Читать книгу "Sex-дневник Кати Морозовой"

13 октября, среда

07.10

Вот только не нужно нотаций, умоляю.

Это я сейчас обращаюсь к своей совести. Да-да, именно к тебе, дорогуша. Все было ровно так, как я и планировала. Секс без обязательств. Ни к чему не обязывающая ночь. Двум взрослым людям было хорошо. Чего тебе еще нужно?

Нет, понимаю, в принципе я нацеливалась на единоразовые постельные утехи: никаких чувств, никаких обещаний, привычек. Но то, что произошло между мной и Усовым, это ведь то же самое. Почти. Ведь первый-то раз я фактически и не помню. Разве что, смутно.

К тому же, вот – наказываю себя утренней пробежкой. Гляди – встала ни свет, ни заря (и это после употребленных накануне алкогольных коктейлей), оделась и помчалась на свежий воздух. Ух!

Уже выхожу.

08.00

Ужас какой-то.

Во-первых, мне казалось, что я разваливаюсь на части. Голова гудела, ноги отказывались бежать, а холодный воздух раздирал на части легкие.

Во-вторых, уже на втором круге в парке я вдруг чуть не столкнулась с Усовым. Он бежал трусцой мне навстречу, и хорошо, что мне посчастливилось заметить его первой – я тут же свернула с дорожки и бросилась через кусты к ближайшей кофейне.

Кто ж знал, что с утра такие проблемы с кофе? Оказывается, бариста приходит лишь к 7.30, и ему приходится промывать кофе-машину, досыпать зерна и менять воду в бойлере, а потом ждать, когда она закипит. Так вот, пока я ждала, чуть не уснула!

А когда, наконец, мой капучино был готов, оказалось, что телефон сел, и я не могу его оплатить. Замечательно! Хорошо хоть бариста оказался приятным парнем и подарил мне этот стакан кофе, выдав бонусом бельгийский трюфель и свою обаятельную улыбку.

Или я выглядела настолько чудовищно с утра, что ему стало меня жаль?

9.35

– Шикарно выглядишь, – заметила Алиса.

– Бокальчик вина или хороший секс лучше любого хайлайтера придают лицу сияние. – Поделилась я, бросив на нее многозначительный взгляд.

– Так ты теперь и по утрам пьешь? – Спросила Диана, опуская на край моего стола свой хорошенький редакторский зад.

– Не-е-ет. – Вздохнула я, закатив глаза. Затем собрала бумаги со стола и оглядела подруг. – Нельзя писать о сексе и не заниматься им. Практика очень важна, особенно для понимания деталей процесса.

– У тебя был секс? – Перешла на шепот Алиса.

– Был. – Ответила я гордо.

– Дай, угадаю.

– Ни за что не угадаешь.

– С Усовым?

– Я что, так предсказуема?!

– Нет, просто ты – живая женщина, слегка удрученная гибелью любимого вибратора, а также немного разгоряченная коктейлями и нуждающаяся в мужской ласке. – Хихикнула Алиса. – Конечно, блин, это очевидно, что имея за стенкой такого горячего соседа, как Усов, ты не вернешься домой, чтобы лечь в холодную одинокую постель!

– Все вообще было не так! Все произошло слу-чай-но!

– Не оправдывайся. – Оборвала Диана, спрыгивая с моего стола. – С тех пор, как Усов сбрил свои усики, за ним весь офис бегает. Прекрасный цветок, так сказать, распустился и явил миру свою сексуальность, так что неудивительно, что и тебя тянет к нему!

(Если разобраться по делу, то это я их сбрила и тем самым открыла ящик Пандоры, (или чего-то там про распущенный (зачеркнуто) – распустившийся цветок)).

– Да что вы все заладили! Не тянет меня к нему! Это просто…

– Привет, Миш! Привет! – Дружно поприветствовали появившегося в офисе Усова Алиса и Диана.

Но тот лишь поднял задумчивый взгляд, ответил им коротким кивком головы и продолжил путь, прижимая к груди рабочий планшет. Я закусила губу.

