Читать книгу "Правдивая история Золушки"

Глава 22

В покоях Дэррека я просидела в одиночестве до самого вечера. Один раз за все это время прямо посреди комнаты открывался портал, но из него ко мне так никто и не вышел. Чужие руки спешно поставили на столик у дивана поднос с едой, а после портал мгновенно схлопнулся, оставив меня в полнейшем недоумении.

Но долго рассматривать поднос я не стала – и так было ясно, для кого это. Под обеими тарелками, к своему удивлению, я обнаружила записки. И вот хоть стой, хоть падай – честное слово.

«Буду поздно. Из комнаты не выходи. Д.»

«Увидимся завтра. Ни о чем не переживай. А.»

Хотелось побиться головой о стену или на крайний случай сбежать через окно, но ничего из этого я себе позволить не могла. Так и слонялась по комнатам после обеда, изучая детали интерьера и личные вещи Дэррека. Он же сказал чувствовать себя как дома, а дома я привыкла свободно брать все, что лежит.

К моему удивлению, интерьер его комнат был максимально скромным. Из личных вещей я нашла коробочку с трубкой и табаком, но было видно, что к ней он никогда не притрагивался. Скорее всего, подарили, а Дэррек не смог отказаться.

В небольшом кабинете я нашла шахматы. Партия была не доиграна, как если бы соперников прервали. Трогать не стала, но почти сразу же просчитала, кто из игроков победил бы. Там, если честно, даже вариантов не оставалось.

К документам в его кабинете я не прикасалась. Считала, что это уже будет чересчур, а потому даже не засовывала в них свой любознательный нос. Лишь рассмотрела статуэтки на полках, прочитала названия книг да прикоснулась к мечам, что висели на стене. Нет, не снимала с подставки, но погладила рукояти, не устояв перед их смертельной красотой.

Мне нравился запах Дэррека, как бы глупо это ни звучало. Все комнаты были пропитаны насквозь ароматом его парфюма. Воровато открыв шкаф, я погладила его рубашки и камзолы и, не удержавшись, обняла их, как если бы он сейчас стоял рядом, окружая, задурманивая голову своим присутствием.

Не знаю, во сколько уснула, но ужина точно не дождалась. Постель расстилать не стала, потому что элементарно не собиралась здесь раздеваться, а потому легла прямо поверх покрывала, крепко обняв подушки. Беспокоилась о мужчинах и долгое время просто лежала с закрытыми глазами, молясь Вершителю, чтобы с ними все было хорошо. Неизвестность съедала сильнее, чем любые другие переживания.

– Авелина… – тихий шепот, а чужие губы едва-едва прикоснулись к моим. Я сплю?

Ощущала теплое дыхание, чувствовала улыбку и неосознанно терлась щекой о холодные пальцы, будто намеревалась их обогреть. Приоткрыв веки, встретилась взглядом с Дэрреком. Нет, это не может происходить на самом деле. Он лежал на постели рядом со мной, так же как и я, поверх покрывала, но, в отличие от него, я была накрыта мягким пледом. Мужчина так и не разделся – лишь верхние пуговки рубашки были расстегнуты.

– Не хотел тебя разбудить, – отчего-то прошептал он, словно боялся спугнуть кого-то.

– Ничего страшного. Мне все равно нужно возвращаться в выделенные мне комнаты, – ответила я тихо, намереваясь сесть на постели, но Дэррек мягко тронул мою ладонь и вдруг переплел наши пальцы, внимательно наблюдая за моей реакцией.

А ее не было… Разве что внутри бушевало пламя. Я никак не могла понять, что происходит и что вызвало такое поведение со стороны главы императорской службы безопасности. Я знала, точно знала, что не смогу выдернуть свою руку. Что уж там, мне не хватало сил даже на то, чтобы пошевелиться!

– Я хочу попросить тебя… – произнес он с какой-то странной решимостью во взгляде.

– Сделаю все, что могу, – с готовностью отозвалась я, заливаясь краской.

Слишком уж запоздало до меня дошло, как двусмысленно прозвучал мой ответ. Но эта ночь, будто бы пропитанная магией, толкала на безумства. И я правда была способна сделать все, о чем он меня мог попросить в эту секунду.

