Читать книгу "Наваждение снежного рыцаря"

Глава 22

То и дело выплывая на поверхность сознания, я никак не могла прийти в себя и проснуться. Горло саднило, голова болела, веки были тяжёлыми – могла лишь приоткрывать глаза и бессильно смотреть на кровать, в которой лежала. Чья-то тёплая рука сжимала мою ладонь, а иногда я чувствовала, как кто-то гладит моё лицо чем-то мокрым.

У меня был жар, озноб и ломота во всём теле. Иногда мне мерещился голос, знакомый. Рильза? Что бы ей здесь делать?

– Иола… – услышала я в очередной раз Элиаса. Мне так хотелось ему ответить, так хотелось сказать, чтобы не переживал, но я не могла! Острая боль в горле колючим шаром прокатилась до самой груди, аж слёзы вышибло из глаз. Я стиснула его пальцы и снова обессилено провалилась в спасительное забытье.

День сменялся ночью, а ночь перерастала в новое утро. Меня то и дело будили, чтобы заставить выпить какую-то гадость и съесть хоть ложку бульона. Иногда я чувствовала, что мне растирают жиром ноги, шею и руки.

Любимый мой муж был всегда рядом, как когда-то была со мной добрая и чуткая Фири. Фири?.. Я припомнила страшные события кошмарного вечера и через силу открыла глаза.

– Иола?

Осунувшееся лицо мужа ужаснуло. Но ещё больше меня испугал свой собственный вид. Моя тощая рука еле двигалась из-за слабости во всём теле, но я пересилила себя и провела пальцами по его ладони.

– Иола! – Обезумев от счастья, Эл тотчас бросился меня обнимать. Горло его исторгло тяжкое рыдание. – Мне сказали, что ты не очнёшься, что шанс выжить слишком мал!

– М-м-м, – только и смогла тихонько ответить ему. Прохрипела. Голос меня не слушался.

– Мы справимся, – зашептал он сбивчиво, – мы… обязательно справимся… и ты поправишься! Только не спи, прошу, позволь тебя покормить…

Молча кивнула, чувствуя боль, прозвучавшую в его голосе.

– Очнулась?

Рильза вошла в комнату с подносом в руках. А я только сейчас заметила по бокам от кровати чёрные ритуальные свечи для отпевания. Неужели…

Заметив, куда устремлён мой взгляд, Рильза забористо ругнулась и поставила поднос на стол у стены, а затем совсем уж по-молодецки подбежала к кровати и потушила свечи одну за другой.

– Ох уж этот шарлатан, руками развёл да послал за священником, – вздохнула соседка, а я открыла рот, чтобы ещё раз попытаться сказать хоть слово.

– Фи… ри… – проронила я.

Эл немного отстранился и посмотрел на меня серьёзным взглядом.

– Она, как и ты, тяжело больна. Её пищевод сильно обожгло, будто она проглотила раскалённые угли.

– Но сейчас часть болячек уже затянулась, – порадовала Рильза, укоризненно глядя на сына лорда. – Не пугай её зазря. Пусть выздоравливает.

Эл кивнул и снова взял мою руку в свои ладони. Поднёс к губам и с упоением поцеловал, словно был бесконечно этому рад.

– А сейчас посторонись-ка. Ей надо поесть, – командовала соседка. – Ну-ка, дорогуша. Давай хоть несколько ложек сделаем.

Кивнула один раз, второй и даже улыбнулась, прежде чем приступ тошноты подкатил к самому горлу. Не имея иного выхода, я так и выплюнула кислое содержимое желудка прямо на одеяло.

– Так, ну-ка, – нахмурилась Рильза. – Выйди, я её переодену, а заодно осмотрю.

Глядя на меня с тревогой, Элиас спорить не стал, нехотя проследовал в коридор, откуда и предупредил:

– Зовите, если что. Я буду рядом.

– Иди уже и сам что-нибудь поешь.

– Нет, я не голоден.

Дверь за ним закрылась, а соседка посмотрела на меня очень уж внимательным взглядом.

– Я тут заметила, дорогая, что у тебя давненько не было тех самых дней. Три с половиной недели валяешься в постели, пора бы уже и случиться тому, как думаешь?

