Читать книгу "Отряд Сигма-4. Комплект из 4 книг"

Глава 15

7 мая, 13 часов 49 минут по гавайскому времени

Хана, остров Мауи

Несомненно, они нашли то самое место.

Пять минут назад Грей припарковал «Джип» рядом с баньяновым деревом – и сразу же услышал слабые крики, эхом отражавшиеся от лесистого склона горы. Опасаясь худшего, он оставил команду собирать снаряжение, а сам прыгнул к Сейхан на мотоцикл.

Шины и подвеска «Ямахи» подвергались тяжелому испытанию. Путь лежал круто вверх по узкой тропе.

Одной рукой Сейхан обхватила Грея за талию, а другой придерживала большую перекинутую через плечо сумку с противопожарными одеялами и аптечкой, где были в том числе и средства против анафилаксии.

Добраться бы до туристов вовремя…

Крик оборвался. Слишком внезапно.

Грей стиснул зубы и попытался выжать из четырехтактного двигателя больше скорости. Он умело направлял мотоцикл по скалистому склону, почти перепрыгивая с камня на камень. Двигатель жалобно рычал, из-под колес летела грязь.

Палу дал им общие указания о том, где искать старые лавовые трубки: «Не сходите с тропы. Смотрите, где лес превращается в бамбуковую рощу».

Гаваец также предупредил о том, как коварна эта земля. В лабиринте старых туннелей часто происходят обвалы. Склоны прорезаны незаметными с первого взгляда трещинами и пропастями.

Главный вход, самое большое отверстие – то, что Палу называл пукой, – было рядом с небольшим озерцом, в которое впадал ручей.

Там команде предстояло встретиться.

За байком пешком шли Палу и Ковальски, неся баллоны с пропаном, оснащенные искровыми воспламенителями и таймерами – все это пожарный раздобыл благодаря своим связям.

Тем не менее план действий разработал профессор Мацуи. Надо было сбросить баллоны в туннель сквозь проломы в потолке. Цель двойная: нанести как можно больше урона рою, а уцелевших изгнать. Кен надеялся, что, если потревожить ос, они откажутся от создания лека.

Иного – лучшего – плана не было.

Они могли выиграть для острова еще немного времени.

Если не слишком поздно.

Грей гнал мотоцикл все выше по склону горы. За очередным резким поворотом лес чудесным образом изменился. Лиственные породы и папоротники исчезли, сменившись бесконечными зарослями зеленого бамбука. Повсюду к небу вздымались толстые стволы. Меж трепещущих изумрудных листочков висел туман.

Изумленный переменой Пирс не сразу заметил, как справа из леса нетвердым шагом вышел мужчина и упал на тропу. Его тело скорчилось на земле.

Чтобы не наехать на мужчину, коммандер дернул мотоцикл и съехал с тропы в высокую чащу папоротников. Байк опрокинулся и выбросил седоков. Грей покатился по земле, запутавшись в сетке – их тех, что носят пчеловоды. Так одеться посоветовал профессор, и Грей с Сейхан успели накинуть защитное снаряжение.

Пирс вскочил и поправил забранный сеткой капюшон.

Сейхан подняла сумку, улетевшую в пышный подлесок.

Затем они бросились к лежащему на тропе человеку.

Мужчине было за пятьдесят. Усы, лысина. Вероятно, туроператор, Эммет Ллойд. Голова беспомощно перекатывалась. С губ свисали ниточки слюны.

Грей схватил его за щеки.

– Мистер Ллойд, где остальные?

Эммет, казалось, слышал его, но едва мог сфокусировать взгляд. Его зрачки были огромны.

Интоксикация или черепно-мозговая травма…

Сейхан подбежала к ним, достала из аптечки шприц и вонзила его в шею мужчины, впрыскивая эпинефрин.

Профессор Мацуи предупредил их об особенностях яда больших племенных самок.

Сильный нейротоксин.

– Мистер Ллойд, – повторил Грей.

Зрачки дрогнули, но мужчина все еще не мог ответить.

– Грей, – промолвила Сейхан.