Что со мной?

Я сошла с ума?

Я сплю?

Мужчина молчал. Смотрел на меня так пронзительно, так волнительно, а я отвечала ему плохо скрываемой растерянностью.

– Останься со мной. Пожалуйста, – легонько сжал он мои пальцы, чтобы поспешно добавить: – Просто позволь находиться рядом. Ничего такого, клянусь.

– Ты устал. – Я потянулась к его щеке, замерев лишь на мгновение, боясь коснуться ее пальцами, подмечая залегшие тени под глазами.

Прикрыв веки, он удержал мою руку, прижимая ее к своей щеке. Повернувшись, прикоснулся к ладони губами, оставляя долгий нежный поцелуй. Это было так странно – зависеть от его взгляда, смотреть без возможности смущенно отвернуться, потому что я хотела видеть, жадно ловила каждое его действие, каждое прикосновение.

– Именно поэтому и прошу остаться. Твое присутствие всегда придает мне сил, – хитро улыбнулся он, а веки его уже закрывались, хоть Дэррек и старался бороться со сном.

– Ты – подхалим. – Нашла в себе силы для легкого смешка, но он меня уже не слышал.

Лишь крепче прижал мою ладонь, а я вынужденно вновь легла рядом. Легла рядом, но проснулась уже в своей комнате. В окружении нежно-розовых ароусов, которыми буквально была завалена кровать, в центре которой я спала.

Странная ночь. И лишь Вершителю известно, что произошло по-настоящему, а что стало плодом моей взбудораженной фантазии. Хотелось верить, что реальностью было все. Настолько хотелось, что я то и дело возвращалась в мыслях к тому, что произошло.

И, быть может, из-за этого, несмотря на все происшествия, настроение было замечательным. Даже леди Рендал, которая встретила меня в столовой с кислой миной, не смогла его испортить. Да-да, я все еще здесь!

– Итак, сегодня начинается второй этап нашего отбора, – прокряхтела она, закашлявшись от табачного дыма, который исходил из ее же трубки. Видимо, принесенной сюда для солидности. – Каждая из вас в эти два дня будет удостоена личной встречи с Его Императорским Величеством. Так как свободного времени у нашего императора мало, свидания будут распределены в течение дня. Леди Клоуз, готовьтесь, вы первая.

Линнет действительно сидела в это утро в столовой вместе со всеми. Она выглядела так, будто вчера с ней абсолютно ничего не произошло. Правда, ее прежняя говорливость куда-то резко улетучилась. Более того, впервые я не получила от нее в свою сторону порцию высокомерия. Наоборот, удостоилась легкой улыбки. Все-таки лекари творят с людьми чудеса.

– Леди Синдерел, – выплюнула распорядитель, окидывая меня неприязненным взглядом и вырывая тем самым из легкой задумчивости. – Ваше свидание назначено на полночь.

И столько в ее взоре было двусмысленности, а на губах играла настолько злорадная ухмылка, что я взяла и улыбнулась – широко и открыто:

– Полночь – мое любимое время, – с достоинством ответила я.

* * *

Ни Дэррек, ни Аарен в этот день рядом со мной не появлялись. Больше не оставляли записки, не выходили из порталов, не давали новых заданий. Сидеть весь день без дела я не привыкла, а потому ощущала себя странно. Леди Клоуз уже давно вернулась со свидания, но по ее лицу было не ясно, как оно прошло. В гостиной с остальными невестами она не сидела, а потому расспросить о встрече ее тоже никто не мог.

Еще четыре девушки из оставшихся двенадцати в отборе готовились к своим свиданиям и из своих комнат тоже не выходили. Не представляла, что они там делали. Как вообще можно подготовиться к свиданию? Сделать прическу, нарядиться – полчаса, ну час от силы, но не весь же день на это тратить?

Остальные же сидели в гостиной и неспешно беседовали на отвлеченные темы. Я тоже разместилась здесь, на всякий случай продолжая за ними слежку. Вариант с тем, что одна из невест убивает потенциальных конкуренток, я уже отмела окончательно, однако передавать о них информацию Аарену мне никто не запрещал. Вдруг она ему пригодится, когда мужчина будет решать, кого оставить? В конце концов, одна из них действительно в скором времени станет императрицей.

