Текст книги "Пуля для контролера"

3. Станислав Лапин

Стас хлебнул из фляжки – раз, другой. Пить хотелось просто неимоверно. Теплая вода казалась необыкновенно вкусной и приятной.

Главное, не слишком увлекаться, а то все силы уйдут в воду.

Он поставил фляжку прямо на пол, схватил автомат и метнулся вверх по лестнице. Комнату справа буквально потрошили очередями. Судя по всему, по ее окнам стреляли сразу три автомата. Туда не стоило даже совать нос.

Вот слева было совершенно тихо. Получалось, что на один бок его крепости идет беспрерывная атака, а вот другим противник не интересуется вовсе. И неспроста это, ох, неспроста.

Ну-ка, поглядим.

Охотник опрометью проскочил лестницу, пробежал по чердаку и осторожно выглянул из слухового окна.

Так и есть!

Один из наемников выбрался из окна штаба, вступил на искореженный взрывом козырек, с которого не так давно упал Тимофей, и теперь продвигался к его краю. Вот он сейчас спрыгнет и, прижимаясь к стене, переберется к окну дома, который защищал Станислав. Дальше – совсем просто.

Кажется, я знаю, чью роль сейчас играю, подумал Стас, доставая из кармана гранату. Фигаро здесь – Фигаро там. Такова участь кретина, решившего в одиночку защищать целый дом.

Он выдернул чеку, швырнул гранату с таким расчетом, чтобы она подкатилась под самый козырек. Теперь у наемника не было никаких шансов спастись.

И вообще смотреть дальнейшее у него уже нет времени.

Он перебежал на другую сторону чердака. Взглянул на любителей пострелять по пустой комнате. Делали они это от души, надо сказать. Видимо, патронами запаслись по самое немогу. В общем, трудились люди, отвлекали. Не стоило им мешать.

Вертолет.

Если удастся грохнуть хотя бы еще один, станет значительно легче. Правда, вот-вот во дворе появятся бээмпэшки. Что-то их там на дороге, кажется, задержало. У той из них, которая ехала первой, ни с того ни с сего забарахлил мотор. Она встала. Другая, по идее, могла ее обогнать, но не стала это делать. Слишком осторожный в ней был водитель. Решил подождать. А может, там близко были аномалии и это оказалось невозможно? Тогда – вообще удача.

Стас метнулся прочь, к лестнице. Он уже по ней спускался, когда на чердак обрушился гнев божий во всей своей силе. Так по крайней мере охотнику показалось. Ливень из пуль превращал крышу в сито, грыз и расщеплял балки, тянулся, приближался к нему.

Вертолет! Машина, придуманная сатаной.

Он чуть ли не кубарем скатился с лестницы, сунулся в центральную комнату. Их на этом этаже было три, и именно в этой, которая еще и располагалась над аркой, он сложил снятое с наемников оружие и гранаты.

Кстати…

Он схватил из небольшой кучки пару гранат, сунул их в карман, взглянул на гранатомет.

Вся беда была в том, что заряд к нему лишь один. И если сейчас выстрелить по одному из вертолетов, нечем будет остановить БМП, когда они окажутся на ферме. А так было бы славно садануть по первому из них, когда он начнет переваливать через завал от рухнувших стен. Если удачно попасть, можно один подбить так, что он перегородит дорогу другому.

Вот только что-то с вертолетами надо сделать. Срочно. Кажется, пилот одного из них уже засек ведьму и принялся за ней охотиться. А вот это очень плохо. Если Анну подстрелят, у него вообще не останется никаких шансов. Спасать надо соратницу.

Он уже снова был на лестнице, когда ПДА в кармане у него подал сигнал о том, что получено новое сообщение.

Вот только не сейчас, подумал Стас, нет у него времени читать сообщения. Да и какой в них смысл? Задерживается помощь или вот– вот подойдет – ничего в данный момент это изменить не может. Они с Анной делают что могут, работают на пределе сил. Будут меньше – умрут, поскольку слишком велика масса, которая на них прет. До сих пор велика.