Пока всё это говорила, она сноровисто двигалась по комнате. Достала из шкафа новое постельное бельё, а заодно и рубашку.

Несколько минут спустя, переодетая, я устало опустилась на подушку, стараясь унять лёгкое головокружение. А Рильза принялась ощупывать меня тёплыми руками.

– Ну-ка дай гляну, и если это то, о чём я думаю… – Но она не договорила. Осторожно откинула одеяло и аккуратно пощупала мой живот.

– О…

В ответ на мой вопросительный взгляд женщина честно призналась:

– Никаких сомнений, Иола. Ты носишь плод под сердцем, но я не знаю, к худу ли это или к добру, сама понимаешь…

Плод?

Я туго соображала. Её слова эхом пронеслись у меня в голове.

– Так, раньше времени не тревожимся, и теперь, значит, кушаем как за троих. Больно ли, плохо ли, ешь. Ты меня поняла?

Очередной кивок, и эта добрая женщина сочувственно мне улыбнулась. Глаза её слезились.

Качнула головой, мол, не надо переживать. Рильза громко втянула воздух и отправилась за моим подносом.

– Надо бы и домочадцев сюда перевести, чтобы было кому заменять Элиаса, а то бедный совсем, не спит, бдит у твоей кровати. Как бы и он не слёг с хворью какой. – Заметив тревогу на моём лице, она умолкла и поспешила приободрить: – Ну, он у нас крепкий, не зря же снежный рыцарь, а?

Стук в дверь отвлёк всё внимание на себя.

– О, лёгок на помине. Иди сюда, папочка, будем вместе Иолу кормить.

– Папочка? – изумлённо вымолвил Эл.

– Ну да, папочка, – подтвердила опытная повитуха. – Иола носит плод под сердцем. Это просто чудо какое-то, не иначе.

Словно в подтверждение услышанного я почувствовала странную пульсацию внизу живота. Вот уж действительно чудо… не иначе.

Элиас застыл на месте как вкопанный, не зная, что сказать. Наверняка он хотел порадоваться, но мой внешний вид оставлял желать лучшего. Поэтому пересилила себя и улыбнулась ему, протянула руку, подзывая к себе. Несколько мгновений, и мой любимый уже сидел рядом, целуя кончики моих пальцев один за другим.

– Что мне сделать? – спросил он у Рильзы, когда наконец опомнился.

– На-ка. – Она протянула ему тарелку с густым наваристым бульоном, больше похожим на какое-то пюре или кашу. – А я пока уберу тут всё. – Она кивнула в сторону грязного белья, что сейчас лежало на стуле.

Я послушно открыла рот и буквально заставила себя проглотить первую ложку, как оказалось, разваренной картошки, разбавленной мясным бульоном. Неожиданно проснувшийся аппетит заставил съесть всё до последней капли и даже попросить добавки.

– Е… щё, – прохрипела я, щурясь от боли. Сейчас она не вызывала слёз, хоть и была вполне ощутима. Радовало, что острый период, похоже, прошёл. Во всяком случае, я искренне на это надеялась. Эл, чувствуя моё настроение, улыбнулся пошире и застенчиво провёл рукой по моему животу.

– Ты её слышал? – пожурила его повитуха. – Ещё хочет. Вот иди и принеси добавки и мне захвати, да сам тоже поешь.

– Что бы я без вас делал, – выдохнул Эл без тени иронии. Помедлив немного, он провёл пальцами по моей щеке, погладил, и затем наконец поднялся на ноги.

– Иди давай, а то опять отец нагрянет.

Эл не стал перечить и поспешно скрылся за дверью.

– Слушай сюда. – Мудрая женщина подошла и села на край кровати. – Дела тут тёмные творятся, уж я-то чую зло за версту. – Повитуха поднесла ладонь поближе и показала мне безобразный розовый ожог. – Вынула из гортани Фири чёрный пыльный комок. Видишь, что он сотворил?

Я кивнула. Так это мне не привиделось? Неужели… и правда магия? Но чья?

