Читать книгу "Наваждение снежного рыцаря"

Глава 25

Утро следующего дня принесло мне хорошие известия. Фири наконец поднялась на ноги и смогла сама поесть с изрядным аппетитом. Элиас проведал бестиолога, заодно отдав ему обещанный охранный амулет.

Я с удовольствием нырнула в объятия супруга, едва он обратно лёг в кровать, чтобы ещё немного понежиться со мной на простынях. Конечно, так и облениться можно, но совесть моя упорно молчала.

За последнее время на мою долю выпало столько несчастий, что я просто обязана побаловать себя приятными моментами жизни. Как же хорошо быть рядом с тем, кого любишь всей душой и сердцем. Словами не передать ту теплоту и невозмутимое спокойствие, которые я испытывала рядом с ним. Ничто не было важно так, как близость Элиаса. Близость не только физическая, но и духовная, если можно так выразиться. По одному взгляду, казалось, я могла понять, о чём он думает. Со мной ему было ещё проще. Он обладал теми невероятными чертами характера, которые позволяли ему быть добрым и справедливым не только ко мне, но и к окружающим. Казалось бы, сын лорда мог позволить себе беззаботную жизнь, однако Элиас особо не ленился. Он работал иной раз больше остальных. Едва я поправилась, первым делом отправился на плац и до полудня махал мечом, восполняя нехватку физических тренировок. Оставшуюся часть дня двигал мебель наравне со слугами, помогая устроить нашу новую совместную спальню.

Рильза, как и обещала, позвала в замок всю свою семью и охотно заменяла моего мужа на посту, так сказать. Наблюдала за моим самочувствием и просто поднимала настроение разными местными байками, историями и суевериями.

Неимоверно радовало одно – сейчас Элиас ун Сальфий целиком и полностью был мой и только мой. Лежал рядом и стискивал меня в объятиях.

– Как же я счастлив, Иола… – выдохнул он после громкого вздоха. – Как же мне повезло…

– Несмотря ни на что, я тоже очень рада.

Поцеловала ворот его рубашки, намеренно едва касаясь. Но и этого оказалось достаточно, чтобы воспламенить кровь в жилах моего мужчины. Подняв меня повыше, он впился в мои губы страстным поцелуем. Вот только продлилось блаженство недолго. Тяжело дыша, муж отстранился и с горечью выдохнул:

– Рильза опять наказала мне не тревожить тебя, опасаясь за жизнь и здоровье нашего ребёнка, поэтому прошу, не искушай меня лишний раз, я же не каменный…

– Ох!

Задумчиво устремила взгляд к стене и смущённо потупилась.

– Я и не знала. Мне, как всегда, всё сообщают в последнюю минуту. Живу тут, как в застенках.

Зря, наверное, упрекнула. Ведь они пекутся о моём здоровье. А меж тем я слышала обрывки слухов о Ситэлии и её матери, но не решалась спросить напрямую.

– Прости, это моя вина. Я строго-настрого запретил всем сообщать любые известия, которые могут тебя расстроить. Я лишь хотел, чтобы ты окрепла и не нервничала понапрасну.

– Я сильная, Элиас.

Подняла взгляд и уткнулась прямо в подбородок с небольшой щетинкой. Провела ноготком и немного её почесала.

– Да, ты права, уже пора побриться.

– Не нужно этого делать только ради меня, если хочешь отрастить бороду, то я привыкну. Но мне кажется, ты уходишь от разговора.

– Что ты хочешь знать?

– Вот уже несколько дней я только и слышу обрывки фраз про Ситэлию. И какое-то загадочное исчезновение. Что-то происходит за моей спиной?

– В день, когда ты заболела, пропала Айшесс и ещё один слуга. Её дочь слегла, палец загноился, и его пришлось отсечь под самый корень, чтобы Тэли совсем не осталась без руки.

Я в ужасе поджала губы, а Эл скривился.

– Поэтому я ничего тебе не говорил. Незачем тебе это знать.

– А что остальные говорят? Почему Айшесс пропала? Её не ищут? Нет даже намёков, где она сейчас?

Муж посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

– Ты хочешь что-то мне сказать? У тебя есть какая-то информация?