Вертолет.

Вновь очутившись на чердаке, он обнаружил, что теперь в нем стало значительно светлее. В основном по причине здоровенной дыры, пробитой в крыше пулями. Причем тот, кто ее создал, все еще в ней виднелся, только развернулся боком явно для того, чтобы поохотиться теперь еще и за ведьмой. А для чего иного? И вообще, как таким удачным совпадением обстоятельств не воспользоваться?

Стас вскинул гранатомет на плечо. И как раз в этот момент пилот вертолета посмотрел в его сторону. Очевидно, он сообразил, что увернуться уже нет возможности. Никак не успеть. И застыл с выпученными глазами и широко открытым ртом. Классическая маска ужаса.

– Ку-ку, Гриня, – пробормотал Стас и нажал на спусковой крючок.

4. Анна Кошкина

Пыль с потолка сыпалась беспощадно, причем прямо ей на голову. Или это была не пыль? Песок? Да запросто. Там, наверху, только что взорвалось три гранаты. Так что было от чего сыпаться.

И все-таки снабжение этих наемников хорошее, подумала ведьма. Патронов и гранат не жалеют. А главное – техника. Одна из БМП так и не завелась. А вот вторая, наконец решившись ее оставить, те– перь катила к ферме и уже была на таком расстоянии, что могла достаточно эффективно помочь гонять ее, ведьму, пулеметным огнем.

Вертолет, чтобы его маме мясорубке в аду было тошно, теперь, благодаря Станиславу остался всего один. Да и патронов у него, вполне возможно, было немного. Короче, он поднялся повыше, и, похоже, сидевший в нем Паленый вспомнил о том, что передвижения подчиненных нужно корректировать. Чем и занялся, да еще всерьез. В результате действия наемников, а их еще осталось более половины, стали настолько слаженными, что ей пришлось крутиться словно белке в колесе.

Она крутилась, пока не обнаружила, что за ней уже охотятся чуть ли не все наемники. С одной стороны, охотнику стало легче обороняться, но когда к тем, кто пытался ее подстрелить, добавился наводчик из боевой машины пехоты, не жалевший патронов и поливавший из крупнокалиберного, она посчитала, что надо чуть-чуть передохнуть. Ну, хоть немного перевести дух.

Для этого надлежало добраться до того самого дома, в котором на нее бросался очень наглый тушкан. Некогда его подвал был переоборудован в убежище. Теперь же обычно в нем прятались те, кого выброс прихватывал на ферме. Ну и конечно, об этом подвале еще надо было знать. У Анны были все основания считать, что наемники не имеют о нем и понятия.

Так и оказалось. А иначе зачем бы они стали бросать гранаты? Толку от них, если она может спрятаться под землю?

Наверху снова грохнуло, и опять что-то посыпалось ей за шиворот.

Скорее всего это последняя, подумала ведьма. Они сейчас решат, что выжить здесь я не могла, и теперь припрутся полюбоваться на мой труп. Еще чуть-чуть, и можно выходить, встречать дорогих гостей. Да и потом, не стоит им дарить роскошь заблокировать себя в этом бетонном мешке. Гранаты у них еще остались.

Она прищелкнула к винторезу магазин, который, обдумывая свое положение, снаряжала. Магазин был модифицированный, увеличенный, в него входило аж двадцать патронов.

Можно наверняка сказать, что, прежде чем он опустеет окончательно, вся эта веселая чехарда закончится. Либо с плохим для нее результатом, либо с хорошим. Плохой – смерть, хороший – жизнь. Ни больше ни меньше.

Вертолет. Сталкер сбил один, охотник взорвал второй. Теперь, получается, ее очередь уничтожить винтокрылую машину?

Ну, хорошо, пусть будет так. Как это можно сделать с ее оружием? Попытаться подстрелить пилота через бронестекло. Насколько оно крепко? Пуля его не пробьет точно. А – три? Что, если она посадит, допустим, три пули одна в одну? Четыре? Будь у нее возможность остановиться, для того чтобы хорошенько прицелиться и попытаться претворить этот фокус в жизнь, стоило попробовать.