– А лорд Фробби даже после такого долго не поддавался уговорам, только бурчал что-то под нос про всякие глупости, а когда Элиас принёс сюда мамкины амулеты от сглаза, отец его наконец словно прозрел и первым делом приказал найти Айшесс. Да только сгинула она. Точнее, сбежала куда-то. В башне нашли лишь Ситэлию в испачканном кровью платье. Взгляд у неё был мутный, а сама будто в трансе, бредит и молчит. Ну, оно и понятно, палец начал гнить. Ноготь она себе сковырнула, словно ножиком каким. Грязь попала в рану, вот и горячка началась.

Рильза ненадолго умолкла и указала взглядом на изголовье кровати.

– Носи на себе всегда хоть один амулетик. Он зло прогонит и не подпустит к себе хворь. А это, – она вынула из кармана красную шерстяную ниточку, повязав её мне на запястье, – для здоровья сгодится. Ниточка не простая, заговорённая. Ну, – положила тёплую руку мне на грудь и со всей искренностью произнесла: – Роузмид с вами, дети, всё у вас будет хорошо.

Она старательно отряхнула руки, будто воду на пол.

Признательности моей не было предела, слёзы чуть не навернулись на глаза, но в этот раз совсем по другому поводу. От благодарности за помощь и спасение уже во второй раз.

– Не горюй почём зря, ещё успеется, – наставляла повитуха. – Лучше береги дитятко и Эла слушайся, он мужик добрый, незлобный, пылинки с тебя сдувать будет, а коли захочешь, и звёзды с неба достать сможет целой россыпью.

После своих слов Рильза расхохоталась, а я смогла лишь улыбнуться и пожелать поскорее выздороветь, чтобы увидеться с Фири и как следует отблагодарить своих спасителей. Да хотя бы чтобы чем-то помочь, а не бездельничать, лёжа в кровати.

Оглянуться не успела, а Элиас уже вернулся. Сдав наблюдательный пост, Рильза удалилась, оставив нас одних. Вторая чашка картофельного пюре на мясном бульоне показалась мне ещё вкуснее предыдущей. Быть может потому, что муж счастливо улыбался? Ни слова упрёка, ни намёка на вину за причинённые страдания. Разве такое бывает в жизни?

– Не мучайся сложными думами, мы всё решим со временем.

Я проглотила последнюю ложку и положила руку ему на колено. Погладила и посмотрела на него со всей признательностью, на которую была только способна. Но вдруг лицо его омрачилось, едва из коридора послышались громкие шаги.

– Слушай меня, Иола! Я понимаю, что жестоко с моей стороны просить тебя, но отец с тех пор, как очнулся от ведьминых чар, совсем помешался и требует, чтобы ты поклялась верности роду ун Сальфий, поклялась перед Роузмидом… Пожалуйста, просто не перечь, а я их мягко прогоню прочь.

– Не на… до… – только и успела прохрипеть я.

Страх отразился во взгляде супруга. Не знаю, о чём он подумал, но я точно не хочу создавать ему проблем и готова поклясться в верности роду ун Сальфий, лишь бы мы были рядом и никто более не мешал нашему счастью.

Как и предсказывал Элиас, лорд Фробби во главе целой свиты спешным шагом вошёл в спальню к сыну и первым делом брезгливо осмотрел царящую внутри обстановку. Кровавое пятно на полу уже отмыли, но тоненькая полоса очертания старой лужи невольно напоминала о произошедшем.

– Вижу, Иоланда очнулась? – спокойно произнёс лорд Первого Огня. – Что ж, Роузмид услышал наши мольбы.

Эл отставил пустую тарелку на тумбу и взял меня за руку. Погладил успокоения ради. Он был рядом и готов защищать меня любой ценой. Я чувствовала это отчётливо, что придавало жизненных сил бороться за наше счастье.

– Рильза сказала, что у тебя скоро будет внук. – Элиас перехватил инициативу в разговоре. – Иола ещё слаба, я бы попросил вас её не беспокоить, чтобы не навредить.

– Роузмид никому не навредит, – возразил мужчина в плаще. – Теперь мы будем молиться за здравие не только Иоланды, но и за вашего ребёнка.

