты вытряс из нее все, что мог. Потому что от этого зависела безопасность чаши. И вчера ночью ты практически не думал о своей собственной жизни, ты лишь радовался, что перепрятал чашу. Так что… Извини.

Егор нежно прижал ее ладонь к своей щеке.

– Знаю, что ты права, – после недолгой паузы сказал он. – Но это не значит, что мне от этого легче.

– Да, ладно. – Ведьма усмехнулась. – В принципе, с учетом твоего нынешнего местонахождения и событий прошлой ночи вы квиты. Если подумаешь, это тебя несколько успокоит. Но давай вернемся к делу. Так что?

– Ты и сама все уже поняла. – Егор отпустил руку Елены и откинулся на подушки, очередной раз морщась от боли. – Конечно, она описала чашу. Ее-то она запомнила отлично. И конечно, это не просто чашка.

– И даже не просто чашка с Тайной Вечери, – не удержалась Елена от очередной усмешки. – Что она еще рассказывала? Хоть какие-то детали того дня.

– Только помнит, что ее везла мать, – по ходу анализируя данные, продолжил Егор. – В машине. От города некоторое время. Рядом была река. Они остановились где-то на дороге. Рядом был забор. Потом на заднее сиденье их машины сел этот старик. Альбина помнит, что он был в рясе. И он поднес ей чашу.

– Ну, ваш монастырь подходит под описание, – подумав, проговорила ведьма. – Как и штук двадцать других. Но конечно, она помнит, что это было недалеко от Новгорода.

– Нет, – живо возразил Егор, видимо, сумев, наконец, справиться со своими переживаниями. – Они жили в Пскове. Уже после этого. Она была слишком маленькой и прежнего города проживания не помнит. А мать ей ничего не рассказывала. Да и умерла мать рано.

– Ясно, – сделав для себя какие-то выводы, кивнула Елена. – Как я понимаю, девочка наша подалась учиться, чтобы поднабраться сведений о чаше. Все же твой артефакт не единственный. Ей нужно было время и знания, чтобы опознать ту чашу, которую она видела и держала в руках. Все логично складывается. Так что на этом мы твой печальный рассказ и остановим. Лучше скажи, что ты делал дальше.

– Ну, тут все просто и тоже не слишком лицеприятно. – Егор опять поморщился. – Альбина к утру уснула. Я ушел. Еще с дороги позвонил ректору, сказал, что у меня брат при смерти в Твери. Надо срочно ехать. А дальше собрал вещи – квартира у меня была съемная, – ключи завез хозяину, и через три часа меня уже не было в Москве. Я сменил номер сотового телефона в первом же салоне связи. Через Ярославль доехал до Новгорода – и оттуда домой, в монастырь. И сразу объявил о своем желании принять постриг. Через полгода я уже был отцом Георгием.

– Оперативно, – оценила ведьма. – И кардинально. Слушай, а как ректор повелся на брата из Твери?

– Я вообще не афишировал никогда свою личную жизнь, – сказал Егор. – По вполне понятным причинам. Даже если бы не было чаши. Зачем кому-то знать, что я найденыш из монастыря?

– Если бы чаши не было, еще неизвестно, был бы ты этим самым найденышем, – мрачно возразила ведьма, но тут же перевела тему. – Так… Многое уже понятно. Продиктуй мне ее адрес в Москве, как зовут того твоего приятеля, ну, и ее фамилию.

Егор вздохнул, с болью глядя в глаза Елене. Но тут же чуть нахмурился, стал деловитым и четко продиктовал все, что она велела.

– Теперь есть шанс найти Альбину, – деловито сказала Елена. – Но у меня к тебе есть еще вопрос. В ту ночь, когда убили отца Иннокентия, он молился перед иконой святого Власия. Что это за икона?

– Это список одного древнего образа, – с некоторым удивлением сообщил Егор. – Это был мой ему подарок.

– Только не говори, что сам написал, – недоверчиво хмыкнула хозяйка Бюро.

В ответ настоятель кивнул.

– О! – Ведьма обрадовалась. – И это тоже кое-что проясняет. Но надо проверить… Где она сейчас? В монастыре сказали, что ты ее забрал.

– Она в моем кабинете. – Егор очень хотел расспросить ее, к чему все это, но понимал, что сейчас не время. – Там у кровати есть шкаф-пенал. Икона лежит на второй полке. Я хотел вычистить ее и заменить оклад. Но все руки не доходят.

– Это удачно для меня, – пробормотала Елена, что-то набирая в смартфоне. – Вот! – Она показала ему ряд изображений. – Иконы с ликом святого Власия. Какая из них?

Егор указал на одну из картинок.

– Можно было и догадаться, – усмехнулась ведьма.

Икона была крайне необычной. Для начала на ней был не только священномученник Власий, но еще патриарх Модест и мученики Лавр и Флор. Над каждым именем можно было задуматься отдельно, но пока Елене было не до этого. На холсте человеческие фигуры располагались по краям, на заднем плане видны были люди на конях, явно военные, у ног Власия, естественно, пасся скот. Самое интересное, что посреди иконы была выписана линия реки, на берегу которой стоял дуб. А вот под деревом расположился крылатый Змий, собирающийся пить из бурных вод.

– Вот и наш бог, – указывая Егору на Змия, весело сказала ведьма.