В памяти некстати пронеслись воспоминания о прошедшей ночи: его сильные руки на моем теле, его язык на моих сосках, его хриплый шепот на ухо. Вспомнилось утро. Мятые простыни. Спящий Миша, обнявший меня во сне. И то, как я позорно сбежала – тем же путем, через балкон. На цыпочках, чтобы он не проснулся.

– Ой, Кать, я уже сомневаюсь. – Мечтательно вздохнула Алиса. – Может, не искать тебе того пожарного? Усов ведь нисколько ему не уступает.

Я устало выдохнула. Нашли, кого с кем сравнить.

– Еще раз повторю: это лишь минутная слабость. Ночное приключение. Сами знаете, если выпью лишнего, такое начинается… Хорошо, что ЗАГСы по ночам не работают, иначе бы я уже раз десять вышла замуж!

– И все равно, Катюха, ты така-а-ая счастливая. – Провожая взглядом задницу Усова, вздохнула Диана. – Твой сосед хоть нормальным мужиком оказался, а я сегодня переспала с этим кардиологом, прости господи.

– Серьезно? – Оживилась Алиса. – Ну и как он?

– Все было хорошо до того момента, пока он не приблизился к оргазму. – Призналась Диана, положа руку на сердце. – Поняв, что вот-вот кончит, этот сумасшедший как заорет: «Господи Боже! Господи Боже!», и так раз пять. Я так испугалась!

– Господи… – Выдавила Алиса.

– Боже! – Воскликнула я.

И мы начали хохотать.

– Бывает же…

– Наверное, соседи подумали, что у тебя сходка сектантов!

– Не знаю, что они подумали. – Скривилась Диана. – Но продолжать встречаться с ним я точно больше не хочу. Хуже было только с Эдиком: мы встречались полгода, и все было просто идеально, кроме того, что он был ярым фанатом орального секса. В смысле, он был помешан на куннилингусе, который делал просто отвратительно! Я все лежала и думала: «когда же это уже кончится?», а он все не сдавался, отчаянно желая выбить из меня оргазм!

– Мозоли на языке не натирал? – Поинтересовалась я.

– Насчет его языка не знаю, но лично мне было дискомфортно. И вроде пыталась объяснять, показывать, направлять его, и все бесполезно! Щекотно, больно, как угодно – только не приятно. И главное, энтузиазма у этого Эдика было не занимать: что ни секс, все лезет туда, как медведь в поисках меда диких пчел. А я как вижу, что он опускается ниже, так хватаю его за уши и тащу обратно!

– За уши?

Мы больше не могли сдерживать смех.

– Конечно! А за что еще его хватать?

– За ноздри? – До слез рассмеялась Алиса.

– Ой, не смешите, девчонки, как вспомню, так вздрогну. Его бы рвение, да в другое русло. До сих пор как-то неловко: такой старательный парень, и ничего не вышло у нас.

– Может, другой повезет. – Прыснула я.

– До него у меня проблем с оральным сексом не было. – Взмахнула руками Диана. – Да, тоже приходилось иногда симулировать, чтобы быстрее все закончить, но кто не поступал так, девочки?

– Было. Было. – Закивали мы.

«Почему вообще женщины имитируют оргазм? Чтобы поощрить мужчину. Чтобы он не ушел к другой, которая симулирует лучше. Чтобы не подумал, что проблема во мне. Чтобы сохранить охладевающие отношения. Для чего еще?

Оргазм ведь обязательное условие отличного секса? Так принято считать?

Хотя, у меня было много прекрасных минут близости и без оргазма – есть, что вспомнить в старости с загадочной улыбкой.

Если честно, еще лет пять назад я и сама охотно симулировала, чтобы поддержать мужскую самооценку. Но как только перестала это делать, мои партнеры начали стараться усерднее. И, разумеется, оргазмов стало больше. С годами я перестала бояться показаться какой-то не такой, отпугнуть мужчин или выставить себя дефективной. Я научилась лучше понимать себя и стала открыто говорить, как мне больше нравится.

Избавление от боязни негативной оценки помогло сфокусироваться на цели. Черт, да ведь и мужчины тоже часто изображают оргазм! И они тоже испытывают дискомфорт от необходимости притворяться. А еще им очень не нравится осознавать, что их обманули.

А еще… Ох, сколько мыслей для будущей статьи!»

– Катя!

– А?

