Текст книги "Пуля для контролера"

27. И грянул бой…

1. Тимофей Ковальский

Сигналом они договорились считать выстрел из ружья Станислава. Тимофей стоял на первом этаже штаба, смотрел на дверь, которая вела во двор фермы, и думал о том, что в жизни все очень просто.

Это всякие умники ее сверх меры усложняют и поэтому живут тяжело, может, и счастливо, но подневольно. А вот он – свободен, лишнего не мудрствует, рад тому, что имеет, и делает только то, что ему нравится.

В общем, он из тех, буквально созданных для Зоны, кому в обыденной жизни не очень уютно. Раньше такие, как он, шли на золотые прииски или искать алмазы, теперь охотятся за артефактами. Правда, Зона дает еще дополнительный адреналин тем, что в ней все неожиданно, все меняется. Многое зависит от удачи. И тот, кто эту удачу сумел оседлать, становится очень крут.

Вот из него, например, сейчас крутизна так и прет, из ушей буквально хлещет. И это просто замечательно. Ради этого стоит жить.

Если бы еще сейчас можно было закурить. В таком случае он окажется совсем в раю. Сигаретку, а потом в бой. Вот сейчас…

Шум винтов.

Тимофей услышал, как он проплыл у него над головой так низко, что ни пол второго этажа, чердак и сама крыша не спасли от ощущения, будто ему вот сейчас отхватит лопастью голову.

Сталкер ухмыльнулся.

Один. Значит, всей шоблой до тех пор, пока цели полностью не обозначились, они кинуться не решились. Послали одну крылатую машину. Типа – на разведку. Ну, ну… Они так и надеялись.

Тут бахнул выстрел, и то, что он сделан из ружья, было совершенно ясно. Ни с каким другим его перепутать было нельзя. И тотчас после него окружающий мир словно перешел в иное измерение, наполненное четкостью движений и совершеннейшим отсутствием жалости. Все было ясно, любые сомнения ушли прочь, тело действовало само, словно им кто-то управлял со стороны.

Он метнулся к двери, благо экзоскелет позволял двигаться очень легко. Дверь от удара ногой распахнулась, и Тимофей начал поливать из пулемета еще с порога, еще только появившись в ее проеме. Очередь была длинная, словно молитва праведника. Два здоровяка в почти таких же, как у него, экзоскелетах, оказавшиеся у самой двери, упали как подкошенные, не успев даже выстрелить ни разу. А очередь, словно огромный кнут, успела-таки хлестнуть еще одного наемника. Тот, падая, вообще совершил чуть ли не сальто-мортале, и было совершенно ясно, что о нем можно совершенно не беспокоиться, смело списывать со счетов.

А сталкер уже доворачивал пулемет, для того чтобы зацепить еще по крайней мере троих, стоявших чуть в стороне и на момент его появления нацеливавшихся в ту сторону, из которой в них выстрелил Станислав. Вот только отдача от этой швейной машинки была просто чудовищная, да еще при стрельбе с рук, а экзоскелет ее полностью не гасил. Так что к тому моменту, когда Тимофей вывернул-таки в нужном направлении, а ушло на это целое лишнее мгновение, наемники уже лежали на асфальте. Очередь прошла как раз над ними, превратила попавшуюся на пути кирпичную стенку в некое подобие картины Пикассо и всего лишь цапанула совсем другого наемника, как раз ввалившегося во двор фермы. Этому пришлось хуже всех, поскольку он получил солидную порцию свинца, более чем солидную. Пулемет поступил с ним так, как это делает циркулярная плита с березовой чуркой. Проще говоря, разрезал пополам. И это было уже неправильно, поскольку пули при этом испортили и его снаряжение, и оружие.