Я признательно кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

– Клятва, – строго напомнил лорд. – Мне нужна клятва верности, сын. После всего, что здесь произошло, я не позволю злу гнездиться в моём замке!

– О чём ты только думал, когда селил здесь этих двоих?

– Явно не о том, о чём следовало, – ответил лорд со вздохом. Усталость и невысказанное горе отразились на его лице. – Я был околдован и не понимал этого. Однако в последнее время ведьма утратила надо мной контроль, и я смог время от времени приходить в сознание. Признаю, я сам виноват в произошедшем. Но я горевал об утрате любимой, и мне требовалось утешение. Когда же я свернул не туда?..

Увы, исповедь отца перед сыном эффекта не возымела, и Эл ничуть не смягчился, поэтому я поспешила прекратить назревающий конфликт и для начала протянула руку служителю в плаще.

– Кля… нусь, – проглотила болезненный ком в горле, – в вер… но…

– Иола, – прервал меня муж. – Не мучай себя. Ты должна выздороветь…

Я помотала головой. Кашлянула и уже более уверенно произнесла:

– …в вер… ности роду ун Саль… фий.

Сжала пальцы супруга.

Лорд улыбнулся одними глазами. Наши взгляды встретились, когда я посмотрела в его сторону.

– Что ж, не будем вам мешать.

Но служитель не согласился, приговаривая:

– Согласно обряду, она должна поцеловать книгу.

Очередной кивок с моей стороны, и мужчина с седой бородой в плаще подошёл к кровати, протянув потрёпанную книгу со сточенными временем округлыми уголками. Я закрыла глаза и воздала благодарность Роузмиду, брату Аффедии, из божественного пантеона. Теперь-то я вспомнила всё или почти всё. Ему молились о здравии и благополучии. А у Аффедии вымаливали хорошую погоду на море и благословение в путь-дорогу.

Как и положено, я приложилась губами к молитвеннику, не отпуская руки супруга. Учащённый пульс Эла чувствовался отчётливо. Открыла глаза и улыбнулась всем собравшимся.

Странно ли, но боль в горле отступила, и я наконец смогла сказать без запинки:

– Я не таю в себе зла. И люблю своего мужа всем сердцем.

Служитель Роузмида принял мои слова как должное и сделал шаг назад.

– Что ж, – снова повёл речь лорд, – на этом я предлагаю закрыть вопрос. А комнату надо бы очистить. Поэтому…

– Позже, – попросил Элиас. – Мы переедем в другую спальню позже, через несколько дней.

Лорд Фробби, ничего не сказав, вышел из комнаты, его свита последовала за ним. Оставалось лишь дождаться, когда последний из толпы рыцарей закроет за собой дверь, бряцая латной бронёй.

– Всё хорошо? – спросил меня муж.

Не тратя слов понапрасну, я подалась вперёд и упала в объятия любимого, стиснула его, что было сил, и наконец выдохнула от облегчения. Запоздалый страх быстро настиг и так же стремительно схлынул. Всё уже позади. Всё хорошо.

Одна лишь гадкая мысль пронеслась в голове – о брачном договоре. Я поспешила прогнать её подальше, чтобы не бередить душу новыми тревогами.

Вместо ответа угукнула и с удовольствием насладилась крепкими тёплыми объятиями мужа.

– Поспишь сегодня рядышком?

Эл поцеловал меня вначале в лоб, а после и в обе щеки.

– Я не оставлял тебя все три недели, если не считать небольшую вылазку в старый дом и прочие отлучки на кухню и по делам. Почему ты думаешь, что я оставлю тебя теперь, когда ты наконец очнулась после болезни?

– Не знаю, вдруг ты хочешь, – горло моё пересохло, и я кашлянула, – выспаться?

– Молчи и не напрягайся. Я буду рядом. Обещаю.

Всё. О большем и мечтать не смела. Зарылась лицом в ворот его рубашки и с удовольствием вдохнула мускусный аромат его тела. Да уж, в этот раз промолчала о желании помыться, иначе, чую, привяжут меня к кровати толстыми канатами.

Позже. Чуть позже я обязательно вернусь к этому вопросу, а пока буду радоваться каждому мгновению, проведённому вместе.