– Очнись, ты зависла. Тебя вызывает Барракуда.

– Дьявол! – Выпалила я.

– Во плоти. – Подтвердила Алиса, бросая взгляд на кабинет начальницы.

9.45

Мы явились в ее кабинет вдвоем: Алиса и я. Подруга – как ответственная за рубрику «Интервью», я – как вечно лажающий сотрудник, вызвавшийся помогать ей на время постдекретной сокращенки, и вынужденный юлить из-за отсутствия материала для этой рубрики для ноябрьского номера.

Это если коротко о том, почему мы ощущали себя, как безнадежно застрявшие в заднице. И если уж быть честным до конца, то я вполне заслуживала последствий этого положения, а вот Алиска – нет. Она оказалась заложницей моего непрофессионализма, или как говорят в народе – разгильдяйства.

– Не то. – Грозно рычала Аллочка, перебирая аксессуары на стойке с одеждой. – Нет. Не то. – Обвела взглядом затаивших дыхание сотрудников fashion-отдела. – Не подходит. Подберите другие аксессуары!

Не дожидаясь крика и дополнительных инструкций, вся делегация во главе с толкающей стойку на колесиках главой отдела покинули кабинет шефини.

Теперь она обратила взор на свою старшую ассистентку: та принялась лихорадочно раскладывать на ее столе снимки для первой полосы. Барракуда слегка склонила голову набок, словно хищник, приглядывающийся к добыче, и стала их придирчиво разглядывать. Мы же благоговейно затаили дыхание, ведь с кадров фотошута на нас смотрела полуобнаженная модель, чья фигура, так сказать, была не совсем форматом модного журнала.

Если честно, я даже не сразу поверила, что наша Аллочка Денисовна оказалась настолько прогрессивной, что решилась поставить на обложку обычную по меркам мира моды женщину.

– Эта. – Довольно хмыкнув, Барракуда прихватила острыми ноготками со стола одну из карточек и вытянула ее перед собой.

На снимке девушка смотрела в объектив через плечо. Взору открывались несовершенства ее кожи, растяжки на бедрах, а также небольшие складочки на талии. Надо признать, выглядела модель просто потрясающе и, судя по взгляду, совершенно точно знала об этом.

«Просто богиня», – прошептал мой внутренний голос.

И все же, подобное фото однозначно было призвано вызвать массу недовольств среди поклонников глянца и антифанатов новой этики модельного бизнеса.

– Текст. – Вытянула руку Аллочка.

Ассистентка вложила ей в ладонь лист с черновиком представления на обложку.

– Модель plus size, доказывающая, что у красоты нет и не может быть размера… Хм…

– Можно ремарку? – Вырвалось у меня.

Я даже чуть качнулась на каблуках – сама не ожидала от себя подобной дерзости.

– Куда-то торопишься, Морозова? – Взглянула на меня из-под бровей Барракуда.

Одна из ее соболиных бровей угрожающе взметнулась вверх.

– Нет, я по поводу… по поводу текста. Кх-кхм.

Во рту предательски пересохло. Мы с Алисой переглянулись.

– Есть замечания? – Усмехнулась редактор.

– Девушка, вообще-то, огонь. – Позабыв о скромности, я ринулась к столу и, к ужасу ассистентки, подхватила один из снимков. – Но вы только посмотрите на нее: она носит S, максимум M. Это же 46 размер. Конечно, по меркам индустрии plus size, но женское общество нас уничтожит. Вы хотите получить лавину хейта, Алла Денисовна?

– Думаешь, нам стоит опасаться злобных комментаторов в сети? – Ухмыльнулась начальница.

Ассистентка покраснела и стала похожей на спелый помидор.

– Я хочу сказать, – мне пришлось прочистить горло, чтобы продолжить. – Что стандарты стандартами, но нужно помнить, для кого мы выпускаем наш журнал. В меньшей степени для фанатов модной индустрии, которые будут оскорблены этим снимком, а в большей – для простых женщин, которые купят «Manner» в супермаркете после насыщенного трудового дня потому, что увидят на обложке себя. Для меня и Алисы. – Я обернулась к подруге. – Потому, что мы тоже не идеальны. Мы настоящие. И у нас тоже есть целлюлит и складочки на талии. И мы тоже хотим поддержки от любимого журнала.