О своем свидании я не беспокоилась. Не понимала знаки внимания императора, не желала признавать их за флирт, но все равно считала, что его выбор никогда не остановится на мне. Он ведь знает, кто я. Знает, что я никакая не леди и точно не смогу стать достойной его императрицей, а значит, беспокоиться мне просто не о чем. Я видела в нем если не друга, то хорошего знакомого уж точно. По крайней мере, не тешила себя никому не нужными иллюзиями. Навряд ли мы с ним встретимся еще хоть раз, когда это безумие наконец завершится.

Навряд ли я хоть с кем-то из них еще встречусь.

Ужинала я в покоях леди Белоу. Девушка уже окончательно пришла в себя, хоть и выглядела несколько бледной. Вместо того чтобы сидеть со мной за столом, она со всей тщательностью готовилась к завтрашнему свиданию с Аареном. То и дело притаскивала платья из спальни в гостиную, чтобы показать их мне и выслушать очередное: «Очень красиво».

– Авелина, ты на все так отвечаешь! – возмутилась она, скидывая на диван, наверное, двадцатое по счету платье.

– Но они действительно все очень красивые, – усмехнулась я, откладывая столовые приборы.

– А сама ты в чем пойдешь? Уже решила? У тебя всего четыре часа осталось! – села Стефания в кресло напротив меня, чтобы почти залпом осушить чашку с остывшим чаем.

– Целых четыре часа, – поправила я ее. – Я за это время даже подремать успею.

– У меня складывается такое ощущение, что ты совсем не заинтересована в отборе, – осторожно предположила она, но взгляд выдавал ее с головой. Она ждала мой ответ, а я не знала, могу ли ей доверять. Могу ли рассказать хотя бы часть правды?

– Все сложно, – протянула я, запивая неуверенность глотком чая. – Для меня это несколько странно, когда тебя выбирают, словно товар на ярмарке. Одна из невест станет императрицей, но кроме этого она будет еще и женой.

– Разве тебе не нравится император? – нахмурилась девушка, явно меня не понимая.

– Нравится, но этого мало. Прежде чем пойти на такой серьезный шаг, нужно узнать человека. Нужно принять не только его внешнюю оболочку, но и то, что у него внутри. Я же пока не могу сказать, что знаю нашего императора настолько хорошо.

– А мне показалось, что вы общаетесь очень тепло. Как друзья, – притянула она к себе одно из платьев, расправляя его складки.

– Вот именно. Как друзья. Для брака же нужно гораздо больше.

– Знаешь, я сейчас скажу странную вещь, но ты рассуждаешь так, будто у тебя есть выбор. Наверное, именно этим ты так сильно и отличаешься от всех невест. У нас нет, никогда не было и не будет выбора, Авелина. За нас нашу судьбу решают родители, а потом и мужья. Что ты вообще тогда делаешь на отборе?

– Если бы я сама знала… – тихо ответила я, вспоминая взгляд темных, как сама бездна, глаз.

– А знаешь, сегодня я хочу побыть твоей крестной феей. У меня есть такие туфли…

Стражники явились за мной за десять минут до полуночи. Осторожно спускалась по лестнице вслед за ними, просто не представляя, как девушки могут над собой так издеваться. Это не крестная фея, это ведьма-мучительница какая-то! Стефания почти три часа колдовала надо мной. Ее не брали ни мои печальные вздохи, ни мои стоны, ни даже угрозы, что я вот возьму и женю благодаря ее стараниям на себе императора. Нееет, эту девушку ничто не могло остановить, а потому я сейчас осторожно спускалась по ступенькам в хрустальных туфельках, а платье цвета морской волны, полученное от нее в подарок, блестело тысячами кристаллов.

Более того, кристаллами была украшена и моя прическа – часть крупных локонов была скромно забрана в хвост, а потому волосы спадали на плечи словно каскадом. Да сокровищница императора наверняка меньше сверкала, чем я в этот вечер.