– Волх, – без улыбки подтвердил настоятель. – Лена, я все понимаю. Да, это его чаша. Но уже много веков ее хранит бог христианский. И я выбрал именно христианское божество. Когда-то, когда был совсем маленьким, я просто просил его защиты. Тогда же меня и крестили. Мне было страшно, что я не смогу защитить чашу. Потом… Я узнавал больше и больше. И мой выбор уже стал сознательным. Мне это нравится. И эта вера, и монастырь, его тишина и покой, я верю каждому слову наших молитв. Это мое. Пусть мое понимание или видение христианского бога, возможно, несколько отличается от того, каким он представляется моим братьям.

– Конечно, – серьезно подтвердила ведьма. – Я и не спорю. Я помню, что ты сказал мне тогда в храме. Это твой бог. Что до сознательного выбора… – Она пожала плечами. – Одна моя очень мудрая знакомая как-то заметила, что к богу, а она говорила именно о христианском, приходят либо от незнания, либо, наоборот, узнав слишком многое.

– Типа того, – чуть усмехнулся Егор, но тут же опять стал серьезным и спросил: – А ты? Ты веришь в бога?

– Верю, – ответила Елена. – И уверена, что он един. Больше скажу, когда люди искренне обращаются к нему, никто не называет его по имени. Ведь это и не нужно. Он и так понимает, когда с ним говорят сердцем. Что до видения божественного, то тут мне все-таки ближе язычество. Так что, тут на картинке, прямо посредине, мой бог.

– И конечно. – Теперь Егор весело и хитро улыбался. – Двоеверие. В России всегда язычество уживалось с христианством. Так что чистого православия здесь никогда не было. И даже в наших иконах мы видим это самое двоеверие.

– Вот-вот, – так же усмехнулась ведьма. – Алек все равно будет иронизировать, когда я ему это покажу.

– Алек? – Тон у Егора стал слишком нейтральным.

Елена от души усмехнулась. Ну, и кто теперь ревнует?

– Это мой друг, – твердо ответила она.

– Ты его уже упоминала, – вспомнил настоятель. – Говорила, коллега.

– Он и друг, и коллега, и напарник. – Елена опять поднялась на ноги и заметалась по палате. – Как-то у нас с тобой сегодня неровно разговор складывается. Уж лучше бы нам повезло тогда ограничиться только славным обедом.

– Твой Алек не восторге от происходящего? – нахмурился Егор.

– А кто в восторге? – развела руками ведьма. – Только дело не в том, о чем ты подумал. Видишь ли… Не знаю, как там это называется по-научному, но мы, маги, называем такие встречи, как наша с тобой, не-случайными. Иногда, опять же, как у нас с тобой, это лишь… – Она взмахнула рукой, не зная, какое слово подобрать. – Квест! То есть встреча, нужная для выполнения некоего задания. А бывает… на всю жизнь. Так у нас с Алеком. Мы просто всегда будем рядом. Опять же, как я говорила ранее, на наши чувства Судьбе плевать. У нас с ним было разное. Любовь, ненависть, и куча всего. А теперь мы просто напарники, друзья и просто близкие друг другу люди. И конечно, зная, что связывает нас с тобой, он волнуется за меня, потому что это всегда опасно. И потому он остался здесь, чтобы помочь.

– Понятно. – Егор пытался все это переварить. – А эти встречи… Это всегда так?

Елена прекрасно поняла, о чем он.

– Да, по крайней мере, в таких случаях, как наш, – глядя ему в глаза, признала она. – И это не любовь. Да, мы не врем друг другу, мы безоговорочно друг другу верим. Доверяем. И не допускаем фальши. Такими были отношения людей когда-то, когда мир был еще очень молод. Можешь считать это бонусом. Ведь почему-то о таких встречах слагали сказки…

– Конечно, – теперь уже усмехался Егор, правда, совсем невесело. – Сказки, которые кончались словами: «И жили они долго и счастливо»…

– Вожделение. – Елена грустно улыбнулась. – Ну да, это тоже обязательно. Когда и это бонус, а в другой раз…

Она развела руками.

– Да, лучше бы я просто нарушил с тобой обет, – чуть помолчав, полушутя отреагировал Егор.

– Еще не вечер, – стрельнув глазками, заметила ведьма. – А теперь о неприятном. И полтора года назад, и вчера… Преступникам кто-то помогал. В монастыре. Ты ждал, что кто-то из братьев не спит, услышит шум и придет на помощь? Так вот. Их опоили снотворным.

– После прошлого раза они подстраховались, – мрачно кивнул настоятель. – Я еще тогда понял. И долго искал… Все впустую. У нас за последние пять лет не было новичков. Я проверил всех, кто в монастыре отлучался в город. Кто имеет на это право. Я искал, кто тогда мог открыть ворота. Проверял всех, кто знал, где хранятся ключи. И ничего.

– Но он все еще в монастыре, – напомнила Елена. – А потому, как ты мне и обещал, ты пока останешься здесь.

– А какая разница… – попытался возразить игумен.

– Большая, – остановила его ведьма. – Пойми. Альбине нужен ты на своем рабочем месте. Чтобы сразу можно было найти чашу. А мотаться сюда, потом в монастырь…

Егор кивнул, признавая ее правоту. Хотя это далось ему нелегко.

– Еще сутки, – пообещала Елена, и, не удержавшись, опять коснулась его щеки. – А потом угостишь меня обедом в своем роскошном кабинете.