Что-то в ее тоне заставило обернуться. Она встала и указала на окутанный туманом лес. Из папоротников, покрывающих землю, сквозь туман вились струйки черного дыма. В подлеске гудело.

Рой.

Осы выползали из подземного логова. Вероятно, их привлек шум двигателя. Грей представил себе лабиринт лавовых трубок под землей.

Он посмотрел направо.

В белом тумане вились новые черные тени.

Времени не оставалось.

Он повернулся к Эммету и дал ему пощечину.

Потом еще две.

Наконец губы мужчины недовольно скривились.

– Где остальные? – с нажимом спросил Грей.

После долгого молчания Эммет поднял дрожащую руку и махнул на тропу впереди. Невнятные слова выскользнули из непослушных губ.

– Наверху…

– Сколько их?

Казалось, он собирает все силы, чтобы ответить.

– Двое. Муж с женой.

– Нам не до поисков, – сухо сказала Сейхан.

Она была права, но как их бросить?

Позади раздался треск, Грей с Сейхан обернулись.

Появился Палу в защитной одежде пчеловода, в каждой руке – баллон с пропаном. Он нес их легко, словно подушки. Только пот, поблескивающий на загорелом лице, выдавал напряжение.

Несмотря ни на что, пожарный широко улыбался.

– Вот ты где, братуха.

Его догнал задыхающийся багроволицый Ковальски. Бросив баллоны, он упал на колени. Последовал поток фирменных проклятий:

– Господи-боже-мой-мать-вашу…

Грей указал на рой, поднимающийся из всех ям и трещин.

– Выставьте таймеры на пять минут. Нельзя допустить, чтобы они улизнули.

План во многом заключался в том, чтобы захватить рой врасплох, пока большинство ос под землей.

По словам профессора, ос притягивал сладковатый запах пропана. Хотя сам по себе газ не имел запаха, компании-производители добавляли отдушку, чтобы домовладельцы могли заметить утечку. План заключался в том, чтобы открыть баллоны, бросить их в лабиринт туннелей и подождать, пока тяжелый газ зальет все лавовые трубы – а потом поджечь. Запах, по идее, должен подманить рой ближе – может быть, достаточно близко, чтобы их уничтожило взрывом.

Ковальски со стоном поднял баллоны.

– Сделаем.

Но Палу колебался.

– Где туристы?

– Там, – указал вверх Грей. – Муж и жена.

– Я знаю эту тропу. Побросаем всё в туннели, а потом пойдем их искать.

Грей представил себе, как здесь будет бушевать огонь.

– Пять минут, – напомнил он великанам. – Через пять отрываете задницы от этого склона и убираетесь, потому что рванет не по-детски.

Когда они ушли, Грей обхватил рукой Эммета и перекинул безвольное тело через плечо. Ковальски подобрался к одной из колонн «дыма», отмахиваясь от ос, и бросил баллон в яму.

Палу последовал его примеру. Двое мужчин двинулись дальше в поисках подходящих мест.

Грей поднял свою ношу и пошел по тропе.

Сейхан направилась к мотоциклу.

Но едва Пирс сделал пару шагов, Эммет шевельнулся.

– Нет, подождите…

Грей остановился.

– Что?

– Там… еще… мальчик… Бенджи. – Эммет махнул рукой туда, где выскочил из леса. – Провалился в яму.

– Что ж, пойду поищу его, – Сейхан раздраженно вздохнула.

Грей колебался.

– Ступай. – Она нахмурилась и постучала пальцем по часам. – Я в курсе.

Пять минут… И отсчет начался.

14 часов 07 минут

Сейхан пробиралась через плотный подлесок. Тело держали папоротники, шипы попытались сорвать жесткую синтетическую одежду, грязь засасывала резиновые сапоги.

Сейхан злилась. Ее терзало желание сорвать все это с себя, но она шла не по болоту, а вокруг жужжали не комары.

Ос с сетки на лице она смахивала, а более крупных, садящихся на руки и грудь, прихлопывала. У каждой ткани есть предел прочности. А еще Сейхан помнила, что добычу этих ос в прежние времена не спасала даже броня.