Он ждал меня. Аарен стоял внизу в холле у подножия лестницы. В его взгляде я запросто могла прочесть восхищение, увидеть удовлетворение, но вот дальше… Казалось, что эмоций слишком много, чтобы отыскать их все. Некоторые из них я видеть просто не желала.

– Твою ж медузу! – воскликнула я, все-таки навернувшись со ступенек.

Хорошо, что их оставалось только пять или шесть. Аарен запросто подхватил меня, а я залилась краской стыда, потому что на одной из ступенек так и осталась одиноко стоять хрустальная туфелька. Убедившись, что я стою и падать больше не собираюсь, император улыбнулся и присел передо мной, легко подхватывая мою потеряшку.

– Леди Синдерел, а знаете ли вы, что я, словно мальчишка, без памяти влюбился в одну прекрасную девушку? – произнес он, поднимая на меня хитрый взгляд.

Я в этот момент несколько растерялась, не ожидая услышать от него такой вопрос вместо приветствия, а потому совершенно искренне буркнула:

– Очень рада за вас.

– Не торопитесь, – попенял он мне. – Дело в том, что моя незнакомка пропала, но оставила после себя эту хрустальную туфельку. Теперь я скитаюсь по свету день и ночь, разыскивая ее. Вы позволите примерить? Вдруг вы и есть та незнакомка, покорившая мое сердце?

В этот момент мне почему-то очень захотелось свалиться в обморок. По крайней мере, тогда мне не пришлось бы отвечать.

– Конечно, Ваше Величество, – кивнула я, совсем чуть-чуть приподнимая подол платья, чтобы ему было удобнее. – Однако я вынуждена вас расстроить.

Аарен спокойно помог мне вернуть на место туфельку. Выпрямившись, он светился как начищенный сервиз, еще не понимая, что ему уготована пакость.

– Чем же вы хотите меня расстроить? Туфелька подошла идеально. Теперь я точно знаю, что это вы, – приподнял он мою руку до уровня своих губ, чтобы коснуться пальцев легким поцелуем.

Максимально приблизившись к нему, я совсем тихо – так, чтобы не слышали навострившие уши стражники, – прошептала:

– Это не мои туфли. Мне дала их на время леди Белоу.

Лицо Аарена вмиг изменилось. Он смотрел на меня неверяще, а потом и вовсе расхохотался – так заразительно, так весело, что я тоже не удержалась от улыбки.

– А ведь такой замечательный план был, – притворно расстроился он, уводя меня к двустворчатым дверям, ведущим на выход из дворца.

– Что поделать? – пожала я плечами, однако руку мою император из плена своих пальцев так и не выпустил.

– Решено! – вдруг совершенно серьезно произнес Аарен. – Завтра же закажу для вас новые туфли и прикажу, чтобы вы носили только их. Думаю, сотни будет достаточно.

– Думаю, вы сошли с ума, – рассмеялась я, вдыхая запах настоящего лета.

В императорском саду пахло цветами, теплым вечером и прохладным ветерком. Камнем, который за день нагрелся на солнце, и соленой водой, что игриво журчала в фонтане. А еще… Как-то по-особенному пахло свободой, потому что я знала, что у меня действительно есть выбор. Знала, что только я могу распоряжаться своей жизнью, и это не могло не радовать.

– Полностью согласен с тобой, Авелина. Вылечишь меня? – вопросил он, аккуратно приподнимая меня и усаживая на высокий бортик фонтана.

Теперь мы были почти одного роста, а под светом фонаря я отлично могла разглядеть его лицо. Улыбка едва касалась его губ. Мужчина молчал, ожидая от меня ответа, но что я могла? Снова отшутиться или сказать ему правду?

– Мне кажется, я не могу вас вылечить, Ваше Величество…

– Пожалуйста, Авелина, не называй меня так! – поморщился он, а в голосе явно слышалась досада. – Мы одни. Стражники окружают парк по периметру, но здесь мы одни. Нас никто не слышит. А ты… Ты не хочешь слышать меня, – горько усмехнулся он, накрывая мою руку, лежащую на бортике, своей. – Ты ведь не боишься.

– Не боюсь, – подтвердила я, стараясь смотреть ему в глаза, чтобы у него даже мысли не возникло о том, что шанс все еще есть. – Это сложно объяснить.