Глава 23

Чуть больше недели мне понадобилось, чтобы встать наконец на ноги и набраться сил. Немного мешала тошнота, но я всячески пересиливала себя и кушала за троих. Слуги теперь вели себя со мной обходительно и всё чаще улыбались, глядя на трогательную опеку, которой Эл меня окружил. Я уже было хотела потребовать от него, чтобы он наконец отправился на плац и продолжил тренировки, дабы, совсем как я, не заплыл жиром.

За какую-то неделю я прибавила в весе и немного переживала, что скоро мои формы перестанут быть настолько соблазнительными, как те, что нравились моему супругу. Глупости, конечно, но подобные мысли проскальзывали в уме против моей воли.

К сожалению, Фири было хуже моего, она по-прежнему лежала и не вставала. Без слёз не взглянешь. Меня не пускали к ней долгое время, пока я твёрдо не потребовала.

Ужас стянул сердце тугим узлом, едва я увидела воочию осунувшуюся морду самки ирбиса. Изо рта её по-прежнему сочилась кровь. Понемногу, но текла. Фири лежала в отдельном вольере, сильно хворала. Сбивчивое хриплое дыхание рвало мне сердце.

– Амулет, – вдруг припомнила я слова Рильзы, – Эл, прошу, принеси ей амулет из дома матери. Вдруг он поможет? Вдруг?..

– Я не оставлю тебя одну, – отказался он. Видно было – с радостью бы согласился, но выбирал меньшее из зол.

– Хорошо, покажите мне, чем вы её поите, – схитрила я, обращаясь к бестиологу.

– Вот, смесь целебных трав. – Сухопарый жилистый мужчина указал рукой на стол, где рядами стояли мешочки. Подошла и принюхалась.

– Календула?

– От неё их тошнит.

– И пускай, – отмахнулась я. – Мне кажется, зараза всё ещё сидит у неё внутри. Надо, чтобы её вырвало.

Эл сильно забеспокоился.

– Тебе нельзя здесь находиться.

– Можно, я должна! – не послушалась я. – Фири спасла мне жизнь уже дважды, и меньшее, что я могу, это отплатить ей тем же!

В этот раз я проявила чудеса стойкости, упрямо воззрившись на сына лорда. А он в ответ со вздохом распорядился:

– Давай я её напою, а ты постоишь в сторонке.

– Амулет, – признательно произнесла я. – Возьми его и держи в руке возле её рта.

Мужчины переглянулись, но ничего не сказали. Эл пожал плечами и принял небольшую чарку со снадобьем, в которую по моему указанию бестиолог добавил щепотку календулы. Скепсис в его взгляде немного встревожил, но я упрямо стояла на своём, оправдываясь в уме. Рильза сказала, что вытащила из глотки какую-то чёрную гадость. А если это не всё? Я же видела, как Фири сглотнула ту пыль, что хлынула на меня из камина. Поможет ли амулет? Не знаю. Должен, во всяком случае. Нет. Я уверена. Он обязательно справится.

Тем временем Эл покрепче перехватил зелёную стекляшку на кожаном шнурке, намотал его на два пальца, чтобы не соскользнул в случае чего. Я открыла вольер и стала молиться про себя. Только бы получилось, и только бы никто не пострадал!

Сейчас, глядя на то, как Элиас рискует жизнью ради меня, я уже успела передумать и корила себя за малодушие. Мне вдруг захотелось забрать любимого и убежать далеко-далеко. Но я пересилила страх и смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами.

Фири умничка. Не сопротивлялась. Позволила Элу обхватить голову одной рукой и влить в глотку целебный настой. Глотнула один раз, второй.

Эл с облегчением встал на ноги, но я его наставляла:

– Держи амулет возле морды!

И откуда во мне столько смелости указывать собственному мужу? Тем более прилюдно.

Элиас противиться не стал, присел на корточки и повесил амулет на шнурке прямо над головой самки.

Ничего. Совершенно ничего не происходило.

Я хмуро прикусила губу. Неужели ошиблась? Неужто нафантазировала себе, что могу так просто вылечить Фири?

