Читать книгу "Марат. Любить вопреки"

Глава 9 (38). Отпускает…

Марат

– Шеф, пляши! – довольно лыбится, глядя в мои усталые красные глаза Артем, один из моих крутых спецов. В его руке блестит флешка в металлическом корпусе.

– Поднимешь меня отсюда, попрыгаю, – закрываю глаза, откидываясь на спинку кресла.

За последние две недели я в совокупности спал в лучшем случае часов пятьдесят. С кофе перешел на таблетки, поднимающие работоспособность, чтобы не выплюнуть сердце. Голова на удивление остается ясной, болит только адски, но я терплю.

У меня пиздец какой стимул есть! Я глаза закрываю и вижу своего сына. Он такой маленький, теплый, открытый и доверчивый. Мне столько хочется в него вложить, столько сказать. А еще я все время пытаюсь осознать свои чувства к Ро. Мне почему – то сложно. Во мне походу что-то все же сломалось, раз я люблю ее и не понимаю, что мне делать с этой любовью. Тогда понимал. Все было просто и очевидно. Сейчас, прижав ее к себе, я испытываю нечто гораздо более глубокое. Коктейль из тепла, страха, ревности, боли, обиды. Надо будет вытравить лишнее. Потом. Когда закончу с делами и появится время.

Артем кладет мне на стол флешку, садится напротив.

Программисты иногда напоминают детей.

Такие себе взрослые дети, у которых глаза горят, когда получается что-то сложное. Когда в процессе работы ты продолжаешь обучаться, и поставленная перед тобой задача перестает казаться недостижимой. Результат – маленький оргазм.

Основная команда работает над новым проектом для нашего первого крупного клиента, а мы с Тёмычем погрузились в разработку комплекса программ и вирусов для моих личных целей.

Я закончил пару дней назад, но без него был бы обрубок. Теперь, как я понимаю, мы собрали все инструменты, и в его руках атомная бомба для Стоцкого и того ублюдка, что виновен в гибели моего отца и младшей сестренки. А у меня пусковой механизм.

Вставляю флешку в комп, запускаю уже готовую программу, проверяю и тоже улыбаюсь.

– Мы охренеть как круты, да? – сияет он.

– Мы больше, чем круты. Представляешь, сколько денег мы поднимем на этом комплексе, когда проверим его в действии?

Он потирает руки, пока я привожу наш механизм в действие. Штрихи. Несколько кликов и все готово. Теперь только ждать. Сначала свою работу сделают вирусы, потом моя программа по заданным параметрам начнет создавать шаблонные новости на разных крупных интернет – площадках, в том числе принадлежащих федеральным каналам. Их обязательно увидят. Это начало конца Стоцкого. Я вытащу на публику всех скелетов из его шкафа. Его политической карьере придет конец, как и поддержке от влиятельных людей. Никто не захочет пачкаться. А кто Стоцкий без поддержки? Обычный человек. Его останется только добить.

Он уничтожил меня однажды. Пришла моя очередь принять правила его жесткой игры и дать ответ.

– Отметим?

Устало улыбнувшись, киваю Артему на небольшой бар, который стоит тут для клиентов. Сегодня можно распотрошить его и наконец выспаться.

Мы берем две бутылки хорошего коньяка и идем к остальным парням. Хватит на сегодня работать.

У них находятся пластиковые стаканчики. Разливаем алкоголь, заказываем пиццу и пиво. Коньяка маловато на всех, чтобы нормально оттянуться, а нам всем это очень нужно. Незапланированный корпоратив в качестве перезагрузки – отличная штука.

Пьем, едим, ржем под японские порно-мультики, запустив их на большом экране на стене.

Усевшись на широкий подоконник, смотрю на эту картинку со стороны. Так кайфово осознавать, что все эти люди поверили в меня, придя в нулевой проект. Бизнес ведь делают люди. Это мои люди. Моя команда.

– Ты чего загрустил? – рядом со мной садится чуть захмелевшая Кира.

– Я улыбаюсь.

– Мне со стороны виднее, – кладет голову мне на плечо и делает глоток из своего стаканчика. – Колись.

– Горжусь ими.

– А собой? – поднимает на меня взгляд.

– Собой потом, когда поставлю точку в своем личном деле и уберу его в архив. Пока только ими.