– У нас есть целая ночь, – отозвался он, слегка пошевелив пальцами свободной руки.

Цветок, что до этого мирно плавал в фонтане, взметнулся в воздух и слеветировал на бортик рядом со мной. Погладив пальцами нежные лепестки, я внутренне собралась, потому что разговор предстоял не из легких. Не хотелось говорить банальные вещи, что-то вроде: мы не знаем друг друга или я не готова стать императрицей. Прекрасно понимала, что на них Аарен найдет тысячи ответов и мне придется с ним согласиться, потому что он будет прав. Поэтому нужно сказать то, что не оставит в нем сомнений.

– Мое сердце уже занято, – призналась я, но не ему, а самой себе.

Слишком хорошо осознавала, что Дэррек уже плотно забрался в мою душу. Я закрывала веки и видела его темный взгляд. Смотрела на него и в каждом слове ощущала понимающую улыбку. Наслаждалась его запахом, тайком жадно вдыхая, когда он находился рядом. И я искала его. Неосознанно, но искала его глазами, когда выходила из комнаты, шла по дворцу, посещала столовую. Он занял все мои мысли и даже сны, несмотря на то, что скрывал от меня очень многое, – я это чувствовала, однако сердцу уже приказать не могла.

Нет, еще не любовь. Влюбленность охватила меня, но мне безумно хотелось, чтобы она обернулась чем-то большим. Хотелось, но тем не менее я не забывала, что я всего лишь «поломойка». Не ровня никому из них, а значит, просто не могу позволить себе рассчитывать на ответные чувства. Как бы они себя ни вели, какие бы знаки внимания ни оказывали, я слишком хорошо понимала, что для них это веселая игра. Вот только если в партии с Дэрреком я готова рискнуть своими собственными чувствами, чтобы хотя бы ненадолго поиграть в сказку, то с императором следовало расставить все по полочкам с самого начала.

Император… Имперский герцог… Несколько дней назад я даже подумать о них не могла. Смешно, да и только.

– Авелина, я не отступлюсь. – слишком серьезный взгляд, слишком пугающая решимость.

– Прекратите, Аарен, право слово, – тяжело вздохнула я, легко спрыгивая с бортика. – Что там по нашему делу? Преступника на крыше не удалось поймать?

– Не удалось. Убегая от стражника, он свалился вниз и сломал себе шею.

– Нам везет как утопленникам, – подытожила я, всматриваясь в темноту.

Чужой камзол неожиданно лег мне на плечи, как и ладони императора. Он так и стоял позади меня, а я ощущала его тепло, аромат его парфюма, но это было совсем другое. Несомненно, приятное, но другое. Ох, Вершитель, что же ты со мной делаешь?

– Давай не будем о расследовании хотя бы сегодня? Прошу. В конце концов, у нас ведь свидание, – сделал он осторожный шаг, сокращая между нами и без того мизерное расстояние.

Теперь я спиной ощущала его вздымающуюся грудь, чувствовала дыхание на своей шее. От него по коже пробегали мурашки, а я мысленно гонялась за ними, угрожая шваброй. Потому что не нужно. Это не нужно ни мне, ни Аарену.

Императоры не женятся на “поломойках” и не превращают контрабандисток в императриц. Магия крестной феи распространяется только на подобные вечера, которые уж точно ничего не значат. А потому я не могу себе позволить расклеиться.

– И что же вы приготовили?

– Чуть дальше в беседке для нас накрыли настоящий пир. Там даже музыкант где-то прячется, – ответил император с улыбкой.

– Предлагаете есть, пить и танцевать? Если вы голодны…

– Очень, – прошептал он, касаясь губами моей шеи.

Вздрогнув, я, сама от себя не ожидая, молниеносно вырвалась из его рук. Обернувшись, нервно улыбнулась и громко воскликнула:

– Кто последний до качелей, тот и качает!

Убегала. Я действительно сбегала, пока Аарен спокойно шел до качелей. Да он и пешком меня быстро догнал. В хрустальных туфельках особо по гравию не побегаешь. Я только и успела, что сесть, поправляя юбки платья, когда он настиг меня. Взявшись одной рукой за подвес, а другой зафиксировав мой затылок, мужчина без предупреждения смял мои губы в жестоком, жестком и до одури решительном поцелуе. Задыхалась под его напором, пыталась оттолкнуть, но не могла препятствовать – силы были далеко не равны.