Вот только не дадут, мерзавцы.

Взрывов наверху более не было слышно. Пора покидать берлогу, иначе могут прихватить именно в ней. Анна четко видела, как наемники начинают стягиваться ко входу в дом. Еще немного, и ближайшие из них войдут внутрь.

Самое время восстать из пепла.

Она выскочила из подвала, метнулась к лестнице на второй этаж. Поднявшись по ней на пару ступенек, остановилась. Оглянулась на дверь, через которую должны были войти наемники.

Почему бы и нет? Почему не попытаться еще немного сократить количество преследователей? Особенно если подвернулась такая возможность.

Не выпуская из рук винторез, она легла на ступеньки лестницы, спряталась за ее бордюр. Теперь те, кто войдет первым, ее не увидят. А ей определить, где они находятся, не составит труда.

Ну же, входите. Все готово.

Они вошли и сразу, как и положено, раздвинулись, чтобы не оказаться на одной линии огня. Каждый фиксировал свой сектор обстрела, так, чтобы прикрывать спину другого.

Профи, блин, как есть. А что же она ожидала?

Ведьма знала, что торопиться не следует. Похоже, обоих забрать не удастся, но она попытается. Вдруг получится? Вот сейчас…

Тот, который стоял лицом к лестнице, чуть сдвинулся, заглянул в одну из комнат. Настороженный, готовый стрелять.

Ведьма улыбнулась.

Вот настоящая игра, которую она так любила. Приносящая ни с чем не сравнимое удовольствие. Ради нее можно рискнуть всем и даже жизнью. Только ради нее и стоит так рисковать.

Ближайший к ней «вервольфовец» сдвинулся еще немного. Да и второй очень удачно заинтересовался чем-то в противоположном углу.

Пора.

Это было одно, слитное, быстрое, как удар атакующей кобры, движение. Вскакивая, она задержала дуло винтореза в нужном положении всего лишь на долю мгновения, достаточную, чтобы из него в определенном направлении вылетела пуля. Причем противник тоже не сплоховал. Заметил. Отреагировал. Успел выстрелить. Вот только он промазал, а она попала.

Бесшумно и легко, словно тень, убегая по лестнице наверх, Анна подумала, что можно подстрелить и второго. Если он кинется за ней в погоню. Вот тут она подловит и его.

Она даже специально задержалась на лишнее мгновение наверху.

А вдруг? Что, если этот наемник допустит ошибку? Ну…

Нет, не допустил. И остался жив. Скорее всего – лишь на несколько минут, но остался. Скверно. Впрочем, весь интерес именно в этом – играть с серьезными дядями, а не с глупыми сосунками.

Она метнулась в одну из ближайших комнат, с размаху ударила ногой в ставню, в которой каким-то чудом еще даже сохранились осколки некогда вставленных в нее стекол. Попала куда нужно, и ставня с жутким грохотом вылетела наружу.

Плевать ей было сейчас на грохот. Теперь она делала ставку лишь на быстроту и реакцию.

Сзади что-то кричали наемники. Кажется, кто-то из них даже ее проклинал.

А вот это уже неправильно, подумала ведьма. Это уже непрофессионализм. Он сейчас наказуем смертью. Хотя…

Выскакивая в окно, она вдруг представила все происходящее глазами подчиненного Паленого. Да, тут можно и сорваться. Хотя, конечно, здесь – Зона, и может быть что угодно. Но это полный бред, когда целому подразделению профи с поддержкой вертолетов и БМП противостоят всего лишь три воина. Причем одного из них не берут пули, а другой бегает кругами по стенам, крышам и подземельям на манер ниндзя из японских фильмов и убивает, убивает, убивает, не давая себя даже толком рассмотреть. Тут не только проклятия начнешь кричать, тут можно свихнуться, поверив, что попал в кошмарный сон.

Хотя, может быть, «вервольфовцы» все же слышали понятие «по– меченный Зоной»?