– Ну и зря. Ты молодец. И я сейчас не подлизываюсь к руководителю, – смеется моя умненькая помощница. – Ты нас всех собрал. За тобой люди пошли. Это очень много значит. Ты ведь не обещал нам миллионов, а мы все равно все тут. Я бы на твоем месте погордилась.

– Погордись за меня, – смеюсь. – Я потом.

Чокаемся с ней стаканчиками. Кира не сводит глаз с Артема. Он с остальными сидит на креслах – мешках, которые еще полчаса назад стояли в переговорной.

– Иди, – киваю ей.

Девушка, которую невозможно смутить, кажется, ничем, вдруг заливается краской.

– Да харош! Или только тебе со стороны все виднее? Весь отдел видит, как вы друг друга взглядами прожигаете. Переговорка свободна. Иди. Только не разгромите.

Получаю подзатыльник. Кира спрыгивает с подоконника и даже не стараясь выглядеть трезвой, проходит мимо Артема, цепляет его за ворот футболки и тащит за собой. Он не сопротивляется. Парни по-доброму стебутся.

Охрененный вечер. Во мне все механизмы будто смазывает положительными эмоциями этих людей. Расправляются легкие, остывает вечно полыхающая кровь и немного успокаивается сердце. Приходит то самое чувство уверенности в том, что у меня все получится.

Я еще днем успел с Лексом пообщаться. Маме нравится Италия. Друг рассказал, она к алкоголю даже не тянется. Помогает парням с детьми. Меня тогда еще стало отпускать.

Аврора нашла их с Денисом документы. Мия говорит, у них было целое приключение. Адреналина нахватались обе, пока шарили в столе Стоцкого, но фотографии она мне сделала. Я сказал, чтобы оригиналы не трогали, по фоткам восстановлю.

Оставляю парней. Иду мимо переговорки. Оттуда раздаются тихие стоны и шепот. Прикрываю ребятам дверь. Сорвало их, наконец. Надо было раньше напоить.

Свою дверь в кабинет тоже плотно закрываю, падаю в кресло, делаю глоток пива и включаю монитор. Еще рано ждать результата. Что-то стоящее появится не раньше, чем через неделю. Пока прога найдет все с указанными упоминаниями, пока отфильтрует другая. Там целая система. Сложная, многоступенчатая, но эффективная.

Лезу в папку со старыми фотографиями. Смотрю на свою мечту. Заберу скоро. В себе бы разобраться. Столько всего в моей голове было за эти три с лишним года. Разгребать и разгребать.

Звоню Мие. Хочется с кем-то поговорить. В это время могу только с ней.

– Хочу что-нибудь сделать для тебя, – говорю подруге.

– Что, например?

– Не знаю. Ты для меня дохрена сделала и делаешь. Надо ответить как-то.

– У меня есть три желания, как в золотой рыбке? – смеется Ми.

– Типа того. Есть потребность сделать что-то хорошее.

– Ты пьяный что ли, Шторм?

– Есть немного. Так что, ты подскажешь, или мне самому догадываться? Предупреждаю, я мало спал последние четырнадцать дней. Могу не попасть.

– Да я же ничего не жду взамен, Мар. Вышло как вышло. Но если тебе для себя надо, давай поужинаем где-нибудь. Просто так. Без повода поговорить о проблемах. Вкусная еда, хорошая музыка. У тебя ведь наверняка в холодильнике опять мышь повесилась?

– Примерно так. Через сколько тебя забрать?

– Давай я лучше сама тебя заберу на своей. Нафиг эти такси.

– Окей. Я в офисе у себя. Набери, как подъедешь. Спущусь.

Глава 10 (39). Настоящий

Марат

У Мии в машине тепло и вкусно пахнет. Она вообще у нее внутри совсем – совсем женская стала. Помню, было не так. Агрессивная тачка внутри выглядела довольно лаконично, больше по-мужски или унисекс.

Она спокойно ведет ее по дороге, иногда кося взглядом на мою расслабленную морду. А я продолжаю свое плавание по давно забытым ощущениям. Так прикольно. И гордость за своих греет.

Она привозит меня в пафосный, но уютный ресторан. С небольшой сцены играет саксофон, пробираясь под кожу и посылая по ней кайфовые вибрации.