Сталкер это заметил, но времени у него не было даже на сожаления. Оборвав очередь, он уже смотрел в небо, искал вертолет, а тот был, конечно же, здесь, но его пока скрывала крыша одного из гаражей, и как только он из-за нее покажется…

Тимофей на мгновение опустил голову, окинул двор взглядом и убедился, что все идет так, как они и планировали. Пять оставшихся во дворе наемников, уже сообразивших, кто их главный противник, отчаянно садили в него из своего оружия. Воздух вокруг него так и гудел от пуль. Стреляли они чуть ли не в упор и, конечно же, мимо, ибо его охраняла удача – надежнее, чем любой щит, вернее, чем любая броня. Как раз в этот момент сбоку от арки из дверного проема появился Станислав, вскинул свое ружье и, ахнув из него, тут же спрятался. Причем не промахнулся, попал в голову ближайшему к нему наемнику. А еще из чердачного окна самого дальнего гаража выглянул ствол винтореза. И было понятно, что его хозяйка тоже не промажет.

Вот только любоваться на то, как его друзья отстреливают попавших в ловушку «вервольфовцев» не было времени. Тимофей уже опять глядел на край крыши, из-за которой показался корпус вертолета. И он, этот корпус, уже разворачивался так, чтобы ударить по открывшейся цели аж из двух пулеметов.

– Лохи! Шарамыжники! – кричал Тимофей, выцеливая стволом пулемета бешено рубившие воздух лопасти вертолетного винта, которые уже было видно полностью.

Причем до них было совсем немного, и промахнуться мог только законченный неудачник. А им Тимофей ну просто никак не был.

Он попал. Очередь была снова длинной и ушла почти вся в воздух, но та часть ее, которая все же попала в цель, свое дело сделала. Обломки винта взвились в воздух, разлетелись по сторонам словно шрапнель, а сам корпус тяжело ухнул на землю, да так, видимо, удачно, что там, где вертолет упал, грохнул взрыв. В воздух взлетел широкий язык огня, куски корпуса.

Тимофея хорошо тряхнуло, но на ногах он каким-то чудом все же устоял. Оглядел двор и с удовлетворением отметил, что его соратники ворон с неба не хватали. Из бандитов в живых остался только один. Причем уже не стрелял. Пятился в угол двора, с искаженным от ужаса лицом, явно рассчитывая спрятаться за стоявшим там насквозь проржавевшим трактором.

Стволы пулемета все еще по инерции вращались, от них шел едва заметный дымок.

– Бу! – крикнул наемнику Тимофей. – Сейчас я тебя…

– Не надо… – жалобно пробормотал тот.

Ну да. Только повернись к такому спиной…

Торчавший из слухового окна ствол винтореза слегка дернулся. Во лбу у подчиненного Паленого появилась дырка, а сам он стал заваливаться на бок, неловко раскинув руки, как большая кукла.

– Молодец, ведьма! – крикнул Тимофей. – Сгребайте трофеи. Я им сейчас устрою!

Он и в самом деле был готов на что угодно и не боялся никого. Он все еще мысленно видел, как падает сбитый им вертолет, как умирают попавшие под очередь его пулемета наемники. И у него оставалось не менее трех четвертей короба патронов. Он чувствовал это по весу.

Честно говоря, те, с кем они воевали, лохами не были. Тут он, конечно, хватил в горячке боя.

Шагая к задним воротам, за которыми начиналась дорога на Темную долину, Тимофей подумал, что по тому, как действует твой противник, можно определить, случалось ему раньше воевать в Зоне или нет. Члены клана «Вервольф», может быть, и не прошли школу сталкера, но сражаться в Зоне им приходилось. Это чувствовалось. Интересно, с кем и когда? Вроде бы в последнее время ни о каких глобальных боях в Зоне слухов не было. О сражениях, в которых использовали вертолеты и бронетехнику, вообще очень давно. Где они так натренировались?

Там впереди, в пустом промежутке каменного забора, где некогда находились ворота, виднелась дорога, на которой стояли бээмпэшки. Над ними висели словно приклеенные два вертолета. Похоже, судьба того, который сунулся к ферме, Паленого кое-чему научила, и в бой их бросать он не спешил. Ставил пока на пехоту. А она работала вовсю.

Тимофей был еще шагах в десяти от ворот, а пули вокруг него так и свистели. Стреляли из-за скопления больших, чуть ли не в человеческий рост, валунов, наваленных справа от дороги, из кустов слева бухало несколько ружей, судя по всему, таких же, как у Станислава. Даже от бээмпэшек постреливали двое. Судя по всему – снайперы. И тоже мазали, позорно мазали.