Достаточно было бросить взгляд через плечо, чтобы напомнить себе об опасности. Землю усеивали тела птичек; у некоторых еще дергались крылья. Справа над подлеском высились рога: та же судьба постигла пятнистого оленя. А то, что сперва показалось ей замшелым камнем, на самом деле было телом кабана; сверкнули желтые изгибы клыков.

Без дела осы не сидели.

Должным образом оценив опасность, Сейхан вытащила из кармана рюкзака фонарик. Она изо всех сил старалась как можно быстрее переходить от одного кольца «дыма» к другому.

Черт возьми, где ты, малыш? Осталось три минуты.

Не хотелось бы здесь быть, когда все взорвется. Но Сейхан представляла себе ребенка, попавшего в ловушку огненных туннелей, и грудь сжималась. Чертовы родители, подвергли его опасности. Хотя, конечно, они не могли предвидеть эту ситуацию.

И все же…

Она бросилась к следующей трещине, разгоняя нависающий над ней гудящий темный столб. Ткнула фонариком в щель. Луч высветил большое отверстие. Сейхан просунула фонарик дальше в туннель. Дно мелькнуло двенадцатью футами ниже.

Нигде никого, только осы.

Сейхан отвернулась, но когда луч метнулся по дальнему краю дыры, заметила небольшой отпечаток в грязи. Похоже, от кроссовки.

Вполголоса выругавшись, Сейхан вернулась к туннелю. С этой точки она видела лишь непосредственно то, что было внизу. Мальчик, испугавшись и запаниковав, мог пойти дальше. Стоило ему отодвинуться всего на несколько ярдов, и он уже исчезал из зоны видимости.

Есть лишь один способ выяснить…

Прыгнуть вниз она могла хоть сейчас, но сперва следовало убедиться, что удастся выбраться. У Сейхан была с собой веревка, однако закреплять ее было слишком долго. Вместо этого она потянулась к поясу. Вчера вечером ее застали безоружной; сегодня Сейхан подготовилась как следует. Под одеждой в ножнах на запястьях скрывались кинжалы и метательные ножи. Для нынешней задачи она отцепила от пояса большой китайский секач. Выбрала бамбуковый стебель толщиной с запястье и с силой ударила. Поймала подрубленный стебель, затем опустила в отверстие.

Две минуты.

Сейхан схватила гибкий зеленый шест и скользнула вниз. Ноги утонули в ковре из насекомых. Потревоженный рой энергично отреагировал на ее появление: осы отрывались от стен, из глубины туннеля летели новые.

Сейхан присела, водя фонариком по сторонам. И сквозь бурлящее облако увидела кусочек белой кожи и красную кроссовку.

Бенджи.

Рукой в резиновой перчатке она схватила мальчика за лодыжку и потянула к себе. Некогда было проверять, жив ли он; она просто подняла маленькое тело, перекинула через плечо, ухватилась руками за шест и стала подниматься. Все было бы хорошо, но свежесрезанный побег бамбука качался и дергался. Сейхан ударилась боком о стену.

Внутренний таймер не останавливался. Меньше минуты.

Она снова начала восхождение.

Еще четыре фута.

А затем в боку огненным взрывом вспыхнула боль, и Сейхан скользнула вниз. Прежде чем снова достичь дна, она сжала пальцы, остановив падение. Стараясь не уронить мальчика, посмотрела на свой бок. И увидела треугольный разрыв.

Должно быть, наткнулась на острый камень.

Из разрыва, жужжа, выползала одна из больших рабочих ос.

Сейхан пронзила боль, взгляд заволокло слезами.

Она во все глаза смотрела вверх.

Так далеко…

Она могла спастись, лишь оставив мальчика.

Прости…

14 часов 11 минут

Из-под баньянового дерева Грей смотрел на лес, покрывающий склоны Халеакала. С каждой секундой сердце его билось все сильнее.

Кен опустился на колени рядом с оглушенным Эмметом, которого усадили, привалив к дереву. Профессор приложил два пальца к его шее, проверяя пульс.

Из зарослей впереди раздался треск.

Пирс напрягся, когда увидел двух великанов, ломившихся напрямик через лес, в обход тропы. Ковальски и Палу.

Каждый нес переброшенное через плечо тело.