Нас провожают за столик. Приносят меню. Есть особо не хочется, мы накидались с парнями пиццей и пивом. Беру себе коньяк, а для Мии хорошее вино и сырную тарелку с медом.

– Как там Аврора? – после недолгого молчания решаюсь спросить. Про сына она мне по-прежнему рассказывает. О Ро выходит как-то реже.

– Мы договорились, помнишь? – улыбается Ми. – С ней все нормально. Если тебя волнует Егор…

– Помню, что договорились, – перебиваю.

Не хочу убить свое настроение. Мне кажется, я заслужил этот вечер покоя.

Медленно пьем, слушаем сакс и болтаем обо всем. С Мией легко. Она может подхватить абсолютно любую тему или внимательно слушает там, где плавает. Говорим о бизнесе. О планах на жизнь. У нее они масштабные. Дома военные действия. Семья говорит, ей пора выходить замуж, а она планирует строить карьеру подальше от них. Но отец у нее адекватный. Там поединки больше на словах.

– Потанцуем? – смотрит, как несколько пар качается у сцены под красивую музыку.

– Это второе желание? – смеюсь, протягивая ей руку.

Веду в зал. Она обнимает за шею, расслабляется, позволяя себя вести. Прижимается чуть ближе, кладет голову на плечо. Качаемся, кружимся, думая о своем.

Возвращаемся к столику. Пьем. Смеемся чуть громче. Пьяные уже оба. Ми вызывает водителя, чтобы забрал нас. Она не планировала пить. Так вышло. Ничего страшного. Одному было бы некомфортно.

В ее машине на заднем сиденье я еще не был. Едем сначала ко мне, хотя я мог бы и на такси, что озвучивал ей несколько раз, но уступил прихоти. Девочка же.

Выходит со мной у подъезда, кутается в расстегнутую куртку.

– Спасибо за вечер. Было здорово, – говорю ей.

Порывом ветра ей в лицо бросает ее распущенные волосы. Смеется, разбирая их тонкими пальцами на две стороны. Помогаю, нечаянно касаясь лица. Она подходит ближе. Очень близко. Смотрит в глаза и неожиданно прижимается своими губами к моим. Алкоголь делает меня тормозом. Стою, принимаю теплое прикосновение.

– Это было третье желание, – улыбается, заглядывая мне в глаза. – Не парься, ладно? Больше никогда не повторится.

Облизываю губы, пытаясь понять, что почувствовал. Приятно, но как-то… как с сестрой что ли. Никакой взрывной химии.

– Мар, ну чего ты загрузился? – смеется она.

– Да не, – трясу головой. – Нормально все. Ты же знаешь, я ее люблю. Хер знает, сложится у нас или нет, но у меня ни с кем больше не получается. А ты друг.

– Друг, – кивает она. – Еще немножко девочка. Давно хотелось попробовать, как это, целоваться с таким, как ты. С настоящим. Если я однажды решусь выйти замуж, только за такого. Извини еще раз за эту слабость. Поеду. Твоя вежливость не позволит тебе меня послать.

– Я и не собирался. Хреново, что ты меня идеализировала. Это совсем не так.

– А то я не знаю! – толкает меня ладошкой в плечо, превращаясь в привычную мне Мию. – Мар, я может быть даже лучше Авроры знаю, какой ты. Надеюсь, она оценит. Ну все. Поеду я. Погода портится, – поднимает взгляд к совершенно черному небу.

Поднимаюсь к себе. Решаю, что алкоголя с меня хватит.

Долго обтекаю под душем, в очередной раз пытаясь распустить узел, что никак не желает поддаваться. Какой-то проклятый блок стоит в башке. Мешается. Надо закончить. Наверное, тогда отпустит полностью. А пока спать… Я чертовски хочу просто выспаться.

Меня срубает прямо в полотенце на неразложенном диване. Под утро натягиваю на себя край простыни и в следующий раз глаза открываются уже в обед. Катастрофа! И ни одного пропущенного! Они там озверели все? Или после вчерашнего корпоратива на работу не вышел никто?

Набираю Кире.

– Привет, шеф, – отвечает ее бодрый голос.

– Нормально там у вас все?

– Да. А что должно было случиться? Все немножко больные, но работают.

– Почему никто не звонит?

– А зачем? Задачи у всех есть. Ты выспался?

