Текст книги "Чаша волхва"

Идти пришлось не более двух минут. За рядом деревьев, скрывающих корпус, открывалось свободное пространство, огороженное милым белым штакетником. И там были грядки, грядки и грядки.

Елена без труда узнала ромашку и мяту, вроде бы рядом виднелся тысячелистник, а дальше разросся подорожник.

– Видите! – Отец Василий указал на огромную оранжерею, прижавшуюся к монастырской стене. – Там растут редкие для нашей полосы растения.

– Это просто потрясает, – искренне призналась Елена. – А там?

Она указала на небольшое одноэтажное здание с двумя широкими окнами и маленьким крылечком.

– Святая святых! – веселился монах. – Почти настоящая алхимическая лаборатория.

И он так же споро потащил Елену туда.

Внутри домика и правда обнаружилась лаборатория, только не средневековая, а довольно современная. Но всякие колбы, пробирки и перегонные кубы тут присутствовали в огромном количестве.

А на одном столе Елена увидела натюрморт, который ее просто очаровал. В широких глиняных чашах лежали измельченные сухие травы. А чуть позади, высились высокие бутыли с разноцветными жидкостями.

– Можно я это сфотографирую? – с неподдельным трепетом попросила она. – Пошлю Гелле. Она с нами была в ювелирной лавке. Помните? Она так любит травы и все такое прочее…

Она сделала снимки на телефон. А потом, не удержавшись, аккуратно открыла одну из бутылей. Аромат летнего луга тут же вырвался на свободу.

– Это просто волшебство! – в восхищении воскликнула она.

Отец Василий улыбался ей, как любимому ребенку, и лишь кивал в ответ. Осмелев, Елена открывала и другие бутыли, наслаждаясь ароматами. Среди высоких сосудов притаился ряд маленьких бутылочек. Елена перенюхала и их. Одна из бутылочек особенно привлекла ее внимание. Наполненная темно-бордовой жидкостью, пахнущей чем-то очень знакомым. Ведьма задумалась. Она никак не могла вспомнить, где совершенно недавно сталкивалась с таким запахом. И осторожно принюхалась к бутылочке еще пару раз.

– А что это? – так и не вспомнив, решила узнать она.

– Честно? – усмехнулся отец Василий. – Понятия не имею. Это не мое. Вот отец Феодор или другие братья, кто часто здесь работает, они все знают. Меня лучше о бухгалтерском учете спрашивать.

Они улыбнулись друг другу. И тут у Елены зазвонил телефон. За всем этим волшебством она напрочь забыла об Алеке и такси.

Глава восьмая. Неверные ходы и первые ответы

Еще в машине, пока Елена дремала на заднем сиденье, Алек позвонил Павлу и назначил встречу в их гостинице. Майор обещал новости. К счастью, и они ехали не с пустыми руками.

Но в гостинице выяснилось, что разговор откладывается. Елену сморило основательно. Она просто не стояла на ногах и даже отказалась от еды. Хотя Алек честно соблазнял ее пиццей, которую ведьма всегда поедала в огромных количествах, когда у нее шло восстановление сил после применения магии и больших энергетических потерь.

Ее уложили на два часа поспать. Мужчины пока отправились делать анализ собранной Алеком посуды.

Елену разбудил телефонный звонок. На дисплее отражался номер Егора.

– Привет, – сонно сказала она в трубку, разлепив один глаз.

– Привет, – отозвался голос молодого игумена. – Я хочу с тобой увидеться.

– Да? – Елена нехотя открыла второй глаз, а потом резко села на кровати, наконец-то начав соображать. – Это же не романтическое свидание?

Теперь ее голос звучал деловито.

– Наверное, нет, – явно удивился Егор.

– Вот и славно! – заявила ведьма, соскакивая с кровати. – Ага! – на тумбочке лежала записка от Алека. – А ты, собственно, где?

– В холле твоей гостиницы. – Егор, похоже, уже сомневался в том, хочет ли он ее видеть.

– Номер двести шесть, – скомандовала Елена. – Там Алек и Павел. Буду через десять минут.

– Но… – это окончательно выбило ее собеседника из колеи.