– Эл, меня очень сильно смущает, что никто не поинтересовался у меня о произошедшем в тот вечер. А ведь я видела нечто ужасное. То, из-за чего Фири пострадала и чуть не умерла…

Стиснув меня сильнее, Элиас выдохнул, будто от облегчения.

– Я боялся спрашивать. Но искренне верил в твою непричастность, Иола. Прошу, не кори меня за это. Как оказалось, я слаб во всём, что касается тебя. Едва на совете заходит речь о тебе, я яростно бросаюсь на твою защиту и кажусь остальным юным глупцом. Всё хладнокровие куда-то прячется, понимаешь?

Вместо ответа обняла ладонями его лицо и поцеловала в кончик носа с улыбкой.

– А как иначе? Ведь ты любишь меня. Я бы удивилась, яви ты мне своё хладнокровие в тяжёлую минуту.

– Правда?

Наивность в его голосе немного позабавила, но я не спешила смеяться. Ведь радоваться здесь было нечему.

– Так и есть, я тоже не смогу остаться спокойной, случись что с тобой. Да даже просто гадкие слухи о тебе причиняют мне боль. Но я отчётливо понимаю, что это плата за наши чувства друг к другу. И сейчас я на долгие-долгие дни запасаюсь лекарством от того яда, который нас с тобой окружает.

– Надо бы как следует запомнить твои слова и записать, – задумчиво проронил муж. Подняв одеяло повыше, он укутал меня им с головой и нехотя вылез из нашего кокона, чтобы одеться и обуться.

– Скоро прибудут стражи. Я собирался обсудить с тобой кое-что.

– М-м-м?

Постаралась не подать виду, но тревога явно отразилась на моём лице.

– Охрана, – пояснил Элиас. – Это всего лишь охрана, которая будет тебя сопровождать по замку. Знаешь, скоро наступят первые солнечные дни в этом году, и я бы хотел показать тебе эту невероятную красоту.

– О, значит, я скоро смогу почаще навещать Фири?

– И это тоже.

Улыбка снова заиграла на устах супруга.

– А у меня уже есть свой солнечный лучик, поэтому не думаю, что меня можно чем-то удивить.

Не так поняв мои слова, Эл лениво потянулся и аккуратно положил руку на мой животик.

– Почему это твой солнечный лучик? Ты хотела сказать наш?

– Я про твою улыбку. Но ты прав, она наша.

Громкий стук в дверь прервал столь приятное препирательство, и мне стало немного грустно. Эл пошёл открывать дверь.

– Лорд требует вас к себе, – услышала я громкий голос в узкую щель дверного проёма. – Вас, сир Элиас, и вашу супругу.

Муж недоумённо обернулся в мою сторону, я пожала плечами под одеялом. Может быть, лорд Фробби прознал о нашей самодеятельности в зверинце? Заранее не стала накручивать себя, тем более что теперь от моего самочувствия зависела не только моя жизнь.

– Нам нужно немного времени, чтобы одеться.

Эл закрыл дверь, даже не дожидаясь ответа.

– Отец не любит ждать. – А это уже мне: – Я тебе помогу.

– У-угу.

* * *

Затхлый запах тёмных помещений стоял в заколоченном досками доме, который на самом деле не пустовал. Логово бандитов сейчас было полно народу.

– Говорю я вам, что видел, как стражи наконец нашли труп, что мы перетащили.

– Говоришь, увидели? – тихонько спросил хриплый голос из темноты. – И что? В колокол забили?

– Не-а.

– Плохо, – ответила тёмная колдунья. – Значит, вначале доложат лорду, чтобы не поднимать панику.

Лютые морозы миновали, снег подтаял, а это значит и тёплые деньки скоро придут. Главарь вышел на свет и сел на скрипучий стул возле камина, ныне не зажжённого.

– Что ты предлагаешь? – буркнул коренастый плечистый мужчина. – Дочку мне свою не отдаёшь, заперли её в тюряжке. Сама к себе не подпускаешь, лишь сыплешь поручениями.