За что люблю мою вторую половинку, так это за смекалку. Эл не успокоился, провёл амулетом вдоль туловища и, остановив руку возле желудка, коснулся стекляшкой шерсти.

Тут-то всё и началось!

Протяжный писк, шипение и хрипы. Самка заклокотала горлом и громко чихнула, харкнула один раз, второй, затем и вовсе срыгнула.

Чёрные кляксы, одна и вторая, показались в мутно-зелёной жидкости целебного отвара. Резким движением Эл выхватил нож из-за пазухи и вонзил его, не причиняя этим тварям никакого вреда.

– Амулет! – подсказала я. – Поднеси к ним амулет!

Кляксы тем временем метались по луже, явно выискивая, куда бы спрятаться. Они было кинулись опять к морде ирбиса, но в этот раз Элиас поступил по-моему. Он переместил амулет, и кляксы зашипели. Попытались сбежать назад – не успели. Взорвались с тихим хлопком, растворяясь в воздухе маленьким пыльным облачком.

Бестиолог наблюдал за происходящим во все глаза.

– Чудеса…

Я брезгливо поморщилась, прежде чем ещё раз попросить:

– Там… могла остаться ещё одна тварь. Прошу… попробуй сделать так…

Эл кивнул и без лишних слов выполнил мою просьбу.

Бедная Фири. Не знаю, сколько она пережила за этот день, но в общей сложности я насчитала шесть клякс, а одна тварь, скорее всего, уничтожилась прямо у неё в животе, так как послышался характерный хлопок.

Муж ласково погладил мою кошечку по завершении всех процедур и пожелал ей скорейшего выздоровления, а я смахнула слёзы. Только бы теперь было всё в порядке.

– Пожалуй, стоит перенести её в другой вольер.

Бестиолог с неподдельным интересом посмотрел на амулет, который Эл тотчас повесил мне обратно на шею, едва вышел наружу.

– Мы принесём ещё один такой, чтобы вы могли без страха ухаживать за Фири, – заверила я доктора. – Правда ведь?

Элиас тихонько согласился и стиснул меня в объятиях, поцеловал в макушку и вдохнул аромат моих волос. Зачем он это сделал? Не знаю, но мне было очень приятно и немного щекотно до дрожи по всему телу чувствовать его дыхание.

– Тогда, я думаю, ей уже можно давать лёгкую пищу, – бубнил себе под нос бестиолог. Это было последнее, что я услышала, покидая зверинец.

Глава 24

В бескрайней водной глади отражалось безоблачное небо. Первые солнечные лучи лениво выползали из-за горизонта, жизнь на Мограйских островах медленно просыпалась ото сна. Прибывший недавно корабль привёз тревожные вести. Посыльный первым делом отправился в крепость до Экхафиа, богатейшего афеду главного острова Могор из Ройского архипелага.

Разбуженный стуком в дверь, старец широко раскрыл глаза и с замиранием сердца ждал, когда ему сообщат новости о нахождении останков его семьи. Вот уже год он жил тревожным ожиданием этих известий. Но нерадивые караванщики и думать не хотели браться за столь губительное занятие – поиски останков в Девяти Огнях, месте, где от потерянного человека не сыщется и косточки из-за блуждающих по этим землям диких хищников.

– Афеду, – вошедший слуга почтительно поклонился, – прибыл караванщик из Первого Огня. У него для вас вести.

– Плохие?

Старик блеснул острым взглядом. Зрачки его расширились от душевной боли. Он уже был готов услышать о кончине дочери, зятя и внучки, он уже почти смирился. Однако реальность оказалась куда менее жестокой.

– Не могу знать, мой господин. – Смуглый мужчина средних лет сложил ладони в покорном жесте и склонил голову. – Поговаривают, ваша внучка жива, и он знает, где её найти.

– Илоэ?

Афеду изумлённо подскочил с кровати и принялся озираться в поисках парадного халата и широкого драгоценного пояса. Цветные подушки, прозрачные занавески балдахина, атласные синие простыни. И ни намёка на алый халат-хафуэ.

– Я помогу вам одеться, мой господин.