– У нас к тебе много вопросов, – предупредила его ведьма.

– Ну, если так… – Егор позволил себе усмехнуться. – Тогда у тебя ровно десять минут.

Елена уложилась в семь. Алек открыл ей дверь номера и жестом указал куда-то себе за спину. При этом он иронично улыбался.

– О! – в комнате на столике стояли пять коробок с пиццей. Приборы и тарелки уже были разложены. Елена пыталась общаться, не отрывая взгляда от еды. – Всем доброго. Вижу, вы поладили. Что славно.

И она подсела к пицце.

– Все плохо, – объявил своей дорогой подруге Алек, не обращая внимания на то, что она полностью поглощена процессом еды. – На посуде никаких следов снотворного.

– А в МГУ никто не слышал об Альбине, – уныло продолжил за Алека Павел, хотя он старался «держать лицо», Еленин голод его немного смутил.

– И то и другое ожидаемо, – невозмутимо засунув в рот большой кусок теста с охотничьими колбасками, солеными огурчиками и сыром, возвестила ведьма. Прожевав, она продолжила: – Но давайте в порядке очереди. Про посуду. Ее наверняка вымыли.

– Но не сахарницу! – горячо возразил Алек. – Там даже сахар был на дне.

– Ну, да, – вклинился в разговор Егор, который смотрел при этом только на то, как Елена уплетает пиццу. – Отец Феодор еще утром отвез сахар на экспертизу. И там ничего не было.

– Отец Феодор? – Павел отвлекся от созерцания насыщающейся ведьмы. – Это один из тех, кого опоили?

– И их начальник службы безопасности. – Алека Елена вообще сейчас не волновала, дело важнее. – Он так вот взял и отвез? И у него приняли?

– Почему нет? – улыбнулся Егор. – Отец Феодор пятнадцать лет оперативником отработал до того, как пришел в обитель. У него остались связи в управлении.

– Ты ему так доверяешь? – Елена осмотрела пиццу из той коробки, где уже съела два куска, и открыла другую. – О! С креветками!.. Так о братце Феодоре. А ты не думал, Егор, что ему выгодно сейчас изображать бурную деятельность? Может, он сахар в дороге и подменил?

– А вы… – Алек запнулся, не зная, как обратиться к настоятелю.

– Можно на ты, – легко заметил Егор.

– Ага. – Магу священник, похоже, начинал нравиться. – Ты пиццей-то угощайся. И ты, Павел. Все она не съест. Так ты, Егор, давно этого Феодора знаешь?

– Давно, – кивнул игумен и решил все-таки выбрать себе кусок с охотничьими колбасками. – Но начнем с того, что отца Феодора я проверил первым еще после прошлого нападения. Ведь у него были все возможности пустить преступников в монастырь. И камеры он проверяет, и к ключам доступ имеет. И обо мне знает больше остальных.

– Очень какой-то подходящий монах получается, – заметил Павел, робко потянувшись за пиццей с креветками.

– Согласен, – кивнул ему Егор. – Но Феодор ни при чем. И, да. Я полностью ему доверяю. Потому он сегодня, как только пришел в себя, сразу взялся за расследование. Хотя результат у него тот же, что и у вас.

– А как давно он в монастыре? – все же решил уточнить Алек. – Ты сказал, он раньше был оперативником.

– Инок Феодор – в миру у него было другое имя – пришел в нашу обитель десять лет назад. – Отец-настоятель временно отложил еду и говорил таким тоном, когда понятно, история слушателей ждет невеселая. – Он дослужился до майора в Новгороде в одном из РОВД. И тогда они совместно с наркоконтролем ловили одну группировку. Вышли на целую сеть мелких дилеров, но не могли никак поймать тех, кто их снабжает отравой. И тут им помог приходской священник одного из городских храмов. Барыгой оказался служка из той церкви. Преступника взяли. Пока готовились передавать дело в суд, Феодор плотно сдружился с тем священником. – Егор тяжело вздохнул и продолжил: – В общем, когда те, кто стоял за поставщиком наркоты, пришли в церковь, чтобы выразить свое бурное неудовольствие поимкой их человека, священник позвонил Феодору.