– А теперь скажи мне, что ничего не чувствуешь, – взглянул он на меня, тяжело дыша.

– Простите, но мне нужно идти, – выдала я, с трудом удерживая слезы.

Ненавижу, когда меня вынуждают быть слабой девушкой в руках сильного мужчины.

Даже не помнила, как добралась до крыла невест, больше всего на свете желая побыть в одиночестве и расплакаться. Да только в покоях меня ждал глава императорской службы безопасности.

Глава 23

– Где ты была? – произнес он сухо и безэмоционально.

Взгляд его буквально приковывал к полу, не давая мне пройти дальше гостиной. Желание плакать тут же исчезло, растворилось, а на смену ему пришла злость. Такая злость, которую я не могла в себе удержать.

– Там, где и должна была. Вам ли не знать? – огрызнулась я, все-таки вынуждая себя направиться в спальню. – Позвольте мне привести себя в порядок.

Туфли и украшения снимала, срывала прямо по дороге, нисколько не заботясь об их сохранности. Попав в спальню, в ярости распутывала завязки платья на спине. Ткань свалилась к ногам, но перешагнуть через нее я не успела. Дэррек схватил меня за руку, заставляя обернуться.

– И как прошло? – поинтересовался он, не скрывая ярости.

– Замечательно! – воскликнула я. – Могу даже отчет написать, если нужно! В трех экземплярах!

– Мне достаточно будет и устного, – потребовал мужчина, угрожающе сверкнув темным взглядом.

– А ковер-самолет вам не достать? – вернула я ему его же фразу. – Вы, наверное, забыли, но это именно вы засунули меня на этот чертов отбор!

– И уже тысячу раз пожалел, – выплюнул он, рывком притягивая меня к себе.

Чужие губы впились в мои, выплескивая ярость, негодование и… Обеспокоенность? Ревность? Не могла разобрать. Была не способна что-либо анализировать. Тонула в его эмоциях, но так сильно желала этого. С тем же гневом отвечала на поцелуй – пусть неумело, неловко, но вкладывая всю страсть, все чувства, которые испытывала. Весь день ждала его, а теперь ощущала ни с чем не сравнимое облегчение. Потому что в его руках, в его объятиях мне было спокойно.

– Прости, – шепнул он, мягко улыбаясь одним уголком губ.

Взглянув на него, я смущенно спряталась на его груди, вдыхая такой родной, такой головокружительный аромат. Слушала успокаивающийся стук его сердца и медленно приходила в себя. То, чего мне не хватало весь этот долгий день.

– И ты прости, – ответила я, не желая отстраняться.

Так и стояли посреди спальни. Я – в сорочке, он – одетый и запакованный в плащ по самую шею.

– Тебе нужно куда-то уходить? – осторожно спросила я, даже не думая выбираться из его объятий. Его ладони на моей спине – самое желанное, самое лучшее, что вообще можно было придумать.

– Наоборот. Я только вернулся. Был несколько опечален тем, что не застал тебя в комнатах. Хотел поделиться важной информацией, но…

– Что? Что тебе удалось узнать? – мигом отстранилась я, жадно заглядывая ему в глаза.

Дэррек рассмеялся. Легко тронул костяшками пальцев мою щеку, снял с волос один из кристаллов и отбросил его в сторону, словно мусор.

– Я знал, что ты так отреагируешь, – улыбнулся он, а взгляд его прошелся по моей сорочке. Сделалось жарко, но любопытство было сильнее. – Тебе нужно одеться.

– Сейчас, – кивнула я и в секунду набросила себе на плечи халат. – Я готова, что там?

– Мои люди установили личности всех живых потомков ордена «Свободной Розы», – присел мужчина в кресло, снимая с себя плащ. – В основном это никому не известные мелкие ремесленники или торговцы. Реже аристократы.

– И что нам это дает? – вопросила я, только мысленно строя предположения. Губы все еще горели, но я старалась усмирить бушующие внутри эмоции и настроиться на деловой лад.