Вот и славно подумал сталкер. Пусть стреляют в меня. Все равно – не попадут. А охотник с ведьмой сейчас затариваются оружием. Оно нам очень даже пригодится.

Не рассчитывал, да и не хотел он убивать всех, заявившихся к этой ферме. Знал, что еще одной демонстрации, с кем они связались, для этих убогих окажется достаточно. Побегут они, не могут не побежать. Наемники воюют за деньги, а не за идею, и если положение безнадежное, быстро это осознают.

Еще шаг, и перед ним возникли два «вервольфовца», видимо, так и не сообразившие, что именно происходит. Лица – яростные, азартные, но руки держат автоматы, наши, кстати, АКМ твердо, не дрожат. Они, эти хитрецы, до пор поры до времени стояли по обе стороны от прохода, прятались за забором, а услышав его шаги, решили, что их время пришло.

Конечно – пришло. И незачем так тратить патроны. Они еще пригодятся другим людям.

Именно из этих соображений Тимофей срезал их одной короткой очередью, потом двинулся дальше.

Вертолет. Ему был нужен еще один вертолет или БМП, на выбор. После того как они запылают, наемники поймут, что дело их гиблое, и можно будет спокойно сесть, перекурить.

Он оглянулся, увидел, как ведьма и охотник быстро и сноровисто освобождают убитых от патронов.

И правильно делают, надо сказать. На всякий случай. Вот только он лично, Тимофей Ковальский, самый удачливый в мире сталкер, знает, что более стрелять им не придется. И, наверное, к лучшему. Никто на его лавры претендовать не сможет.

Лавры?

Он презрительно хмыкнул, вдруг с большим удивлением для себя обнаружив, что мысль об известности, ради которой он еще вчера мог бы пожертвовать многим, его теперь не греет. Честное слово, ну просто ни капли.

Что ему с нее? Ну, станут другие сталкеры о нем говорить, поползут слухи, предположения, появятся легенды. Другие сталкеры станут пачками набиваться к нему в напарники. Завистники? Да, конечно, появятся и займутся кознями. Без толку, конечно. Ну, даже если он станет чем-то вроде символа Зоны, что с этого толку? Изменится ли что-нибудь в его жизни?

Он улыбнулся.

А ведь – изменится. Ей-ей. Легче будет найти противника для драки. Или наоборот – труднее?

Тимофей вышел в проем ворот и оглядел все открывшееся ему пространство, прикидывая, сколько против него врагов.

Оказалось, что стрелков гораздо больше, чем он предполагал. Вот только они, видимо, получив приказ, а может, и сообразив, что это бесполезно, разом перестали в него стрелять. Залегли, стараясь слиться с землей, явно что-то ожидая.

Или они уже сдались? Да нет, в таком случае они бы уже драпали прочь. А так лежат, ждут. Чего именно?

Тимофей увидел.

Вертолеты вдруг сорвались с места, только летели они не прямо к нему, а заходили по дуге, один справа, другой слева, явно рассчитывая взять его с двух сторон.

Ну вот, то, что и требовалось. Отгребай лопатой. Случай показать, кто в доме хозяин.

Тимофей повернулся и так же не спеша, как и пришел, двинулся обратно. Ему хотелось устроить показательное сражение с вертолетами в центре фермы. Так будет удобнее, да и эффектнее. Собственно, и сражения-то не будет. Для того чтобы попытаться его подстрелить, вертолеты подлетят ближе, не могут не подлететь. После этого он им, так же как и первому, снесет винты. Удар о землю, взрыв, красивый костер. Все это в двух экземплярах. Противник бежит со всех ног, пытаясь уйти от неминуемой гибели. Главный герой закуривает сигарету…

Блин, почему все-таки не сейчас? Ну, может он себе позволить такую радость? И на врага как надо подействует, покажет ему, что он ни чуточки не боится.

Психологическое давление это называется.