– Что ты пытаешься мне сказать?

Я подняла снимок выше.

– Если мы в «Manner» показываем обществу настоящую, обычную, земную женскую красоту, то не нужно лишать женщин уверенности в себе. Может, стоит поработать над формулировками? Заменить слово «plus size» чем-то менее оскорбительным для всех нормальных женщин, которые будут отождествлять себя с красоткой на обложке? Потому что она реально красотка. И у меня нет столько мужества, чтобы вот так же, как и она, раздеться и гордо показать все то, что принято сейчас скрывать из-за навязанных комплексов и стереотипов?

В кабинете воцарилась тишина.

– Как идет твоя работа со статьями? – После недолгой паузы вдруг спросила Алла Денисовна. – Когда будут черновики? Материал по интервью?

– Они в процессе. – Решительно соврала я. – Сами понимаете, мне еще закрывать долги по старой рубрике…

– Жду к пятнице. – Бросила она и отвернулась.

Видимо, разговор был окончен. Провожала нас взглядом лишь ассистентка, в чью работу я вмешалась. Были бы у нее лазеры вместо глаз, она бы нас испепелила.

18.30

– Как ты рассчитываешь все разрулить, Сапожников? – Спросила я, когда он подал мне руку на выходе из его автомобиля.

– Сейчас ты сделаешь вид, что у нас все хорошо, а в конце ужина мы скажем моим родителям, что не торопимся со свадьбой до следующего лета. – Выдал Илья.

Мой бывший явно считал свою идею гениальной.

– Как ты рассчитываешь все разрулить потом? – Вспыхнула я. – Скажешь, что я умерла?

– А это мысль. – Серьезно сказал он. И тут же получив от меня удар в грудь, взмолился: – Нет, нет, перестань! Я шучу! Ка-а-ать!

– Неужели, ты так боишься реакции своих предков?

– Нет, – выпрямился Илья, – просто в данный момент я не готов огорошить их сразу двумя неприятными новостями: о моем расставании с тобой и об ориентации.

– Но, блин, одно из другого вытекает!

– Да я еще не разобрался в себе!

– Сапожников, ты совсем тупой? – Не выдержала я. – Как бы то ни было, тебе все равно придется рассказать о срыве нашей помолвки родителям! Сейчас, завтра, через месяц! Рано или поздно до них все равно дойдет!

– Уж лучше через месяц. – Одернув пиджак, решительно произнес он. – Кать, а можно я скажу, что это ты мне изменила? Только не бей!

– Господи! – Выдохнула я устало. – Вот так посмотришь на тебя и не скажешь, что твой бойцовский характер проявляется только на поле.

– Катюш, не ругайся. – Улыбнулся он, хватая меня под руку. – Ты у меня такая красивая сегодня…

– А ты отвратителен. – Нахмурилась я.

– Ну, что мне сделать, чтобы поднять тебе настроение?

– Соблазни рокера Каплана в курилке его офиса, а после того, как видео ваших утех появятся во всех желтых газетенках, я опубликую с вами эксклюзивное интервью. Озаглавим его «Сладкая парочка – двойной каминг-аут»!

– Катюш, у тебя что, ПМС?

– Сапожников! – Взвыла я.

– Любой каминг-аут – конец моей карьере. – Бывший открыл дверь ресторана и помог мне войти. – Но если хочешь, я дам интервью о нашей с тобой предстоящей свадьбе. И мне, и тебе пойдет на пользу.

– Ты неисправим!

– Мама, папа! – Воскликнул Илья, подтаскивая меня к одному из столиков. – Знакомьтесь, это моя Катя!

Пришлось включать улыбку.

– Добрый вечер!

– Деточка! – Спохватилась его мать. Обняла меня, а затем уже отстранилась и принялась оглядывать с головы до ног. – Какая ты красивая! Как же я рада, что мой сын решил остепениться именно с тобой!

Женщине было за пятьдесят и, надо признать, выглядела она чрезвычайно элегантно и моложаво. И ее улыбка, в отличие от моей, выглядела искренне.

А вот Сапожников старший держался сдержанно. Разглядывал меня с интересом и обнимал скорее вежливо, чем тепло. Он словно искал во мне какой-то подвох.