– Нашли! – пропыхтел Ковальски, дыша, как бык.

– Несите их сюда! – помахал рукой профессор.

Ковальски то ли не обратил внимания на его слова, то ли слишком устал. Он опустил женщину на землю и плюхнулся рядом.

– Сами сюда идите.

Палу сгрузил свою ношу рядом.

Грей подошел к ним, по-прежнему глядя в сторону леса.

– Где Сейхан?

Ковальски сел прямо.

– В смысле?

Пирс понял, что они ушли прежде, чем Сейхан отправилась искать мальчика.

Под его напряженным взглядом Палу наморщил лоб.

– Мы никого не видели. Но мы шли викивики – очень быстро.

Грей шагнул к лесу.

Черт возьми, тогда где же…

Раскаты взрыва оборвали его немой вопрос.

14 часов 12 минут

Сейхан каталась по ложу влажных папоротников, специально стараясь намочить одежду. Позади в двух ярдах от нее в небо выстрелила спираль оранжево-голубого пламени.

Она припала к земле, а вокруг бушевал адский водоворот – взрывались воронки. Огонь охватил сеть туннелей внизу и прорывался через многочисленные провалы и трещины.

Уши заложило, глаза резало. Земля содрогалась последними толчками. Вулканическая порода склона напоминала соты, пронизанная туннелями и кавернами. А сила запертого под землей взрыва еще больше расшатала их.

Сейхан побежала – а вокруг разверзались новые пропасти, из которых хлестали языки пламени. Со свистом падали бамбуковые стволы. В какой-то момент с головы слетел капюшон с защитной сеткой, однако дым и жар, казалось, отпугивали рой. Наконец она добралась до тропы, защищая мальчика собственным телом.

Ведь она даже не думала бросать ребенка.

Прошептав «прости», Сейхан обращалась к Грею. Она просила прощения за то, что рискует всем, в том числе их жизнью вместе, ради мальчика.

И все же она рисковала намного большим – и чувствовала вину.

Земля вновь содрогнулась, напоминая, что до безопасности далеко.

Сейхан крепче обняла Бенджи и побежала дальше.

Впереди она заметила блеск металла и черную резиновую шину.

Мотоцикл.

Сейхан оставила мальчика на тропе, подняла мотоцикл и прислонила его к дереву, затем снова взяла ребенка. Спустя несколько секунд она села, положив мальчика на колени, и потянулась к рулю.

Потерпи, Бенджи. Еще немного.

Лишь с третьей попытки Сейхан сумела завести двигатель и едва не заплакала от облегчения, когда он наконец заурчал. Прежде чем она успела тронуться с места, гора содрогнулась, едва не опрокинув мотоцикл. Сейхан взглянула направо и увидела, как обрушивается часть склона.

Бездна быстро росла, приближаясь к ней.

Склонившись над мальчиком, Сейхан рванулась вперед.

И тут вдруг окружающий мир сделался туманным и одновременно каким-то слишком ярким.

Она тряхнула головой, но стало только хуже: перед глазами все поплыло, окрасилось кровью. Тропа и лес разлетелись на фрагменты, крутящиеся в калейдоскопе, – то попадали в поле зрения, то исчезали.

Сейхан больше не знала, едет вверх или вниз. Не знала, двигается ли вообще.

А потом мир окончательно лишился смысла.

Прости.

На этот раз она извинялась перед мальчиком. Подвела.

14 часов 24 минуты

Не успел отгреметь взрыв, как Грей с Ковальски и Палу бросились вверх по склону горы. Густой дым прибивало к земле, он клубился в подлеске и почти ничего не давал разглядеть. Земля продолжала дрожать под ногами, вулканические породы трескались, как будто гора сама разрывала себя изнутри.

В груди отчаянно колотилось сердце, в ушах шумела кровь.

А затем послышался знакомый рокот.

Грей застыл на тропе.

Из-под полога леса вырвался мотоцикл.

Грею показалось было, что Сейхан припала к рулю с обычной своей ожесточенной решимостью. Затем он увидел, как ее неестественно сгорбленное тело подпрыгивает на сиденье. Одной рукой она обнимала мальчика, другая лежала на руле.