– Угу.

– Значит, я правильно всем сказала, чтобы не трогали, – довольно хихикает помощница. – Отдыхай, Мар. Тут все под контролем.

Во дают! Заботливые. Но чертовски приятно, на самом деле. И настроение стремительно ползет вверх.

Остаток дня просто слоняюсь по квартире. Прибираюсь, готовлю есть из того, что еще не испортилось, смотрю телевизор, лишь иногда косясь то на рабочий планшет, то на ноутбук.

Выходной, значит выходной. Можно немного помаяться дурью для разнообразия.

Ближе к вечеру созваниваюсь с Лексом, с его трубки говорю с матерью. Приятно слышать ее трезвый голос. Мне становится еще немного спокойнее.

Друг опять настаивает на своем визите. Отказываюсь. Он мне тут не поможет. Я почти все сделал. Дело принципа. Довести до конца самому. Себя убедить, что могу, что сильный и способный защищать свое.

Рано поужинав, еду на кладбище к отцу и сестренке. Сижу у них около часа и срываюсь на встречу с Фениксом, нашим главным соперником в гонках, новым владельцем наших с Лексом гаражей, где мы зализывали раны, а в реальности отличным парнем со связями и возможностями. Вот это мне сейчас будет очень актуально.

Встречаемся в старом баре на выезде из города.

– Мне помощь твоя нужна, птиц, – усмехаюсь его исказившейся от такого «оскорбления» роже.

– Выкладывай.

– Мне на следующей неделе надо вывезти из города и спрятать семью на некоторое время.

– Семью? – ведет бровью.

– Да. Девочку свою и сына. Поможешь?

– Ты меня удивил сейчас, конечно. Сын… Не вопрос, помогу. Обрисуй мне ситуацию, можно в целом, без интимных подробностей.

Рисую, мне не жалко.

Он задумчиво постукивает пальцами по деревянной столешнице, угрюмо глядя в дымящуюся пепельницу.

– В ста километрах от города у родителей коттедж. Они там только летом живут. Сейчас нет никого. Давай туда отвезем и мотоклубом прикроем. Парни присмотрят, поохраняют. Ты же знаешь, мы своих не бросаем. Чего раньше не пришел?

– Раньше я влиятельных дяденек наказать не мог и подставлять никого не хотел. Сейчас могу. И отымею их в задницу по полной, но мне нужно обезопасить семью. К Лексу их не отправишь. Пока ее отец – ублюдок не потерял влияние, границу им не пересечь.

– Вывозить их из дома как собрался?

– Тут Авроре придется постараться. Внутрь мне вход заказан. Войду и я труп. Им с сыном придется выйти под любым предлогом.

– Ты знаешь, в какой поликлинике обслуживается ее… Извини, твой сын?

– Нет, – качаю головой, – частный врач скорее всего. Могу узнать.

– Это самый простой вариант. Смотри, Шторм. Они в поликлинику зайдут, но оттуда уже не выйдут. Мы вытащим и заберем. Пацана твоего на байке покатаем. Парни рванут в рассыпную, пару кукол вперед посадим и пусть ловят нас по всему городу твои «влиятельные дядьки». Пока их отвлекают, мы дворами, чтобы под камерами не светиться, выскочим за город и исчезнем.

– Согласен. Это самый рабочий план из тех, что я крутил в голове.

– Тогда звони. Мы начнем подготовку.

Глава 11 (40). На «крыльях» Феникса

Аврора

Скорая уже едет. Качаю сына на руках и чувствую себя виноватой. Знаю, что мы все делаем для его блага. Ему нужна свобода, чтобы вырасти здоровым и счастливым. Ему необходимо воспитание родного отца. Марат вложит в него частичку себя, и Денис вырастет настоящим мужчиной.

Все будет хорошо. У нас все получится. У меня не было выбора. Отец ничего не нашел тогда в торговом центре, но запретил Егору потакать мне в подобных прогулках без охраны. И ему придется подчиниться, потому что его отец сильный, влиятельный политик, а мой еще и серьезный бизнесмен. Там, где не вытягивает власть, помогают деньги и одно без другого не работает. Моему отцу нужна была поддержка, когда он взбирался на очередной пьедестал, а отцу Егора дополнительное финансирование. На этом они и сошлись.