Или ему просто не понравилось мое золотистое платье с декольте. Согласна, на знакомство с родителями следует одеваться скромнее и сдержаннее – я бы так и поступила, не будь эта встреча насквозь фальшивой. Еще месяц назад я заискивала бы перед ними изо всех сил и строила бы из себя недотрогу, но в связи с последними событиями, мне было слегка по барабану, чем кончится весь этот фарс.

Поэтому и сообщение матери Ильи о том, что она читает мою рубрику в журнале, было встречено мной без интереса. Все-таки, приятно осознавать, что тебе не нужно лезть из кожи вон, пытаясь кому-то понравиться.

Меня просили подыгрывать, я это и делаю. Но не более.

– Катя, расскажите о себе. – Попросил отец Ильи, когда нам принесли горячее.

– Я… – Мой рот открылся, готовый к тому, чтобы вывалить на них тонну правдивой информации, но тут Сапожников сжал мою руку под столом. Пришлось ограничиться усеченной версией: – Я всегда мечтала стать журналистом. Пять лет учебы, затем стажировка, и вуаля, я в одном из престижных журналов страны. Пишу о том, что волнует женщин.

Взглянула на «милого», тот был доволен ответом.

– А как вы познакомились с Илюшей? – Заворковала мать.

Мне было удобнее смотреть на нее, отвечая. Взгляд отца все еще не сулил ничего хорошего.

– На вечеринке общего знакомого. – С улыбкой посмотрела на своего голубка. – Это была любовь с первого взгляда. Да, любимый?

– Абсолютно верно. – Наклонился ко мне Илья. Поцеловал в щеку и шепнул: – Не переигрывай.

– Так вы живете вместе? – С надеждой глянула на нас его мать.

– Да! – Поспешил ответить Илюша. И снова сжал мою ладонь. – Живем вместе.

– Как думаешь, дорогой, – обратилась его мать к отцу, – может, нам стоит остановиться у них и сэкономить на гостинице?

– Я оплачу все расходы, мама! – Рявкнул Сапожников, хватая бутылку вина. – Кому налить?

– Нет, спасибо. – Я отодвинула бокал, взяла воду и сделала пару глотков.

Меня, если честно, еще после вчерашнего мутило. Пора было завязывать с попытками залить горечь расставания алкоголем.

– Катя, ты что, беременна?! – Радостно взвизгнула мамаша Сапожникова. – Слава богам!

Я закашлялась. Вода пошла у меня носом.

– Держи салфетку. – Проблеял растерянный Илья.

– Поздравляю! – Оживился его папаша впервые за ужин.

Я продолжала кашлять, не имея возможности опровергнуть достоверность новости.

– Полагаю, нам стоит обсудить детали предстоящей свадьбы. – Предложил Сапожников-старший. – Нужно организовать все поскорее, пока не вылез живот. – Он довольно потирал руки.

– Мы с папой поможем, чем сможем. – Захлопала в ладоши мама. – Вот, кстати, Катюша, тут у меня есть кое-что! – Она порылась в сумке, извлекла футляр и положила передо мной. – Бабушкина подвеска. Тебе.

Будущий лже-папаша обнял меня за плечи.

Лучше бы постучал по спине. У меня из глаз полились слезы.

– Простите, – бросила я и поднялась из-за стола. – Мне нужно в туалет.

– Уже токсикоз. – Понимающе кивнула мамаша. – Тебе помочь?

– Нет! – Пискнула я и, зажимая лицо салфеткой, умчалась в уборную.

Макияж поплыл, лицо раскраснелось. Я прижалась к холодной стене и дрожащими пальцами выудила из сумочки сигарету. Прикурила, затянулась и закрыла глаза. Меня трясло.

Я, наверное, раз двадцать представляла встречу с его родителями. Переживала, понравлюсь, или нет. Мечтала, чтобы меня приняли в семью. А теперь все летело коту под хвост – туда же, где сгинул Валерка.

– Алло, Алис, – пропищала я, набрав номер подруги, – мне нужно услышать твой голос, чтобы успокоиться! Это какой-то трындец!

– Что стряслось? Ты же должна была отправиться на ужин с родителями Сапожникова?