Тимофей остановился, достал сигарету и стал прикуривать. Благодаря этому тот момент, когда вертолеты совершенно синхронно выпустили каждый по птуру, он пропустил. Сталкер еще успел сделать первую затяжку, жадно вдохнул табачный дым, и в этот момент две стены, одна принадлежащая гаражу справа от него, а другая сараю, находившемуся от него слева, сначала вздыбились вверх, а потом всей своей многотонной тяжестью обрушились на него.

2. Анна Кошкина

Блин! Гадство! Атас!

Будь у нее такая возможность, Анна пробилась бы сквозь завал, под которым теперь лежал сталкер, только для того чтобы дать ему по морде. Пусть даже он и мертв.

Она предупреждала, она советовала не слишком рассчитывать на свое дурацкое везение. У каждого свойства, дарованного Зоной, есть предел. Вот наглядное этому подтверждение.

– Очнись! – крикнул ей Станислав. – Живее! Сейчас мы узнаем, что такое небо с овчинку.

Спорить смысла не имело.

Анна быстро оглядела богатства, которыми поживилась у мертвых наемников. Горка гранат и три магазина к винторезу, каждый на десять патронов.

Круто! Лишних тридцать патронов – целое богатство. И главное, сейчас очень даже пригодятся. Остальное? Нет, это не для нее. Да и гранаты все забирать не имеет смысла. Лучше их оставить Станиславу. Ей же, судя по всему, сейчас придется много двигаться, и обременяться лишней тяжестью не стоит.

Она шустро сунула в сумку магазины, потом протянула руку к грантам, точно так же, как это делает рачительная хозяйка, выбирающая на базаре апельсины, ухватила две «Ф-1», спрятала их туда же. А воздух поблизости уже рвали винты вертолетов, и ведьма, не желая искушать судьбу, нырнула в ближайший сарай. Взлетев по приставленной лестнице под самую крышу, она осторожно перебежала по одной из балок, на которой некогда лежал настил, являвшийся полом чердака. От него теперь осталось немного, лишь в самом углу рядом со слуховым окном лежало несколько досок. Получилось что-то вроде площадки метра два длиной. Вот она-то Анне и была нужна.

Очутившись на ней, Кошкина выглянула в чердачное окно, зацепила взглядом двух наемников, которые как раз сейчас, то и дело оглядываясь, перебирались через гору кирпичей, которая погребла под собой неразумного сталкера.

Мгновенно поймав одного из врагов в перекрестие прицела, Анна нажала на курок, а в следующую секунду еще и успела всадить пулю во второго. И это было весьма хорошо, поскольку означало, что вот прямо сейчас дислокацию менять не нужно. Нет в живых никого, кто мог бы засечь, откуда стреляли.

Место же здесь – не мечта снайпера, но неплохое. Жаль только, обзор не полный.

Она просканировала окружающее пространство. Диспозиция пока выглядела не самым худшим образом. Станислав устроился в доме, в котором была арка. Он перебегал от окна к окну, время от времени высовывался и стрелял по наемникам. Против него пока было три «вервольфовца». Очень ловко рассредоточившись за углами ближайших зданий, они тоже постреливали по окнам, но без особого азарта. Ждали, пока подойдут основные силы. Вот один из этой троицы попытался перебежать поближе к дому, который занимал охотник, и был замечен. Из окна в его направлении тотчас вылетела граната. Наемник едва успел спрятаться. Но – успел.

Вертолеты. Они медленно кружились у дома с аркой, но еще не стреляли. Ждали, видимо, удобного момента.

Основные силы. Человек двадцать наемников были уже у самых ворот. Еще немного, и они хлынут во двор фермы, задавят единственного ее защитника огнем, массой.

Бээмпэшки. Они очень медленно, очень осторожно ехали по дороге к ферме. Почему – ясно. Водители выглядывали возможные аномалии, не желали в них вляпаться. Главное все же в другом. Башенки боевых машин пехоты поворачивались из стороны в сторону. В том, что управляющие ими наводчики не будут стрелять из пушек, Анна не сомневалась. Вот – пулеметы. У каждой бээмпэшки было в башенке по пулемету, и они-то могли принести много проблем. Из пулеметов ее прищучить могли запросто. Если ими управляют очень хорошие стрелки. Это не авиационные «швейные машинки», увернуться от которых для нее труда не составляет.