И возможно, если бы я не встретила Марата, относилась к этому браку как мой муж, и есть вероятность, что у нас бы даже что-то получилось, ведь мы с Егором из одного мира и оба изначально понимали, как он устроен. На нем ответственность, как на наследнике, который займет место отца, когда придет время, а на мне… конечно, к бизнесу бы меня никто не допустил, но ответственности за его сохранение и дальнейшее укрепление никто не снимал. Я все это понимала, принимала и признавала, пока не узнала, как это – когда даже не ты любишь, а любят тебя. Я узнала, какими бывают мужчины. Мар навсегда изменил мое отношение к жизни, к дурацким правилам, которыми меня пичкали с детства, к дружбе и даже к самой себе.

Качая на руках сына, все больше думаю об отце. Мне иногда кажется, он сошел с ума. Я не могу иначе объяснить эту паранойю. А может он боится Марата? Не знаю…

Не понимаю этого маниакального желания держать меня на привязи.

Единственная дочь – да.

Поздний ребенок для него – да.

Не оправдала надежд?

Но это же не повод так со мной поступать!

Не получилось из меня идеального, послушного ребенка, как папа мечтал. Но со мной ведь можно было бы договориться! Нет, он в своей глупой ревности и ненависти, в карьерной гонке, в стремлении иметь безупречную репутацию взял и сломал жизнь мне, Марату, да и Егору, если честно. И мне бы искренне хотелось, чтобы мой муж нашел такую девушку, которая сможет его отогреть, в нем проснутся чувства и появится своя семья. А я…

Боже, кто бы знал, как мне хочется спрятаться далеко за городом, в лесу, в горах, где угодно. Чтобы только мы втроем: я, Марат и наш маленький Денис. И никто не мешает.

– Ну чего ты? – Ми незаметно оказывается у меня за спиной. Кладет ладонь на лобик тяжело сопящего малыша с покрасневшими от температуры щечками.

Мы подняли ему ее искусственно. И это мучает меня, потому что малыш вынужден страдать за то, что творит его дед.

Иначе нас бы не выпустили. Мар сказал, я сегодня обязательно должна быть с сыном в больнице. Сначала думали про поликлинику, но решили, что так надежнее.

– Рори, врачи, – входит Егор.

Кивнув, разворачиваюсь, чтобы встретить. Выкладываю им заготовленную заранее речь. Навожу панику, выдавливаю из себя слезы. Не знаю, тянет ли мой спектакль на оскар. Меня саму уже колотит как при температуре.

Денис маленький еще. Нас без лишних вопросов забирают в больницу для обследования. Егор собирается ехать с нами, но его отговаривают, заверяя, что сейчас в этом нет необходимости.

С собой почти ничего не берем. Только небольшую сумку для сына и документы. Муж принес из кабинета отца. У Марата есть копии, но забрать оригиналы – удача. Не придется возиться с восстановлением.

Егор провожает нас до кареты скорой. Еще раз уточняет, не поехать ли ему все-таки с нами.

– Там без нас справятся, – успокаивает его Мия. – Мы будем только мешаться. Рори нам позвонит. Ты же позвонишь? – киваю.

Дверь на рельсе шумно захлопывается, и я слышу, как грохочет мое сердце. Получилось? У меня получилось?

Отодвинув краешек наборной белой шторки, смотрю на улицу. За нами выехала машина с охраной.

– Черт бы их побрал! Достали! – ругаюсь под совершенно спокойным взглядом врача.

Я верю Марату. Если он сказал, что должно быть так, значит у него все под контролем.

Выдыхаю и сосредотачиваюсь на сыне. Глажу его по влажным волосикам. Ему еще дома сделали жаропонижающий укол. Действует. Мое солнце взмахивает влажными ресничками. Глазки еще мутные, но кожа уже приобрела нормальный оттенок.

– Прости маму, – целую его в лобик, окончательно успокаиваясь. Ему легче и мне вместе с ним.

Машина останавливается возле больницы. Нам помогают выйти. Охрана идет за нами, но дальше холла ее не пускают. Пока амбалы, скрипя зубами, звонят скорее всего моему отцу, чтобы получить инструкции как им действовать, нас на лифте поднимают в детское отделение.

– Ваша палата последняя слева, Аврора. Удачи, – неожиданно говорит врач, и уходит в другую сторону.