– Так и есть. Я тут. – Простонала я, шмыгнув носом.

– Как все идет? Хорошо?

– Не то слово. Мечта каждой девушки, и идеально по сценарию Ильи. Только я прячусь в туалете, чтобы немного прийти в себя.

– А почему ты ревешь?

– Его родители просто чудесные! Они думают, что я беременна, и готовятся к свадьбе сына. А его мать даже подарила мне фамильное украшение, доставшееся от бабушки! Мне так стыдно! А этому козлу Сапожникову вообще не стыдно ни ч…

Я подняла взгляд и осеклась. Передо мной стояла мать Ильи.

– Перезвоню. – Глухо произнесла я.

И так и осталась стоять с телефоном и сигаретой в руке.

– Дай мне тоже. – Печально сказала женщина, подойдя ближе.

– Ч-что?

– Сигарету. – Она вынула недокуренную прямо из моих пальцев и затянулась.

А затем встала рядом и прислонилась спиной к стене.

Мы молчали.

– У нас с Ильей все по-честному было. – Зачем-то попыталась объясниться я. – Правда. Но потом… потом…

– Он опять взялся за старое? – Надтреснуто произнесла женщина.

– Вы о чем?

– О его… пристрастиях.

– Так вы в курсе?!

– Застала его с другом, когда им было лет по шестнадцать. – Призналась она, выпустив колечко дыма. – Сказали, что будут готовиться к докладу у него в комнате. Я принесла чай, печеньки. Вхожу, а там у пацана штаны спущены до колен, и мой Илюшка ему… Ну…

– Так вы знали…

– А потом он долго не мог себе девчонку найти. «Не в моем вкусе» – говорил. А когда сообщил, что женится, мы с отцом страшно обрадовались. Думали, наигрался он в свои игры, нормальным стал, внуков нам подарит.

– То есть… – Я отшатнулась. – А как же я? Вы не собирались мне об этом сказать? А если бы я действительно замуж за него вышла, а он бы бросил меня и к другому мужчине ушел?!

– Мы бы не бросили внука. Мы бы помогали. – Спокойно ответила женщина.

– А моя жизнь для вас так – шутка? Вы просто надеялись, что я стану инкубатором для вашего внука?!

– Катя, ты тут? Все хорошо? – Осторожно вошел в уборную Илья. – Мы с папой беспок… – Он обомлел, заметив сигарету в руках матери. – Мама?..

– Прости. – Всплеснула руками я. – Она все знает. Я не специально.

22.30

К слову, мы доели-таки наш ужин. Все вчетвером.

Почти без скандалов.

Родители не были в особом восторге от новостей об ориентации сына (черт, да они были ошарашены таким поворотом, на самом-то деле), но кричать и проклинать его не стали.

Мы вполне мирно посидели, поговорили обо всем и выпили вина. Несмотря на напряжение, отец с сыном смогли даже обсудить положение «темно-красных» в турнирной сетке, а это давало надежду на то, что Сапожниковы будут продолжать общаться с отпрыском.

– Ты можешь воспользоваться услугами суррогатной матери, – предложила я, когда мы с Ильей остались одни.

Теперь мы сидели у барной стойки в гей-клубе, куда нас завела нелегкая, и глушили один за другим сладкие шоты.

– Зачем мне это? – Он навалился на мое плечо.

– Чтобы иметь потомство, порадовать родителей.

– А разве ты бы не хотела детей от того, кого любишь?

– Иногда не удается встретить того самого до сорока. – Усмехнулась я, глядя в его красивое лицо. – А часики, мать их, тикают. Ненавижу все эти народные выражения, но иногда они бьют в точку. С годами родить все труднее.

– Значит, ты родишь для себя, если не встретишь любовь?

– Я в любом случае рожу для себя. Если рожу. – Опустошила рюмку и скривилась. – Еще не решила.

– А я хотел бы ребенка от тебя, Катя. – Признался Сапожников, целуя меня в щеку. – Я никого не любил так, как тебя. Клянусь.

– Как ты достал меня со своей странной любовью, Илюша. – Хихикнула я.

И мы поцеловались.

Этот поцелуй был горячим и нежным. Таким, от которого быстрее забилось сердце.