– Я дам вам золота, столько, сколько унесёте. Но для начала мне нужно захватить власть. А это, знаешь ли, непростая задачка, – возмутилась тёмная колдунья, сидя в тёмном углу. Она вытянула вперёд культю левой руки и любовно погладила грязные тряпки. – Вот чего мне стоила неудачная попытка убийства невестушки рыцаря, тьфу!

– Так бы и сказала, что её надо любой ценой порешить, – проворчал главарь.

– А ваши куда смотрели, а? – упрекнула Айшесс. – Тогда, на базаре, пырнули бы её, и концы в воду, дык нет же, еду им подавай, сумку отобрать.

– Голодные мы! – возмущённо ответили из темноты исполнители неудачного ограбления. – Что нам ваши обещания? Обещаниями сыт не будешь. А ежели есть возможность поживиться, чо б не взять?

– От тож! – поддакнули бандиты. – Жрать охота!

– Жрать вам охота, а мне ждать неохота. Рука болит, сил моих нет!

– Так это мы запросто, – огрызнулся кто-то из темноты. – Голову с плеч и тело в овраг.

– Ну, ну, харе глотку драть.

Главный резко встал и прошёл в темноту угла.

– Что ты там говоришь, некролисков приманить? Тухлятину в лесу найти или зверьё в силки поймать?

– А может и охотнику монету подкинуть на потроха оленьи, – подсказала тёмная колдунья. – Главное – кровавый след на снегу, чтобы на него наткнулись дозорные и нашли гнездовье.

– Ага! Легко ей говорить! – возмутился звонкоголосый бандит. – Нам как потом ноги унесть, а-а-а?

– Как-как? Вот так! Ноги в руки и бежать сломя голову, орать, чтобы рыцари дозорные вас и спасли.

– А мож ты это?.. Сама там как-нибудь побегаешь в снегу с оленьими потрошками наперевес, коли такая умная? А мы со стороны посмотрим, ну?

– Золото я тоже потом сама себе в карманы набивать буду? – поинтересовалась ведьма. – Аль тут среди вас нет ни единого мужика, одни бабы писклявые голос подают?

– Э!..

– Тихо! – взревел главарь. – Хватит, побуянили, и будет вам. Двое пойдут в лес, один – дежурить возле замка, вдруг дочу её погонят взашей. На этом всё.

– А кто пойдёт-то?

– Как кто? – Главарь сплюнул на пол и достал из кармана колоду карт. – Сейчас и определим самого везучего. Одного и второго. – Кривая ухмылка исказила его лицо.

Недовольные голоса стихли, послышался топот и скрипы половиц.

– Чур я первый тяну! – выкрикнул ближайший вор.

– Нет я!

* * *

Некоторое время спустя мы покинули спальню и спустились в трапезную залу. Не помню, чтобы позволяла снимать с себя мерки, но теперь в моём распоряжении имелся целый гардероб. Множество красивых платьев разного кроя вызывало во мне жгучую ностальгию. У себя на островах я носила немного иные наряды, но их разнообразие могло на самом деле вскружить голову любой девушке моего возраста. Это уж точно. Родители меня всячески баловали, настояв лишь на одном – на свадьбе со старшим сыном лорда Четвёртого Огня. Поговаривали, он был умён и красив, только поэтому отец и матушка надумали пойти на поводу у моего деда.

Опытный торгаш Урис, как сейчас помню, выискивал выгоду в любом поступке, в любом положении дел. Вот и брачный договор должен был, по сути, стать беспрепятственным доступом в Ортензию в обход остальных лордов, что взимали налоги с караванщиков.

Пятый Огонь, хоть и был ближе к Кладбищу кораблей, или на мограйском – Смертельной лагуне, но он стоял в противоположной стороне от основного тракта, вдоль побережья Клаа, озера, что гигантской лужей разлилось в самом центре северных земель.

Эл сжал мои пальцы, отвлекая из раздумий. А я наконец заметила массивные створки дверей перед собой.

– Нервничаешь? – шепнул муж.

– Немного.

Нет смысла таить правду, ведь он видел меня насквозь. Одним лишь чудом мне удавалось сохранить в тайне то неприятное воспоминание, которое я желала похоронить как можно глубже. Четвёртый Огонь далеко отсюда, совершенно в другой стороне, через озеро. И будем надеяться, что тот торгаш про меня забудет и не станет искать в замке лорда!