Слуга подошёл к шкафу и открыл дверцы.

– Будь добр, – согласился старец. Больше он не испытывал судьбу, не сыпал вопросами, желая лично познакомиться с первоисточником радостных новостей.

Каких-то пять минут спустя Урис уже спускался по лестнице и бодрой походкой шёл по анфиладе комнат в общий зал. Встреченные на пути стражи отдавали честь правителю острова.

Пояс, скреплявший алые одеяния, был исполнен из золотой ткани и расшит драгоценными камнями. На боку у афеду крепились ножны для широкого клинка. Эфес его был инкрустирован рубинами в цвет одежды.

Урис спешил. Он влетел в зал и первым делом махнул рукой гостям, застывшим в почтительном поклоне на полу.

– Поднимайтесь, – приказал он.

Делегация из десяти человек вся как один встала, бренча мехово-металлическими одеждами северных земель.

– Повелитель Урис афеду до Экхафиа, – соловьём разливался главный караванщик. – Мы сразу прибыли к вам с вестями, едва завершили переправу через Калку и отвезли товар в Ошпин, что в Ортензии.

– Где Илоэ? И сколько ты хочешь за эти новости?

Купцу не хотелось слушать сладкоголосые трели торгаша, который мог ходить вокруг да около целыми днями, вынуждая оплатить нужные известия.

– Господин, я не смею желать большего достатка…

Урис смерил торгаша надменным взглядом.

– Пять сундуков золота, и прекрати набивать себе цену. Это больше, чем ты мог бы надеяться. Иначе я прикажу прогнать тебя с острова без провианта и права на заход в порты Ройского архипелага.

– Я не хотел, мой господин, показаться невежливым.

– Где она?! – рявкнул афеду.

– В Первом Огне, – зачастил торговец. – Я встретил её на базаре. Она ответила мне на нашем языке.

– Ты уверен, что это она?

– Ещё трое были свидетелями! – воскликнул торгаш. – Она вылитая Илоэ. И насколько мне известно, вышла замуж за сына лорда.

– Подожди, но ты сказал в Первом Огне? Они плыли в земли Пятого, чтобы заключить союз с сыном лорда Четвёртого, как его…

– Лорд Мьюси, – подсказал один из караванщиков, – у него трое сыновей.

– И его крепость удобнейше расположена на пути из Смертельной лагуны в Ортензию, – высказался другой.

– Довольно, – прервал их Урис. – Вы утверждаете, что Илоэ вышла замуж за сына лорда Первого Огня? Но как такое возможно?

– Мой господин, – смело произнес торгаш. – Когда я её увидел на базаре, то ещё не знал всех новостей. Поспрашивал. Её в Первом Огне знают как Иоланду, приёмную дочь кабатчика Вифрина из Пятого.

– Ближайшего к лагуне? – Афеду задумчиво пощипал седую бородку. – А моя дочь и её муж?

– Мы не нашли останки. Но если она осталась одна, то значит, они уже почили…

– Примите наши соболезнования, – хором отозвались караванщики, склонив головы.

Приняв удар судьбы, Урис стойко вынес услышанные известия. Главное, его внучка жива. И сейчас он готов перевернуть мир верх дном, лишь бы увидеть её собственными глазами. Кудрявая красавица Илоэ…

– Что было потом? – спросил правитель острова Могор, возвращаясь к изначальной теме. – Она признала родство до Экхафиа?

– Она удивлённо побелела, и муж её увёл. Я взял на себя смелость, заявился в замок к лорду, но меня прогнали. Сказали, что я обознался.

– Вот, значит, как? – Урис перевёл многозначительный взгляд на приказчика. – Готовь дары лорду Фробби и зови писаря. А вы, – он посмотрел на караванщиков, всех до единого, – ешьте, пейте до отвала, мои люди позаботятся о вашем удобстве. Но по возвращении в северные земли прихватите весточку для лорда Первого Огня.

Торгаш выпрямился и расплылся в благодарностях, которые глава семьи до Экхафиа уже не услышал. Он мысленно сочинял письмо для лорда, чей сын столь неосторожно выбрал себе в жёны не ту девицу. Совсем не ту.