– Сдается мне, – тихо вмешался Павел. – Ваш нынешний инок Феодор не успел.

– Почти успел, – ответил ему Егор. – Как и подкрепление. Преступников взяли. Священник и его семья погибли. А Феодор провалялся несколько месяцев в больнице, пока заживали раны от пуль в нескольких жизненно важных органах. После этой истории он уволился и пришел в монастырь.

– А почему именно к вам? – поинтересовалась Елена, уже во всю распробовавшая третью пиццу.

– Он родился в соседней деревне, – спокойно пояснил Егор.

– Понятно, – кивнул Алек. – Нормальный он мужик. И если ты его проверил, значит, вычеркнем из подозреваемых.

– Тогда стоит убрать из списка и отца Анатолия. – Егор потянулся еще за одним куском пиццы, решив тоже попробовать угощение с другой начинкой. – Он тоже имел отличную возможность взять ключи и, вообще, те ворота в его ведомстве. Вот только он не знает о паре дополнительных камер, какие отец Феодор установил для нашего спокойствия после прошлого нападения. И в эту ночь они работали. Так вот отца Анатолия на них нет.

– А кто есть? – тут же спросил Павел.

– Непонятно кто, – расстроился Егор. – Просто кто-то в черном. Но по фигуре на отца Анатолия не похож. В нашем отце Анатолие около ста пятидесяти килограммов веса. А преступник высокий и худой.

– Не очень-то помогли ваши камеры, – тоже расстроился Алек.

– Как и ваш сахар, – чуть иронично ответил ему Егор.

– Ладно. Травили их не сахаром, – спокойно согласилась Елена. – И вообще эта версия была притянута за уши.

– А она вообще была? – решил скромненько поинтересоваться Павел.

– Типа того, – кивнула Елена, дотягиваясь до куска четвертой пиццы. На этот раз с ветчиной и помидорами. Алек, зная ее аппетиты, купил пицц разного вида.

Кусок с помидорами мгновенно исчез. И Елена тут же потянулась за новой порцией пиццы. Павел теперь уже смотрел на нее со смесью ужаса и восхищения.

– Не пугайся, – решил все же утешить его Алек. – Еще три куска и ей полегчает.

– С сахаром не получается, – собравшись с мыслями, решил майор. – Если бы они приняли снотворное до службы, то заснули бы прямо в храме. Оно действовать начинает где-то через полчаса после того, как выпьешь.

– Черт! – поспешно проглотив большой кусок, разочарованно прокомментировала ведьма. – Про сроки действия я как-то совсем не подумала. Версия однозначно провальная. Что и было доказано экспертами.

– Да, – задумчиво кивнул Егор. – Как-то мы все про сроки действия не подумали. И с ключом от ворот ничего не понятно. Его никто в эту ночь вообще не трогал. На камере в офисе преступник бы засветился. Мы ее точно напротив шкафчика пристроили. Но никого не было.

– То есть, – тут же включился Алек, – преступник вышел к воротам с ключом, но в офисе он его не брал? Значит, у него был дубликат.

– И наши камеры, на самом деле не очень помогли, – согласился Егор.

– Но хоть какую-то информацию они дали, – напомнил Павел. – Теперь картина той ночи меняется. И становится все более понятно, что нападение очень тщательно спланировано.

– Давайте теперь об Альбине, – распорядилась Елена, отодвигая наконец от себя еду. – Совсем никто и ничего в Москве о ней не знает?

– Почти, – кивнул расстроенно Павел. – Ни на одном факультете в то время никакая Альбина не училась. Вернее, учились, но не те. Но зато по фото ее опознал один профессор. Такую не сразу забудешь. Он помнил, что подцепил ее в клубе, потом она провела с ним жаркую ночь и исчезла. Кстати, он даже вспомнил, что видел в тот вечер в клубе и Егора.

– Ну, да, – подтвердил игумен. – Я про ту встречу и говорил.

– Вот только тому профессору она представилась Кристиной, – продолжил майор. – И якобы методисткой с кафедры истории России.