Протяжный скрип, и двери распахнулись прямо перед носом.

В глубине просторного зала горел камин и несколько жаровен, факелы и свечи в подсвечниках. И всё равно в углах стояла непроглядная пугающая темнота, невольно напоминая о том самом дне.

– Приветствую.

Лорд Фробби взмахнул кубком. У него на коленях сейчас фривольно сидела девица в красивом наряде. Однако Эл резко глянул, и отец отправил её обратно на своё место.

– Гизи, я тебе не стул, – проворчал лорд, шлёпая девицу по мягкому месту.

Я сделала вид, будто ничего не заметила.

Теперь-то я могла с лёгкостью припомнить поведение других афеду с соседних островов, прибывающих на общее празднество в честь богини моря Аффедии. Самое любимое время всех островитян, когда богатеи сыпали золотом, привозили с собой дары, товары на продажу и просто развлекались, как могли.

В этот раз, к моему великому сожалению, кормить нас не стали. Да и столы были пусты, если не считать кувшинов с выпивкой и кубков. А едва мы прошли на прежние места, лорд Фробби махнул рукой.

– Приведите его.

– Да, мой лорд. – Стражник поклонился и поспешил скрыться за боковой узкой дверью.

– Что происходит? – Эл не спешил садиться. Я последовала его примеру, чувствуя лёгкую тревогу.

– Помнишь упоминание о пропавшем Гузи, брате Гизелии?

Элиас кивнул. Я стояла ровно, выдержав пристальный взгляд присутствующих в зале гостей и стражей. Неужели меня в чём-то подозревают?

– Его нашли мёртвым внизу. Прямо под окнами твоей старой спальни.

– Какой ужас, – не удержалась я. Прикрыла ладошкой рот. А лорд Фробби усмехнулся.

– Натурально играет, молодец.

– Отец! – рыкнул Эл. – Неужто ты считаешь, что это Иоланда?

– А что мне думать, когда в замке такое творится? – Лорд стукнул кулаком по столу. – Ну, где там сынишка Рильзы, который нашёл труп?!

– Мой господин, – ответил слуга, – он вызвался спуститься в ров и ещё раз осмотреть место падения. Его уже поднимают наверх, кажется, он что-то нашёл.

– Что ж, – смягчился лорд, – тогда подождём. Садитесь, разговор будет долгий.

Эл остался стоять. Я всецело доверяла мужу и была рядом с ним.

– В тот день на меня из камина хлынула чёрная тень, – начала я.

– Иола, – оборвал меня Элиас, – не нужно. Он не поймёт и использует эти знания против тебя.

– Напротив! – Лорд Фробби взмахнул кубком. – Я очень жажду услышать вашу версию, продолжай.

– Фири остановила эту тень, что метнулась ко мне, она рвала её пастью и проглотила часть субстанции…

– И что же, ты спокойно за этим наблюдала? М-м-м?

– Я обомлела от страха, а когда опомнилась, схватила простыню и стала кричать, обмоталась тканью и выбежала в коридор. Позвала стражей. А когда вместе с ними вернулась в комнату, Фири уже харкала кровью, лёжа на полу, а Ири метался по комнате.

Глаза лорда сузились, губы были поджаты в линию.

– Складно вещаешь, складно. И охранники подтвердили твою версию, вот только Ситэлия утверждает, будто это ты отняла у неё палец, прокляла её. Да и бестиолог давеча нашептал о твоих знаниях в лечении подобного недуга. Три недели он поил ирбиса – и ничего. А тут прибываешь ты, машешь амулетом перед мордой, и всё? Готово? А?

– Махал амулетом я, – возразил Элиас. – Амулетом от сглаза, который сделала моя мать и твоя первая супруга.

– Дорогая?

Глаза лорда увлажнились. Он резко встал и отвернулся к камину.

– Выходит, Ситэлия врёт? Но она же поклялась на книге. А как же труп? Как вы это объясните? И вообще, откуда Иола узнала, что амулет от сглаза поможет? Тоже занимается подобными тёмными штучками?

– Я… лишь припомнила…

Не стала договаривать, чтобы не вмешивать сюда Рильзу. Лучшее, что я могу, это отплатить ей за доброту.