Прыжок ее закончился на каменном заборе, толщина которого вполне позволяла бежать по самому его верху.

Ну а раз так, то почему бы его и не использовать? Особенно если ее уже ждут либо на крыше, либо на земле, а вот здесь – нет. И это опять дает выигрыш, лишнее мгновение, достаточное для того, чтобы всадить пулю в противника, да так, что он либо не успеет нажать на курок, либо промахнется.

Правда, сейчас у нее не было даже времени на стрельбу. Надлежало успеть к дому, который оборонял Станислав. Один из наемников, сняв с убитого огнемет, теперь подбирался вместе с ним поближе к окнам. Явно не для того чтобы просто на них полюбоваться.

5. Станислав Лапин

А вот теперь уже было пора отступать на последнюю позицию. Иного выхода не осталось.

Стас понял это, увидев через дверной проем, как соседнюю комнату затопило пламя.

Огнемет! И ничего с этим не поделаешь. Только уходить. Будь у него еще хотя бы одна фаната… Анна, кажется, пару раз убивала желающих побаловаться огоньком и тем его просто спасала. Теперь, значит, нашелся третий. И до него она уже добраться не смогла. Скверно.

Мысли эти скакали у него в голове словно мячики, а сам он в это время уже действовал. Закинул ружье, из которого только что выпустил последний патрон, за спину.

Зарядить его уже не хватает времени, но возможно, поскольку патроны еще есть. Так что бросать его не следует. А сейчас неплохо было бы прихватить нечто в подмогу. Из пистолета, пусть даже это и «стечкин», наемников как надо не постреляешь. На них если не экзоскелеты, то бронекостюмы, причем очень качественные.

Надо что-то серьезное. И времени выбирать уже нет.

Правой рукой он ухватил автомат «Гроза», левой подцепил подсумок с тремя магазинами к нему и тотчас кинулся к окну.

Может быть – вовремя. Что-то огонь в соседней комнате ослаб. Видимо, огнеметчик заходит теперь на новую позицию. И так ли трудно угадать, какую следующую комнату он превратит в модель ада?

Схватившись за выщербленный пулями подоконник, Стас перевалился через него, на мгновение повис на руках. Приземлился он мягко, правильно, даже не потеряв равновесия, и сразу кинулся прочь от дома.

Теперь надлежало занять подходящую позицию. Так, чтобы и арку хорошо видеть, и окна, да и самому не быть мишенью. Вон там, к примеру, где лежат обломки упавшего бетонного телеграфного столба. Чем не укрытие?

Он кинулся к самому большому обломку, залег за ним, приготовил автомат к бою. Арка и окна дома видны неплохо. Причем у него есть еще некоторое время. Сейчас противник займет новую позицию, и перестрелка возобновится. Долго тут, конечно, не продержаться, но уж сколько удастся. А потом…

Стас сдернул со спины ружье и, заряжая его магазин патронами, подумал, что теперь вполне возможно и отступить. Один вертолет им с Анной не страшен. Нет, не будут их наемники преследовать после такого боя. Техники мало осталось. Или будут?

По идее, когда он защищал дом с аркой, враги могли закидать его гранатами. Однако они этого делать не стали. Почему? Может, потому что метрах в десяти от дома лежит труп контролера? Тот, кто послал эту армию, похоже, строго-настрого заказал делать что-то, способное его повредить. Даже взрывать неподалеку от него гранаты. Вдруг при этом на драгоценный труп, например, упадет стена? Наемники гибли, но приказ выполняли. Может, они и преследовать их будут именно так, до последней возможности? Приказ все-таки.

Охотник положил заряженное ружье справа от себя и приподнялся, выглядывая Анну. Она не могла не заметить, куда он переместился. По идее, ей уже пора прекратить партизанить и надо быть здесь. Если уходить, то вместе.

Он все-таки увидел. Тоненькая фигурка с винторезом в руках, спрыгнула со стены значительно правее, чуть ли не у самого угла, и побежала к его позиции по пологой дуге.