Казалось, Сейхан в почти бессознательном состоянии. Наверное, она сохраняла вертикальное положение лишь благодаря инстинкту.

Расстояние между ними сокращалось, но она не реагировала на друзей, даже когда Ковальски окликнул ее и помахал рукой. Байк продолжал лететь вниз, разгоняясь на склоне.

Сознание и удача вот-вот должны были покинуть ее.

Хуже того, Грей и остальные, поднимаясь, только что вскарабкались на крутой уступ. И теперь мотоцикл летел прямо туда.

– С дороги! – закричал Грей.

Ковальски и Палу отскочили.

Пирс сделал шаг в сторону, но остался у тропы, весь напружинившись. Будет только один шанс.

Когда мотоцикл поравнялся с ним, он бросился вперед, обхватив рукой Сейхан и мальчика, и сдернул обоих с мотоцикла. Все упали, покатившись по одеялу из папоротников. Неуправляемый мотоцикл полетел дальше по тропе, затем перевалил через гребень и долго подпрыгивал, прежде чем исчезнуть в лесу.

Грей быстро осмотрел Сейхан и мальчика. Повреждений не нашел, однако и в сознание они не приходили.

Подбежали Ковальски и Палу – с одинаково озабоченными лицами.

– Помогите погрузить их в «Джип», – сказал Грей, махнув рукой вниз.

Палу взял мальчика, а Пирс и Ковальски понесли Сейхан. Спустя несколько минут все снова собрались под баньяновым деревом. К ним бросился Кен.

– Слава богу, они целы!

Грей опустил Сейхан на землю.

– Профессор, что с ними? – Он обвел жестом лежащих на земле людей.

Кен оглянулся и снова посмотрел на Сейхан.

– Вне всякого сомнения, это нейротоксин. Ее ужалила племенная самка. Через некоторое время они очнутся.

Грей чувствовал, что ему не говорят всю правду.

– Что-нибудь еще выяснили?

– Пока вас не было… я… я осмотрел кожу мистера Ллойда в увеличительное стекло. Очень много следов от укусов. Но типичной красной каймы вокруг них нет – в отличие от болезненных укусов воительниц.

Грей понял. Он вспомнил описание профессора: самки много раз кусают жертву, чтобы впрыснуть как можно больше яиц.

– Думаете, ее заразили яйцами?

– Возможно, других тоже.

Грей взглянул на Сейхан.

Кен, должно быть, прочитал его мысли.

– Остальные уже долгое время были в таком состоянии. Самка осы ждет, пока хозяин станет полностью беспомощным.

Может, ее не успели укусить?

Грей опустился на колени рядом с Сейхан – и тут из прорехи в ее костюме выползла чудовищно крупная оса, бешено трепеща крылышками.

Грей узнал ее по фотографии, которую показывал профессор. Племенная самка.

Сбив насекомое на землю, Ковальски растер его в темную маслянистую жижу.

Отчаянное выражение лица профессора говорило яснее слов.

Надежды не было.

Глава 16

7 мая, 15 часов 38 минут по гавайскому времени

Хана, остров Мауи

Кен вернулся в домик Грея и Сейхан и теперь стоял на веранде, обеспокоенно скрестив руки на груди. Океанский бриз принес аромат садов и обещание вечернего дождя. Эта идиллия контрастировала с темной тучей, нависшей над склоном Халеакалы.

Земля перестала содрогаться, пламя задохнулось в тропическом лесу, но Кен знал, что истинная угроза для острова не исчезла. Впрочем, пока требовалось решать другие, более срочные вопросы.

Машина скорой помощи выехала с грунтовой дороги на шоссе: Симмонсов и туроператора везли в город. Эффект нейротоксина начал сглаживаться, однако пострадавшим нужна была дальнейшая помощь.

Палу договорился, что группу поместят в закрытую палату местного медицинского центра. Кен сжал руки, вспоминая перепуганное лицо мальчика, залитое слезами. Мать, отец и ребенок, даже не понимая, что на самом деле произошло, отчаянно цеплялись друг за друга. Кен утаил правду об их состоянии, пока с этим можно было подождать. И все же он ясно сознавал, что его молчание объясняется не столько сочувствием, сколько трусостью – и немалой долей вины.