Да, и еще проблема. Кто-то из наемников попросил друзей подсадить его на каменный забор, а оказавшись на нем, перепрыгнул на крышу полуразрушенного гаража. Стены у него теперь не хватало, но часть крыши все еще держалась. Вот по ней-то легко, словно балерина, он теперь и бежал. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы сообразить, куда он метит. И еще можно было заключать любое пари, он – снайпер.

Коллега.

Анна хищно улыбнулась.

Пора появиться на сцене и внести в ряды участников спектакля некоторое замешательство. Не отдаст она им Станислава. Ну, хотя бы потому, что следующим объектом охоты будет она сама.

Она закинула винторез на спину, сунулась в оно, на мгновение показавшись в нем в полный рост. Тут же потянулась вверх и уцепилась за край крыши. Теперь следовало хорошенько оттолкнуться ногами, принять вес тела на руки и отжаться, одновременно закидывая ногу на крышу. Это у нее, конечно же, получилось, причем в хорошем темпе. После оставалось лишь перевалиться на крышу, рывком перебраться на ее конек и для надежности на него сесть.

Отработанным, ловким движением она сдернула с плеча винторез и, почти не целясь, выстрелила.

Нет, перехватить не удастся, подумала Анна, глядя, как снайперка убитого ею катится по крыше, увидят меня при этом. И вообще самое главное в профессии жулика – вовремя смыться.

Она метнулась прочь, к следующей крыше, перепрыгнула на нее и добежала до середины. Здесь в крыше была дыра, и для того чтобы попасть в нее, надо было всего лишь соскользнуть ниже, желательно на животе. Она соскользнула и, проваливаясь в дыру, выбросила руки перед собой, зацепилась ладонями за перекладину. Теперь следовало лишь качнуться вперед и в нужный момент разжать пальцы.

Под ногами слегка скрипнул деревянный настил. В воздух взвились легкие облачка пыли. Анна просканировала пространство.

Наемники ее явно пока не заметили. Вот только один из вертолетов медленно, словно нехотя разворачивался в ее сторону. Случайно? Ох, сомнительно. Значит, пилот ее засек и сейчас выходит на позицию, при которой ее новое появление на крыше будет встречено огнем. Не зря же у него и справа, и слева от кабины укреплены почти такие же шестиствольники, как и у кретина, ныне покоящегося под завалами из кирпича.

Ну и прекрасненько. Она может передвигаться так, как ей нужно, не только по крыше. И пора, кстати. Ей надо немедленно наведаться к воротам, навести там порядок. Иначе их маленькому предприятию на пару со Станиславом грозит крах.

Анна сделала три быстрых шага, мягко спрыгнула на большую кучу старых покрышек, пробежала по ней, чувствуя, как пружинит под ногами резина. Дальше была узкая дверь, каким-то чудом оставшаяся целой. Проскочив ее, ведьма очутилась в узком коридорчике, образованном кирпичным забором и стеной дома. Здесь сидевшие в вертолетах не могли ее углядеть.

Она двинулась налево, достигла конца коридорчика и остановилась, приготовившись, если понадобится, стрелять. Просканировала ближайшее пространство, убедилась, что все три врага, которые могли бы заметить ее появление, сейчас смотрят в сторону дома, где засел Станислав.

Как это не использовать?

Она вырвалась из коридорчика на самой предельной скорости, метнулась за комбайн, покореженный, превратившийся фактически в кучу металлолома. Из-за него перебежала в дверь соседнего дома, очевидно, бывшего общежитием. Оно было поделено на множество небольших комнаток, заваленных разломанной мебелью. Все это Анну не интересовало. Она рвалась на чердак, поскольку знала, что из него можно перебежать в соседний дом по перекинутой к нему слеге.

Перебежала, мимоходом отметив, что снова попала на глаза пилоту вертолета. Да плевать. Пока тот снова развернется, она успеет сделать все необходимое.

Сзади один за другим бухнули выстрелы из ружья. И это явно был Станислав.