– Кристина? – удивился Егор. – Ах да! Помню! Когда она меня нашла во второй раз, еще был разговор про какую-то путаницу с именами.

– Как я уже сказала. – Елена сыто вздохнула. – Этого в принципе и следовало ожидать. А хорошие новости есть?

– Есть среднепаршивые, – ответил Павел. – Вчера задержали некоего подозрительного вида молодого человека с перебитым носом. Он напугал старушку видом крови на одежде. Она приняла его за маньяка и позвонила в полицию. Вообще, счастье, что они приехали. Старушка звонит в органы по пять раз на дню. Но все же маньяка задержали.

– И сдается мне, это один из соучастников нашей дамы с множеством имен, – обрадовалась Елена.

– Да, это один из нападавших на монастырь, – подтвердил майор. – И напарника своего он также сдал. А вот нашу даму не смог. Этот деятель и его дружок работают охранниками. Дама сняла их только вчера. Они оба на допросе так и не смогли внятно объяснить, почему после двух бутылок пива согласились отстаивать честь дамы таким странным способом.

– Не думаю, что удалось бы так просто ее найти, – заметил Алек. – Небось она незаметно исчезла, как только они выбрались из монастыря.

– Тогда нужно искать ее прежнего напарника, – решил без особой надежды Павел. – Его уже полтора года все ищут и безрезультатно.

– Потому что его уже давно нет в живых, – выдала Елена.

– Что? – Для майора ее новость стала неожиданностью.

Как, впрочем, и для двух остальных мужчин.

– Ладно, господа, – улыбнулась ведьма. – Вы терпели мой праздник желудка. И заслужили вознаграждение.

– Кстати, а чего ты вдруг такая голодная стала? – немного опасливо поинтересовался Павел.

– У нее отходняк, – пояснил ворчливо Алек. – Наша дорогая подруга решила искать улики иными методами. Точнее, заглянуть в память убиенного отца настоятеля. Вот и результат.

Он развел руками.

– Как ты это сделала? – потрясенно спросил Егор.

– Икона, – пожала плечами Елена. – На ней оставалось достаточно следов. И твоих, и его, и нашей дамы. Глупо было не воспользоваться такой возможностью.

– И что ты видела? – Павел, похоже, был шокирован таким поворотом событий.

– Многое. – Елена с тоской глянула на мигающие под потолком маячки сигнализации. Курить в номере запрещалось. – Во-первых, двое мужчин вошли через вход в часовню. А наша дама появилась откуда-то совсем с другой стороны.

– Из-за алтаря, – тут же предположил Егор. – Там сзади есть еще один выход. И ее подельник пустил Альбину через эту дверь.

– Скорее всего, – кивнула ведьма. – Значит, уже тогда они хорошо ориентировались в обители. Так вот. По аурам, оба ее архаровца мертвы. Как мы знаем, одного убили в ту же ночь монахи. А второй, я так полагаю, на совести Альбины-Кристины.

– Ранее они грабили другие монастыри, – стал размышлять вслух Павел. – А тут мало того, что взять ничего не успели, так еще и один из преступников погиб. А он второму братом родным приходился. Вот оставшийся в живых ей, видимо, и предъявил свои претензии.

– С учетом того, что дама возбуждается видом крови и пыток, – продолжала Елена. – То она спокойненько могла его пырнуть ножичком, и все дела.

– Значит, надо искать его труп где-то в лесу прикопанным, – сделал вывод майор.

– Вряд ли бы она ему торжественные похороны стала устраивать, – усмехнулся маг. – В реку труп, и все дела. Как выражается Елена.

– На Альбину это больше похоже, – морщась, подтвердил Егор.

– Сколько бы еще покойника по области искали? – иронично спросила Павла Елена. – И никто ведь про второй труп не догадался. С ней в бегах и все. Может, ей подельник из монастыря все же помог его прикопать. Явно они долго готовились к своему второму пришествию.

– Неприятно это осознавать, – признался Егор. – Но, похоже, вы все правы. Что еще ты видела?

– Самое главное. – Теперь ее тон не обещал приятных историй. – Отец Иннокентий ее узнал.

– Как узнал? – не понял маг. – Они были знакомы?