Если б я поднял тревогу раньше…

Приоткрылась сетчатая дверь, выглянул Грей.

– Сейхан достаточно пришла в себя, чтобы ответить на вопросы, если вы готовы.

– Я… я готов.

Сейхан сидела за обеденным столом, обхватив руками кружку. Ее кожа выглядела смертельно бледной, глаза остекленели.

С ней Кен был честен. Она сама потребовала этого, подозревая худшее, еще когда продиралась сквозь ядовитый туман.

Кен настаивал, чтобы Сейхан поехала с остальными в машине скорой помощи. Его беспокоило ее состояние – и угроза, которую она могла представлять.

Три дня.

Она отказалась.

Грей сел на стул.

– Расскажи Кену то, что рассказала мне.

Сейхан бесстрастно глядела на пар, поднимающийся над кофе.

– Когда я пошла искать мальчика, то видела много животных, лежавших на земле. Олень, дикий кабан, сотни птиц…

– Мертвые или живые?

– Точно сказать не могу. Некоторые шевелились.

– Ничего удивительного. – Кен сел, обдумывая полученную информацию. – Как я и говорил, одокуро всеядны, им подходит любой хозяин. Судя по вашему описанию, значительная часть фауны инфицирована.

– Что нам делать? – спросил Грей.

– Нужно немедленно отправить туда людей. – Кен нахмурился. – И сжечь все тела. Только не знаю, поможет ли это. Большинство зараженных животных наверняка уже справились с действием нейротоксина и ушли. Что еще хуже, выжившие члены роя будут искать новых носителей.

– И что из этого следует? – спросил Грей.

Ответ пришел от Айко Хигаши. Сотрудница японской разведки безукоризненно прямо сидела по другую сторону стола. Ее лицо было непроницаемо.

– Из этого следует, что уже слишком поздно. Если осы размножаются, пора начинать обратный отсчет. Через три дня нам останется лишь одно: превратить острова в огненный котел. Этому виду нельзя позволить распространиться.

Кен вспомнил бразильский остров, охваченный пламенем.

Лицо Грея окаменело.

– Профессор, есть какой-нибудь способ борьбы с личинками? – спросил он, не желая сдаваться. – Использовать их слабые места, чтобы выиграть хоть немного времени?

Кен заметил, что рука Пирса лежит на бедре Сейхан. Вопрос, несомненно, интересовал его и по личным причинам.

– У меня не было времени серьезно исследовать этот вид. Я пробовал обычные препараты, такие как ивермектин, эффективный против большинства внутренних паразитов. – Он покачал головой. – Никакого эффекта. Ничего не помогало.

Сейхан внимательно посмотрела на Кена.

– Что со мной будет?

Мацуи отвел взгляд. Он хотел бы смягчить свои слова, но знал, что эта женщина хочет услышать правду.

– Пока вы были без сознания, я осмотрел вашу кожу и обнаружил более ста укусов. По моим оценкам, количество отложенных яиц может достигать нескольких тысяч. – Он виновато посмотрел на Сейхан.

– Продолжайте, – велела она.

– Через несколько минут после введения из яйца вылупились особи первой стадии. Они микроскопические, поэтому вы, скорее всего, не испытаете никаких клинических признаков в течение большей части дня, пока они продвигаются глубже.

– А завтра?

– Вторая стадия. Личинки достигнут размеров рисового зерна и начнут наносить реальный урон. К счастью, они, похоже, избегают жизненно важных органов, обходят центральную нервную систему и сердце. – Кен посмотрел ей в глаза. – Тем не менее будет больно. Хотя и не так мучительно, как на третий день.

– Когда они начнут прогрызать мне кости, – бесстрастно продолжила Сейхан.

Кен вспомнил лабораторных крыс, которых использовал в Киото для экспериментального заражения. На этой стадии они корчились от боли, кусали себя; некоторые даже вспарывали себе животы, словно пытаясь выцарапать источник боли.

– Дальше будет все хуже и хуже, – сказал он Сейхан.

– А в самом конце?