Удивленно моргнув, пересаживаю Дениса на другую руку и почти бегу до указанной палаты. Вхожу. Ноги вдруг подкашиваются. Марат ловит, помогает сесть на кровать и забирает у меня сына.

– Не мог не прийти. Выдохнула? – киваю, пугаясь его холодного, такого непривычного тона. – Вас сейчас заберут. Выведут по пожарной лестнице к служебному входу…

Дверь открывается, прерывая его. В палату входит мужчина, такой же высокий как Марат. В кожаной куртке, грубых ботинках. В руке шлем, а лицо закрыто косынкой так, что видно только глаза. Мар кивает ему и снова смотрит на меня, поглаживая по спине малыша, устроившего голову на плече отца.

– Это Феникс. Он заберет к себе на байк Дениса. Ты поедешь на другом. Вас разведут в городе по разным улицам. Встретитесь уже на трассе. Не делай глупостей. Я доверяю этим людям. Я готов доверить «птицу» своего сына. Тебе опять придется доверять мне. Поняла? – жестко. В его тоне так отчетливо слышится болезненная обида в мой адрес.

– Я все сделаю. Обещаю.

– Надеюсь. Не надо больше меня спасать, чтобы не случилось. Мы все продумали. Я приеду к вам через несколько дней.

Передает Дениса на руки Фениксу. Целует малыша в лоб, ударяет парня кулаком в плечо, собирается уйти. Оглядывается. Вздыхает и в пару шагов оказывается рядом. Касается пальцами подбородка, губ, грустно улыбается, одним ловким движением вытаскивает мой телефон из заднего кармана штанов, бросает его на кровать и все же уходит.

Когда мы с Фениксом и Денисом оказываемся в коридоре, Марата уже нигде нет. Я послушно иду рядом с его другом, стараясь не оглядываться и давить панику, как только она начинает набирать обороты.

Немного запутанные коридоры здания старой постройки выводят нас на улицу с противоположной стороны от главной дороги. Я все равно слышу рев моторов и кажется, даже выстрелы. Но я надеюсь, что последнее мне только кажется. Феникс совершенно спокойно усаживает Дениса на байк, крепит его к себе ремнями по принципу автомобильного детского кресла. Проверяет, чтобы ничего никуда не давило и малышу было удобно сидеть. Он не капризничает. Видит, что я внешне спокойна и с любопытством тянет ручку к передней панели с приборами.

Улыбнувшись сыну, сажусь на второй мотоцикл. У парня, что повезёт меня, тоже закрыто лицо. Прямо поверх яркой банданы надет шлем. Второй он отдает мне, и я прямо на трогающемся мотоцикле, стараюсь его хотя бы не уронить. Закончив, хватаюсь за парня обеими руками.

Байк сворачивает в узкую улицу, где и пройти-то казалось сложно, но мотоцикл умудряется протиснуться.

Останавливаемся у выезда с другой стороны. Мимо нас пролетает сначала два мотоцикла, так похожие на наши. На втором пара – мужчина и девушка моей комплекции. За ними двигается машина с охраной отца.

Выжидаем пару минут. Выворачиваем на дорогу. Проезжаем до первого перекрестка и опять скрываемся во дворах.

Мотоцикл петляет неизвестными мне улочками вплоть до самого выезда из города.

Выскакиваем на трассу прямо перед постом ГИБДД, но нас не останавливают.

Я все время всматриваюсь вперед. Успокаиваюсь, когда вижу крылья феникса на кожаной куртке. Он едет немного медленнее нас. Ровняемся с ним. Смотрю на Дениса. Мой малыш улыбается.

Точно папин сын. Похоже, на восемнадцатилетие мы подарим ему мотоцикл.

Пролетев довольно приличный кусок трассы, сворачиваем к виднеющемуся с дороги поселку. Проезжаем три улицы, застроенные совершенно разными домиками. Останавливаемся возле двухэтажного с террасой и балконом на втором этаже.

Феникс снимает Дениса с мотоцикла, передает мне, снимает шлем и бандану с лица.

– Здесь вам ничего не угрожает. Мы будем дежурить по двое, пока не вернется Марат.

– Спасибо.

Он лишь кивает и взмахом руки приглашает нас пройти в дом.