– Вроде того. – Елена смотрела на Егора. – Альбина приходилась ему внучкой. Бывший игумен много лет переживал свою трагедию. Как я поняла, у него погиб сын. И жена не пережила потерю единственного ребенка. Но, видимо, у них все же осталась невестка с маленькой девочкой на руках. Настоятель считал себя виноватым в смерти сына. Не доглядел, не понял вовремя. Видимо, у них не слишком хорошие отношения были. Так вот, когда невестка через несколько лет привезла ему больную дочь, священник каким-то образом смог достать артефакт, чтобы спасти ребенка.

Егор истово перекрестился. И тихо спросил:

– Как он смог ее узнать?

– Она кричала на него, требуя чашу, – нехотя сообщила ведьма. – Говорила, что артефакт может принадлежать только ей, ведь она уже держала эту чашу в руках. Тут он все и понял.

– Это ужасно, – честно сказал маг, выражая общее настроение.

– Согласна, – кивнула Елена и повернулась к Егору. – Ты знал его историю?

– Более-менее, – подумав, ответил он. – Отец Иннокентий пришел к Богу поздно. В смысле, он был уже немолодым человеком. Ему где-то сильно за сорок тогда было. Он работал в миру обычным инженером. Жена – учителем в средней школе. А сына они избаловали. И когда он вырос, ему стало всего мало. И денег, и хорошей жизни. Он не раз привлекался за драки, пьяный дебош, а позже за хранение наркотиков. Тогда отец прогнал его из дома. Сынок нашел себе какую-то сожительницу. Родителей беспокоил редко. Чаще приходил требовать денег на дозу. Погиб по той же причине. Не справился с управлением украденной машиной, будучи под кайфом. Но мать, избаловавшая сыночку, не пережила его смерти. И да, отец Иннокентий винил во всем себя. Потому просто все бросил и ушел в монастырь.

– Тогда понятно, как ему было важно спасти внучку, – сочувственно сказал Павел.

– Удивительно, что ему это удалось, – веско заметил Егор.

– Отец Александр сказал нам, – вспомнила Елена, – что они все немного чувствовали чашу.

– А настоятель был к тебе ближе остальных, – подхватил ее мысль Алек. – Возможно, он научился определять ее местоположение. А в состоянии стресса это усилилось, и он нашел артефакт.

– Либо просто мог случайно ее увидеть, когда я перепрятывал ее по тайникам, – привел более простую версию Егор. – Отец Иннокентий, правда, был мне близким человеком. Он заменил мне отца. Наверное, ему это было даже нужнее, чем мне.

– Второй шанс, – кивнула ведьма. – К сожалению, настоящая семья не оставила его в покое.

– Но теперь у нас есть шанс найти преступницу, – постарался развеять грустное настроение всей компании майор. – Надо только узнать, как звали бывшего настоятеля до принятия сана.

– Новиков Аркадий Васильевич, – назвал Егор имя. – Могу еще сказать, что он из Боровичей. Там же оставалась его семья.

– Но, как ты говорил, позже мать с Альбиной переехали в Псков, – напомнила Елена.

– А вот это уже хорошая такая плотная нить! – обрадовался Алек. – Только плохо, что сын его с матерью Альбины-Кристины не были расписаны.

– Справимся, – пожал плечами майор.

– И еще! – воодушевилась первой победой Елена. – Отец Александр сказал, чтобы ты ему позвонил сегодня после восьми. Он сообщит даты всех нападений на монастыри.

– Еще нападения? – удивился Егор.

– А! Ты же не в курсе, – вспомнил маг. – В общем, после знакомства с тобой в Москве, а может, уже и параллельно с теми событиями, Альбина со своими подельниками обшаривала монастыри. Понятно, что искала. Вот только есть одна деталь. Те нападения, о которых мы уже знаем, приходятся в канун языческих змейских дней или навьих праздников.

– Вот как! – Егор задумался. – Похоже, она планирует не просто найти чашу. Ей нужен ритуал.