Ну, вот и замечательно. Вдвоем они тут еще некоторое время продержатся. А там – будь что будет.

Не было у него сейчас внутри ни страха за свою жизнь, ни сожалений о том, что где-то там, в прошлом, остался поворот, некая развилка вероятностей, благодаря которой он сейчас оказался именно здесь и именно в это время. Была лишь некая внутренняя усталость, которая приходит после тяжелого боя, усталость организма, истерзанного адреналином.

Она навалилась и вдруг мгновенно исчезла. А Стас, даже не сообразив, что происходит, просто отреагировал на это. Ну, может, еще и на шум винтов, который изменился, стал ближе.

Вертолет!

Вытянув над головой руки и сцепив их в замок, охотник катился прочь, отталкиваясь боками, плечами, да всем туловищем от земли, из последних сил стремясь оказаться как можно дальше от места, где только что лежал. А там бушевал смертоносный смерч. Причем он двигался, тянулся вслед за ним, нагонял, для того чтобы убить, разорвать его тело в клочки.

Нагонял и нагонял.

А потом был обломок столба, самый дальний, и Стас налетел на него боком. Он мешал катиться дальше, и времени вскочить, броситься наутек уже не было. Оставалось лишь лежать и неизмеримо долгое мгновение смотреть, как возле самого лица свинец превращает то место, по которому он сейчас катился, в земляной фарш. Вот сейчас пилот чуть сдвинет вертолет в нужную сторону, и то же самое произойдет с ним.

Пулеметы замолчали. Возможно, их заело, а скорее просто кончились патроны. И Стас, вполголоса ругнувшись от избытка чувств, сел, а потом посмотрел вверх. И как раз успел подловить тот момент, когда за бронестеклом мелькнуло лицо Паленого. Кажется, он грозил кулаком и что-то кричал. Или это только ему так показалось?

Впрочем, какая разница?

Чисто машинально показав Паленому средний палец, Стас пошел туда, где осталось его оружие. Собственно, никуда ходить не было никакой нужды, поскольку все было видно и с того места, до которого он докатился. Но ему хотелось удостовериться, и он дошел. Взглянул. Убедился. Выругался еще раз.

– Ага, – сказала Анна. – Здорово он тебя раздел.

Она уже стояла рядом и озабоченно поглядывала то на арку, то вверх, на вертолет, который медленно поднимался все выше и выше.

– Ничего, – заверил ее Стас. – Нас так просто не сломаешь.

Вытащив «стечкин», он пристегнул к его рукоятке кобуру.

За неимением лучшего придется стрелять из этого. Не самый худший вариант, надо сказать. С другой стороны, с ружьем за плечами он бы не смог так быстро катиться и, значит, был бы сейчас мертв.

– Если открыть дверь этого вертолета, то из него можно стрелять из автомата или ручного пулемета, – сообщила ведьма.

– В вертолете сидит их главный, – пояснил охотник, внимательно разглядывая окна дома с аркой. – Он не дурак, чтобы решиться на подобный фокус, когда рядом со мной стоит снайпер, способный на таком расстоянии всадить ему пулю в глаз, не тратя время на прицеливание.

Не нравилось ему, что со стороны фермы пока еще не появилось ни одного стрелка. Значит, наемники что-то придумали, что-то готовят хитрое.

Анна улыбнулась и промолвила:

– А ты умеешь льстить женщинам.

– И не только это, – сообщил Стас. – В общем, поглядывай за вертолетом, но главное – окна. И еще, я думаю, они сейчас попытаются подогнать БМП, поставят ее так, чтобы она заслоняла труп и под ее прикрытием его внутрь погрузят. Клиренс у бээмпэшки не такой уж большой, тут им надо бить по ногам. Понимаешь?

– Конечно, – ответила Анна. – Только это не понадобится.

– Почему?

– Они уходят.

– Уходят?

Стас машинально взглянул вверх и увидел, что вертолет Паленого и в самом деле улетает. В сторону Темной долины, между прочим.

– Блин, – пробормотал он. – А остановить их нельзя?