Анна мысленно пожелала ему продержаться ну хотя бы еще немного. Сейчас, вот буквально сейчас она начнет отстрел тех, кто пытается его убить. Тут станет легче. Пусть продержится, не лезет под вражескую пулю. Не желает она этого.

В следующем дома снова было общежитие, и, сбежав с чердака на второй этаж, она промчалась гулким коридором так быстро, что каким-то чудом оказавшийся там тушкан, вместо того чтобы кинуться наутек, как обычно эти зверьки и делают, если видят большего по размеру врага, с отчаянием обреченного метнулся ей под ноги. Некогда ей было с ним разбираться. Даже не сбавив темп, она пинком отшвырнула его, словно он был футбольным мячом.

Вперед, ее ждет вон то окно в самом конце коридора! Оно ее вполне устраивает. Или нет?

Да, все просто в шоколаде! Обзор – что надо! И возможности просто замечательные.

Она выхватила из сумки гранату, выдернула кольцо и, коротко взмахнув, отправила смертоносное яйцо в самый центр группы не менее чем из десяти наемников.

Жаба ее, конечно, душила, но не так сильно, как надлежало.

И потому еще до того, как взорвалась первая граната, за ней последовала вторая.

А вот теперь пора рвать когти.

Убегая по коридору, она подумала, что наемники, конечно, профи и на гранату должны правильно отреагировать. Большая часть спрятаться успеет, но кого-то осколками все же достанет. И это превосходно. А еще два взрыва в тылу внесут неразбериху в ряды врагов. Ради этого стоит остаться без «карманной артиллерии».

Взрывы были. Первый из них прозвучал, когда она успела уже пробежать треть коридора, второй был, как и положено, секундой позже. Анна услышала, как за спиной у нее взвизгнул отразившийся от потолка осколок. Где-то на середине коридора ей под ноги еще раз метнулся все тот же бестолковый тушкан. Кажется, в этот раз просто хотел посчитаться за пинок.

Вот кретин!

Она наподдала ему ногой, да так, что он влетел в одну из комнат, благо дверь в нее была выломана.

А вот не попадайся под ноги занятым людям!

Она спешила, теперь ей надо было успеть откинуть от дома, в котором оборонялся Станислав, парочку наемников, подбиравшихся к нему сбоку, у самого забора. У одного из них был огнемет. А эта штука на небольшом расстоянии чертовски опасна, словно специально придумана только для того, чтобы выжигать защитников какой-нибудь укрепленной точки.

Не получится. Не даст она им это сделать.

Ведьма метнулась на чердак, прыгнула на слегу, успела даже сделать по ней несколько легких, невесомых шагов и едва не наткнулась на настоящий ливень из пуль.

Вертолетчик, поганец!

Реакция ее все-таки не подвела. Едва не вписавшись в очередь, она все же успела спрыгнуть вниз, в кузов маленького трактора, стоявшего как специально внизу. Был он, кстати, на удивление новеньким, без следов ржавчины или пуль. Такое было ощущение, что стоит сесть за руль, можно завести мотор и тут же поехать.

Только это оказалось иллюзией. Стоило ей сделать шаг, как кузов под ней провалился. Выстилавшие его доски, выглядевшие такими новенькими, на самом деле оказались прогнившими насквозь. Ведьма рухнула плашмя, едва не выронив винторез.

Это ее и спасло. Очередь из автомата прошла у нее над головой.

Блин, все-таки один из наемников ее засек. Ну, ничего…

Она выдернула ногу из пролома, рыбкой перемахнула через борт и, едва упав на асфальт, выстрелила.

Наемник со здоровенным багровым шрамом на щеке выронил оружие и рухнул как подкошенный.

А вот не стоит быть самым умным!

Она метнулась за дом. Тут тоже был коридорчик, ограниченный с одной стороны забором, а с другой – стеной дома. Стоило ведьме в него влететь, как в кирпичи забора за ее спиной ударила автоматная очередь.

Ага, осознали, злорадно подумала ведьма, что у фермы есть не только один защитник. Ну, вот сейчас начнется настоящая беготня и суета.