– И мы так смекнули, – сообщила Елена. – Потому нам надо проверить эту теорию и получить все даты нападений. И кстати. Ночь, когда она убила отца Иннокентия, была последним нападением, не считая вчерашнего. Тогда она по той же иконе вычислила тебя. И кажется, многое поняла. Похоже, жертвой по старой славянской традиции должен стать именно ты.

– Какая радостная новость. – Егор не удержался от иронии. После чего поморщился и потер ребра. Держался он хорошо, но все же побои давали о себе знать.

– Может, ты нам кое-что еще объяснишь, – вдруг предложил Павел. – Почему они ждали полтора года?

– Кстати, да! – вспомнил Алек. – За это время прошло множество подходящих праздников.

– Ну, не совсем уж множество, – возразила Елена. – Думаю, тут надо немного подкорректировать версию. С тех пор как Альбина-Кристина узнала, что Егор связан с артефактом, она могла начать выбирать только дни, связанные с Мореной. Все же правда ей открылась именно в канун двадцать пятого ноября.

– Но сейчас-то они напали в канун дня Скипера Змия, – не согласился Алек.

– А это самый темный день в году, – задумчиво сказал настоятель. – И Моренины дни тоже… Похоже, что для нее имеет значение все, что касается смерти.

– Скорее, не смерти, а перерождения, – предположила ведьма. – Чаша дала ей новую жизнь. И это должно повториться.

– Так. – Егор собрался. – Какие там у нас праздники? Напали они в канун Моренина дня. Далее у нас…

– Первое марта, – подсказала хозяйка «Бюро магических услуг».

– Мое посвящение в сан, – тут же вспомнил настоятель. – Весь монастырь кипел. У нас было много народу из епархии и прочее-прочее.

– Понятно, – Павел решил все это записать в блокнот. – Дальше?

– В начале мая, – вспомнил маг.

– И до середины сентября, – подхватил Егор. – Мы начали реконструкцию. Опять слишком много народу и суеты. В том числе, кстати, всякие проверяющие комиссии. Наверное, она сочла опасным соваться в монастырь в такое время.

– Значит, вычеркиваем и день Скипера в прошлом году, – решил майор. – А двадцать пятое ноября в прошлом году?

– Меня не было в обители. – На этот раз Егор вспоминал дольше. – Я до самого Рождества отсутствовал. Архиепископ настоял, что я должен принять участие…

– В их семинарах и форумах? – предположил Алек.

– Типа того. – Настоятель поморщился. – От этого зависело получение дальнейших грантов.

– Понятно. – Павел отметил и эту дату. – Остается этот год. Начало марта и май.

– А вот тут не знаю, – признался Егор. – Я безвылазно торчал в монастыре. Могли бы и прийти…

Алек с Еленой переглянулись и насмешливо хмыкнули. Просто потрясающая жертвенность!

– Вам не кажется, что у нас что-то не сходится? – спросила ведьма своих соратников.

– Как я этого не люблю, – жалобно возмутился ее дорогой друг. – Мозговой штурм, версии, все вроде бы налаживается. И тут она…

– И все же? Что, по-твоему, не сходится? – Павел тоже был удивлен.

– Да вся картина происходящего, – развела руками хозяйка «Бюро магических услуг». – Эта Альбина-Кристина, или как ее там, не отличается особой эмоциональной сдержанностью. По сути, она истерична и довольно импульсивна. Посмотрите, как быстро она действует. Ей что-то надо – сразу нашла подходящего мужика, окрутила, использовала, бросила. Как-то от нее ждать сильной продуманности странно. Или только мне так кажется?

– Ну, так как я тут единственный знаком с ней лично, – с самоиронией начал Егор. – Могу точно сказать, продуманность не по ее части. Тебе не кажется.

– Именно! – выдала Елена свое любимое словечко. – А оба нападения на монастырь были тщательно спланированы, что мы все не можем не признать. И как это вяжется?

– Не слишком это вяжется, – уныло согласился Павел. – Только если у дамы раздвоение личности.

– Ее одной многовато, – буркнул Алек. – А еще и раздвоение… Скорее уж, все дело в незнакомом нам пока подельнике из монастыря. Ведь вся продуманность отслеживается в его действиях.

– А точно ли все так продумано? – засомневался майор.