– Целуешься ты по-прежнему отлично. – Хмыкнула я, отстраняясь.

Глупо было обманывать себя: я все еще испытывала к Сапожникову теплые чувства. Да и что лукавить, знала, что могу положиться на него в любой момент, и не буду отвергнута.

– А ты учти, что я не шутил. Я буду лучшим отцом нашему ребенку, Морозова. Если не выйдешь замуж до сорока…

– Отцом. Но не мужем. – Напомнила я. – Но предложение заманчивое.

Рядом со стойкой тискались двое мужчин. Один – худой, женственный, вертлявый, другой – высокий, брутальный, накаченный, в деловом костюме. Такого легко спутать с натуралом и ненароком влюбиться. Сапожников даже залюбовался на эту пару.

И тогда я впервые всерьез задумалась, а существует ли бисексуальность? Ведь даже ученые до сих пор не могут сойтись в едином мнении.

У нас с Ильей был секс, и Сапожников искренне верил, что любит меня, но при прочих равных раскладах мужчины привлекали его гораздо сильнее, вызывали более острую реакцию. И женись он на мне, где-то в глубине души он бы весь остаток жизни ощущал себя пленником обстоятельств и жертвой давления социума.

– Какие они красивые, правда? – Улыбнулась я.

Илья кивнул. Сжал мои пальцы в своей ладони.

– А как там Серж? – Рискнула спросить я.

– Никак. Это была просто похоть. – Он качнул головой. – С того раза мы виделись лишь однажды, случайно столкнулись на лестнице.

Его взгляд упал на одинокого блондина, сидящего у стойки в противоположном конце зала. Сапожников сглотнул.

– Расценивай эти отношения как счастливый случай. – Улыбнулась я, опрокидывая в рот очередной шот. – Ни его бы идеальное тело, которым ты соблазнился, и прожить бы тебе всю жизнь со мной.

– Катька, ну, ты и дура. – Сапожников поцеловал меня в лоб. – Я был бы счастлив прожить ее с тобой вместе.

Он тоже хлопнул рюмашку и поморщился.

– Я затеяла эту любовь с тобой из боязни упустить последний шанс и никогда в жизни не построить ничего стоящего. Это тоже было несправедливо по отношению к тебе. Не вернись я тогда пораньше, может, и не поняла бы этого до конца своих дней.

Илья сжал меня в своих объятиях и отпустил.

– Моя мать расхаживала передо мной голой в детстве. – Вдруг признался он. – Ну, как в детстве – вплоть до моего выпускного и отъезда из города. Как думаешь, это могло повлиять на мою ориентацию?

– Она что? – Расхохоталась я.

– Ну да. – Смутился Сапожников. – Подходила голая и спрашивала: «Я еще ничего?»

– С ума сойти!

– А твоя мать так не делала?

– Никогда!

Мы рассмеялись до слез. И все же, нам обоим было как-то грустно.

Мужчины на танцполе терлись друг о друга и сексуально извивались, а в воздухе стоял аромат приторно-сладких и пряных духов. Атмосфера призывала к раскрепощению и случайной близости.

– Подойди к нему. – Предложила я.

– К кому? – Нахмурился Илья.

– К тому блондинчику. – Указала на противоположный конец стойки.

– Мы в гей-клубе, Катя, а если меня кто-нибудь узнает?

– Держи. – Достала из сумки солнцезащитные очки и надела ему на нос. – Так тебя никто не узнает. Здесь темно.

– Думаешь, стоит? – Задумался он.

Я провела пальцами по его руке и сжала бицепс.

– Ты обязан это сделать. Развлекайся, Сапожников.

– А ты?

Я огляделась по сторонам. Одинокая девушка в гей-клубе – странное зрелище.

– Поеду домой. На такси.

– Я не могу отпустить тебя одну. – Твердо заявил он.

– Я уже большая девочка. – Сказала я, поцеловав его в щеку. – Иди. Он уже прожег дыру в твоей спине. Ах, да…

– Что?

– Не забывай предохраняться.

– Я уже большой мальчик. – Подмигнул Илья.

– Вот и славно. – Улыбнулась ему.

– Люблю тебя. – Бросил он на прощанье.

– И я тебя. – Честно ответила я.