– Припомнила?

Лорд резко обернулся.

– Фири проглотила кусок субстанции, поэтому я предположила, что в её теле находится какая-то гадость, которая разъедает её внутренности, заставляя харкать кровью.

После моих слов Гизелиа прикрыла ладошкой рот, а лорд помрачнел.

– Айшесс! – взревел он. – Её нашли? Где она сейчас?!

– Мой господин. – В дверях показалась Рильза. Она стояла рядом с низенькой молодой служанкой – та держала в руках квадратный тканевый свёрток. Руки её тряслись. И сама девица была зарёвана.

– Говори, – кивнул лорд.

– Книга, – взяла слово Рильза. – В холстину завёрнута ведьмовская книга. Её нашли, когда разбирали вещи во вдовьей башне.

– О-она была зашита в соломенный тюфяк. Я… нечаянно свалилась на него и п-п-п…

Девушка заикалась. Слёзы текли у неё по щекам.

– Я п-правда тут ни при чём! Я не в-в-ведьма!..

– Дорогуша, никто и не утверждает этого, – успокоила Рильза. – Мой господин, я наблюдала Иоланду три недели, и за всё то время, что она бредила, я не слышала ни слова лишнего. Поверьте, девица чиста как снег. В ней нет ни капли тёмной магии, иначе бы амулеты почернели. Если хотите проверить это, поднесите их к книге. – Она достала из ворота такой же, как у меня, амулет и хотела было продемонстрировать, но лорд её прервал.

– Не нужно.

Отец Эла стиснул кубок до скрипа и плеснул себе вина из кувшина. Выпил залпом и только тогда отдал приказ:

– Казнить ведьму.

– Мой господин, – подал голос сидящий у стены старец. – Возможно ли немного отсрочить принятое решение?

– Что ты толкуешь? – изумился лорд. – И это говорит мне последователь Роузмида?

– Первые солнечные дни не могут быть омрачены казнью тёмной колдуньи. Я лишь боюсь разгневать богов, а не противлюсь вашей воле.

– Как удобно…

Немного помолчав, лорд сел и устремил взгляд на сына.

– Книгу запереть до тех пор, пока не закончатся солнечные деньки и уж тогда сжечь на костре вместе с ведьмой.

В этот самый миг в помещение вошёл стражник и привёл с собой Тейрана. Тот был весь в снегу и грязи, но вид его был довольный.

– Мой лорд, – начал он после разрешения говорить. – Я спустился вниз и ещё раз осмотрел место падения Гузи. Его скинули в другом месте, а затем тащили по снегу. Там следы крови, стражники видели мои находки. А ещё я нашёл много рыжей шерсти.

– Что бы это значило?

– Одежда линяет, – подсказал кто-то из зала. – Старый мех осыпается.

– Предлагаешь мне обыскать весь город в поисках облезлых тулупов? – фыркнул лорд.

Тейран пожал плечами.

– В любом случае Иоланде подобное не под силу, потому что она слегла с хворью, – вмешался в разговор Элиас. – А облезлый тулуп означает, что у Ситэлии есть сообщники. И я согласен, с казнью надо повременить. Вдруг они объявятся ради её спасения? А ежели начнётся казнь на площади, то могут устроить потасовку. Кровавая резня в солнечные дни ляжет несмываемым позором на наши плечи.

– И что ты предлагаешь?

– Обсудим это без посторонних глаз? – Многозначительный взгляд по сторонам, и все сидящие в зале умолкли, даже если до тех пор тихонько перешёптывались друг с другом.

– Что ж, да будет так. Отложим решение с казнью до лучших времён, а ты зайди ко мне после трапезы. Надо многое обсудить.

После этих слов лорд Фробби встал – знать и гости вместе с ним – и вышел из комнаты. Эл облегчённо выдохнул и поднял мою руку к губам, поцеловав столь упоительно, будто старался запечатлеть этот момент в памяти на веки вечные. Я встала на цыпочки и погладила его по щеке.

– Всё хорошо?

– Должно быть… – неуверенно ответил муж, но тотчас опомнился и твёрдо произнёс: – Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы тебе больше ничто не угрожало.