– Давай смотреть, – тут же предложила ведьма. – Первое нападение. Открытые ворота. Да еще именно те, о которых вне монастыря мало кто знает. Возможность войти в часовню. Двоим с центрального входа, даме через потайную дверцу. И вряд ли они думали, что перепуганный старик рванет от них за алтарь. Просто кто-то специально запустил туда даму. Или сам также был там, но не лез на сцену.

– Второе выглядит более логичным, – заметил Егор. – Может, этот неизвестный не знал, что Альбина решит убивать. Если бы отец Иннокентий сдался под пытками и она решила бы оставить его живым, что вряд ли, то игумен мог узнать ее сообщника, появись он тогда в часовне.

– Она вполне могла оставить его в живых, – заметил Алек. – В других же монастырях нет смертельных исходов.

– Там и чаши нет, – возразила Елена. – Если уж монахи чувствуют постоянно присутствие артефакта, как признался архиепископ и отец Василий, то уж Альбина не могла ее не почувствовать. Не было у отца Иннокентия шанса.

– Вот только ее напарник об этом не знал, – сказал Павел. – Слушайте! А может, дело не в том, какие события мешали даме проникнуть в монастырь за эти полтора года, а в ее напарнике, который просто не соглашался ей помогать после убийства настоятеля?

– Мне очень хочется верить, что это именно так, – с чувством сказал Егор. – Все же я постоянно живу рядом с этим неизвестным нам человеком. Надеюсь, хоть какое-то уважение к нашей обители у него есть.

– Для него это тоже единственный известный и любимый дом, – заметил Алек.

– Но все же он согласился, – вынуждена была напомнить Елена. – И тут все продумано в разы лучше, чем в первый раз.

– Давайте еще все перепроверим по второму нападению, – попросил Павел. – С сахаром мы уже прокололись.

– Она появляется в монастыре днем, – тут же начала вспоминать ведьма. – И нам нужен ее четкий маршрут, который обещали проверить отец Василий и архиепископ. Видимо, дама сверяет все детали с подельником. Далее, он заботится о вечернем проникновении, а она о тех двух бедолагах, которые поверили в необходимость странным образом вступиться за честь дамы.

– Важнее сейчас, что делает он, – напомнил Алек. – Каким-то образом, четко перед отбоем, или как там у вас в монастыре это называется, он дает четырем братьям снотворное.

– Причем именно тем, чьи кельи расположены ближе всего к покоям настоятеля, – подхватил Павел. – И кто занимает в монастыре довольно высокие должности. То есть заодно блокирует практически все командование.

– А еще эти братья все в самом расцвете сил и могли бы оказать реальное сопротивление, – добавила Елена. – Видимо, потеря одного из бывших подельников еще не забыта.

– Потом наш неизвестный, воспользовавшись дубликатом ключа, открывает ворота, – продолжил Алек. – Кстати, это еще один интересный момент. Оба раза они проходили именно там. При том, что есть тихая калитка, которая вообще не запирается и от которой к келейному корпусу ближе.

– Только вот на ней установлены камеры, – веско напомнил Егор. – О чем, похоже, наш неизвестный прекрасно знает.

– Но сматывались они вчера именно через нее, – уточнил Павел. – И засветились.

– У них не было времени, – напомнила Елена. – Зато они подстраховались, оставив только отпечатки дамы, которую никто не знает, и в базах ее явно нет. А потому ей глубоко плевать на конспирацию. А вот ее подельнику этот маленький факт явно на руку.

– Значит, и тут продуманность ее подельника, – рассудил маг. – А может такое быть, что все-таки он специально отправил их к калитке, чтобы они засветились? Ведь сам-то он возвращался к воротам, чтобы их закрыть. Что ему мешало в той же суете вокруг Егора, извини, что я о тебе, будто тебя здесь нет. – Алек озорно улыбнулся настоятелю. – Вывести Альбину с бедолагами тем же путем. И никто бы ничего не видел.

– Кроме тех, кто знал о скрытой камере, – опять напомнил Егор. – Но, возможно, он все-таки подставил ее специально. Тогда совсем не понятны его мотивы. То он ей помогает, то ее сдает.