– Авелина, почему ты оказалась во дворце? – вдруг спросил он, сменив тему.

– Я ведь уже рассказывала, – удивленно ответила я, присев на постель. – Хотела добраться до императора, чтобы получить разрешение. Думала, что охмурю его по-быстрому или, наоборот, покажу себя в деле, привлеку его внимание – как легче получится.

Дэррек не сумел скрыть мягкую насмешливую полуулыбку. Кивнув каким-то своим мыслям, он задал свой следующий вопрос:

– Тебе никто не предлагал проникнуть во дворец?

– Ваша Светлость, к чему такие вопросы? – не на шутку оскорбилась я.

Мелькнула мысль, насколько вообще уместно обращаться к нему как к “Светлости”, но я ее отогнала. Анализировать то, что происходило в личной жизни, не хотелось совершенно. Лишь воспринимать так, как оно шло. Едва ли не впервые в жизни я предпочла довериться сердцу, когда глас рассудка буквально вопил, что все это может плохо кончиться.

– К тому, что мы уже обнаружили во дворце пятерых потомков этого треклятого сборища. Одна из невест, аристократ, что давно живет при дворе, и двое слуг уже задержаны и ждут разбирательств в казематах…

– Но ты сказал пятерых, – насторожилась я, почувствовав себя неуютно под его взглядом.

– Ты пятая, Авелина, – ответил он, прожигая меня темным взором, чтобы добавить после паузы: – Но я верю тебе. Не имею на это право, но верю, даже если жестоко ошибаюсь. Не могу не верить и прошу покинуть дворец прямо сейчас.

– Да счаз! – вырвалось у меня непроизвольно, а я вскочила на ноги, от злости сжимая кулаки. В тот момент мне было все равно, что во мне, оказывается, течет кровь аристократов. По-настоящему испугалась я после фразы про уход. – После всего, что произошло, ты так просто хочешь от меня избавиться? Я ведь могу быть полезна! Я помогаю! Скажи, что делать, и я все сделаю! Это же расследование всей моей жизни!

– Поцелуй меня, Авелина, – неожиданно произнес он, а я не видела и тени веселья на его лице. – Ты сказала, что сделаешь все. Поцелуй меня.

– Но это не относится к расследованию, – замялась я, ощущая, как стыд заливает щеки и шею под этим темным изучающим взором.

– Хорошо. Тогда я просто прошу тебя поцеловать меня, – согласился он после некоторого промедления. – А ты можешь взамен попросить меня о чем угодно.

Это был шах и мат.

Он знал, о чем я могу попросить. Знал, что первая моя мысль будет о разрешении, за которым я и проникла во дворец. Прекрасно знал. Но, если я поцелую его и попрошу то, чего желаю, у меня не останется причин и дальше пребывать во дворце. Почему-то подумалось, что Дэррек переживает за меня, а потому хочет, чтобы я оказалась как можно дальше от центра событий. Эта мысль заставила улыбнуться и решительно сократить между нами расстояние. Склонившись, я легко прикоснулась к его губам, тут же проваливаясь в бездну нежности, утопая в ласковых волнах любви.

– Ты можешь попросить все, что угодно, – прошептал он, схватив меня за руку, не давая отстраниться, отойти.

– Даже замок? – спросила я хитро, стараясь за весельем спрятать собственный стыд.

– Даже замок.

– И драгоценности? – тянула я медузу за щупальце.

– И драгоценности, – кивнул он, прищурившись.

– И разрешение на открытие бюро, торговлю и перевозки? – закинула последнюю удочку.

– Да, – ответил он твердо.

– Тогда… Тогда я хочу, чтобы ты остался сегодня здесь. Просто рядом, – спешно проговорила я, пока не растеряла всю решимость. – Ничего такого, клянусь.

– Жаль только, что я не могу поклясться в том же, – притянул он меня к себе, а его губы уже заклеймили мою шею поцелуем.

И я в этот момент нисколько не сожалела о своем решении. В конце концов, самолично обращусь в канцелярию и буду молиться Вершителю, что они дадут разрешение хотя бы в этом году.