– А мы поможем. – Добрая и мудрая Рильза подкралась к нам и приобняла меня за плечи. – Ты мне как родная дочь, Иоланда. Но почему же ты такая худенькая до сих пор? Ничего не хочешь мне сказать? – Она устремила упрекающий взор на моего супруга.

– Он честно исполнял все ваши указания, – защитила его я. А заодно улыбнулась подошедшему Тейрану. – Спасибо тебе, что не побоялся спуститься в ров, дабы узнать правду.

Элиас пожал руку соседскому пареньку. А тот лишь об одном и думал:

– Какой же из меня снежный рыцарь, если буду бояться защищать невиновных?

– И откуда в нём столько благородства? – проворчала повитуха.

Напряжение спало, и мы наконец дружно улыбнулись. Живот мой предательски заурчал.

– Кажется, я снова проголодалась, – смущённо оправдалась за неподобающий звук. Улыбки стоящих рядом стали лишь шире, а мои щёки окрасила краска стыда.

Глава 26

Три дня спустя

Музыка тихонько играла в таверне «Бычий глаз» на окраине Четвёртого Огня, где накануне прогремел громкий праздник – свадьба старшего сына лорда. Пир и народные гулянья привлекли в крепость гостей из разных уголков света. И теперь после громкого и шумного веселья многие из празднующих отправились догуливать своё в местные питейные.

Смуглый рыцарь-наёмник, не обделённый от природы внешней красотой, ныне усердно драл глотку, с удовольствием развлекая народ под весёлую мелодию струнных инструментов. Барды отыгрывали известную многим балладу про Войху и ключ от дома, который она подарила своему тайному любовнику. В самом конце обозлённый муж должен был вернуться и обнаружить измену. Но в этот раз рыцарь немного переиграл чужое произведение и завершил иначе под общие возгласы и смех, мол, муж обпился и уснул на пороге, так и не застигнув влюблённых врасплох.

– Аха-ха! – рассмеялся трактирщик и подкинул рыцарю монетку за старание и юмор. – Тебе бы в барды пойти, погляди, и мордашка, и фигура для шелков и разноцветных платьев.

– Благодарю покорно, – отвесил шутливый поклон рыцарь-певец, не соглашаясь. – Но у меня другая стезя. Я люблю молодых леди… – Он многозначительно оглядел присутствующих в зале женщин. – Есть ли тут хоть одна леди среди вас?

– Да где ж их сыскать! – послышалось отовсюду.

– А вдруг? – не унимался рыцарь. Ему льстило всеобщее внимание, и он не спешил передавать эстафету кому-либо другому. – Вот, помнится, была у меня одна… красивая, волосы длинные чёрные, что сама ночь!

– Врёшь!

– Да ну!

– Ага, была-была, – хвастал рыцарь. – А по мне, что ль, не видать, что я вхож в господские дома?

– Да только дочерей на выданье и жён своих высокие господа берегут как зеницу ока! Кто ж тебе позволит соблазнить хоть одну из них? – подначивал трактирщик, желая услышать подробности.

– А коли плеснёшь ещё кружечку забористого напитка, расскажу! Да такое, что уши до пола отвиснут!

– Отчего ж нет, – пожал плечами трактирщик, – только смотри мне, не соври не единым словом. Иначе погоним мы тебя поганой метлой.

– Слово снежного рыцаря! – хлопнул тот кулаком себя в грудь. – Была, была у меня одна. Дочь лорда, хоть и не родная. Она ему падчерицей приходится.

– Ты это… осторожнее со словами-то, – шепнул его товарищ, сидящий за ближайшим столиком, рядом с которым стоял горлопан. – Что ты там говорил про угрозы…

– Какие угрозы! – храбрился рыцарь. – Смех один, да и только. Фигурку, набитую соломой, показала её мать. Сказала, мол, ещё раз увидит меня с ней, костей не соберу.

– Вот это я понимаю, – одобрительно хмыкнул трактирщик, протягивая кружку пенного напитка, – животрепещущая история. Ну, а зовут-то как эту зазнобушку?

– Ситэлией звать её, – довольно ответил рыцарь. – Та, что дочка Айшесс.