– Мотив в этой истории у всех один и тот же, – сказала ведьма. – И это чаша. Просто Альбина думает, что управляет напарником, чтобы получить артефакт для себя, а на самом деле он помогает ей, чтобы добыть себе чашу ее руками.

– Обоснуй, – попросил Павел.

– Могу предложить такой сценарий, – начала рассказывать Елена. – Если бы Альбина в каждом монастыре говорила бы даже околдованным ею мужикам, что тут есть артефакт и она его хочет забрать себе, вряд ли бы ей кто-то реально помог. Даже если бы и помог под действием чар, потом быстро ее сдал бы, с той же целью – вернуть чашу себе.

– Скорее всего, – подхватил Алек. – Она врала что-то такое же фантастичное о своей поруганной чести, как и та история, поведанная вчерашним бедолагам.

– Именно! – опять использовала хозяйка Бюро свое коронное словцо. – И в случае с нынешним подельником все могло быть так же. Только в ночь убийства отца Иннокентия он узнал правду. И тут все изменилось. Человек живет в монастыре давно, ежедневно чувствует присутствие чаши. Но он даже не видел ее никогда! А тут такой шанс. Полубезумная маньячка, которая готова на все, чтобы достать артефакт. Почему бы не сделать грязную работу ее руками, а потом заполучить чашу себе?

– Логично, – согласился Егор. – Только вопрос: а что он с ней делать будет?

– Понятия не имею, – честно призналась Елена. – Но не думаю, что ему нравится ее идея кровавых ритуалов. Иначе ты давно уже был бы мертв.

– Я думаю, что основная загадка именно в том, зачем ему чаша, – высказался майор. – Если догадаемся, будем понимать ход его мыслей.

– Пока предлагаю просто разобраться, кто может оказаться нашим злодеем. – Елена бросила на Алека многозначительный взгляд. Маг, как всегда, без слов понял свою дорогую подругу. Ей нужна помощь, Елена хочет проверить версию, что преступник среди четверых якобы заснувших в ту ночь. Он чуть заметно кивнул. В конце концов, это была изначально его версия!

– Отец Василий обещал нам помощь, – тут же подхватил маг игру. – Мы днем выделили где-то около сорока братьев, кто мог бы подойти по возрасту на роль подельника. И теперь Василий уточняет маршрут Альбины по территории и тихонько спрашивает, с кем из этих сорока она могла общаться. Мало ли, может, кто что видел.

– По-моему, это тупиковая версия, – заметил Павел. – Если этот подельник такой продуманный, его встречи с Альбиной стопроцентно никто не засек.

– Скорее всего, – устало кивнула ведьма. – А так вообще… Егор? А что за люди твои братья? Ну, в целом. Откуда они, как попали в монастырь. Не каждую историю, а картину в целом.

– Кажется, я понимаю, что ты хочешь, – улыбнулся Егор. – Начну с того, что благодарен вам, что дали моим братьям задание, хотя оно и совершенно бессмысленно. Им надо чувствовать, что они делают что-то важное. А бессмысленно оно по многим причинам. Хотя бы потому, что состав подозреваемых намного шире.

Все трое: Алек, Елена и Павел, посмотрели на него удивленно.

– Люди, живущие в миру, на самом деле мало представляют, что происходит за стенами монастыря, – тоном хорошего преподавателя, которым, собственно, он когда-то и был, принялся объяснять молодой игумен. – Я говорю не о духовности. Она у каждого своя, как и сама вера. Речь идет о самом простом – о быте. У нас очень четкий распорядок дня. У каждого из братьев даже в преклонных годах есть послушание, то есть свой круг обязанностей, и это чаще всего физический труд. На свежем воздухе, заметьте. И питание более сбалансированно. Все это, уж поверьте, здорово удлиняет жизнь. Отец Иннокентий умер в возрасте восьмидесяти четырех лет. И был весьма еще в силах. Наши старики дадут фору многим молодым. Но, конечно, для той сферы деятельности, о которой здесь рассуждаем мы, нужно выбирать кандидата помоложе. Какой вы брали возрастной ценз?