– Да ты рехнулся, что ли? – сказала Анна. – Пусть уходят, кончились у нас ресурсы. Еще пара минут, и они бы нас дожали. Вот только нет у них этого времени.

Стас медленно помотал головой. Ни единой в ней мысли не было, лишь усталость и странное безразличие ко всему. Впрочем, такое после боя бывает часто.

– Почему? – тупо спросил охотник. – Почему у них нет времени?

– Разве не слышишь? Моторы.

– Какие?

– Машины идут, – голос ведьмы был преисполнен терпения. – Помощь. Три БРДМ и пара машин с солдатами. Сейчас будут здесь. Еще вдалеке летит пара вертолетов. Там, как я понимаю, твое начальство. Скоро нас осчастливят присутствием.

28. Путь наверх. Тимофей Ковальский

Богу для создания мира понадобилось шесть дней. А вот интересный вопрос: сколько ему пришлось создавать самого себя? Сколько дней? Часов? А может, это случилось вот так – резко, рывком, словно кто-то где-то повернул неведомый выключатель, то есть – мгновенно?

И еще забавный вопрос: болела ли у Бога голова так же, как у него? Наверное, подобное невозможно. Счастливец он, этот Бог.

Тимофей открыл глаза и ничего, кроме темноты, не увидел. Тогда он попробовал пошевелиться и не смог.

Вот же блин! Это куда его запаковало? Это что с ним случилось? Кажется, на него что-то упало?

Он вспомнил.

Прикуренная сигарета. Кажется, он успел сделать лишь одну затяжку. Потом обрушившаяся на него сверху тяжесть. Удар по голове…

А что на него могло обрушиться? Стена. То есть наемники каким-то образом взорвали стену, та на него рухнула, и он сейчас лежит под завалом.

Очень правдоподобно.

Вот только чем он сейчас дышит? Откуда здесь взялся воздух? Опять везение постаралось?

Сталкер прислушался.

Если предположить, что доносящиеся до него звуки это шаги людей, которые ходят по завалу, под которым он лежит, то может быть стоит попытаться до них докричаться?

Он попытался. Чувствуя, как рот забивают песок и пыль, крикнул изо всех сил:

– Это я! Помогите!

Во рту было так сухо, что он тотчас закашлялся, отчаянно, содрогаясь всем телом, пытаясь выхаркнуть попавшее в рот. Единственным результатом этого был тихий щелчок, причем раздавшийся не с поверхности, а где-то рядом с ним. Очень близко. Может быть, на нем?

Тимофей вдруг ощутил, что теперь он может двигаться, словно что-то его отпустило. Еще прибавило сил, и значительно.

Экзоскелет, судя по всему?

Можно поспорить, что раньше эта штука была выключена, а теперь он, подвигавшись, каким-то образом ее включил. Учитывая, что экзоскелет включается автоматически, лишь когда его надевают, и выключается только если его снять, это более чем удивительно. В любом случае, пока он опять сам не выключился, надо выбираться из-под завала. Прямо сейчас.

Он попробовал привстать, и это ему не без труда, но удалось. Полностью выпрямиться все же не получилось. Слишком много сверху было навалено даже для того, на ком надет экзоскелет. Зато теперь в его мире появился потолок. Лиха беда – начало. Выдернув руки из лямок короба с патронами, он опустил его вниз. Стало свободнее.

Сталкер подумал о том, что где-то в стороне, наверное, недалеко, лежит пулемет.

Может, стоит его откопать? Да нет, пока не надо. Главное – выбраться на поверхность.

Теперь главный минус его положения был в том, что, сдвинув обломки вокруг себя, он сделал так, что закрылась система щелей, по которой к нему поступал свежий воздух. Становилось жарко и душно. Следовало поторопиться.

Ждать помощи некогда, подумал Тимофей. Надо пробираться наверх самому.

Он так и сделал, извиваясь словно червяк, утрамбовывая телом окружающую его, состоящую в основном из обломков кирпичей массу, благо сил было не занимать. Одновременно с этим он один за другим выдергивал из потолка и откидывал вниз, под ноги, крупные обломки.