– Тьфу ты! – крикнул кто-то. – Дык она в тюряжке сидит. Говорю я вам, врёт он всё. Врёт!

– Да нет же! Не вру я! А что в тюряжке-то, а как же дитя?

– Какое дитя? – изумились хором завсегдатаи таверны.

– Дак понесла она от меня, то-то её мать меня и прогнала, сказала, чтобы искал себе другого лорда.

– Нету у неё никаких детей и отродясь не было! – ответил знаток с задних рядов. – Кричу я вам, врун он отменный! Я давеча вернулся из Первого Огня. Многого наслушался. Говаривают, будто жёнушка-то Элиаса – ведьма тёмная. И люди там в замке исчезают, а потом их трупы находят в овраге, прямо позади замка.

– Скинула, значит… – заключил рыцарь тихонько. Лицо его вмиг омрачилось. Недолго думая, он хлопнул кружку залпом и стукнул ей о стол: – Вот же гадина! Ребёнок-то не виноват!

– Ага, не виноват, – подхватила толпа. – А ты чем думал, соблазнять всех подряд, а как дело сделано – бывай, дорогуша, не поминай лихом.

– Так я ж и замуж взять её был готов, – тихонько ответствовал рыцарь. Весёлость его как рукой сняло, и теперь он, наоборот, пожалел, что раскрыл рот. Ему нравилось думать, что где-то там есть его сын или дочь, где-то там, с другим отцом. Но это… этого он вынести не мог. Мать соблазнённой девицы, угрожая ему, сказала, будто у дочки уже есть жених. И они уж как-нибудь обстряпают это дело. Значит, вот как обстряпали?.. Не выдержав, он фыркнул: – Убийцы!

Тем временем музыка заиграла громче, а барды пожелали отвлечь внимание публики новой балладой. Да только снежному рыцарю уже было не до веселья. Он горевал и озирался по сторонам, ища поддержки среди гостей «Бычьего глаза», вот только никто так и не прошёл ему на выручку. И тогда рыцарь чертыхнулся, направляясь к выходу. В последний миг кто-то схватил его за дублёный плащ, чтобы обратить внимание на себя.

– М-м-м? – обернулся он раздражённо и увидел худого торговца, судя по заморской одежде. – Чего тебе?

– Разговор есть на несколько серебряных, а может, и золотой.

– Ну? – Рыцарь плюхнулся на лавочку у стола, за которым сидело сразу несколько таких же торгашей, как и тот, что схватил его за плащ.

Выждав немного, купец взял кувшин и налил полкружки страдальцу со словами:

– Я бы хотел знать всё об этой истории про Первый Огонь и дочку лорда, как её?

– Ситэлия.

– Она самая. А ещё что ты знаешь о сыне лорда. У него же есть сын, я правильно услышал?

– Да… – ворчливо ответствовал снежный рыцарь. – Но тебе лучше расспросить вон того болтуна, который и поделился со мной мрачными новостями.

– О, это ещё успеется. Я бы хотел перво-наперво поговорить с тобой.

Несмотря на сказанное, рыцарь заметил, что к болтуну как раз подсел другой купец в таких же мограйских одеяниях, поэтому насупился и хмыкнул.

– Успеется? Я смотрю, вы беззастенчиво выспрашиваете о лорде Фробби. А вам какой в этом интерес?

– Такой, что в твоём кармане зазвенит золотой и пять серебра, – дипломатично начал опытный торгаш, – но только если ты скажешь нам всю правду, которую знаешь.

– Что ж, я к вашим услугам, господа.

Снежный рыцарь снова отвесил поклон, но в этот раз без всякой радости, а заодно пригубил пенного напитка, чтобы притупить испытанную боль от услышанных новостей.

Видит Роузмид, он этого не хотел. Он не хотел, чтобы жизнь его ребёнка сложилась именно так. И теперь меньшее, что он мог сделать, чтобы отыграться за причинённое страдание, – это поделиться новостями с теми, кто больше заплатит. Ведь он не знатный господин, а простой сын рыбака, которому повезло унаследовать матушкину внешность и отцовскую стать. Сейчас он был не настолько этому рад. Сейчас он был просто зол и уже достаточно пьян, чтобы выболтать всё, что накипело. Или просто всё.