Кен покачал головой. На такую прямоту он не был способен. Профессор закрыл глаза, но продолжал видеть крыс, которые, наконец, сдались. Личинки четвертой и пятой стадий буквально перемалывали тела своих хозяев. В течение нескольких дней взрослые особи вылуплялись из коконов и выедали себе путь наружу. Забыть это зрелище он не мог. Тела крыс подергивались, словно живые. Воспоминание даже сейчас заставило его содрогнуться.

– Нельзя допустить, чтобы до этого дошло, – сказал Грей.

Кен сглотнул.

– Повторяю, ничего из того, что я пробовал, не помогало. Даже будь у меня больше времени, я не уверен, что мог бы добиться успеха. Как только личинки попадают в тело, лекарства бесполезны – так часто бывает и с другими насекомыми. – Чтобы объяснить это, он спросил: – Кто-нибудь из вас знаком с Cochliomyia hominivorax?

– С чем? – нахмурился Палу.

– Мясные мухи. Они откладывают яйца в рану, и личинки прокладывают себе путь, поедая плоть. Без лечения можно умереть.

– А в чем заключается лечение? – спросил Грей.

– Единственный способ – операция. Их просто механически удаляют – выковыривают из тела. Никакие препараты их не берут.

– Тогда, может быть, операция… – начал было Грей, глядя на Сейхан.

Кен разбил его надежду.

– Личинки мясных мух залегают неглубоко под кожей. В отличие от личинок одокуро, которые расползаются далеко и глубоко, так что их не достанет ни один скальпель.

В комнате воцарилась тишина.

И тут заговорила Айко, словно ждавшая этого момента.

– Как сказал профессор Мацуи, он работал с одокуро лишь два месяца. Но если информация из Вашингтона верна – об артефакте, украденном во время Второй мировой войны, – тогда кто-то владел этим оружием на протяжении многих десятилетий. Возникает вопрос: почему им воспользовались только сейчас?

Никто не ответил.

– Потому что нечто изменилось, – сказала она. – Должно быть, нашли способ контролировать жизненный цикл этого монстра. Возможно, даже разработали лекарство.

– Но если вы правы, то откуда нам хотя бы начинать поиски? – нахмурился Кен.

Айко слегка улыбнулась.

– Есть одна мысль.

– Какая? – спросил Грей.

– Позвольте мне для начала подчеркнуть: все, что я собираюсь рассказать вам, основано на предположениях, которые могут оказаться ошибочными.

– Иными словами, это проверенная точная инфа, – сострил Ковальски.

– Я говорила с капитаном Брайант, пока вас не было… – продолжала Айко, не обратив на него внимания.

– Вы говорили с Кэт? – переспросил Грей.

– Да, – кивнула она. – Мы знаем, что ос выбрасывали из самолетов «Сессна». А еще мы подозреваем, что за всем этим может стоять японская организация. Поэтому я составила базу данных всех японских компаний, которые арендовали территории на островах в пределах дальности полета «Сессны».

– И что? – спросил Грей.

– Подозреваемых оказалось на удивление много. Азия очень активно инвестирует в Полинезию. При этом Китай и Япония отчаянно конкурируют. Но одно место меня особенно насторожило. Фармацевтическая компания купила небольшой остров. Атолл, если быть точной.

Она вытащила из кармана карту и развернула ее на столе. Подпись гласила: «Северо-западные Гавайские острова». Длинная цепочка крошечных островов тянулась по тысячемильной дуге через Тихий океан до самого острова Мидуэй и дальше.

– Атолл слишком мал и здесь не отмечен, – объяснила Айко, – но он расположен недалеко от острова Лайсан. – Она постучала пальцем по пятнышку на карте.

Палу придвинулся ближе.

– Мы с братухой там иногда плаваем. Душевные места. Малолюдные.

– Большинство островов необитаемы, – подтвердила Айко.

Грей вместе с гавайцем склонился над картой.

– А почему это вызвало подозрения?

– Во-первых, та компания конкурирует с «Танакой», которая профинансировала работу профессора Мацуи.

Айко посмотрела на него, но Кену не требовалось напоминать о вероятной зловещей подоплеке его поездки на Кеймада-Гранди.