Дело двигалось споро. Через некоторое время он смог встать во весь рост. Это нельзя было не использовать. Тимофей начал пробовать стены своей темницы на прочность. В одном месте шаталось сразу несколько больших обломков.

Почему бы их не обрушить?

Он так и сделал, потом вытащил еще несколько и еще. Теперь он двигался под углом, и с каждой минутой ползти было все легче. Сталкер уже стал надеяться, что сумеет выбраться через минуту-другую, и тут ему дорогу преградил целый фрагмент стены.

Не будь на нем экзоскелета, эта преграда оказалась бы непреодолимой. А сейчас стоило попробовать.

Раскорячившись, уперевшись ногами в стенки вырытого им туннеля, Тимофей толкнул плечом глыбу, преграждавшую ему путь на свободу. Он напрягся из последних сил и вдруг почувствовал, что тяжесть, давившая на него сверху, дрогнула и подалась. Еще одно усилие, и она откатилась прочь, а Тимофей полной грудью глотнул свежий воздух.

Глаза резал дневной свет. Щурясь, он выбрался из завала и ошалело огляделся.

– Я же сказала, что ты живой, – промолвила сидевшая неподалеку от него ведьма. – А Станислав все рвался тебя откапывать. Еле-еле мне поверил, что ты вполне способен выбраться и сам. Так и оказалось. Везение тебя не бросило, не дало погибнуть.

Вот гадина!

– А если бы я все же задохнулся? – в сердцах спросил сталкер.

– Этого не случилось и не могло случиться, – послышалось в ответ. – Не веришь?

– Черт его знает, – буркнул Тимофей.

Возможно, она была и права. Пить хотелось, и голова болела просто катастрофически. Видимо, все же обломком кирпича по ней попало.

– Попей и сядь рядом, – предложила ведьма, протягивая ему бутылку с водой. – Кажется, на этом наша работа закончена. Значит, настало время подвести итоги. И просто отдохнуть. Перекурить, например.

Она была права и тут.

Усевшись рядом с ней на обломок стены, сталкер вволю напился, потом вернул бутылку и достал из кармана сигарету.

Закуривая, он невольно покосился на ближайшую стену. Нет, та на него падать вроде не собиралась. И это было хорошо.

– А где гражданин начальник? – спросил Тимофей, с наслаждением сделав первую затяжку.

– Разговаривает со своим начальством, – сообщила ведьма. – Очень интересные вещи говорят. Послушать – их одно удовольствие.

– А он… какие у него планы насчет нас?

– Никаких. С нами расплатятся, как он и обещал. Точнее, мне патроны уже доставлены, а тебе деньги еще сегодня, независимо от дальнейшего развития событий, поступят на счет. На этом – все. А ты еще на что-то рассчитывал?

– Упаси боже, – сказал Тимофей.

Он и в самом деле так считал, раз и навсегда, еще в армии усвоив основной закон солдатской службы «Подальше от начальства, поближе к кухне».

– Жди, – сказала ему ведьма. – Надо соблюдать протокол.

Тимофей пожал плечами.

– Ну конечно. Почему бы и нет?

Торопиться ему было некуда. Никто не мешал сидеть, наблюдать как такие же охотники, как и Станислав, осматривают трупы наемников. Кажется, их вовсе не интересовали находящиеся при них ценности. Они искали нечто другое. Тимофей своими глазами видел, как один из них вытащил из кармана у убитого артефакт «каменный цветок», покрутил и сунул обратно.

Нет уж, подумал сталкер, я тут задержусь. Кажется, в этом только что появился смысл.

– Ну, хорошо, – сказал он ведьме. – Если удача меня охраняет, то зачем она сделала так, что мой экзоскелет вырубился? Он меня спас, потом вырубился и заработал только недавно.

– Для того чтобы ты раньше времени не выбрался на поверхность, – ответила та. – Подумай, что это означает, хорошенько подумай.