– Во-вторых, – продолжала Айко, – на атолле когда-то находилась станция радионавигационной системы «Лоран», принадлежавшая пограничной службе США. Теперь там лишь заброшенная взлетно-посадочная полоса и несколько покинутых зданий.

– Если все это модернизировать, получится удобный перевалочный пункт, – признал Грей.

– Какую компанию вы имеете в виду? – спросил Кен.

– Она в течение нескольких лет попадала в поле нашего зрения – по причинам, которые, похоже, не связаны с этим: черные рынки, финансовые махинации… – Айко покачала головой. – Мы не можем выдвинуть убедительные обвинения. В основном из-за того, что японский закон потворствует корпорациям.

– Итак, что же это за компания?

Айко подняла бровь.

– «Фениккусу лабораториз».

Кен откинулся на спинку стула. Он узнал название. Сейчас оно приобрело для него больше смысла.

– В чем дело? – спросил Грей.

– «Фениккусу» на японском означает «феникс».

– Бессмертное существо, возрождающееся из пепла, – кивнула Айко.

– Интересно, откуда только они взяли такое название, – фыркнул Ковальски.

Айко пожала плечами.

– Как я уже сказала, не исключено совпадение. На этом основании мы вряд ли сможем ворваться на объекты, принадлежащие «Фениккусу лабораториз».

– Без дополнительных доказательств не сможем, – согласился Грей.

Айко уставилась на карту.

– Как раз на островке посреди Тихого океана мы могли бы их найти.

– Тогда отправляемся туда, – решил Грей.

Кен так и видел, что в голове у него уже готовится план.

– Я с тобой, – заявил Палу. – Я знаю эти острова. У меня даже есть двоюродные братья на Мидуэе. Они нам лодку дадут. Будет хорошее прикрытие.

Грей задумчиво кивнул.

Сейхан встала.

– Я тоже еду.

Взгляд Пирса стал напряженным.

– Может быть, лучше…

– Я еду.

Кен попытался вмешаться, зная из первых рук, что будет дальше:

– Вы должны находиться в карантине. Если не в медицинском центре, то, по крайней мере, здесь.

Сейхан обожгла его взглядом.

– Док, я сейчас что, заразна?

– Ну… нет, – сник он.

– Тогда у меня есть три дня.

Она вышла из комнаты.

Когда за ней захлопнулась сетчатая дверь на веранду, Ковальски поднял обе ладони.

– Просто чтобы вы все знали: я не против, пусть едет.

16 часов 44 минуты

Грей осторожно выглянул на веранду. Он ждал, пока Сейхан перестанет расхаживать по веранде. Ей потребовалось полчаса, чтобы наконец успокоиться и сесть на верхнюю ступеньку.

– Эй…

Она сидела спиной к нему, не оборачиваясь.

Плохо дело.

Грей медленно приблизился, боясь ее спугнуть. И осторожно предложил ей свою версию трубки мира:

– Я нарезал тунца. – Он посмотрел в сад. – Примерно через час мы отправляемся. Ты, наверное, захочешь еще раз покормить свою бродячую кошку.

Сейхан тяжело вздохнула и взяла тарелку.

Грей присел рядом, оставив между ними несколько дюймов в качестве буферной зоны.

– А как насчет твоих нотаций, что не надо кормить бродяг? – пробормотала она.

– Сейчас не время беспокоиться, какой вред приносит биосфере острова одна кошка.

– Это, конечно, правда…

Тем не менее она не смотрела на него.

– Сейхан…

– Ты меня тут не оставишь.

– Да, но…

– Я умру, сражаясь.

– Мы найдем лекарство. – Он протянул руку. – Вместе.

Она выдохнула, чуть расслабившись. Их пальцы сплелись.

Сжав ее руку, Грей почувствовал дрожь.

– С тобой все будет в порядке, – пообещал он ей.

– Я не за себя боюсь. – Сейхан наконец повернулась к нему. По щекам катились слезы. – Надо было сообщить тебе раньше…

– О чем? – встревоженно спросил Пирс. Он уже примерно месяц чувствовал, что ее что-то тревожит.

– Я беременна.